Научная статья на тему 'Жизнь и творчество Вени Д`ркина'

Жизнь и творчество Вени Д`ркина Текст научной статьи по специальности «Поэзия»

CC BY
1657
114
Поделиться

Текст научной работы на тему «Жизнь и творчество Вени Д`ркина»

ет автору достичь поставленную перед собой цель обличения советского режима.

1. Подр. о дискурсе русского рока см.: Шинкаренкова М.Б. Метафорическое моделирование художественного мира в дискурсе русской рока: Дисс... канд.филол.наук. - Екатеринбург, 2005.

© Ворошилова М.Б., Чемагина А.В., 2008

В.А Гавриков (Брянск)

ЖИЗНЬ И ТВОРЧЕСТВО ВЕНИ Д'РКИНА

Александр Литвинов1, более известный под псевдонимом Веня Д'ркин, родился 11 июня 1970 г. на Украине. Жизнь его складывалась в общем-то традиционно: была школа (которую он закончил с золотой медалью), год в вузе, потом - армия, работа водителем, слесарем, художником, учителем, строителем. переезды из города в город. На досуге Александр пишет песни, которые вначале показывает только друзьям. Постепенно круг поклонников его творчества расширяется. Когда к поэту приходит некоторая известность, его начинают приглашать на различные фестивали. Первый крупный успех Д'ркина как поющего поэта пришелся на 1994 г., когда он становится лауреатом фестиваля «Оскольская лира». В этом же году жена поэта Полина дарит ему сына Дениса. На следующий год певец получает гран-при Оскольской лиры. Потом начинается достаточно активная концертная деятельность, география его выступлений распространяется на такие города, как Харьков, Воронеж, Луганск, Белгород, Обнинск... В сентябре 1997 г. появляются первые очевидные признаки болезни, всё дело в том, что будучи в армии поэт переночевал под вагоном с чем-то радиоактивным. Несмотря на прогрессирующую болезнь, певец продолжает давать концерты, работает над текстами, записывает песни.

Определить творчество Вени Д'ркина можно как рок, и это, на наш взгляд, более точная дефиниция, чем «бард-рок» (даже несмотря на акустическую манеру исполнения). Но при этом у Д'ркина прослеживается и некая не столько даже хронологическая, сколько стилевая «оторванность» от «поколения дворников и сторожей». Таким образом, нам кажется, что самым уместным определением наследию Вени Д'ркина станет термин «пост-рок», рок с изрядным налетом «смехового» постмодернизма. И с точки зрения внешней эклектичности поэтики и стилевой амплитуды (в том числе имеются ввиду музыкальные влияния) наследие певца достаточно далеко отстоит от традиции авторской песни, к которой его часто причисляют. Хотя и ее «отзвуки» иногда появляются в текстах Д'ркина. Как пример «реверанса» в сторону авторской песни назовем композицию «Я в коем веке помню вас.» («Любовь на перше»)2, где «бардовость» текста поддержана музыкой и манерой исполнения:

Я в коем веке помню Вас

Как нынче - барышней в саду,

У вас был черный водолаз,

И был каурый в поводу.

Я помню дамой на балу,

Как нынче - бархат на атлас,

В который раз влюбленный в Вас,

Сорил цветами по полу.

Бродячий цирк мсье Марсо,

У вас огромный алый бант,

А я - бродяга-музыкант,

А вы крутили колесо.

Я помню (как теперь смешно)

Пастушка Вы, я - свинопас И пью лукавое вино Из Ваших смелых синих глаз.3

Однако последний куплет песни имеет небольшой маркер, который «отрывает» весь текст от традиции авторской песни. Этот «маркер» -сленговая лексема («шузы»), пришедшая из субкультуры русского рока:

Я ковылем по полю рос.

А у вас потемкинская кровь.

Вам оставалось про любовь -Подушка мокрая от слез.

Мои видавшие шузы Под пылью тысяч городов Хлебнули долюшки-росы.

Я Вас нашел... Не нужно слов.

Таким образом, главной чертой поэтики (в широком, «полисубтексту-альном» ее понимании) Вени Д'ркина мы бы назвали эклектизм (выражающийся в обращении ко множеству музыкальных и поэтических традиций), обилие реминисценций на каждом субтекстуальном уровне.

