Научная статья на тему 'Аналогия в уголовном праве: история и современность'

Аналогия в уголовном праве: история и современность Текст научной статьи по специальности «Право»

CC BY
8463
506
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
АНАЛОГИЯ ПРАВА / АНАЛОГИЯ ЗАКОНА / ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО ПРАВА / ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОЙ ПОЛИТИКИ / НАРУШЕНИЯ / АНАЛИЗ / АНАЛОГИЯ / РАСШИРИТЕЛЬНОЕ ТОЛКОВАНИЕ / CRIMINAL LAW PRINCIPLES / CRIMINAL POLICY PRINCIPLES / ANALYSIS / EXTENDED INTERPRETATION / JURISDICTION ANALOGY / LAW ANALOGY / DISTORTIONS

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Епифанова Е. В.

Статья посвящена историко-правовому анализу аналогии в отечественном уголовном праве. В ней рассматривается отношение к аналогии права и аналогии закона в современный период. Делается вывод о том, что факты применения аналогии в уголовном законе ныне имеют место, что должно рассматриваться как нарушение основных принципов уголовного права и уголовной политики.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Епифанова Е. В.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

ANALOGY IN THE CRIMINAL LAW: THE HISTORY AND THE PRESENT

The article is devoted to the historical and legal analysis of analogy in criminal law of our country. In this work the attitude to analogy of the law and the legal analogy in modern period is considered. The author comes to the conclusion that the facts of analogy application in the criminal law nowadays take place that should be considered as infringement of main principles of a criminal law and the criminal policy.

Текст научной работы на тему «Аналогия в уголовном праве: история и современность»

УДК 343.2:7

Е.В. ЕПИФАНОВА, кандидат юридических наук, доцент

Кубанский государственный аграрный университет, г. Краснодар

АНАЛОГИЯ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Статья посвящена историко-правовому анализу аналогии в отечественном уголовном праве. В ней рассматривается отношение к аналогии права и аналогии закона в современный период. Делается вывод о том, что факты применения аналогии в уголовном законе ныне имеют место, что должно рассматриваться как нарушение основных принципов уголовного права и уголовной политики.

Аналогия была известна российскому уголовному законодательству давно. К ней прибегали в случае, когда ответственность за то или иное преступное поведение не предусматривалась нормами уголовного закона. Чаще всего это быио связано со сложными переходными периодами в развитии государственности, например, с революцией 1917 года, гражданской войной, первыми годами построения рабоче-крестьянского государства в 20-е годы XX века, с годами Великой Отечественной войны. Научный подход к аналогии быи однозначен - ее не должно быть в праве, однако в качестве временной меры она могла быть допущена.

Аналогия применялась при наличии в уголовном законодательстве такой нормы, которая предусматривала ответственность за сходное деяние, в исключительных случаях, как мера временного характера, как представляется автору, способная быстро реагировать на проведение криминализации деяний.

В науке признается, что аналогия уголовного закона быта орудием борьбы с инакомыслием, неугодным культу личности. Такой альянс позволял признать деяния преступными, если они представляли опасность для социалистического общества и даже если они не были предусмотрены Особенной частью УК [1]. Однако, не все общественно опасные деяния можно было сводить к инакомыслию. Например, Д.С. Злыщенко пишет о том, что в УК РСФСР

1922 года была предусмотрена ответственность за спекуляцию, а за коммерческое посредничество или частнопредпринимательскую деятельность ответственность отсутствовала. В этой связи применялась аналогия закона и устанавливалась ответственность как за спекуляцию.

Н.Ф. Кузнецова, A.A. Пионтковский утверждали, что применение аналогии в законе сыграло положительную роль в борьбе с преступностью в послереволюционный период и в годы Второй Мировой войны [2; 3]. Однако P.P. Га-лиакбаров отмечает, что учитывая причины введения аналогии в сложнейшие годы, согласиться с такими выводами можно, но с позиций общечеловеческих ценностей ее сохранение нельзя признать нормальным.

Совершенно правильными представляются выводы автора о том, что применение аналогии всегда заключает в себе элемент беззакония, поскольку допускает судейское усмотрение. Поэтому по наличию аналогии в законодательстве можно судить в определенной мере о состоянии законности в государстве. В этой связи возрастают требования к законодателю -чтобы он правильно обозначил круг преступлений. Необходимо быть прозорливым с тем, чтобы определить содержание современного уголовного законодательства и учесть перспективы развития. Только стабильный закон воспитывает людей в духе уважения к такому законодательству [4].

В отличие от Руководящих начал по Уголовному праву РСФСР 1919 года, в УК РСФСР 1922 и 1926 годов признак противоправности в понятии преступления отсутствовал, поэтому и действовала аналогия закона [5]. Основы уголовного законодательства СССР и союзныгх республик 1958 года исключили аналогию посредством введения признака преступления -противоправности.

