Научная статья на тему '2016. 02. 032. Авдеев А. Г. Валунные надгробия Верхневолжья (конец XV - вторая треть XVIII В. ): вопросы генезиса, бытования и источниковедения. - М. : Изд-во ПСТГУ, 2015. - 400 с'

2016. 02. 032. Авдеев А. Г. Валунные надгробия Верхневолжья (конец XV - вторая треть XVIII В. ): вопросы генезиса, бытования и источниковедения. - М. : Изд-во ПСТГУ, 2015. - 400 с Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
194
52
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
МОСКОВСКАЯ РУСЬ / КОНЕЦ XV НАЧАЛО XVIII В / ВЕРХНЯЯ ВОЛГА / ВАЛУННЫЕ НАДГРОБИЯ / ПОГРЕБАЛЬНЫЙ ОБРЯД
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «2016. 02. 032. Авдеев А. Г. Валунные надгробия Верхневолжья (конец XV - вторая треть XVIII В. ): вопросы генезиса, бытования и источниковедения. - М. : Изд-во ПСТГУ, 2015. - 400 с»

стве прислуги в немецкие семьи, рассматривались не только как дармовая рабочая сила, но и как объект для онемечивания.

М.М. Минц

АРХЕОЛОГИЯ

2016.02.032. АВДЕЕВ А.Г. ВАЛУННЫЕ НАДГРОБИЯ ВЕРХНЕВОЛЖЬЯ (КОНЕЦ XV - ВТОРАЯ ТРЕТЬ XVIII в.): ВОПРОСЫ ГЕНЕЗИСА, БЫТОВАНИЯ И ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЯ. - М.: Изд-во ПСТГУ, 2015. - 400 с.

Ключевые слова: Московская Русь, конец XV- начало XVIII в.; Верхняя Волга; валунные надгробия; погребальный обряд.

В монографии канд. ист. наук, доцента Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета А.Г. Авдеева рассмотрены различные аспекты изучения специфической группы надгробных памятников, характерных для погребального обряда Московской Руси конца XV - начала XVIII в. (этот период автор, в отличие от древнерусского, предлагает называть «старорусским»). Книга состоит из предисловия, введения, пяти глав, заключения и приложений, в число которых входит каталог выявленных надгробий.

В кратком предисловии автор пишет, что хотя надгробные памятники Московской Руси вызывают сейчас интерес исследователей различных специальностей, существует недостаток обобщающих работ по памятникам этой эпохи и методике их изучения. Его работа посвящена категории так называемых валунных надгробий, как имеющих надписи, так и анэпиграфных (т.е. без надписей), которые менее изучены по сравнению с белокаменными плитами. В ней рассмотрены памятники Верхневолжья, одной из областей распространения валунных надгробий (Тверская, Костромская, Ярославская области).

В разделе «Краеугольность камня. Вместо введения» А. Г. Авдеев выявляет потенциал подобных источников и дает очерк начальных этапов истории их изучения на примере конкретного памятника - надгробия конца XV в. из с. Млёва Удомельского района Тверской области. Оно было случайно обнаружено в конце XVIII в. и, поскольку на нем читалось имя погребенной - «Марфа», продолжительное время считалось «надгробием Марфы Посадницы»,

хотя источники не подтверждали ее пребывания в этих местах (это мнение - и почитание надгробия - возродились в недавнее время). Несмотря на то что надгробие неизвестной женщины по имени Марфа (по-видимому, местной жительницы) не имеет, как выяснилось позже, отношения к Марфе Посаднице, «дискуссия вокруг него сформировала правила научной публикации эпиграфических памятников этой эпохи» (с. 18). В настоящее время этот памятник также представляет интерес для исследователей, поскольку в его надписи сочетаются два разных типа формул погребальных надписей, а сам он маркирует наиболее северную точку распространения подписных надгробий этого времени. Кроме того, он, по-видимому, является остатком некрополя Троицкого Млёвского монастыря, упраздненного еще в XVI в.

В первой главе рассмотрены основные приемы и методы работы с подобными памятниками с точки зрения эпиграфики - дисциплины, изучающей надписи, на стыке методов истории, археологии, филологии и других наук. Автор останавливается на проблеме разграничения «старорусских» надписей и «древнерусских» (X-XV вв.). Они отличаются стадиально (принадлежа к разным этапам развития русского государства), палеографически, лингвистически, типологически (к древнерусским относятся надписи на стенах и ремесленных изделиях, к старорусским - в основном надгробные и строительные, неизвестные в предшествующий период). Началом изучаемого периода является конец XV в., отмеченный приближением 7000 г. от сотворения мира и ожиданиями Конца света. Окончание его определить сложнее, так как оно связано с реорганизацией кладбищ в течение XVIII в.; в провинциальных некрополях черты прежнего стиля надгробий сохранялись дольше. Автор описывает особенности языка валунных надгробий, отмечая, что до сих пор они практически не привлекали внимания специалистов по истории русского языка, хотя содержат своеобразный материал, наиболее близкий языку русского лубка того же времени (с. 43). Он также останавливается на основных принципах публикации и комментирования подобных надписей.

Вторая глава посвящена описанию историко-культурного контекста возникновения и существования валунных надгробий, в частности их упоминаниям в различных письменных источниках.

Подписные валуны появляются на Руси в XI в., но в древнерусское время среди них практически нет надгробных памятников. Это могли быть, например, вотивные, межевые, пограничные камни. Наиболее распространенными надгробиями были валуны без надписей, позже начинают появляться белокаменные плиты с надписями. На анэприграфных валунах могли присутствовать изображения - так называемые «вавилоны». Появление подписных валунных надгробий связано с изменениями в церковной жизни в конце XIV - конце XV в. Тогда же складывается практика долговременного поминания умерших, включенная в круг богослужения, для которой валуны могли служить своеобразными напоминаниями.

Значительная часть главы посвящена рассмотрению того, как валунные надгробия представлены в различных письменных и изобразительных источниках: житиях святых, на иконах и других изображениях, в монастырской документации и былинах. Они позволяют установить различные черты бытования надгробий - к примеру, как они располагались вокруг храма или как именовались их различные виды. Описания монастырских некрополей (Кирил-ло-Белозерского и Суздальского Покровского монастырей) показывают, что в XVI-XVII в. существовала устойчивая традиция устанавливать валунные надгробия с надписями над княжескими погребениями; по-видимому, идущая от анэпиграфных княжеских надгробий XII-XIII вв., известных по житиям (с. 158).

Отдельный раздел посвящен почитаемым камням и надгробиям - характерной черте русской народной культуры, существующей до настоящего времени. Они нередко связываются с именами того или иного святого, в том числе могут находиться на его могиле (изначально или же были помещены туда позже).

В третьей главе представлена методика выделения и изучения анэпиграфных надгробий, ранее не являвшихся объектами специального поиска. Традиционно археологи считают их принадлежностью сельских некрополей, хотя записи монастырей показывают наличие там как надгробий с надписями, так и без них вплоть до середины XVII в. Автор предлагает список признаков непотревоженных анэпиграфных надгробий, учитывающий расположение валунов в пределах кладбища, ориентацию их по линии восток -запад, наличие других следов средневекового некрополя и в целом археологический материал того же времени (с. 163). Наиболее бес-

спорной, как полагает А.Г. Авдеев, является находка валуна на древнем некрополе и привязка его к культурному слою храма. На основании сводки параметров большинства находок вычислен наиболее распространенный размер такого валуна (50-150 см, встречаются отдельные камни длиной более 2 м).

Анэпиграфные надгробия рассмотрены также на примере конкретных находок. При поисках места ныне разрушенной Бры-леевской пустыни (Буйский район Костромской области) вокруг места предполагаемого храма были найдены три углубленных в землю валуна, ориентированных по линии запад - восток. Это с большой вероятностью позволяет предположить в них надгробия (с. 178-179). Также проанализирован отдельный тип надгробий -так называемый «тверской», украшенный Т-образными знаками, в настоящее время интерпретируемыми как «крест-посох».

В четвертой главе рассмотрены подписные валунные надгробия. Они появляются в конце XV в. и до середины XVII в. существуют параллельно с анэпиграфными, в том числе на одних и тех же некрополях. Два основных региона их распространения - это Русский Север и Верхневолжье, где они встречаются отдельными очагами, чаще всего в городских и монастырских некрополях. Анализ надписей позволяет узнать, делал ли надпись резчик-профессионал или непривычный к резьбе по камню человек, а также то, насколько составитель надписи был близок к книжной культуре. Составление «социального портрета» погребенных под валунными надгробиями затрудняется тем, что монашеских памятников среди них больше, чем светских. В целом же автор делает вывод о том, что не существовало жесткой однозначной связи между выбором такого надгробия и положением в обществе, валунное надгробие могло свидетельствовать как о скромных средствах тех, кто ставит подобный памятник, так и (в других случаях) о высоком социальном положении умершего.

Тему интерпретации надгробий как исторического источника продолжает пятая глава. Автор кратко останавливается на их потенциале для изучения ономастики эпохи Московской Руси, а также рассматривает два конкретных сюжета. На примере г. Кашина он показывает возможности реконструкции городской топографии XV-XVI вв., наименее освещенного в источниках периода истории этого города. Существовавшие тогда церкви, монастыри и слободы

упоминаются в различных документах отрывочно, поэтому современные реконструкции исторической застройки, особенно выполненные краеведами, обычно мало достоверны. Обобщив информацию из письменных источников, автор показывает, как находки валунных надгробий XVI в. позволяют отнести к этому времени существование еще двух храмов - Сорока мучеников севастийских и Иоакима и Анны, а также представить более конкретно динамику расширения города.

Найденное в г. Галиче в алтарной части ц. Богоявления надгробие с пространной надписью, упоминающей в том числе об окончании морового поветрия в 1655-1656 гг., позволяет уточнить границы распространения и длительность этой эпидемии.

В заключении обобщены закономерности бытования валунных надгробий: возникновение их в славянских регионах Центральной Европы с XI в., затем появление в XIII в. на Руси, где до начала XIV в. они были характерны для городских некрополей, а позже стали самым распространенным типом намогильных памятников в сельской местности. Далее они сосуществуют с белокаменными плитами, не являясь самостоятельным типом памятников, но «встраиваясь в линию развития старорусского надгробия в целом» (с. 278). Также автор намечает дальнейшие задачи исследований по данной теме - сопоставление с письменными и иными видами источников, уточнение региона распространения, поиски новых надгробий, изучение их литологической характеристики и палеографии надписей.

Ек.Ю. Лебедева

2016.02.033. АХМЕТГАЛЕЕВА Н.Б. КАМЕННЫЙ ВЕК ПОСЕЙ-МЬЯ: ВЕРХНЕПАЛЕОЛИТИЧЕСКАЯ СТОЯНКА БЫКИ-7. -Курск, 2015. - 254 с.: илл.

Ключевые слова: каменный век Посеймья; верхнепалеолитические стоянки; методики комплексного изучения памятников.

Монография канд. ист. наук, заведующей отделом археологии Курчатовского государственного краеведческого музея (г. Курчатов Курской области), посвящена публикации материалов верхнепалеолитической стоянки, расположенной близ с. Быки Курчатовского района. Исследование данного объекта, отличающегося от других

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.