Истоки мелодики Д'ркина - это и фольклор, и городской романс, и блюзовая культура, и авторская песня, и рок-искусство, и рэп («город-сАД»), и даже «попса» (напр., в «Старухе»), также у поэта мы можем найти самые разные музыкальные жанры: от танго («Танго») до напоминающего марш «День победЫ». Кроме того, в некоторых песнях звучат явные стилевые отсылки (как вербальные, так и музыкальные) к творчеству того или иного рокера: Бориса Гребенщикова, Янки Дягилевой, Александра Башлачева, Дмитрия Ревякина, Виктора Цоя и др. Кстати, в песне «Старуха» певец упоминает ряд музыкальных групп, которые, видимо, были ему близки: «Депеш Мод», «ДДТ», «Алиса», «Дикий Мед», «Звуки Му», «ЧайФ», «Центр», «Ноль», «Окно», «Аквариум», «Калинов Мост», «Кино». Поэтические традиции, представленные в творчестве Д'ркина, также весьма разнообразны: от эстетики абсурда до постмодернистских влияний.

Обилие реминисценций, аллюзий, как музыкальных, так и вербальных, погружают слушателя Д'ркина в море интертекстов:

И боец молодой Вдруг поник головой -Это Анка ему отстрочила

(«Анка-пулеметчица»)

Чаще всего цитаты берет певец именно из песен, а не из «бумажной» поэзии. Иногда в одном небольшом отрывке у Д'ркина может быть сосредоточен целый ряд реминисценций. Как пример возьмем последние строки композиции «Старуха»:

Эх мороз не морозь меня,

Не морозь меня и моего коня,

Моего коня белогривого,

У меня любовница Сабрина!

Эх старуха ты не знаешь, что такое Рок-н-ролл - это мы!

Рок-н-ролл - это...

Рок-н-ролл - это...

Это завтра, а сегодня Ты меня поцеловала!

Здесь есть и цитата из народной песни «Ой, мороз, мороз», и из композиции группы «Чайф» «Рок-н-ролл - это я» (альбом «Дерьмонтин», 1987), а также цитата из песни Аллы Пугачевой (последние две строки).

Особую роль у Д'ркина занимают цитаты из рок-произведений, в частности, из песен Гребенщикова:

И, сидя в преглубокой дыре,

Он часто видит сон и ему кажется, что Дело и в количестве женщин,

И в новой волне. («Скотник Саша»)

Исходный текст:

Сидя на красивом холме Я часто вижу сны, и вот что кажется мне:

Что дело не в деньгах, и не в количестве женщин,

И не в старом фольклоре, и не в Новой Волне. («Сидя на красивом холме»,

альбом «День серебра», 1984)

Гребенщиков же появляется и в других песнях Д'ркина, напр., в той же «Старухе»: «Я за семьдесят лет совместной жизни / Только сейчас про-хавал, о чем поет Боб!»

Наверняка под влиянием поэтики Б.Г. Д'ркин обратился к экзотическим восточным религиям, вылившимся в несколько «буддийских» песен, таких как: «Локаята», «Рама Харе», «Махабхарата»:

Ведь если небо о тучи затянут,

Кто узнает взошел ли месяц?

И кто скажет, какого цвета

Лотос скрыт в глубине бутона? («Махабхарата»)

Встречаются у Д'ркина и цитаты-названия, отсылающие к кинематографу («Анка-пулеметчица»), художественной литературе («Маргарита»). Причем в последнем примере заимствование идет и в сюжетном плане, то есть песня является вольным переложением нескольких эпизодов знаменитого булгаковского романа:

Ты одна среди звезд и огня,

Скачешь вверх по дороге лунной.

Слышишь, осади коня,

Эх, не гони ты ночь так безумно!

Ночь устала показывать сны.

Кончен бал, и окно открыто.

Тает золото луны.

Эх, пока ночь, лети, Маргарита!

Название песни «Миссис Джейн», возможно, аллюзия на знаменитую песню «Lady Jane» группы «Rolling Stones», а «Всё будет хорошо» повторяет название одноименной композиции Александра Башлачева, среди песенных цитат-названий и «День победЫ».