Однако, на практике, и после отмены аналогии, она не исчезла. Например, А.Н. Игнатов указывал на пробел в уголовном праве, вызванный недостаточной разработанностью проблемы уголовной ответственности за половые преступления в связи с тем, что за совершение насильственных действий сексуального характера была установлена ответственность как за изнасилование по ст. 117 УК РСФСР [6]. Пленум Верховного Суда СССР разъяснил, что насильственное совершение полового акта в извращенной форме надлежит квалифицировать как изнасилование [7]. Такой же была позиция Верховного Суда РСФСР по делу Григоряна и Петухова [8]. Аналогичные вопросы обсуждались и по другим категориям дел [2, с. 10; 9; 10; 11].

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 18.11.2004 г. № 24 "О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем" фактически закрепляется аналогия в праве. В пункте 21 постановления отмечается, что при вынесении обвинительного приговора по ст. 174 или ст. 174-1 УК суд должен установить факт получения лицом денежных средств или имущества, добытых преступным путем либо в результате совершения преступления. А в пункте 24 говорится, что использование нотариусом своих служебных полномочий для удостоверения сделки, заведомо для него направленной на легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, квалифицируется как пособничество по ч. 5 ст. 33 УК РФ и, соответственно, по ст. 174 УК или 174-1 УК и при наличии тому оснований, - по ст. 202 УК.

По мнению H.A. Лопашенко, суд вышел за пределы своей компетенции и занялся вместо толкования закона законотворчеством, что совершенно недопустимо [12]. Автору представляется справедливым сказать, что суд не просто вышел за пределы своей компетенции, а применил принцип аналогии. Проблема аналогии очень тесно связана с квалификацией преступлений.

Современная наука стоит на позициях непринятия аналогии в уголовном праве. Некоторые ученые говорили об отказе от аналогии, как в Общей, так и в Особенной части [13; 14]. Другие имели более гибкую позицию, указывая, например, что запрет на аналогию относится только к сфере криминализации деяний [15; 16; 17; 18; 19].

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Проведенное автором анкетирование 100 научных, практических работников, присутствовавших на II Всероссийском Конгрессе по уголовному праву в Московском государственном университете (МГУ) (2007 год), выявило, что вопрос об аналогии не является чем-то забытым и несвоевременным. Несмотря на то, что половина из опрошенных респондентов считают, что применение аналогии в уголовном праве не допускается, так как аналогия запрещена в УК РФ, 1/4 респондентов отметили, что аналогия, к сожалению, - это часто встречающееся явление в правоприменительной практике, поэтому следует искать пути ее преодоления, 1/9 часть опрошенных прямо указала на необходимость разрешения аналогии на уровне уголовного закона. Были высказаны и иные мнения, например: "аналогия возможна только на уровне статей Общей части"; "применение аналогии в уголовном праве возможно в некоторых случаях"; "плюсов и минусов применения аналогии в уголовном праве примерно одинаково".

В современной литературе были предприняты попытки дать определение аналогии уголовного закона. Например, А.В. Наумов считает, что аналогия представляет собой восполнение пробела в праве, когда закон применяется к случаям, прямо им не предусмотренным, но аналогичным тем, которые непосредственно регулируются этим законом [20]; Б.В. Здраво-

мыслов под аналогией понимал привлечение кого-либо к ответственности за сходные, но не предусмотренные прямо в УК деяния [21].

Интересной представляется точка зрения М.А. Кауфмана: аналогия, то есть ответственность за деяние, уголовная наказуемость которого прямо не предусмотрена в настоящем Кодексе, не допускается. Он считает, что аналогия права и аналогия закона - неизбежные и допустимые явления. Применение аналогии как способа преодоления пробелов на основе усмотрения правоприменителя есть мера нежелательная, но вынужденная [22].

Проведенные автором исследования позволяют сделать вывод о том, что в науке не существует до сих пор четкого понятия аналогии. Очевидно, с отменой аналогии пришло и забытье этой темы в связи с отсутствием ее актуальности. Однако, принимаем мы аналогию или нет, необходимо четко знать, что это такое. Трудно согласиться с мнением М.А. Кауфмана о том, что аналогия - это ответственность за деяние.

В Словаре С.И. Ожегова "аналогия" трактуется как сходство в каком-нибудь отношении между явлениями, предметами, понятиями [23, с. 22].

В Словаре иностранных слов аналогия определяется как сходство, подобие в определенном отношении предметов, явлений или понятий, в целом различных [24].

Юридическая энциклопедия трактует аналогию в праве как применение к общественным отношениям, требующим правового регулирования, но не предусмотренным прямо законом или подзаконным актом, правовых норм, регулирующих сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии и таких норм - общих начал и принципов правового регулирования соответствующей отрасли права или правового института (аналогия права).

