Научная статья на тему 'Возможность регулирования экономической динамики посредством воздействия на отклонение валютного курса от паритета покупательной способности'

Возможность регулирования экономической динамики посредством воздействия на отклонение валютного курса от паритета покупательной способности Текст научной статьи по специальности «Экономика и бизнес»

CC BY
716
98
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
ПАРИТЕТ ПОКУПАТЕЛЬНОЙ СПОСОБНОСТИ / ВАЛЮТНЫЙ КУРС / ОБМЕННЫЙ КУРС / ОТКЛОНЕНИЕ ПАРИТЕТ / PURCHASING POWER PARITY / CURRENCY RATE / EXCHANGE RATE / MISALIGNMENT

Аннотация научной статьи по экономике и бизнесу, автор научной работы — Моисеев Антон Кириллович, Черковец Марина Владимирована

Рассматривается отклонение паритета покупательной способности национальных валют от их номинального обменного курса и влияние этого отклонения на экономический рост. Проводится анализ отклонений для ведущих стран мира, путём корреляционного анализа подтверждаются зависимости между снижением отклонения ППС от обменного курса и повышенным темпом экономического роста. Формулируются постановки задач для дальнейших исследований инвестиционных и инфляционных процессов в экономиках с высоким отклонением ППС от обменного курса.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

On the Possibility of Regulating Economic Growth by Targeting Misalignment between Purchasing Power Parity and Exchange Rate

Authors analyse the misalignment between purchasing power parity of national currencies and their nominal exchange rates as well as the influence of such misalignment on economic growth. Leading world countries' misalignments are analysed and the proof of strong link between misalignment decrease and increased economic growth is found by correlation analysis. Further research tasks targeting investment and inflation processes in the economies with high misalignment levels are defined.

Текст научной работы на тему «Возможность регулирования экономической динамики посредством воздействия на отклонение валютного курса от паритета покупательной способности»

А.К. Моисеев, M.В. Черковец

ВОЗМОЖНОСТЬ РЕГУЛИРОВАНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДИНАМИКИ ПОСРЕДСТВОМ ВОЗДЕЙСТВИЯ НА ОТКЛОНЕНИЕ ВАЛЮТНОГО КУРСА ОТ ПАРИТЕТА ПОКУПАТЕЛЬНОЙ СПОСОБНОСТИ

Отклонение1 2 паритета покупательной способности (ППС) от валютного курса исследовали многие известные экономисты. Из наиболее фундаментальных исследований можно отметить работы Кругмана [1-2], Тэйлора [3], Йотопулоса [4-5], рабочие доклады экономистов Всемирного банка и Международного валютного фонда (МВФ). В российской экономической науке исследования по данной тематике систематизированы и развиты в монографии А. А. Черемухина 2005 г.[6].

Нередко утверждается (например, в [5]), что высокий уровень отклонения ППС от реального валютного курса отрицательно воздействует на экономический рост. Этот вывод производился на основе исследований по множеству стран на материале 1980-х, 1990-х и 2000-х годов. Отмечалось, например, что в странах Африки высокое отклонение ППС от реального валютного курса подавляло рост, в то время как в странах Азии низкое отклонение ППС от курса наоборот, рост стимулировало.

Уточним понятие «отклонения». Предположим, оценивается паритет покупательной способности евро/рубль по стоимости бензина. В Европе бензин стоит в среднем 1,8 евро/л, а в России - 33 руб./л (условно). Тогда паритет покупательной способности, рассчитанный по бензину, будет 33/1,8 =18,33 руб./евро.

1 Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (проекты № 14-02-00286 и № 13-02-00279).

2 В англоязычной литературе - misalignment.

Если текущий курс евро к рублю составляет 43 руб./евро (условно), то отклонение текущего курса от ППС будет составлять 43/18,33 = 2,35.

Таким образом, в нашем условном примере рубль по ППС (рассчитанному по одному товару) крепче, чем по текущему валютному курсу, к евро в 2,35 раза.

Публикуемые ППС из соображений сравнимости рассчитываются к одной мировой валюте - к доллару США. МВФ и Всемирный банк ссылаются на таблицы учета мирового роста Penn World Tables (ранее рассчитывались университетом Калифорнии, ныне - университетом Гронингена). В общем случае для расчета ППС учитываются цены на все сравнимые продукты в двух странах, затем соотношения цен взвешиваются по структуре продукта для базовой страны. Так как публикуемые ППС рассчитываются к доллару, то базовая страна -это всегда США. Естественно, структуру продукта можно брать как со стороны потребления, так и со стороны выпуска -поэтому используются два показателя: ППС для потребительского рынка и ППС для валового выпуска. Они отличаются несущественно, но систематически: ППС для потребительского рынка обычно ближе к текущему курсу.