Вторая черта, которую нельзя не отметить, - это совершенно особая мелодика, обаяние и артистизм Д'ркина, которые трудно передать словами. По признанию многих поклонников певца, у него почти нет «проходных» песен, каждая вещь - «хитовая». Для восприятия синтетического текста эта особенность представляется одной из важнейших, так как она порой скрадывает некоторые недостатки, напр., поэтического характера.

Д'ркин широко использовал возможности звучащего текста. Напр., в песне «Среди опалов» («Песенка маленького гоблина») клич гномов, который слушает лирический герой (и который, соответственно, исполняет сам автор), так крепко «вживлен» в художественную ткань произведения, что в бумагизированном виде песня может «рассыпаться»:

Среди опалов, яшм и изумрудов,

В лесу из гладиолусов и маков,

Гуляют гномы - спросите: «Откуда?»

Я их в лицо не видел, но однако -

<Здесь слышится клич гномов>

Когда растает снег на этой крыше,

Когда весна просушит эти лужи,

Я припаду к земле и я услышу И если мне не веришь, сам послушай...

<Здесь слышится клич гномов>

Среди машин, витрин и прочей дряни,

В лесу антенн, домов и телебашен.

Интересны и акцентологические смещения в синтетическом тексте Д'ркина, заметно влияющие на смысл произведения. Напр., в песне «День победЫ» благодаря переносу ударения слово «победа» по своему звуково-

му облику больше начинает напоминать слово «беда». И это очень важный момент для понимания всего текста:

А смерти нет! Она может быть там, где есть мир,

А на войне... А на войне, то есть там, где все мы:

Либо окоп, либо госпиталь, либо победа...

Так и жизни же нет! Она может быть там, где есть мир,

А на войне... А на войне, где поляжем костьми,

Либо февраль, либо март-апрель, либо победа...

День ПобедЫ - он не близок и не далек,

День ПобедЫ - он не низок и не высок.

Как потухшим костром догорел паренек,

Значит он победил, и какой ему прок От расстановки тактических сил...

Широко использует Д'ркин и артикуляционные жесты. Напр., подчеркивая «русскость», «народность» лирического героя в песне «Город с куполами» («Мечта»), певец использует оканье:

Город с куполами,

Золотые ворота -Мечта моя,

Эх, мечта.

В замке братья да сестры,

Нет хозяина,

Лишь Господи Бог да синие звезды Вдосталь.

Этот же прием встречается и в песнях «Дружок Фома», «Всё будет хорошо». Со специфическим акцентом исполняются песни «Шел трамвай по улице Советской» («Трамвай»), а также «Миссис Джейн» («Песня про любовь»), где использование англоязычного акцента служит для создания американского антуража. И это, конечно, далеко не все приемы, специфические для звучащей поэзии, которые имеет с своем арсенале Д'ркин.

В-третьих, Веня - это поэт тотальной иронии, очень редко создающий серьезные, «тяжелые» песни, которые, надо сказать, если уж и пишутся, то выходят действительно трагичными. Очень много у Д'ркина чисто рок-н-ролльного «стёба»: песни «Всё будет хорошо», «Старуха», «Я валяюсь на диване» («Горизонтальная»), «Мысли наркомана», «Про него», «Бразильская» и другие, где присутствуют явные приметы субкультуры рока - от жизненных коллизий «неформала» до специфического сленга.

Очень интересным кажется цикл (хотя являются ли нижеперечисленные композиции циклом - еще вопрос) иронических песен в стиле «старый романс», которые, вероятнее всего, задуманы как пародия на манеру исполнения Вертинского: «Светлейший князь», «Устать себя стебать» («Устать себя щипать»), «Танго». Ирония здесь возникает как при корреляции слова и музыки, так и в самом тексте (то есть на уровне вербального

субтекста). Вот характерный отрывок описанного явления из песни «Устать себя стебать» («Устать себя щипать»):

И пусть я полюблю олдовую клошарку,

Уеду под Рязань выкушивать портвейн.

Я стану Вам писать, что мне немножко жалко,

Что друг наш бросил пить и стал ходить в бассейн.