Аналогия служит средством разрешения конкретных дел при наличии пробела в праве, то есть когда определенный вопрос должен решаться юридическими средствами, но такое его решение не предусмотрено законодательством или предусмотрено не полностью. В отличие от гражданского законодательства, базирующе-

гося преимущественно на диспозитивном правовом регулировании, современное уголовное законодательство, представляющее собой систему императивных норм, не допускает применение уголовного закона по аналогии [25].

Автор полагает, что определить понятие аналогии необходимо, даже в целях того, чтобы знать, что можно и чего нельзя делать. Автору представляется, что если в уголовном законе нет нормы, но мы применяем за сходное деяние сходную санкцию, то это не что иное, как криминализация деяния. Поэтому, аналогия - это метод криминализации деяния, уголовная наказуемость за которое прямо не предусмотрена в Кодексе, но допускается в силу соответствия признакам сходного с ним преступления.

Преодоление аналогии - это задача каждого цивилизованного государства. Среди других возможных приемов и методов борьбы с ней, для того чтобы полностью избавиться от аналогии, необходимо в Общей части Уголовного кодекса дать разъяснения терминов, имеющихся в диспозициях статей Особенной части, по которым нет единого понимания среди работников правоохранительных органов.

Законодатель подтвердил отказ от аналогии в уголовном праве, закрепив в ч. 2 ст. 3 УК РФ 1996 года принцип законности. В соответствии с ним, применение уголовного закона по аналогии не допускается.

Современная обстановка в России такова, что несмотря на гуманизацию и декриминализацию, проведенную в уголовном праве, особенно в связи с Законом от 08.12.2003 г., показатели преступности не сократились. Статистика показывает ее неизменный рост. Возникает вопрос: почему?

Среди многих причин следует указать на появление ранее не известных законодателю составов преступлений. Законодатель не сумел вовремя криминализировать эти деяния, обозначив их составы и санкции, только лишь потому, что таких составов не было либо они были, но теперь приняли иной характер.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Время перестройки - это время перехода от одной социально-экономической формации к другой - от социализма к капитализму. Есте-

ственно, что модель права прошлого слишком узка для реалий настоящего.

УК РФ 1996 года имел свое предназначение - справиться с валом преступности в переходный период, однако, с этой задачей он не справился. Как же бороться с преступностью, если законодатель не видит или не хочет видеть новых преступлений, квалифицирующих признаков преступлений, не закрепляет или не хочет закреплять их в кодексе, а преступность растет, несмотря на декриминализацию деяний, а экономика страны приходит в упадок от разоряющих ее экономических, экологических, должностных и других преступлений?

В настоящее время многие ученые и практики выступают за криминализацию деяний, а раз уже это не такой быстрый процесс и методом криминализации деяний является аналогия, то следует временно разрешить ее применение.

В Общую часть УК необходимо внести самостоятельную специальную главу о правилах квалификации преступлений, исключив возможность судебного толкования вопросов квалификации преступлений, выражаемого в руководящих постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.

Принятие новых, сведение воедино имеющихся отдельных норм и введение их в действие позволит обеспечить единообразное, законное и обоснованное применение уголовно-правовых норм в следственной и судебной практике.

Проведенное автором анкетирование позволило выявить еще одну проблему, а именно -проблему соотношения аналогии закона и расширительного толкования закона. Мнения респондентов разделились на три равные части: одни трактуют расширительное толкование как скрытую аналогию уголовного закона; другие уверены в том, что расширительное толкование, в отличие от аналогии закона, не изменяет объем действия правовой нормы, а лишь помогает установить подлинную волю законодателя; третьи считают, что расширительное толкование так же, как и аналогия закона, должно быть запрещено, поскольку его необходимость вызвана пробелами и недостатками закона, которые могут быть устранены только законодателем.

Автор полагает, что изначально следует определить, что такое "расширительное толкование" закона. Если обратиться к Толковому словарю русского языка, то можно понять подлинный смысл слов "расширительное" и "толкование". "Расширить", то есть сделать более широким, более обширным; увеличить в числе, объеме; сделать более широким по содержанию, усилить, углубить. Отсюда "расширительный" - это не буквальный, а широко объясняющий, широко понимаемый [23, с. 658]. Иначе говоря, выходящий за рамки буквально очертаного содержания.

То же самое мы читаем в Словаре синонимов русского языка: "расширение" - это увеличение [26, с. 431].

"Толкование" означает объяснение чего-нибудь, изложение точки зрения на что-нибудь [23, с. 789]. А в Словаре синонимов указывается, что толкование - истолкование, трактовка, объяснение, освещение, комментарий, интерпретация [26, с. 499].

