УДК 94(470 А. Г. ГОРДЕЕВ
Алтайский государственный гуманитарно-педагогический университет имени В. М. Шукшина, г. Бийск
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
ИНСТРУКТОРОВ-ИНФОРМАТОРОВ ИНФОРМАЦИОННО-АГИТАЦИОННОГО ОТДЕЛА МВД ВРЕМЕННОГО СИБИРСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА НА ТЕРРИТОРИИ АЛТАЙСКОЙ ГУБЕРНИИ (ИЮНЬ - НОЯБРЬ 1918 г.)
Статья посвящена одному из ключевых для периода Гражданской войны направлений деятельности государственной власти — осведомительной работе, сочетавшей в себе элементы политического контроля и пропаганды. Автор рассматривает работу инструкторов-информаторов. В центре внимания — структура и численность штатов информационно-агитационного отдела МВД Временного Сибирского правительства и их взаимоотношения с земствами военными властями.
Ключевые слова: Сибирь, Гражданская война, белое движение, Временное Сибирское правительство, политическая пропаганда.
Работа выполнена при финансовой поддержке некоммерческой организации «Благотворительный фонд культурных инициатив (Фонд Михаила Прохорова)»: (исследовательский проект № АМ-107/16 «Государственный аппарат как инструмент реализации внутренней политики антибольшевистских режимов на территории Алтайской губернии (июнь 1918 — декабрь 1919 гг.))».
В условиях Гражданской войны ключевую роль непосредственная работа с населением была сосре-играет постановка дела информирования и пропа- доточена в этом органе [3, с. 148]. На начальном этапе ганды. От того, насколько эффективно та или иная становления отдела для налаживания взаимосвязи противоборствующая сторона сможет донести свой с органами местного самоуправления была подго-проект государственного и общественного устрой- товлена специальная инструкция, в которой изла-ства населению, зависит в конечном счете победа гались задачи, поставленные перед инструкторами в конфликте. Взаимоотношения власти и общества отдела. На инструкторов ложились ключевые задав белой Сибири получили довольно широкое осве- чи, от выполнения которых зависело отношение на-щение в отечественной историографии. Эти про- селения к произошедшему перевороту. Жизненно блемы освещены в трудах Шишкина В. И. [1], Ши- важными для новой власти были задачи по набору ловского М. В. [2], Шевелева Д. Н. [3], Мышанского в армию и по введению органов местного самоА. А. [4]. Несмотря на достаточно глубокое изуче- управления [4, с. 47]. Особым пунктом выделялась ние данной проблематики, несомненный интерес связь с земствами [5, с. 2]. На инструкторов отдела вызывает непосредственная работа инструкторов- МВД ложилась ответственность за правильное ос-информаторов на местах. вещение политики правительства на местах и уста-Предметом данного исследования является де- новление связи и взаимопонимания между центром ятельность инструкторов-информаторов инфор- и провинцией. В свою очередь, от губернских зем-мационно-агитационного отдела МВД в Алтайской ских управ требовалось сообщать сведения о том, губернии. имела ли управа своих инструкторов по введению Одним из органов, занимавшихся агитацион- волостного земства, количество их по губернии ной работой с населением в белой Сибири периода и на каждый уезд [5, с. 2].
«демократической контрреволюции» был агитаци- При формировании штатов информационно-онно-информационной отдел МВД. Как отмечает агитационного отдела обнаружилась нехватка ка-
Д. Н. Шевелев в своём исследовании «Организаци- дров. Одним из путей выхода из этого положения
онное становление информационно-пропагандист- было предложено произвести на местном уровне
ских учреждений Временного Сибирского прави- слияние инструкторов отдела и земства. По предва-тельства (конец мая —начало ноября 1918 г.)», вся рительному прогнозу, такая совместная работа дала
бы по 5 — 6 человек на уезд. Можно предположить, что при таком распределения кадров далеко не все волости могли быть охвачены в должной мере. В дополнение было предложено привлечь к данной работе сельскую интеллигенцию. Такое предположение явно было очень оптимистичным [5, с. 3].
