3. Восканов М.Э., Байрамукова Ф,А. Публичное управление в России в условиях трансформации современной экономики// KANT. - 2020.-- №4(37). -С. 45-48.
4. Кйиль Я,Я., Ламзин P.M. Сущность, структура и отличительные особенности системы публичного управления И Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. - 2016. -NM. С 41-47.
5. Особенности публичного управления в современной России : монография / О. Г. Александров, Р. Р. Вафин, В. В. За парий, Я. М.Злоченко и др. / под общ. ред. проф. Т, М, Рем р. - Екатеринбург: Изд во Урал, ун-та, 2018.-154 с.
6. Матейкович М.С. Публичное управление в России: пути совершенствования//Журнал российского права. - 2008. - № 5 (137). - С. 118-125.
7. Понкин И. В, Общая теория публичного управ ления: Правовые основы, цели, принципы, инструменты, модели и концепты публичного управ ления: Лекционный курс / ИГСУ РАНХиГС при Президенте РФ. - М.: Буки-Веди, 2016. - 251 с.
8. Романова Ю.А. Эффективность контроллинга в публичном управлении в социальной сфере; теория, современное состояние, перспективы развития: монография / Ю.А. Романова, А.О. Его-ренко, М.А. Халилова. - М. : Дашков и Ко, 2014. -138 е.; ил.
9. фадейкина Н.В., Синкина A.A. Развитие концепта системы публичного управления социально-экономическим развитием и бюджетным процессом публично-правовых образований: 2004-2018 годы // Сибирская финансовая школа. - 2018. -№5 (130).-С3-20.
си ftj о
OJ
ь-
Q. <
£
сч
-vT
S
ANAL YSIS OF THE IM PA CT OF FOREIGN TRADE OPERA TIONS ON THE GROSS REGIONAL PRODUCT OF THE BRYANSK REGION*
Dubovik Mayya Valerianovna, PhD of Economics, Professor, Department of Economic Theory, Plekhanov Russian University of Economics, Moscow
Dmitriev Sergey Gennadievich, PhD of Economics, Associate Professor of the Department of Economics, Customs, IT & Natural sciences
Obidovskaya Nat aha Nlko/aevna, Senior Lecture/, Department of Civil, Criminal Law and Procedure and Financial and Legal Disciplines
Bryansk branch of Plekhanov Russian University of Economics (branch), Bryansk 21
We investigate the relationship between the value of the gross regional product of the Bryansk region and the values of export-import operations carried out by enterprises in the same region. We carried out a correlation analysis (according to the methods of Pearson, Kendall, and Spearman) and established the absence of a statistically significant correlation between the named values. We also performed the Granger causality test, the results of which ate similar to those of the correlation analysis; we also failed to reject null hypotheses when performing the Oranger causality test, indicating the absence of a statistically significant effect of the values of exports and imports of the Bryansk region on the value of the gross regional product. We have built (using the ordinary least squares method) linear regression models of the impact of exports and imports on the dynamics of the gross regional product. Both models show that there is a negative relationship between the named values: between exports and the gross regional product, it is sta tistically insignifican t, and between imports and the gross regional product it is s tatistical/y significant. Our results do not confirm the widespread opinion on the advantage of the geographica! location of the Bryansk region for the development of the region. We suppose our results can be explained using the Guex-Crevoisier matrix, according to which the Bryansk region belongs to the regions of the third and fourth types, and for its development it is advisable to form an economy focused on the needs of the population of the region.
Keywords: Gross regional product; Export; import; Granger causality test; Guex- Crevoisier matrix.
001 10.24923/2222-243Х.2022-42.3
АНАЛИЗ ВЛИЯНИЯ ВНЕШНЕТОРГОВЫХ ОПЕРАЦИЙ НА ВАЛОВОЙ РЕГИОНАЛЬНЫЙ ПРОДУКТ БРЯНСКОЙ ОБЛАСТИ**
Мы исследовали взаимосвязь между величиной валового регионального продукта Брянского региона и значениями экспортно-импортных операций, осуществляемых предприятиями того же региона. Нами проведен корреляционный анализ (по методам Пирсона, Кендалла, Спирмена) и установлено
УДК 339.56
ВАК РФ 5.2.3/08.00.05
© Дубовик М.В., 2022 £> Дмитриев СП, 2022 0 Обидовская H.H., 2022
* The research was carried out In pursuance of a grant on the topic "Spectral analysis of the dynamics of gross regional product and identification of drivers of socio-economic development", funded from the funds of the Plekhanov Russian University of Economics.
