опасности, если эти действия образуют конкретный состав преступления, так и за умышленное причинение вреда правоохраняемым интересам в процессе ее устранения).
Вопрос о том, какой вред считать более важным, а какой - менее, является вопросом факта и решается в каждом конкретном случае в зависимости от конкретных обстоятельств дела. В основу оценки вреда причиненного и вреда предотвращенного должны быть положены как объективный, так и субъективный критерии, определяющим при этом является объективный критерий. В законе нет указания на то, чтобы причиняемый вред был наименьшим из всех возможных, этот вред должен быть лишь менее значительным по сравнению с предотвращаемым вредом.
Превышение пределов крайней необходимости - это причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожающей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда правоохраняемым интересам был причинен вред, равный или более значительный, чем предотвращенный.
Итак, мы приходим к выводу, что проанализированные нормы общей части уголовного закона сохраняют свое действие при проведении спецопераций по освобождению заложников и других спецопераций в рамках оперативно-боевого противодействия экстремистской и террористической деятельности. Общественная полезность, социальная ценность такого подхода в регламентации состоит в том, что эта деятельность способствует, во-первых, осуществлению принципа неотвратимости ответственности за преступление, во-вторых, усиливает гарантии обеспечения прав сотрудников оперативно-боевых подразделений.
Список литературы
1. Оперативно-розыскная деятельность : учебник / под ред. К.К. Горяинова, В.С. Овчинского, А.Ю. Шумилова. - М.: Инфра-М, 2001.
2. Основы оперативно-розыскной деятельности : учебник / под ред. В.Б. Рушайло. - СПб.: Лань, 2000.
Literature
1. Operativno-rozyisknaya deyatelnost : uchebnik / pod red. K.K. Goryainova, V.S. Ovchinskogo, A Y. Shumilova. - M.: Infra-M, 2001.
2. Osnovyi operativno-rozyisknoy deyatelnosti : uchebnik / pod red. V.B. Rushaylo. - SPb.: Lan, 2000.
УДК 347
А.А. Молчанов*
Анализ первых изменений в Гражданском кодексе Российской Федерации, вступивших в силу с 1 марта 2013 года
В статье проанализированы первые законодательные изменения ГК РФ в свете принятого Федерального закона от 30.12.2012г. N 302-Ф3 «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».
Ключевые слова: гражданское законодательство, сделки, государственная регистрация, реформа.
А.А. Molchanov*. Analysis of the first changes in the Civil code of the Russian Federation, which came into force on 1 March 2013. In the article analyzed the first legislative changes of the RF civil code in the light of the Federal law from 30.12.2012г. № 302-FZ «On amendments to chapters 1, 2, 3 and 4 of the first part of the Civil code of the Russian Federation».
Keywords: civil legislation, transaction, the state registration of the, reform.
В рамках реализации Концепции развития гражданского законодательства 16 ноября 2012 г. Государственная Дума приняла Постановление № 1150-6 ГД [1], изменившее порядок рассмотрения исходного законопроекта № 47538-6 о внесении изменений в Гражданский кодекс РФ. Согласно этому Постановлению, решено поэтапно рассматривать и принимать отдельные положения указанного проекта Федерального закона в качестве самостоятельных законопроектов. Первым законопроектом стал Федеральный закон от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» [2] (далее - ФЗ № 302-ФЗ), в свете принятия и вступления в силу которого с 1 марта 2013 г. в статье проанализированы первые законодательные изменения Гражданского кодекса РФ. На первом этапе ФЗ № 302-ФЗ предусматривает внесение поправок только в раздел первый части первой ГК РФ.
* Молчанов, Александр Александрович, профессор кафедры гражданского права, доктор юридических наук, профессор, Санкт-Петербургский университет МВД России. Россия, 198206, г. Санкт-Петербург, ул. Лётчика Пилютова, д. 1. E-mail: Alexmol53@mail.ru.
* Molchanov, Alexander Alexandrovich, professor of the civil law chair, doctor of law, professor. St.-Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. Russia, 198206, St.-Petersburg, Pilyutov-street, 1. E-mail: Alexmol53@mail.ru.
