DOI 10.47576/2712-7516_2022_11_3_212 УДК 339.923
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ УГРОЗЫ ЦИФРОВОМУ СУВЕРЕНИТЕТУ
Фадеева Инна Авенировна,
Дипломатическая академия МИД России, г. Москва, Россия, e-mail: innaf576@mail.ru
Цифровой суверенитет означает способность контролировать свою цифровую перспективу. Это стало проблемой для многих государств, которые считают, что слишком большой контроль передается немногим странам, что мало выбора на технологическом рынке и много власти в руках небольшого числа крупных технологических компаний.
Ключевые слова: цифровой суверенитет; угрозы; технологии; технологическая автономия.
UDC 339.923
ECONOMIC THREATS TO DIGITAL SOVEREIGNTY
Fadeeva Inna Avenirovna,
Diplomatic Academy of the Ministry of Foreign Affairs of Russia, Moscow, Russia, e-mail: innaf576@mail.ru
Digital sovereignty means the ability to control one's own digital perspective. This has become a problem for many states, which feel that too much control is being handed over to too few countries, too little choice in the technology market, and too much power in the hands of a small number of big technology companies. Keywords: digital sovereignty; threats; technology; technological autonomy.
2020 год принес экспоненциальный скачок в использовании цифровых технологий во всех аспектах социально-экономического функционирования государств, институтов и бизнеса, ясно продемонстрировав масштабы, важность и разнообразие уязвимостей и слабостей цифрового мира, в котором мы живем и будем жить. Поэтому сегодня лидеры в Америке, Европе, Африке, Азии и Австралии открыто говорят о цифровом суверенитете и технологической автономии, а аналитики и международные наблюдатели предупреждают, что устойчивое разделение цифрового мира становится более реальным. Сегодня глобальные процессы управления технологиями - это область геополитической борьбы, которая меняет мир [1].
Цифровая трансформация образуется действием так называемых ключевых факторов - это новые технологии и средства производства, которые влияют на изменение структуры расходов, уменьшают относительную стоимость единицы полезного эффекта, создают новые продукты, которые имеют ши -
рокое распространение на рынке, улучшают качество традиционных продуктов [1]. Понимание основных закономерностей развития и изменения технико-экономических парадигм и их взаимосвязи с институциональной структурой общества является важным императивом для формирования экономической политики [4].
Технологические проблемы возникают также со стороны современных глобальных вызовов. Многочисленные аналитические разработки ведущих международных организаций и исследователей демонстрируют беспрецедентный рост влияния науки и новых технологий на социально-экономическое положение всех стран [4]. Получены новые доказательства, что необходимо осуществлять структурную перестройку национальной экономики в соответствии с требованиями новой технологической парадигмы, а промедление с проведением таких структурных изменений не просто тормозит развитие страны, но и приводит к ее экономической деградации [4]. Поэтому актуальной становится задача
формирования и поддержания цифрового суверенитета, направленной на обеспечение названных инновационных структурных изменений. Тем более, что новой важной особенностью глобального развития стало существенное повышение международной конкуренции не только на внешнем, но и на внутреннем рынке. Указанные концепции сегодня подтверждаются практикой. Все развитые и динамичные страны свидетельствуют о правильности выводов этой теории эффективностью своей экономической политики, которая строится на этих положениях.
Многие исследования доказывают, что существует явная прямая взаимосвязь между значениями уровня цифровизации общества (индекса технологической подготовленности стран) и местом конкретной национальной экономики в мировом экономическом пространстве [2]. С другой стороны, можно согласиться с исследователями, считающими, что распределение преимуществ цифровой экономики на данный момент нельзя назвать справедливым: развитые страны получают от этого гораздо больше прибыли, оставляя далеко позади развивающиеся страны с низким уровнем цифровизации и технологического развития [2]. Демаркационная линия в цифровой экономике не следует традиционному различию: его формируют два крупнейших игрока: Китай и США. Эти две страны владеют 75 % всех патентов, связанных с блокчейном, 50 % глобальных расходов на Интернет вещей, более 75 % мирового рынка общедоступных облачных сервисов и 90 % доли рынка 70 крупнейших мировых платформ. Для сравнения: Европа владеет 4 %, Африка и Южная Америка - 1 %. Стоит отметить, что 2/3 этих акций принадлежат семи так называемым суперпгигантам: Microsoft, Apple, Amazon, Google, Facebook, Tencent [4].
