ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ
УДК 347.1 ББК 67.304
ПРИНЦИП ДОБРОСОВЕСТНОСТИ В ГРАЖДАНСКОМ КОДЕКСЕ РФ: ОТ ТОЛКОВАНИЯ К ЗАКОНОДАТЕЛЬНОМУ ЗАКРЕПЛЕНИЮ
ЕЛЕНА НИКОЛАЕВНА КОНДРАТ,
доцент кафедры правового обеспечения управленческой деятельности МИУ МГИМО (У) МИД России, кандидат юридических наук Научная специальность 12.00.03 - гражданское право; предпринимательское право;
семейное право; международное частное право E-mail: kondratelnik@rambler.ru
Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН
Аннотация. Анализируются внесенные в ГК РФ изменения, связанные с формальным закреплением в ГК РФ принципа добросовестности. Рассматриваются генезис этого принципа, его историческое развитие в отечественном законодательстве, его трактовка в судебной практике
Ключевые слова: принципы гражданского права, добросовестность, общие начала гражданского законодательства, гражданско-правовое регулирование, злоупотребление правом, субъективное право, объективное право.
Annotation. Analyzed changes made in the Civil Code of RF associated with the formal codification in it of the principle of good faith. In this regard, discussed the genesis of this principle, its historical development in domestic legislation, its interpretation in court practice.
Keywords: principles of civil law, good faith, general principles of civil law, civil and legal regulation, misuse of the right, subjective right, objective right.
В п.п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ в редакции Федерального закона от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ1 закреплено положение, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
До введения в ГК РФ этой новеллы гражданское законодательство часто использовало понятие «добросовестность», оценивая поведение участников гражданского оборота. Наиболее полно это понятие раскрывается при определении термина «добросовестный владелец» (п. 1 ст. 302 ГК РФ). В соответствии с Гражданским кодексом под таким субъектом понимается лицо, которое не знало и не могло знать о том, что лицо, у которого оно возмездно приобрело имущество, не имело права такое имущество отчуждать. Термин «добросовестность» употребляется в нормах ГК РФ о переработке (п. 1 ст. 220 ГК РФ), приобретательской давности (п. 1 ст. 234 ГК РФ), о расчетах при возврате имущества из незаконного владения (ст. 303 ГК РФ), о возмещении стоимости внесенных арендатором улучшений в арендованное предприятие (ст. 662 ГК РФ) др. По подсчетам Г.Е. Вердиняна, принцип добросовест-
ности и само понятие «добросовестность» употребляются в восемнадцати статьях Гражданского кодекса2.
По смыслу ст. 1 ГК РФ требования добросовестности не отнесены законодателем к основным началам гражданского законодательства. Вместе с тем, законодателем предусмотрена возможность руководствоваться принципом добросовестности наряду с общими началами и смыслом гражданского законодательства при применении аналогии права (п. 2 ст. 6 ГК РФ).
Одновременно с этим ГК РФ установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, но при определенных условиях. В случае, если закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права добросовестно, то добросовестность лица предполагается (п. 3 ст. 10 ГК РФ). Следовательно, участник гражданских правоотношений не обязан доказывать добросовестность своих действий, бремя доказывания обратного возложено на его контрагента.
В тоже время, необходимость внесения в Гражданский кодекс изменений, направленных на формальное закрепление принципа добросовестности, была обусловлена рядом объективных причин.
Во-первых, существующие в Гражданском кодексе ссылки на добросовестность как на субъективный критерий оценки поведения субъектов гражданского
ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ
права и объективное основание регулирования гражданских отношений оказывались недостаточными для эффективного правового регулирования3.
При рассмотрении вопроса о добросовестности участников гражданских правоотношений суды ссылаются на основные начала гражданского законодательства, среди которых принцип добросовестности не упоминается, или на основополагающие частноправовые принципы4.
Отсутствие четкого закрепления принципа добросовестности в российском гражданском законодательстве, в отличие от документов международного частного права5, может отражаться на вынесении справедливых решений при рассмотрении споров с участием российских лиц в международных судах.
Во-вторых, принцип добросовестности соответствует представлениям современной правовой доктрины гражданского права. Он предусмотрен в законодательстве подавляющего большинства государств с развитыми правопорядками.
Мировой опыт показывает, что эффективное развитие рынка невозможно без укрепления начал автономии воли и свободы договора участников оборота. В то же время, неограниченная свобода в достижении экономических интересов влечет риск дестабилизации оборота.