© Молчанов А.А., 2013
Молчанов А.А. Анализ первых изменений в Гражданском кодексе Российской Федерации, вступивших...
Так, ст. 1 ГК РФ «Основные начала гражданского законодательства» дополнена п. 3 и 4 следующего содержания:
«3. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
4. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения».
Имеющиеся в ГК РФ ссылки на добросовестность как на субъективную оценочную меру поведения субъектов гражданского права и объективное основание регулирования гражданских отношений в п. 2 ст. 6, п. 5 ст. 10, п. 1 ст. 220, п. 1 ст. 234, п. 1 ст. 302, ст. 303, 662 ГК РФ и др. недостаточны для действенного правового регулирования. Одной из причин внесения в ГК РФ изменений, направленных на закрепление принципа добросовестности, явилось отсутствие его явственного закрепления в российском гражданском законодательстве.
Получив самостоятельное нормативное закрепление в п. 3 ст. 1 ГК РФ, гражданско-правовой принцип добросовестности хотя и нашел своё соразмерное отражение в действующем законодательстве, но, как и ранее, легальное определение понятия «добросовестность» законодатель не дал. В научной литературе высказывалась мысль о том, что понятие «добросовестность», имея в своей сути определенное общее, применительно к разным ситуациям и разным институтам, будет иметь отличное содержание [3, с. 85]. В толковом словаре В. Даля добросовестность раскрывается как «добрая совесть, праводушие, честность, правдивость, строгая богобоязненность в поступках» [4, с. 1104]. Принцип добросовестности распространяется на действия (поведение) участников гражданских правоотношений при установлении прав и обязанностей (например, заключение договора), при осуществлении прав и исполнении обязанностей. При этом под осуществлением права следует понимать реализацию возможности определенного поведения управомоченного лица в конкретных действиях или воздержания от них в целях удовлетворения своих материальных и духовных потребностей.
Самостоятельное нормативное закрепление принципа добросовестности, будучи естественным противовесом правилам, утверждающим свободу договора и автономию воли сторон, будет способствовать необходимости его точного соблюдения в правоприменительной практике, позволит не только установить важнейшие ориентиры поведения субъектов права, но и более широко применять меры гражданско-правовой защиты в случаях недобросовестных действий участников гражданского оборота.
Также законодателем установлено, что недобросовестное, равно как и незаконное, поведение участников гражданских правоотношений не может служить основой для извлечения ими каких-либо преимуществ (п. 4 ст. 1 ГК РФ). В судебной практике данный принцип уже используется. Так, согласно Постановлению Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 марта 2013 г. № 15АП-1053/2013, «получение ответчиком денежной компенсации в счет изъятия земельного участка, путем прекращения права аренды общества, основанного на ничтожном договоре аренды ... противоречило бы принципу добросовестности участников гражданских правоотношений, согласно которому никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения» [5].
Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 г. № 11680/10, от 14 февраля 2012 г. N° 12035/11, где, в частности, говорится, что «необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами, однако никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения» [6].
В Обзоре правовых позиций Президиума ВАС РФ по вопросам частного права за 2012 г. указано, что «неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно, так как никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения» [7].
Законодательные изменения коснулись и предмета регулирования гражданского законодательства. Так, в п. 1 ст. 2 ГК РФ законодатель включил ещё одну группу отношений, регулируемых гражданским законодательством, а именно, корпоративные отношения, под которыми следует понимать отношения, связанные с участием в корпоративных организациях, а также с управлением ими. Полагаем, что если иное не вытекает из существа корпоративных отношений, то регулирующие их нормы субсидиарно могут применяться и к юридическим лицам некорпоративного типа. В целях устранения терминологической путаницы, имеющейся в действующем законодательстве применительно к обычаям, применяемым в предпринимательской деятельности, в ст. 5 ГК РФ законодатель в качестве источника гражданского права определил обычай взамен обычаев делового оборота. В п. 1 ст. 5 ГК РФ приведено понятие обычая, которым признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской или иной деятельности, не предусмотренное законодательством правило поведения, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе. Полагаем, что в дальнейшем по тексту Гражданского кодекса РФ термин «обычай делового оборота» будет заменен словом «обычай», как это сделано в п. 1 ст. 6 ГК РФ. Значительным изменениям подвергся подход законодателя в отношении перехода права собственности на имущество, подлежащие государственной регистрации.
Во-первых, в подпункте 1.1 п. 1 ст. 8 ГК РФ введено новое основание возникновения гражданских прав и обязанностей: «из решений собраний в случаях, предусмотренных законом», тем самым решения собраний были отграничены от сделок в связи с их различной правовой природой.
Во-вторых, в целях исключения дублирования правил о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом действовавшее ранее правило п. 2 ст. 8 ГК РФ о том, что «права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом», утратило силу с 1 марта 2013 г. и было введено вновь в более широком значении в п. 2 новой ст. 8.1. ГК РФ, а именно: «Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом».
В-третьих, с введением в действие ст. 8.1. ГК РФ определены основные принципы государственной регистрации прав на имущество, среди которых законодатель выделяет принципы проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра (ч. 2 п. 1 ст. 8.1. ГК РФ).
Принцип проверки законности оснований регистрации имеет двойственное значение - с одной стороны уполномоченному в соответствии с законом органу, осуществляющему государственную регистрацию прав на имущество, предоставлены полномочия по проверке в установленный законом срок действительности поданных заявителем документов, наличия соответствующих прав у лица, подготовившего документ, в надлежащем ли порядке выражена воля на передачу права иному лицу или на установление нового права последнего. С другой стороны - в случае регистрации права по нотариально удостоверенной сделке регистрирующий орган имеет право проверить законность соответствующей сделки лишь в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом. Законодательное закрепление принципа публичности и достоверности государственного реестра означает, что лицо, которое получило выписку из данного реестра, вправе рассчитывать на то, что и в выписке, и в государственном реестре содержатся точные сведения, отвечающие действительности, позволяющие определенно установить объект, на который устанавливается право, управомоченное лицо, содержание права, основание его возникновения.
В свете принятого Федерального закона от 30 декабря 2012 г. № 302-Ф3 (п. 8 ст. 2) правила, содержащиеся в ст. 558, 560, 574, 584, 609, 651, 658 ГК РФ, не подлежат применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 г. Сказанное, в свою очередь, означает, что более не требуется государственной регистрации заключаемых договора купли-продажи жилого помещения, договора купли-продажи предприятия как имущественного комплекса, договора дарения недвижимого имущества, договора ренты, в т.ч. с условием пожизненного содержания с иждивением, договоров аренды недвижимого имущества. Государственной регистрации подлежит только переход права на отчуждаемые по таким сделкам объекты недвижимости.
Следует отметить, что в отношении разумности отмены государственной регистрации договоров аренды недвижимости указанная норма ещё до вступления в силу вызвала значительные сомнения, что, в свою очередь, могло привести к нарушению устойчивости оборота арендованной недвижимости.
Президентом Российской Федерации подписан и вступил в силу 4 марта 2013 г. Федеральный закон № 21-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» [8], согласно ст. 3 которого из п. 8 ст. 2 ФЗ № 302-Ф3 исключается указание на ст. 609, 651, 658 ГК РФ, что означает отмену неприменения правил о государственной регистрации в отношении договоров аренды недвижимости. Поскольку в законе нет прямого указания относительно необходимости государственной регистрации договоров аренды недвижимости, заключенных 2 и 3 марта 2013 г., такие договоры должны считаться заключенными без государственной регистрации, потому что 2 и 3 марта 2013 г., согласно п. 8 ст. 2 Закона № 302-Ф3, правила ст. 609, 651, 658 ГК РФ не подлежали применению.
Таким образом, в настоящее время отменена государственная регистрация сделок с недвижимостью, перечисленных в части второй Гражданского кодекса РФ (ст. 558, 560, 574, 584), за исключением договора аренды недвижимого имущества. В соответствии с п. 3 ст. 8.1 ГК РФ введено правило обязательного нотариального удостоверения сделок, влекущих возникновение, изменение или прекращение прав на имущество, подлежащих государственной регистрации. Однако данное правило действует лишь в случаях, прямо предусмотренных законом или соглашением сторон. Система регистрации прав при непосредственном участии нотариусов предполагает привлечение их не только к оформлению сделки, но и наделяет их правом обращаться с заявлением о внесении соответствующей записи запись о возникновении, об изменении или о прекращении права на имущество в государственный реестр (п. 4 ст. 8.1 ГК РФ). В судебной практике при разрешении споров об изъятии имущества из чужого незаконного владения должна найти своё применение норма, закрепленная в п. 6 ст. 8.1 ГК РФ, согласно которой «при возникновении спора в отношении зарегистрированного права лицо, которое знало или должно было знать о недостоверности данных государственного реестра, не вправе ссылаться на соответствующие данные».
Указанная норма корреспондирует разъяснениям совместного Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно п. 38 которого «приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. В то же время запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя» [9].
Молчанов А.А. Анализ первых изменений в Гражданском кодексе Российской Федерации, вступивших...
Норма, закрепленная в п. 6 ст. 8.1 ГК РФ, вводит порядок внесения в государственный реестр отметок о возражении лица, соответствующее право которого было зарегистрировано ранее. Для упрочения системы регистрации прав к лицам, которые внесли отметку о возражении, но в дальнейшем не оспорили зарегистрированное право в суде в установленный 3-месячный срок, законодатель вводит меры гражданско-правовой ответственности, а именно: соответствующая отметка о возражении аннулируется, повторное внесение отметки о возражении указанного лица более не допускается.
Значительным изменениям подверглась ст. 10 ГК РФ. Так, в п. 1 указанной статьи приводится законодательное определение «злоупотребление правом», под которым понимается любое заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.
Категория «заведомой недобросовестности» чётко в законе не определена. В Толковом словаре русского языка даётся толкование слова «недобросовестный» - «нечестно и небрежно делающий что-нибудь или плохо, небрежно сделанный» [10, с. 395] и «заведомо» - «сознательно, безусловно, несомненно, как известно» [11, с. 245]. Исходя из приведенных толкований, полагаем, что законодатель сделав упор на запрете заведомо недобросовестных (т.е. несомненно, безусловно, сознательно нечестных, небрежных, плохих) действий, определил корреспондирующую норму ст. 1 ГК РФ, в которой введён принцип добросовестности.
Законодатель конкретизировал, в чём именно может выражаться заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Во-первых, осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, и во-вторых, это действия в обход закона с противоправной целью. Следует отметить, что злоупотребление правом не исчерпываются осуществлением гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу и обходом закона с противоправной целью.
Судебная практика к злоупотреблению правом относит также действия, направленные на воспрепятствование осуществлению другим лицом его законного права (например, Постановление Президиума ВАС РФ от 1 декабря 2011 г. № 9646/11 [12]). Презумпция добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений чётко, лаконично, без всяких оговорок определена законодателем в п. 5 ст. 10 ГК РФ, и это следует приветствовать. В ст. 12 ГК РФ общий перечень способов защиты гражданских прав законодатель дополнил еще одним способом защиты, а именно - признание недействительным решения собрания (абз. 5). Насколько данная норма будет применима в судебной практике, покажет время. Аналогичный способ защиты закреплен в Федеральном законе от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»: «Акционер вправе обжаловать в суд решение, принятое общим собранием акционеров...» (п. 7 ст. 49). Согласно разъяснениям п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 г. №19, «иск о признании решения общего собрания недействительным подлежит удовлетворению, если допущенные нарушения ущемляют права и законные интересы акционера, голосовавшего против этого решения или не участвовавшего в общем собрании акционеров.
Вместе с тем, разрешая такие споры, суд вправе с учетом всех обстоятельств дела оставить в силе обжалуемое решение, если голосование данного акционера не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло причинения убытков акционеру. Для отказа в иске о признании решения общего собрания недействительным по указанным основаниям необходима совокупность перечисленных обстоятельств» [13].
С введением ст. 16.1. ГК РФ изменения гражданского законодательства коснулись и возможности требовать компенсации ущерба, причиненного личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица, правомерными действиями государственных органов и органов местного самоуправления. Такая компенсация ущерба осуществляется только в случаях и в порядке, предусмотренных законом, и касается правомерных действий не только публично-правовых образований, но и должностных лиц этих органов, а также иных лиц, которым государством делегированы властные полномочия.
ФЗ № 302-ФЗ внесены изменения и дополнения в правовое регулирование использования имени физического лица или его псевдонима (ст. 19 ГК РФ); последствий сообщения гражданином сведений об ином месте своего жительства кредиторам (ст. 20 ГК РФ); положений об ограничении дееспособности гражданина (ст. 30 ГК РФ), уточнены особенности правового положения крестьянского (фермерского) хозяйства, созданного в качестве юридического лица, установлена возможность его государственной регистрации (ст. 86.1. ГК РФ).
Подводя итог проведенному анализу первых изменений в Гражданском кодексе Российской Федерации, вступивших в силу с 1 марта 2013 г., можно сделать вывод о том, что законодателем предприняты меры, направленные на укрепление нравственных начал гражданско-правового регулирования, в частности, в гражданское законодательство введён принцип добросовестности, а также запрет на обход закона с противоправной целью; исключено понятие «обычай делового оборота» и введено понятие «обычай»; введено новое основание возникновения гражданских прав и обязанностей: решение собраний в случаях, предусмотренных законом; определены основные принципы государственной регистрации прав на имущество; отменена государственная регистрация сделок с недвижимостью, за исключением договора аренды недвижимого имущества; определена возможность возмещения ущерба, причиненного правомерными действиями органов публичной власти и их должностных лиц, существенно изменены многих другие нормы для обеспечения добросовестного и надлежащего осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей. Внесенные изменения, безусловно, являются важными и принципиальными в целом для развития российского гражданского законодательства.
Список литературы
1. Постановление ГД ФС РФ от 16 ноября 2012 г. 1150-6 ГД // СЗ РФ. - 2012. - № 48. - Ст. 6596.
2. Федеральный закон от 30 декабря 2012 г. N° 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. - 2012. - Я 53 (ч. 1). - Ст. 7б27.
3. Емельянов, В. И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими правами. - M.: Лекс-Книга, 2002.
4. Толковый словарь живого великорусского языка: Т. 1-4. - Т. 1: А-З. - M.: Прогресс, Универс, 1994. - 912 с.
5. Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 марта 2013 г. Я 15АП-1053/2013 по делу Я А32-11б37/2012 [Электронный ресурс]: Доступ из справ.-правовой системы «Консультант плюс» (дата обращения: 01.04.2013).
6. Постановление Президиума ВАС РФ от 13 января 2011 г. Я 11б80/10 // Вестник ВАС РФ. - 2011. - Я 4.
7. Обзор правовых позиций Президиума ВАС РФ по вопросам частного права // Вестник ВАС РФ. - 2012. - Я б.
8. Федеральный закон Я 21-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» //СЗ РФ. - 2013. - Я 9. - Ст. 873.
9. Постановление Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. Я 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // Вестник ВАС РФ. - 2010. Я б.
10. Ожегов, С. И., Шведова, Н. Ю. Толковый словарь русского языка. - M.: Азъ, 1994. - 928 с.
11. Большой толковый словарь русского языка / под ред. Д.Н. Ушакова. - M.: Астрель, 2008. - 12б8 с.
12. Постановление Президиума ВАС РФ от 1 декабря 2011 г. Я 9б4б/11 // Вестник ВАС РФ. - 2012. - Я 4.
13. Постановление Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 г. Я 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах"» // Вестник ВАС РФ. - 2004. - Я 1.
Literature
1. Postanovlenie GD FS RF ot 1б noyabrya 2012 g. 1150-б GD // SZ RF. - 2012. - U 48. - St. б59б.
2. Federalnyiy zakon ot 30 dekabrya 20l2 g. U 302-FZ «O vnesenii izmeneniy v glavyi 1, 2, 3 i 4 chasti pervoy Grazhdanskogo kodeksa Rossiyskoy Federatsii» // SZ RF. - 2012. - U 53 (ch. 1). - St. 7б27.
3. Emelyanov, V. I. Razumnost, dobrosovestnost, nezloupotreblenie grazhdanskimi pravami. - M.: Leks-Kniga, 2002.
4. Tolkovyiy slovar zhivogo velikorusskogo yazyika: T.l-4. - T. 1: A-Z. - M.: Progress, Univers, 1994. - 912 s.
5. Postanovlenie Pyatnadtsatogo arbitrazhnogo apellyatsionnogo suda ot 14 marta 2013 g. U 15AP-1053/2013 po delu U A32-11637/2012 [Elektronnyiy resurs]: Dostup iz sprav.-pravovoy sistemyi «Konsultant plyus» (data obrascheniya: 0l.04.20l3).
6. Postanovlenie Prezidiuma VAS RF ot 13 yanvarya 2011 g. U 11680/10 // Vestnik VAS RF. - 2011. - U 4.
7. Obzor pravovyih pozitsiy Prezidiuma VAS RF po voprosam chastnogo prava // Vestnik VAS RF. - 2012. - U 6.
8. Federalnyiy zakon U 2l-FZ «O vnesenii izmeneniy v otdelnyie zakonodatelnyie aktyi Rossiyskoy Federatsii i priznanii utrativshimi silu otdelnyih polozheniy zakonodatelnyih aktov Rossiyskoy Federatsii» //SZ RF. - 2013. - U 9. - St. 873.
9. Postanovlenie Plenumov VS RF i VAS RF ot 29 aprelya 2010 g. U 10/22 «O nekotoryih voprosah, voznikayuschih v sudebnoy praktike pri razreshenii sporov, svyazannyih s zaschitoy prava sobstvennosti i drugih veschnyih prav» // Vestnik VAS RF. - 2010. U 6.
10. Ozhegov, S. I., Shvedova, N. Y. Tolkovyiy slovar russkogo yazyika. - M.: Az', 1994. - 928 s.
11. Bolshoy tolkovyiy slovar russkogo yazyika / pod red. D.N. Ushakova. - M.: Astrel, 2008. - 1268 s.
12. Postanovlenie Prezidiuma VAS RF ot 1 dekabrya 2011 g. U 9646/11 // Vestnik VAS RF. - 2012. - U 4.
13. Postanovlenie Plenuma VAS RF ot 18 noyabrya 2003 g. U 19 «O nekotoryih voprosah primeneniya Federalnogo zakona "Ob aktsionernyih obschestvah"» // Vestnik VAS RF. - 2004. - U 1.
УДК 343.1
A.B. Никуленко*
Соотношение отдельных положений Федерального закона «О полиции» и норм главы VIII Уголовного кодекса РФ
В статье анализируется соотношение норм Федерального закона РФ «О полиции», регламентирующих основания применения огнестрельного оружия, и соответствующие статьи УК РФ об обстоятельствах, исключающих преступность деяния, предусмотренные гл. VIII УК России.
* Никуленко, Андрей Вячеславович, заместитель начальника кафедры уголовного права Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук. Адрес: Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Тел.: 744-70-75. E-mail: nikulenkoa@mail.ru.
* Nikulenko, Andrei Vyacheslavovich, deputy head of the Department of Criminal Law at St. Petersburg University, Ministry of Internal Affairs of Russia, Doctor of Laws. Address: Russia, 198206, St. Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. Tel.: 744-70-75. E-mail: nikulenkoa@mail.ru.
© Никуленко А.В., 2013