При выполнении указанных обязанностей выстраивалась следующая система взаимоотношений инструкторов-информаторов и земства: все инструктора, работающие на местах (районные), подчинялись непосредственно уездному инструктору, под наблюдением и руководством уездных управ. Уездный инструктор для скорейшего введения волостных земств должен был работать в сотрудничестве с уездным земством. Уездные инструктора подчинялись губернскому инструктору, который, в свою очередь, подчинялся непосредственно отделу. Губернские инструкторы должны были работать в контакте с губернскими земскими управами [5, с. 7].
Для инструкторов-информаторов был определен план работ. В каждом уезде уездной управой избиралось особое лицо из числа членов управы или гласных для заведования производством работ. Уездной управой весь уезд делился на участки по 5 — 7 волостей. За основу бралось милицейское деление на участки. План работ был составлен так, чтобы одно лицо могло вести работу одновременно в 2 — 3 волостях. Ответственный член управы раз в месяц должен был объезжать уезд и оценивать работы. По окончании работ в волости составлялся акт и передавался в уездную управу. Старший инструктор, при необходимости, должен был объехать все уезды губернии [6, с. 5]. Прием и увольнение районных инструкторов находились в ведении губернского земства [6, с. 6].
Нехватка профессиональных кадров в Сибири сыграла значительную роль в не всегда успешном, проведении в жизнь реформ. Это явление не обошло стороной и штат набранных инструкторов. Например, начальник барнаульской уездной милиции сообщал в октябре 1918 г. о том, что в уезде появлялись личности, именующие себя инструкторами-информаторами и предоставляющие документы, выданные инструкторско-информационным отделом МВД. Они собирали многолюдные собрания, агитировали не сдавать оружие милиции, критиковали действия Временного правительства Сибири. Были случаи и превышения должностных полномочий. В качестве примера приведем такой случай: «два человека из категории информаторов Тевель-сон и Асадьянс в деревне Зайковой Тальменской волости самовольно произвели судебное следствие, называя себя «судебными следователями по особо важным делам», по делу об убийстве крестьянина Митьковского и получили в виде залога 1000 р. По распоряжению начальника милиции указанные лица были арестованы, деньги у них отобраны» [7, с. 38]. Таким образом, информирование населения, являясь важнейшей мерой по привлечению народа на сторону Временного правительства, фактически приносило вред, ибо за отсутствием годных к тому и честных людей обязанности эти без разбора вручались фактически всем подряд.
Омское правительство, как и любая другая власть, нуждалось в своём признании со стороны населения. Однако уже вскоре после изгнания большевиков стало ясно, что население Сибири относится к новой власти с недоверием. Газета «Думы Алтая» писала: «Каких-нибудь 7 — 8 месяцев
назад социалистические партии были здесь властителями дум; скоро большевизм опутал их своими сетями; при свержении коммунистической кабалы большинство населения праздновало свой великий праздник освобождения, а теперь наблюдается еще новый перелом в настроении. Словом, форменное хождение по ветру. [...] Идей государственности, проблески коих хоть немного когда-то замечались среди массы, теперь окончательно пропали или сменились узкоэгоистическими стремлениями. «Я и хата моя превыше всего, а на весь подлунный мир наплевать», — так можно охарактеризовать настроения большинства массы. Даже сознательный элемент и тот — совершенно устраняется от общественной работы, махнул на нее рукой и погрузился в свои обыкновенные заботы до ушей. Чем дальше, тем чувство общественного интереса все слабеет и слабеет в народе» [8]. От того, как было организовано привлечение к активному участию в общественной жизни и информирование населения о деятельности ВПС, зависела дальнейшая судьба небольшевистского пути развития страны. Общая характеристика деятельности инструкторов представлена в сводном отчете заведующего губернским отделом Тарапаты в Омск, составленного в связи с ликвидацией информационно-агитационного отдела при МВД. Работа инструкторов-информаторов началась в уездах: Барнаульский и Змеиногорский — 16 августа 1918 г., Бийский — 7 июля 1918 г., Каменский — 24 июля 1918 г., Слав-городский — 10 июля 1918 г. Отсюда видно, что инструктора прибыли в уезды губернии сразу же после установления власти ВПС. Теперь рассмотрим качественную сторону их работы.