Правила о добросовестности являются естественным противовесом правилам, утверждающим свободу договора и автономию воли сторон. Поэтому нормативное закрепление принципа добросовестности позволит не только установить важнейшие ориентиры поведения субъектов права, но и более широко применять меры гражданско-правовой защиты в случаях недобросовестных действий участников оборота.
В Пояснительной записке к проекту Федерального закона «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» отмечалось, что принцип добросовестности соответствует представлениям современной доктрины гражданского права и давно введен в законодательство подавляющего большинства стран с развитыми правопорядками.
Кроме того, «мировой опыт показывает, что эффективное развитие рынка невозможно без укрепления начал автономии воли и свободы договора участников оборота. Однако, неограниченная свобода в достижении экономических интересов таит в себе возможность дестабилизации оборота. Правила о добросовестности являются естественным противовесом правилам, утверждающим свободу договора и автономию воли сторон» (разд. I «Общие положения» Пояснительной записки)6.
Более того, отмечалось, что «нормативное закрепление принципа добросовестности позволит не только установить важнейшие ориентиры поведения субъектов права, но и более широко применять меры гражданско-правовой защиты в случаях недобросовестных действий участников оборота».
Последнее из приведенных положений Пояснительной записки отражается в судебной практике. В качестве примера можно привести Постановления Президиума ВАС РФ от 4 июня 2013 г. № 37/13 и от 28 мая 2013 г. № 18045/127.
Высшей судебной инстанцией были рассмотрены две сходные ситуации, когда работы для государственных нужд производились без заключения государственного контракта по правилам, установленным Федеральным законом от 21 июля 2005 г. № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», после чего подрядчики обращались в арбитражный суд с исками о взыскании с фактических заказчиков (органа государственной власти, государственного учреждения) неосновательного обогащения в размере стоимости произведенных работ.
Президиум ВАС РФ пришел к выводу, что подобное поведение подрядчиков является незаконным и недобросовестным и во взыскании неосновательного обогащения должно быть отказано. Признание судами возможности согласовывать выполнение работ без соблюдения требований Закона № 94-ФЗ и удовлетворение требований о взыскании неосновательного обогащения дезавуировало бы применение данного закона и открыло бы возможность для недобросовестных исполнителей работ и государственных (муниципальных) заказчиков приобретать незаконные имущественные выгоды в обход Закона № 94-ФЗ. При обосновании данного подхода Президиум ВАС РФ среди прочего указал на то, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.
Нельзя не учесть и того, что в Постановлении Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»8, установлены критерии определения добросовестности, недобросовестности, разумности и неразумности поведения лиц, входящих в состав органов юридического лица.
Пленум ВАС приводит следующие ситуации недобросовестного поведения участников гражданского оборота (вывод судов основывается на толковании положений ст. 1 ГК РФ): требование признать незаключенным договор, фактически исполненный одной стороной; непогашение долга, если должник не оспаривает его размер.
Таким образом, новая редакция ст. 1 ГК РФ открыла широкий простор для судебного толкования термина «добрая совесть» участника гражданского правоотношения. Однако, чрезмерно широкое его понимание может приводить к опасным последствиям в виде ограничения конкуренции среди хозяйствующих субъектов. Поэтому представляется, что в целях искоренения случаев явной несправедливости в гражданских правоотношениях потребуется осторожное применение в судебной практике новелл, касающихся принципа добросовестности.
ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ
На это обращалось внимание также в п. 1 Замечаний и предложений Российского союза промышленников и предпринимателей к проекту Федерального закона № 47538-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации»9.
В ст. 10 ГК РФ устанавливается, что добросовестность участников гражданских правоотношений пре-зюмируется. Это ограничивает широкое понимание добросовестного поведения в смысле ст. 1 ГК РФ в новой редакции, а также позволяет не возлагать на участников гражданско-правового спора обязанность по доказыванию своей добросовестности в каждом судебном разбирательстве.
В ранее действовавшей редакции ст. 10 ГК РФ презумпция добросовестности участников оборота была поставлена под условие («в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно»), на что обращается внимание в правовой литера-туре10. Тем не менее, в научных работах ряда авторов презумпция добросовестности участников гражданского оборота принимался как бесспорный и безусловный принцип гражданского права11.
