Научная статья на тему 'Ангела Меркель: политический портрет'

Ангела Меркель: политический портрет Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
1011
153
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Погорельская С.В.

Жизнь и деятельность первой женщины-канцлера Федеративной Республики Германия Ангелы Меркель исследуется в контексте идейно-политической эволюции партии Христианскодемократический союз и развития германской внутренней и внешней политики после воссоединения ФРГ и ГДР. Особое внимание уделяется становлению политических взглядов Ангелы Меркель в ходе межпартийных дискуссий и идейной полемики с иными германскими политическими партиями.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Ангела Меркель: политический портрет»

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ НАУЧНОЙ ИНФОРМАЦИИ ПО ОБЩЕСТВЕННЫМ НАУКАМ

С.В. ПОГОРЕЛЬСКАЯ

АНГЕЛА МЕРКЕЛЬ

ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ

МОСКВА 2008

ББК 66.1(0) П 43

Серия

«Политические портреты»

Центр научно-информационных исследований глобальных и региональных проблем

Отдел Западной Европы и Америки

Ответственный редактор -д-р ист. наук Б. С. Орлов

Погорельская С.В.

П 43 Ангела Меркель: Политический портрет: Аналит.

обзор / РАН. ИНИОН. Центр науч.-информ. исслед. глобал. и регионал. пробл. Отдел Западной Европы и Америки; Отв. ред. Б.С. Орлов. - М., 2008. - 104 с. -(Серия «Политические портреты»).

ISBN978-5-248-00453-9

Жизнь и деятельность первой женщины-канцлера Федеративной Республики Германия Ангелы Меркель исследуется в контексте идейно-политической эволюции партии Христианско-демократический союз и развития германской внутренней и внешней политики после воссоединения ФРГ и ГДР. Особое внимание уделяется становлению политических взглядов Ангелы Меркель в ходе межпартийных дискуссий и идейной полемики с иными германскими политическими партиями.

ББК 66.1(0)

ISBN978-5-248-00453-9

© ИНИОН РАН, 2008

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие.......................................................................................4

Глава I. Политическое восхождение..............................................10

1.1. Жизнь в ГДР.................................................................. 10

1.2. Министр в консервативно-либеральных коалициях...... 15

1.2.1. Министр по делам женщин и молодежи.................. 15

1.2.2. Министр экологии, защиты

природы и безопасности реакторов............................................21

Глава II. Меркель и партия..............................................................24

2.1. ХДС и Ост-ХДС............................................................24

2.2. «Жанна д'Арк ХДС» или «отцеубийца»?......................30

2.3. Кадровый покер.............................................................39

2.4. «Новый союз»?..............................................................41

Глава III. На пути к канцлерству. Программные установки........46

Глава IV. Меркель идет на выборы................................................56

4.1. «Энджи! Энджи!» - предвыборное шоу

в оранжевых тонах.....................................................................56

4.2. Выигрышный проигрыш...............................................58

4.3. Коалиционные переговоры............................................60

Глава V. Канцлер Берлинской республики....................................61

5.1. Проблемы «большой коалиции»....................................61

5.2. Внешняя политика Ангелы Меркель.............................70

5.2.1. Внешнеполитический стиль.....................................70

5.2.2. Меркель и Европа....................................................72

5.2.3. Меркель и США......................................................76

5.2.4. Меркель и Россия....................................................78

5.2.5. Прочие важные внешнеполитические темы.............80

5.3. Меркель и партия после прихода к власти.....................81

Глава VI. Политический стиль и личные особенности................85

Заключение.......................................................................................95

Ступени политической биографии.................................................98

Список литературы..........................................................................99

Предисловие

Ангела Меркель - символ современной Германии. Символ страны, где постепенно «срастаются» воедино два государства, долгие десятилетия шедшие различными политическими путями, страны, сохранившей после воссоединения название западного германского государства - ФРГ, но переставшей быть Западной Германией, причем не только географически, но и политически и ментально. Страны, в новом качестве окончательно еще не сформировавшейся.

Ангела Меркель пришла в политику в момент воссоединения двух немецких государств - воссоединения формального, институционального, - ибо истинное воссоединение оказалось процессом, растянувшимся на долгие годы. Воссоединившаяся Германия первой половины 90-х годов ментально еще оставалась старой Боннской республикой - она просто «расширилась» на «Восток»1 - территориально, политически, экономически. «Рейнский» политический стиль по-прежнему определял жизнь государства, ставшего слишком большим для маленькой столицы и - в перспективе - отказавшегося от нее. Впрочем, перспектива была очень дальней. Переезд в Берлин считался решенным делом - однако уютная политическая жизнь на Рейне шла своим чередом. В Бонне вошло в строй новое здание Бундестага, строились новые здания министерств, открывались новые посольства. «Восток» был далеко, его нужно было «поднимать», «осваивать», быть с ним «солидарным», а его жителям предстояло, разумеется, «многому научиться».

1 Слово «Восток» употреблялось в политическом и журналистском обиходе ФРГ 90-х годов для обозначения новых федеральных земель, т.е. бывшей ГДР. Название «Центральная Германия», подразумевающее, что настоящий «немецкий восток» лежит восточнее нынешней восточной германской границы, употребляется преимущественно в правом и праворадикальном политических обиходах.

Ангела Меркель умела учиться. Она пришла в Бонн с «Востока», принеся в эту обитель рейнской политики классические прусские добродетели - прилежность, старательность, педантичность, работоспособность. Она оказалась образцовой ученицей. «Восток» определил ее характер. Бонн определил ее политический профиль. Как политик Ангела Меркель сформировалась в Боннской республике. И оставалась боннским политиком вплоть до прихода к власти.

Ангела Меркель - первая женщина, ставшая федеральным канцлером. И, вступив на этот пост в 51 год, она оказалась самой молодой из всех канцлеров, бывших до нее. Кроме того, она - первая из бывшей ГДР, из политических элит «новых федеральных земель», кому удалось подняться к вершинам политической власти в воссоединившейся Германии. Но - без восточногерманской специфики. Никогда в своей предвыборной борьбе она не разыгрывала ни «женской», ни «восточной» карты. Политический профиль будущего канцлера в 90-е годы по мере укрепления ее позиций в партии характеризовался большей «западностью», чем у иных родившихся и выросших на «Западе» политиков. Как во внутренней, так и во внешней политике она оперировала категориями боннских консерваторов, опиралась на их ценности, отождествляя их с ценностями Запада в целом, в чем-то даже идеализируя их. Она всерьез упрекала Йошку Фишера1 за его революционное прошлое и даже предлагала ему публично покаяться. Она безоговорочно придерживалась аденауэровской западной ориентации во внешней политике, поддерживая американскую акцию против Ирака и критикуя канцлера Шрёдера2, отказавшегося в ней участвовать.

Ангела Меркель - символ германского «переходного периода», символ продолжающегося процесса внутриполитического воссоединения и внешнеполитического поиска. Она - канцлер формирующейся Берлинской республики. Карьера Меркель блистательна: за 10 лет ей удалось восхождение, к которому иные профессиональные политики стремятся всю жизнь - и не достигают никогда. Это - одна из тех карьер, которые возможны лишь на «переломе

1 Йозеф Фишер - ведущий политик партии «зеленых», министр иностранных дел в коалиции СДПГ/Союз 90/Зеленые, в годы молодости - активный борец против «капитализма». См.: Йошка Фишер. Политический портрет. - М.: ИНИОН РАН, 2003. - 112 с.

2 Герхард Шрёдер - социал-демократический политик, канцлер коалиционного правительства СДПГ/Союз 90/Зеленые (1998-2005 гг.).

эпох». Меркель не пришлось, подобно иным молодым политикам, годами оставаться «восходящей звездой» своей партии - она «взошла» почти сразу.

Какими качествами должна была обладать ученая-физик из ГДР, чтобы добиться политического успеха - и притом еще в такой сугубо «мужской» и во всех отношениях консервативной партии, как Христианско-демократический союз, где женщины, достигавшие высоких политических постов, в лучшем случае занимались вопросами «семейной политики»? В партии, где тон задавали старые элиты Боннской республики, в партии, считавшей воссоединение Германии своей заслугой и полностью ориентированной на своего лидера, на «канцлера германского единства» - Гельмута Коля? Что особенного в этой женщине, как удалось ей за такой короткий срок проделать такой необычайный политический путь?

На эти вопросы пытались ответить не только ее политические соперники, маститые политики из старых федеральных земель, «земельные князья»1, удивленные неожиданным возвышением женщины, которую никто из них не принимал всерьез, но и многочисленные журналисты и политологи.

Книг про ее карьеру в Германии написано немало, причем в основном в последние годы. Политическое восхождение Ангелы Меркель было стремительным. Внимание авторов, специализирующихся на биографиях знаменитых современников, Меркель привлекла к концу 90-х годов, когда стало очевидным, что «девочка Гельмута Коля», как ее называли, выйдя из роли образцовой ученицы, обрела собственный политический профиль и неукротимую волю к власти, когда ей начали уступать путь не только «молодые восходящие звезды» ХДС/ХСС вроде Фридриха Мерца, но и такие закаленные в политических битвах и закулисных интригах лидеры, как Вольфганг Шойбле и Эдмунд Штойбер.

Все книги, написанные до сих пор о Меркель, создавались авторами из старых федеральных земель, т.е. людьми, сформировавшимися в Боннской республике. Специфика «западногерманского» подхода к любой книге о жизни в ГДР - в особом интересе к восточногерманским спецслужбам, так называемым «штази»2: соз-

1 «Länderfürsten», земельные князья - так иронически называют иной раз в ФРГ глав земельных правительств. Иногда их называют также «земельными отцами». Чем крупнее федеральная земля, тем выше авторитет политика в партии.

2 Министерство государственной безопасности, Ministerium für Staatssicherheit, «Stasi».

дается ощущение, что авторов волнует в первую очередь вопрос о том, сотрудничал ли кто-нибудь из описываемых в книге лиц со штази, был ли так называемым «неофициальным сотрудником», и если нет, то почему нет, а если да - то тоже почему: по зову сердца или по принуждению. Причем к собственным неофициальным осведомителям, работавшим на некогда западно-, а ныне всегерман-ские спецслужбы, такого нездорового интереса не проявляют: они-де работали на хорошей, на «правильной» стороне. Причина этой интересной психологической особенности заключается в том, что конструкции «западногерманского» восприятия ГДР, определяющие подход к теме, в частности, убеждение, что на «Востоке» население состояло из «жертв, палачей и попутичков», сохранились даже после воссоединения двух германских государств и исчезают лишь постепенно по мере «срастания» старых и новых федеральных земель.

Книги о Меркель создавались на рубеже веков, когда Мер-кель подчиняла себе ХДС и укрощала строптивых. Одна из первых биографов Меркель, журналистка Эвелин Ролл, справедливо заметила, что большинство слухов о якобы имевшем место «сотрудничестве» отца Меркель со «штази» были запущены в оборот ее партийными соратниками из старых федеральных земель, чувствовавшими себя обиженными и обойденными1.

Исследования пикантных подробностей не миновали и биографы Меркель, начиная от профессора Герда Ланггута2, описывающего попытку «штази» завербовать Меркель во время ее работы в Академии наук ГДР, и заканчивая журналистской Эвелин Ролл, которая не удержалась от соблазна написать о прошлом «па-пы-Каснера» в главе «Отец, церковь и придурки-штази»3.

Солидная книга Герда Ланггута, историка и политолога -наиболее известная из всех биографий Меркель. Эта работа, вызвавшая в свое время немалый критический резонанс, особенно у читателей из новых федеральных земель, написана в стиле научной публицистки и может быть рекомендована серьезному исследователю уже потому, что снабжена огромным справочным материалом. Однако некоторые ее достоинства являются одновременно и

1 Roll E. An den Westpaketen hing unsere ganze Hoffnung II Süddeutsche Zeitung. - München, 2001. - 29 September. - S. 2.

2 Langguth G. Angela Merkel. - München, 2005. - 399 S.

3 Roll E. Die erste. Angelas Merkels Weg zur Macht. - Hamburg, 2005. -363 S. - S. 23-32.

ее недостатками. Образ Меркель дан в исторической перспективе, перспектива эта окрашена авторским восприятием, а в портрет героини «врисовано» так много авторского отношения к ней, что он приобретает больше художественную, чем документальную ценность. Половину книги занимает описание жизни Меркель в ГДР. Оно написано человеком, не знавшим ни этой страны, ни «реального социализма», - для тех, кто тоже всего этого не знал. Однако вторая половина работы очень интересна, в том числе и для историков партии: автор, хдсовец старой «боннской» закалки, обстоятельно и с большим знанием дела сводит счеты с так называемой «системой Гельмута Коля». В 2007 г. Ланггут переделал эту книгу с учетом новых событий и «новых источников», предсказывая Меркель долгие годы канцлерства1. Однако и в новой книге автор значительно более интересен как исследователь внутрипартийной борьбы в ХДС, нежели как историк ГДР и интерпретатор характера и поступков Меркель.

Остальные работы о Меркель написаны журналистами, опять же «западногерманскими»: описания «жизни в ГДР» в этих книгах настолько схожи, настолько сильно определены «западными» стереотипами, что тем, кто прочитал книгу Ланггута, читать первые части остальных биографий уже просто нет смысла. Первым обратился к биографии Меркель журналист Вольфганг Шток. Его книга «Ангела Меркель. Политическая биография»2 вышла накануне избрания Меркель председателем ХДС. Почти в то же время заинтересовалась личностью Меркель и журналистка Эвелин Ролл. Обе ее книги - «Девочка и власть»3 и ее актуализированный вариант «Первая»4 - пример основательной журналистской работы, написаны живо и остроумно и могут быть рекомендованы особенно исследовательницам, желающим «по-женски» понять германскую «железную леди». Следует отметить и работы журналистки Жаклин Бойзен «Ангела Меркель. Немецко-немецкая биография»5, журналистов Натали Дайбер и Рихарда Скуппина «Стратегия Мер-

1 Langguth G. Angela Merkel. Aufstieg zur Macht. - München, 2007. - 496 S.

2 Stock W. Angela Merkel. Eine politische Biographie. - München, 2000. -

206 S.

3 RollE. Das Mädchen und die Macht. - Berlin, 2001. - 302 S.

4 RollE. Die erste. Angelas Merkels Weg zur Macht. - Hamburg, 2005. - 363 S.

5 Boysen J. Angela Merkel. Eine deutsch-deutsche Biographie. - München, 2001. - 240 S.

кель»1, а также книгу самой Ангелы Меркель «Мой путь»2, в которой собраны ее беседы с журналистом Гуго Мюллер-Фоггом. Остается лишь надеяться, что когда-нибудь личностью Меркель займется и биограф из бывшей ГДР - хотя бы ради плюрализма исследовательских подходов.

В России книг об Ангеле Меркель до сих пор не издавалось. Предлагаемый «Политический портрет» - первое российское исследование, в котором эволюция политических взглядов Меркель рассматривается в контексте ее партийной карьеры, исследуются особенности ее внутриполитической тактики и важнейшие этапы деятельности руководимого ей правительства.

Автор данного исследования придерживается убеждения, что объяснить особенности политического стиля (и причины политического успеха) можно лишь обратившись к личности политика, по крайней мере в том случае, если речь идет о настоящем, прирожденном лидере, а не о тех дизайн-продуктах медийной инсценировки, которых под видом «лидеров» преподносят телезависимому «электорату» в предвыборных шоу стратеги современного полит-маркетинга. Поэтому автор уделяет немалое внимание личным особенностям Меркель, жизнь и карьера которой разительно отличаются от карьер лидеров Боннской республики, будь то спокойное, стабильное восхождение консерваторов типа Гельмута Коля или же буйные карьеры профессиональных бунтарей-реалистов вроде «зелёного» Йошки Фишера. Автор старается также передать то меняющееся отношение к личности Меркель, которое было присуще ее партийным соратникам, немецкой прессе, общественности и рядовым избирателям.

Автор благодарит Отдел научных служб фонда Конрада Аденауэра3 в Санкт-Аугустине (Бонн) за возможность работы с партийной документацией и материалами прессы.

1 Daiber N, Skuppin R. Die Merkel-Strategie. - München, 2006. - 204 S.

2 Merkel A. Mein Weg. Angela Merkel im Gespräch mit Hugo Müller-Vogg. -Hamburg, 2004. - 272 S.

3 Фонд Конрада Аденауэра (Konrad-Adenauer-Stiftung) - фонд, близкий ХДС/ХСС, ведет политико-образовательную, научную и зарубежную работу, содержит архивы.

Глава I

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ

1.1. Жизнь в ГДР

Ангела Меркель (урожденная Каснер) родилась 17 июля 1954 г. в Гамбурге. Ее отец родом из берлинского района Панков, однако образование получил на Западе, сначала в Гейдельберге, затем в Гамбурге. Причины этому были не политические, а практические: Хорст Каснер, убежденный христианин евангелического вероисповедания, хотел стать священником и должен был изучать теологию. В ГДР в те годы этого предмета не преподавали. В Гамбурге он женился на местной студентке, готовившейся стать учительницей латыни и английского. Вскоре после рождения Ангелы ее родители переехали в ГДР. Выбор места жительства диктовался опять же не идейными, а прагматическими соображениями - отец Ангелы получил-таки свой церковный приход, сначала в Перлебер-ге, затем в Темплине (земля Бранденбург).

Хорст Каснер - на этом сходятся практически все биографы -не был активным критиком «системы», придерживаясь установки, сформулированной позже, в 1969 г., Союзом евангелических церквей ГДР: «Мы хотим быть церковью в социализме, а не рядом с ним и не против него»1.

Ангела Меркель принадлежала к так называемому «второму поколению» ГДР. Это были молодые люди, родившиеся после раздела Германии, выросшие в социалистическом обществе. Ничем особым Ангела Меркель среди своих одноклассников не выделялась - ни критическими настроениями, ни особой примерностью, ни политической активностью. Училась хорошо, однако, по воспоминаниям одноклассников, вредной не была, и если ее просили помочь или даже в экстренных случаях дать списать - не отказывала. Она была дочерью священника, однако вместе со всеми вступила в пионеры, а позже - в Союз свободной немецкой молодежи (ССНМ, эквивалент советского комсомола). Западногерманские исследователи, не имевшие личного опыта жизни в ГДР, рассуждали в связи с этим о «необходимом приспособленчестве», неизбежном, по их мнению, для тех приличных молодых людей в ГДР, кто хотел получить высшее образование: в душе-то все они были про-

1 Цит. по: Langguth G. Angela Merkel. - München, 2005. - S. 31.

тив «системы» и боготворили Запад, однако для виду числились в ССНМ и выступали «за» социализм. Рассуждали западные журналисты об этом, разумеется, с благими намерениями, желая «политически обелить» молодых людей и не думая, что тем самым они одновременно «очерняют» их, записывая в приспособленцы и лицемеры.

Меркель в политическом отбеливании своего гэдээровского прошлого не нуждается - по крайней мере, судя по ее нынешним рассказам об этом прошлом. Приспособленкой она себя никогда не считала - да и не была ею. Она просто хотела быть со всеми, не выделялась из коллектива, участвовала в школьных мероприятиях - и иной раз проявляла инициативу, и даже с претензией на протест: например, когда в школе старшеклассникам нужно было составить культурную программу для сбора средств в пользу вьетнамцев, боровшихся против «империализма США», Меркель и ее друзья-одноклассники сначала вообще не хотели выступать (в выпускном классе заниматься общественной работой недосуг), а потом, когда их «пропесочили» в общешкольной радиопередаче, они выступили, но только средства собирали не для «Вьетконга», а - в пику вредному учителю - для мозамбикской «Фрелимо». Кроме того, они прочитали стихотворение Кристиана Моргенштерна1, в котором речь шла о мопсах, сидевших у стены, - и в этом якобы усматривался намек на Берлинскую стену. И наконец, они спели Интернационал на английском языке. После чего рассерженные учителя пригласили родителей в школу - но родители встали на сторону детей, так что серьезных последствий своевольная «культурная программа» не имела.

Однако западные биографы, усиленно отыскивающие в детстве и юности Меркель хоть какие-нибудь очаги протеста против «системы», охотно пересказывают этот эпизод, называя его «антисоциалистической культурной программой»2, особенно упирая при этом на английский язык Интернационала. «Слово "стена" в ГДР в любом контексте означало политическую провокацию, - как само собой разумеющееся поясняет читателям Эвелин Ролл, - а англий-

1 Кристиан Моргенштерн, немецкий поэт начала века, известен преимущественно своей юмористической лирикой.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2 Термин гулял по страницам газетных публикаций до тех пор, пока сама Меркель не заявила, что «это абсолютное преувеличение». См.: Merkel A. Mein Weg. - Op. cit. - S. 53.

ский был языком классового врага»1. О «языке классового врага» говорят и Герд Ланггут2 и Жаклин Бойзен («язык империалистов»)3. Исследователям, знающим, что в «реальном социализме» на иностранные языки как таковые «вражеских» ярлыков не наклеивали, подобные пассажи покажутся странными.

Судя по ее собственным интервью, будущая канцлер ФРГ была обычной гэдээровской девочкой и шла обычным для молодежи тех лет путем. Участвовала в олимпиадах по русскому языку и однажды даже победила и получила награду - поездку в Москву. Слушала «Битлз» и носила джинсы (подарок западных родственников). Покуривала тайком от родителей, однако свободных нравов молодежи в вопросах секса не разделяла. Коллекционировала красивые открытки, любила ходить в театр. Гражданской процедуре «посвящения в зрелость» предпочла евангелическую конфирмацию и выбрала своим конфирмационным девизом цитату из первого соборного послания апостола Павла Коринфянам: «А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь - самая большая среди них».

После школы она изучала физику в Лейпциге - не хуже и не лучше других студентов. В 23 года в первый раз вышла замуж - за однокурсника Ульриха Меркеля, с которым и прожила около четырех лет, после чего последовал развод. Позже она вспоминала: «Особой любви не было - поженились просто потому, что все кругом женились»4. Меркель относительно быстро защитила докторскую диссертацию (эквивалент советской кандидатской) и с 1978 до 1990 г. работала в Берлине, в системе Академии наук, научным сотрудником в Центральном институте физической химии. В 1986 г. она посетила ФРГ, однако желания остаться на Западе не возникло, тем более что ее новый спутник жизни - химик Йоахим Зауэр - работал с ней в одном институте. С ним она прожила все последующие годы и «легализовала» эти отношения лишь в 1998 г., когда перспектива высокой политической карьеры стала приобретать все более реальные очертания.

1 RollE. Die erste. Op. cit. - S. 40.

2 Langguth G. Op. cit. - S. 52.

3 Boysen E. Op. cit. - S. 26.

4 Цит. по: Privatsache II Bonner Rundschau. - Bonn, 2005. - 22. November. -S. 1. Сам Меркель утверждал позже, что он-то как раз женился по любви и был огорчен разводом.

В годы работы в Академии наук активности на политическом поприще Меркель не проявляла. В ССНМ она отвечала за культурную работу, однако не ради политической карьеры, а просто чтобы не отделяться от коллектива. «В Академии я сначала чувствовала себя очень одиноко... Потом кто-то спросил меня, не хочу ли я взять на себя культурную работу, - тогда я, по крайней мере, познакомлюсь с ровесниками, буду ходить в театр, ну и вообще... » 1.

В 1989 г. на волне массового демократического подъема, охватившего ГДР, она, как и многие в те годы, попыталась политически определиться. В это время западногерманские партии - постепенно, через свои политические фонды - начали наступление на Восток. Устанавливались контакты в политических и научных кругах, потенциальные политические партнеры проверялись на предмет коалиции в возможных общегерманских выборах. Старые партии ГДР - Ост-ХДС2 и либералы - переживали программное и кадровое обновление. Возникали новые партии и движения. У Ангелы Меркель четких партийно-политических приоритетов еще не было. «Я просто поняла, что время пришло. И мы с моим шефом... отправились искать подходящую партию»3, - вспоминала она позже. «Восточный» ХДС ей не нравился - будучи дочерью священника, она хорошо знала эту партию. Сначала она подумывала вступить во вновь созданную СДПГ-Ост, тем более что ее мать была убежденной социал-демократкой. Однако ей не понравилось и там. Вспоминая свое посещение социал-демократической партийной ячейки в Берлине-Трептов, она говорила: «На первый взгляд там было просто прекрасно. Западная СДПГ организовала им все в лучшем виде. Все были на "ты", пели: "Братья, к солнцу, к свободе", - нет, это было не для меня»4. Не понравился ей и «Новый форум», объединивший радикальных борцов за гражданские права, пацифистов и экологистов. Она не была пацифисткой, не отрицала атомной энергетики и не разделяла пристрастия к базисной демократии: «Я ходила на их мероприятия, просто чтобы показать со-

1 MerkelA. Op. cit. - S. 59.

2 Партия называлась ХДС. Ост-ХДС ее называли неформально, для отграничения от западногерманского ХДС, считавшегося всегерманским. В данной работе будет использоваться это общепринятое сокращение.

3 MerkelA. Op. cit. - S. 77.

4 Ibid.

лидарность с оппозицией в ГДР. Однако их духовная атмосфера была мне неприятна»1.

В конце концов ей приглянулось движение «Демократический прорыв» (ДП), где она сначала помогла установить полученные из ФРГ компьютеры, а потом более года отвечала за работу с прессой. Она своевременно дистанцировалась от лидера ДП Вольфганга Шнура, оказавшегося неофициальным сотрудником «штази» (и назвала его «самым большим разочарованием своей жизни»), однако движения не покинула.

Западные биографы любят комментировать поведение Мер-кель 9 ноября 1989 г., в день падения Берлинской стены. Согласно их представлениям, все свободолюбивые, истосковавшиеся по Западу восточные берлинцы единым потоком хлынули на обетованную западноберлинскую землю. Меркель же с подругой, каждую неделю в один и тот же день ходившие в сауну, не изменили своей традиции и в эти знаменательные для немецкой истории часы. Впрочем, другая их хорошая традиция все же рухнула - они не пошли, как обычно, пить после сауны пиво. Вместо этого Меркель отправилась прогуляться через «границу», правда, ненадолго: попутчики «хотели дальше, на Ку-дамм2, но я решила лучше вернуться - утром мне надо было рано вставать»3. В этом эпизоде - весь ее характер.

В феврале 1990 г. она взяла отпуск, чтобы помогать ДП в предвыборной борьбе, предполагая после выборов в Народную палату вернуться в свой институт. Однако события повернулись иначе. В марте она стала заместителем спикера в правительстве, сформированном Ост-ХДС, Германским социальным союзом и ДП, правительстве, возглавляемом христианским демократом Лотаром де Мезьером; это было последнее правительство ГДР. После слияния ДП с Ост-ХДС в августе 1990 г. и объединения западной и восточной ХДС 2 октября 1990 г. она автоматически стала членом общегерманского ХДС.

После воссоединения Германии 3 октября 1990 г. правительство де Мезьера перестало существовать. Ангеле Меркель обещали место референта в Федеральной службе прессы и информации,

1 Merkel A. Op. cit. - S. 70.

2 Ku'damm, Kurfürstendamm - в Западном Берлине эта заполненная магазинами и ресторанами улица считалась «лицом Запада», после воссоединения утеряла свое символическое значение.

3 Merkel A. Op.cit. - S. 73.

однако вопрос о том, примут ли ее туда, оставался открытым. «И я подумала: еще недавно ты общалась с Миттераном, теперь тебя воссоединили - и куда что девалось», - вспоминала Меркель позже эти тяжелые для ее профессионального самолюбия дни1. Идею попробовать силы в политике подал ей известный в те годы христи-анско-демократический политик из Ост-ХДС Гюнтер Краузе2, он же помог ей выдвинуть кандидатуру на первых общегерманских выборах в Бундестаг - по избирательному округу Рюген - Грим-мен - Штральзунд. Этот округ считался доменом христианской демократии в федеральной земле Мекленбург - Верхняя Померания.