Инструктор в Барнаульском уезде приступил к работе в волостях с 25 сентября 1918 г., однако, встретившись с карательным отрядом, был не в состоянии продолжать деятельность и вернулся 1 октября 1918 г. в Барнаул. После этого инцидента были посланы еще трое инструкторов. Из них один, по той же причине, вернулся, двое других — занялись преступной деятельностью. За время работы инструкторов отдела в уезде из 438 селений была проведена 21 агитационная сходка. В Змеино-горском уезде инструктора столкнулись с крестьянскими волнениями на почве призыва новобранцев, двое были арестованы, два бежали и один вернулся в Змеиногорск. За время работы инструкторов отдела в уезде из 383 селений не было проведено ни одной сходки. В Бийском уезде работы прошли нормально, но малый штат не позволил развернуть работу во всей широте. За время работы инструкторов отдела в уезде из 982 селений было собрано 192 сходки [9, с. 31]. В Каменском уезде в силу широкого укоренения здесь большевизма было трудно начать работу. Но, с постепенным расширением авторитета ВПС, крестьяне всё больше отзывались и воспринимали агитацию. За время работы инструкторов отдела в уезде из 218 селений сходок было собрано 85.
В Славгородском уезде работа была поставлена крайне плохо, из 584 селений сходок было проведено всего 7.
Как видно из выше представленных данных, работа инструкторов-информаторов была организована не на должном уровне. Из пяти уездов губернии более-менее, согласно сводному отчету, работу удалось наладить только в двух. На момент расформирования отдела в Алтайской губернии распределение инструкторов по уездам было следующим:
Барнаульский уезд
— организатор Перейма Константин Петрович;
— инструкторы Тумасов Г. И., Закшевер Б. Л., Тевельсон Д. Л., Асадьянц Артанис.
Бийский уезд
— организатор Назаревский Нил Васильевич;
— инструктор Фромберг М. И.
Змеиногорский уезд
— организатор Потоцкий Август Демидович;
— инструкторы Дьячков Н. И., Даленко А. В., Сухоруков Н. И.
Каменский уезд
— организатор Вяткин Василий Петрович;
— инструктор Поль Н. К.
Славгородский уезд
— организатор Ваеводский Владимир Иванович;
— инструкторы Шамаев С. Н., Дембицкий В. И. [9, с. 5].
Другой функцией инструкторов-информаторов, как видно из названия, было информирования центрального правительства о положении на местах. Согласно тому же докладу, к земству население относилось благосклонно. Само земство не могло еще проявить себя в достаточной степени по причине краткости своего существования и отсутствия средств. Губернская и уездные управы сорганизовались и работают совместно (доклад составлен 15 ноября 1918 г.). О волостных управах такого сказать нельзя, т. к. они вели преимущественно административную работу, мало понимая ту роль, которая возложена на них при земстве [9, с. 32]. К власти земство и население Алтая относились лояльно вплоть до разгона Сибирской областной Думы. По мнению Тарапаты, это посеяло недоверие среди крестьянства и дало почву для большевистской агитации [9, с. 33 — 34].
Уже к ноябрю 1918 года, ко времени составления доклада, по сообщению Тарапаты, хозяином положения в губернии себя чувствовала военная администрация, а гражданская — оказалась в подавленном состоянии. Взаимоотношения выстроились по принципу: одни — приказывают, другие — выполняют, причем подчинение это без чувства долга, а вследствие порки крестьян и мещан. Злоба к военному командованию, согласно докладу, была «ужасной». Милиция, пользуясь тем, что военные карательные отряды везде и всюду употребляли плеть, пошла тем же путем, что создало отношение крестьян остро враждебное.
Работа инструкторов прошла в очень неблагоприятных условиях. Вначале они рисковали попасть на собрание большевистски настроенных селений или в руки бродившим по губернии большевикам и быть убитыми, что и имело быть с инструктором Бакиным. Потом, с расширением карательных операций, инструктор рисковал попасть в руки начальника охраны. Ближе к ноябрю 1918 года инструктора без разрешения милиции не могли собрать даже сходов. Взаимоотношение инструкторов с земствами выстроились партнёрские. Несмотря на малочисленность проведённых мероприятий, крестьяне в большинстве своем относились к инструкторам хорошо и благодарили за оказанную помощь [9, с. 35].
Подводя итог, можно резюмировать, что эксцессы в Алтайской губернии наблюдались многочисленные. Основные причины их возникновения были следующими:
1. Недовольство призывом новобранцев в армию ВПС.
2. Отобрание оружия у населения.
3. Протест против действий военных карательных отрядов, применявших расстрелы и порки.
Наибольшие по числу и размаху восстания наблюдались в волостях Змеиногорского и Славго-родского уездов. Ликвидировались они военной силой и зачастую с перегибами, что вызывало ещё большее недовольство военными и правительством [9, с. 37].
Деятельность инструкторов-информаторов информационно-агитационного отдела МВД в Алтайской губернии не была поставлена на должный уровень. В итоге до населения не были донесены цели Омского правительства. С одной стороны, инструкторам отдела удалось добиться координации действий с земствами, что, несомненно, играло позитивную роль. Однако, как и земства, власть не смогла оградить их от произвола военных. Деятельность данной структуры помогла белым получить значительный опыт в постановке дела пропаганды на территории Сибири. Однако полученные результаты не могли быть применены на практике в 1919 г. по двум причинам: во-первых, в тылу белых разгорелись крестьянские восстания, а во-вторых, произошло военное поражение армии на фронте.
Библиографический список
1. Шишкин, В. И. Западно-Сибирский комиссариат Временного Сибирского правительства: дискуссионные вопросы организации и деятельности / В. И. Шишкин // Проблемы истории государственного управления и местного самоуправления Сибири в конце XVI — начале XXI в. : материалы VII Всерос. науч. конф. — Новосибирск : Нонпарель, 2011. — 278 с.
2. Шиловский, М. В. Политические процессы в Сибири в период социальных катаклизмов 1917 — 1920 гг. / М. В. Шиловский. — Новосибирск : Сибирский хронограф, 2003. — 428 с.
3. Шевелев, Д. Н. Организационное становление информационно-пропагандистских учреждений Временного Сибирского правительства (конец мая — начало ноября 1918 г.) / Д. Н. Шевелев // Вестник Томского гос. ун-та. — 2016. — № 403. - С. 144-154.
4. Мышанский, А. А. Деятельность информационно-агитационного отдела Министерства внутренних дел Временного Сибирского правительства (июнь — ноябрь 1918 г.) / А. А. Мышанский // Студент и научно-технический прогресс : материалы XXXVII Междунар. науч. студ. конф. Ч. 2. История. — Новосибирск, 1999. — С. 47 — 50.
5. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ) Ф. Р1561. Оп. 1 Д. 10.
6. ГАРФ Ф. Р1561. Оп. 1 Д. 9.
7. ГАРФ Ф. Р148. Оп. 1 Д. 7.
8. По деревням (Из записной книжки) // Думы Алтая (Бийск). — 1918. — 8 ноября (26 октября).
9. ГАРФ Ф. Р1561. Оп. 1. Д. 95.
ГОРДЕЕВ Александр Геннадьевич, аспирант кафедры историко-правовых и социально-гуманитарных дисциплин.
Адрес для переписки: lex.ag@mail.ru
Статья поступила в редакцию 18.10.2016 г. © А. Г. Гордеев