В новой редакции ГК РФ введен также запрет на обход закона с противоправной целью, что рассматривается теперь как форма злоупотребления правом. Это положение (п.п. 1 и 3 ст. 10 ГК РФ) введено дополнительно к законодательному утверждению принципа добросовестности. К действиям, направленным на обход закона с противоправной целью, теперь должны применяться те же последствия, что и при злоупотреблении правом, если иное не указано в Гражданском кодексе РФ.
Последствие злоупотребления правом - это полный или частичный отказ суда в защите права, а также иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ). Указание на иные меры связано с тем, что лицо, злоупотребляющее своим правом, далеко не всегда защищает это право в суде.
Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, то такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков по правилам ст.ст. 15, 1064 ГК РФ.
На практике могут появиться затруднения, связанные с определением сущности обхода закона, а также с отграничением его от иных правовых институтов, к примеру, от института притворных сделок. В судебной практике и ранее встречались случаи фактического отожествления таких институтов, как обход закона и притворная сделка. Различия между действиями, направленными на обход закона, и притворными сделками в договорных правоотношениях следует проводить по направленности воли лиц, участвующих в них. При совершении действий, направленных на обход закона, воля лиц направлена на достижение именно того правового результата, который и заявляется заключа-
емыми сделками. Никакая иная сделка при обходе закона не прикрывается, стороны открыто декларируют достижение правового результата, который не может быть достигнут законным образом при использовании предназначенных для этого правовых средств. Однако, несовершенство законодательства позволяет им добиться такого результата при формальном игнорировании законодательно установленных запретов.
Представляется, что действия, направленные на обход закона, могут быть охарактеризованы как злоупотребление правом с намерением причинить вред публичным интересам. Действовавшая ранее редакция ст. 10 ГК РФ прямо не рассматривала действия в обход закона как злоупотребление правом. Однако, такая квалификация встречалась как в практике арбитражных судов, так и в практике судов общей юрисдикции12.
Содержание термина «обход закона» в новой редакции Гражданского кодекса РФ не раскрывается, что, по всей видимости, даст простор для судебного толкования указанного термина.
В этой связи представляется целесообразным привести примеры обходов закона, выявленные судебной практикой:
• требование изменения условий договора аренды земельного участка в части его целевого назначения или разрешенного использования с целью обойти нормы о предоставлении земельного участка для строи-тельства13;
• требование признать право собственности на нежилое помещение, которое в действительности является жилым, с целью обойти процедуру перевода жилого помещения в нежилое14;
• признание права собственности на самовольную постройку в случае неполучения (и непринятия мер к получению) застройщиком разрешения на строитель-ство15;
• признание права собственности на самовольную постройку третейским судом с целью последующей государственной регистрации права собственности (обход процедуры признания права собственности на самовольную постройку в судебном порядке и законодательства о государственной регистрации прав на недвижимое имущество)16;
• условие кредитного договора, прикрывающее «сложные проценты»17. Обходом закона может быть не только одно определенное действие (предъявление иска, установление условия в договоре), но и совокупность действий, имеющих общую цель. В подтверждение этого можно привести следующие случаи.
Часто в хозяйственной практике принятие судебного акта используется не для разрешения спора, а для закрепления определенного правового статуса либо признания определенного юридического факта в обход различных положений законодательства.
К примеру, Постановлением ФАС Поволжского округа от 10 октября 2012 г. по делу №9 А65-13619/2012 обходом закона (положений ст. 218 ГК РФ) была признана следующая совокупность действий: предъяв-
ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ
ление иска одним обществом к другому обществу о государственной регистрации перехода права собственности на железнодорожный тупик необщего пользования, затем заключение сторонами мирового соглашения, утвержденного арбитражным судом, которое по существу удовлетворяло исковое требование, при том, что на момент утверждения мирового соглашения ответчик не имел права собственности на спорный тупик.
Также обходом закона признавалась следующая ситуация: передача недвижимого имущества, находящегося в собственности публично-правового образования, в хозяйственное ведение унитарному предприятию с последующим преобразованием данного предприятия в хозяйственное общество. Цель этих действий - обойти положения Федерального закона от 21 декабря 2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества»18.
Как обход закона (а именно положений Закона № 94-ФЗ) квалифицируется и осуществление работ для государственных или муниципальных нужд без заключения государственного (муниципального) контракта с последующим предъявлением подрядчиком иска к фактическому заказчику о взыскании неосновательного обогащения в размере стоимости выполненных работ19.
Обходом закона и осуществлением гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу злоупотребления правом не исчерпываются.
В частности, к злоупотреблению правом судебная практика относит действия, направленные на воспрепятствование осуществлению другим лицом его законного права20.
Статья 10 ГК РФ и вовсе предусматривает, что злоупотреблением правом может быть квалифицировано любое «заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав».
Еще одна новелла в ГК РФ в этой сфере связана с установлением запрета ссылаться на данные государственного реестра, если лицо знало или должно было знать об их недостоверности (п. 6 ст. 8.1 ГК РФ). Указанная новелла может быть широко применена при разрешении споров об изъятии имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск).
Так, согласно разъяснению Пленумов ВС РФ и ВАС РФ приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем. В то же время, запись в ЕГРП о праве собственности от-чуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя21. Также приобретатель не является добросовестным, если на момент совершения сделки в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. Данное разъяснение получило развитие с принятием Закона.
Согласно абз. 3 п. 7 ст. 8.1 ГК РФ лицо, оспаривающее зарегистрированное право в суде, вправе требовать внесения в государственный реестр отметки о наличии судебного спора в отношении этого права.
Как указывалось в связи с этим в п. 5 Замечаний РСПП, данные новеллы законодательства могут вызвать многочисленные злоупотребления со стороны недобросовестных участников гражданского оборота. Предприниматели полагали, что введение в российское право института отметок о возражении не соответствует принципу публичной достоверности государственного реестра и не будет способствовать укреплению системы регистрации прав.
В качестве одной из альтернативных мер по преодолению негативного эффекта от введения указанного правового института в Замечаниях РСПП предлагалось применять гражданско-правовую ответственность к лицам, которые внесли отметку о возражении, но в дальнейшем не оспорили зарегистрированное право в суде в установленный срок. На стадии первого чтения законопроекта, впоследствии ставшего Законом, предусматривалось, что сведения о правах по сделке, совершенной в нотариальной форме, должны вноситься в государственный реестр через нотариуса. В последней редакции Закона установлено, что права по данным сделкам могут быть зарегистрированы через нотариуса. Таким образом, стороны по указанным сделкам не лишаются возможности самостоятельно совершить все необходимые регистрационные действия. На это обращалось внимание также в п. 4 Замечаний РСПП.
1 СЗ РФ. 2012. № 53 (ч. 1). Ст. 7627.
2 Вердиян Г.В. Добросовестность как общий принцип права: монография. М.: ЮРКОМПАНИ, 2013.
3 Концепция совершенствования общих положений ГК РФ (проект), рекомендованная Президиумом Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства к опубликованию в целях обсуждения (Протокол № 2 от 11 марта 2009 г.).
4 Постановления Президиума ВАС РФ от 11 сентября 2012 г. № 3378/12, от 6 марта 2012 г. № 13567/11.
5 Принципы международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА).
6 Пояснительная записка к проекту Федерального закона «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации».
7 Постановления Президиума ВАС РФ от 4 июня 2013 г. № 37/13 и от 28 мая 2013 г. № 18045/12 // СПС «Консультант-Плюс».
8 Постановление Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» // СПС «Консультант-Плюс».
9 Замечания и предложения РСПП к проекту Федерального закона № 47538-6 «О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвёртую Гражданского кодекса Российской Фе-
ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ
дерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // http://av-ue.m/avenue.php?p=47538-6_otziv.htm.
10 См., к примеру: Маковская А.А. Добросовестность участников залогового правоотношения и распределение рисков между ними // Основные проблемы частного права: сборник статей к юбилею доктора юридических наук, профессора Александра Львовича Маковского / Отв. ред. В.В. Витрянский, Е.А. Суханов. М.: Статут, 2010; Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. 5-е изд., перераб. М.: Статут, 2010; Сарбаш С.В. Исполнение договорного обязательства. М.: Статут, 2005; Аксюк И.В. Добросовестность приобретения как основание возникновения права собственности на недвижимость // Журнал российского права. 2007. № 3.
11 См., например: Свит Ю.П. Понятие и значение добросовестности и разумности в современном российском праве // Законы России: опыт, анализ, практика. 2010. № 9. С. 3-10; Российское гражданское право: учебник: в 2 т. / В.С. Ем, И.А. Зенин, Н.В. Козлова и др.; отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд., стереотип. М.: Статут, 2011. Т. 1.: Общая часть. Вещное право. Наследственное право. Интеллектуальные права. Личные неимущественные права; Гражданское право: учебник: в 3 т. / С.С. Алексеев, И.З. Аюше-ева, А.С. Васильев и др. / Под ред. С.А. Степанова. М.: Проспект; Екатеринбург: Институт частного права, 2010. Т. 1.; Кулаков В.В. Обязательство и осложнения его структуры в гражданском праве России: монография. 2-е изд., перераб. и доп. М.: РАП, Волтерс Клувер, 2010; Поротикова О.А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом. М.: Волтерс Клувер, 2007.
12 См., к примеру, Определение ВАС РФ от 14 января 2009 г. № 8207/08, Постановления ФАС Волго-Вятского округа от 26 декабря 2011 г. по делу № А28-9997/2010, от 19 января 2011 г. по делу № А17-396/2010, ФАС Московского округа от 1 июля
2011 г. № КГ-А40/4891-11-1,2,3 по делу № А40-82917/08-91-359, Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 октября
2012 г. № 15АП-9588/2012 по делу № А53-6063/2012, Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 1 июня 2012 г. по делу № А63-9483/2011, Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 января 2012 г. № 17АП-4568/2011-ГК по делу № А60-9421/2010, Апелляционное определение Вологодского областного суда от 23 мая 2012 г. № 33-2001/2012, Определение Московского городского суда от 16 декабря 2011 г. по делу № 33-41896 // СПС «КонсультантПлюс».
13 Постановления ФАС Западно-Сибирского округа от 5 июня 2012 г. по делу № А70-11050/2011, ФАС Северо-Кавказского округа от 2 октября 2012 г. по делу № А32-48921/2011 // СПС «КонсультантПлюс».
14 Постановления ФАС Дальневосточного округа от 28 января 2011 г. № Ф03-9508/2010 по делу № А73-1904/2010, от 31 мая 2010 г. № Ф03-3580/2010 по делу № А73-13425/2009, Кассационное определение Оренбургского областного суда от
25 января 2012 г. № 33-444/2012 // СПС «КонсультантПлюс».
15 Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 7 сентября 2012 г. по делу № А19-21059/2011, от 17 октября 2011 г. по делу № А74-4367/2010, ФАС Северо-Западного округа от 1 ноября 2010 г. по делу № А56-75499/2009, Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 11 марта 2012 г. по делу № А09-6927/2011) // СПС «КонсультантПлюс».
16 Постановления ФАС Поволжского округа от 8 августа 2011 г. по делу № А06-4967/2010, Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 сентября 2011 г. № 15АП-9935/2011 по делу № А32-35304/2010. Сходная позиция содержится в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 2 октября 2012 г. по делу № А63-10025/2012 // СПС «КонсультантПлюс».
17 Пункт 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 сентября 2011 г. № 146 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров» // СПС «КонсультантПлюс».
18 См., например, Постановления ФАС Уральского округа от 3 октября 2012 г. № Ф09-8105/12 по делу № А47-10793/2011, Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10 сентября 2012 г. № 15АП-9077/2012 по делу № А32-43704/2011 // СПС «КонсультантПлюс».
19 Постановления Президиума ВАС РФ от 4 июня 2013 г. № 37/13 по делу № А23-584/2011 и от 28 мая 2013 г. № 18045/12 по делу № А40-37822/12-55-344, Определение ВАС РФ от 27 сентября 2013 г. № ВАС-6566/13 по делу № А76-18502/2011, Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 3 октября 2013 г. по делу № А58-6591/2012, ФАС Северо-Западного округа от 10 сентября 2013 г. по делу № А56-62699/2012, ФАС Центрального округа от 11 сентября 2013 г. по делу № А35-10301/2011 // СПС «КонсультантПлюс».
20 См., например, Постановление Президиума ВАС РФ от 5 октября 2010 г. № 5153/10, п. 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 5 ноября 2009 г. № 134 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об особенностях отчуждения недвижимого имущества, находящегося в государственной собственности субъектов Российской Федерации или в муниципальной собственности и арендуемого субъектами малого и среднего предпринимательства, и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».
21 Абз. 2 п. 38 совместного Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» // СПС «КонсультантПлюс».