Что касается валютного курса, необходимо сделать уточнение. Когда говорят о «реальном валютном курсе», то имеют в виду учет поправки на разность инфляций между странами. Поэтому нельзя рассчитать «реальный» валютный курс для одного отдельно взятого года, но можно посчитать динамику «реального» и текущего валютного курса относительно года, принятого за базовый.

Классическая теория Балассы-Самуэльсона утверждает, что в более богатых странах будет наблюдаться устойчиво завышенный уровень цен по сравнению с более бедными странами. Это означает, что ППС бедных стран будет систематически отличаться от текущего валютного курса, который будет занижен по отношению к ППС. Недостаток практических подтверждений этой теории обычно приписывают «шуму» от волатильности номинального валютного курса, воздействию регулятивных норм и движению капитала, которое затушевывает разницу в производительности факторов между странами.

Можно предложить и иной подход к исследованию отклонения рыночного валютного курса от ППС.

Динамика номинального валютного курса на развивающихся рынках подвергается регулированию разной степени жесткости. Неразвитость национальных фондовых и финансовых рынков создает опасность внешних манипуляций курсами и котировками внутренних активов, поэтому развивающиеся страны нередко сохраняют контроль над движением капитала. После мирового финансового кризиса 1997-1998 гг. даже такие организации как МВФ, ранее всегда выступавшие против контроля над движением капитала, признали, что в некоторых случаях (например, в Малайзии) поддержание контроля над трансграничным движением капитала выгодно для национальной экономики и может помочь ей пережить внешние шоки.

Авторы предполагают, что управление номинальным курсом национальной валюты в целях развития отечественной промышленности должно приводить к занижению валютного курса, что создает конкурентные преимущества экспортерам и тем внутренним производителям, которые конкурируют с импортом. Что при этом происходит с ценами на торгуемые и неторгуемые товары и услуги5? Устойчива ли разница между внутренними и внешними ценами, получающаяся в результате занижения валютного курса?

В данной ситуации может возникать несколько различных сценариев.

Сценарий первый. Разница в ценах позволяет отечественным производителям занять более высокую долю рынка, вытеснив импорт. Они поддерживают ценовую разницу ради сохранения конкурентоспособности, и происходит количественный рост ВВП при низкой инфляции.

Сценарий второй. Разница в ценах позволяет отечественным производителям поднять цены до уровней, определяемых новым валютным курсом и получать повышенную прибыль в национальной валюте. В этом случае рост экономики связан с повышенным инфляционным фоном, а физический рост ВВП проявляется позже, когда повышенная прибыль превращается

5 В англоязычной литературе: tradables и non-tradables.

в инвестиции (как за счет накопления собственных средств у предприятий, так и за счет повышенной инвестиционной привлекательности прибыльных отраслей). При этом сценарии население становится беднее: сбережения обесцениваются за счет повышенной инфляции, доходы в среднем растут медленнее, чем цены. Если в экономике сбережения населения невелики и не являются главным источником для инвестиций, то экономический рост не подавляется, в противном случае на рост воздействуют разнонаправленные факторы и результирующий вектор неочевиден.

Сценарий третий. Разница в ценах нивелируется быстрым изменением внутренних цен - если цены в экономике достаточно эластичны, то масштаб цен и доходов быстро подстраивается под новый уровень курса. Такой сценарий будет скорее характерен для малых открытых экономик - но так как в реальной жизни нет смысла сознательно занижать курс валюты, если это не даст конкурентных преимуществ, то такой сценарий должен сопровождаться особыми мерами по предотвращению эластичного изменения цен и/или доходов.

Во всех представимых сценариях динамика ВВП связана, скорее, с изменением структуры цен, с балансировкой торгуемых и неторгуемых товаров и услуг. Как это часто бывает, торгуемые и неторгуемые на потребительском рынке разделяются не только по происхождению товара или услуги, но и по доходу потребителя: высокодоходные страты потребителей могут выбирать наиболее качественную продукцию и являются преобладающими потребителями импорта, в то время как низкодоходные потребляют относительно больше отечественной продукции, причем доля неторгуемых услуг в их потреблении существенно выше. Поэтому при существенном расслоении общества по уровню доходов (что характерно в целом для развивающихся рынков) управление валютным курсом эффективно воздействует как минимум на потребительский рынок.

Чтобы проверить эти предположения на практике, необходимо сопоставить уровни отклонения ППС от текущего валютного курса (что показывает, с одной стороны, степень занижения курса, а с другой - потенциальный разрыв цен на

торгуемые и неторгуемые товары и услуги в экономике) и динамику физического ВВП, а также инфляционный фон.