** Исследование осуществлено во исполнение гранта на тему "Спектральный анализ динамики валового регионального продукта и выявление драйверов социоэкономического развития", финансируемого из средств ФГБОУ ВО "РЭУ им. Г.В. Плеханова".
отсутствие статистически значимой корреляции между названными величинами. Нами также проведен тест причинности Грэнджера, результаты которого аналогичны результатам корреляционного анализа; нам также не удалось отбросить нулевые гипотезы при проведении теста причинности Грэнджера, что свидетельствует об отсутствии статистически значимого влияния значений экспорта-импорта Брянской области на величину валового регионального продукта. Нами построены (с помощью обычного метода наименьших квадратов) линейные регрессионные модели влияния экспорта и импорта на динамику валового регионального продукта. Обе модели показывают, что между названными величинами существует отрицательная связь: между экспортом и валовым региональным продуктом - статистически незначимая, между импортом и валовым региональным продуктом - статистически значимая. Полученные нами результаты не подтверждают распространенное мнение о выгодности географического положения Брянской области для развития региона. Мы полагаем, что полученные нами результаты могут быть объяснены с помощью матрицы Гекса-Кревуазье, согласно которой Брянская область относится к регионам третьего и четвертого типа и для ее развития целесообразно сформировать экономику, ориентированную на потребности населения региона.
Ключевые слова: валовой региональный продукт; экспорт; импорт; тест причинности Грэнджера; матрица Гекса-Кревуазье.
ДУБОВИК Майя Валериановна, доктор экономических наук, доцент, профессор кафедры Экономической теории, Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова, Москва
ДМИТРИЕВ Сергей Гтнадьевич, кандидат экономических наук, доцент кафедры Экономики, таможенного дела, информационных технологий и дисциплин естественнонаучного цикла
ОБИДОВСКАЯ На талья Николаевна, кандидат экономических наук, старший преподаватель кафедры Гражданского, уголовного права и процесса и финансово-правовых дисциплин
Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова (филиал), Брянск
Введение
Целью нашей работы является проверка гипотезы о значении географического положения Брянской области, граничащей с Украиной и Белоруссией, для социально-экономического развития региона. Широко распространено мнение о том, что такое пространственное расположение должно положительно сказываться на экспортно-импортных операциях предприятий и организаций Брянской области.
Для своего анализа мы использовали статистические данные Федеральной службы государственной статистики России и ее территориального органа в Брянской области, а также Федеральной таможенной службы России, данные Всемирного банка, Евразийской экономической комиссии и др. [1; 2; 5; 6; 7; 13; 14].
В качестве методов мы применяли эконометрические и статистические методы, включая корреляционный анализ, тест причинности Грэнджера [9; 10]; для построения линейных регрессионных моделей взаимосвязи динамики валового регионального продукта и значений внешнеторговых операций предприятий Брянского региона мы использовали обычный метод наименьших квадратов. Для интерпретации результатов мы использовали матрицу Гекса-Кре-вуазье, [11; 12]
В результате анализа корреляции между показателями экспорта из Брянской области и импорта в Брянскую область и валового регионального продукта по методам Пирсона, Кендалла, Спирмена получены следующие значения коэффициентов корреляции:
1)-0.4354841 (экспорт- ВРП);
2) -0.7970897 (импорт - ВРП).
Оба показателя отрицательны, а их значения свидетельствуют об отсутствии статистически значимой взаимосвязи между показателями валового регионального продукта Брянской области и объемами экспорта-импорта этого же региона за исследуемый период.