Отчетливое артикулирование звука «о», напр., в сочетании «олдовую клошарку» создает комический эффект на стыке «исполнения в стиле ретро» (артикуляционного субтекста) и сленга (вербального субтекста). Здесь мы видим явное использование такого классического тропа, как ирония, правда, возникающего на пересечении двух субтекстов.

Много у Д'ркина песен юмористических, действительно смешных. Так, в композиции «Шел трамвай по улице Советской» («Трамвай») происходит интересное событие - террорист захватывает трамвай и заставляет водителя ехать в Гонолулу, после чего:

Шел трамвай в пустынях Каракума,

Полз трамвай по пику Коммунизма,

Плыл трамвай по водам Куро-Сиво,

А к утру приплыл на Г онолулу.

Пассажиры жрали ананасы,

Брендем разбавляли камасутру,

Были террористу благодарны,

Что он их привез на Г онолулу...

Иногда юмор оказывается достаточно специфическим (песня «Я нарисовал» («Алеаторика 3-бис»)):

.Я нарисовал точечку синюю,

Я провел зеленую линию,

От счастья смеясь, смеясь.

Я нарисовал замолоди разные:

Синие, зеленые, желтые, красные,

Но получилась грязь.

Ну дык, ведь я же рисую Портрет любимой женщины,

Я рисую портрет.

Тогда я решил сделать все заново,

Взял и стер всю эту замолодь.

Все мои старанья, труды...

Потом я взял всё, что в наличии имел,

И залепил все бледно-коричневым.

Получилось говно.

Зато - как две капли воды...

Есть у Д'ркина и довольно тонкая, едва уловимая ирония, напр., в песенке-триллере «ТиБиБо», выполненной в традициях американских «ужа-

стиков», но с чисто дыркинским очарованием. Столь же имплицитна ирония в композиции «Бесогон Шуллер», персонаж которой не изгоняет бесов (как это можно было бы подумать из названия), а гонит их, то есть выпасает:

Есть колхоз в моем уезде,

Он не мал и не великий,

Он такой как все колхозы,

Но с одним таким нюансом:

Есть в колхозе стадо бесов,

Есть пастух Виталий Шуллер,

Ранним, ранним, ранним утром Выгоняет их из фермы.

А заканчивается эта песня выдержкой из «Справочника по бесогон-ству»:

На фига колхозу бесы,

Если бес непродуктивен Ни по шерсти, ни по мясу,

Ни тем более по яйцам?..

Небольшой процент песен всё-таки не попадает под определение «иронические». В первую очередь это трагические, порой даже страшные, «Рябина за окном» («Нибелунг»), «Домик с видом» («Проклятущая», «Коперник»), «День победЫ».

Где человеческий лом Присыпан хлоркой и льдом,

Там я

Рябиной за окном. («Рябина за окном» («Нибелунг»))

Есть вещи философские, «размышлительные»: «Одиноким одиноко», «На Ивана Купала», «Маргарита», «Махабхарата», «С соком горького аира»:

С соком горького аира Тело шепоты впитало.

Все пути ведут в начало:

Ты дошел до края мира.

А еще у Д'ркина имеются песни-сказки и композиции «сказочного содержания» («Серебряный Сендей», «Самолетик», «Среди опалов» («Песенка маленького гоблина»), «Тае Зори»), абсурдистские (напр., «Бубука»), «импрессионалистские» («Кошка») и т.д.

В-четвертых, поэтический арсенал Д'ркина богат литературными приемами такими, как яркие метафоры, парадоксальные эпитеты, аллитерации, словотворчество и т.д. У певца очень много оригинальных, неожиданных образов, поэтому мы бы назвали Д'ркина «поэтом ассоциативного взрыва». Как пример возьмем такие строки (песня «Танго»):

Жизнь наша - танго фрезерных станков,

Жизнь наша - танго архимедовых червей.

Какую ассоциацию может вызвать первая строка? Фрезерные станки, кружащиеся в танго? То есть бал фрезерных станков, очеловеченных силой метафоры? Картина сколь страшноватая, столь и абсурдная. Примерно то же можно сказать и о второй строке. Вот еще несколько запоминающихся образов из песен Д'ркина:

Оборвались небеса с потолка,

И свернулась в карусель колея. («Домик с видом»

(«Проклятущая», «Коперник»))

Ты узнаешь без проблем Мой в ромашку «Ситроен»

По квадратным колесам. («Непохожая на сны» («Любовь №3»))

Снег не тает в теплой руке.