Основной угрозой для потери цифрового суверенитета является необходимость постоянного финансирования расходов на разработки новых технологий. Так, глобальные расходы на информационные технологии (ИТ), на устройства, включая персональные компьютеры, планшеты, мобильные телефоны, принтеры, а также системы центров обработки данных, корпоративное программное обеспечение и услуги связи, составили 3,87 трлн долларов США в 2020 году [4]. Полагаем, это связано с увеличением спроса
на технологические устройства для удаленно работающих сотрудников, который резко вырос после вспышки пандемии COVID-19. В целом ожидается, что расходы на различные ИТ-сегменты будут расти, ускоряя цифровую трансформацию в различных отраслях. Цифровая трансформация включает, в том числе, использование искусственного интеллекта, автоматизацию процессов и перемещение данных в облако. Эти процессы подкрепляются стратегическими расходами и развертыванием различных информационных технологий.
Для обеспечения возможности формирования технологического развития и изменения цифрового неравенства потребуется провести множество мероприятий по формированию и сохранению цифрового суверенитета, который приведет к более сбалансированному распределению прибыли и справедливому распределению товаров между всеми странами. Так, именно по этим причинам Китай и Россия еще в 2012 году по -требовали восстановления своих суверенных прав на управление сетью и составления международного договора для лучшего разделения ответственности [3].
Например, общий регламент России по за -щите данных является одним из примеров того, как цифровой суверенитет проявляется в повседневной жизни. Он стремится унифицировать то, как обрабатываются личные данные в Интернете, с помощью правил и положений и с угрозой санкций за нарушения. Согласно условиям российского законодательства любая организация, независимо от того, где она находится, должна соблюдать набор правил управления данными, если она хочет вести экономическую деятельность в России. Эти правила позволяют отдельным гражданам лучше контролировать использование своих данных.
Национализация управления Интернетом, или, другими словами, утверждение суверенитета над «национальными сегментами» Интернета - реальная тенденция в наши дни, и это происходит преимущественно в авторитарных странах. В России также можно на -блюдать аналогичные действия при построении независимого от глобального влияния Рунета. В данной связи важно понимать, что необходима техническая фрагментация Интернета, а не попытки согласовать контроль
над киберпространством с национальными границами при сохранении преимуществ использования глобальной сети [5]. Выделяются три основных метода для реализации такой фрагментации: национальная секью-ритизация, территориализация информационных потоков и усилия по структурированию контроля над критически важными интернет-ресурсами по национальному признаку. Это позволит Рунету стать действительно «суверенной сетью» [9].
Безусловно, современные технологии и инновации меняют международную среду. Зависимость экономики от доступа к современным технологиям является не только источником потенциальной политической власти, но также может стать источником угроз. Тем более, что вопрос о роли и участии технологических гигантов в геополитической системе становится все более актуальным. Факты повсеместного шпионажа в экономических и политических интересах ставят под сомнение систему управления цифровыми пространствами. Действительно, контроль технологических гигантов над цифровыми данными дает им власть, которая полностью разрушает режимы правления [7]. Бюджеты крупных технологических компаний часто находятся на уровне государственных бюджетов. Компании, предоставляющие услуги по
всему миру, имеют глобальные интересы. Цифровые технологии представляют собой новую область государственной конкуренции и будут определять исход продолжающейся игры за мировое превосходство. Технологическая гонка касается как продуктов и услуг, которые поступают из соперничающих стран, борющихся за доступ к мировым рынкам, так и конкурирующих взглядов на то, как технологии могут и должны использоваться во всех сферах социально-экономической жизни, включая политику.
Подводя итоги можно отметить, что автором были уточнены особенности цифрового суверенитета, выступающего в качестве драйвера экономического роста. Выявление причин необходимо для устранения неравномерности экономического развития, которая в данный исторический период является результатом неодинаковых уровней технологической неравномерности стран мировой экономики. Проведено изучение закономерностей экономических процессов в условиях цифровой трансформации, а также технологического неравенства на современном этапе развития мировой экономики, обосновано влияние цифрового суверенитета на количественные и качественные показатели экономического роста.
Список литературы_
1. Васильковский С.А., Игнатов А.А. Управление интернетом: системные диспропорции и пути их разрешения // Вестник международных организаций: образование, наука, новая экономика. 2020. № 4. С. 7-29.
2. Попова И.М. Проблемы реализации цифровой повестки ЕАЭС // Вестник международных организаций: образование, наука, новая экономика. 2021. № 1. С. 127-141.
3. Шеремет И.А. Обеспечение кибербезопасности в условиях развития цифровой экономики // Вестник Московского университета. Серия 25. Международные отношения и мировая политика. 2019. № 1. С. 3-19.
4. Щербаков ГА. Генезис и механизмы преодоления системных экономических кризисов // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2016. № 2 (44). С. 4860.
5. Arner D.W., Buckley R.P., Zetzsche D.A. Fintech for Financial Inclusion: A Framework for Digital Financial Transformation. UNSW Law Research Paper, No. 18-87, University of Hong Kong Faculty of Law Research Paper № 2019/001, University of Luxembourg Law Working Paper, No. 004-2019, 28 p.
6. Dzhadan I. Theoretical principles of the correlation between the country's industrial and technological development and the state's economic security // Norwegian Journal of Development of the International Science, 2019, № 36-3, рр. 9-14.
7. Kvasha N.V., Demidenko D.S., Voroshin E.A. Industrial development in the conditions of digitalization of infocommunication technologies // Scientific and Technical Bulletin of St. Petersburg State Polytechnic University. Economic sciences. 2018, No. 11 (2), pp.17-27.
8. Lambach D. The Territorialization of Cyberspace // International Studies Review, 2019, vol. 22(3), pp. 482-506.
9. Ognjen E., Stanko S., Milenko K. Education, technological changes and economic development of Bosnia and Herzegovina // International Journal of Cognitive Research in Science, Engineering and Education, 2019, № 7 (2), рр. 77-86.
10. Pohle J., Thiel T. Digitale Vernetzung und Souveränität: Genealogie eines Spannungsverhältnisses. Internet und Staat: Perspektiven auf eine komplizierte Beziehung, 2019, pp. 57-80.
11. Pohle J. & Thiel T. Digital sovereignty // Internet Policy Review, 2020, No 9(4).
12. Statists. URL: https://www.statista.com/statistics/871513/worldwide-data-created/ (дата обращения: 14.10.2022).
13. The Global Competitiveness Report. URL: http://www3.weforum.org/docs/WEF_TheGlobalCompetitivenessRep ort2019.pdf (дата обращения: 08.10.2022).
14. World Bank (2020). World Development Indicators. URL: https://databank.worldbank.org/source/world-development-indicators (дата обращения: 05.10.2022).
15. What is digital sovereignty and why is Europe so interested in it? URL: https://www.weforum.org/agenda/2021/03/ europe-digital-sovereignty/ (дата обращения: 14.10.2022).
References_
1. Vasilkovsky S.A., Ignatov A.A. Internet governance: systemic imbalances and ways to resolve them. Bulletin of International Organizations: Education, Science, New Economy, 2020, No. 4, pp.7-29.
2. Popova I.M. Problems of implementation of the EAEU Digital Agenda. Bulletin of International Organizations: Education, Science, New Economy, 2021, No. 1, pp.127-141.
3. Sheremet I.A. Ensuring cybersecurity in the context of the development of the digital economy. Bulletin of the Moscow University. Series 25. International relations and world politics, 2019, No. 1, pp. 3-19.
4. Shcherbakov G.A. Genesis and mechanisms of overcoming systemic economic crises. Economic and social changes: facts, trends, forecast, 2016, No. 2 (44), pp. 48-60.
5. Arner D.W., Buckley R.P., Zetzsche D.A. Fintech for Financial Inclusion: A Framework for Digital Financial Transformation. UNSW Law Research Paper No. 18-87, University of Hong Kong Faculty of Law Research Paper № 2019/001, University of Luxembourg Law Working Paper, No. 004-2019, 28 p.
6. Jadan I. Theoretical foundations of the relationship between the industrial and technological development of the country and the economic security of the state. Norwegian Journal of the Development of International Science, 2019, No. 36-3, pp. 9-14.
7. Kvasha N.V., Demidenko D.S., Voroshin E.A. Industrial development in the conditions of digitalization of infocommunication technologies. Scientific and Technical Bulletin of St. Petersburg State Polytechnic University. Economic sciences. 2018, No. 11(2), pp. 17-27.
8. Lambach D. The Territorialization of Cyberspace. International Studies Review, 2019, vol. 22(3), pp. 482-506.
9. Ognen E., Stanko S., Milenko K. Education, technological changes and economic development of Bosnia and Herzegovina. International Journal of Cognitive Research in Science, Technology and Education, 2019, No. 7 (2), pp. 77-86.
10. Pohle J., Thiel T. Digitale Vernetzung und Souveränität: Genealogie eines Spannungsverhältnisses. Internet und Staat: Perspektiven auf eine komplizierte Beziehung, 2019, pp. 57-80.
11. Pohle J. & Thiel T. Digital sovereignty. Internet Policy Review, 2020, No 9(4).
12. Statista. URL: https://www.statista.com/statistics/871513/worldwide-data-created/ (дата обращения: 14.10.2022).
13. The Global Competitiveness Report. URL: http://www3.weforum.org/docs/WEF_TheGlobalCompetitivenessRepo rt2019.pdf (дата обращения: 08.10.2022).
14. World Bank (2020). World Development Indicators. URL: https://databank.worldbank.org/source/world-development-indicators (дата обращения: 05.10.2022).
15. What is digital sovereignty and why is Europe so interested in it? URL: https://www.weforum.org/agenda/2021/03/ europe-digital-sovereignty/ (дата обращения: 14.10.2022).