Основная часть
Для получения более точной оценки корреляции между названными показателями проведем тест причинности Грэнджера [9; 10], Ниже приведены результаты теста:
Рисунок 1 - Корреляционная матрица ВРП и величин экспорт-импорта Брянской области. Сформировано авторами
1) влияние экспорта из Брянской области на величину ВРП региона, нулевая гипотеза -величина экспорта региона не влияет на динамику валового регионального продукта:
- вероятность (р-уа1ие) равна 0,2052 > 0,05, не является статистически значимой, следовательно, мы не можем отбросить нулевую гипотезу;
2) влияние импорта из Брянской области на величину ВРП региона, нулевая гипотеза -величина импорта региона не влияет на динамику валового регионального продукта:
- вероятность (р-уа1ие) равна 0,7912 > 0,05, не является статистически значимой, следовательно, мы не можем отбросить нулевую гипотезу.
Нами проведен и обратный тест причинности Грэнджера:
1) влияние валового регионального продукта на динамику экспорта региона, нулевая гипотеза - ВРП влияет на экспорт региона:
- вероятность (р-уа!ие) равна 0,24 > 0,05, не является статистики значимой,следовательно, мы не можем отбросить нулевую гипотезу;
2) влияние валового регионального продукта на динамику импорта региона, нулевая гипотеза - ВРП влияет на импорт региона:
- вероятность (р-уа1ие) равна 0,1795, не является статистически значимой, следовательно, мы не можем отбросить нулевую гипотезу.
На рисунке 1 представлены результаты корреляционного анализа величины валового регионального продукта и значений экспорта-импорта.
си ш о
OJ
Q. <
Т
CN
гИ 2
Нами построена линейная регрессионная модель взаимосвязи величины валового регионального продукта Брянской области и значения экспорта из названного региона. Для этого мы использовали обычный метод наименьших квадратов. Модель объясняет статистически незначимую и умеренную величину дисперсии № = 0.19, , 7) = 1.64, р = 0.241 ,асЦ, И2 = 0.07), Отрезок прямой модели, соответствующий значению экспорт = 0 равен 391000 тыс. руб. (95-процентный доверительный интервал И12000 - 669000], р = 0.013).
В рамках данной модели: - эффект влияния экспорта на величину валового регионального продукта Брянской области статистически незначим и отрицателен (beta = -471.05,95-процентный доверительный интервал [-1341.32- 399.21 р = 0.241 ;Std. beta = -0.44,95-процентный доверительный интервал [-1.24,0.37]).
Стандартизированные параметры были получены путем подгонки модели к стандартизированной версии набора данных. 95-про-центные доверительные интервалы и р-значе-
ния были рассчитаны с использованием теста Вальда.
Export
Рисунок 2 - Линейная регрессионная модель влияния величины экспорта на ВРП Брянской области. Сформировано авторами
В рамках данной модели: - эффект влияния импорта на величину валового регионального продукта Брянской области статистически значим и отрицателен (beta = -183.16,95-процен-тный доверительный интервал [-307.17, -59.14], t(7) = -3.49, р = 0.010; Std beta = -0.80, 95-процентный доверительный интервал [-1-34, -0.26]),
Стандартизированные параметры были получены путем подгонки модели к стандартизированной версии набора данных. 95-процентные доверительные интервалы и р-значения были рассчитаны с использованием теста Вальда.
Модель влиянияимпорта на валовой региональный продукт представлена на рисунке 3.
На рисунке 2 приведена модель влияния экспорта на валовой региональный продукт Брянской области.
Нами также была построена линейная регрессионная модель (обычным 3et05' методом наименьших квадратов) взаимосвязи величины импорта и валово- & го регионального продукта Брянской области.
Модельобъясняетстатистически не- 2e+os-значимую и умеренную величину дисперсии (R2 = 0.64, F(1,7} - 12.20, р - 0,010, adj. R2 = 0.58). Отрезок прямой модели, соответствующий значению импорт = О равен 418000 тыс, руб. (95-процент-ный доверительный интервал [295000-541000, 5.41 е+05], t(7) = 8.03, р < .001).