Потому что не снег, это сыплется перхоть

Танцующих на потолке. («Город сАД» («РЭП»))

Периодически поэт использует технократическую терминологию, придавая образам особую фантасмагоричность:

Прорастали швеллера как лоза,

С них напилась стрекоза серебра. («Домик с видом»

(«Проклятущая», «Коперник»))

Нибелунг! Это плавит твой воск конвектор,

Перья крыльев вмерзли в сталь,

Память в трубы уносит ветром.

Улетай! («Рябина за окном» («Нибелунг»))

Создает Д'ркин и афоризмы: «Веня, не притворяйся что живой, не наше дело» («Бубука»), «Люди хоть и люди - тоже люди» («Шел трамвай по улице Советской» («Трамвай»)).

Есть у поэта и словотворчество а-ля Хлебников (или, быть может, а-ля Ревякин). Самым ярким примером здесь является, пожалуй, песня «Ал сок», где окказиональная лексика накладывается на медитативные риффы в стиле Моррисона:

Ал сок рук рек В песок. Тереб от ран В былдень склочен Черносвисты в земь врыли Хрусталь. Жажда Чистой смерти отстрел Дождень. Дождьночь Где ж ты Вестень Святлета?!

Гори гори белым идол Веснопляс

Пока мне быть мертвым храни Храни зарытое Тае Храни Зори Тае тайным.

Встречаются и аллитерации («На Ивана Купала»):

181

Теперь только черный чердак Черней чем черная ночь,

Которая там,

Где совы да сыч.

Итак, даже при беглом рассмотрении становится понятно, что наследие Д'ркина - это благодатный материал для филологического анализа. Тем удивительнее отметить, что творчество певца пока еще не стало предметом серьезного исследования, более того, даже в числе рок-поэтов («поющих» поэтов) Д'ркин практически не фигурирует, его имя не упоминается и в диссертациях по року (согласно имеющимся у нас сведениям, по крайней мере). И, конечно, речи не идет о том, чтобы услышать его песни в эфире крупных радиостанций или тем более по телевизору.

За два года до трагического августа 1999 г. Д'ркин написал такие строки:

Если Кривая поводит боками,

И если уже не приносят обеды,

Если врачи разводят руками,

Значит, сегодня придет День победы.

Врачи Института Гематологии РАМН действительно разводили руками, когда выписывали Александра Литвинова, как сказано на сайте неформального фонда Д'ркина, «без надежды на продолжение». Не стало поэта 10 днями позже - 21 августа 1999 г. Ему было всего 29 лет.

1. При написании биографии мы ориентировались на данные, помещенные на сайте Фонда Вени Дркина http://drdom.ru/dr

2. В разных источниках названия песен могут меняться, поэтому здесь и далее в скобках рядом с основным названием мы даем все возможные варианты.

3. При цитации мы ориентировались на фонограммы Вени Дркина, если это было необходимо, тексты сверялись со списком, представленным на сайте: http://drdom.ru.

© В.А. Гавриков, 2008

А.П. Сидорова (Санкт-Петербург), А.Б. Якимов (Тверь)

«ВЕНЯ, ЗАЧЕМ НАМ ПОЕЗД?»: ДИАЛОГ ТЕКСТОВ (песня Вени Д’ркина «Бубука» и поэма Вен. Ерофеева «Москва-Петушки»)

Исследователями творчества Венедикта Ерофеева неоднократно отмечалась связь его поэмы «Москва-Петушки» с предшествующей и последующей литературной и культурной традицией, в частности, её влияние на творчество авторов, принадлежащих к субкультуре1. Один из представителей русского рока Александр Литвинов взял себе псевдоним Веня Д’ркин, что в сознании слушателя и читателя, знакомого с творчеством Вен. Ерофеева, не может не вызывать определённого рода ассоциаций. Псевдоним исполнителя оказывается связанным не только с именем писателя, но и с именем героя ерофеевской поэмы - Веней. При этом сам Александр Литвинов не связывает возникновение своего псевдонима с текстом Вен. Ерофеева: