УДК 616.895+159.922
ВОЗМОЖНЫЕ ПОДХОДЫ К АНАЛИЗУ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ЛИЧНОСТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ И ДЕПРЕССИИ БОЛЬНЫХ АФФЕКТИВНЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ
И.Л. Степанов, Б.Е. Козлов
Московский научно-исследовательский институт психиатрии -филиал ФГБУ «НМИЦ ПН им.В.П. Сербского» Минздрава России
Роль личностных особенностей в течении депрессивного состояния, продолжительности и качества ремиссии при аффективных расстройствах, а также резистентности сохраняет свою актуальность по настоящее время. Существует мнение о том, что «не все терапевтически резистентные депрессии обязательно становятся хроническими, поскольку болезнь может привести к спонтанному выздоровлению» [65]. При этом необходимость достижения полноценной ремиссии остается по-прежнему актуальной целью современной терапии аффективных расстройств [1, 13].
В последние 30 лет проблема взаимосвязи личностных дисфункций и депрессии и влияние их на социальную дезадаптацию стала предметом активных исследований. Большинство результатов свидетельствуют о высокой распространенности депрессивных расстройств, которые в разных возрастных группах составляют 16-30% [20]. Среди расстройств депрессивного спектра тяжелая депрессия регистрируется в 23-25% случаев [42].
В психиатрии и клинической психологии уже много лет существует традиция, связывающая депрессию с личностными характеристиками (Крепелин, Кречмер, Фрейд). В отечественной клинической психологии последовательно рассматриваются различные психические расстройства в контексте личностных особенностей больных [10, 27].
По данным исследований от 45% до 66% больных депрессивными расстройствами имеют сопутствующее расстройство личности (РЛ) [6, 7, 26, 28, 55, 58, 62, 63, 79, 89, 90, 94]. Особенности личности больного, предрасполагающие к развитию депрессивной симптоматики, рассматриваются во множестве концепций и направлений исследований [2, 4, 6, 17, 37, 38, 74]. Большое значение приобретает анализ особенностей личности больного с использованием различных психодиагностических методов [17].
Затяжные депрессии по настоящее время представляют в психиатрической практике значимую проблему, следствием чего является нарушение социального функционирования и преждевременная инвалидизация больных. Развитие психофармакологии и появление антидепрессантов вызвало еще более пристальный интерес психиатров к проблеме длительных депрессий в связи с сохранением у части больных депрессивной симптоматики в течение многих лет, несмотря на проводимое лечение. Эти депрессивные состояния одни авторы относили к категории затяжных депрессий, другие хронических депрессий. Некоторые психиатры вообще не разделяли понятия «затяжных» и «хронических» депрессий [5, 36]. Кроме того, при описании длительных многолетних депрессий врачи давали им различные названия, отражавшие их клинико-психопатоло-гические критерии, связывая затяжной характер депрессии с особенностями личности больных. Их называли «характерологическая дисфория» [75]; «истероидная дисфория» [5, 36], «терапевтически резистентные депрессии» [18]. В плане анализа патогенетических связей между личностными и аффективными расстройствами наибольший интерес представляют модели «спектра», «уязвимости» и «патопластических воздействий» [74]. Наиболее распространенной в психиатрии является модель спектра, в которой личностные особенности и депрессивные состояния представляют единый континуум промежуточных форм декомпенсации личности. Модель спектра включает в себя такие понятия, как концепции немецкой психиатрии (учение о «депрессивном темпераменте» Э.Крепелина [15], учение о «депрессивной психопатии» К.Шнайдера [38], концепции «статотимии» M.SЫmoda [104] и «типуса меланхоликуса» Н. ТеПепЬаеЬ [107]. Э.Крепелин [15], заметил, что «депрессивный темперамент характеризуется состоянием перманентной эмоциональной мрачности во всех жизненных ипостасях».
По мнению К.Шнайдера [38] депрессивные личности имеют склонность к ипохондрии, гипогедонии (неспособность радоваться). Некоторые авторы выделяют субаффективное дистимическое расстройство, которое типологически является самостоятельным, соответствует критериям депрессивного расстройства личности и, вместе с тем, является частью аффективного процесса - модель спектра [33, 40, 109].
В литературе приводятся различные данные о коморбидности расстройств личности и аффективной патологии. В критериях классификации DSM-III и более поздней версии личностные расстройства объединены в отдельные кластеры А, В и С по принципу сродства. Рядом. исследований установлено, что для аномалий тревожно-боязливого кластера (кластер С - избегающий, обсессивно-компуль-сивный, зависимый тип РЛ) показатель комор-бидности с депрессией достигает максимальных значений [92, 99, 103, 108].
При изучении выборок амбулаторных пациентов, страдающих депрессивными расстройствами, по критериям DSM-III оценивалась доля РЛ [92]. Оказалось, что РЛ кластера С (или черты такого склада) составляют в совокупности 67% против 16% для РЛ кластера А (шизотипическое, паранойяльное, шизоидное) и 24% для кластера В (диссоциальное, пограничное, нарциссическое, гистрионное). Авторы двух других исследований [99, 103] приводят более низкие, но сопоставимые показатели, согласно которым РЛ кластера А и В составляют в совокупности 13-16%, а на долю РЛ кластера С приходится 32-36%. Факт преобладания депрессии среди контингента РЛ, выделяемых в пределах кластера С, подтверждают и результаты, полученные в последние годы [28, 87, 100, 105]. Так, поданным A.Skodol и соавт. [105], выборке из 668 больных депрессиями доля РЛ, ранжированных по категориям кластера С, составила 54,5% против 15% для кластера А и 30,5% - В. В отечественной литературе встречаются данные о том, что у лиц с сопутствующей личностной патологией (уклоняющееся, обсессивно-компульсивное и зависимое) отмечается более длительное течение депрессивной фазы [28]. В некоторых работах отмечается связь уклоняющегося-зависимого паттерна с более затяжным течением [2] и дезадаптирующее влияние личностных радикалов ригидно-тревожно-депрессивного спектра [32].