Import
Рисунок 3 - Линейная регрессионная модель влияния величины импорта на ВРП Брянской области. Сформировано авторами
Сельскохозяйственные Toes № 2%
Промышленные товары Í1%
п роиы ш пенные
товары
69%
Топливо 644
Рисунок 4 - Сравнение структуры мирового ш российского экспорта, %. Сформировано авторами
В том, что касается структуры экспортно- торговли России в целом [1;7; 14]: в экспорте импортных операций Брянской области [2], то преобладают сырье и материалы, в импорте -она в целом соответствует структуре внешней машины и оборудование. Это существенно ОТ-
Сел ьш>ко э я йств е н ные toéары 1%
Россия
Прочее 2%
Продувы 6%
Р\да и мйгзлы 7*
Тслливо 134t
Продукты 0%
личается or структуры мирового экспорта, что показано на рисунке 4 (см. выше).
Подобная структура экспорта относится к "восходящему участию" в глобальных цепочках поставок ('forward participation1): экспорт сырья, промежуточных товаров и услуг, которые используются другими странами для создания продукции с высокой долей добавленной стоимости. В свою очередь, более высокая доля "нисходящего участия" ('backward participation') свидетельствуето том, что в экспорте доминирует продукция с высокой добавленной стоимостью: оборудование,технологии и аналогичная продукция.
Среди стран с развитыми экономиками у России самый высокий показатель продукции "восходящего участия" - около 30% экспорта, (ср, с. Китай - 17,5%, Индия - 14,9%, США -22,2%). Напротив, "нисходящее участие" России в глобальных цепочках поставок составляет около 10%. Это значительно ниже в сравнении с другими развитыми странами (ср.: Китай, Индия, Турция - около 16%). [13]
Полученные нами результаты корреляционного анализа валового регионального продукта Брянской области и экспортно-импортных
2015
Armenia;
0.SG
Russia: 63.18
\
Belarus. 24.13
Kazakhstan 11.22
операции предприятии региона противоречат широко распространенному мнению, что Брянская область, находясь на границе сдвумя государствами (Украиной и Белоруссией), обладает выгоднымгеографическим положением и благоприятствует внешней торговле. Как мы выяснили, это мнение является ошибочным. Кроме того,экспортно-импортные операции не демонстрируют впечатляющих темпов роста даже после создания организации, которая должна была способствовать взаимной торговле и снятию таможенных барьеров, - Евразийскому экономическому союзу. На рисунках 5-8 приведены данные о внешнеторговых операциях стран-участниц ЕАЭС с момента создания Союза по 2020 год. [1; 5; 6; 7; 14]
Данные, представленные на рисунке 5, позволяют сделать вывод, что создание ЕАЭС практически не отразилось на динамике экспорта стран Союза друг другу (2015-2020 гг.): Киргизстан - рост на 0,1%, Казахстан - снижение на 1,1%, Россия - снижение на 1,09%.
К аналогичному выводу приводит нас и анализ данных рисунке 6: незначительное изменение экспорта стран ЕАЭС в страны, не входящие в Союз.
2020 Armenia,
1.2Э
Russia 62,09
Kyrgyzstan: 0 90
Kazakhstan: 10.10
Kyrgyzstan 1.00
си ftj о
OJ
h-
Q-<
X
СЧ
41"
s
25
Рисунок 5 - Экспорт стран-участниц ЕАЭС в страны Союза, %. Сформировано авторами
2015 (%) Belarus; Armenia; _ 4,18
0,33
Kazakhstan 10.92
'Ч
Kyrgysstan
D.29
Russia: 84 27
Russia 83 52
2020 (%)
Armenia 0,50
Belarus 4,13
Kazakh
- stan.
