УДК 342.5:94(470.344)«1920/1925» ББК 63.3(2Рос.Чув)613-33
О.Н. ВАСИЛЬЕВА
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЧУВАШСКИХ ОБЛАСТНЫХ СЪЕЗДОВ СОВЕТОВ И СОСТАВ ИХ УЧАСТНИКОВ (1920-1925 гг.)
Ключевые слова: Чувашская автономная область, Чувашские областные съезды Советов, Чувашский облисполком, участники, состав делегатов, резолюции.
В статье рассматриваются вопросы, характеризующие деятельность Чувашских областных съездов Советов, которые являлись органами высшей государственной власти в системе управления Чувашской автономной области в 1920-1925 гг. Дается краткий обзор историографии проблемы. Характеризуются половозрастной, национальный, партийный состав участников съезда, их образовательный уровень. Анализируются регламент и повестки дня съездов, порядок их проведения, содержание дискуссий и резолюций. В том числе отмечается, что деятельность правительства области и его отделов в ходе съездов подвергалась серьезной критике со стороны делегатов. Описываются революционные ритуалы, неотъемлемо присутствовавшие в работе всех съездов. Оценивается участие женщин в работе областных съездов Советов. Показывается процесс выработки резолюций по докладам и реализации на практике их положений, а также особенности избрания съездом новых составов Чувашского облисполкома.
Областные съезды Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов в первой половине 1920-х гг. де-юре считались высшей властью в системе органов управления Чувашской автономной области. Однако по иронии судьбы вплоть до настоящего времени они не становились предметом более или менее детального научного изучения. Исследователи данного периода были поглощены изучением вопросов преобразования автономной области в республику, установления административных границ автономии, внутрипартийной борьбы в Чувашском обкоме РКП(б), политики коренизации советского аппарата, а из областных съездов углубленного внимания удостоился лишь I областной съезд Советов, в ходе которого произошла передача власти от Ревкома вновь избранному Областному исполнительному комитету Чувашской автономной области (далее - Облисполком). В частности, в сборнике документов «Законы и постановления о Советах Чувашской АССР (1920-1987 гг.)» были опубликованы три документа, связанных с работой съезда - регламент работы съезда, постановление «О деятельности Ревкома Чувавтообласти», приветственная телеграмма от имени съезда председателю Совнаркома В.И. Ленину [7. С. 36-37]. Четыре документа, относящихся к областным съездам Советов (приветственные телеграммы первых четырех съездов В.И. Ленину), но не имеющих особого научного значения, были опубликованы в сборнике «Ленин и Чувашия» [11. С. 118, 120, 130, 135].
Впервые наиболее полно работа I областного съезда Советов и его состав были освещены А.В. Изоркиным в статье «Из истории Советов Чувашии первых лет диктатуры пролетариата», где автором характеризуется состав участников съезда, подчеркиваются их молодой возраст и интернациональный характер, перечисляются обсужденные в ходе съезда вопросы [9. С. 32-33]. Е.К. Минеевой показано, как проходило на I съезде обсуждение вопроса о проведении продразверстки в автономии, а также подчеркнуто, что в центре внимания II областного съезда Советов стояла проблема голода, постигшего область [12]. В недавно увидевшей свет монографии В.Н. Клементьева на основе общероссийского законодательства охарактеризовано место област-
ных съездов Советов в структуре государственных органов Чувашии, раскрыт порядок их формирования и полномочий, названы точные даты проведения, дан анализ образовательного уровня, социального, партийного состава Облисполкома, избранного V съездом Советов [10. С. 52-53]. В монографическом исследовании М.И. Иванова, посвященном Д.С. Эльменю, показывается, как открытие и работа I областного съезда Советов были освещены в газете «Известия Ревкома» [8. С. 89-91]. Во многих же научных трудах просто упоминается об учредительном характере I съезда Советов и формировании им правительства автономной области.
Между тем в фондах Облисполкома (Ф. Р-125) Государственного исторического архива Чувашской Республики отложился значительный массив документов, отражающих различные аспекты работы съездов: стенографические отчеты и протоколы заседаний, тексты докладов и отчетов отделов, принятые съездами резолюции, протоколы заседаний фракции РКП(б), а также подготовительные материалы к съездам [1-6]. Анализ данных документов позволяет всесторонне рассмотреть деятельность областных съездов Советов.
Прежде всего следует охарактеризовать законодательные основы работы областных съездов. Последние приравнивались по своему статусу к губернским съездам Советов, а соответственно, подпадали под положения Конституции РСФСР 1918 г., установившей права и полномочия губернского съезда и его исполкома. 31 октября 1922 г. было принято Положение о губернских съездах Советов и их исполкомах, подчинившее их исключительно ВЦИК и его Президиуму. Согласно Положению, делегаты на областной съезд выдвигались из расчета по одному человеку от волости, поселка, города. Если население превышало 10 тыс. человек, волость, поселок или город имели право на выдвижение второго представителя. Также на губернском съезде могли присутствовать с правом совещательного голоса по два члена от каждого уездного исполкома. К правам и обязанностям съездов Советов относилось обсуждение вопросов, имеющих общеобластное значение. Все пять съездов Советов собирались единожды, хотя допускался и созыв чрезвычайного съезда в том же депутатском составе [10. С. 52].
I областной съезд Советов прошел с 7 по 11 ноября 1920 г. В нем приняли участие 134 делегата, в том числе 87 с решающим голосом и 47 - с совещательным. 86 человек (64,2%) были членами РКП(б), еще 5 (3,7%) - кандидатами в члены РКП(б), 2 (1,5%) - членами РКСМ; почти треть делегатов (41 человек, или 30,6%) составляли беспартийные. Среди участников съезда были всего 4 женщины (3%). По национальному признаку состав делегатов почти на три четверти (99 человек, или 73,9%) был представлен чувашами; русскими являлись 24 делегата (17,9%), представителями других национальностей - 11 человек (8,2%). Более половины делегатов (72 человека, или 53,7%) были в возрасте до 30 лет, треть (46 человек, или 34,3%) - в возрасте от 31 до 40 лет, каждый десятый (14 человек, или 10,4%) - в возрасте от 41 до 50 лет и лишь 2 (1,5%) были старше 50 лет. Из 87 делегатов с решающим голосом 26 человек представляли Чебоксарский уезд, 22 - Ядринский и 21 -Цивильский уезды; 8 человек были делегированы от Ревкома и его отделов, 7 - от военных организаций и 3 человека - от Наркомнаца [1. Л. 108-108об.].
II областной съезд Советов состоялся 2-5 июля 1921 г. К сожалению, о нем сохранилось меньше всего информации. Известно, что в съезде приняло участие 79 делегатов с решающим голосом. Во время открытия съезда присутствовало 73 делегата с решающим голосом и 25 - с совещательным.
В протоколах данного форума, в отличие от всех других съездов, не приведена характеристика участников съезда по половому, национальному и возрастному признакам, а в характеристику состава по партийному критерию вкралась ошибка: указано, что 59 делегатов были членами РКП(б), 5 - кандидатами в члены РКП(б) и 19 - беспартийными (хотя в сумме получается 83 делегата, а не 79, как указано выше) [2. Л. 161, 167об.].
III областной съезд Советов прошел с 1 по 5 декабря 1922 г. В его работе участвовали 112 делегатов, в том числе 82 с решающим голосом и 30 - с совещательным. Больше всего делегатов с решающим голосом (24 человека) было от Ядринского уезда, что обуславливалось большей численностью населения; 20 делегатов было от Чебоксарского уезда (не считая еще двух участников с совещательным голосом), 18 - от Цивильского уезда, 14 - от Баты-ревского уезда, 5 - от Чебоксар и 1 делегат - от войсковых частей г. Чебоксары. Представители от отделов Облисполкома (в основном заведующие) составили большую часть делегатов с совещательным голосом - 18 из 30 человек; по одному или несколько делегатов были выдвинуты от других организаций - Областной избирательной комиссии, РКСМ, Наркомнаца РСФСР, Чувашского представительства и др. 94 человека (83,9%) были членами РКП(б), еще 2 (1,8%) - кандидатами в члены РКП(б), всего 16 человек (14,3%) составляли беспартийные. Среди участников съезда были лишь 2 женщины (1,8%) - от Ядринского и Цивильского уездов. По национальному признаку состав делегатов более чем на три четверти (87 человек, или 77,7%) был представлен чувашами; русскими являлся 21 делегат (18,75%), представителями других национальностей - 4 человека (3,6%). Большинство делегатов (79 человек, или 70,5%) были в возрасте от 26 до 36 лет, примерно поровну -в возрасте до 26 лет (17 человек, или 15,2%) и старше 36 лет (14 человек, или 14,3%). 4 делегата (3,6%) имели высшее образование, 60 (53,6%) - среднее, 47 (42,0%) - среднее, 1 человек (0,9%) отнесен к малограмотным. Примерно половина участников съезда (58 человек, или 51,8%) впервые принимала участие в подобных мероприятиях, остальные - во второй (30 человек, или 26,8%) или в третий раз (24 человека, или 21,4%) [3. Л. 138-139].
IV областной съезд Советов состоялся 5-9 декабря 1923 г. В нем приняли участие 107 делегатов, в том числе 81 с решающим голосом и 26 - с совещательным. По уездам распределение было примерно таким же, как и на третьем областном съезде: больше всего делегатов с решающим голосом прибыло от Ядринского уезда (23 делегата, хотя по норме на уезд полагалось 24 места); чуть меньше - от Чебоксарского (19 человек) и Цивильского уездов (18 человек, плюс в ходе съезда еще одному делегату с совещательным голосом был предоставлен решающий голос); еще меньше - от Батыревского уезда (15 человек) и от Чебоксар (4 делегата от 7169 человек). Подавляющую часть делегатов с совещательным голосом - 22 из 26 человек - вновь составили представители от г. Чебоксары. В новом составе съезда 96 человек (89,7%) были членами РКП (б), 1 (0,9%) - членом РКСМ, всего 10 человек (9,3%) составляли беспартийные. Среди участников съезда были 5 женщин (4,7%), в том числе 4 из них имели решающий голос. По национальному признаку значительное большинство (89 человек, или 83,2%) принадлежало чувашам; русскими являлись 17 делегатов (15,9%), представителями других национальностей - 1 человек (0,9%). Большинство делегатов (63 человека, или 58,9%) были в возрасте до 30 лет, треть (35 человек, или 32,7%) - в возрасте от 31 до 40 лет, 8 человек (7,5%) - в возрасте от 41 до 50 лет, 1 деле-
гат (0,9%) - старше 50 лет. Подавляющее большинство участников съезда составляли советские служащие (75 человек, или 70,1%) и партийные работники (26 человек, или 24,3%), 3 человека (2,8%) относились к хлебопашцам, также в съезде приняли участие 1 рабочий, 1 школьный работник и 1 учащийся. При этом до 1914 г. служащими являлись лишь 9 человек (8,4%), тогда как половина участников съезда занималась крестьянским трудом (53 человека, или 49,5%), 23 человека (21,5%) работали учителями, 13 человек (12,1%) были рабочими, 9 делегатов (8,4%) - учащимися [4. Л. 70-71 об.].
V областной съезд Советов прошел с 15 по 21 ноября 1924 г. В его работе участвовали 123 делегата, в том числе 85 с решающим голосом и 38 - с совещательным. Поуездный состав делегатов с решающим голосом по сравнению с третьим и четвертым съездами практически не изменился, зато сравнительно с предшествующими годами из уездов прибыло больше делегатов с совещательным голосом - 11 человек, тогда как в декабре 1922 г. -лишь 2, в 1923 г. - 3 человека. 89 человек (72,4%) были членами РКП(б), еще 11 (8,9%) - кандидатами в члены РКП(б), 6 (4,9%) - членами РКСМ, 17 человек (13,8%) составляли беспартийные. Среди участников съезда были 10 женщин (8,1%), в том числе 7 - с решающим голосом. По национальному признаку состав делегатов в своем подавляющем большинстве (108 человек, или 87,8%) был представлен чувашами; русскими были 12 делегатов (9,8%), представителями других национальностей - 3 человека (2,4%). Почти три четверти делегатов (90 человек, или 73,2%) были в возрасте от 25 до 40 лет, каждый пятый - в возрасте до 25 лет (25 человек, или 20,3%) и лишь 8 человек (6,5%) - старше 40 лет [5. Л. 114-114об.].
Из анализа состава съездов можно выделить ряд устойчивых тенденций. Во-первых, бросается в глаза неуклонный рост численности представителей титульной нации - с 73,9% на первом съезде до 87,8% на последнем. Количество русских делегатов сократилось почти в 2 раза - с 17,9% до 9,8%. В определенной степени это можно объяснить проводимой в данный период политикой коренизации органов управления в центре республики и на местах. Во-вторых, нельзя не отметить, что большинство делегатов были довольно молоды по современным меркам - и в 1920 г., и в 1923 г. больше половины делегатов еще не исполнилось и 30 лет, а примерно 90% были в возрасте до 40 лет. В-третьих, одной из характерных черт первой половины 1920-х гг. было пассивное участие женщин в общественно-политической жизни Чувашии, что нашло отражение и в составе областных съездов Советов. Количество женщин не превышало 5 человек (менее 5%), и лишь в 1924 г. произошел заметный перелом - их количество увеличилось до 10 (8,1%). Наконец, последний съезд стал необычным с точки зрения партийного состава. Если до этого наблюдался неуклонный рост числа партийных работников среди делегатов съездов (с 64,2% до 89,7%), то в 1924 г. даже вместе с кандидатами в члены РКП(б) численность последних оказалась существенно ниже.
Регламент работы съезда утверждался на первом заседании и предусматривал 9-часовую работу в день (на пятом съезде - 8 часов) с одним большим перерывом, также в ходе заседаний устраивались десятиминутные перерывы. На первых двух съездах утренние заседания должны были начинаться в 10 часов утра и завершаться в 15 часов, а вечерние заседания должны были проводиться с 18 до 22 часов; на третьем съезде делегаты заседали с 9 до 14 часов и с 17 до 21 часа, на четвертом - с 9 до 15 часов и с 18 до 21 часа, на пятом - с 9 до 14 часов и с 17 до 20 часов. Докладчикам
представлялся на выступление 1 час и еще 20 минут (на втором и третьих съездах - по 30 минут) после прений для заключительного слова. Содокладчикам, появившимся со II съезда Советов, давалось 30 минут на выступление и 20 минут для заключительного слова (на втором съезде - 15 минут). Кроме того, начиная с IV съезда Советов, докладчику о деятельности Облисполкома предоставлялось для выступления 2 часа. В порядке свободной записи для участия в прениях предоставлялось 10 минут, ораторам от фракции РКП(б) -15 минут (устанавливалось лишь на двух первых съездах). Предусматривалось, что для выступления во второй раз по тому же вопросу дается 5 минут. Однако в реальности прения часто прекращались досрочно, не успевали выступить все записавшиеся, так что о вторичном выступлении речи даже не шло. Все вопросы решались простым большинством голосов. По требованию 10 делегатов с решающим голосом должно было производиться письменное голосование, но подобных случаев в истории чувашских областных съездов Советов не было [2. Л. 1об.-2, 162об. 181; 4. Л. 6; 6. Л. 7-7об.]. Работой заседаний съезда, как правило, руководил председатель президиума, в качестве которого традиционно избирался сам председатель Облисполкома. Лишь на заседаниях, где заслушивался доклад о деятельности Облисполкома и разворачивались прения по нему, председателем являлся ответственный секретарь Чувашского обкома РКП(б) или другой член президиума.
Из стенографических отчетов видно, что в большинстве случаев заседания несколько затягивались или вынужденно прерывались из-за позднего времени; бывало, что и начинались заседания позже запланированного времени. В целом же скандалов по процедурным вопросам в первой половине 1920-х гг. на съездах не возникало. Можно отметить ситуацию, возникшую на IV областном съезде Советов, когда перед заслушиванием доклада о деятельности Облисполкома поступило предложение «ввиду важности и серьезности доклада, основанного на цифровых данных, и наличия среди делегатов значительного количества русских, не знающих чувашского язык... сделать настоящий доклад на русском языке». Председатель заседания А.Н. Никитин выразил мнение, что «на пороге 4-го года существования Автономной Чувашской области нам пора уже научиться делать доклады на своем родном языке, иначе мы этому никогда не научимся». Его поддержал и военный комиссар И.Е. Ефимов. Однако большинством голосов - 30 против 18 (всего согласно протоколу заседания присутствовало 75 человек с решающим голосом) - было принято предложение заслушать доклад председателя Облисполкома С.А. Коричева на русском языке. Зато по следующему докладу - о деятельности областного земельного управления - большинство проголосовало за то, чтобы заслушать доклад на чувашском языке [4. Л. 7, 22].
В ходе V съезда Советов по записке, поданной семью делегатами, было проведено новое голосование по вопросу прекращения прений по докладу отдела местного хозяйства о торговле и промышленности и первоначальное решение продолжить прения в итоге было изменено [6. Л. 69об.].
Порядок работы съездов имел схожую повестку, насчитывал 9-11 пунктов (один раз - 10 вопросов, один раз - 11, три раза - по 9 вопросов). На первом заседании утверждался регламент съезда, избирался состав президиума и заслушивались многочисленные приветствия от представителей различных организаций. На втором заседании рассматривался вопрос о международном и внутреннем положении Советской России (СССР), после чего заслушивался доклад о работе Облисполкома (на первом съезде - о работе Ревкома). В обязательном
порядке заслушивались доклады заведующих соответствующих отделов Облисполкома о развитии сельского хозяйства (отчет земельного отдела/управления) и промышленности (отчет Областного совета народного хозяйства), а также о состоянии народного образования в области. Начиная с III съезда Советов обязательно рассматривался вопрос об утверждении местного бюджета на следующий год, в ходе которого обстоятельно обсуждались вопросы налогового характера. В отношении остальных вопросов наблюдалась определенная ротация: так, на I и III съездах Советов заслушивались доклады о состоянии здравоохранения в автономии, на II и V съездах - о деятельности Рабоче-крестьянской инспекции, на III и IV съездах - отчеты отдела юстиции; на I и II съездах в центре внимания был продовольственный вопрос (на III съезде заслушан доклад о продовольственном налоге); на II съезде в повестку дня был внесен доклад о новой экономической политике, на V съезде - о расширении территории автономии.
Завершались съезды перевыборами Облисполкома и выборами кандидатов на Всероссийский съезд Советов, во ВЦИК СССР и Совет национальностей. Новый состав Облисполкома (без распределения по конкретным должностям) избирался на основании списка, представляемого фракцией РКП(б). Изменений в них ни разу за пять съездов не вносилось, они утверждались единогласно. На первых четырех съездах Советов Облисполком был избран в количестве 25 человек, при этом III и IV съездами Советов в состав Облисполкома для усиления связи Центра с местами наряду с 17 представителями от областных учреждений были включены 8 человек от уездов (по 2 представителя от Чебоксарского, Ядринского, Цивильского и Батыревского уездов); в состав избранных 8 кандидатов в члены Облисполкома также обязательно включалось по одному представителю от каждого уезда. V съезд Советов избрал Облисполком в составе 35 человек, причем 18 из них представляли уезды: по 5 представителей от Ядринского и Цивильского уездов и по 4 человека от Чебоксарского и Ибресинского уездов. Еще 15 человек были избраны кандидатами в члены Облисполкома [1. Л. 107об.; 2. Л. 178-178об.; 3. Л. 148об.; 4. Л. 92-92об.; 5. Л. 115-116]. Как отмечалось исследователями, персональный состав Облисполкома показывает, что в него избирались не рядовые делегаты съезда, а руководители основных областных учреждений и председатели президиумов уездных исполкомов Советов [10. Л. 52].
Непременным атрибутом съездов было соблюдение определенных революционных ритуалов: почетными председателями съезда избирались «вожди революции» В.И. Ленин, Л.Д. Троцкий, И.В. Сталин, Г.Е. Зиновьев, М.И. Калинин; от имени всех съездов отправлялись приветственные телеграммы в адрес руководства страны и других автономных образований; похоронным маршем отмечалась память революционеров, погибших в борьбе за новые идеалы; постоянно звучал Интернационал, выполнявший в рассматриваемый период времени роль государственного гимна РСФСР/СССР. Принимаемые на съездах резолюции часто завершались лозунгами, в том числе: «Да здравствует III Коммунистический Интернационал!... Да здравствует всемирная Рабоче-крестьянская Республика!», «Да здравствует Германская революция! Да здравствует мировая пролетарская революция! Да здравствуют Соединенные штаты Советской Европы!» [2. Л. 86; 4. Л. 97].
Доклады вызывали неподдельный интерес участников съезда. Докладчикам задавалось большое количество вопросов. Особенно в этом отношении показателен последний V съезд Советов. Согласно протоколам заседаний, по докладу о работе Облисполкома И.И. Илларионову было задано 59 вопросов
(они все приводятся с ответами), по докладу областного земельного управления - 56 вопросов, по докладу отдела местного хозяйства о торговле и промышленности - 36 вопросов, по докладу о деятельности отдела народного образования - 75 вопросов, по докладу о деятельности Рабоче-крестьянской инспекции - 40 вопросов и т.д. [6. Л. 20-23, 36-40, 59-63об., 75об.-81, 93об.-97].
В прениях разворачивались жаркие дискуссии по обсуждаемым вопросам, нередко прения переносились на следующий день, приходилось ограничивать запись ораторов. Чаще всего выступавшие отмечали недостатки в работе отделов Облисполкома, жаловались на существующие на местах проблемы. Иногда делегаты съезда крайне отрицательно отзывались о качестве подготовленных докладов. Так, из числа вызвавших наибольшие нарекания можно выделить доклад заведующего земельным отделом Я.П. Ятманова «Восстановление разрушенного голодом сельского хозяйства» на III областном съезде Советов: ряд делегатов, выступавших в прениях, отмечали расплывчатость доклада, наличие в нем неправильных цифр [2. Л. 219об.-220об.]. Докладчик же в заключительном слове парировал эти претензии словами: «Тов. Васильева Вера Петровна жалеет, что я сделал плохой доклад. Она является самой счастливой женщиной из чуваш, окончившей 2 высших учебных заведения, вот если бы и я столько учился, пожалуй сделал бы лучше доклад» [2. Л. 224об.].
Нельзя не отметить, что в стенографических отчетах и протоколах заседаний съездов нет выступлений, где бы «пелась осанна» Облисполкому или его отделам. Лишь раздавались призывы учитывать, что новым органам власти пришлось действовать в крайне трудных условиях голода и разрухи, и что не нужно требовать от них невозможного в данный момент. По некоторым докладам из-за нехватки времени или «ввиду их основательности», а также если доклад носили чисто информативный характер, прения не открывались и сразу принимались резолюции.
Особенно жесткой критике работа Облисполкома подверглась на II областном съезде Советов. Выступавшие в прениях отмечали, что «работа Облисполкома шла ненормально... в Облисполкоме шла грызня между работниками. Нет твердой власти в области», «Облисполком вел замкнутую работу», «в облисполкоме отсутствовала связь с местами. Места были оторваны от областного центра. Поля Чувашской области обагрены кровью крестьян по вине Облисполкома», «в области существовало многовластие. Нужна твердая власть Облисполкома» [2. Л. 168-169].
Женщины в работе съездов участвовали довольно пассивно. Речь идет не только об их небольшом количестве, что отмечалось выше, но и о выступлениях в ходе съездов. Среди докладчиков ни разу не было женщин, редко они выступали во время прений. Тем не менее нельзя не отметить, что I областным съездом Советов в состав Облисполкома была избрана Е.Я. Орлова, IV съезд Советов избрал кандидатом в члены Облисполкома А. Г. Григорьеву; V съездом Советов в Облисполком были избраны Васильева (от Чебоксарского уезда), Герасимова (от Цивильского уезда), Журавлева (от Ядринского уезда), Гусева (от Ибре-синского уезда), а Амплеева, Вирьялова и М.И. Антонова избраны кандидатами в члены Облисполкома [1. Л. 107об.; 4. Л. 92об.; 6. Л. 115-115об.].
По каждому докладу выносились резолюции. Чаще всего для их выработки приходилось создавать специальные комиссии или съезд поручал это дело президиуму, хотя нередки были случаи единогласной поддержки резолюций, предложенных самими докладчиками. Некоторые резолюции, например, о деятельности Облисполкома, были очень короткими, состояли всего из одного или не-
скольких предложений, вроде: «Заслушав отчет-доклад Облисполкома, IV съезд Советов Чувашской автономной области общую линию деятельности Облисполкома одобряет и произведенную за год работу признает вполне удовлетворительной» [4. Л. 21 об.]. Другие, напротив, были очень развернуты. Так, принятая тем же самым IV съездом Советов резолюция по докладу о деятельности областного земельного управления состояла из 20 пунктов [4. Л. 102-104]. Резолюция V съезда Советов по докладу о деятельности Облисполкома предусматривала 27 директив, которыми правительство должно было руководствоваться в своей дальнейшей работе [6. Л. 44об.-46]. Но обычно резолюции были в пределах одного листа. Некоторые из них включали самые общие положения, другие содержали конкретные положения. Особенно интересны последние, выполнение которых легко проследить по истории автономии. К примеру, отдельные положения I съезда были реализованы очень быстро: уже в ноябре 1920 г. было образовано Чувашское издательство (как отделение Госиздата РСФСР), а в феврале 1921 г. - Центральный чувашский музей (хотя и без запланированных филиалов-отделений на местах). Тогда как первое высшее учебное заведение появилось лишь в 1930 г., а университет - в 1967 г.; железная дорога Канаш - Чебоксары была построена в 1939 г. и т.д. [2. Л. 87, 90]. Во всех резолюциях всех съездов, несмотря на звучавшую критику, деятельность Облисполкома и его отделов признавалась удовлетворительной.
Таким образом, Чувашские областные съезды Советов рассматривали и утверждали отчеты о деятельности подведомственных съезду органов власти, определяли порядок и направления их дальнейшей работы. Съездами утверждался местный бюджет Чувашской автономной области и отчет по его исполнению, выбирался Областной исполнительный комитет Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов - высший орган автономии в перерывах между съездов, а также выбирались делегаты от Чувашии на Всероссийский съезд Советов. В целом работа съездов в рассматриваемый период была плодотворной и способствовала становлению новых органов государственной власти и выходу автономии из кризиса, обусловленного голодом и разрухой.
Литература
1. Государственный исторический архив Чувашской Республики (далее - ГИА ЧР). Ф. Р-125. Оп. 1. Д. 2.
2. ГИА ЧР. Ф. Р-125. Оп. 1. Д. 3.
3. ГИА ЧР. Ф. Р-125. Оп. 1. Д. 13.
4. ГИА ЧР. Ф. Р-125. Оп. 1. Д. 21.
5. ГИА ЧР. Ф. Р-125. Оп. 1. Д. 22.
6. ГИА ЧР. Ф. Р-125. Оп. 1. Д. 29.
7. Законы и постановления о Советах Чувашской АССР (1920-1987 гг.): Документы и материалы / сост. В.А. Нестеров. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1989. 461 с.
8. Иванов М.И. Даниил Эльмень: острые грани судьбы. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 2009. 255 с.
9. Изоркин А.В. Из истории Советов Чувашии первых лет диктатуры пролетариата // Вопросы истории советского строительства в Чувашской АССР. Чебоксары: ЧНиИ, 1984. С. 3-39.
10. Клементьев В.Н. История национальной государственности чувашского народа: в 2 кн. Кн. 2. Создание чувашской государственности, 1920-1925. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 2018. 382 с.
11. Ленин и Чувашия / сост. К.Д. Дмитриев и др. Чебоксары: Чуваш. кн. изд-во, 1980. 390 с.
12. Минеева Е.К. Становление Марийской, Мордовской и Чувашской автономий в 19201930-е годы: автореф. дис.....д-ра ист. наук. Чебоксары, 2009. 47 с.
ВАСИЛЬЕВА ОЛЬГА НИКОЛАЕВНА - соискатель ученой степени кандидата исторических наук, руководитель Центра профориентации, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (onw173@mail.ru).
O. VASILIEVA
THE ACTIVITY OF THE CHUVASH REGIONAL CONGRESSES OF SOVIETS AND THE PARTICIPANTS STAFF (1920-1925)
Key words: Chuvash autonomous region, Chuvash regional congresses of Soviets, the Chuvash regional Executive Committee, participants, list of delegates, resolutions.
The article gives an overview different angles characterizing the activity of the Chuvash regional congresses of Soviets, which was the highest authority in the system of government of the Chuvash Autonomous region in 1920-1925. The article gives a brief overview of the historiography of the problem. The author characterizes the gender, age, national, party membership of the Congress, their educational level. The author analyzes regulations and agendas of congresses, an order of their carrying out, content of discussions and resolutions. Including it is noted that activity of the government of the region and its departments during the congresses was exposed to serious criticism from delegates. Describes the revolutionary rituals, the inherent present in all congresses. The author assesses the participation of women in the regional congresses of the Soviets. The article covers process of creation of resolutions on reports and realization in practice of their provisions and features of election of new structures of the Chuvash regional Executive Committee.
References
1. Gosudarstvennyi istoricheskii arkhiv Chuvashskoi Respubliki. F. R-125. Op. 1. D. 2 [The State Historical Archives of the Chuvash Republic. Archives R-125. Anagraph 1. Document 2].
2. Gosudarstvennyi istoricheskii arkhiv Chuvashskoi Respubliki. F. R-125. Op. 1. D. 3 [The State Historical Archives of the Chuvash Republic. Archives R-125. Anagraph 1. Document 3].
3. Gosudarstvennyi istoricheskii arkhiv Chuvashskoi Respubliki. F. R-125. Op. 1. D. 13 [The State Historical Archives of the Chuvash Republic. Archives R-125. Anagraph 1. Document 13].
4. Gosudarstvennyi istoricheskii arkhiv Chuvashskoi Respubliki. F. R-125. Op. 1. D. 21 [The State Historical Archives of the Chuvash Republic. Archives R-125. Anagraph 1. Document 21].
5. Gosudarstvennyi istoricheskii arkhiv Chuvashskoi Respubliki. F. R-125. Op. 1. D. 22 [The State Historical Archives of the Chuvash Republic. Archives R-125. Anagraph 1. Document 22].
6. Gosudarstvennyi istoricheskii arkhiv Chuvashskoi Respubliki. F. R-125. Op. 1. D. 29 [The State Historical Archives of the Chuvash Republic. Archives R-125. Anagraph 1. Document 29].
7. Nesterov V.A., comp. Zakony i postanovleniya o Sovetakh Chuvashskoi AsSr (1920-1987 gg.): Dokumenty i materialy [Laws and resolutions on the Soviets of the Chuvash ASSR (1920-1987): documents and materials]. Cheboksary, Chuvash Publishing House, 1989, 461 p.
8. Ivanov M.I. Daniil El'men': ostrye grani sud'by [Daniel Elmen: the sharp edges of fate]. Cheboksary, Chuvash Publishing House, 2009, 255 p.
9. Izorkin A.V. Iz istorii Sovetov Chuvashii pervykh let diktatury proletariat [From the history of the Soviets of Chuvashia in the early years of the dictatorship of the proletariat]. In: Voprosy istorii sovetskogo stroitel'stva v Chuvashskoi ASSR [Problems of the history of Soviet construction in the Chuvash ASSR]. Cheboksary, 1984, pp. 3-39.
10. Klement'ev V.N. Istoriya natsional'noi gosudarstvennosti chuvashskogo naroda: v 2 kn. Kn. 2. Sozdanie chuvashskoi gosudarstvennosti, 1920-1925 [The history of the national statehood of the Chuvash people. 2 books. Book 2: The formation of the Chuvash statehood, 1920-1925]. Cheboksary, Chuvash Publishing House, 2018, 382 p.
11. Dmitriev K.D., comp. Lenin i Chuvashiya [Lenin and Chuvashia]. Cheboksary, Chuvash Publishing House, 1980, 392 p.
12. Mineeva E.K. Stanovlenie Mariiskoi, Mordovskoi i Chuvashskoi avtonomii v 1920-1930-e gody: avtoref. dis. ... d-ra ist. nauk [The formation of the Mari, Mordovian and Chuvash autonomies in 1920-1930s. Abstract of Doct. Diss.]. Cheboksary, 2009, 47 p.
VASILIEVA OLGA - Aspirant Candidate of Candidate Historical Sciences, Head of the Career Guidance Center, Chuvash State University, Russia, Cheboksary (onw173@mail.ru).
Формат цитирования: Васильева О.Н. Деятельность Чувашских областных съездов Советов и состав их участников (1920-1925 гг.) // Вестник Чувашского университета. - 2019. - № 2. - С. 20-28.