Однако по данным американского исследования коморбидности (The National Comorbidity Survey Replication) получены иные результаты: распространенность расстройств личности (РЛ) в населении составляет 5,7% (кластер А - шизоидное, параноидное, шизотипическое РЛ), 1,5% (кластер B - пограничное, асоциальное, гистрионное (истерическое) и нарциссическое РЛ), 6,0% (кластер C - уклоняющееся, зависимое, обсессивно-компульсивное РЛ) и 9,1% - любое РЛ. Наиболее существенная комор-
бидность РЛ (особенно из кластера В) отмечалась именно с аффективными расстройствами (АР) -38,1% [79].
В исследованиях последнего времени были получены результаты, свидетельствующие о том, что наличие РЛ приводит к возникновению аффективных расстройств в более раннем возрасте, оказывает значительное влияние на основные клинические характеристики текущего депрессивного эпизода по сравнению со случаями аффективных расстройств без коморбидности с расстройствами личности. Наличие РЛ у больных также обусловливает большую тяжесть текущего депрессивного эпизода, большую выраженность как типичных, так и атипичных депрессивных симптомов, большую степень выраженности тревоги, более тяжелые характеристики суицидального поведения [39]. Тем самым сопутствующие личностные расстройства и отдельные дисфункциональные черты личности снижают эффективность медикаментозного и психотерапевтического лечения депрессий, создают трудности для взаимодействия врача-психиатра с пациентом и повышают риск прерывания терапии.
В настоящее время мало работ, которые специально уделяют внимание социальной дезадаптации при сочетании расстройств личности и депрессии. Аффективные расстройства тревожно-депрессивного спектра влияют на способность больного выполнять те или иные социально и психически значимые функции [29]. При депрессивных расстройствах уровень социального функционирования и приспособительных возможностей пациента взаимосвязан с тяжестью депрессии [59, 67, 82, 97, 98] и представляет собой результат влияния болезненного состояния.
Обобщая данные литературных источников, представляется необходимым выделить наиболее значимые составляющие клинической картины пациента в их взаимоотношении, которые могут иметь диагностическое и прогностическое значения. С нашей точки зрения для выполнения этой задачи целесообразно использовать комплексное исследование следующих параметров: личностные характеристики - особенности депрессивного состояния -уровень социального функционирования больного. В ряде исследований используются для оценки тяжести заболевания, особенностей психопатологической симптоматики показатели качества жизни [12, 43, 71], которые представляют собой субъективную оценку своего состояния пациентами.
Помимо традиционно сложившегося понимания о том, что тяжесть депрессивного состояния вызывает соответствующие нарушения социального функционирования в различных сферах жизнедеятельности, снижает качество жизни, в настоящее время исследователи все больше внимания уделяют отдельным личностным чертам и их роли в формировании адаптационных возможностей больных аффективными
расстройствами, конкретно в формировании течения депрессивного состояния и в целом аффективного расстройства.
Вполне традиционны для классической психиатрии представления о роли личностно-волевых особенностей в формировании адаптационного поведения психически больных при шизофрении, органических заболеваниях головного мозга. Волевые особенности определяют управление поведением, сознательную саморегуляцию активности, [9, 11], способность преодолевать препятствия и достигать субъективно поставленную цель, возможность выбора между двумя и более различными устремлениями [38], особенно в случаях, когда возникают препятствия для нормальной жизни [22].
Проведенное недавно исследование показало, что структура депрессивного состояния и личностные особенности оказывают влияние на уровень снижения социально-психического функционирования (СПФ), однако эти взаимоотношения достаточно сложны [32]. Чем выше у больных волевая саморегуляция (включая настойчивость, самообладание), тем меньше нарушения социально-психического функционирования. У пациентов с «низкой» волевой саморегуляцией выраженность снижения СПФ в основном зависела от выраженности депрессивного состояния, а в группе с «высокой» волевой саморегуляцией уровень СПФ, наоборот, компенсировался волевым усилием [32].
Остается малоизученным вопрос о влиянии анге-донии на прогноз, течение и социальную дезадаптацию больных с наличием аффективного расстройства в сочетании с расстройством личности. Необходимо хотя бы в общих чертах остановиться на довольно сложных для исследования психопатологических особенностях данного феномена, учитывая введение ангедонических симптомов в порядок главных при диагностике именно депрессивных состояний (МКБ-10, DSM-IV).
Под ангедонией в психиатрической литературе понимается снижение или утрата способности переживать чувство удовольствия и снижение или утрата активности в достижении его [51, 76, 84, 91, 93]. S.Rado [91] и Р.МееЫ [84] отводили центральную роль ангедонии в развитии шизофрении, обосновывая ее как биологическую, передающуюся генетически «целостную дефицитарность удовольствия». По мнению D.Klein [73] одной из патогномоничных особенностей эндоформной депрессии он считал «острое, нереактивное, нарастающее ухудшение способности испытывать удовольствие или продуктивного отклика на ожидание удовольствия». Утрата способности радоваться наряду с другими признаками является основным симптомом и затяжной хронической депрессии — дистимии [41].
На прогностическое значение, собственно, анге-донии как предиктора психических расстройств указывают Р.МееЫ [86]; Н.БегепЬаит и соавторы
[45]; атипичной депрессии R.D.Sovner [106], депрессивного состояния G.D.Schrader [101]; расстройств шизофренического спектра L.Chapmen, J.Chapmen и соавт. [53], H.Berenbaum, J.McGrew [44]; T.R.Kwapil, M.B.Miller, M.C.Zinser и соавт. [78], T.R.Kwapil [77], J.J.Blanchard, S.W.Gangestad, S.A.Brown, W.P.Horan [48]; депрессии шизофрении у детей и подростков L.Erlenmeyer-Kimling, B.A.Cornblatt, D.Rock и соавт. [56].
P. E. Meehl [86] различает первичную генетическую ангедонию и вторичную, больше соответствующую социальным отношениям у больных. Напротив, D.A.Hay и соавт.. [64] на обширном материале из 3685 обследуемых (включая 1438 близнецов), установили, что социальная ангедония (по шкале Chapman), по сравнению с физической, в большей степени соотносится с генетическим фактором. За время изучения были психопатологически выделены социальная (отсутствие способности переживать удовольствие от процесса общения), физическая (при оценке восприятия звуков, цвета, вкуса, запаха и др.). В своих исследованиях мы считаем необходимым к перечисленным кластерам (физической и социальной) добавить интеллектуально-эстетический кластер ангедонии (снижение приятных впечатлений от ранее привлекательных видов искусства, приобретения полезных навыков, знаний, чувство юмора и др.) [30].
При исследовании пациентов с преобладанием расстройств мотивации, возникающих чаще как следствие утраты удовольствия, была обнаружена корреляция с худшим прогнозом заболевания, что позволило трактовать ангедонию как первостепенный фактор, базисное расстройство для негативных симптомов, определяющее социальную адаптацию больных [31, 50, 60, 61, 72, 95].
T.Millon и R.Davis [88] идентифицировали различные дезадаптивные стратегии поведения, являющиеся основным проявлением личностного расстройства. Эти стратегии, по мнению авторов, «отражают, какие стимулы индивидуумы обучились искать или избегать (удовольствие-боль), где они стараются достичь их (Я - другие) и как они обучились вести себя, чтобы устранить или избежать их (активность - пассивность)», предполагая, что типология аномалии личности есть клинический вариант, характеризующийся устойчивым поведенческим стереотипом, направленным на избегание удовольствия. В группу «личностей с дефицитом удовольствия» авторы относят лиц с аномалиями личности избегающего и шизоидного типов. Наряду с этим отмечается, что стойкое избегание удовольствия характерно для лиц депрессивного склада. С нашей точки зрения, термин «избегание» в отношении положительных стимулов удовольствия неточен в силу противоречивости природному свойству положительных эмоциональных стимулов и переживания положительных эмоций. В большей степени можно
говорить о дезактуализации стимулов удовольствия в силу снижения (по разным причинам) способности переживать положительные эмоции, т е. наличия ангедонии в той или иной степени выраженности.
По П.В.Симонову [23], положительные эмоции стимулируют индивида к новому роду деятельности, развитию новых навыков и умения, достижению новых целей; отрицательные эмоции выполняют консервативную, охранительную функцию и формируют поведение «избегания».
Приобретенную, связанную с болезненным состоянием или реакцией ангедонию необходимо отграничивать от так называемой личностной ангедонии. Ангедония рассматривается как негативный психопатологический феномен личностного регистра, протекающий с психопатическими и невротическими расстройствами (дисфоричность, демонстративность, ипохондрическая тревожность) [25] как развитие представлений Н.Еу [57]. Личностная ангедония [29, 25, 57, 66] связана с индивидуальными особенностями восприятия стимулов удовольствия. Н.8.АЫ8ка1 и Я.БШе18е [41] сочли целесообразным включение категории дефицита удовольствия в базовые характеристики депрессивного темперамента наряду с пессимизмом, интроверсией, пассивностью и тревожностью.
На текущем этапе исследований уже традиционными можно считать эмпирические исследования ангедонии при депрессивных расстройствах [46, 70, 102], в меньшей степени представлены работы применительно к патологии личности [52], а также в сравнительном аспекте при разных видах психических расстройств [47, 69, 96]. В числе значимых результатов исследований формулируется вывод о том, что при депрессивных расстройствах ангедония является скорее временным состоянием, тогда как при шизофрении — устойчивой характеристикой, чертой [49, 81] (по нашему мнению, последнее утверждение соответствует не всем типам личностных и синдро-мальных характеристик при шизофрении). В связи с этим представляет интерес концепция О.Ьоа8 [80], предложившего «модель уязвимости к депрессии», основанную на приверженности к ангедонии как личностной особенности. По его мнению, взаимодействие между конституциональной (личностной) неспособностью к удовольствию и психотравмирую-щими событиями приводит к развитию униполярной депрессии. При этом имеет место «сужение спектра гедонистического восприятия и активности» [31]. Этим подразумевается, что определенные стимулы и виды деятельности, являющиеся привлекательными для большинства, не вызывают у предрасположенных к депрессии личностей позитивного эмоционального отклика и, как следствие, соответствующего поведения в данном направлении. Личностный вариант ангедонии характеризуется стабильностью, в своей основе постоянством проявлений на всем протяжении жизни, индивидуальной избирательностью к
определенным стимулам. Личности с наличием вне депрессивного состояния какой-либо устойчивой дефицитарности в сфере положительных эмоций рассматриваются как представители особой «анге-донической акцентуации» [29].
В наших исследованиях [29, 31] приведены описания многокомпонентности ангедонии, например, ее парциальный вариант с фрагментарным нарушением восприятия положительных стимулов и тотальный - с утратой способности переживания всех положительных эмоций. Подобная точка зрения поддержана позднее В.И.Крыловым [16] с опорой на данную классификацию в своих работах.
Остается малоизученным вопрос о клиническом значении уровня эмоционального интеллекта (ЭИ) как личностной характеристики. В основу его исследования положена трактовка ЭИ как способности к пониманию своих и чужих эмоций и управлению ими. Некоторые авторы в своих работах отмечают, что эмоциональный интеллект тесно связан с социальной дезадаптацией и прежде всего с эмоциональными расстройствами: депрессией, тревогой, различными формами отклоняющегося поведения, которые чаще проявляются в молодом возрасте [3, 8, 83]. Несмотря на активный интерес к понятию «эмоциональный интеллект», а также высокую распространенность расстройств аффективного спектра [14, 19, 35], систематических исследований, посвященных нарушениям эмоционального интеллекта и влияние его на расстройства аффективного спектра и личностные особенности явно недостаточно. При депрессивных и тревожных расстройствах основным нарушением эмоционального интеллекта является дефицитарность регуля-торных систем эмоциональной сферы, что проявляется не только на уровне собственно сознательной регуляции эмоциональных состояний, но уже на этапе «вторичного означения», то есть на более раннем этапе эмоционально-интеллектуальной деятельности, связанном с «механизмами опосредствования», которые находятся в дисфункциональном состоянии. Можно думать, что указанные «нарушения опросредствования эмоций» лежат в основе механизма синдромальной коморбидности депрессии и тревоги [19, 34, 35]. При депрессии также наблюдаются нарушения восприятия эмоций. Природа этих нарушений может быть связана как с актуальным аффективным состоянием больных, так и с эндогенными механизмами этиопатогенеза [21].
Таким образом, лица, страдающие аффективной патологией, часто имеют сопутствующую личностную патологию, которая влияет на течение депрессивного состояния и. его социально-психическую адаптацию. Вопросы социальной адаптации и качества жизни в приложении к случаям комор-бидности аффективных расстройств и расстройств личности изучены достаточно мало [24]. Большая часть литературы по проблеме отношения между
депрессией и социальным функционированием игнорирует расстройство личности. Так в известной работе L.L.Judd и соавт. [68], где представлено 12-летнее исследование пациентов с депрессией, так и в работах Н.1.Сопга& и соавт. [54] исследование депрессии и тревоги в сети первичной медицинской помощи в течение 3,5 лет не учитывается потенциальное воздействие расстройств личности на психосоциальные функции пациентов с аффективными расстройствами.
Заключение
В данном обзоре представлены некоторые новые подходы к исследованию традиционной проблемы взаимоотношения личности и депрессии. Наиболее значимым аспектом этой проблемы является терапевтическая эффективность лечебных и реабилитационных мероприятий у больных аффективными расстройствами. Весьма актуальным аспектом является сокращение продолжительности, предотвращение хронификации депрессивных эпизодов, совершенствования диагностических подходов на основе психопатологического анализа с учетом личностных особенностей и адаптационных возможностей больных. Последнее предполагает выявление, уточнение психопатологических «мишеней» для разработки и применения фарма-котерапевтических и психотерапевтических воздействий с целью повышения их эффективности. В представленном обзоре выделены некоторые поисковые направления исследования взаимоотношения личности и депрессии.
Наиболее распространенные подходы предполагают оценку личностных особенностей как по отдельным типам, так и по объединению их в кластеры по типу сродства (кластеры А.В.С DSM-III, DSM-IV, расстройства личности по МКБ-10 и др.) и соотнесение с особенностями развития и течения депрессивного состояния. Систематика личностных радикалов в историческом аспекте в значительной степени подвержена вариабельности, что также не способствует сопоставимости исследований. При данном подходе обычно неточностью страдает прогноз течения собственно депрессивного эпизода с большей применимостью его к оценке предрасположенности и течению аффективного расстройства в целом.
Другой подход предполагает выделение отдельных личностных особенностей в их влиянии на динамику депрессивного эпизода, и это предпочтительнее в силу большей конкретности предмета исследования. В структуре личности присутствуют как специфические, характеризующие только ее особенности и паттерны поведения, так и недифференцирующие, неспецифические, общие с другими личностными радикалами черты. Выраженность данных личностных особенностей по- разному представлена у лиц как со схожим личностным радикалом (перфек-ционизм, статотимические черты), так и могут быть общими с другими типами радикалов (когнитивные, волевые, эмоциональные, мотивационные, коммуникативные и другие). Оба подхода взаимно дополняют друг друга и дают более полную характеристику личностных особенностей больного.
В приведенном сообщении иерархично рассмотрены как в целом собственно личностные типы, так и отдельные личностные компоненты: ангедония, волевые особенности, умение владеть своими и понимание чужих эмоциональных состояний. При этом можно отметить, что в отношении развития и течения депрессивного расстройства некоторые из них при клинически значимой выраженности (личностная ангедония, личностные радикалы кластера С и некоторые другие ) предрасполагают к неблагоприятному течению, то другие напротив, не ухудшают прогноз [28, 32] или способствуют большей адаптации депрессивных пациентов (личностные радикалы кластера В, мотивационные и волевые характеристики, развитость эмоциональной сферы.).
Предлагаемые подходы к исследованию особенностей депрессивного состояния больных аффективными расстройствами позволяет более широко охватить различные аспекты взаимоотношений личностного и аффективного регистров. Оценка в целом и в частностях особенностей личностного радикала, их взаимоотношения с текущим депрессивным эпизодом и нарушением социально-психического функционирования позволит выделить наиболее значимые клинико- психопатологические особенности больных и конкретизировать «точки приложения» терапевтических и реабилитационных усилий с целью совершенствования диагностических подходов и лечебно-восстановительного процесса больных аффективными расстройствами.
ЛИТЕРАТУРА
1. Аведисова A.C., Канаева Л.С., Ибрагимов Д.Ф., Люпаева Н.В. Некоторые клинические предикторы эффективности терапии антидепрессантами больных с депрессивными расстройствами (аналитический обзор, часть 1) // Психиатрия и психофармакотерапия. 2004. № 3. С. 100-103.
2. Банников Г.С. Роль личностных особенностей в формировании структуры депрессии и реакций дезадаптации: Дисс. ... канд. мед. наук. М., 1998.
3. Бредберри Т., Гривз Д. Эмоциональный интеллект: Самое важное. М.: АСТ, 2008.
4. Вертоградова О.П., Степанов И.Л., Банников Г.С., Коньков С.А. Психофармакологическая и психотерапевтическая коррекция аффективных расстройств в зависимости от характера социально-психической дезадаптации: Пособие для врачей. М., 1997. С. 5-7.
5. Вовин Р.Я., Аксенова И.О. Затяжные депрессивные состояния // Медицина. 1982, 192 с.
6. Гаранян Н.Г. Депрессия и личность: обзор зарубежных исследований. Часть I // Социальная и клиническая психиатрия. 2009. Т. 19, № 1. С. 79-89.
7. Гаранян Н.Г. Депрессия и личность: обзор зарубежных исследо-
ваний, часть II // Социальная и клиническая психиатрия. 2009. N° 3. С. 80-92.
8. Гоулман Д. Эмоциональный интеллект. М.: АСТ, 2008.
9. Зверков А.Г., Эйдман Е.В. Диагностика волевого самоконтроля (опросник ВСК) // Практикум по психодиагностике. Психодиагностика мотивации и саморегуляции. М.: Изд-во МГУ, 1990. С. 99-102.
10. Зейгарник Б.В., Братусь Б.С. Очерки по психологии аномального развития личности. М.: Изд-во МГУ, 1980. 169 с.
11. Калин В.К. На путях построения теории воли // Психологический журнал. 1989. Т. 10, № 2. С. 429.
12. Кирьянова Е.М., Сальникова Л.И. Социальное функционирование и качество жизни психически больных - важнейший показатель эффективности психиатрической помощи // Социальная и клиническая психиатрия. 2010. Т. 20, № 3. С. 73-74.
13. Костюкова Е.Г., Городничев А.В. Современная терапия рекуррентного депрессивного расстройства: от научных исследований к клинической практике // Биологические методы терапии психических расстройств (доказательная медицина - клинической практике) / под ред. С.Н. Мосолова. М.: Социально-политическая мысль, 2012. С. 251-272.
14. Краснов В.Н. Психиатрические расстройства в общей медицинской практике // Русский медицинский журнал. 2001. № 25. С. 1187-1191.
15. Крепелин Э. Введение в психиатрическую клинику. М.: Медицина, 2004. 76 c.
16. Крылов В.И. Ангедония при расстройствах аффективного и шизофренического спектра: психопатологические особенности, диагностическое и прогностическое значение // Психиатрия и психофармакотерапия им. П.Б. Ганнушкина. 2014. № 1.
17. Максимова М.Ю. Особенности личности больных депрессиями юношеского возраста и ее динамика на преморбидном этапе. www. psychiatry.ru/library - интернет-ресурс НЦПЗ РАМН.
18. Мосолов С.Н. Резистентность к психофармакотерапии и методы ее преодоления. Психиатрия и психофармакотерапия им. П.Б. Ганнушкина. 2002. № 4. С. 132-136.
19. Мосолов С. Н. Тревожные и депрессивные расстройства: коморбид-ность и терапия. М.: АртинфоПаблишинг, 2007.
20. Оганов Р.Г., Ольбинская Л.И., Смулевич А.Б. Депрессия и расстройства депрессивного спектра в общемедицинской практике. Результаты программы - КОМПАС // Кардиология. 2006. № 1. С. 48-55.
21. Плужников И.В. Нарушения эмоционального интеллекта при расстройствах аффективного спектра и шизофрении // Психология и педагогика. 2009. С. 211-213.
22. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. СПб.: Питер Ком, 1999. 36 с.
23. Симонов П.В. Эмоциональный мозг. М.: Наука, 1981. 215 с.
24. Симуткин Г.Г., Яковлева А.Л., Бохан Н.А. Проблема коморбидности аффективных расстройства и расстройств личности // Социальная и клиническая психиатрия. 2014. № 2. С. 92-98.
25. Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б., Тхостов А.Ш. и соавт. Психопатология депрессий (к построению типологической модели) // Депрессии и коморбидные расстройства (Под ред. А.Б.Смулевича). М., 1997. С. 28-53.
26. Смулевич А.Б., Дубницкая Э.Б., Читлова В.В. Расстройства личности и депрессия // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С.Корсакова. 2012. Т. 112, № 9. С. 4-11.
27. Соколова Е.Т., Николаева В.В. Особенности личности при пограничных расстройствах и соматических заболеваниях. М.: SvR - Аргус, 1995. С. 360.
28. Степанов И.Л. Ваксман А.В. Особенности течения циркулярных депрессий у больных с сопутствующим личностным расстройством. //Социальная и клиническая психиатрия. Москва. 2013. № 4. С. 32-36.
29. Степанов И.Л. Ангедония как диагностический, прогностический и дезадаптирующий фактор при различных типах депрессий (феноменология, динамика, принципы терапии): Дисс. ... докт. мед. наук. М., 2004. С. 82-97.
30. Степанов И.Л. Диагностика и структурные особенности ангедо-нических нарушений больных депрессиями // Журн. Социальная и клиническая психиатрия. 2004. Т. 14. № 1. С. 44-51.
31. Степанов И.Л. Прогностическое значение особенностей ангедонии в клинической картине и социально-психическом функционировании больных депрессиями // Социальная и клиническая психиатрия. 2004. Т. 14. № 4 С. 27-31.
32. Степанов И.Л., Горячева Е.К. Соотношение личностно-волевых особенностей, аффективного компонента и уровня социального функционирования больных депрессией //Социальная и клиническая психиатрия. 2011. № 2. С. 12-15.
33. Тиганов А.С. Общая психопатология. Курс лекций. М., 2009. 128 с.
34. Тхостов А.Ш., Колымба И.Г. Феноменология эмоциональных явлений // Вестн. Моск. ун-та. 1999. № 2. С. 3-14.
35. Холмогорова А.Б. Теоретические и эмпирические основания интегративной психотерапии расстройств аффективного спектра: Дисс. ... докт. психол. наук. М., 2006.
36. Шибанова Н.И. О некоторых клинических особенностях течения затяжных депрессивных состояний в позднем возрасте // Актуальные вопросы психиатрии в трудах молодых ученых. М.: Моск. НИИ психиатрии, 1972. С. 37-38.
37. Шмуклер А.Б. Социальное функционирование и качество жизни психически больных: Дисс. ... докт. мед. наук. М., 1999. 423 с.
38. Шнайдер К. Клиническая психопатология. Классификация психопатологических личностей. www.psychiatry.ru/library - интернет - ресурс НЦПЗРАМН.
39. Яковлева А.Л., Симуткин Г.Г. Влияние коморбидности аффективных и личностных расстройств на основные клинические характеристики текущего депрессивного эпизода и суицидальное поведение // Суицидология. 2014. № 3. С. 47-52.
40. Akiskal H.S., Mendlowicz M.V., Jean-Louis G., Rapaport M.H., Kelsoe J.R., Gillin J.C. et al. TEMPS-A: validation of a short version of a self-rated instrument designed to measure variations in temperament // J. Affect. Dis. 2005. Vol. 85. P. 45-52.
41. Akiskal H.S., Weise R.E. The clinical spectrum of so - called "minor" depressions // Am. J. Psychother. 1992. Vol. 46. N 1. P. 9-22.
42. Avanzoni G. Is Toleranceto Antiepileptic Drugs Clinically Relevant? // Epilepsia. 2006. N 47. Р. 1285-1287.
43. Baker F. Intagliata J. Quality of life in the evaluation of community support system // Evaluation Program Planning. 1982. Vol. 5. P. 69-79.
44. Berenbaum H., McGrew J. Familial resemblance of schizotypic traits // Psychol. Med. 1993. Vol. 23. N 2. P. 327-333.
45. Berenbaum H., Oltmanns T.F., Gottesman I.I. Hedonic capacity in schizophrenics and their twins // Psychol. Med. 1990. Vol. 20. N 2. P. 367-374.
46. Bernstein A.S., Riedel J.A. Psychophysiological response patterns in college students with high physical anhedonia: scores appear to reflect schizotypy rather than depression //Biol. Psychiatry. 1987. Vol. 22. N 7. P. 829-847.
47. Blanchard J.J., Bellack A.S, Mueser K.T. Affective and social-behavioral correlates of physical and social anhedonia in schizophrenia // J. Abnorm. Psychol. 1994. Vol. 103. P. 719-728.
48. Blanchard J.J., Gangestad S.W., Brown S.A., Horan W.P. Hedonic capacity and schizotypy revisited: a taxometric analysis of social anhedonia // J. Abnorm. Psychol. 2000. Vol. 109. N 1. P. 87-95.
49. Blanchard J.J., Horan W.P., Brown S.A. Diagnostic differences in social anhedonia: a longitudinal study of schizophrenia and major depressive disorder //J. Abnorm. Psychol. 2001. Vol. 110. N 3. P. 363-371.
50. Blanchard J.J., Mueser K.T., Bellack A.S. Anhedonia, positive and negative affect, and social functioning in schizophrenia // Schizophr. Bull. 1998. Vol. 24. N 3. P. 413-424.
51. Bleuler E. Dementia Praecox of the Group of Schizophrenias // Zinkin J. (trans.). N-Y. Int. Univer. Press, 1950.
52. Brown L.H., Silvia P.J., Myin-Germeys I., Lewandowski K.E., Kwapil T.R. The relationship of social anxiety and social anhedonia to psychometrically identified schizotypy // J. Soc. Clin. Psychol. 2008. Vol. 27. P. 127-149.
53. Chapman L., Chapman J., Raulin M. Scales for Physical and Social Anhedonia // J. Abnorm. Psychol. 1976. Vol. 85. N 4. P. 374-382.
54. Conradi H.J., Ormel J., de Jonge P. Presence of individual (residual) symptoms during depressive episodes and periods of remission: a 3-year prospective study // Psychol. Med. 2011. Vol. 41. P. 1165-1174.
55. Corruble E., Ginestet D., Guelfi J. Comorbidity of personality disorder and unipolar major depression: a review // J. Affect. Dis. 1996. Vol. 37. P. 157-170.
56. Erlenmeyer-Kimling L., Cornblatt B.A., Rock D., et al. The New York High-Risk Project: anhedonia, attentional deviance, and psychopathology // Schizophr. Bull. 1993. Vol. 9. P. 41-53.
57. Ey H. Etudes Psychiatriques. Paris, 1954. 787 s.
58. Fan A.H., Hassell J. Bipolar disorder and comorbid personality psychopathology: a review of the literature. To examine the prevalence of personality disorder comorbidity in bipolar disorder and examine the effects of this comorbidity on bipolar disorder patients // J. Clin. Psychiatr. 2008. Vol. 69, N 11. P. 1794-1803.
59. Fleck M.P., Lima A.F., Louzada S., Schestasky G., Henriques A., Borges V.R., Camey S. Association of depressive symptoms and social functioning in primary care service. Brazil // Rev. Saude Publica. 2002. Vol. 36. P. 431-438.
60. Foussias G., Agid O., Fervaha G., Remington G. Negative symptoms of schizophrenia: Clinical features, relevance to real world functioning and specificity versus other CNS disorders // Eur. Neuropsychopharmacol. 2014/ Vol. 24, N 5. P. 693-709.
61. Foussias G., Remington G. Negative Symptoms in Schizophrenia: Avolition and Occam's Razor // Schizophr. Bull. 2008. Vol. 36. P. 359-369.
62. Gunderson J., Philips P. A current view of the interface between borderline personality disorders and depression //Am. J. Psychiatry. 1991. Vol. 148. P. 967-975.
63. Hasin D.S., Goodwin R.D., Stinson F.S., Grant B.F. Epidemiology of Major Depressive Disorder Results From the National Epidemiologic Survey on Alcoholism and Related Conditions // Arch. Gen. Psychiatr. 2005. Vol. 62. P. 1097-1106.