11.36
\
Kyrgyzs tan; О 39
Рисунок 6 - Экспорт стран-участниц ЕАЭС в страны, не входящие в союз. Сформировано авторами
Russia; 31.05
2015 (%)
Armenia; 2,17
I«
m
Belarus 37,69
Russia; 35,85
2020 (%) Armenia:
3,20
i
Belarus; 30,93
UJ
S
О UJ
X о
X
о
CO
26
Kyrgysstan ; 4.52 Щ
Kazakhstan; 24.56
Kyrgysstan 3,47
KazaKti stan: 25.55
Рисунок 7 - Импорт в страны-участницы ЕАЭС из стран Союза. Сформировано авторами
2015 (%)
Armenia; 1.06
Belarus: 6,37
Armenia; 1.10
2020 (%) Ве1ашз;
6,23
Kazakhstan; 9,42
.._ Kyrgysstan
; 1,02
f
Kazakhstan; 9,25
Kyrgysstan; 0.71
Russia;
S2.12
Russia; ei: 71
Рисунок Й - Импорт из стран-участниц ЕАЭС из стран, не входящих в Союз. Сформировано авторами
Подобный вывод можно сделать и проанализировав данные, представленные на рисунках 7 и 8.
Сырьевая направленность российского (и, как показано выше, казахстанского) экспорта способствует консервации "восходящего участия" России в глобальных цепочках создания ценности и цепях поставок. Рост величины государственных инвестиций, реализация национальных проектов, внедрение программ им-портозамещения не снизили долю сырьевого экспорта России: напротив, несырьевой, неэнергетический сектор российского экспорта с 1998 по 2009 гг. сократился с 51% до 31%. В 2005-2014 гг, при сравнительно высоких ценах на нефть структура российского экспорта продолжала стагнировать. [8]
Заслуживает внимание и то, что вопреки общепринятому положению о приоритетности финансовой интеграции и глобализации, страны ЁАЭС не создали совместного регионального хаба аналогичного проекту 'Вефпд-"Пап^п-НеЬеГ (ВТН), реализованному в Китае и ставшему эффективным драйвером регионального финансового развития и экономического роста. [15] Если исходить из логики упомянутого нами мнения о выгодности географического положения Брянской (или любой иной пограничной) области, то подобный хаб должен был быть создан в одном из таких регионов. Одна-
ко мы не можем назвать ни одного примера реализации таких проектов.
Результаты
Результаты нашего анализа приводят нас к выводу, что географическое положение Брянской области не влияет на динамику экспорта-импорта предприятий региона. Напротив, роста импорта снижает валовой региональный продукт области; в отношении экспорта статистически значимой корреляции нами не установлено. Помимо преждевременного вывода о необходимости продолжения программ импортозамещения, который мы не собираемся подвергать сомнению, мы считаем целесообразным использовать матрицу Гекса-Креву-азье [4; 11; 12] для интерпретации полученных нами результатов. Названная матрица разработана на основе теории Р. Каманьи и др. [3], Если рассмотреть Брянский регион с точки зрения указанной концепции, то он относится к регионам третьего и четвертого типа, которые специализируются, соответственно, на специализированной продукции и услугах для местного населения.
Признание этого факта может способствовать отказу от ориентации на стагнирующую сырьевую структуру экспорта, снизить зависимость от импорта продукции с высокой долей добавленной стоимости итехнологий и сосре-
доточиться на проблемах экономики и населения региона.
Примечания:
1. Annual Statistics of International Trade (HS02). https://bit.ly/3lS1WL7 (Accessed; 12 September 2021).
2. Bryansk Region, 2020: Annual Report/ BryanskstaL - Bryansk, 2020.
3. Camagni R., Cape No R.,Caragliu A. (2016). Static vs. dynamic agglomeration economies. Spatial context and structural evolution behind urban growth. Papers in Regional Science, vol. 95, no. 1, 133-158. https://doi.org/10.1111/pirs.12182.
4. Crevoisier O. (2016). Territorial value in a Postindustrial society; towards valuation policies. With inputs from H. Jeannerat, C. Uvi, D. Guex, A. Huguenin, Research Group in Territorial Economy (GRET), University of Neuch?tel (Switzerland). MAKERS project. The 26th of June 2016, Birmingham Business School.
5.Eurasian Bank of Development (2020). Directorate for analytical work, Main trends in the integration development of Russia in 2019 Center for integration Studies.08/2020. https://eabr.org/upload/iblock/ad8/ EABR_RFJ}7_2020_RU.pdf(Accessed: 15 September 2021).