Меркель обладала всеми формально необходимыми качествами, чтобы быть избранной, - «восточногерманским» происхождением и незапятнанной биографией. И она победила и стала депутатом. Появились приятные надежды на спокойную работу «по специальности» - в исследовательской комиссии Бундестага. Однако политическая судьба распорядилась иначе. Лидеры «восточной» ХДС рекомендовали ее канцлеру Гельмуту Колю, которому непременно хотелось иметь в первом общегерманском правительстве трех министров из новых федеральных земель. 18 января 1991 г., побыв всего шесть недель рядовым депутатом первого общегерманского Бундестага, Ангела Меркель становится министром по делам женщин и молодежи первого общегерманского правительства - консервативно-либеральной коалиции ХДС/ХСС и СвДП.

1.2. Министр в консервативно-либеральных коалициях

1.2.1. Министр по делам женщин и молодежи

Западные биографы объясняют мощное начало политической карьеры Меркель столь же мощным политическим протежированием: в первые годы после воссоединения маститые «отцы христианской демократии» как сговорились, продвигая ее на верхние этажи

1 Цит. по: RollE. Die erste. Op. cit. - S. 149.

2 Гюнтер Краузе - по специальности информатик, член Ост-ХДС с 1975 г., в 1990 г. в качестве парламентарного госсекретаря ГДР играл значительную роль в процессе воссоединения, был министром транспорта в первом общегерманском правительстве, уволен в 1993 г. в связи с финансовой аферой.

политической пирамиды. Ангела Меркель обладала всем, что требовала «партийная разнарядка», - молодая женщина (тогда ей было лишь 36 лет), с «Востока», ученая-физик, сотрудница Академии наук с незапятнанной политической репутацией и к тому же успевшая себя положительно проявить в гражданском движении ГДР и в правительстве де Мезьера. Она, если следовать известной поговорке, оказалась «в нужное время на нужном месте».

И наконец, ее внешность исключала любое подозрение в отношении каких-либо специальных мужских интересов протежировавших ее боннских «отцов». Достаточно было лишь глянуть на Меркель, чтобы понять, что эти «отцовские» интересы были чисто партийного свойства.

Потому что Ангела Меркель выглядела в те годы невзрачно -по крайней мере, для тех, кто привык к западным стандартам. Это была скромная, очень естественная молодая женщина. Она практически не употребляла косметики, носила бесформенные юбки ниже колен или скромные брючные костюмы, гладкие, негустые волосы русого цвета были пострижены в аккуратное «каре»1.

Скандально - с точки зрения мастеров западного политмар-кетинга. Гениально - с точки зрения политического инстинкта. Это только для западного, католического избирателя Меркель была чужой, а в душах гэдээровских христанских демократов, в душах протестантских бюргеров из мекленбургских деревень ее внешний вид пробуждал почти что родственные чувства. Она выглядела как дочка сельского врача, живущего по соседству, или как дочка протестантского священника из ближнего прихода, которая благодаря прилежанию и усидчивости смогла «выбиться в люди». На ее примере можно было воспитывать собственных дочек, оглушенных потоком поп-культуры, грезящих о карьерах «фотомоделей»: вот, посмотри, она - одна из нас, не красилась, не наряжалась, вела себя честно, была умной, старательной и усердной - и как высоко взлетела!

Это был распространенный тип трудолюбивой восточногерманской немки, - тип, известный каждому, кто бывал в ГДР, - неброские на вид, коротко стриженные, просто и неприметно одетые,

1 «Утомленный взгляд, склонность к бесформенным юбкам и простеньким блузам, неприязнь к макияжу - в мужских кругах ее называли серой мышкой». Pappenheim B. von. Überzeugt davon, dass Jammern einfach nicht hilft // Stuttgarter Zeitung. - Stuttgart, 1991. - 9 September.

но умные, независимые, деловые и, как правило, успешно сочетавшие работу, учебу и материнство, причем неоднократное.

Ангеле Меркель стать матерью не довелось, но ее спутник жизни имел двух детей от первого брака, которых они совместно воспитывали. Много позже, отвечая на вопрос западного журналиста: «А почему, госпожа доктор Меркель, у вас нет детей? Вы отказались от них ради карьеры?» - Меркель ответила: «Нет, я не отказывалась, просто так сложилась жизнь».

ГДР миновали политические бури 68-го года, сотрясшие, в числе прочего, и «семейные устои» западногерманского общества. Восточногерманское общество не пережило «сексуальную революцию» так, как Запад, но в то же время или, может быть, как раз поэтому отношение к сексу там было свободное, в том числе и от той политической нагрузки, от тех элементов бунтарства и скандальности, которые обременяли борьбу за «сексуальную свободу» на Западе в конце 60-х годов.

Женщине в ГДР не приходилось выбирать между работой и ребенком. Разветвленная как ни в какой другой «социалистической» стране сеть яслей, детских садов и групп продленного дня в начальных школах позволяла молодым женщинам реализовывать себя как в выбранной профессии, так и в материнстве. В таких условиях рождаемость была высока, семьи с несколькими детьми были в порядке вещей.

Можно, разумеется, по-разному интерпретировать мощную систему государственной поддержки для матерей и молодых семей, существовавшую в ГДР. Там, где одни (в том числе и автор данной работы) видят пример сильной социальной политики (как она финансировалась - иной вопрос!), другие усматривают доказательство экономической несостоятельности политического режима ГДР, бывшего якобы не в состоянии отказаться от труда женщин-матерей и к тому же намеренно - посредством яслей, детских садиков и продленок - лишавшего семью ее неприкосновенности.

Как бы то ни было, но если в ГДР у женщины, успешной в своей профессии, не было детей, никому бы не пришло в голову связать ее бездетность с политическим феминизмом или с карьеризмом.

В ФРГ же «женский вопрос» был вопросом политическим: слева - феминизм, нашедший политическое пристанище по большей части в партии «зеленых», справа - католический консерватизм ХСС с его представлениями об обязанностях супруги и мате-

ри. Между этими политическими полюсами находился реальный мир, в котором женщинам - по мере победы «эмансипации» - действительно все чаще приходилось выбирать между детьми и карьерой. Социальное государство, в те годы значительно более сильное, обеспечивало женщинам возможность воспитывать ребенка дома до 3-летнего возраста. После 3 лет он мог претендовать на место в детском саду, причем в коммунальных и церковных садах дети, как правило, могли оставаться лишь первую половину дня. Официально - на уровне квот и разнарядок - государство поощряло возвращение матерей в систему наемного труда. Реально же такая «обратная интеграция» была возможной лишь для тех, кто располагал постоянным рабочим местом. А таких среди женщин было все меньше - после воссоединения Германии в ходе ухудшения экономической коньюнктуры работодатели начали сокращать постоянные места, заменяя их контрактами до пяти лет или же создавая фирмы «проката рабочей силы». Лишь в последние годы профсоюзы начали бороться с этим - в первые же годы после воссоединения этот процесс только начался.

После воссоединения Германии предприятия ГДР были приватизированы, однако не рабочими коллективами, а западными фирмами. Идеалистические представления об ответственности западных работодателей, укоренившиеся к концу 80-х годов в социалистических странах, быстро сошли на нет по мере практического ознакомления с реальностью капиталистической конкуренции. Многие предприятия были куплены западными концернами лишь для того, чтобы как можно скорее ликвидировать их под видом нерентабельных. Черезвычайно пострадала текстильная и бумажная промышленность ГДР - отрасли, где работали преимущественно женщины. Огромное количество трудящихся матерей оказались без работы, повисли на шее социального государства.

Школьная система преобразовывалась на западных стандартах. Отменялись группы продленного дня. Не стало прежних центров детского досуга. Закрывались молодежные клубы - раньше неотъемлемая принадлежность любого столичного района, городка, деревни. Впоследствии, десятилетие спустя молодежный досуг в деревнях бывшей ГДР вновь стал организовываться - причем чаще всего силами праворадикальной НДПГ.

Будучи министром по делам женщин и молодежи, Меркель, разумеется, была в курсе сложившейся в 1991-1992 гг. ситуации. Она посещала текстильные фабрики в новых федеральных землях,

говорила с ткачихами, видела детей, державших плакаты: «Верни нашим мамам работу!»

Однако что она могла сделать? Уже назначение неопытной Меркель на этот пост показывает, что «дела женщин и молодежи» для Гельмута Коля имели второстепенное значение. Министерство было небольшое, его компетенции были не до конца уточнены и во многом пересекались с компетенциями Министерства по делам семьи и пожилых людей. При вступлении в должность Меркель заявила, что основной задачей руководимого ею министерства будет проблема растущей женской безработицы в новых федеральных землях. Ответ боннских сотрудников: «Хорошо, мы поручим ученым исследовать эту тему и к 1994 г. представить результаты» возмутил ее: «Женщины в новых федеральных землях не могут ждать до 1994 г.!»1

В задачи министерства входила и разработка «Закона о равноправии», определявшего, в числе прочего, равные права для женщин и мужчин при зачислении на работу. Необходимость такого закона предусматривалась коалиционным соглашением между ХДС/ХСС и СвДП.

В годы жизни в ГДР Ангела Меркель западногерманским «женским вопросом» не интересовалась. «Честно говоря, жизнь и мечты женщин на Западе меня тогда не интересовали. Я исходила из того, что они работают»2. Незначительными, надуманными, далекими от реальных забот трудящихся женщин казались ей и западногерманские споры о корректном с половой точки зрения обозначении профессий. «Я помню, что люди сначала часто удивлялись, что я называю себя, как это было принято в ГДР, физиком, а не физичкой»3.

Недостаточные знания Ангелой Меркель западногерманского «женского вопроса» вели иной раз к скандальным с точки зрения западных женщин недоразумениям. Известна, например, ее цитата: «Моим самым большим открытием после воссоединения Германии было то, что на Западе есть эмансипированные женщины, которые никогда не работали»4. Кроме того, она долго отвергала необходи-

1 Bischoff J. Zwei Revolutionäre von einst im Kampf mit Bonns Bürokraten // Der Tagesspiegel. - B., 1991. - 3 Juli.

2 Merkel A. Op. cit. - S. 113.

3 Merkel A. Op. cit. - S. 115.

4 Uht. no: Stock W. Angela Merkel. Eine politische Biographie. - München, 2000. - 208 S. - S. 67.

мость «женской квоты», уверяя, что женщины при зачислении на работу не нуждаются в «формальном равноправии». В то же время она предлагала обязать работодателей к письменному доказательству, что женщине - при равных условиях - отказали в рабочем месте не по причине ее пола. Если такого доказательства не было, работодатель обязывался к компенсации в размере трех зарплат. Против такого проекта выступили как организации работодателей, так и СвДП1, так что в итоге был разработан компромисс, предусматривавший особые правила для малых и средних предприятий.

В окончательном варианте закон был представлен на обсуждение Бундестага уже ближе к концу легислатурного периода, в 1993 г., и вступил в силу 1 сентября 1994 г. Благодаря ему положение женщин, в том числе в промышленности и фирмах, было улучшено на федеральном уровне.

В задачи министерства входила разработка единых всегер-манских нормативов и в таком особом женском вопросе, как разрешение на прерывание беременности. В ГДР эти нормативы были более либеральны (женщина имела право на аборт до 12-й недели беременности и принимала решение самостоятельно), чем в ФРГ, где серьезную роль играла христианская церковь (интересы которой в данном вопросе представлял ХДС/ХСС) и где рассуждения о «моральной ответственности» и «защите нерожденной жизни» имели немалый политический вес. В обществе развернулись серьезные дебаты на эту тему. Компромисс, найденный в период пребывания Меркель на министерском посту, предусматривал ограниченные сроки и обязательную консультацию, на которой женщине предлагалось пересмотреть свое решение. Лишь справка о том, что консультация проведена, официально давала разрешение на аборт. Однако окончательное решение по этому вопросу было принято лишь в 1995 г., в новой консервативно-либеральной коалиции, когда министерский пост (в объединенном Министерстве по делам

1 Последовали также и оскорбительные комментарии: газета «Бильд» поместила особенно нелицеприятную фотографию Меркель с подписью: «Приняли бы вы эту женщину на работу?» Как никакой другой женщине-политику, Меркель пришлось в течение всей свой политической карьеры противостоять злым шуткам о своей внешности. Они утихли лишь после ее вступления на пост Федерального канцлера.

семьи, пожилых людей, женщин и молодежи) заняла Клаудиа Нольте1.

В «делах молодежи» основными вехами была кампания «Запретить насилие над детьми» и ряд программ, предполагавших ограничить рост праворадикальных настроений среди молодых людей.

Первые годы в правительстве были для Меркель годами приобретения политического опыта. Уже в это время начинают формироваться ее нацеленный на поиск компромиссов стиль работы и ее бескомпромиссная кадровая политика2. Тем не менее в делах «женщин и молодежи» министр Меркель четкого личного политического характера еще не проявила.

1.2.2. Министр экологии, защиты природы и безопасности реакторов

Иначе показала она себя на своем втором министерском посту - в качестве министра по делам экологии, защиты природы и безопасности реакторов.

Министерство было создано правительством Гельмута Коля после Чернобыльской катастрофы. Предубеждения против атомной энергетики, требования усилить безопасность собственных реакторов, расположенных в плотнозаселенных районах, способствовали созданию новой министерской структуры.

До 1994 г., когда ХДС/ХСС, вновь победив на выборах, сформировали очередное коалиционное правительство с либералами, это министерство было в руках опытного консервативного лидера Клауса Тёпфера. Назначение Меркель с ее все еще «ученическим» имиджем было истолковано как смена политических приоритетов: экология становилась для Коля второстепенной темой. Для Коля - но не для общества.

Экологическая безопасность волнует в Германии не только партию «зеленых», которая извлекла из нее в свое время немалый капитал, но не смогла политически «приватизировать». Тема экологии для всего немецкого общества - нечто вроде «больной мозо-

1 Клаудиа Нольте - с 1994 по 1998 г. министр, впоследствии - профессиональный политик. Ее называли «второй девочкой» (Гельмут Коль назначил двух молодых восточногерманских женщин министрами - Меркель и Нольте). До воссоединения Нольте работала научным сотрудником.

2 Подробнее см.: Langguth G. Op. cit. - S. 153-163.

ли»: ею занимаются заботливо и обстоятельно - и тем не менее она все время о себе напоминает. И горе тому, кто на нее наступит...

А соответствующий министр именно это и делает - работа такая. Поэтому он автоматически обречен - не всегда на успех, но всегда на известность. На этом посту Меркель впервые заставила заговорить о себе - и заговорила сама.

Для женщины, вплоть до перехода на политическое поприще работавшей в науке, тема экологии была несомненно ближе и понятнее, чем «дела женщин и молодежи». «Министерство экологии приглянулось мне уже потому, что работа там ставила меня перед целым рядом естественно-научных задач»1, - вспоминала позже Меркель. «Естественнонаучными задачами» были, например, так называемые «радиоактивные слезы касторов». «Касторами» (по имени «кастор-контейнеров») назывались железнодорожные транспорты, регулярно перевозившие радиоактивные отходы атомных электростанций в промежуточное хранилище в Горлебене (земля Нижняя Саксония) и во Францию на переработку. На внешней, нижней стороне днищ изолированных контейнеров конденсировалась влага. Содержание радиоактивных элементов в ней значительно превышало норму. Специалисты из атомной промышленности знали об этом давно, но министерство информировать не считали нужным, а достоянием общественности тема стала лишь в 1998 г., да и то случайно. Поскольку «касторы» и без того были нелюбимы гражданами (сторонники «антиатомного движения», чтобы помешать транспортировке радиоактивных отходов, приковывали себя наручниками к рельсам на пути следования этих поездов), разгорелся немалый скандал, в котором Меркель удалось проявить себя с лучшей стороны. Она никогда не была противницей атомной энергии, наоборот, с убеждением ученого-физика отстаивала ее «экологичность» и высказывалась против популярной в кругах «зеленых» и социал-демократов идеи «выхода» Германии из атомной энергетики. Однако «касторы» немедленно запретила -вплоть до выяснения ситуации и разработки технических мер, гарантирующих полную изоляцию контейнеров. Скандал, взволновавший всех именно с «радиоактивной» стороны, для Меркель был прежде всего вопросом соблюдения правовых норм. Для нее речь шла «о принципе правовой государственности. Государство долж-

1 Ывгкв1 А. Ор. сИ - Б. 94.

но исполнять закон»1. В составленном ею плане по усилению безопасности атомных транспортов она потребовала обязать атомную промышленность обеспечить гласность в тех случаях, когда излучение транспортов превышает допустимую норму. На этом пути ей пришлось столкнуться с сопротивлением в рядах собственной партии, так как свое политическое лобби атомная промышленность имела по большей части у консерваторов. С другой стороны, на Меркель давила оппозиция - социал-демократы и особенно «зеленые», требовавшие ее отставки. Меркель в отставку не ушла, поскольку виноватой себя не считала, более того, «чувствовала себя обманутой»2, так как атомная промышленность все эти годы настаивала на полной безопасности «касторов». Своих убеждений Меркель тоже не изменила - ни в вопросах атомной энергетики, которую по-прежнему считала «экологичной», ни в том, что атомные отходы могут быть захоронены на территории Германии. Однако для атомной промышленности скандал с «касторами» имел печальные последствия - после смены власти в 1998 г. новая, «красно-зеленая коалиция» заявила о постепенном выходе Германии из атомной энергетики.

Успехом в работе министерства была Берлинская международная встреча в верхах по вопросам защиты климата в 1995 г. Меркель приложила немало усилий, чтобы в конце двухнедельных переговоров делегаты из 160 стран приняли так называемый «берлинский мандат», в котором, в числе прочего, предусматривалось сокращение вредных выбросов в атмосферу.

Поражение ХДС на выборах 1998 г. положило конец не только «эре Гельмута Коля» (так называли в Германии 16-летнее правление консерваторов), но и министерской карьере Меркель. Уже в годы работы в министерстве она пробовала силы в партийной карьере. Случались неудачи - как, например, поражение на выборах на пост председателя ХДС земли Бранденбург в 1991 г. Впрочем, в том же году она была избрана заместителем федерального председателя ХДС Гельмута Коля. А в 1993 г. она была избрана на пост председателя ХДС в земле Мекленбург - Верхняя Помера-ния3.

1 Merkel A. Op. cit. - S. 99.

2 Merkel A. Op. cit. - S. 99.

3 На этом посту Меркель оставалась вплоть до избрания председателем ХДС на федеральном уровне весной 2000 г.

Однако по-настоящему Меркель пошла к власти в партии после ухода ее учителя и «покровителя» Гельмута Коля со всех высоких постов.

Глава II МЕРКЕЛЬ И ПАРТИЯ

2.1. ХДС и Ост-ХДС

Чтобы понять причины партийного успеха Меркель, следует вкратце представить ситуацию ХДС после воссоединения Германии.

Христианско-демократический союз в Западной Германии никогда не называл себя «западным». Он был просто «немецким» -с общегерманской претензией. ХДС принял христианское мировоззрение с его моральными и правовыми основами, от естественного права до христианской этики, в качестве программы и нормы политической деятельности. В своих ценностных основах партия считала себя консервативной, в своем отношении к политической свободе - либеральной, а в своих требованиях экономической и общественной справедливости - социальной. В отличие от политического католицизма времен Веймарской республики она стремилась объединить обе конфессии - католицизм и протестантство - на общем базисе христианских ценностей. Однако по своему конфессиональному составу она оставалась преимущественно католической, поскольку основной оплот немецкого протестантизма остался по ту сторону границы - в Восточной Германии. Более того, целый ряд евангелических политиков аденауэровской эры предпочли христианским демократам СДПГ.

ХДС в союзе со своей еще более консервативной баварской «сестрой»1 постоянно, начиная со времен «новой восточной политики» Вилли Брандта, выступал против курса социал-демократов,

1 ВсИ^^еграЛе^ партия-сестра, так называют друг друга ХДС и ХСС, выступающие под общим наименованием Союз или Союзные партии. Эту своеобразную общефедерально-баварскую, двухпартийную систему германской христианской демократии даже немецкие исследователи нередко называют «курьезом немецкого партийного ландшафта». Подробнее см., например: Бухштаб Г. История ХДС // Актуальные проблемы Европы. - М.: ИНИОН РАН, 2007. - № 1.: Консервативные и либеральные партии современной Европы. - С. 81-100, Минт-цель А. ХСС - политика для Баварии, Германии и Европы. - Там же. - С. 101-127.

направленного не только на признание правомерности существования ГДР, но и на постепенное сближение с ней. «Восток» для боннских христианских демократов и в особенности для их политического базиса на местах был «советской окуппационной зоной», а единственное правильное германское государство, знаменитое аде-науэровское «ядро», существовало лишь на «Западе», развиваясь и процветая под сенью общих западноевропейских и трансатлантических структур.

Эта идеологическая конструкция прочно укоренилась в сознании консервативного базиса партии за годы «холодной войны», успешно пережила годы разрядки и определяла характер восприятия политической реальности вплоть до середины 80-х годов, тем более что в ХДС и особенно в ХСС создали свое политическое лобби организации немецких меньшинств, депортированных после Второй мировой войны из ряда стран Восточной Европы. В отличие от остальных западногерманских партий консерваторы никогда не признавали раздел Германии «совершившимся фактом».

ХДС/ХСС лелеяли идею «германского единства», однако единство это должно было прийти отюдь не на путях постепенного сближения двух равноправных германских государств, а на каких-нибудь других, еще неизвестных... Поэтому начатая консервативно-либеральным правительством Гельмута Коля активизация германско-германских отношений (в 1983 г. ГДР был предоставлен кредит, в 1987 г. в ФРГ с визитом прибыл Эрих Хонеккер) в ХДС/ХСС была принята скептически - такая тактика считалась уделом социал-демократов. Однако политическая прозорливость Коля, увидевшего в сложившейся к концу 80-х годов ситуации (слабость СССР, политическая нестабильность в Восточной Европе и ГДР, нерешительность западных держав) уникальный исторический шанс и поспешившего воспользоваться им, чтобы одним махом «воссоединить» два германских государства, примирила его не только с партией, но - на какое-то время - даже и с оппозицией.

В преддверии первых общегерманских выборов западные христианские демократы рассуждали, как им поступить с «восточным ХДС»: воссоединиться на равных - или массово «принять в ряды»? А может - ну их совсем, пусть вступают в индивидуальном порядке? Ведь в годы существования ГДР западные христианские

демократы одноименную гэдээровскую партию в упор не видели1: Ост-ХДС утерял свой страдальческий имидж, навязанный ему было «Западом» в начале 50-х годов, купив право на политическое существование в системе Национального фронта ГДР ценой сотрудничества с СЕПГ. Тем самым он скомпрометировал себя в глазах рядового западногерманского консервативного избирателя, воспитанного на стереотипах времен противостояния блоков и считавшего поэтому ГДР «режимом», где есть только «жертвы, палачи и попутчики». Что скажет этот избиратель, если его христианско-демократическая партия соединится с этакими «политическими конформистами», которые жили и процветали там, где честным христианам положено мучиться и страдать, взывая к помощи Запада? Одно дело - отдельные, принципиальные христианские демократы из ГДР, другое дело - целая партия! Подобные сомнения на сегодняшний день могут показаться странными - однако для хри-стианско-демократического «базиса» тех лет, для членов партийных организаций где-нибудь в деревнях лесного Айфеля, Вестер-вальде или Бергише Ланд они были вполне естественны.

Поэтому руководство партии не выносило свои стратегические раздумья на суд широких партийных масс и в целом не делало их достоянием гласности, ограничиваясь узкими экспертными кругами в рамках фонда Аденауэра, а также партийными кулуарами. На официальном же уровне, для общественности, для рядовых партийцев и избирателей демонстрировалась воля к сотрудничеству с восточногерманскими христианскими демократами, более того, указывалось, что речь идет о партии, вступление в которую для многих рядовых граждан ГДР было политическим жестом, направленным против СЕПГ. К тому же официальный «виновник» за «преступления режима» к тому времени уже существовал - на развалинах СЕПГ формировалась Партия демократического социализма.

1 Единственным законным представителем гэдээровских христианских демократов они признавали возникший в 1950 г. крохотный «ХДС в изгнании», наследника ХДС-Ост, который существовал в рамках западногерманского ХДС на уровне «земельной организации» и руководство которым осуществлялось из «Восточного бюро ХДС».

Срочный анализ ситуации, проведенный посланной в те месяцы на «Восток» небольшой группой экспертов1 из фонда Конд-рада Аденауэра, подтверждал: элиты восточного ХДС сотрудничали не только с СЕПГ, но иной раз и со «штази». Однако те же эксперты указывали на растущую популярность этой партии у «восточных» избирателей и, что немаловажно, на ее разветвленную инфраструктуру, солидные финансовые средства, издательства и недвижимость.

Инфраструктура, средства, недвижимость2, отличное знание политической ситуации на «Востоке» и авторитет у местных избирателей - все это было важно и нужно в преддверии общегерманских выборов.

Политический реализм победил - на Гамбургском партийном съезде 1 октября 1990 г. в ХДС были включены партийные организации восточногерманских федеральных земель. Разумеется, партии отличались друг от друга в корне, в первую очередь по своему конфессиональному и социальному составам. Поэтому основной трудностью процесса «срастания» обеих партий казался вопрос не столько элит, сколько партийного базиса. На Западе 52% избирателей ХДС были католиками, на Востоке - 51% избирателей не принадлежали ни к какой церковной конфессии, а христианские члены партии были по большей части протестанты. На Востоке рабочие составляли чуть ли не половину избирателей ХДС, на Западе же -от силы четверть. Эти внутрипартийные различия на уровне базиса преодолевались лишь постепенно.

Сложной в начале 90-х годов была ситуация не только в ХДС, но и в Союзе (ХДС/ХСС). Еще во времена Франца Йозефа Штрауса3 ХСС показал, что мириться с ролью «младшей партии» не намерен. Он относился к себе с уважением и требовал этого уважения и от других. После воссоединения удельный вес ХДС по

1 Один из них, проф. Вольфганг Пфайлер, был научным руководителем автора, учившейся в начале 90-х годов в аспирантуре Боннского университета и проходившей практику в фонде Аденауэра.

2 Ост-ХДС подчеркивал позже, что он уже в начале 1990 г. отказался от имущества, которое с точки зрения западной правовой государственности могло показаться сомнительным. Оно было либо возвращено прежним владельцам, либо пожертвовано на благотворительные цели. Таким образом, ХДС после объединения перенял лишь оставшуюся, «чистую» часть партийного имущества.

3 Франц Йозеф Штраус (1915-1988) с 1953 г. - на министерских должностях, с 1978 г. - бессменный руководитель баварского земельного правительства.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Германии увеличился, ХСС остался без изменений. Его гэдээров-ский клон («Германский социальный союз»), созданный в 1989 г. и получивший некоторое количество голосов на выборах в Народную палату, в итоге остался крохотной правоконсервативной партией земельного значения. В начале 1990-х годов некоторыми лидерами ХСС выдвигалась идея «всегерманского» распространения своей партии, превращения ее в «четвертую федеральную партию» с целью увязать в нее все правоконсервативные и ультраправые политические и электоральные потенциалы и интегрировать их тем самым в стандарты официальной политики. Всегерманский опрос общественного мнения показал, однако, что даже в случае выхода ХСС за пределы границ Баварии существенного усиления его политического веса не произошло бы1. И хотя ХСС удалось и после воссоединения Германии утвердиться в своем статусе баварской правящей партии и баварской федеральной партии, он все же чувствовал себя ущемленным и был поэтому политически очень активен. Соперничество за лидерство в Союзе сдерживалось лишь политическим весом Гельмута Коля. Зато когда к власти в ХДС пришла Ангела Меркель, оно разгорелось в полную меру. Однако это случилось лишь десять лет спустя.

В начале же 90-х годов на повестке дня ХДС стояло программное обновление. Партии хотелось избежать фракционной борьбы и основополагающих программных изменений. Федеративная структура партии способствовала сохранению местных традиций. Некоторые партийные организации, как, например, в Баден-Вюртемберге, традиционно отличались либеральными взглядами в экономических вопросах, в других сильнее были социальные традиции. Немало политиков из новых федеральных земель, так называемые «обновленцы», были к этому времени интегрированы в руководящие структуры партии и участвовали в разработке новой программы, которая и была принята в 1994 г. на партийном съезде в Гамбурге.

В то же время уже в первой половине 90-х годов старые, опытные западные партийцы начали постепенно вытеснять неприятные им «восточные элиты» из федеральных партийных структур. В этом им помогли открытия так называемого «ведомства Гаука»,

1 Falter J, Schumann S. Konsequenzen einer bundesweiten Kandidatur der CSU bei Wahlen. Eine in die unmittelbare Vergangenheit gerichtete Prognose // Aus Politik und Zeitgeschichte. Beilage zur Wochenzeitung Das Parlament. - Bonn, 1991. - B. 1112. - S. 33-45.

обрабатывавшего уцелевшие акты Министерства государственной безопасности ГДР. Основным козырем в борьбе против старых «восточных» элит стали упреки в их «сотрудничестве со штази». Избежать подобных упреков было сложно - МГБ ГДР старалось в свое время в целях вербовки «охватить» как можно больше христи-анско-демократических политиков. Даже чисто формальное согласие быть «неофициальным сотрудником», данное когда-нибудь из соображений политического конформизма и давно забытое, будучи раскрыто в начале 90-х годов, означало политическую смерть, а в худшем случае - и потерю рабочего места. Более того, в разгар этой кампании конец политической карьеры в ХДС могло вызвать даже одно только наличие актов, подтверждающее, что подозреваемый политик имел контакты со «штази». С какой бы хорошей стороны он ни проявил себя в ходе воссоединения Германии, он все равно считался политически скомпрометированным.

Уже осенью 1991 г. «обнаружилось», что со «штази» якобы сотрудничал второй после Гельмута Коля «архитектор» германского единства - Лотар де Мезьер. Под давлением упреков он сложил с себя все партийные полномочия и ушел из политики1. Не только в партии и околопартийном пространстве, но и в обществе начала разворачиваться кампания против элит бывшей «восточной» ХДС, получивших нелестное прозвище «блок-флейт» (Blockflöte): с одной стороны, потому что они, как и «восточные» либералы, работали в блоке с СЕПГ, с другой - потому что якобы «подыгрывали» ее курсу2.

Случалось, что федеральные карьеры «восточных» христиан-ско-демократических лидеров рушились и по более банальным причинам. Так, например, так называемый «образцовый осси» правительства Гельмута Коля - Гюнтер Краузе, министр транспорта и председатель земельной партийной организации Мекленбург -Верхняя Померания, сам помог своим врагам и завистникам, финансируя красивую жизнь своей семьи из государственного кармана.

1 Интересно, что в 1992 г. такие же упреки обрушились на популярнейшего у жителей новых федеральных земель политика Манфреда Штольпе, который в гэдээровские времена работал в управлении евангелических церквей, а в 1990 г. вступил в СДПГ. Он не сдался, а обратился в Конституционный суд, который в итоге его оправдал.

2 Типичный пример публикаций на эту тему см.: Ditfurth Chr. von. Blockflöten. Wie die CDU ihre realsozialistische Vergangenheit verdrängt. - Berlin, 1991. -240 S.

Процесс взаимного приспособления «верхов» ХДС и Ост-ХДС начал приобретать проблематичный характер, разборки о том, кто больше, а кто меньше сотрудничал с СЕПГ, начали вредить партийному имиджу. У рядовых партийцев и избирателей из новых федеральных земель стало складываться впечатление «захвата партии»: переняв инфраструктуру и имущество Ост-ХДС, «западные» элиты одновременно избавились-де от сильных «восточных» лидеров. В первые годы после воссоединения в новых федеральных землях число членов ХДС сократилось наполовину (с 120 тыс. до 60 тыс.).

Все политически весомые христианско-демократические деятели тех лет были с «Запада», даже если руководили земельными правительствами на «Востоке», как, например, Бернхард Фогель в Тюрингии. К этой консервативной плеяде 90-х годов принадлежали Вольфганг Шойбле - интеллигентный, работоспособный и преданный партии политик, министр обороны Фолькер Руэ, генеральный секретарь Петер Хинтце, восходящие звезды партии - молодые политики Фридрих Мерц и Роланд Кох, а также целый ряд иных консервативных «величин» федерального и земельного значения.

Для поддержания своего общегерманского имиджа партии были жизненно необходимы «политики с Востока», так что Ангела Меркель - скромная, умеющая работать женщина, ученая-физик, начавшая свою политическую карьеру в «Демократическом прорыве», не «запятнавшая» себя, в отличие от старших элит, сотрудничеством с властями ГДР, изначально имела в партии хорошие шансы. Ее главным покровителем в начале 90-х годов считался Гельмут Коль - в партийных кругах ее так и называли: «девочка Коля». Гельмуту Колю ее в 1990 г. порекомендовал Лотар де Мезьер, выдвинуть кандидатуру на первых общегерманских выборах помог Гюнтер Краузе, в 1991 г. ее поддерживал и «двигал» на высокие позиции Фолькер Руэ, с подачи нового федерального председателя ХДС Вольфганга Шойбле она в 1998 г. была избрана генеральным секретарем партии.

2.2. «Жанна д'Арк ХДС» или «отцеубийца»?

К концу 90-х годов Меркель развила собственную политическую динамику и мощно пошла вверх, причем, как мрачно шутили критики, по лестнице из политических трупов тех самых «отцов», которые ввели ее в партию. Действительно, пост заместителя феде-

рального председателя партии в 1991 г. она заняла после ухода в отставку Лотара дле Мезьера, на пост председателя земельной партийной организации Мекленбург - Верхняя Померания была избрана после ухода в отставку Гюнтера Краузе. Однако «отцеубийцей» противники в партии впервые назвали ее после того, как в ходе так называемой «аферы с пожертвованиями», бросившей тень на ХДС, она первой и без предварительных консультаций в партии публично выступила против Гельмута Коля. Впрочем, ее сторонники за тот же самый поступок назвали ее «Жанной д'Арк».

Это случилось вскоре после поражения партии на выборах 1998 г.1 ХДС/ХСС вместе получили нижайший с 1949 г. результат - 35,1%, в то время как СДПГ во второй раз с 1972 г. стала сильнейшей фракцией Бундестага и образовала коалиционное правительство с партией Союз 90/Зеленые.

Смена правительства ожидалась уже в 1994 г. Однако «эйфория германского единства», хотя уже и на излете, еще продолжала приносить ХДС политические дивиденды. Но к концу 90-х годов, когда - на фоне ухудшения мировой экономической конъюнктуры - негативные социально-политические последствия воссоединения стали проявляться все четче, политический капитал партии начал стремительно уменьшаться. Государство по объективным причинам уже не могло обеспечить гражданам тот уровень социального обеспечения, который имел место в старой Западной Германии. На повестке дня стояли срочные реформы здравоохранения, пенсионной и социальной систем. Однако для ХДС признать необходимость этих реформ означало признать, что пресловутые «цветущие ландшафты», которые обещал при воссоединении гражданам обеих Германий Гельмут Коль, начали вянуть, так толком и не расцветя. Тем не менее к концу легислатурного периода правительство осторожно приступило к реформе здравоохранения. Социал-демократам и «зеленым» удалось в борьбе за политическую власть обратить в свою пользу страхи граждан перед грядущим «демонтажем» социальной системы. (После, придя к власти, они провели еще более проблематичные реформы, в частности, реформу социального обеспечения и рынка труда «Хартц-4», ставшую в народе символом политики социального демонтажа.)

1 Подробнее о политике ХДС/ХСС в 90-е годы см., например: Бухштаб Г. История ХДС // Актуальные проблемы Европы. - М.: ИНИОН РАН, 2007. - № 1: Консервативные и либеральные партии современной Европы. - С. 81-100.

После поражения на выборах Коль отказался от обязанностей председателя партии. На XI съезде партии 7 ноября 1998 г. в Бонне председателем партии был избран Вольфганг Шойбле, бывший до этого председателем парламентской фракции ХДС/ХСС. Тем самым партия возвратилась к традициям своего пребывания в оппозиции, соединив две важнейшие руководящие должности в одном лице. Ангела Меркель сменила Петера Хинце на посту генерального секретаря. Вслед за вступлением Ангелы Меркель в должность генерального секретаря в декабре 1998 г. последовал брак с ее спутником жизни, химиком Иоахимом Зауэром, с которым она жила, не расписываясь, более 17 лет. Влиятельный не только в церковных, но и в политических кругах кёльнский кардинал Майснер должен был намекнуть Меркель, что католическим избирателям западных федеральных земель бездетная, разведенная да к тому же еще и живущая в так называемом «диком браке»1 генеральная секретарь с «Востока» не только не импонирует, а прямо-таки претит, - такой стиль жизни связывается в их восприятии скорее всего с партией «зеленых». Бракосочетание было скромным, коллеги по партии узнали о нем не от Меркель, а из газет.

По окончании 16-летнего пребывания у власти ХДС предстояло заново определить свою идентичность и взять курс на работу в оппозиции. Первые попытки реорганизации и консолидации партии были намечены на XII съезде партии в Эрфурте 2527 апреля 1999 г. Восстановлению позиций партии помог неудачный внутри- и внешнеполитический старт нового «красно-зеленого» правительства (уход ведущего социал-демократического политика Оскара Лафонтена в 1999 г. со всех своих партийных должностей, участие Германии в непопулярной у немецких избирателей акции НАТО в Югославии). На земельных выборах ХДС/ХСС постепенно начали вытеснять социал-демократов и «зеленых» из ландтагов (земельных парламентов), усилилось и представительство христианских демократов в Европарламенте. Однако победы эти были сведены на нет разгоревшимся в 1999 г. скандалом, связанным с финансированием партии (так называемые «пожертвования партии»). Эта афера нанесла тяжелейший удар политическому авторитету патриарха ХДС - Гельмута Коля.

1 Wilde Ehe («дикий брак») - критическое наименование для незарегистрированного супружества, так называемых «партнерских отношений».

Гельмут Коль, возглавлявший партию в течение 25 лет, в ноябре 1998 г. стал ее почетным председателем. Однако «бразды правления» из своих рук выпускать не торопился. «Эра Гельмута Коля» закончилась для Германии, но не для партии. Официальный уход Коля с руководящих постов отнюдь не означал конец «системы Коля» в партии. «Системой Коля» политические комментаторы называли сложившуюся в ХДС в поздние годы руководства Коля систему взаимоотношений, которые в известной мере можно было охарактеризовать как неуставные. В начале своего председательства в партии Коль терпел рядом с собой сильных «инакомыслящих» соратников, таких как Курт Биденкопф или Хайнер Гайслер. По мере же усиления авторитета Коля в партии соперники постепенно умолкли. Коль вел партию тем курсом, который считал правильным, и вел он ее твердой рукой - а партия не возражала. Более того, создавалось впечатление, что она этому радовалась. Политические успехи подтверждали, как казалось, верность выбранного курса. Эта система достигла апогея в первые годы после воссоединения Германии, политический успех которого партия связывала с умелой политикой Гельмута Коля. Внутрипартийные решения, кадровые перестановки в значительной мере шли через систему личных взаимоотношений, решающее слово оставалось за Колем. Даже политики, лично не ориентированные на Коля, как, например, Шойбле, были лояльны партии и принимали сложившуюся систему.

«Аферы с пожертвованиями» неоднократно сотрясали политическую жизнь старой ФРГ1, самая крупная из них в Западной Германии была «афера Флика»2. Партии в Германии живут не только за счет членских взносов, но в значительной мере - за счет государственной поддержки и частных пожертвований, поэтому их финансовая жизнь подлежит гласности. Началом «аферы с пожертвованиями», окончательно добившей старую, ориентированную на Коля, ХДС, послужили подозрения, что лица, ответственные за партийные финансы, в Швейцарии «на конспиративной встрече» в 1991 г. приняли наличными («в чемодане») частное пожертвование «в размере миллиона марок», причем якобы от Карла-Хайнца Шрайбера, занимавшегося экспортом оружия и подозревавшегося в

1 См. подробнее к этой теме, в том числе правовые аспекты: Scheuch Ute und Erwin. Die Spendenkrise - Parteien außer Kontrolle. - Hamburg, 2000. - 269 S.

2 Фридрих Карл Флик, крупный промышленный магнат. Его имя вошло в историю в 80-е годы в связи с самым крупным за всю послевоенную историю скандалом, открывшим незаконные связи между промышленностью и политикой.

неуплате налогов. Позже утверждалось, что это были деньги концерна Тиссен. Так или иначе, на официальных счетах они заприходованы не были, а попали, как выяснилось позже, в некие «черные кассы», из которых партия черпала по мере надобности средства для разных своих «личных» дел. Иметь подобные «черные счета» -как внутри страны, так и в зарубежных банках - партиям согласно германскому законодательству запрещено. Поэтому прокуратура 4 ноября 1999 г. открыла официальное дело против лиц, ответственных за партийные финансы. Уже 26 ноября 1999 г. бывший генеральный секретарь партии Хайнер Гайслер признал наличие «черных счетов» ХДС. Еще позже выяснилось, что они существовали чуть ли не с 70-х годов. И средства на них поступали из самых разнообразных источников.

Скандал начал молниеносно раскручиваться, затягивая в себя все новые фирмы и организации, все новых магнатов и именитых политиков «эры Коля», пока, наконец, дело не дошло и до него самого. Коль сначала отрицал все обвинения, называя их клеветнической кампанией, позже, в телевизионном интервью, признал, что подобные счета были и что за время его руководства партией на них было принято 2,5 млн. марок пожертвований, не заприходованных официально. Он утверждал, что средства были использованы для партийных организаций в новых федеральных землях, однако по данным журнала «Шпигель» они были использованы по большей части для предвыборной борьбы - но только тех кандидатов, которых поддерживал Коль. С тех пор с понятием «система Коля» обозреватели связывают как практику неофициального получения партией частных пожертвований, так и способ их расходо-вания1. Официальные расследования были затруднены тем фактом, что целый ряд актов по этому и сопутствующим делам оказался уничтоженным.

Гельмут Коль принял всю ответственность на себя, сложив с себя в январе 2000 г. обязанности почетного председателя, однако «пожертвователей» не назвал, ссылаясь на «честное слово», которое он им дал, обещая не разглашать их имен. Впоследствии начали всплывать все новые и новые суммы, поступавшие якобы на «черные счета» в эру Коля, так что в итоге в декабре 2000 г. был

1 Подробнее см.: Langguth G. Das Innenleben der Macht. - München, 2001. Подробнее о поведении Меркель в ходе «аферы с пожертвованиями» см., например: Stock W. Op. cit. - S. 105-139.

наложен запрет на выплату ХДС 7,7 млн. марок, положенных ей в рамках государственного финансирования партий. Кроме того, президент Бундестага Вольфганг Тирзе наложил на ХДС солидный штраф за несоблюдение порядка финансовой отчетности.

Эта печальная история ознаменовала новый этап карьеры Меркель. «Афера с пожертвованиями» затянула на политическое дно не только Коля, но целую плеяду лидеров - Вольфганга Шойб-ле, Манфреда Кантера, Роланда Коха. Многие маститые западные христианско-демократические политики потеряли доверие избирателей. Меркель же стояла вне всяческих подозрений. В то же время случившееся было для нее очевидным ударом: она поняла, что, несмотря на свои высокие посты, в вопросах «неформальной» жизни партии она осталась все той же «девочкой», какой она была в первые годы своей политической деятельности. «Это было просто вне моего понимания. Конечно, я знала про аферу Флика, но я и представить себе не могла, что после такого опыта... подобная проблема возникнет еще хоть раз»1.

22 декабря 1999 г. в своей сразу же ставшей знаменитой статье «События, в которых сознался Гельмут Коль, причинили вред партии»2 она публично дистанцировалась от своего былого политического «отца», указав, что «конец эры Коля» может означать для партии шанс начать политическую жизнь заново. «Речь идет не об альтернативе "признавать ошибки" или же "сохранять наследие". Если речь идет о Гельмуте Коле и о его роли для ХДС, то верно и то и другое, - писала она. - Будущее может быть построено только на фундаменте истины... Партия должна быть в состоянии в будущем бороться со своими политическими противниками и без своего старого боевого коня, как Гельмут Коль сам нередко себя называл»3.

Позже, поясняя, почему она так поспешно и без согласования с «отцами» партии опубликовала эту статью, она говорила: «Для меня речь шла об идентичности ХДС, можно даже сказать, о ее жизнеспособности»4. «Партию затравили, этому следовало поло-

1 Merkel A. Op. cit. - S. 145.

2 Merkel A. Die von Helmut Kohl eingeräumte Vorgänge haben der Partei Schaden zugefügt II Frankfurter Allgemeine Zeitung. - F.a.M., 1999. - 22 Dezember.

3 Ibid.

4 Ibid. - S. 148.

жить конец. Статья была своего рода аварийным тормозом», - объясняла она журналистам1.

«Афера с пожертвованиями» нанесла удар по доверию базиса и избирателей к партии и ввергла ее в тяжелейший кризис с момента основания. Короткая оптимистическая фаза регенерации и обновления оборвалась. Более года партия разбиралась сама с собой и была практически не способна к нормальной политической работе, которую обычно ведет партия в оппозиции. Вольфганг Шойбле, скомпрометированный по ходу «аферы», в феврале 2000 г. отказался от обязанностей председателя партии и фракции. Председателем фракции стал молодой, многообещающий политик Фридрих Мерц, на партийном съезде в Эссене в апреле 2000 г. председателем партии была выбрана Ангела Меркель, а пост генерального секретаря принял Рупрехт Поленц2. Решение об избрании Меркель было не единогласным: в кулуарах партийные «гранды» сначала планировали избрать «временным председателем» кого-нибудь из «земельных князей». Однако все потенциальные соперники Меркель были слишком заняты преодолением последствий «аферы с пожертвованиями». Избирая Меркель, «гранды» рассматривали ее как вариант «переходного периода», не предполагая, что она будет в состоянии долгое время нести тяжкое бремя партийной власти.

Смена поколений символизировала окончательный конец «эры Гельмута Коля». Произошли и организационные изменения -в 2001 г. центральное бюро партии окончательно покинуло Бонн и обосновалось в Берлине. Следом за партией переехал в новую столицу и фонд Конрада Аденауэра, оставивший в Бонне лишь библиотеку, архив и научные службы. Старое высотное здание ХДС с гигантскими красными неоновыми буквами «CDU» было снесено, а буквы сняты и отданы в боннский Музей современной истории. Партия начала менять визуальный имидж, постепенно отказываясь от любимой в «эру Коля» цветовой палитры, - красные буквы «ХДС» на черном фоне.

ХДС был необходим новый шанс. Этот шанс, казалось, был найден в кандидатуре Ангелы Меркель. «Восточное» происхождение и молодость были ее преимуществами. По причине молодости она не «запятнала» себя теми грехами, из-за которых уже в начале

1 Merkel A. Die von Helmut Kohl eingeräumte Vorgänge haben der Partei Schaden zugefügt // Frankfurter Allgemeine Zeitung. - F.a.M., 1999. - 22 Dezember. -S. 103.

2 Уже в октябре того же года его сменил на этом посту Лоренц Майер.

90-х годов оборвались красиво начавшиеся общегерманские карьеры старшего поколения гэдээровских христианских демократов. А по причине «восточного» происхождения она оказалась не запятнанной и теми грехами, которые погубили маститых западных лидеров «системы Гельмута Коля» - и его самого. Ангела Меркель оказалась именно той - нейтральной и интегрирующей - фигурой, которая была необходима партии, чтобы заново сгруппироваться после ухода Гельмута Коля. Более того, она вполне могла быть федеральным лидером ХДС/ХСС и возглавить Союз в борьбе за канцлерский пост. Однако на пути к этому лидерству ей пришлось столкнуться с Эдмундом Штойбером1 - председателем ХСС и руководителем баварского земельного правительства, старым, опытным лидером «эпохи Гельмута Коля». Борьба за выдвижение своей кандидатуры была не в его стиле: он просто ждал, когда ХДС придет к нему в Мюнхен и позовет на канцлерство, а он немножко помедлит для виду - и согласится.

Последствия финансовой аферы были преодолены уже к 2001 г. - на выборах в ландтаг земли Баден-Вюртемберг, в Гамбурге (2001), в земле Саксен-Анхальт (2002) и в земле Нижняя Саксония (2003) ХДС вытеснил социал-демократов и сформировал земельные правительства. В этот период Меркель начала постепенно подчинять себе ХДС. Однако во внутрипартийной борьбе за выдвижение кандидатуры на пост канцлера для выборов в Бундестаг в 2002 г. козыри явно были на стороне Штойбера. Его поддерживали не только партийные «гранды», но и влиятельная молодежь в руководстве ХДС - Кристиан Вульф, Петер Мюллер, Гюнтер Оттингер и Роланд Кох. Эти политики, с ранней молодости сделавшие ставку на ХДС и знающие друг друга еще по «Молодому союзу»2, связывали с кандидатурой Штойбера свои надежды на власть: независимо от того, победил бы баварец на выборах или нет, Меркель была бы навсегда выведена из игры, и кто-нибудь из их «клуба» рано или поздно стал бы кандидатом в канцлеры3. Один

1 Эдмунд Штойбер, правая рука Франца-Йозефа Штрауса, генеральный секретарь ХСС. После ухода Штрауса - председатель ХСС, с 1993 по 2007 г. -бессменный руководитель баварского земельного правительства.

2 Молодой Союз (Junge Union) - молодежная организация ХДС.

3 Критики называли этих политиков «амиго», а их стратегию - «андским пактом» по названию шутливого «пакта» о взаимной поддержке, заключенного ими в молодости, ночью, в самолете над Андами, в ходе организованного фондом Аденауэра путешествия по Южной Америке.

за другим они объявили Меркель, что поддерживать ее кандидатуру не станут, более того, пригрозили ей устроить в партии конфликтное голосование по этому вопросу. Однако Меркель не стала доводить дело до внутрипартийной конфронтации, не сулившей ей ничего хорошего: она сменила тактику и немедленно, не информировав никого, кроме самых близких сотрудников, отправилась в Мюнхен, чтобы лично в качестве председательницы ХДС предложить Штойберу стать кандидатом в канцлеры от Союза. Это был гениальный тактический ход: отказавшись - на время - от претензий на канцлерство, она в то же время укрепила свое лидерство в ХДС. Решение о кандидатуре Штойбера было принято не через ее голову, она приняла это решение сама, во имя единства Союза -так выглядел ее поступок. После ее добровольной уступки Штой-беру никто уже не назвал бы ее «королевой без королевства» - партия стояла за ней.

«Я не хотела ставить партию перед альтернативой, - рассказывала она позже журналистам. - Канцлерский пост связан с такими серьезными темами, как экономика или внешняя политика. Многие не верили, что я смогу с ними справиться»1.

Во второй раз после того, как в 1980 г. баварец Франц Иозеф Штраус выступал против социал-демократа Гельмута Шмидта, председатель ХСС был выдвинут кандидатом в канцлеры от Союза. В ходе предвыборной борьбы Ангела Меркель активно выступала в поддержку Штойбера, сам же Штойбер явно проигрывал Герхарду Шрёдеру, умевшему мастерски использовать СМИ для достижения своих политических целей. Комментаторы интерпретировали ситуацию в ХДС/ХСС как признак политической нищеты этих партий: канцлер Герхард Шрёдер, при всех его недостатках, умело раскручивал перед избирателями свой имидж государственного лидера. Штойбер подобным весом не обладал, Меркель - тем более. Однако ситуация «красно-зеленой» коалиции уже в силу объективных внутриполитических просчетов была критической, положение спас лишь умелый ход Шрёдера, успевшего летом 2002 г. превратить в тему предвыборной борьбы свой отказ поддержать США в планировавшейся акции против Ирака.

На выборах осенью 2002 г. Штойбер получил блестящие результаты по Баварии и неплохие - по старым федеральным землям, особенно у католиков. Однако уже в северных федеральных землях

1 MerkelА. Ор. ей. - Б. 108.

к нему отнеслись сдержанно, а в новых федеральных землях он набрал совсем мало голосов. Эдмунд Штойбер, блистательный, одаренный, стратегически мыслящий лидер, интеллигентный и остроумный, был в то же время болезненно чувствителен к обидам, самолюбив, холеричен, не обладал необходимой для политика раскованностью. Восточным немцам он казался слишком «западным», чужим, производил впечатление политического легковеса, хорошего для своей Баварии, но малопригодного для общегерманского лидерства. Социал-демократы одержали победу, хотя и с очень малым преимуществом.

После неудачи Союза на выборах Ангела Меркель 24 сентября 2002 г. вытеснила ставшего слишком самостоятельным Фридриха Мерца с поста председателя фракции ХДС/ХСС и вновь соединила оба руководящих поста в одних руках. С этого времени в ХДС практически не сомневались в том, что следующим кандидатом на пост канцлера будет Ангела Меркель. Штойбер, правда, имел на этот счет свое мнение - но об этом несколько позже.

2.3. Кадровый покер

Важной победой Меркель на пути к утверждению своего претендентства на канцлерство считается выбор «ее» кандидата Хорста Кёлера на пост федерального президента.

Федеральный президент в ФРГ - пост скорее морально-символический, нежели практически-политический: президент не может определять текущего политического курса, все нити реальной политики концентрируются в руках канцлера. Однако федеральный президент, как правило, влиятельный политический или общественный деятель, возвышается над повседневными разногласиями, приобретает моральный авторитет и в критических случаях с высоты своего поста в состоянии призвать погрязшие в выяснениях отношений партии к порядку - как это, например, сделал в 2002 г. федеральный президент Йоханнес Рау, когда партийные амбиции завели в тупик принятие давно уже назревшего и необходимого закона об иммиграции. Кроме того, выбор федерального президента всегда имел политико-стратегическое значение. Кандидатура президента предсказывала грядущие правительственные коалиции: например, если СвДП поддерживает кандидатуру, выдвигаемую ХДС/ХСС, то эти партии, скорее всего, намереваются образовать коалицию в случае победы на выборах в Бундестаг.

Наиболее реальным кандидатом на пост федерального президента казался Вольфганг Шойбле. Это был ортодоскальный консерватор, маститый, заслуженный политик, несправедливо пострадавший в ходе «аферы с пожертвованиями». Партия искала для него пост, соответствовавший его заслугам. Одно время его предполагали сделать председателем фонда Конрада Аденауэра. Однако высокий пост в политическом фонде неизбежно означал бы уход из активной политической жизни, а к этому Шойбле готов не был. Он пользовался авторитетом, и даже инвалидное кресло, на которое он был обречен после неудавшегося покушения на его жизнь более 10 лет назад, оборачивалось в глазах избирателей не недостатком, а успехом и придавало ему имидж сильной личности. ХСС открыто поддерживал кандидатуру Шойбле на пост федерального президента, СвДП же, памятуя «аферу с пожертвованиями», относилась к нему неприязненно. Меркель - в этом едины все ее биографы -не хотела избрания Шойбле на пост, возвышающий его владельца до уровня «морального судьи» нации. Однако, не желая разногласий со Штойбером и со сторонниками Шойбле у себя в партии (с теми же Фридрихом Мерцем и Роландом Кохом), памятуя о поддержке, которую некогда оказал ей Шойбле, она предпочла действовать чужими руками - Шойбле был официально отклонен СвДП. Лишь после этого она выступила против него.

Предполагалось, что фаворитом Меркель является женщина - министр культуры федеральной земли Баден-Вюртемберг Ан-нете Шаван, - поэтому Штойбер в отместку за провал Шойбле отклонил ее кандидатуру. Меркель предвидела этот ход, делая вид, будто поддерживает Шаван. На самом деле она заранее исходила из того, что кандидатура Шаван будет отклонена, и это ее устраивало: иначе на выборах Аннете Шаван пришлось бы выступить против профессора Гезины Шван, популярного кандидата от СДПГ. Кто бы из них ни победил, федеральным президентом -впервые в германской истории - стала бы женщина. При таком политическом раскладе шансы Меркель на канцлерство уменьшились бы неизмеримо: одна женщина на высочайшем государственном посту - это инновация, торжество равноправия, символ политкорректности; однако две женщины на двух высочайших государственных постах, причем практически одновременно... К подобному раскладу на высших этажах политической власти Германия скорее всего еще не готова.

Следующий претендент, бывший министр по делам экологии, влиятельный политик Клаус Тёпфер, был отклонен как ХСС, так и СвДП - слишком уж радикально-экологичны были его воззрения для правых консерваторов и либералов.

Самым незначительным из всех претендентов был Хорст Кёлер. Его никто не знал, он не имел политического прошлого. Прилежный, лояльный чиновник, в начале 90-х годов по личному поручению Гельмута Коля занимавшийся разработкой европолити-ческих стратегий, позже ушедший в финансовые структуры (с 1998 г. - директор Европейского банка реконструкции и развития, с 2000 г. - управляющий делами Международного валютного фонда) и более 6 лет живший в Вашингтоне, стал кандидатом на пост федерального президента от ХДС/ХСС и СвДП и 23 мая 2004 г. победил кандидата от СДПГ профессора Гезину Шван с минимальным перевесом (604 из 1204 голосов).

Несколькими днями позже вышла в свет его книга, в которой он хвалил политические и руководящие способности Меркель, причем именно в контексте борьбы за канцлерство. Лишь теперь выяснилось, что именно он и был истинным фаворитом Меркель на пост федерального президента: радикальный рыночник, не слишком консервативный, не настолько влиятельный, чтобы стать угрозой, и к тому же обязанный Меркель своим политическим восхождением.

2.4. «Новый Союз»?

Победы во внутрипартийной борьбе принесли Меркель бесспорную, хотя и сомнительную славу тактически одаренной «мужеубийцы»1: не только «отцы», наподобии Коля или Шойбле, но и влиятельные ровесники мужского пола, в том числе «земельные князья» и вся компания «амиго» с примкнувшим к ним Фридрихом Мерцем, были либо политически убиты, либо изгнаны, либо обескровлены, либо приручены.

1 Впервые Меркель назвали «мужеубийственной» в связи с ее кадровой политикой в бытность министром экологии. Позже этот термин использовался в прессе в связи с комментариями внутрипартийной борьбы в Союзе. См., например: Gujer E. Angela Merkel und das Experiment Politik // Neue Zürcher Zeitung. -Zürich, 2005. - 4 Juni. - S. 2. Еще хлеще: «Мужеубийственная собирательница скальпов», см.: Neue Merkel, neue Union // Welt am Sonntag. - Berlin, 2005. -29. Mai. - S. 4.

Однако победа Меркель означала не просто новый расклад сил в партии; она означала постепенный переход к новому качеству. Несмотря на объединение обоих ХДС в процессе воссоединения Германии, несмотря на то, что в некоторых земельных правительствах или в коммунальных структурах новых федеральных земель доминировали христианские демократы, ментально партия оставалась западным, расширившимся на «Восток» ХДС. Особенно четко этот старый, западный дух был выражен на верхних этажах власти, где тон определяли профессиональные политики, вышедшие из «Молодого союза», сформировавшиеся в системе старых, «рейнских» отношений. В своем ядре старый западногерманский Союз был преимущественно католическим, консервативным, прежде всего, в вопросах традиционных ценностей, в частности брака и семьи. Политическое восхождение, начинавшееся, как правило, в рядах «Молодого союза», учеба в университетах и высших школах, пользовавшихся славой консервативных, нередко - со стипендией фонда Аденауэра или Зайделя, с поездками в США, в Великобританию, во Францию, солидная специальность (как правило, юриспруденция, экономика, а не то и теология), работа в партии, инициативы в своей церковной общине и общественно полезная работа, благотворительность и, наконец, - верная, милая супруга, двое-трое славных, воспитанных детишек, возможно, маленький домашний оркестр или иное симпатичное семейное хобби - так выглядел святой мир образцового профессионального западного христианско-демократического политика, который он по мере восхождения по ступеням партийной лестницы охотно демонстрировал соратникам, а главное, избирателям. Примером может послужить семейство Эдмунда Штойбера, с которым избиратели познакомились в ходе его предвыборной кампании.

Подросшая к моменту воссоединения партийная молодежь, готовая перенять власть, - Фридрих Мерц, Кристиан Вульф, Роланд Кох - принадлежали к этому сорту политиков точно так же, как и их партийные «отцы» - Коль, Шойбле, Штойбер.

В то время, когда «амигос» из «Молодого союза» за счет фонда Аденауэра знакомились с жизнью латиноамериканцев и в предчувствии славного будущего и высокой политической карьеры заключали свой «андский пакт», щедро запивая его виски, Мер-кель, молодой специалист-физик, вышедшая два года назад замуж за однокурсника и получившая с ним крохотную, но зато отдельную квартиру в Восточном Берлине, сидела в своем институте -

окнами на колючую проволоку и на казармы «штази»-батальона, и единственная «общественная работа», которой она занималась, была организация театральных билетов по линии ССНМ. У нее были иные корни, иная история. Поэтому несмотря на быструю партийную карьеру, она так и не стала «своей» для западной когорты христианско-демократических политиков. «Ей не хватает десяти лет Молодого союза»1, - комментировали старые христианские демократы. Ее упрекали в том, что она воспринимает партию умом, а не сердцем, не чувствует ее «души», да и вообще, оказалась в ней-де не по призванию, а по случайности, будучи чисто автоматически интегрирована в ХДС из Демократического прорыва. Будучи способной ученицей, она-де в первые же годы в партии на отлично «выучила» западные христианско-демократические ценности, но не выстрадала их.

Меркель, разумеется, считала иначе. На вопрос журналиста: «Что не хватало бы сегодняшнему ХДС, если бы Вы тогда (в момент воссоединения. - С.П.) решили иначе?» - она ничтоже сум-няшеся отвечала: «Ему бы не хватало меня. Ему бы не хватало того, кто 35 лет прожил в политической системе, где не было свободы, и кто поэтому способен свободу оценить, поставить в центр всех реформ, всех политических решений, в том числе и во внешней политике. ХДС не хватало бы того, кто хочет проложить мосты между различными общественными группами, кто открыт для неожиданностей, для изменений»2.

Разведенная, бездетная, протестантка - она не вписывалась в мир старого, западногерманского ХДС - и не щадила его, придя к власти. Ее слова о «Новом союзе» не случайны - придя к руководству партией, она стремится не только к кадровому, но и к содержательному обновлению. Прощание с Гельмутом Колем ознаменовало конец внутрипартийного патриархата, уход Норберта Блюма3 символизировал конец неприкосновенности социально-

1 Leithäuser J. Metamorphose einer Naturwissenschaftlerin // Frankfurter Allgemeine Zeitung. - F.a.M., 2005. - 30 Mai. - S. 4.

2 Merkel A. Op. cit. - S. 17.

3 Норберт Блюм - с 1982 по 1998 г., т.е. всю «эру Гельмута Коля», был министром труда и социального порядка. Выступал за усиление социального компонента христианско-демократической политики. В частности, по его инициативе была введена «страховка по уходу» (дополнительно к медицинской страховке). Оставил политическую карьеру после прихода Меркель к руководству партией из-за несогласия с новым, по его мнению, неолиберальным курсом ХДС.

государственного принципа, с Хайнером Гайслером1 ушла ориентация на социальную доктрину католицизма, с Эдмундом Штойбе-ром (и его супругой Карин) - ориентация на традиционную семью. «Классические» христианско-демократические биографии - как у Мерца, Коха, Вульфа - остаются возможными, но уже не обязательны для того, чтобы сделать карьеру в этой партии.

Слова Меркель о «Новом союзе» означают своего рода «Прощание с принципиальным»2. Она все более «секуляризирует» ХДС, она удаляет его не только от его строгих религиозных, но и от общественно-политических и социальных корней, расширяя его базис. Она пытается изменить партию сущностно, сделать ее в полном смысле слова гражданской, влить в формально объединенную партию идейный потенциал партийных организаций из новых федеральных земель и, кроме того, привлечь к партии восточногерманских избирателей, не принадлежащих к церкви. «Не будучи "западным" политиком, она не хочет быть и "восточным" - она пытается сформировать содержательный профиль нового, общегерманского Христианско-демократического союза, сплавить воедино все составные ХДС из старых и новых федеральных земель. Причем не исключалось, что консервативно-демократический элемент в этом Союзе будет доминировать над христианским и социальным.

В то же время на вопросы журналистов, будет ли так называемое «большое С»3 и дальше важным для ХДС, она в 2004 г. отвечает: «Да, экзистенциально и конституционально», - поясняя, что политика ХДС никогда не утеряет окончательно своего христианского компонента: «ХДС не может, разумеется, делать ту работу, которую делают церкви. Но мы можем поддерживать и укреплять представление о политике, предполагающее смирение перед Бо-

1 Хайнер Гайслер - с 1961 г. на высоких партийных должностях. Сторонник социального учения католицизма. Критически относился к Гельмуту Колю, в 1989 г. в ходе программной дискуссии попытался сместить его с поста председателя партии. Активно выступал за усиление социальных компонентов в политике ХДС. В 2002 г. ушел из активной политики.

2 «Прощание с принципиальным» - название знаменитого эссе консервативного философа Одо Маркварта. Odo Marquard. Abschied vom Prinzipiellen. -Stuttgart, 1981.

3 «Большое С», «das große C», первая буква названия партии ХДС (Christlich Demokratische Union), символизирует «христианскую» принадлежность немецких консерваторов. О «большом С» говорят, как правило, в ходе дискуссий о христианской составляющей ХДС.

гом»1. Указывая, что консервативная партия не может отказаться от избирателей, не принадлежащих к христианской церкви, и допуская поэтому, что «нехристианин» может «в отдельных случаях» быть избран на относительно высокие партийные посты (как в свое время Мишель Фридман2), она в то же время подчеркивала, что христианское большинство должно быть в состоянии определять программное развитие христианской партии и что председателем партии может быть только христианин. Точно так же, подчеркивает она, мужчина и женщина, супружество и семья стоят в центре социальных представлений ХДС, так что «другие формы совместной жизни» не могут считаться равноценными3. Воспитание детей гомосексуальными парами она решительно отрицала4.

Говоря о сути ХДС, об основных составляющих этой партии, она в 2004 г. подчеркивала: «ХДС - это не консервативная, не либеральная, не социальная партия. Консерватизм, либерализм, социальность - три равноценные составляющие нашей партии на основании христианского представления о человеке. ХДС - христиан-ско-демократическая партия. Это - наша сущность и наша цель»5.

Вторая составная «Нового союза» - отношения с ХСС. Еще в 2004 г. Штойбер, не придавая значения изменению соотношения сил в ХДС, предполагал возможность вторичного выдвижения своей кандидатуры на канцлерство. «Мы должны будем объяснить нашей партии, что ХДС не будет готов во второй раз поддерживать кандидатуру Штойбера»6, - говорил член ХСС, эксперт Вольфганг Цайтльманн в высших кругах партии. Причем партия это понимала; однако Штойбер лично недооценивал Меркель, полагая, что «восточногерманская протестантка и боннский холостяк»7 (лидер СвДП Гвидо Вестервелле не скрывал своей гомосексуальности) не смогут противостоять проверенному тандему Герхард Шрёдер -

1 Merkel A. Op. cit. - S. 227.

2 Мишель Фридман - юрист, телеведущий, был членом президиума ХДС земли Гессен и член федерального президиума ХДС, из которого вышел в связи с несогласием с политикой Коля.

3 Как известно, ХДС не миновало общее поветрие, предполагающее политическую инструментализацию сексуальной ориентации. По образцу иных партий в ХДС был создан «Рабочий круг лезбиянок и гомосексуалистов», упрекавший Меркель в нетерпимости к их образу жизни.

4 Merkel A. Op. cit. - S. 230.

5 Merkel A. Op. cit. - S. 235.

6 Daiber N., Skuppin R. - Op. cit. - S. 67.

7 Daiber N., Skuppin R. - Op. cit. - S. 69.

Йошка Фишер. Штойбер был не в состоянии увидеть общегерманское измерение политики Меркель, для него она навсегда осталась «восточной немкой» - что и определило дальнейшие конфликты между ними.

Понятие «Новый союз» Меркель начала вводить в политический оборот уже в 2004 г. ХДС/ХСС начинает программную консолидацию, готовясь к предстоящим в 2006 г. выборам. Когда после неожиданного демарша канцлера Шрёдера, потребовавшего от Бундестага вотума доверия, в конце мая 2005 г. стало очевидным, что выборы, скорее всего, состоятся годом раньше, Союз официально утвердил кандидатуру Меркель на пост федерального канцлера от ХДС/ХСС. Это произошло 29 мая 2005 г. К этому времени христианские демократы одержали ряд побед на земельных выборах, в том числе в таком традиционном домене социал-демократов, как Северный Рейн - Вестфалия. Политическая расстановка сил по стране менялась в пользу ХДС/ХСС, ситуация располагала партию к оптимизму.

Глава III НА ПУТИ К КАНЦЛЕРСТВУ.

ПРОГРАММНЫЕ УСТАНОВКИ

Для Меркель борьба за канцлерский пост была вопросом политической судьбы. С момента выдвижения ее кандидатуры партия стояла - обязана была стоять - за нее. Все «земельные князья» ХДС/ХСС, даже «амигос», даже Кристиан Вульф1, который терпеть ее не мог, боролись за ее победу. Однако партийная солидарность не означала окончания внутрипартийной борьбы: проиграй Мер-кель выборы, да еще при такой удачной расстановке сил2, ее политическая карьера была бы навеки закончена. У нее не было таких тылов, как у Штойбера, у нее не было «своей» федеральной земли, позволившей бы ей остаться в большой политике. Меркель играла ва-банк, она рисковала всем.

За годы своего партийного восхождения она доказала свою одаренность в вопросах политической тактики. Теперь от Меркель требовалось доказать свою способность к стратегическому мышлению в государственных масштабах. Перед началом «горячей» фазы

1 Глава земельного правительства Нижней Саксонии.

2 11 земельных правительств к этому времени были в руках ХДС/ХСС.

предвыборной борьбы ей предстояло уточнить программу, с которой она пойдет на выборы, и разработать предвыборную стратегию, которая поможет ей представить эту программу в наиболее выгодном свете. Уже в октябре 2002 г. Меркель, призвав партию «открыться новым тенденциям общественного развития», положила начало внутрипартийным дебатам. В ноябре того же года на съезде в Ганновере партия подтвердила свое доверие курсу Мер-кель, вновь избрав ее председателем партии.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

К разработке своего нового «предвыборного» профиля Союз приступил уже к началу 2003 г. В это время правящая «красно-зеленая» коалиция готовила пакет реформ (позже ставший известным как «Агенда 2010»)1, предполагавших реорганизацию рынка труда и серьезные изменения структур социальной государственности, сложившихся в старой ФРГ и распространившихся после воссоединения на новые федеральные земли. Их ядром явились пенсионная реформа, реформа здравоохранения и четыре реформы рынка труда и порядка получения социальных пособий (получивших позже название «реформ Хартца», по имени главы комиссии по их разработке). В качестве оппозиционной партии ХДС/ХСС должны были разработать собственную, альтернативную концепцию реформ. 4 февраля 2003 г. ХДС/ХСС создали Комиссию по делам реформ, возглавляемую бывшим федеральным президентом Романом Герцогом. К октябрю эта комиссия разработала ряд предложений по перестройке социальной системы, а на партийном съезде в Лейпциге 1 декабря 2003 г. ХДС принял предложения комиссии Герцога по пенсионной реформе и реформе здравоохранения в качестве программных.

Изложим вкратце основные предвыборные установки ХДС.

Если в предвыборной борьбе 2002 г. доминировали внешнеполитические темы, то в 2005 г. на первом плане стояли вопросы внутренней политики.

Чрезвычайно важной казалась тема налоговой реформы, поскольку именно на путях успешной налоговой политики предпола-

1 Документ получил название «Агенда» (русс: «повестка дня») по аналогии с документом ЕС «Лиссабонская агенда», в котором ЕС предполагалось до 2010 г. превратить в самый динамичный и конкурентоспособный регион мира. Такие же цели предусматривала «красно-зеленая» коалиция для Германии. См. подробнее: Die Bundesregierung. Agenda 2010. Stand: November 2003. - Mode of access: http://archiv.bundesregierung.de/artikel/81/557981/attachment/557980_0.pdf

галось в основном преодолеть конъюнктурный экономический спад тех лет.

Вопросами радикальной налоговой реформы ранее в ХДС занимался Фридрих Мерц. Перед началом предвыборной борьбы Меркель официально пригласила в свою команду профессора Пауля Кирххофа, признанного эксперта в вопросах налоговой политики. Типичное для Меркель стремление привлечь в политику - на свою сторону - неотягченных политическим прошлым экспертов-профессионалов, окружить себя специалистами, обязанными ей своим политическим восхождением. В случаях победы на выборах и образования консервативно-либеральной коалиции Кирххоф в роли министра финансов получил бы шанс реализовать давно уже разработанную им новую систему налогообложения.

Однако этот эксперимент не удался. Система из 418 пунктов, которую Кирххоф, новичок в политике, в лучших академических традициях разместил для всеобщего обозрения на своем интернет-портале, была с восторгом встречена «красно-зелеными» конкурентами: лучшую «страшилку» для избирателей трудно было придумать. Неолиберальные рецепты, повышение налога на добавочную стоимость, отказ от субсидий... «Профессор из Гейдельберга» стал символом «дикого капитализма» и «социального холода».

Сначала Меркель пыталась защитить своего эксперта, называя упреки социал-демократов в его адрес лицемерием и «невероятной клеветой»: «Такие аргументы я слышала в связи с реформами Хартца от Гизи, Лафонтена и ПДС»1, - говорила Меркель. Но после выборов, когда зондировались возможности «большой коалиции», она, не раздумывая, пожертвовала непопулярным у социал-демократов экспертом ради власти. Пауль Кирххоф так комментировал свое короткое пребывание на политическом поприще: «В будущем политика для меня исключена. В этот самый бурный за всю мою жизнь год я узнал, как это хорошо - быть профессором из Гейдельберга»2.

Следующий важный лозунг предвыборной борьбы - «новое социальное рыночное хозяйство». О нем Меркель начала гово-

1 Цит. по: Daiber N., Skuppin R. Op. cit. - S. 174. Имеются в виду непопулярные реформы социальной политики и рынка труда, проведенные «красно-зеленой» коалицией и названные именем их автора, топ-менеджера Петера Хартца. См. подробнее: Погорельская С.В. Немецкое общество в процессе реформ // МЭиМО. - М., 2007. - № 7. - C. 20-29.

2 Цит. по: Daiber N., Skuppin R. Op. cit. - S. 179.

рить еще в 2000 г.1 Новое социальное рыночное хозяйство символизирует прощание с принципами социальной государственности времен Гельмута Коля, снижение уровня социальной защиты и усиление либерального элемента. «Мы должны вернуться к основам, заложенным Людвигом Эрхардом, и применить их в новых условиях глобализации и дигитализации - потому я и говорю о новом социальном рыночном хозяйстве»2.

Меркель отнюдь не считала ошибкой старую, сложившуюся в «эру Коля» стабильность. Перераспределение средств в рамках старого социального государства, где налоги, величина взносов медицинского страхования, величина платы за место в детском саду и т.д. варьировались в зависимости от величины доходов и где все родители получали пособия на детей, способствовали, как подчеркивала Меркель, «созданию очень стабильной политической системы». В то же время «перераспределение не должно препятствовать экономическому росту и выгонять все лучшее из страны»3. «Солидарность означает для меня помочь тем, кто не может помочь себе сам снова быть в состоянии помогать себе самому»4. С новыми интерпретациями социальности, подразумевающими уменьшение государственной поддержки и усиление собственной инициативы нуждающихся, была связана и чрезвычайно болезненная тема реформы системы здравоохранения, которая по сути сводилась к изменению системы медицинского страхования. Реформа началась уже к концу легислатурного периода последней консервативно-либеральной коалиции. Сначала речь шла о частичных изменениях, предполагавших усиление участия граждан в оплате лечения при одновременном повышении взносов за страхование. К 2004 г. этих частных изменений набралось более 8 тыс. Меркель же, следуя рекомендациям комиссии Герцога, предполагала коренное изменение системы страхования, переходя от «гражданской страховки» (когда граждане ежемесячно платят в медицинские страховые кассы в зависимости от доходов, а кассы перераспределяют средства) к так называемой «премии за здоровье» -одинаковому для всех ежемесячному взносу. Для тех, кто не смо-

1 Merkel A. Die Wir-Gesellschaft. Über die Notwendigkeit einer Neuen Sozialen Marktwirtschaft II Frankfurter Allgemeine Zeitung. - F.a.M., 2000. - 18. November. -

S. 1.

2 Merkel A. Op. cit. - S. 233.

3 Ibid. - S. 182.

4 Ibid. - S. 181.

жет его заплатить, предусмотрена социальная поддержка, но она будет осуществляться не из средств медицинских касс, а из государственных средств (т.е. из средств всех налогоплательщиков).

Следующая тема - пенсионная реформа. Основой государственной пенсионной системы в старой ФРГ являлся «договор поколений» - пенсии пожилым людям выплачивались не из их собственных накоплений, а из пенсионных взносов работающего поколения. Однако по мере снижения рождаемости (и роста безработицы) сложилась ситуация, в которой все меньшее количество работающих людей содержало своими взносами все большее количество пожилых. Необходимым было либо снижение пенсий, либо постоянное увеличение пенсионных взносов работающего поколения, либо всеобъемлющая пенсионная реформа. «Поколение, которое платит в пенсионные кассы сегодня, не обеспечивает свое воспроизводство, - поясняет Меркель. - Поэтому оно не получит назад то, что платит... Очевидно, что эта конструкция не может дальше функционировать»1. Концепция ХДС предусматривала дальнейшее увеличение доли частного пенсионного страхования. Кроме того, она предполагала, что родители, не работавшие по причине воспитания детей, в старости получат более высокую пенсию, чем просто безработные. «Я бы хотела, чтобы бездетные платили более высокие взносы, чем родители, - добавляла Мер-кель. - И я надеюсь, что ХДС когда-нибудь поддержит меня в этом»2.

Изменение иммиграционной политики, облегчение въезда иностранцев в Германию, решая, возможно, демографическую проблему (иммигранты из бедных стран «воспроизводятся» значительно активнее, чем немцы), не решает пенсионной проблемы, поскольку действующая пенсионная система завязана лишь на взносы работающих. «К тому же, - замечает Меркель, - интеграция иммигрантов стоит дорого. Дешевле было бы сразу отдать эти деньги пенсионерам»3. ХДС всегда сдержанно относился к иммигрантам, особенно из стран с иными культурными традициями, подчеркивая, что Германия не является классической принимающей страной и принимает лишь ограниченные контингенты, например, этнических немцев из-за рубежа (которые с формальной

1 MerkelA. Op. cit. - S. 188.

2 Ibid. - S. 189.

3 Ibid. - S. 192.

точки зрения вообще иммигрантами не являются), беженцев и т.д. На рубеже тысячелетия Фридрих Мерц, в то время еще руководитель фракции ХДС/ХСС, выдвинул лозунг «немецкой руководящей культуры»1, приобщаться к которой обязаны все приезжающие на постоянное жительство, независимо от их исконной культурной идентичности. В интересах своих избирателей ХДС занимала отрицательную позицию по отношению к разработке более либерального иммиграционного законодательства, связывая его с необходимостью усиления внутренней безопасности.

Что же касается внешней безопасности, внешнеполитических тем, то в 2004 г. Меркель пытается в известной мере пересмотреть ту проамериканскую позицию, которую она продемонстрировала перед телекамерами в предвыборной борьбе 2002 г. и которая позволила Герхарду Шрёдеру превратить свою позицию по отношению к американской акции против Ирака в свой предвыборный козырь.

Как известно, старая ФРГ, как вследствие своей зависимости от США в вопросах безопасности, так и вследствие своих, обусловленных внутриполитическим «преодолением прошлого» внешнеполитических установок, поддерживала американские инициативы, идентифицируя США с «Западом» и «демократией». «Западная ориентация» Аденауэра означала прежде всего проамериканскую ориентацию. Этот принцип был перенесен во внешнюю политику объединившейся Германии. Вторым важным принципом был безоговорочный мультилатерализм, полностью исключающий односторонние шаги и увязывающий германскую внешнюю политику в систему международных организаций и альянсов. Именно этот принцип, направленный изначально против возрождения германского унилатерализма, позволил правительству Шрёдера в рамках НАТО противостоять возросшему унилатерализму США, предпочитавшим после 11 сентября 2001 г. систему гибких коали-

1 «Немецкая руководящая культура» (Deutsche Leitkultur) - лозунг был выдвинут в противовес провозглашаемой левыми интеллектуалами «мультикультур-ности». Вскоре Мерц вынужден был отказаться от него, поскольку в словосочетании «немецкая руководящая» было усмотрено нарушение принятых в ФРГ правил политкорректности. Однако у немецкого населения лозунг пользовался популярностью, а после событий 11 сентября 2001 г. и «красно-зеленая» коалиция предложила сходный (хоть и усеченный) вариант - обязательность приоритета европейских и демократических ценностей и культурных норм для иммигрантов, приехавших в ФРГ из стран иных культурных и политических традиций.

ций. «Западная ориентация» дала трещину по мере размывания самого понятия «Запад» в 90-е годы. Что важнее для Германии -Европа или США? Этот вопрос, немыслимый для ФРГ в годы противостояния блоков, неизбежно возникал в начале нового тысячелетия в ходе дискуссий о будущем общеевропейских вооруженных сил и Североатлантического альянса.

Твердая позиция федерального канцлера Шрёдера по отношению к США (он полностью отверг участие ФРГ в военной операции в Ираке), принесшая ему в 2002 г. голоса избирателей (80% опрошенных поддерживали его в вопросе иракского кризиса)1, оставалась неизменной. Меркель сделала в 2002 г. ошибочный с точки зрения предвыборной борьбы ход, поставив все на старую внешнеполитическую карту - на «безоговорочную союзническую верность», на «нашу вечную дружбу с США». И проиграла. Проиграла она, впрочем, не свою личную предвыборную борьбу, а борьбу Эдмунда Штойбера, который, к слову сказать, памятуя о своем политическом авторитете и видя, что в вопросе германской позиции в Иракском кризисе Шрёдера поддерживают не только социал-демократы, но и широкие массы избирателей, был значительно более сдержан и осторожен в высказываниях. Меркель, заняв -перед телевизионными камерами - бескомпромиссную проамериканскую позицию, навредила ему, вызвав волну критики в СМИ и понизив популярность ХДС. Впрочем, она это знала, так как парой лет позже на вопрос корреспондента: «А рискнули бы вы в таком вопросе своим собственным большинством?» - уклончиво ответила: «Чем и когда рисковать, становится ясно только в конкретных ситуациях»2.

Уже к 2004 г. в ХДС постепенно прорисовывается тенденция обновить и «европеизировать» свои установки в вопросах политики безопасности. Подразумевалась, разумеется, не эмансипация Германии от США и не образование «осей» в противовес американским «гибким коалициям», а дальнейшая интеграция Европы, превращение ее в единый субъект мировой политики и партнера США. Такой точки зрения придерживался, например, Вольфганг Шойбле3. К этому времени ее разделяет и Меркель, пытаясь задним

1 Irak-Debatte: Die Stimung kippt zu Gunsten Schröders: Redaktion // Die Welt. -Berlin 2002. - 13. September. - 1 S.

2 MerkelA. Op. cit. - S. 211.

3 Schäuble W. Die neue Balance der Abschreckung // Süddeutsche Zeitung. -München 2004. - 7. Januar. - S. 2.

числом объяснить избирателям истинные причины, побудившие ее выступить в 2002 г. против позиций Шрёдера: «В войне с Ираком Германия пошла против собственных интересов, встав на сторону Франции против Великобритании и не попытавшись выбрать единую европейскую позицию»1. На вопрос корреспондента: «Не придется ли нам решать между Европой и США?» - Меркель отвечает: «Нет. Никогда. И главное, Германия ни в коем случае не должна способствовать тому, чтобы такой вопрос вообще возникал»2. И, в конце концов, заверяет, что ей вовсе не важно, что в Ираке так и не было найдено оружия массового поражения (официальная причина американского вторжения в Ирак): «Для меня речь шла об обеспечении авторитета ООН»3.

Как известно, старая Боннская республика преследовала свои внешнеполитические цели весьма активно, стараясь в то же время не артикулировать их публично. С воссоединением Германии о национальных интересах вновь заговорили открыто. В 2004 г. Меркель так определяет германские интересы в мировой политике: «Сначала, разумеется, обеспечение безопасности... После этого появляется желание усилить свое влияние и получить право голоса на мировой арене. И поскольку у нас нет постоянного места в Совете Безопасности и вряд ли в ближайшее время будет, наша главная задача - укреплять Европу. Когда Европа научится говорить одним голосом, то таким образом мы сможем представлять и немецкие интересы в Совете Безопасности»4. Это довольно-таки спорное высказывание с европейской точки зрения. Как известно, знаменитое кредо Геншера5, согласно которому национальные интересы Германии идентичны «европейскому интересу», воспринималось иной раз во Франции и в Великобритании как попытка превратить «европейский интерес» в германский. Однако в то время, когда Меркель разрабатывала свои внешнеполитические концепции, у нее еще не было того «европолитического» опыта, которым располагал ее предшественник Коль, знавший, что Европа с

1 MerkelA. Op. cit. - S. 207.

2 Ibid. - S. 208.

3 Ibid. - S. 213.

4 Ibid. - S. 206.

5 Ханс-Дитрих Геншер - ведущий политик СвДП, министр иностранных дел социально-либеральной и консервативно-либеральной коалиций (до 1992 г.), вошел в историю новой германской внешней политики в связи с признанием независимости Хорватии в первом югославском кризисе в декабре 1991 г.

удовольствием обопрется на экономическую мощь Германии, но будет противостоять ее попыткам усилить свою политическую роль в рамках ЕС. Впрочем, в расширившемся ЕС баланс сил в любом случае должен был измениться. В 2004 - начале 2005 г. Меркель поддерживала процессы расширения ЕС и дальнейшей политической интеграции (Конституцию ЕС), но в то же время, учитывая волю избирателей, сдержанно относилась к возможному вступлению в ЕС Турции, предлагая в качестве альтернативы всевозможные специальные формы партнерства и кооперации. В этом вопросе, кстати, она не боится разногласий с США, из геополитических и стратегических мотивов заинтересованных в том, чтобы Турция стала членом ЕС: «Это показывает, насколько сильно внешняя политика США определена их интересами, которые в данном случае не совпадают с интересами ЕС. Я в таком случае рекомендую им всегда сначала принять в США Мексику»1, - поясняет она журналистам.

В вопросе о функционировании расширившегося ЕС Мер-кель в 2004 г. говорила о Европе даже не двух, а «многих скоростей». В то же время в вопросах дальнейшего расширения она проводила четкую границу: Украина для нее принадлежала к Европе «так же, как и Турция» (т.е., если следовать тогдашней логике Меркель, не принадлежала), а Россия «принадлежит к "большой восьмерке", принимает участие во многих конференциях НАТО - и это уже очень много»2.

Эти позиции, претендующие на общегерманское измерение, тем не менее несут на себе печать «партийности». Подняться до общегерманского уровня внешней политики Меркель смогла лишь

спустя некоторое время после прихода к власти.

* * *

ХДС обстоятельно готовилась к предстоявшим осенью 2006 г. выборам. Вся эта обстоятельность, как уже упоминалось, рухнула в одночасье - по вине Герхарда Шрёдера.

Личная привлекательность Герхарда Шрёдера, его умение использовать в своих интересах СМИ (например, летом 2002 г. в ходе борьбы с последствиями наводнений в Восточной Германии)

1 MerkelA. Op. cit. - S. 219.

2 Ibid. - S. 220.

и возвышать отдельные политические темы до уровня предвыборных козырей приносили ему успех у избирателей - в то время как положение руководимого им правительства становилось все сложнее. Политика реформ буксовала. В Бундестаге большинство было за «красно-зелеными» - в Совете же Федерации (Бундесрате) доминировали ХДС/ХСС. Они не имели ничего против политики социального демонтажа (как бы она ни называлась), тормозили, однако, по мере сил иные, не нравящиеся им, законопроекты «красно-зеленых». Кроме того, жесткие реформы социальной государственности, стартовавшие в январе 2005 г., встретили скепсис «левого» крыла социал-демократов, вернее, того, что еще осталось от него после ухода из партии Оскара Лафонтена. Канцлер не мог более опереться на свою партию - она разделилась на «ту, что правит», и ту, что «соблюдает принципы».

Победа христианских демократов на выборах в ландтаг земли Северный Рейн - Вестфалия, всегда считавшейся доменом социал-демократии, окончательно убедила Шрёдера, что СДПГ скорее всего проиграет выборы в 2006 г. Он ринулся в наступление, потребовав в конце мая 2005 г. от Бундестага вотума доверия к своей политике реформ, мотивируя этот шаг расколом внутри собственной фракции и нестабильностью в правительстве. Он обосновывал свое решение необходимостью политической консолидации в условиях продолжения начатых его правительством реформ. Однако на самом деле ему было нужно не доверие Бундестага, а наоборот, отказ в нем - чтобы распустить Бундестаг и провести досрочные выборы1. По его мнению, партия еще обладала достаточной силой, чтобы победить - и сменить партнера по коалиции, все более становящегося обузой для «правеющей» социал-демократии. «Зеленые», и без того переживавшие тяжелый период и потерпевшие ряд поражений на земельных и коммунальных выборах, были просто

1 Статья 68 Конституции ФРГ предусматривает, что федеральный президент по предложению канцлера может распустить Бундестаг, если тот откажет канцлеру в доверии. После этого следуют новые выборы. В правоведческой литературе этот ход считается спорным, поскольку нарушает волю избирателей, отдающих свои голоса не правительствам и коалициям, а партиям. Инструмент «вотума доверия» был использован в истории ФРГ пять раз, впервые при канцлере Вилли Брандте в 1972 г. Три раза этот инструмент использовался специально для проведения досрочных выборов.

поставлены перед фактом. Первого июля 2005 г. Бундестаг, как и ожидалось, отказал Шрёдеру в доверии - и 21 июля был распущен1.

Началась предвыборная борьба - необычайно короткая, непохожая на присущие немецкой политической культуре обстоятельные, «программные» предвыборные кампании, построенная скорее по образцу американских предвыборных ритуалов, ориентированная не столько на разум, сколько на эмоции. Все лидеры старались «ударить» по чувствам «электората», но никого родная партия не изумила так крепко, как ХДС/ХСС - свой западный консервативный базис, то солидное, обстоятельное, верное христианской церкви среднее сословие, которое по давней политической традиции связывало ХДС/ХСС с черным цветом. Им было предложено оранжевое шоу.

Глава IV МЕРКЕЛЬ ИДЕТ НА ВЫБОРЫ

4.1. «Энджи! Энджи!» - предвыборное шоу в оранжевых тонах

В конце мая 2005 г. повсюду на рекламных щитах появились новые предвыборные плакаты ХДС/ХСС - с новой, непохожей на себя Меркель. Ее волосы стали светлее и гуще, глаза - больше и голубее, улыбка - женственнее и человечнее. А главное, она была в оранжевом жакете. То, что сначала казалось случайностью, оказалось стратегией. Меркель сделала оранжевый цвет символом своей предвыборной борьбы.

О символике оранжевого цвета, якобы ассоциирующегося в восприятии людей с утренней зарей и пробуждающего в их душах бессознательную радость, говорилось немало. Стратеги современного политмаркетинга охотно предлагают использовать оранжевый цвет там, где лидеру хочется создать впечатление великих и радостных перемен. Проблема лишь в том, что в нормальной, неполитической жизни этот цвет всегда носил функциональное значение: в Германии его, например, издавна использовали рабочие-путейцы, работники жилищно-коммунального хозяйства, в этот

1 Несколько депутатов, протестуя против роспуска Бундестага, подали иск в Конституционный суд, однако суд в августе 2005 г. подтвердил правильность этого решения.

цвет в Бонне, например, красят уличные мусорные урны, а в американском лагере Гуантанамо, давно уже ставшем символом жестокого обращения с заключенными, в яркие оранжевые робы одевают пленных террористов. И поскольку немецкому телезрителю в те годы не раз показывали репортажи о ситуации в Гуантанамо, вид шумной оранжевой толпы1 на предвыборных митингах, скандирующей «Энджи! Энджи!» вокруг оранжевой Меркель на первый взгляд немножко ужасал. (Правда, потом глаз отдыхал на голубом цвете стен и декораций - и вспоминался любимый немецкими бедняками дешевый супермаркет «Плюс», марку которого десятилетиями определяли голубой и оранжевый цвета точно такого же оттенка.) Черного, «западногерманского», «рейнского» цвета ХДС видно не было.

Своего апофеоза оранжевое шоу достигло на партийном съезде в Дортмунде в конце августа 2005 г. Этот съезд ознаменовал начало «горячей» фазы предвыборной борьбы. «Энджи, Энджи!» -неслось над залом. На плакатах, которые туда-сюда носили оранжевые молодые люди, было оранжево написано «Angie». Носили и синие плакаты, с облачно-белыми буквами «wählen» («выбирать»). Царила атмосфера раскрепощенности и оптимизма.

Таким же образом были обставлены и предвыборные шоу Меркель в различных городах Германии. Над трибуной возвышался гигантский экран - чтобы избиратели, стоящие вдалеке, могли видеть, как Меркель им улыбается. Немецкий гимн завершал каждое ее выступление, после гимна непременно звучала песня Рол-линг Стоунс «Энджи»: «Angie, you're beautiful, but ain't it time we said good bye»2.

Не только «оранжевость» черных - вся предвыборная борьба 2005 г. оставляла гротескное впечатление. Независимые обозреватели возмущались: в стране безработица, пенсионные кассы пусты - а на телеэкранах спорят о том, что сказал Штойбер о восточногерманских избирателях3 и зачем он это сделал, - неужели,

1 Для предвыборной поддержки была образована специальная молодежная группа «team Zukunft», количеством более 1 тыс. человек, все были одеты в оранжевые одежды.

2 «Энджи, ты прекрасна, но не время ли нам попрощаться?» (англ.).

3

Ведя предвыборную борьбу в Баварии, Штойбер пожелал, чтобы «все избиратели были такими умными, как баварцы», заявил, что «не допустит, чтобы Восток снова решал, кто будет канцлером» и, намекая на любовь восточногерманских избирателей к ПДС, привел пословицу, что «только телята выбирают себе мясников».

чтобы навредить Меркель? И почему Меркель отказывается от телевизионной дуэли со Шрёдером - боится? В конечном счете эта дуэль состоялась. Шрёдер, неторопливый, снисходительный, очаровал телезрителей (и особенно телезрительниц) сообщением, что он очень любит свою жену. Меркель была деловита, но скована, суха, безлична и - в восприятии телезрителей - явно проигрывала великолепно умеющему использовать возможности массмедиа канцлеру.

4.2. Выигрышный проигрыш

В ночь после выборов 18 сентября 2005 г. Ангелу Меркель чуть было не подвергла остракизму ее родная партия - ХДС/ХСС получили результаты чуть ли не худшие за всю их историю: ХДС -27,8% по сравнению с 29,5% в 2002 г., а ХСС - 7,4% по сравнению с 9 % в 2002 г. Выборы казались проигранными.

Однако вскоре стало ясно, что удар по эмоциям «электората» обернулся стратегическим поражением не только для консерваторов, но и для социал-демократов. Немецкий избиратель, выбитый из колеи начавшимся в 2005 г. демонтажем социальной государственности и ошарашенный рухнувшим на него в неурочное время политическим шабашем предвыборной борьбы - всеми этими сытыми, танцующими, поющими на английском языке, скачущими, машущими флагами, скандирующими лозунги и уверяющими, что они - символ перемен, был буквально «замордован» и потерял всяческую политическую ориентацию. Интенсивность психического воздействия в совокупности с программной неразберихой и отсутствием реальных политических альтернатив привела к парадоксальным результатам. Ни ХДС/ХСС, ни СДПГ оказались не в состоянии образовать правительство большинства с младшим коалиционным партнером. СДПГ тоже получила на выборах результаты значительно более худшие, чем в 2002 г., - 34,2% (38,5% в 2002 г.). Обе эти партии строили свою предвыборную борьбу на взаимной критике - теперь им предстояло создавать совместное правительство. Иного выхода их лидеры не видели.

Неплохие результаты (8,7%) получила новая левая партия («Левая»), созданная на базисе Партии демократического социализма (ПДС, лидер - Грегор Гизи) и отколовшихся от СДПГ левых политиков во главе с Оскаром Лафонтеном. Но создавать коалицию с ней никто не захотел - именно по причине ее «левости». Приба-

вили веса - по сравнению с результатами предыдущих выборов -либералы (9,8% по сравнению с 7,4% в 2002 г.), но и им это принесло лишь моральное удовлетворение. Поскольку всю свою предвыборную борьбу они строили на жесточайшей критике «красно-зеленых», они уже не могли вступить с ними коалицию. А для образования «черно-желтой» коалиции не хватало голосов. Союз 90/ Зеленые получили 8,1% (8,6% в 2002 г.). Недостаточно, чтобы образовать коалицию с СДПГ, но достаточно, чтобы образовать «красно-красно-зеленую» коалицию Левой СДПГ и Союза 90/Зеленых - предвыборную «страшилку», которой пугала западногерманского избирателя Ангела Меркель. Достаточно и для того, чтобы образовать «черный светофор» - коалицию ХДС/ХСС, СвДП и Союза90/Зеленых. Когда-то, в фазе создания партии, в рядах «зеленых» были «экологические консерваторы». Потом их изгнали навеки - во имя «левых» идеалов. Ради «черного светофора» этой партии пришлось бы поступиться своей «левой» идентичностью и окончательно утерять свой традиционный базис. В ее руководящих рядах нашлись властолюбивые реалисты, к этому повороту готовые. Однако жертвовать идентичностью «зеленым» не понадобилось - выход из политического тупика был найден без них. Социал-демократы, понявшие беспочвенность надежд на раскол блока ХДС/ХСС, и консерваторы, убоявшиеся «красно-красно-зеленого» призрака, вступили на путь создания «большой коалиции».

Таким образом, Меркель получила канцлерский пост не по результатам четкой победы ее партии, а по результатам переговоров в ходе образования «большой коалиции». Причем в ходе долгих торгов - сначала предполагалось, что канцлером «большой коалиции» останется Шрёдер. 22 ноября Ангела Меркель была официально избрана главой нового германского правительства. Из 614 депутатов «за» проголосовали 397 - подобный результат считался вполне приемлемым. В правительстве было 15 министров -восемь социал-демократов, пять министров из ХДС и два из ХСС1.

Меркель «выиграла» выборы для своей партии с худшими результатами, чем те, с которыми Штойбер в 2002 г. их проиграл. И тем не менее победа Меркель означала окончательное поражение

1 МЫе о£ ассе88:

http://www.bundesregierung.de/Webs/Breg/DE/Bundesregierung/ Bundeskabi-

nett/bundeskabinett.html.

Штойбера. Вся его летняя предвыборная борьба в Баварии была нацелена на получение таких высоких результатов для ХСС, которые позволили бы ему в итоге выбрать для себя влиятельнейшеее министерство в будущем кабинете Меркель и таким образом вместе с ней определять будущую политику правительства, быть своего рода «теневым канцлером». Однако ХСС получила худший результат за всю свою историю. Штойбер после активного участия в коалиционных переговорах предпочел передать Михаэлю Глосу (политику, влиятельному в ХСС, но безликому на федеральном уровне) пост министра экономики - и вернуться в Мюнхен.

4.3. Коалиционные переговоры

Считается, что «большая коалиция» означает политический застой, обе партии взаимно блокируют друг друга. Это не так. Всегда налицо ряд пунктов, по которым может быть найден компромисс и, следовательно, может быть начато сотрудничество. Партии, строившие свою предвыборную борьбу на взаимном отрицании, приступили к коалиционным переговорам - и выдвинули первые условия.

Существовал ряд даже не просто спорных, а взаимоисключающих внутриполитических пунктов. Например, СДПГ настаивала на дальнейшем выходе из атомной энергетики - ХДС/ХСС хотели к ней вернуться. СДПГ была против повышения налога на добавочную стоимость, ХДС/ХСС хотели повысить его минимум до 18%. СДПГ планировала повысить налогообложение лучше зарабатывающих, ХДС/ХСС, наоборот, понизить. СДПГ настаивала на сохранении основных прав наемных работников (в частности, на защите от увольнений) и тарифной автономии. ХДС/ХСС допускали изменение договорных тарифов и свободу увольнений на малых предприятиях. СДПГ выступала за фиксированную на законодательном уровне минимальную заработную плату, ХДС/ХСС выступала в принципе против этого и к тому же считала, что хронические безработные могут в случае поступления на работу получать зарплату на 10% ниже действующих тарифов. Уже в первый месяц были достигнуты компромиссы - но не в принципиальных проблемах структурной политики, а в сиюминутных вопросах экономии средств: Германия должна была придерживаться критериев, установленных Маастрихтским договором, поэтому уже в первый год правления предполагалось сберечь не менее 11 млрд. евро на одних

лишь изменениях системы налогообложения: СДПГ примирилась с идеей повышения налога на добавочную стоимость, а ХДС - с возможностью введения налога для лучше зарабатывающих. Наметились компромиссы в дальнейшем наступлении на социальные расходы и социальное государство в целом.

Лидером СДПГ в то время был избран Матиас Платцек - как и Меркель, выходец из новых федеральных земель и бывший научный работник1. Комментаторы шутили по поводу новой эры германской политики, однако через год Платцека сменил на его посту Курт Бек.

Меркель не удалось стать канцлером правительства большинства и в качестве главы «Нового союза» вместе с СвДП подвергнуть Германию неолиберальному эксперименту. В рамках разработанного «большой коалицией» договора ей в лучшем случае предстояло стать канцлером правительства взаимных компромиссов.

Глава V

КАНЦЛЕР БЕРЛИНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ 5.1. Проблемы «большой коалиции»

Насколько плодотворным оказалось сотрудничество партнеров по коалиции?

«Все знают, что вы ненавидете друг друга как чуму»2, - заявил осенью 2007 г. с трибуны Бундестага лидер оппозиционной СвДП Гвидо Вестервелле, обращаясь к членам правящей коалиции. Очевидное отсутствие взаимной симпатии между ХДС/ХСС и СДПГ не означало, впрочем, отсутствия способности к компромиссам. Меркель проявила политический прагматизм. Спустя некоторое время после прихода к власти она выделила ряд основных тем, в которых, по ее мнению, коалиционные партнеры могли реально достичь соглашения. Так, она видела возможность договориться о реформе налогообложения предприятий, о реформе здравоохранения, о начале реформ федерализма, о консолидации госбюджета, о более позднем начале пенсионного возраста. В то же время она не

1 Матиас Платцек в ГДР был членом ЛДПГ, в СДПГ вступил в 1995 г. Покинул в 2006 г. руководящий пост по состоянию здоровья.

2 ARD. Tagesschau. - 28.11.2007. - 20:00.

предполагала ставить на повестку дня вопросы, которые заведомо вызвали бы отрицательную реакцию социал-демократических партнеров по коалиции и заблокировали бы работу правительства. К их числу принадлежал, например, выход ФРГ из атомной энергетики, начатый предыдущей, «красно-зеленой» коалицией, - как бы ни хотелось ХДС/ХСС и «атомному лобби» этот выход хотя бы затормозить, если уж не остановить, вопрос этот в правительстве не дебатировался. Был временно «отодвинут» и ряд других тем, любезных консервативному сердцу, но опасных для работоспособности коалиции, как, например, дальнейшее уменьшение размера пособий, гарантируемых реформами Хартца, дальнейшая либерализация рынка труда, уменьшение налогов на предпринимательство и на наследство, сокращение права рабочих на участие в принятии решений в масштабах предприятий. В связи с этим критики иронизировали, что даже «зеленые», будучи младшим партнером в коалиции с СДПГ, добились больше уступок от этой партии, чем ХДС/ХСС - в «большой коалиции»1.

В то же время предвыборная борьба в ландтаги, как, например, в январе 2008 г. в Гессене, вновь строилась на взаимном отрицании и в известной мере негативно влияла на возможность выработки компромиссов на федеральном уровне.

Одной из основных проблем, обсуждавшихся в «большой коалиции» в 2007 г., была проблема минимальной и максимальной зарплаты. Тема была привнесена в политическую дискуссию социал-демократами - и не случайно. По мере расслоения социально гомогенного, или, как в свое время сказал Гельмут Шельски, «нивелированного общества»2 в ходе так называемой «модернизации» социального государства тема социальной справедливости вновь стала актуальной для немецкого избирателя.

Суть вопроса заключалась, во-первых, в установлении на законодательном уровне общей для всех отраслей минимальной заработной платы и, во-вторых, в установлении предельного потолка для воистину запредельных по немецким меркам зарплат топ-менеджеров крупных концернов. Вопрос о минимальной заработ-

1 Otte R. Merkel und die Rückkehr der Sozialdemokratie // Welt am Sonntag. -

Berlin, 2007. - 11 November. - S. 2.

2

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Гельмут Шельски (1928-1984) - известнейший западногерманский социолог. Понятие «нивелированное общество среднего сословия» впервые использовано им в 1953 г. в работе «Wandlungen der deutschen Familie in der Gegenwart».

ной плате возник в ходе небывалого снижения зарплат, прежде всего там, где они не были защищены тарифными соглашениями. Рабочие-мигранты из новых членов ЕС были готовы работать за такие гроши, на которые немецкий рабочий не смог бы прожить даже ниже уровня бедности.

ХДС возражал против единой для всех отраслей минимальной зарплаты. По мнению Меркель, урегулирование вопросов зарплаты - дело партнеров по тарифным соглашениям - профсоюзов и работодателей. Государству там делать нечего. Такая точка зрения наилучшим образом отражала интересы работодателей, которые со вступлением в силу реформ рынка труда в 2005 г. начали обходить действующие тарифные соглашения, создавая фиктивные фирмы проката рабочей силы (т.е. преобразуя целые подразделения своих предприятий в такие «фирмы»). Отраслевые тарифы в таких фирмах не действуют. В итоге Меркель предложила компромисс, отрицая единую минимальную зарплату, но допуская установление такой зарплаты по отраслям, например для почты. Выиграли от этого социал-демократы, которые начали требовать установления подобной зарплаты для каждой отдельной отрасли - и для фирм проката рабочей силы. Поэтому в начале 2008 г. (на момент написания данной работы) многие в ХДС считали, что отказ Меркель от установления на законодательном уровне минимальной заработной платы является стратегической ошибкой. С другой же стороны, в ХДС выражалось мнение, что в принципе согласившись на минимальную зарплату - хотя бы и по отраслям, - Меркель ударилась в популизм, отпугивая от ХДС ее традиционных сторонников - работодателей.

Вторая часть темы - гигантские зарплаты топ-менеджеров. Если 40 лет назад заработки менеджеров были примерно в 30 раз выше среднего заработка граждан, то в 2005 г. они превышали его в 240 раз1. Зарплаты немецких топ-менеджеров значительно ниже, чем американских, однако в Германии иное понимание социальной справедливости, базирующееся на «солидарности» и «перераспределении», иная социальная логика, устанавливающая взаимосвязи там, где с экономической точки зрения их нет. Несоизмеримо высокие доходы других воспринимаются адресатом социального по-

1 По словам спикера Бундестага Вольфганга Тирзе; см.: Thierse: Obszöne Managergehälter: Redaktion // Neue Osnabrücker Zeitung. - Osnabrück, 2005. - 4. 1. -

S. 1.

собия не как стимул для собственной предпринимательской инициативы, а как несправедливость, в особенности в условиях нынешних радикальных реформ социального сектора. Когда от сознательного бедняка во имя сохранения социального государства требуют «подтянуть пояс» и отчитаться о своих жалких сбережениях вплоть до детских сберкнижек, годовые менеджерские зарплаты по 7 млн. в год приводят его в ярость. Эксперты знают эту особенность соотечественников1 и предостерегают от возможностей ее политической инструментализации, в первую очередь, праворадикальными силами.

Тема менеджерских зарплат политизировалась уже с вступлением в силу реформ Хартца в начале 2005 г., дебаты на эту тему открыл тогдашний вице-канцлер, социал-демократ Франц Мюнте-феринг. В «большой коалиции» ее обсуждали под лозунгом: «Сколько неравенства вынесет общество?». Возможно ли на законодательном уровне установить некий предельный потолок для черезмерно высоких зарплат? С правовой точки зрения это невозможно, поскольку в случае менеджерских зарплат речь идет не о государственных деньгах, а о средствах акционеров. С точки же зрения работодателей, государство в принципе, даже на уровне дебатов, не должно вмешиваться в такие вопросы. От ХДС/ХСС они ожидали поддержки своей позиции. Однако Меркель не могла полностью игнорировать «социальное» крыло своей партии. На партийном съезде в Ганновере в начале декабря 2007 г. она выступила не против завышенных зарплат менеджеров в принципе, а лишь против вознаграждений неудачным менеджерам, тем, из-за кого были потеряны рабочие места, тем, кого предприятия увольняют за плохую работу и платят им за эти увольнения миллионные возмещения. И притом списывают еще эти возмещения с налогов. Под огнем критики оказались крупные мультиконцерны, а не традиционные семейные предприятия средней руки наподобие фабрики боннского Ханнса Ригеля («Харибо»), где в прибылях участвуют и рабочие, и менеджеры. 11 декабря 2007 г. Меркель выступила на съезде работодателей в Берлине, призвав их прочувствовать важность темы и принять ведущиеся в обществе и в политических

1 Cm., HanpuMep: Redaktion. Verfassungsrichter: Deutsche sind gleichheitskrank // Frankfurter Allgemeine Zeitung. - F.a.M., 2005 - 13. März. - S. 4.

кругах дебаты о менеджерских зарплатах всерьез, «не отвергая их, как дебаты завистников»1.

Таким образом, ХДС/ХСС признают важность этой темы, прежде всего, в политическом контексте, так как относительно легко распрощавшись с «боннской» идентичностью во внешней политике, элиты Берлинской республики внутри страны всеми силами цепляются за старую политическую культуру социально гомогенного общества. На ней зиждется концепция «народных партий». Признать, что социальная поляризация приобрела структурный характер, - значит дать начало новой политической эре, которая, возможно, уже не будет такой стабильной, как эра старой, сформировавшейся при «рейнском» капитализме и подпитывав-шейся социальной государственностью демократии.

К актуальным именно для ХДС темам принадлежала и тема исследований на эмбриональных клетках. СДПГ занимал спокойную позицию в этом вопросе, от ХДС же церковь и христианская общественность ожидали принципиального запрещения исследований на так называемых «нерожденных жизнях» как противоречащих христианской этике, причем тот факт, что эти эмбрионы не немецкие, а импортные, роли не играл. Меркель эти исследования в принципе запрещать не хотела, за что и подверглась критике не только высокого католического духовенства, в частности, всех немецких кардиналов, но и некоторых групп внутри партии. Однако партийный съезд в Ганновере в декабре 2007 г. 323 против 311 голосов подтвердил позицию Меркель.

Черезвычайно важной и болезненной для общества темой, вызвавшей споры в коалиции и в целом явившейся предметом обсуждения в Бундестаге в январе 2008 г., была защита детей. Нужно ли включать права детей в Конституцию, как это предложил лидер СДПГ Курт Бек? Причиной, по которой данная тема возвысилась до уровня федеральной, явился ряд трагических смертей малолетних детей, в том числе от голода и отсутствия ухода, причем практически перед глазами так называемых районных «югендамт» (службы по делам молодежи), либо ничего не заметивших, либо знавших о ситуации, в которой находился ребенок, но в связи с огромной нагрузкой и недостатком персонала не

1 Merkel A. Rede beim Arbeitsgebertag der Bundesvereinigung der Deutschen Arbeitgeberverbände am 11. Dezember 2007 in Berlin II Bulletin der Bundesregierung. - Berlin, 2007. - Nr. 140-3, 11. Dezember. - 14 S., hier S. 6.

успевших ничего предпринять. До сих пор вопросы защиты детей были в компетенции федеральных земель. Вследствие этого нормативы варьируются от одной земли к другой. Например, не в каждой федеральной земле существует обязательное врачебное обследование для малолетних детей. В одних федеральных землях, например в Саарланде, уклонение родителей от врачебного обследования их детей может иметь негативные последствия на административном уровне, в других же, если родители сами не проявят инициативы и не приведут ребенка к врачу, никто о нем и не вспомнит.

В последние годы все чаще стали выражаться мнения, что этот вопрос не следует отдавать на откуп федеральным землям. Необходимо принятие единого норматива на федеральном уровне. Такой точки зрения придерживались социал-демократы. Кроме того, СДПГ хотела определить права детей в Конституции. В этом ее поддерживали в Бундестаге партии Зеленые и Левая. Меркель же считала, что изменение Конституции не имеет принципиального значения. В конце концов, там уже есть пункт «защита семьи». Нужно просто усилить практические мероприятия по этой защите, увеличивать места в яслях и детских садах.

В начале января 2008 г. в «Висбаденском заявлении»1 Мер-кель высказалась за повышение пособий на детей. В том же заявлении она высказалась за ужесточение штрафов по отношению к криминальной молодежи. Тема «молодежной преступности» (с выходом на «молодых иностранцев») возвысилась до уровня федеральной и отяготила отношения внутри «большой коалиции» после того, как Меркель поддержала Роланда Коха в предвыборной борьбе в земле Гессен. Гессенские социал-демократы шли на выборы со своим популярным лозунгом гарантированной законом «минимальной заработной платы». Роланду Коху оставалось либо строить свою борьбу на отрицании лозунгов социал-демократов, либо найти новую, популярную у консервативного базиса тему. Он искал ее на умеренных антиевропейских путях, выступая против чрезмерных компетенций Брюсселя в вопросах регионального своеобразия, потому что как раз в этот период Брюссель запретил называть любимый напиток гессенцев «яблочное вино» - вином.

1 CDU. Deutschland stärken. Politik der Mitte fortsetzen. Wiesbadener Erklärung der CDU Deutschlands vom 5. Januar 2008. - Mode of access: http://www.cdu.de/doc/pdfc/080105-wiesbadender-erklaerung.pdf

Тема не выдерживала конкуренции, популярность Коха была почти на нуле. Однако нападение подростков-мигрантов на немецкого пенсионера в мюнхенском метро спасло предвыборную борьбу гессенской организации ХДС. Это нападение, которое греческий и турецкий подростки умудрились совершить непосредственно перед камерой наблюдения, стало общегерманской темой в силу своей жестокости, а также потому, что старик-пенсионер, пытавшийся запретить подросткам курить в вагоне, был обозван ими «грязным немцем». Немецкая душа вскипела в масштабах всей страны - а в Гессене сразу же возвысился Роланд Кох, потребовавший ужесточить штрафы для малолетних преступников и создать правовые нормативы, облегчающие выдворение криминальной иностранной молодежи из Германии.

Выборы в земле Гессен считались первым индикатором состояния «большой коалиции» на федеральном уровне, поэтому им придавалось особое значение. Обе стороны не побоялись разлома коалиции - социал-демократы пошли на выборы со своим лозунгом «минимальной зарплаты», а консерваторы - с лозунгом «ужесточения штрафов», прежде всего, для «иностранцев». По сути дела, обе темы были популистские, однако тема «карать и выдворять» оказалась такой популярной, что социал-демократам пришлось строить свою предвыборную борьбу преимущественно на отрицании лозунгов Коха, привлекая к себе избирателей из семей мигрантов. А когда в Гессен на поддержку Коху приехала Меркель, стало очевидным, что ХДС решил возвысить эту тему до уровня общепартийной. Социал-демократы потребовали от Меркель «придержать» Коха, вошедшего в раж и требовавшего применять наказания уголовного кодекса, начиная с 14 лет.

На уровне «большой коалиции» эта тема нашла отражение в дебатах о возможности пересмотра нынешних нормативов о сроках наказаний. В СМИ начали пропагандировать введение по стране «перевоспитательных кэмпов» (слово «лагерь» употреблять не хотели) для трудных подростков, по молодости не подлежащих уголовным срокам. Социал-демократы настойчиво подчеркивали, что они не готовы к ужесточению существующего уголовного законодательства.

Выступая, с одной стороны, за ужесточение штрафов и за возможность упрощенной и быстрой процедуры выдворения криминальных иностранцев из страны, Меркель, с другой стороны, подчеркивает важность интеграции иммигрантов. Она указывает,

что тему эту упустили в свое время обе большие партии, - «одни -из-за своего мультикультурализма, другие - потому что надеялись, что гастарбайтеры поработают - и уедут назад»1. В 2007 г. «большая коалиция» разработала Национальный план интеграции2, включающий систему обязательных мер для иммигрантов, приехавших на жительство в Германию.

Тема «внутренней безопасности» дебатировалась в «большой коалиции» в связи с террористической опасностью - и даже не просто с настойчивым, а прямо-таки с навязчивым стремлением министра внутренних дел Вольфганга Шойбле усилить параметры внутренней безопасности в плане ужесточения контроля государства за жизнью граждан. Шойбле, в партии проявивший себя разумным, дальновидным политиком, в качестве министра стал объектом критики не только левых сил, но и немецких правозащитников, опасавшихся превращения Германии в «полицейское государство». Регулярно в СМИ всплывали сообщения о якобы готовящихся в Германии террористических ударах, регулярно Шойбле высказывал свое желание усилить и расширить прослушивание телефонов и наблюдение за потоками информации в Интернете, облегчить доступ органов безопасности к личным данным граждан и т.д. По его инициативе был введен новый биометрический паспорт с отпечатком пальца, недешево обошедшийся гражданам, однако в техническом плане несовершенный. Социал-демократические партнеры по коалиции по мере сил старались удержать ретивого министра из ХДС от слишком активного вмешательства в права и свободы граждан.

В остальных актуальных для «большой коалиции» к началу 2008 г.3 вопросах позиции Меркель выглядели следующим образом: в вопросах реформы здравоохранения она поддерживала популярную у либеральной части ХДС концепцию единого «фонда здоровья», который предполагается создать к 2009 г. и в который

1 Цит. по: Lau M. Merkel glaubt an die große Koalition // Die Welt. - B., 2008. - 16 Januar. - S. 1.

2 Nationaler Integrationsplan. - B., 2007. - 12. Dezember. - Mode of access: http://www.bundesregierung.de/Webs/Breg/DE/Bundesregierung/BeauftragtefuerIntegra tion/NationalerIntegrationsplan/nationaler-intregrationsplan.html

3 Обзор дан по стенограмме Федеральной конференции для прессы: Bundesregierung. Bundeskanzlerin Merkel vor der Bundespressekonferenz (Mitschrift). -B., 2008. - 15 Januar. - Mode of access: http://www.bundesregierung. de/Content/DE/ Mitschrift/Pressekonferenz.

должны поступать все взносы медицинского страхования, которые уже из него будут распределяться по страховым кассам. Вопрос остается спорным, эксперты указывают на две опасности: либо кассы повысят взносы, либо правительству придется вводить один, общий для всех взнос, значительно выше средних по стране. Негативные последствия увеличения суммы взносов для малообеспеченных семей придется в таком случае выравнивать на уровне служб социального обеспечения. В вопросах госбюждета Меркель продолжила курс на консолидацию и пока что отвергает требования снижения налогов. Ее цель - свобода от задолженностей к 2011 г. В связи c этим она надеется и на реформу федерализма, предполагающую ужесточение правил урегулирования задолженности между федерацией и ее субьектами. В вопросах так называемых «инвестивных зарплат» - участие трудящихся в прибылях и в биржевой судьбе их предприятий - обеим партиям «большой коалиции» удалось добиться принципиального единства. Разногласия в деталях: СДПГ опасается, что участвовать рабочим придется не только в прибылях, но и в убытках, и предлагает создать общегерманский фонд. Меркель же и ХДС предлагают усилить прямое участие в капитале фирм. С этой темой связан вопрос дальнейшей приватизации государственных предприятий, в частности «Немецких железных дорог» (Deutsche Bahn). Проект, ранее представлявшийся перспективным, ныне, судя по высказываниям Меркель, уже не является первоочередным. Положение трудящихся, усилившиеся тарифные споры вызывают сомнения в целесообразности продолжения процесса. Важным - в контексте последствий разразившегося в 2007 г. в США ипотечного кризиса - представляется усиление прозрачности финансовых рынков. Меркель считает, что лучшим средством предупреждения подобных кризисов является добровольный международный кодекс, который она и предлагает разработать своим европейским коллегам до конца 2008 г.

* * *

Вопреки ожиданиям критиков «большая коалиция» оказалась пусть и не столь эффективной, как прежние правительства, но во всяком случае работоспособной. В немалой мере ей помог конъюнктурный экономический подъем. Кстати, это - один из пунктов, который используют критики Меркель, утверждая, что успехи в урегулировании ситуации на рынке труда зависят именно от этого

подъема, да еще от «Агенды 2010», разработанной СДПГ во времена канцлерства Шрёдера, а снижение государственной задолженности достигнуто-де лишь на путях увеличения налога на добавочную стоимость.

Как бы то ни было, но успешная работа коалиции зависит от способности Меркель к компромиссам и в то же время к сильному руководству. Данные опросов показывали, что немецкие избиратели не любят споров между коалиционными партнерами и считают, что демократия функционирует только при сильном правительстве. Канцлер должен быть выше партийных интересов. Критики упрекали Меркель иной раз, что в отличие от Герхарда Шрёдера, который в первую очередь был канцлером, а лишь потом - председателем партии, у Меркель на первом плане стоят партийные интере-сы1. Однако Меркель находится в значительно более трудном положении, нежели Шрёдер. Ее партнер по коалиции - не крохотная партия, высшее политическое счастье которой - быть младшим партнером в правительствах большинства, а мощная СДПГ, вечный противник христианской демократии. Но чем больше государственного опыта набирается Меркель на посту канцлера, тем более оказывается она в состоянии возвыситься над партийными интересами во имя общегерманских, особенно, если речь идет о внешнеполитических задачах. В конце 2007 г. Меркель оценила промежуточные итоги работы «большой коалиции» оптимистично: «В оппозиции вы можете развить много теорий, но у вас нет большинства, чтобы их осуществить. А став федеральным канцлером, вы видите, что немало из того, что вы хотели, все же может быть реализовано»2.

5.2. Внешняя политика Ангелы Меркель 5.2.1. Внешнеполитический стиль

Разломы в «большой коалиции» намечались преимущественно по внутриполитическим темам. Во внешней политике за первые

1 Eppler E. Das Beispiel Kanzlerin // Süddeutsche Zeitung. - München, 2007. -7 Juli. - S. 2.

2 Bundeskanzlerin zieht Zwischenbilanz. Interview mit Angela Merkel // Deutschlandfunk. - 2. Dezember 2007, 11:05. - Mode of access: http://www.dradio. de/dlf/sendungen/idwdlf/704844

два года правления «большой коалиции» действительно фундаментальных разногласий между ХДС/ХСС и СДПГ не наблюдалось. Меркель повезло - в первые годы ее пребывания у власти Германии не пришлось принимать таких судьбоносных внешнеполитических решений, которые могли бы повлечь за собой серьезные последствия для других стран и поставить под вопрос конституционные принципы немецкого государства или же программную идентичность стоящих у власти партий (как это случилось с «зелеными» в Косовском кризисе 1999 г.). Вопрос с независимостью Косова был спущен на тормозах - Германия признала независимость Косова, однако окончательное решение оставалось за мировым сообществом. Внешнеполитический консенсус больших партий, сложившийся в последние годы «эры Коля» и рухнувший в ходе Иракского кризиса 2002 г., не восстановился окончательно, однако действительно непреодолимых, принципиальных разногласий между партнерами по коалиции в приоритетах внешней политики не было, лишь разница во мнениях, как, например, между Меркель и социал-демократическим министром иностранных дел Штайнмайером в вопросе о вступлении Турции в ЕС. Внешнеполитические приоритеты, как правило, долгосрочны, и поэтому внешняя политика в значительно большей мере определяется канцлером и министром иностранных дел, нежели внутренняя, определяемая интересами межпартийной борьбы и выборами то в одной, то в другой федеральной земле. Во внутренней политике Меркель бывает иной раз очень сложно «отрешиться» от своей партии, иной раз ей приходится маневрировать между партийной идеологией и государственным резоном. Однако в ее внешней политике доминирует общегерманское измерение, поэтому Меркель становится все более самостоятельной по отношению к США, более реалистичной в отношениях с Россией и более терпимой в вопросах «европейского будущего» Турции, чем в свою бытность лидером оппозиции. На замечание корреспондента, что «партийно-политическая специализация, видимо, не подходит для внешней политики», Меркель ответила: «Да, я всегда это подчеркиваю. Я думаю, федеральное правительство должно представлять общие, немецкие интересы. Все остальное ослабит нас. Я убеждена: мы можем соединить политику, ориентированную на ценности, с политикой, ориентированной на

экономику, - и именно этим путем идем мы с министром иностранных дел»1.

Ангеле Меркель удалось достигнуть бесспорных внешнеполитических успехов, причем в отличие от Герхарда Шрёдера и его министра иностранных дел Йошки Фишера, которые успешно защищали интересы Германии в мире, но при этом не всегда находили понимание европейских и заокеанских политиков, Меркель производила за рубежом преимущественно положительное впечатление, прежде всего, благодаря своему спокойствию, обстоятельности и готовности к поиску взаимоприемлемых решений. «Эмоциональная бедность», за которую ругали ее иной раз одно-партийцы, во внешней политике обернулась дипломатичностью и сдержанностью, выгодно подчеркивавшими ее компетентность. Последовательность, прагматичность и настойчивость тоже сослужили Меркель хорошую службу. Не случайно наблюдатели считали внешнюю политику «украшением "большой коалиции"»2.

Особо напряженным - и в то же время успешным - был 2007 г., в котором Германия председательствовала в ЕС и в «большой восьмерке».

Представим позиции Меркель и важнейшие внешнеполитические инициативы, предпринятые ей за годы пребывания на канцлерском посту.

5.2.2. Меркель и Европа

Еще до вступления на канцлерский пост в качестве главы ХДС Меркель пыталась оказать воздействие на характер принимаемых в Брюсселе решений. Во многом благодаря ей президентом Еврокомиссии в 2004 г. стал португальский премьер-министр Бар-розу, а не фаворит Шрёдера и Ширака бельгиец Ферхофстадт, занимавший критическую позицию по отношению к США.

В 2007 г. - год 50-летия подписания «Римских договоров», положивших начало европейской интеграции, - к Германии перешло председательство в ЕС. В качестве его основных целей Мер-

1 Bundeskanzlerin zieht Zwischenbilanz. Interview mit Angela Merkel // Deutschlandfunk. - 2. Dezember 2007, 11:05. - Mode of access: http://www.dradio.de/ dlf/sendungen/idw_dlf/704844

2 Redaktion. Außenpolitisch glaubwürdiger als Schröder // Frankfurter Rundschau. - F.a.M., 2006. - 13 Oktober. - S. 2.

кель назвала «возобновление конституционного процесса», усиление экономической конкурентоспособности Европы, в том числе на путях дальнейшей либерализации рынков в рамках ЕС, продолжение структурных реформ на европейском и национальных уровнях, возрастание роли Европы на мировой арене, в том числе, в определении направлений процессов глобализации1. В вопросах дальнейшего расширения ЕС она выразила готовность выполнить уже принятые по отношению к кандидатам на вступление обязательства, но в то же время подчеркнула, что дальнейшее расширение не стоит на повестке дня. «В будущем в таких делах автоматизма не будет. Процесс вступления в ЕС или сближения с ним может быть начат лишь после того, как все необходимые для этого условия будут выполнены»2. В связи с этим она вновь подчеркнула роль «европейской политики соседства», нацеленной на формирование стабильного пояса демократических государств вдоль всех границ ЕС.

Одним из важнейших достижений Меркель в период германского председательства в ЕС явилось подписание в конце декабря 2007 г. на встрече в Лиссабоне нового Договора, регулирующего порядок функционирования расширившегося ЕС. Этот Договор, задуманный в 2002 г. как «Конституция Европы», позже переименованный в «Конституционный договор» и ставший, наконец, просто «Договором», имел нелегкую судьбу3. В течение двух лет над ним работал «Конституционный конвент» под председательством В. Жискар д'Эстена, в октябре 2004 г. Договор был подписан в Риме, 25 января 2005 г. в праздничной атмосфере ратифицирован Европарламентом. После этого должна была последовать его ратификация всеми членами ЕС, причем сам Договор возможности быть нератифицированным не предусматривал и выходов из подобной ситуации не предлагал: в конце 485-страничного труда в части 1У-443 в четвертом абзаце указано лишь, что если через два

1 Merkel A. Reformen gelingen gemeinsam: in Deutschland und Europa II Handelsblatt. - Berlin, 2006. - 29 Dezember. - S. 1.

2Merkel A. Wertegebundene Europapolitik II Politische Meinung. - Bonn, 2006. - Nr. 444. November 2006. - S. 5-7.

Объем работы не позволяет подробно остановиться на истории «конституционного процесса» в ЕС. О Конституционном договоре (содержание, история, дискуссии) см. подробнее: Погорельская С.В. Конституция versus демократия II МЭиМО. - М., 2005. - № 7. - С. 54-63; Она же: ЕС - постдемократия и популизм II МЭиМО. - М., 2005. - № 11. - C. 96-105. Текст договора. - Mode of access: http:IIwww.reformvertrag2007.euI

года после его подписания и ратификацией большинством стран в одной или нескольких странах будут трудности с ратификацией, то «этим вопросом займется Европейский Совет». Летом того же года Конституция, наделявшая европейские органы слишком большими - с точки зрения граждан европейских государств - полномочиями, была отклонена на референдумах в двух странах-основательницах ЕС - Франции и Нидерландах (во Франции против проголосовали 54,87%, в Нидерландах - 61,6%). После этого на июньском саммите в Брюсселе была предложена двухгодичная «пауза для размышления» в вопросах политической интеграции. Таким образом, в 2007 г. - во время германского председательства в ЕС - вопрос о судьбе Договора должен был быть поднят заново.

Меркель была убеждена, что Договор Европе необходим: «Этот Договор обеспечивает институционное обновление. Он предусматривает более действенную защиту основных прав. Он четче делит полномочия и усиливает роль национальных парламентов. В нем укрепляется единая правовая политика ЕС, а также его внутренняя и внешняя политика»1.

После многих двусторонних встреч в конце июня 2007 г. Меркель созвала в Брюссель правящие европейские элиты, чтобы окончательно уточнить основные положения нового Договора. К этому времени было уже решено, что Конституцией он называться не будет, - это было условие Великобритании, Дании и Нидерландов. Существовали разногласия и в вопросе Хартии основных прав, которая не нравилась Великобритании и Польше. А в ночь на 22 июня встреча зашла почти в тупик из-за позиции тогдашнего польского руководства в вопросах подсчета «национальных» голосов при голосовании в Совете Министров ЕС. Однако тактическая одаренность Меркель (которую во внутрипартийной жизни нередко называют «маккиавелизмом»), а также ее способность к компромиссу помогли решить проблему. Польское руководство, попытавшееся превратить спор о подсчете голосов в чисто «германско-польское разногласие» (в частности, немцам, к их великому воз-мущению2, напомнили, что поляков было бы значительно больше, если бы не гитлеровская окуппация), Меркель «переключила» на

1 Merkel A. Wertegebundene Europapolitik // Politische Meinung. - Bonn, 2006. - Nr. 444, November 2006. - S. 5-7.

2 В немецких СМИ напоминалось в те дни, как ФРГ поддерживала Польшу в ее желании вступить в ЕС, помогала ей экономически, и вот она, польская благодарность...

былых польских союзников - француза Николя Саркози и англичанина Тони Блэра, к которым присоединился и люксембуржец Жан-Клод Юнкер. Этим политикам удалось убедить польское руководство в том, что принцип «двойного большинства» - не германская хитрость, а составная часть общеевропейского проекта. Для поляков была выработана особая «переходная» процедура в подсчете голосов. Меркель в известной мере поступилась германскими интересами - однако ее авторитет в Европе возрос неизмеримо1.

13 декабря 2007 г. Договор был подписан. Анализируя его текст, регулирующий совместную европейскую жизнь 27 стран, но в то же время значительно более скромный по сравнению с широко задуманной, помпезно преподнесенной и павшей жертвой национальных плебисцитов Конституцией, репортеры грустно комментировали: «Европа вновь похищена быком, имя которому - реальность...»

И тем не менее принятие Договора спасло Европу не только от институционального кризиса (так как расширившемуся ЕС были необходимы новые нормативы), но и от кризиса доверия к его дееспособности. За год своего президентства Меркель проделала огромную работу, сводя воедино интересы больших и малых членов ЕС и не поддаваясь на политические провокации. Лиссабонский договор вступит в силу 1 января 2009 г. после ратификации его всеми 27 членами ЕС.

* * *

Отношения с Польшей улучшились после прихода к власти Доналда Туска, с которым Меркель быстро перешла на «ты». Основными вопросами остались прокладка североевропейского трубопровода (минуя Польшу) и создание так называемого «Центра изгнанных» в память о депортированных после Второй мировой войны немецких меньшинствах. К этой теме Польша до сих пор относится болезненно. Меркель отклонила претензии депортированных немцев на возмещение экономического ущерба, подчеркнув в то же время, что увековечение памяти «изгнанных» не озна-

1 Как тут не вспомнить о выдвижении канцлерской кандидатуры в 2002 г. Тогда Меркель тоже пошла на временные уступки - во имя укрепления своего авторитета в партии и своей будущей победы. Если следовать этой аналогии, Меркель еще вернется к «польскому вопросу».

чает для Германии попытку пересмотра результатов Второй мировой войны1.

Следующий «горячий» вопрос - проблема Косово. С одной стороны, Меркель постоянно выступала за интеграцию Сербии в ЕС, с другой - не исключала признания независимости Косово, если эта позиция будет доминировать в ЕС. В то же время она полагала, что в вопросе о статусе Косово у ЕС своя, особая миссия, дополняющая военую миссию НАТО. По ее мнению, ЕС должен сделать особый упор на создании структур мирного предупреждения кризисов, т.е. на механизмах правовой и демократической государственности. Когда 18 февраля 2008 г., после самопровозглашения Косово своей независимости на встрече глав МИД стран Евросоюза в Брюсселе была разработана платформа, предоставляющая каждому члену ЕС самостоятельно определиться в своем отношении к данному вопросу, Меркель заявила, что случай с Косово не должен создавать прецедентов в мире.

Европейская перспектива для Турции оставалась камнем преткновения «большой коалиции». Меркель не разделяла мнение социал-демократов о возможном, пусть и в дальней перспективе, вступлении Турции в ЕС и не отказалась от программной точки зрения ХДС/ХСС, предлагающих Турции вместо этого членства «привилегированное партнерство», еще более расширенное, чем нынешнеее. На этой позиции она остается и по сей день. В то же время, будучи канцлером, она в значительно большей мере, чем в годы пребывания в оппозиции, поняла, как велико стратегическое значение Турции для Европы, как важна эта страна для сбалансированной европейской внешней политики, прежде всего в исламском мире. Поскольку вопрос о Турции будет так или иначе решаться на европейском уровне, в Германии эта тема, видимо, отложена до следующих выборов в Бундестаг.

5.2.3. Меркель и США

При вступлении на пост канцлера Ангела Меркель сделала все от нее зависящее, чтобы трансатлантический вектор германской политики вновь приобрел то значение, которое он имел до

1 Bundesregierung. Neue Impulse für deutsch-polnische Beziehungen // Bundesregierung. - B., 2007. - 11. Dezember. - Mode of access: http://www.bundesregierung. de/Content/DE/Artikel/2007/12/2007-12-11-Tusk-Besuch

иракского кризиса. Ей удалось преодолеть напряженность в отношениях, возникшую во времена Шрёдера. Новое начало германо-американской дружбы было, впрочем, несколько омрачено сообщениями о тайной деятельности ЦРУ в Европе, в частности, об использовании немецких аэродромов при перевозках американцами «лиц, подозреваемых в терроризме» в так называемые «тайные тюрьмы ЦРУ». Тюрьмы эти, по утверждению репортеров, находились не только в Афганистане, но и во многих странах так называемой «новой Европы», политические элиты которых зависят от США и не так щепетильны в вопросах прав человека, как «старые европейцы». И хотя Кондолизе Райс на встрече в Брюсселе и удалось успокоить союзников по НАТО, заверив их, что через европейское пространство к «местам пыток» заключенные не транспортировались1, информация о деятельности ЦРУ в Европе дала повод к первому серьезному внутриполитическому кризису нового германского правительства. Как выяснилось, «американские друзья» и раньше информировали некоторых немецких лидеров о ряде аспектов своей борьбы с терроризмом, - и политики эти, ценя оказанное доверие, хранили информацию при себе. Особое возмущение оппозиции (прежде всего, либеральной СвДП) вызывала история с немецким гражданином ливанского происхождения Аль-Масри, «по ошибке» похищенным американцами в начале 2004 г. в Македонии в связи с подозрением в терроризме и продержанном пять месяцев в афганской тюрьме. Доверие американских союзников с точки зрения реальной политики было важнее судьбы немецкого гражданина - однако с официально-правовой точки зрения тогдашнее молчание немецких политиков было непростительным. Сложившаяся ситуация указывала на серьезную дилемму европейской внешней политики. С одной стороны, представления администрации президента Буша о способах борьбы с международным терроризмом во многом расходились с принятыми в ЕС стандартами. С другой стороны, интересы реальной внешней политики представлялись членам ЕС неизмеримо более важными, нежели четкая артикуляция европейских принципов по отношению к США. В особенности эта дилемма касалась Германии. Верность идее европейского единства, всесторонняя интеграция в структуры ЕС, приоритет европейских ценностей до сих пор являются основными

1 МЫе о£ ассе88: М1р://%㹫г.1^е88сЬаи.11е/ак1:ие11/теМи^еп/0,1185, 0ГО5024110_КАУ_КБЕ1,00.Ыт1

составляющими «внешнеполитического консенсуса» солидных немецких партий. Верность же США - это, прежде всего, историческое наследие послевоенных боннских политиков, внешнеполитическая традиция ХДС. Канцлерство обязывало Меркель к более объективным позициям, чем те, которые она могла себе позволить будучи «только» лидером ХДС. Поэтому уже в ходе первого своего визита в Вашингтон в конце 2005 г. она позволила себе осторожно покритиковать ситуацию в Гуантанамо. Эти замечания показали немецкой общественности, что близость канцлера к США, ее хорошие отношения с правящими американскими элитами вовсе не означают ее неспособности к критическому восприятию проблематичных с моральной и правовой точек зрения аспектов американской политики. В то же время и в Вашингтоне отрицательная позиция Меркель к тем или иным инициативам США не вызывала такой негативной реакции, как в случае громкого отказа Шрёдера принять участие в военной акции в Ираке. Меркель, например, отказалась послать немецких солдат на опасный юг Афганистана в рамках натовской операции. Меркель подтвердила, что в Ирак немецкие солдаты не пойдут. Однако поскольку эти внешнеполитические шаги были сделаны без внутриполитической помпы, они не осложнили двусторонних отношений.

5.2.4. Меркель и Россия

Перед своим первым визитом в Россию в начале 2006 г. Мер-кель выразила обеспокоенность состоянием демократии в России, предостерегла от «энергетической зависимости» и сказала, что «дружба» с Россией пока что невозможна, а возможно только «стратегическое партнерство». Канцлер сказала то, что ожидало от нее подготовленное годами соответствующих сообщений о России немецкое общество. В вопросе отношений с Россией немецкое общественное мнение с особой силой определяется представлениями, из года в год культивируемыми СМИ. Представления эти были сдержанны даже в годы правления Шрёдера, не говоря уже о 90-х годах. Автор данной работы не может вспомнить ни одного политического сообщения о России тех лет, где не присутствовал бы элемент опасения или хотя бы назидательности. Реальная политика шла своими путями, однако СМИ, выражая «общественное мнение» Германии, требовали от своих канцлеров занять «твердую» позицию по отношению к России, избегать «лживой близости» с

ней и постоянно «предупреждать» ее о необходимости соблюдения прав человека1. Не кто иной, как Меркель в бытность свою лидером оппозиции перед телевизионными камерами называла «постыдной» позицию канцлера Шрёдера, упрекая его, что он не нашел во время своего визита в Россию достаточно четких слов для осуждения нарушений демократии и свободы печати2. Однако, судя по комментариям, слова, найденные ею в ходе ее первого в Россию визита, если и были произнесены, то примерно в такой же тональности, что ее слова о лагере в Гуантанамо во время визита в США - и так же восприняты. Реальная политика пошла своим ходом.

Стратегия Меркель не изменилась и в последующие годы. Отвечая, например, в декабре 2007 г. на типичные для немецких СМИ вопросы: «Не должен ли путь, выбранный ныне Россией, беспокоить Германию? Можно ли сделать что-нибудь, чтобы укрепить демократию в России?» - она сначала сказала: «Я думаю, нужно постоянно искать диалога с русским правительством. Я сама снова и снова, много раз спорила с президентом Путиным...», а после продолжила: «А в целом у нас с Россией стратегическое партнерство. Нам нужны хорошие отношения с Россией, чтобы решать внешнеполитические задачи, например иранский вопрос. Нам необходима - по мере возможности - хорошая кооперация с Россией в вопросе Западных Балкан. У нас здесь разногласия по вопросу статуса Косово. Все это показывает: мы зависим друг от друга в этом мире, однако это не исключает нашей критики в тех вопросах, которые мы видим иначе, нежели русский президент» .

Эта стратегия оправданна. Прочное, развернутое в будущее «стратегическое партнерство» в условиях нынешних политических реалий и для России, и для Германии значительно более полезно, нежели некая гипотетическая «дружба». Ибо между ними лежат страны, историческая память которых настолько отягощена воспоминаниями об «особых отношениях» этих двух держав, что даже членство в ЕС не удержит их опасений оказаться «обойденными».

1 Подобные термины кочевали из статьи в статью; см., например: Rinke A. Mehr Freiheit wagen // Handelsblatt. - Berlin, 2006. - 22 Dezember. - S. 4.

2 Mode of access: http://www.tagesschau.de/aktuell/meldungen/ 0,1185, OID3571308_TYP6_THE_NAVSPM 1_REF1_BAB,00.html

3 Bundeskanzlerin zieht Zwischenbilanz. Interview mit Angela Merkel // Deutschlandfunk. - 2. Dezember 2007, 11:05. - Mode of access: http://www.dradio. de/dlf/sendungen/idw_dlf/704844

Именно поэтому в политике Германии по отношению к России и дальше будет сильно выражено «европейское измерение», а с другой стороны, вне всякого сомнения, будут прилагаться усилия интегрировать новых, восточноевропейских членов ЕС, например Польшу, в «стратегическое партнерство» с Россией.

5.2.5. Прочие важные внешнеполитические темы

Бесспорным успехом 2007 г. считаются - по крайней мере, у немецких экспертов - результаты встречи «большой восьмерки» 6-8 июня 2007 г. в Хайлигендамм на берегу Балтийского моря. В первую очередь подчеркивалось достижение компромиссов в вопросе защиты климата.

О защите климата шла речь и на конференции на о. Бали, посвященной вопросам защиты климата, состоявшейся в начале декабря 2007 г. Подчеркивая успех этой встречи, открывшей дорогу для «реальных переговоров о мерах по защите климата», Меркель отметила, что именно «единство европейских стран способствовало достижению позитивных результатов»1.

Одной из важных внешнеполитических тем, с которыми пришлось считаться Меркель, были отношения с Китаем. Политика по отношению к Китаю делится на две составляющих: реально-экономическую и морально-политическую, причем морально-политические взлеты и спады до сих пор на динамику экономических отношений сущностного воздействия не оказывали. Не только Меркель, все федеральные канцлеры считали своим долгом, развивая экономические отношения с Китаем, успокаивать немецкую общественность периодическими призывами к китайскому руководству либерализировать политическую жизнь и соблюдать права человека. Особенно болезненным считался тибетский вопрос. Однако до сих пор Германия если и затрагивала его, то не через официальную дипломатию, а через политические фонды, чтобы в случае необходимости представить свое вмешательство как «личное дело» той или иной партии. Например, близкий к СвДП фонд Нау-манна, пригласивший в 1996 г. изгнанного далай-ламу на конференцию в Бонн, был за это сам изгнан из Китая, причем очень на-

1 Bunresregierung: Bundeskanzlerin Merkel begrüßt Ergebnis von Bali als großen Erflog für den Klimaschutz // Presse- und Informationsamt der Bundesregierung. - Berlin, 2007. - Nr. 490. - 15. Dezember.

долго, а СвДП восстановила отношения с Китаем лишь в 2007 г. Поэтому Меркель совершила воистину политический жест, приняв далай-ламу в конце 2007 г. у себя в Службе федерального канцлера, не поставив об этом в известность Пекин. «Я принимаю тех, кого, как мне кажется, я должна принять и кого мне хочется принять, - комментировала она позже свой шаг. - Мы хотим дружеских, партнерских отношений с Китаем, а у друзей бывают иной раз расхождения во мнениях»1.

5.3. Меркель и партия после прихода к власти

Положение Меркель в партии остается сложным. Несмотря на свои достижения, она - не бесспорный лидер всей партии и вряд ли когда-нибудь будет таковым. Для «рейнских» христианских демократов и их выпестованного в западных традициях политического потомства она навсегда останется чужой. Партийная солидарность перед лицом внешних «опасностей» не означает внутрипартийного мира. Какой бы успешной ни была ее политика, старые элиты никогда не простят ей кадрового и духовного разгрома старого ХДС. Если Меркель оступится - пощады ей не будет.

У нее немало сторонников, в том числе среди молодого поколения, политически сформировавшегося после воссоединения и не втянутого в кастовый мир «рейнского ХДС». «Энджи звезд с неба не хватает, но работать она умеет», - одобрительно отзывались о ней молодые сотрудники ее штаба перед выборами. Печальный опыт научил Меркель доверять лишь тем, в чьей лояльности она уверена. Еще до вступления на пост канцлера ей удалось собрать вокруг себя сторонников (пресловутые «Girlscamp» и «Boygroup»: Аннете Шаван, Мариа Бёмер, Рональд Пофалла, Фолькер Каудер, Томас де Мезьер и др.) в противовес группировкам старых элит, в частности «амигос».

Ожидания, что женщина-канцлер обопрется в партии прежде всего на женщин, могли питать лишь те, кто не знал ни Меркель, ни женщин этой партии. Как уже отмечалось, Меркель никогда не придавала значения «половому» принципу. Что же касается женщин из старой ХДС, то в их лице Меркель (и ряд других женщин-

1 Bundeskanzlerin zieht Zwischenbilanz. Interview mit Angela Merkel // Deutschlandfunk. - 2. Dezember 2007, 11:05. - Mode of access: http://www.dradio.de/ dlf/sendungen/idw_dlf/704844.

политиков из Ост-ХДС) с самого начала приобрели не сторонниц, а соперниц. Как известно, Гельмут Коль в 1990 г. отдал традиционные (с точки зрения консерватора) «женские» домены в партии и правительстве женщинам из бывшей ГДР: во фракции ХДС/ХСС Клаудиа Нольте стала спикером по женской политике, а Мариа Михальк - по семейной политике, Сабина Бергманн-Пол - госсекретарем в Министерстве здравоохранения, Меркель - министром по делам женщин и молодежи. Это восстановило против них женщин-политиков из старой ХДС, которым, как отмечала позже Мер-кель, в этой по преимуществу мужской партии «приходилось делить между собой гораздо большее, чем мужчинам»1. Поэтому в партии Меркель опирается не на «женщин» и не на «мужчин», а на людей - лояльных, работоспособных, интеллигентных.

Критики из старых «рейнских» рядов упрекают Меркель в равнодушии к традициям, в неспособности мобилизовать партию, в том, что она отпугнула от партии старых избирателей, не приобретя новых. Ее кадровую политику и особенно приверженность к строжайшей политкорректности интерпретируют иной раз как отсутствие внутрипартийной солидарности. В качестве примера называют моральную выволочку, которую она перед лицом СМИ устроила главе земельного правительства Баден-Вюртемберга Гюнтеру Оттингеру (один из «амигос» и руководитель одной из самых консервативных земельных организаций ХДС) за его попытку в траурной речи изобразить пособника нацистов Филбингера борцом против нацизма, а также исключение в 2003 г. из партии депутата Мартина Хоманна, который в одной из своих речей, останавливаясь на понятии «народ-преступник», сравнил нацистов и троцкистов. Критики полагали, что Меркель пошла на поводу СМИ, не дав себе труда заступиться за однопартийца2.

Как уже отмечалось, 3 декабря 2007 г. в Ганновере состоялся очередной съезд ХДС, на котором партия уточнила свои позиции по ходу работы «большой коалиции», официально заняв положение «политической середины». При Шрёдере, полностью подавившем левое крыло своей партии и изгнавшем его лидера Оскара Лафон-тена, на это положение претендовала СДПГ, оттесняя христианских демократов на правый политический край. Однако после того

1 MerkelA. Op. cit. - S. 117.

2 Типичный пример подобной критики см.: Schönbohm W. Scheinliberale Mitte-Soße II Die Welt. - Berlin, 2007. - 16. August. - S. 2.

как СДПГ вновь, причем на уровне партийной программы, заговорила о «демократическом социализме», ХДС воспользовался этим, чтобы объявить себя партией центра и привлечь часть тех избирателей, кто при Шрёдере голосовал за СДПГ. «Демократический социализм - это противоречие, - заявила Меркель на съезде. - Одно не подходит к другому. Социализм кончается тоталитаризмом»1.

Новая программа ХДС2, обсуждавшаяся на съезде, в ряде аспектов предполагала усиление социальных моментов, однако в несколько непривычном для ценностей старого ХДС ключе. Так, в вопросах семейной политики предполагалось закрепить на законодательном уровне право на детский сад (ясли) для детей младше трех лет, а в долгосрочном контексте - уменьшить плату за места в детских садах (или совсем ликвидировать ее) и облегчить налоговую ситуацию для родителей с детьми, независимо от того, зарегистрированы ли супружеские отношения официально. Разумеется, не обошлось без критики со стороны консервативного (католического) крыла, представленного прежде всего организациями ХДС юга Германии. Ясли напоминают им о ГДР и разрушают представление о женщине-матери, а облегчение налогов для родителей является скрытой атакой на официальный институт семьи. Однако, как признал даже «амиго» Роланд Кох, на путях новой «семейной политики мы приобретем больше избирателей, чем потеряем»3; во всяком случае, матери-одиночки и жители больших городов (именно там больше всего семей, не живущих в официальном браке) будут относиться к партии с большей симпатией, чем до сих пор.

При Меркель ХДС приобрел политический прагматизм и без проблем сочетает «левую» семейную политику и «правые» установки в вопросах внутренней безопасности или же в вопросе вступления Турции в ЕС. Тем самым она затрагивает сердца широкого круга избирателей левее и правее «центра». Новых избирателей она старается приобрести и другими непривычными для традиционной ХДС темами - например, защитой климата или же интеграцией иностранцев. Старый консерватизм лучше всего представлен в

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1 Merkel A. Demokratischer Sozialismus ist ein Widerspruch in sich // Tagesthemen. - 2008. - 3. Dezember, 22:23. - Mode of access: http://cvd. bundes-regierung.de/Content/DE/Medienspiegel/Inland

2 CDU: Freiheit und Sicherheit: Grundsätze für Deutschland. - Mode of access: http://www.grundsatzprogramm.cdu.de/

3 Uht. no: Müller P. Sie hat die CDU zu ihrem Glück gezwungen // Welt am Sonntag. - Berlin, 2007. - 2. Dezember. - S. 2.

экономической политике, особенно там, где речь идет о запрете новых задолженностей для федерации и ее субъектов или же о либерализации рынка труда.

Теоретически ХДС по-прежнему считает своими важнейшими составляющими три идейных направления: христианское социальное учение, либерализм и национал-консерватизм. Однако буквально за несколько лет партия «ослабла» на оба крыла: левое, социально-христианское крыло оказалось сломленным после ухода из активной политики Блюма и Гайслера. Правое же, рыночное, либеральное крыло, было ослаблено после того, как его важнейший представитель, Мерц самоустранился от активной политической работы и даже - из протеста против, пусть даже частичного, согласия ХДС на установление минимальной заработной платы - впервые за 20 лет не явился на партийный съезд. И наконец, третья составляющая - консерватизм - оказалась ущемленной после того, как его важнейший представитель, Йорг Шёнбом1, отошел от федеральной политики, умеренно правые национал-консерваторы были втиснуты в границы политкорректности - как Оттингер, а неумеренно правые исключены - как Хоманн. Однако ослабление традиционных составляющих партии свидетельствует не о кризисе, а о перестройке ХДС. Хотя критики и предупреждают Меркель, что «большие партии подобны танкерам - они не переносят крутых поворотов»2, она продолжает курс на модернизацию партии в соответствии с новыми политическими реалиями. Там, где старые, рейнские христианско-демократические элиты видят распад единого партийного организма, она видит новые возможности и открывает новые перспективы. Особенно далеко от своих прежних традиций ХДС удалилась в вопросах иммиграции, экологии (в частности, защиты климата) и семейной политики.

Отношение с ХСС продолжает оставаться сложным. После ухода Штойбера с руководящего поста - в европейские структуры, а его верного генерального секретаря Содера - в земельное правительство нового лидера ХСС Гюнтера Бекштайна эта партия, столько лет определявшаяся личностью Штойбера, ищет свой про-

1 Йорг Шёнбом - генерал-лейтенант в оставке, с 1994 г. член ХДС, министр внутренних дел земли Бранденбург, до 2007 г. - председатель ХДС земли Бранденбург, до 2006 г. был в составе президиума ХДС.

2 Bruns T. Flügellose CDU II Tagesspiegel. - Berlin, 2007. - 28. Dezember. -

S. 4.

филь. И каким бы этот профиль ни был, ХСС всегда будет претендовать на то, чтобы он учитывался в программе Союза.

Поэтому Меркель никогда не станет «железной леди» наподобие Маргарет Тэтчер - вследствие объективного партийного расклада и особенностей федеративной организации ФРГ. Даже если когда-нибудь ей доведется стать канцлером в правительстве большинства - ей придется учитывать особый христианско-социальный характер ХСС, а также считаться с партийным авторитетом «земельных князей».

Глава VI ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТИЛЬ И ЛИЧНЫЕ ОСОБЕННОСТИ

Есть целый ряд особенностей, присущих только Ангеле Меркель, причем некоторые из них существенно отличают ее от профессиональных западных политиков, будь то христианские демократы или же «зеленые». Эти особенности, присущие личности Меркель, определяют ее политическое поведение и помогают лучше понять ее политический стиль.

Назовем основные из них.

1. Сдержанность, логичность, умение убеждать

Первое, что бросается в глаза, - естественность политического поведения Меркель. Эта черта, всегда присущая ей, комментаторами была замечена лишь когда Меркель в полной мере начала блистать на политическом небосклоне. Причем блистать на свой лад - без ярких вспышек, но зато ровно, сильно и постоянно. Она старалась убеждать не эмоциями и не расчитанными на СМИ эффектами, а деловыми, сущностными аргументами, как и всякий ученый, надеясь, что логика - самое лучшее оружие в любом споре.

Однако в обществе, приученном к раскрутке политического образа с помощью СМИ, решающим казались не столько логика и истина, сколько способность подать себя в выгодном свете перед телекамерами - и тут Меркель со своими деловыми аргументами поначалу - но лишь поначалу! - проигрывала опытным мастерам медийной инсценировки. Достаточно лишь вспомнить ее предвыборную теледуэль с канцлером Шрёдером, где она - четко, как на научной конференции, - старалась «срезать» противника сущност-

ными аргументами, а Шрёдер, снисходительно поглядывая на нее (в его глазах читалось: «Женщина, да что же ты так волнуешься?»), играючи «вел» за собой телеаудиторию - не столько логикой и аргументами, сколько их подачей - этими по-мужскими снисходительными, уверенными улыбками, мимикой, не относящимися к делу, но затрагивающими сердце телезрителя признаниями, например, в том, что он очень любит свою жену. На заднем плане Меркль, не выдержав, сделала гримасу, выражавшую примерно: «Господи, ну это-то к чему здесь!» - это уловили телекамеры и фотографы. Она стремилась подавить противника интеллектом -он давил ее своей «аурой власти» и мужским шармом. Эксперты сочли победительницей в дуэли Меркель, телезрителей же значительно больше убедил Шрёдер1.

Поэтому даже сторонники Меркель нередко упрекали ее в «неспособности установить эмоциональную связь с избирателями». Действительно, опытные политики, следуя рецептам политмарке-тинга, умело «выпускают эмоции» перед телекамерами. Меркель же завоевывала свои позиции в политике не эмоциями, а содержательной работой, интеллектом и постоянством убеждений. Она не принадлежит к тем политикам, кто сразу, мощным эмоциональным натиском, завоевывает сердца - она убеждает постепенно, и как раз поэтому и симпатии, испытываемые к ней избирателями, более обоснованы и стабильны. К ее очевидно природным эмоциональной сдержанности и обстоятельности прибавилась необычайная способность к самоконтролю. Эта способность, видимо, уже и раньше присущая ее характеру, была развита до уровня «политической доблести» в ходе ее карьеры в старом, западногерманском ХДС. Рейнские христианские демократы умели быть очень высокомерными по отношению к «чужакам» в своих рядах. Уже в первые годы работы в Бонне Меркель, тогда - естественная, «живая» женщина, научилась контролировать эмоции. Лишь один раз, в начале карьеры, на министерском посту, она не удержалась и заплакала, когда ей не удалось «пробить» нужное решение. Этот -первый и последний за всю ее политическую карьеру - «признак женской слабости» был тут же безжалостно высмеян политическими соратниками мужского пола. Много лет позже, когда журналист

1 Thiede U. Gesichten der Macht // General Anzeiger. - Bonn, 2007. -31. Dezember. - S. 3.

напомнил ей эти слезы, Меркель хладнокровно ответила: «Ну и что? Другие - кричат».

Сдержанность и деловитость настолько срослись с политическим образом Меркель, что стали частью ее имиджа. Журналисты, шутя, называют ее «народной педагогиней»1 за способность доходчиво объяснять «базису» сложные темы. Иной лидер, не доверяя способности избирателей судить о важных политических вопросах (а иной раз и сам будучи не в состоянии о них судить), апеллирует к их чувствам, красиво и с помпой подавая «электорату» себя, хорошего. Сила же Меркель - в ее способности дойти до избирателя, используя интеллект, логику, четкую аргументацию, затрагивая не столько эмоции, сколько разум. Поскольку же, по мнению стратегов современного политмаркетинга, разум «электората» - это рудимент, излишний в современной, определяемой СМИ, демократии, Меркель стоит несколько особняком в ряду профессиональных политиков и имеет хорошие шансы у избирателей, хотя ее вера во всемогущество логики не всегда себя оправдывает.

Ей не чужды юмор и интеллектуальная ирония: например, на вопрос журналиста, почему спорят о «женщинах в политике», а о мужчинах - нет, она отвечает: «В сущности, все политические споры - споры о мужчинах в политике»2. Она способна подшучивать и над собой - качество, редкое для политика. Меркель - по понятным причинам - отказалась от традиционных «мужских» ритуалов политической самоинсценировки, а «женских» ритуалов - по крайней мере, в современных демократиях - было не так уж и много. «Нет примеров, нет возможностей для сравнения с предшественницей. Поэтому женщине нужно просто оставаться самой собой, нужно быть уверенной в себе»3, - говорит она. Поменяй Меркель сейчас стратегию, измени она стиль - избиратель не узнает ее.

2. Сначала - дело, потом - личность

Лотар де Мезьер, один из многих разочарованных кажущейся «неблагодарностью» Меркель, вспоминал: «Мне кажется, у Ангелы

1 Cm., hanpumep: Fehrle B. High Noon, später // Die Zeit. - Hamburg, 2008. -24 Januar. - S. 4.

2 Mayntz G. Die Medienkanzlerin // Rheinische Post. - Düsseldorf, 2008. -16. Januar. - S. 2.

3 MerkelA. Op. cit. - S. 119.

проблемы со всеми, кто когда-то помог ее карьере»1. Эта оценка отражает обманутые ожидания - поддержка в политической карьере предполагает, по мнению многих политиков, если уж не постоянную лояльность, то хотя бы ответную благодарность. Однако политический стиль Меркель показывает, что эти чувства она воспринимала как личные и проводила четкое различие между ними и интересами дела. Многие молодые политики стараются сделать карьеру на путях личной преданности шефу - Меркель же делала карьеру на путях преданности делу, вне личных чувств и, возможно, даже не осознавая, что их от нее ожидают. Судя по ее политическому поведению, она полагала, что лучшей благодарностью тем, кто помог ей «продвинуться» на министерский или партийный пост, является честная работа с полной самоотдачей. Ожидать от нее личной благодарности, лояльности и поддержки в ущерб интересам партии не было смысла. Это пришлось узнать Гюнтеру Крау-зе, Гельмуту Колю, Вольфгангу Шойбле и некоторым другим политикам.

Сдержанность и деловитость политического стиля Меркель, ее стремление убеждать делом, а не эмоциями, тесно связаны еще с одной, типичной для нее чертой - нежеланием делать свою личную жизнь достоянием гласности. Эта черта находится в полном противоречии со стратегиями современного политмаркетинга, полагающими, что умелая самоинсценировка - залог политического успеха. Западные политики так охотно демонстрировали избирателям свою жизнь в «свободное от работы время», что личная «прозрачность» политика стала почти нормой. Меркель же изначально не разделяла этого стремления попасть в центр внимания на уровне бульварной прессы, выставляя напоказ свою личную жизнь. Лишь к началу борьбы за пост канцлера в ходе «дуэлей» с мастером медийной самоинсценировки Шрёдером она поняла, что политический успех может возрасти, если давать понемножку информацию о своей личной жизни. Так, избиратели начали потихоньку узнавать, что в свободное время она читает «Войну и мир» и биографию Екатерины Великой, которую считает образцом для себя, что у нее и Иоахима Зауэра есть дача с садом в Темплине, где она любит работать, что недавно она испекла сливовый пирог - но вот никто его не съел, а жаль. И что на Рождество у них дома запекут гуся. Телевизионному ведущему Кернеру она рассказывает, что с удовольстви-

1 БтЬвг К, Бкиррт Я. Ор. сИ - Б. 108.

ем бы поехала в отпуск в Африку или проехала бы в Транссибирском экспрессе через Россию - посмотреть на беспредельные просторы.

В отличие от выросших на стратегиях политмаркетинга западных лидеров Меркель не превращает медийную инсценировку в самоцель. Это - лишь необходимое дополнение к ее политике. Однако в таких вопросах лучше сдержанность, чем отсутствие чувства меры. Есть деловые, интеллигентные, успешные политики, которым просто не рекомендуется подавать себя в избытке, - это разрушает сложившийся, привычный избирателю имидж, делает их смешными. Так, Эдмунд Штойбер, который еще в далекой молодости, во времена Штрауса, за свою беспощадность к соперникам заработал себе прозвище «блондин-гильотина» («blonde Fallbeil»), сильный, уважаемый политик, известный четкостью взглядов, целеустремленностью и интеллектом, лишь навредил себе, рассказывая в ходе предвыборной борьбы 2002 г. о том, что его супруга Карин называет его «мой аристократ», а он ее - «кисонька»1. Социал-демократ Рудольф Шарпинг2, некогда лидер своей партии, сделал ошибку, позволив в 2001 г., чтобы иллюстрированный журнал опубликовал фотографии, на которых он с подругой дворянского происхождения резвился в бассейне. Откровенные фото оставили стойко неприятное впечатление и оказали обратное ожидаемому действие - имиджу Шарпинга в кабинете Шрёдера был нанесен непоправимый ущерб.

Меркель следует известному правилу - лучше меньше, да лучше. Даже став канцлером, она остается верна себе, строго «дозируя» информацию о своей личной жизни.

3. «Женщины», «Восток» и общегерманский интерес

Один из критиков Меркель в рядах ее собственной партии, анализируя ее предвыборную борьбу и печальные (по количеству

1 Сильный резонанс в немецких интернет-форумах был вызван в первую очередь тем, что используемое Штойбером для обозначения супруги слово «Ми-8сЫ» узурпировано нецензурным жаргоном и в своем изначальном смысле (киска, кисонька) употребляется очень редко.

2 Рудольф Шарпинг был в 1994 г. кандидатом в канцлеры от СДПГ. Уволен Шрёдером с поста министра обороны в 2002 г., после того, как стал достоянием гласности ряд различных афер, в том числе и вышеназванная. До 2003 г. был заместителем федерального председателя СДПГ.

полученных голосов) результаты выборов, возмущался тем, что в ходе предвыборной кампании она не использовала ни одного из двух своих неоспоримых преимуществ: ни того, что она женщина, ни того, что - с Востока1. Между тем неоспоримым преимуществом Меркель является как раз то, что эти - не зависящие от ее таланта и политических способностей - качества она ни разу своим «преимуществом» не назвала и в своей политической жизни не использовала. Несомненно, они помогли ей в ее партийной карьере - молодая женщина из ГДР оказалась «в нужное время на нужном месте» - однако негласные внутрипартийные «разнарядки» - это одно, а собственный политический стиль - совсем другое. Меркель не соглашалась с известной феминисткой Элис Шварцер, возлагавшей особые надежды на «женщину-канцлера» и ожидавшей некоего особого, женского политического стиля. Быть женщиной, утверждала Меркель, - это не политическая программа. Действительно, делать в борьбе политических партий ставку на свой пол - значит, по сути, отрицать все эти партии вместе с их программами.

Меркель не придавала политического значения тому, что она - женщина, однако ее соперники и конкуренты в полную меру использовали ее принадлежность к женскому полу, упражняясь в обидных остротах. Прическа Меркель была предметом особого внимания. В партийных кулуарах спрашивали, например, друг друга с невинным видом: «Не знаете, кто парикмахер Меркель по профессии?» - и рассказывали, что «Меркель тоже участвовала в афере с пожертвованиями: Коль пожертвовал ей 100 евро на новую прическу - и никто не знает, куда они девались». Смеялись над манерой одеваться, над широкими юбками, над брючными костюмами, спрашивали, почему она не сделает пластическую операцию, не подтянет вечно опущенные книзу уголки рта, почему не употребляет косметики. Впрочем, Меркель была не первой, чью внешность подвергали критике, - достаточно вспомнить шум, поднятый в свое время прессой в связи с якобы «крашеными волосами» канцлера Шрёдера. Меркель к шуткам о своей внешности относилась стоически, «украшая» себя лишь тогда, когда это ей самой казалось нужным.

Что же касается восточногерманского происхождения, то на нем можно «играть» лишь в локальной политической борьбе. Об-

1 БскопЬвкт Ш. Ор. ей.

щегерманские выборы восточногерманскими эмоциями не выиграешь - как, впрочем, и западными.

4. «Серая мышка» и мужское тщеславие

Следующая особенность политического стиля Меркель - извлекать пользу из того, что противники недооценивают ее. Позже она признавалась, что пока коллеги в западногерманском «мужском» ХДС считали ее «безобидной», она могла спокойно просчитать возможные варианты политического восхождения - и через 10 лет подчинить себе этих «диких парней». «Меркелизм» - так называли однопартийцы ее внутрипартийный стиль1. Ныне ее ценят по заслугам. Однако первыми своими успехами она в немалой степени обязана тому, что на начальных этапах карьеры потенциальные соперники недооценивали ее способности. Например, ее способности «освоить» и присвоить любую политическую тему -будь то «дела женщин и молодежи», экология, атомная энергетика - и работать настойчиво, последовательно, до тех пор, пока проблема не будет решена. Способности к быстрым политическим решениям, оказывающимся позже единственно верными. Способности находить компромиссы для всех - и извлекать из них пользу для себя. И наконец, как отмечают практически все комментаторы, - способности играть на великом мужском тщеславии.

Именно эти - умные, стратегически мыслящие, одаренные в партийных интригах, но безнадежно тщеславные мужчины, называвшие Меркель «девочкой Коля», «серой мышкой с Востока», «женщиной по квоте», снисходительно покровительствовавшие ей, смеявшиеся между собой над ее прической, над ее одеждой, над ее непривычной для западных политиков естественностью, считавшие, что ей еще учиться да учиться, - именно эти недооценивавшие ее и на этом пострадавшие интерпретировали свое партийное поражение как личную обиду. В своем восхождении Меркель получала своего рода «двойную упаковку» - успех и к нему - недоброжелателя. Пост генерального секретаря ХДС - и разочарованного, чувствующего себя преданным Коля. Председательство в партии - и оскорбленного неблагодарностью Шойбле. Председательство во фракции - и униженного, мечтающего отомстить Мер-ца. Канцлерство - и Эдмунда Штойбера, так и не смогшего сми-

1 Daiber К, Skuppin R. Ор. сИ - Б. 14.

риться с ее победой, потерявшего свою политическую родину, ушедшего в ЕС...

Ныне снисходительных и тщеславных мужчин рядом с Мер-кель уже нет, а есть наученные печальным опытом, уважающие ее, поумневшие, затаившиеся соперники, вроде «амигос», а также друзья, тщеславие которых, как шутят наблюдатели, лишь в том, чтобы не уступать Меркель в работоспособности. «Ее советники олицетворяют противоположный (Шрёдеру или Коху. - С.П.) тип мужчин - они сдержаны, почти мягки. Они умны, но не опасны»1.

5. «Интересы партии» versus «боннские традиции»

По мере постепенного изменения содержательного профиля ХДС старшие лидеры «боннской» ХДС и сформировавшееся под их влиянием поколение 40-50-летних политиков все интенсивнее упрекали Меркель в том, что она не жалеет душу партии. На первый взгляд - серьезный упрек, однако справедлив ли он? Душа партии - неуловимое нечто, что делает ее живой, сплачивает в деятельный политический организм, это - единство истории, традиций, политических принципов, личностных установок. Представляется, что подобные упреки в адрес Меркель делаются лишь потому, что христианская демократия в Германии - партия относительно молодая. Разумеется, у нее были идейные предшественники, как, например, католическая «Партия Центра» в годы Ваймарской республики, однако как таковая христианская демократия сформировалась после Второй мировой войны, в послевоенное лихолетье -так что в ней сменилось от силы три поколения политиков. Располагай эта партия более длительной историей, как, например, ее соперница СДПГ, ее стратеги не жалели бы об «изменениях партийной души», зная, что эта идеальная субстанция складывается из множества индивидуальных установок членов партии и, как и все живое, находится в постоянном развитии и обновлении - так же, как и окружающий мир.

Меркель «не жалеет душу партии». Однако это - душа той партии, которая жила в партийном здании ХДС в теплом, прирейн-ском католическом городке. На берлинском ветру эта боннско-мюнхенская душа прижиться не может, ей политически неуютно.

1 Neukirch R. Merkels Milieu // Der Spiegel. - Hamburg, 2008. - 7. Januar. -

S. 25. 92

Ее носители - убеленные сединами, маститые христианско-демо-кратические политики, трансатлантические идеологи, стратеги времен «холодной войны», их ушедшие на покой советники, сотрудники министерств, по большей части давно уже вернулись из Берлина назад, на покой, в свои виллы в живописных окрестностях Бонна, на холмах Зибенгебирге. Поглядывая сверху на всеми силами старающийся не потерять международного уровня и все же неизбежно опускающийся в провинциальность городок, они пишут мемуары, критикуют нынешнюю политику и тоскуют по добрым старым временам конфронтации блоков, когда все в мире было так ясно. Эта так называемая «душа партии» - на самом деле ее история, причем - ее западногерманская история, и поэтому место ей в том музее, куда сдали красные неоновые буквы «CDU», украшавшие здание, ныне уже не существующее. Душа современной, общегерманской христианско-демократической партии живет в Берлине. Она не порывает с традициями, но и не абсолютизирует их, она открыта для нового и находится в становлении - как и вся Берлинская республика.

Начав свою карьеру в Бонне, Меркель чувствовала себя в нем чужой. Возможно, он был связан для нее с разочарованиями первых лет. Разочарованиями в «Западе», оказавшемся не таким, как думалось о нем в ГДР, каким казался он во время коротких поездок к родственникам. Разочарованиями в лидерах, которые когда-то были ее идеалами. В одном из своих интервью, вспоминая о жизни в ГДР, она рассказывала, как неприятна была ей в те годы добродушно-жалостливая снисходительность «западных» немцев, встречавшихся ей в отпуске в Чехословакии. Судя по усмешливым воспоминаниям старших партийных соратников о «девочке с Востока», «серой мышке», якобы очарованной боннским стилем и робко, с их помощью, приобщавшейся к боннскому бомонду, точно такое же покровительственно-снисходительное отношение встретила она в первые годы в партии. Отношение, оскорбительное для женщины, умеющей думать, умеющей работать, привыкшей, чтобы ее принимали всерьез.

Она признавалась журналистам, что так и не смогла полюбить карнавал - праздник, которым живут прирейнские католические города и который в годы Боннской республики каждую весну на неделю парализовывал политический процесс ФРГ. «Если бы я могла решать, я бы сразу расположила правительство в Берли-

не»1, - шутила она позже. Слишком поздно придя в Бонн, она не успела принять душой этот город, в котором билось сердце старой ФРГ... Парламентский совет, Конрад Аденауэр, Людвиг Эрхард, социальное рыночное хозяйство, Вилли Брандт, «новая восточная политика», Шмидт, Коль, политические дебаты, политические аферы - становление ФРГ, идентичность ФРГ, душа ФРГ - все это было здесь, в этом малоэтажном, тихом, зеленом, заросшем старыми каштанами «университетском» городке, где цвел боярышник, где неспешно плыли по Рейну теплоходы, где вся политика была так близка, так достижима, что видимой границы между гражданами и властью практически не существовало. После заседаний Бундестага депутаты пешком расходились по своим земельным представительствам, в (открытых для всех) кафе и пивных правительственного квартала и сопредельной к нему «южной» части города обсуждались актуальные политические проблемы, а любители бега трусцой еще в середине 90-х годов в утренних сумерках могли встретить на набережной Рейна начинающего марафонского бегуна - Йошку Фишера. В этом городе, который почти полностью работал на политику, ее ритмом была пронизана вся жизнь, а местная промышленность напоминала о себе разве лишь сладкими ароматами, плывшими в иные безветренные дни над Бонном со старой, семейной кондитерской фабрики «Харибо», известной своими мармеладными медвежатами.

Меркель пришла в Бонн, когда решение о переносе столицы в Берлин принимало все более реальные очертания, когда граждане, выдвинувшие инициативу против ухода политики из их города, пытались реальными аргументами (стоимость переезда, неэффективность раздела министерств) отменить решение, принятое из чисто идеалистических соображений «германского единства». Меркель не увидела политического Бонна в его лучшие, западногерманские времена - на ее долю достался Бонн, ориентированный на берлинское будущее, протестующий, переезжающий, политически умирающий. Меркель простилась с этим городом без особого сожаления. Она не успела и не смогла сжиться с ним - и это хорошо, иначе она не смогла бы радикально обновить ХДС и стать канцлером Берлинской республики.

1 Ывгкв1 А. Ор. сИ - Б. 85.

Заключение

Подведем итоги.

Начиная со второй половины 90-х годов политики воссоединившейся Германии так часто стали говорить об «инновации», призывать «инновацию», уверять, что Германия в ней нуждается и что именно они - ее носители, что это слово как-то даже было избрано «словом года».

Канцлер Ангела Меркель - это инновация. Может быть, не та, о которой мечтали политические партии (в том числе и ее собственная), но во всяком случае бесспорная. Первая женщина, ставшая канцлером. Первая из новых федеральных земель, поднявшаяся (или, как верно говорят журналисты, «прогрызшаяся»1) на такую политическую высоту. Она - самая молодая из всех бывших до нее федеральных канцлеров. И кроме того, с ее избранием пресный клуб профессиональных немецких политиков переживает «кадровое» обновление: до сих пор кабинеты правящих коалиций ФРГ представляли собой картину весьма монотонную: по большей части они состояли из учителей и юристов (исключением был Йошка Фишер, таксист по профессии). С избранием Ангелы Меркель канцлером германское правительство впервые приобрело физика, да к тому же не простого, а с ученой степенью.

Сама Меркель не считает свое быстрое политическое восхождение чем-то особенным. В конце концов, в эпоху перемен, «в 1989/90 можно было очень быстро найти очень интересные задачи»2. Кто-то смог пойти в ногу со временем, использовать открывшиеся шансы, кто-то остался «обычным гражданином», а иные потеряли смысл жизни, утонули в ностальгических воспоминаниях.

Политическая социализация Меркель произошла не в «Демократическом прорыве» и не в правительстве Мезьера - краткосрочных, ориентированных на Запад политических феноменах переходного периода, - а в воссоединившейся, но на деле оставшейся «боннской» партии ХДС. Присущие этой мощной партии особенности, «рейнские» традиции, сложившиеся в старой ФРГ идейные установки определили позиции Меркель в начале ее партийной карьеры, на излете «эры Гельмута Коля», в последние годы Боннской республики.

1 БтЬег К, Бкиррьп Я. Ор. сИ - Б. 202.

2 Мегке1 А. Ор. ей. - Б. 111.

В оппозиционное время в ходе внутрипартийного кризиса и по мере идейной и личной эмансипации от своих «политических отцов» Меркель, развивая новые внутриполитические концепции под лозунгом возвращения к истокам социального рыночного хозяйства, все более отдалялась от католическо-социальных традиций старого ХДС, склоняясь скорее в пользу неолиберального эксперимента, названного ей «новым социальным рыночным хозяйством». Удаляясь в своей политической практике от «рейнских» корней ХДС, превращая его постепенно в общегерманскую партию, Мер-кель тем не менее придерживалась традиционных идеологических основ ХДС, в том числе, в вопросах внешней политики. Большую роль играла для нее дружба с США, немалое значение придавала она и морально-правовому аспекту отношений с проблематичными с ее точки зрения странами, критикуя социал-демократов за их терпимость по отношению к России или к Китаю.

Способность к компромиссам во имя общей цели оказала ей хорошую службу и способствовала модификации ее внутри- и внешнеполитических концепций после прихода к власти. Тот факт, что партнеры по «большой коалиции» не блокируют друг друга в совместной работе, что коалиция по крайней мере в ряде важных для страны тем оказалась работоспособной, - в немалой степени заслуга Меркель. Кроме того, под ее руководством ХДС смог оттеснить социал-демократов на умеренно левый край политического спектра и занять «политический центр» - выгодное положение, привлекающее к партии новых избирателей. Особый успех принесла Меркель ее внешняя политика, в которой с особой силой выигрывали такие качества ее характера, как настойчивость и прагматизм.

Политическая тактика Меркель вполне отвечает пословице: «Капля камень точит». Ей чужды резкие политические жесты и внезапные решения. Она не прячется от трудностей. Ее принцип: чтобы изменить неприятную реальность, нужно прежде всего признать, что она существует.

Пример Меркель показывает, что в современных демократических системах женщина может достичь политических вершин, не нуждаясь в «женских квотах» и иных институтах формального «равноправия», столь любезных сторонницам феминизма, не используя - это другая крайность мужчин - и не задействуя свой женский шарм, а благодаря политическому таланту и работоспо-

собности. И при этом не «омужичиться», сохранить свою личность, остаться собой - умной, естественной, привлекательной женщиной.

В Германии отношение к личности Меркель неоднозначно. Ее политическая карьера, ее взаимоотношения с однопартийцами, ее политический стиль неоднократно подвергались критике. Однако чем дольше она остается у власти, тем больше она убеждает -компетентностью, работоспособностью, чувством собственного достоинства, готовностью к поиску компромиссов в интересах страны. Поэтому не исключено, что на грядущих выборах Меркель вновь будет представлять ХДС/ХСС и, возможно, будет канцлером новых коалиций.

Ступени политической биографии

Декабрь 1989 г. - вступление в движение «Демократический прорыв».

12 апреля 1990 г. - вице-спикер в правительстве Лотара де Мезьера.

Август 1990 г. - «Демократический прорыв» сливается с Восточной ХДС. После объединения партий 2 октября Меркель становится членом ХДС.

2 декабря 1990 г. - депутат Бундестага от избирательного округа Штральзунд-Рюген.

18 января 1991 г. - федеральный министр по делам женщин и молодежи.

Декабрь 1991 г. - Заместитель федерального председателя

ХДС.

Июнь 1993 г. - Председатель организации ХДС в земле Мекленбург - Верхняя Померания (до мая 2000 г.).

17 ноября 1994 г. - федеральный министр экологии, защиты природы и безопасности реакторов.

7 ноября 1998 г. - с подачи нового федерального председателя ХДС Вольфганга Шойбле избирается генеральным секретарем ХДС (до 10 апреля 2000).

10 апреля 2000 г. - федеральный председатель ХДС.

24 сентября 2002 г. - председатель фракции ХДС/ХСС в Бундестаге.

22 ноября 2005 г. - канцлер правительства «большой коалиции» ХДС/ХСС - СДПГ.

Список литературы

I. ИСТОЧНИКИ

1. Книги Ангелы Меркель

Merkel A. Mein Weg. Angela Merkel im Gespräch mit Hugo Müller-Vogg. - Hamburg, 2004. - 272 S.

Merkel A. In unruhiger Zeit: Reden und Aufsätze aus drei Jahren deutscher Einheit. - Bonn, 1994. - 202 S.

2. Статьи Ангелы Меркель

Merkel A. Die von Helmut Kohl eingeräumte Vorgänge haben der Partei Schaden zugefügt // Frankfurter Allgemeine Zeitung. - Frankfurt a/M., 1999. - 22 Dezember - S. 1.

Merkel A. Aus meiner Sicht // Union. Das Magasin der CDU Deutschlands. - Berlin, 1999 -Nr. 2, Juni. - S. 19.

Merkel A. Wertegebundene Europapolitik // Politische Meinung. - Bonn, 2006. - Nr. 444. November 2006. - S. 5-7.

Merkel A. Reformen gelingen gemeinsam: in Deutschland und Europa // Handelsblatt. -Berlin, 2006. - 29 Dezember. - S. 1.

3. Речи Ангелы Меркель

Rede von Bundeskanzlerin Dr. Angela Merkel beim Journalisten-Symposium des «Konvents für Deutschland» am 5. Dezember 2007 in Berlin // Bulletin der Bundesregierung. - Berlin, 2007. - Nr. 139-3.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Rede von Bundeskanzlerin Dr. Angela Merkel beim Arbeitgebertag am 11. Dezember 2007 in Berlin // Bulletin der Bundesregierung. - Berlin, 2007. - Nr. 140-3.

Regierungserklärung von Bundeskanzlerin Dr. Angela Merkel zur Unterzeichnung des Vertrages von Lissabon am 13. Dezember // Bulletin der Bundesregierung. - Berlin, 2007. - Nr. 141-1.

4. Интервью Ангелы Меркель

Bundeskanzlerin zieht Zwischenbilanz. Interview mit Angela Merkel // Deutschlandfunk. -2 Dezember 2007, 11:05. - Mode of access: http://www.dradio. de/dlf/ endun-gen/idw_dlf/704844

Merkel A.: Demokratischer Sozialismus ist ein Widerspruch in sich. Interview mit Angela Merkel II ARD, Tagesthemen. - 3 Dezember 2007, 22: 23. - Mode of access: http://cvd.bundesregierung.de IContentlDEIMedienspiegelllnlandlFernsehenlInterview

Bunresregierung: Bundeskanzlerin Merkel begrüßt Ergebnis von Bali als großen Erflog für den Klimaschutz II Presse- und Informationsamt der Bundesregierung. - Berlin, 2007. -Nr. 490, 15 Dezember.

Bundesregierung. Bundeskanzlerin Merkel vor der Bundespressekonferenz (Mitschrift). -Berlin, 2008. - 15 Januar. - Mode of access: http: IIwww.bundesregierung.deI Con-tentIDEIMitschriftIPressekonferenz

II. ЛИТЕРАТУРА

1. Монографии об Ангеле Меркель

Daiber N., Skuppin R. Die Merkel-Strategie. - München, 2006. - 204 S.

Boysen J. Angela Merkel. - München, 2001. - 240 S.

Langguth G. Angela Merkel. - München, 2005. - 399 S.

Langguth G. Das Innenleben der Macht. - München, 2001. - 298 S.

Langguth G. Angela Merkel. Aufstieg zur Macht. - München, 2007. - 496 S.

MengR. Merkelland. Wohin führt die Kanzlerin. - Köln, 2005. - 280 S.

RollE. Das Mädchen und die Macht. - Berlin, 2001. - 302 S.

RollE. Die erste. Angelas Merkels Weg zur Macht. - Hamburg, 2005. - 363 S.

Schauble W. Mitten im Leben. - München, 2000. - 256 S.

Schumacher H. Die zwölf Gesetze der Macht. Angela Merkels Erfolgsgeheimnisse. -München, 2006. - 255 S.

Stock W. Angela Merkel. Eine politische Biographie. - München, 2000. - 206 S.

2. Газетные и журнальные статьи об Ангеле Меркель

Bischoff J. Zwei Revolutionäre von einst im Kampf mit Bonns Bürokraten II Der Tagesspiegel. - Berlin, 1991. - 3 Juli. - S. 2.

Eppler E. Das Beispiel Kanzlerin II Süddeutsche Zeitung. - München, 2007. - 7 Juli. - S. 2.

Fehrle B. High Noon, später II Die Zeit. - Hamburg, 2008. - 24 Januar. - S. 4.

Kocks K. Merkel-Land II Frankfurter Rundschau. - Frankfurt a.IM., 2007. - 28 Juni. - S. 2.

Kröter T. Die Anti-Angie-AG II Frankfurter Rundschau. - F.a.M., 2007. - 22 Dezember. -S. 3.

Lau M. Merkel, die Sphinx II Die Welt. - Berlin, 2007. - 16 November. - S. 2.

Mayntz G. Die Medienkanzlerin II Rheinische Post. - Düsseldorf, 2008. - 16. Januar. - S. 2.

MeckelM. Unter Hirschen II Tagesspiegel. - Berlin, 2005. - 14 November. - S. 4.

Müller P. Sie hat die CDU zu ihrem Glück gezwungen II Welt am Sonntag. - Berlin, 2007. - 2 Milieu II Der Spiegel. - Hamburg, 2008. - 7. Januar. - S. 25.

Otte R. Merkel und die Rückkehr der Sozialdemokratie II Welt am Sonntag. - Berlin, 2007. - 11 November. - S. 1.

Pappenheim B. von. Überzeugt davon, dass Jammern einfach nicht hilft // Stuttgarter

Zeitung. - Stuttgart 1991. - 9 September. Privatsache: Redaktion // Bonner Rundschau. - Bonn 2005. - 22. November. - S. 1. Außenpolitisch glaubwürdiger als Schröder: Redaktion // Frankfurter Rundschau. -

Frankfurt a/M., 2006. - 13 Oktober. - S. 2. Rinke A. Mehr Freiheit wagen // Handelsblatt. - Berlin, 2006. - 22 Dezember. - S.4. Schönbohm W. Scheinliberale Mitte-Soße // Die Welt. - Berlin, 2007. - 16. August. - S. 2. Roll E. «An den Westpaketen hing unsere ganze Hoffnung» // Süddeutsche Zeitung. -München, 2001. - 29 September. - S. 2.

К СВЕДЕНИЮ ЧИТАТЕЛЕЙ

С 1999 г. после перерыва, связанного с финансово-техническими затруднениями, Центр научно-информационных исследований глобальных и региональных проблем ИНИОН РАН возобновил издание серии «Политические портреты», в которой представлены портреты деятелей современности, играющих заметную роль в политической и общественной жизни.

Ранее в этой серии ИНИОН РАН были опубликованы следующие работы:

1972 г.: Орлов Б.С. Общественно-политические взгляды Вилли Брандта. - М., 1972. - 61 с.

1973 г.: Общественно-политические взгляды Вилли Брандта: Реф. сб. - М., 1973. - 199 с.

1974 г.: Орлов Б.С. Общественно-политические взгляды Гельмута Шмидта. - М., 1974. - 61 с.

1975 г.: Рубинский Ю.И. Валери Жискар д'Эстен: биография, взгляды, деятельность. - М., 1975. - 95 с.

1976 г.: Общественно-политические взгляды Жискар д'Эстена: Реф. сб. - М., 1976. - 267 с.

1978 г.: Истягин Л.Г. Общественно-политические взгляды Курта Биденкопфа. - М., 1978. - 57 с.; Рубинский Ю.И. Франсуа Миттеран: политическая биография. - М., 1978. - 87 с.; Цитрин П.С. Общественно-политические взгляды У. Пальме. - М., 1978. - 47 с.; Швейцер В.Я. Общественно-политические взгляды Бруно Крайского. - М., 1978. - 103 с.

1979 г.: Салмин А.М. Джеймс Каллаген: политический портрет. -М., 1979. - 62 с.; Общественно-политические взгляды Андреа-са Папандреу: Реф. сб. - М., 1979. - 97 с.

1980 г.: Истягин Л.Г. Общественно-политические взгляды Ф.-Й. Штрауса. - М., 1980. - 93 с.

1981 г.: Кулешова В.В. Общественно-политические взгляды Фелипе Гонсалеса. - М., 1981. - 76 с.; Ястржембский С.В. Общественно-политические взгляды Мариу Соареша. - М., 1981. - 94 с.

1982 г.: Салмин А.М. Политический портрет Маргарет Тэтчер. - М., 1982. - 121 с.

1983 г.: Карлсен А.В. Общественно-политические взгляды Анкера Йоргенсена. - М., 1983. - 66 с.; Любин В.П. Общественно-политические взгляды Беттино Кракси. - М., 1983. - 111 с.; Новоженова И.С. Общественно-политические взгляды М. Ро-кара. - М., 1983. - 83 с.

1984 г.: Гаджиев К.С. Общественно-политические взгляды Майкла Харрингтона. - М., 1984. - 70 с.; Салмин А.М. Общественно-политические взгляды Ральфа Дарендорфа. - М., 1984. -69 с.; Чернецкий С.А. Политический портрет Н. Киннока. - М.,

1984. - 50 с.

1985 г.: Айвазова С.Г. Идейно-политические взгляды Андре Горца. - М., 1985. - 73 с.; Истягин Л.Г. Политический портрет Гельмута Коля. - М., 1985. - 69 с.; Новоженова И. С. Общественно-политические взгляды Жан-Пьера Шевенмана. - М.,

1985. - 84 с.; Пивоваров Ю.С. Общественно-политические взгляды О. фон Нелль-Бройнинга. - М., 1985. - 87 с.

1986 г.: Васин В.Г. Общественно-политические взгляды Эрхарда Эплера. - М., 1986. - 104 с.; Галкина Л.А. Идейно-политические взгляды А. Бенна. - М., 1986. - 104 с.; Пивоваров Ю.С. Общественно-политические взгляды Р. фон Вайцзеккера. - М.,

1986. - 55 с.

1987 г.: Бунин И.М. Ле Пен и Национальный фронт во Франции. -М., 1987. - 57 с.; Филиппов Б.А. Общественно-политические взгляды Иоанна Павла II. - М., 1987. - 79 с.

1988 г.: Бунин И.М. Общественно-политические взгляды Раймона Барра. - М., 1988. - 50 с.; Истягин Л.Г. Политический портрет Х.Д. Геншера. - М., 1988. - 71 с.

Колосов Г.В. Политический портрет П. Каррингтона. - М., 1988. -50 с.

1989 г.: Карлсен А.В. Политический портрет Гру Харлем Брундт-ланд. - М., 1989. - 39 с.; Колосов Г.В. Политический портрет Дж. Хау. - М., 1989. - 41 с.;

Малых В.Н. Политический портрет Каваку Силвы. - М., 1989. -48 с.; Мацонашвилли Т.Н. Общественно-политические взгляды Оскара Лафонтена. - М., 1989.- 67 с.

1990 г.: Денискина В.Я. Политический портрет М. Тэтчер. - М., 1990. - 70 с.;

Дудникова Т. Политический портрет Эгона Бара. - М., 1990. - 45 с.; Новоженова И.С. Пьер Мендес-Франс и его идейное наследие. - М., 1990. - 46 с.

1991 г.: Любин В.П. Общественно-политические взгляды Норберто Боббио. - М., 1991. - 78 с.

1992 г.: Вацлав Гавел: Литературный портрет. - М., 1992. - 76 с.; Филиппов Б.А. Общественно-политические взгляды Л. Вален-сы. - М., 1992. - 51 с.

1993 г.: Мацонашвилли Т.Н. Общественно-политические взгляды Вилли Айхлера. - М., 1993. - 46 с.

1999 г.: Орлов Б. С. Политический портрет Герхарда Шрёдера. - М., 1999. - 52 с.; Перегудов С.П. Тони Блэр. - М., 1999. - 103 с.; Рубинский Ю.И. Лионель Жоспен. - М., 1999. - 103 с.

2000 г.: Иванян Э.А. Мадлен Олбрайт. - М., 2000. - 44 с.; Лыкоши-наЛ.С. Лешек Бальцерович. - М., 2000. - 59 с.

2001 г.: Хенкин С.М. Хуан Карлос I. - М., 2001. - 62 с.; Дима-нис М.Д. Йоханнес Рау. - М., 2001. - 58 с.; Лыкошина Л.С. Александр Квасьневский. - М., 2001. - 71 с.

2003 г.: Погорельская С.В. Йошка Фишер: Политический портрет. -М., 2003. - 108 с.

2005 г.: Дабагян Э.С. Уго Чавес. Политический портрет. - М.,

2005. - 120 с.

2006 г.: Дабагян Э.С. Рикардо Лагос. Политический портрет. - М.,

2006. - 80 с.

2007 г.: Дабагян Э.С. Висенте Фокс. Политический портрет. - М.,

2007. - 72 с.

С.В. Погорельская

АНГЕЛА МЕРКЕЛЬ: ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ

Художественный редактор Т.П. Солдатова Технический редактор Н.И. Романова Корректор Н.И. Кузьменко

Гигиеническое заключение № 77.99.6.953.0.5008.8.99 от 23.08.1999 г. Подписано к печати 28ЛУ-2008 г. Формат 60x84/16 Бум. офсетная № 1 Печать офсетная

Усл. печ л. 6,5 Уч.-изд. л. 6,0

Тираж 300 экз. Заказ № 71

Институт научной информации по общественным наукам РАН,

Нахимовский проспект, д. 51/21 Москва, В-418, ГСП-7, 117997

Отдел маркетинга и распространения информационных изданий Тел./факс (495) 120-4514 E-mail: market @INION.ru

Отпечатано в типографии ИНИОН РАН

Нахимовский пр-кт, д. 51/21 Москва, В-418, ГСП-7, 117997 042(02)9

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.