64. Hay D.A., Martin N.G., Foley D., Treloar S.A. et al. Phenotypic and genetic analyses of a short measure of psychosis-proneness in a large-scale Australian twin study // Twin. Res. 2001. Vol. 4. N 1. P. 30-40.
65. Helmchen H. Therapy resistance in depression // Problems of psychiatry in general practice / M.Gastpar, P.Kielholz (Eds.). 1991. P. 97-106.
66. James W. The Varieties of Religious Experience. London: Longmans, Green & Co., 1902.
67. Judd L.L., Akiskal H.S., Zeller P.J., Paulus M., Leon A.C., Maser J.D., Endicott J., Coryell W., Kunovac J.L., Mueller T.I., Rice J.P., Keller M.B. Psychosocial disability during the long-term course of unipolar major depressive disorder // Arch. Gen. Psychiatry. 2000. Vol. 57. P. 375-380. Comment in: Arch. Gen. Psychiatry. 2000. Vol. 57. P. 381-382.
68. Judd L.L., Akiskal H.S., Maser J.D., Zeller P.J., Endicott J., Coryell W., Paulus M.P., Kunovac J.L., Leon A.C., Mueller T.I., Rice J.A., Keller M.B. A prospective 12-year study of subsyndromal and syndromal depressive symptoms in unipolar major depressive disorders // Arch. Gen. Psychiatry. 1998. Vol. 55. P. 694-700.
69. Katsanis J., Iacono W.G., Beiser M. Anhedonia and perceptual aberration in first-episode psychotic patients and their relatives // J. Abnorm. Psychol. 1990. Vol. 99. P. 202-206.
70. Katsanis J., Iacono W.G., Beiser M., Lacey L. Clinical correlates of anhedonia and perceptual aberration in first-episode patients with schizophrenia and affective disorder // J. Abnorm. Psychol. 1992. Vol. 101. N 1. P.184-191.
71. Katschnig H. How useful is the concept of quality of life in psychiatry? // Curr. Opin. Psychiatr. 1997. Vol. 10. P. 337-345.
72. Keltner D., Kring A. Emotion, social function, and psychopathology // Rev. Gen. Psychol. 1998. Vol. 2. P. 320-342.
73. Klein D.F. Endogenomorphic depression: A conceptual and terminological revision // Arch. Gen. Psychiatr. 1974. Vol. 31. P. 447-454.
74. Klein M., Wonderlich S., Shea T. Models of relationships between personality and depression: toward a framework for theory and research // Person. Depression / M.Klein, D.Kupfer, T.Shea (Eds.). N.Y.-London: Guilford Press, 1993. P. 1-45.
75. Klein D.N., Harding K., Taylor E. B., & Dickstein S. Dependency and self-criticism in depression: Evaluation in a clinical population // J. Abnorm. Psychol. 1988. Vol. 97. P. 399-404.
76. Kraepelin E. Dementia Praecox and Paraphrenia. Edinburg: E. and Livingstone S., 1919.
77. Kwapil T.R. Social anhedonia as a predictor of the development of schizophrenia-spectrum disorders // J. Abnorm. Psychol. 1998. Vol. 107. N 4. P. 558-565.
78. Kwapil T.R., Miller M.B., Zinser M.C., Chapman J., Chapman L.J. Magical ideation and social anhedonia as predictors of psychosis proneness: a partial replication // J. Abnorm. Psychol .1997. Vol. 106. N 3. P. 491-495.
79. Lenzenweger M.F., Lane M., Loranger A.W. et al. DSM-IV personality disorders in the National Comorbidity Survey Replication (NCS-R) // Biol. Psychiatr. 2007. Vol. 62, N 6. P. 553-564.
80. Loas G. Vulnerability to depression: a model centered on anhedonia // J. Affect. Dis. 1996. Vol. 4. N 41. P. 39-53.
81. Loas G., Noisette C., Legrand A., Boyer P. Anhedonia, depression and the deficit syndrome of schizophrenia //Acta Psychiatr. Scand. 1996. Vol. 94. N 6. P. 477-479.
82. Luty S.E., Joyce P.R., Mulder R.T., McKenzie J.M. Social adjustment in depression: the impact of depression severity, personality, and clinic versus community sampling // J. Affect. Dis. 2002. Vol. 70. P. 143-154.
83. Matthews G., Zeidner M., Roberts R. Emotional intelligence: Science
and myth. Cambridge, MA: MIT Press, 2002.
84. Meehl P. Schizotaxia, Schizotypy, Schizophrenia // Am. Psychol. 1962. Vol. 17. P. 827-838.
85. Meehl P. Hedoniccapacity: Someconjectures // Bull. Menning. Clin. 1975. Vol. 39. P. 295-307.
86. Meehl P.E. Primary and secondary hypohedonia //J. Abnorm. Psychol. 2001. Vol. 110. N 1. P. 188-193.
87. Melartin T., Rytsala H., Leskela U. et al. Characteristics of patients with major depressive disorder // Bipolar. Dis. 2002. Vol. 6. P. 395-405.
88. Millon T., Davis R., Disirders of Personality: DSM-IV and Beyond. NewYork, Wiley, 1996.
89. Mulder R. Personality pathology and treatment outcome in major depression: a review // Am. J. Psychiatry. 2002. Vol. 159. N 3. P. 359-369.
90. Newton-Howes G., Tyrer P., Johnson T. Personality disorder and the outcome of depression: meta-analysis of published studies // Br. J. Psychiatry. 2006. Vol. 188. P. 13-20.
91. Rado S. Psychoanalysis of Behavior Collected Papers. N-Y.: Grune and Stratton Inc., 1956.
92. Reich T., Eerdewegh P.V., Rice J. et al. A comparison of DSM-III personality disorders in acutely ill panic and depressed patients // J. Anxiety Dis. 1987. Vol. 1. P. 123-131.