6. Eurasian Economic Commission. Statistics of external and mutual trade of goods https://bit.ly/ 3lPilu1x (Accessed; 15 February 2022).
7. Federal customs service of the Russian Federation. Import-export of main goods in 2019. https:// customs, gov.ru/press/federal/document/2261 12 (Accessed: 15 February 2022).
8. Fedyunina A, Simachev Yu, Kuzyk M and Yu Averyanova (2020) Sectorainye osobennosti
integratsii rossiyskoy economiki v globalnye tsepochki dobalennoy stoimosti ! sledstvya dlya structurnoi politiki (Structural features of Russian economy integration into global value chains and lessons for structural policy) // New Economic Association journal. №3(47): 106-127. DOI: 10.31737/ 2221-2264-2020-47-3-5/.
9. Granger C.W.J. (1969). investigating Causal Relations by Econometric Models and Cross-Spectral Methods. Econometrica 37 (3):424-438,
10. Granger Causality Testin R(with Example) (2021). Available at: https://www.r-bloggers.eom/2021/11/ granger-causality-test-in-r-with-exarnple/(Accessed: 26 February 2022).
11. Guex D., Crevoisier O. (2017). Post-industrial globalization and local milieus: A typology (CRED Research Paper no, 15). 23 p.
12. Guex, D„ Crevoisier, O. (2015). A comprehensive socio-economic model of the experience economy: the territorial stage. In A. Lorentzen, L Schroder Si K. Topso Larsen (Eds.), Spatial Dynamics in the Experience Economy. Abingdon: Routledge.
13. Russia Integrates: Deepening the Country's Integration in the Global Economy World Bank, Washington, DC. http://documents.worldbank.org/ curated/en/921181607959469524/Russia-integrates-Deepening-the-Cou ntry-s-Integra ti on-in-the-Global-Economy (Accessed: 2 February 2022).
14. Russian Foreign Trade https://bit.ly/3zqiY7K (Accessed: 15 February 2022).
15. Wang Ch, Zhang X, Ghadimi P, Liu Q, Lim MK, Stanley HE (2019). The impact of regional financial development on economic growth in Beijing-Tianjin-Hebei region: A spatial econometric analysis. Physica, A 521:635-648.
CU
ftj О OJ
h-
Q-<
X
СЧ
41"
s
27
REGRESSION MODEL OF THE GROSS REGIONAL PRODUCT OF THE BRYANSK REGION AND THE OUTPUT OF THE BRANCHES OF THE REGIONAL ECONOMY*
Dubovik Mayya Valerlanovna, PhD of Economics, Professor, Department of Economic Theory, Piekhanov Russian University o f Economics, Moscow
Dmitriev Sergey Gennadlevlch, PhD of Economics, Associate Professor of the Department of Economics, Customs, IT & Natural sciences
Obidovskaya Natalya Nikolaevna, Senior Lecturer, Department of Civil, Criminal Law and Procedure and Financial and Legai Disciplines
Bryansk branch of Piekhanov Russian University of Economics (branch), Bryansk
We have studied the influence of the three largest sectors of the economy of the Bryansk region on the dynamics of the gross regional product of the named region. These are agriculture, manufacturing, wholesale, and retail trade. We found that there is a positive but statistically insignificant relationship between the gross regional product and th e indica ted branch es of the regional economy. We proposed a linear regression model for th e dependent variable (i.e., gross regional product) and regression factors (the output of the three branches of the economy of the Bryansk region). The resulting value of the regression coefficient indicates the quality of the model; however, we subjected our mode! to a power transformation using the Box-Cox test, obtaining a higher regression coefficient value, as well as an adjusted regression coefficient. Despite this, we consider it necessary to continue the study of the factors that determine the dynamics of the gross regional product and regional development as a whole.
Keywords: Gross regional product; Regression model; Analysis of variance; Box-Cox test.
DOI 1Q.24923/2222-243X.2022-42.4
* The research was carried out in pursuance of a grant on the topic "Spectral analysis of the dynamics of gross regional product and identification of drivers of socio-economic development", funded from the funds of the Piekhanov Russian University of Economics.