Таким образом, получается, что расширительное толкование - это не буквальное объяснение, а объяснение, выходящее за рамки содержания или объема законодательства. Поэтому расширительное толкование можно определить как завуалированную форму реализации аналогии уголовного закона. А так как применение уголовного закона по аналогии не допускается, то и расширительное толкование не должно применяться. В связи с этим в УК РФ следует указать, что расширительное толкование, как одна из форм реализации аналогии закона, не допускается.

Очень важно подчеркнуть, что запрещается аналогия уголовного закона, а аналогия права - нет. Поэтому судьи иногда занимаются собственным правотворчеством. Такую ситуацию следует исключить.

В настоящее время, в частности, например, гражданское право изобилует такими понятиями, к которым вынуждены обращаться специалисты уголовного права, ибо иной альтернативы не предлагается. Это вполне допустимое явление. Хотелось бы присоединиться ко всем ученым и практикам, высказывающимся за про-

ведение мониторинга российского законодательства с целью приведения его к единообразию для недопущения разночтений в правовой терминологии [27].

Список литературы

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1. Уголовное право России: учебник для вузов. Т. 1. Общая часть; под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. -М., 1998. - С. 56.

2. Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. -М., 1969. - С. 92.

3. Пионтковский А.А. Курс советского уголовного права. Часть общая. Т. 2. - М., 1970. - С. 44.

4. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть; под ред. Р.Р. Галиакбарова. - Саратов, 1997. - С. 92-93.

5. Колосова В.И., Маляева Е.О. Изменение и совершенствование норм о преступлении в Российском уголовном законодательстве // Вестник Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского. Проблемы теории и истории российского государства и права. - 1996. - С. 46.

6. Игнатов А.Н. Ответственность за насильственное совершение действий сексуального характера / Советская юстиция. - 1991. - № 12. - С. 10.

7. БВС СССР. -1964. - № 3. - С. 32.

8. Сборник Постановлений Пленума, Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР. 1961-1963 гг. - М., 1964. - С. 261-262.

9. Борзенков Г.Н. Ответственность за мошенничество. - М., 1971. - С. 75.

10. Курс советского уголовного права. Т. 5. - Л., 1981. -С. 103.

11. Течнов Э. Пробелы закона и уголовная ответственность / Проблемы охраны прав граждан в сфере борьбы с преступностью. - Иваново, 1980. - С. 54.

12. Лопашенко Н.А. Толкование Пленумом Верховного Суда РФ норм об ответственности за незаконное предпринимательство и легализацию // Уголовное право. -2005. - № 2. - С. 42.

13. Дурманов Н.Д. Советский уголовный закон. - М., 1967. - С. 316.

14. Карташов В.Н. Институт аналогии в советском праве: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Саратов, 1976. - С. 12.

15. Кругликов Л.Л., Климцева О.Ю. К вопросу о пробелах в уголовном праве и путях их преодоления // Государство и право на рубеже веков: мат-лы всерос. конф. -М., 2001. - С. 75.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

16. Мадьярова A.B. Разъяснения Верховного Суда Российской Федерации в механизме уголовно-правового регулирования. - СПб., 2001. - С. 281-284.

17. Наумов A.B. Применение уголовно-правовых норм. - Волгоград, 1973. - С. 144.

18. Течнов Э. Пробелы закона и уголовная ответственность / Проблемы охраны прав граждан в сфере борьбы с преступностью. - Иваново, 1980. - С. 57.

19. Щепельков В.Ф. Уголовный закон: преодоление противоречий и неполноты. - М., 2003. - С. 40-41.

20. Наумов A.B. Российское уголовное право. Общая часть: курс лекций. - М., 1996. - С. 48.

21. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: учебник; под ред. Б.В. Здравомыслова. - М., 2001. -С. 19.

22. Кауфман М.А. Аналогия в уголовном праве: мифы и реальность // Российская юстиция. - 2005. -№ 12. - С. 15-16.

23. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / Российская академия наук; Российский фонд культуры. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: АЗЪ, 1995.

24. Словарь иностранных слов; под ред. И.В. Лехина, Ф.Н. Петрова. - М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1955. - С. 50.

25. Тихомиров М.Ю., Тихомирова Л.В. Юридическая энциклопедия; под ред. М.Ю. Тихомирова. - М., 1997. -С. 30-31.

26. Александрова З.Е. Словарь синонимов русского языка: Практический справочник: Ок. 11000 синоним. рядов. - 13-е изд., стереотип. - М.: Рус. яз. - Медиа, 2005.

27. Грищук В.К. Некоторые вопросы разграничения преступлений и административных проступков / Соотношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы: мат-лы IV Междунар. науч.-практ. конф., посв. 250-летию образования Московского гос. унта им. М.В. Ломоносова и состоявшейся на юрид. факте МГУ им. М.В. Ломоносова 27-28 мая 2004 г. - М.: ЛексЭст, 2005. - С. 149.

В редакцию материал поступил 15.12.07.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.