93. Ribot T. The Psychology of Emotions. London: W. Scott Ltd., 1897.
94. Riminger B. Depression and personality disorders: mutual influences // Encephale. 2010. Vol. 36, Suppl. 5. P. S123-S126.
95. Ritsner M., Arbitman M., Lisker A. Anhedonia Is an Important Factor of Health-Related Quality-of-Life Deficit in Schizophrenia and Schizoaffective Disorder // J. Nerv. Ment. Dis. 2011. Vol. 199. P. 845-853.
96. Romney D.M., Candido C.L. Anhedonia in depression and schizophrenia: a re- examination // J. Nerv. Ment. Dis. 2001. Vol. 189. P. 735-740.
97. Rytsala H.J., Melartin T.K., Leskela U.S., Lestela-Mielonen P.S., Sokero T.P., Isometsa E.T. Determinants of functional disability and social adjustment in major depressive disorder: a prospective study // J. Nerv. Ment. Dis. 2006. Vol. 194. P. 570-576.
98. Rytsala H.J., Melartin T.K., Leskela U.S., Sokero T.P., Lestela-Mielonen P.S., Isometsa E.T. Functional and work disability in major depressive disorder // J. Nerv. Ment. Dis. 2005. Vol. 193. P. 189-195.
99. Sanderson W., Beck A., Keswani L. Prevalence of personality disorders in patients with major depression and dysthymia // Psychiatr. Res. 1992. Vol. 42. P. 92-99.
100. Schiavone P., Dorz S., Conforti D. et al. Comorbidity of DSM-IV personality disorders in unipolar and bipolar affective disorders: a comparative study // Psychol. Rep. 2004. Vol. 95. P. 121-128.
101. Schrader G.D. Does anhedonia correlate with depression severity in chronic depression? // Compr. Psychiatry. 1997. Vol. 38. N 5. P. 260-263.
102. Schuck J., Leventhal D., Rothstein H., Irizarry V. Physical anhedonia and schizophrenia // J. Abnorm. Psychol. 1984. Vol. 93. P. 342-344.
103. Shea M.T., Glass D.R., Pilkonis P. A. et al. Frequency and implications of personality disorders in a sample of depressed in patients // J. Person. Dis. 1987. Vol._L P. 27-42.
104. Shimoda M. Uber das manisch-depressive Irresein // Med. Zischr. Yonago. 1950. Vol. 2. P. 1-2.
105. Skodol A.E. Manifestations, clinical diagnosis, and comorbidity // Textbook of Personality Disorders / J.M. Oldham, A.E. Skodol, D.S. Bender (Eds.). Washington, DC: American Psychiatric Publishing Press, Inc. 2005. P. 57- 88.
106. Sovner R.D. The clinical characteristics and treatment of atypical depression // J. Clin. Psychiatry. 1981. Vol. 42. N 7. P. 285-289.
107. Tellenbach H. Melancholy. Pittsburgh: Duquesne University Press, 1980.
108. Zimmerman M., Coryell W. DSM-III personality disorder diagnoses in a nonpatient sample: Demographic correlates and comorbidity // Arch. Gen. Psychiatry. 1989. Vol. 46. P. 682-689.
109. Zoller M.E., Karlsson E., & Archer T. Self-Rated Affect Among Adults Presenting Psychiatric Diagnosis // Individ. Differ. Res. 2009. Vol. 7. P. 14-28.
ВОЗМОЖНЫЕ ПОДХОДЫ К АНАЛИЗУ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ЛИЧНОСТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ И ДЕПРЕССИИ БОЛЬНЫХ АФФЕКТИВНЫМИ РАССТРОЙСТВАМИ
И.Л. Степанов, Б.Е. Козлов
В статье рассматриваются оригинальные подходы к анализу личностных особенностей и депрессивного состояния больных аффективными расстройствами. Предлагаются направления исследования соотношения личностных и депрессивных особенностей при аффективных расстройствах с учетом как в целом типологии личностных радикалов, так и отдельных неспецифических
личностных характеристик: ангедонии, волевой саморегуляции, эмоционального интеллекта с оценкой уровня социального функционирования больных.
Ключевые слова: депрессия, расстройства личности, неспецифические особенности личности, ангедония, волевая саморегуляция, эмоциональный интеллект, социальное функционирование.
POSSIBLE APPROACHES FOR ANALYSIS OF PERSONAL TRAITS AND DEPRESSION OF PATIENTS WITH AFFECTIVE DISORDERS
I.L. Stepanov, B.E. Kozlov
Original approaches for analysis of personal traits and depression of patients with affective disorders are considered in the article. The course of relations between personal and depressive factors research is suggested, taking into account general personality typology and distinct nonspecific personal traits as anhedonia, volitional self-regulation, emotional
intelligence, including social functioning assessment.
Key words: depression, personality disorder, nonspecific personal traits, anhedonia, volitional self-regulation, emotional intelligence, social functioning.
Степанов Игорь Львович - доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник отдела клинико-патогенетических исследований в психиатрии (отделение расстройств аффективного спектра) Московского научно-исследовательского института психиатрии - филиала ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П.Сербского»; e-mail: stigl2006@rambler.ru
Козлов Борис Евгеньевич - аспирант отдела клинико-патогенетических исследований в психиатрии (отделение расстройств аффективного спектра) Московского научно-исследовательского института психиатрии - филиала ФГБУ «НМИЦ ПН им. В.П. Сербского»; e-mail: b.e.kozlov@hotmail.com
Подписывайтесь на наш журнал в местных почтовых отделениях связи
Индекс журнала 73358
Адрес редакции:
107076, МОСКВА, ПОТЕШНАЯ УЛ. 3, МОСКОВСКИЙ НИИ ПСИХИАТРИИ
РЕДАКЦИЯ ЖУРНАЛА «СОЦИАЛЬНАЯ И КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХИАТРИЯ»
Тел. (495) 963-76-63