Раз

Год

Рис. 1. Отклонения текущего валютного курса от ППС для некоторых стран:

-□- Бразилия; -а- Китай;-Франция; — Норвегия;

-♦- Россия;----Великобритания

Начнем с отклонений ППС от валютного курса. Выразим его в отношении: «Среднегодовой валютный курс/ППС». Для многих стран этот безразмерный коэффициент находится в районе 1,5-2. На Рис. 1 приведены отклонения валютного курса от ППС с 1980 г. по 2011 г. для Бразилии, Китая, Франции, Норвегии, России и Великобритании.

Хорошо заметно, например, что отклонение для Великобритании колеблется вокруг единицы - это значит, что валютный курс фунта стерлингов весьма близок к его покупательной способности, а структура цен Великобритании в целом соответствует структуре цен США. Снижение отклонения для фунта стерлингов с 2003 г. по 2008 г. свидетельствует о том, что цены в Великобритании в этот период были устойчиво выше американских, а конкурентоспособность британской экономики была понижена. Но возврат к единице в 2009 г. выправил ситуацию. Франция, как представитель зоны евро, сле-

дует общей тенденции переоцененного евро, что замедляет рост еврозоны. Снижение курса евро существенно помогло бы не только экономическому росту этих стран, но и решению долговых проблем - но как раз проблемы накопленных долгов заставляют кредиторов поддерживать евро на высоком уровне, чтобы не потерять в стоимости своих активов.

Для Норвегии с начала 2000-х гг. наблюдается устойчивое увеличение отклонения вниз от единицы. Это означает, что Норвегия становится все более дорогой страной по сравнению с США, что вполне объяснимо ее положением богатой нефтедобывающей страны. Действительно, уровень цен в Норвегии превосходит ценовые уровни как США, так и Европы, но при этом и доходы в этой стране самые высокие. При ранжировании всех стран мира (имеющих статистическую отчетность по отработанному времени трудящихся) по показателю «объем ВВП в международных долларах, созданный одним работающим за один час» Норвегия выходит на первое место. Пока не наблюдается обратного движения, Норвегия является хорошим подтверждением теоремы Балассы-Самуэльсона.

Китай в течение длительного периода имел существенно заниженный валютный курс по отношению к ППС. С 1990 г. и до 2007 г. отклонение было устойчиво выше 2, а до 2003 г. оно держалось на уровне 2,5. Несмотря на постоянное давление со стороны основного торгового партнера Китая - США - Китай не шел на приближение номинального курса к ППС, сохраняя заниженный курс ради поддержки собственной промышленности. Забегая вперед, заметим, что занижение курса само по себе не существенно помогало росту ВВП: пока отклонение поддерживалось на высоком уровне, рост китайского ВВП был не настолько высок, как в том периоде, когда отклонение начало сокращаться.

Бразилия - пример страны, которая за 10 лет с 2002 г. по 2011 г. снизила отклонение ППС от номинального курса с 2,5 до единицы. Это, с одной стороны, не позволяло существенно снизить инфляцию, но с другой, было постоянным источником экономического роста. Теперь же этот потенциал уже исчерпан и данный фактор роста перестанет работать, поэтому с 2012 г. Бразилию ожидает существенное падение темпов роста до среднемировых.

Группировка стран мира по величине отклонения ППС от номинального курса показывает неожиданные результаты.

По данным, публикуемым МВФ (основанных на Penn World Tables), можно рассчитать отклонение ППС от номинального курса с 1980 г. по 2008 г. Уточним, что размер выборки в расчетах меняется от 130 стран до 189 к концу периода. Данные по ППС публикуются с существенным отставанием, поэтому они за последние годы доступны только для ведущих стран, публикующих оперативную статистику.

Итак, восьмидесятые годы ХХ века характеризуются классическим нормальным распределением: большинство стран находится в зоне 1-1,5 (т.е. ППС большинства стран находится практически на одном уровне с номинальным курсом), следующая большая группа - от 0,5 до 1. Далее размер групп убывает в соответствии с нормальным распределением.

В 1992 г. ситуация поменялась.

В качестве реперных точек были взяты 1982, 1992 и 2002 гг., так как «круглые» даты не попадают на «типичные» годы: 1980 г. характеризуется максимальной ценой на нефть, к 1982 г. она существенно упала (второй нефтяной кризис). 1990 г. не позволяет учесть характеристики стран пост-советского пространства, 1992 г. - это начало постсоветского периода и от него можно отсчитывать динамику экономических параметров этих стран. 2002 г. - это начало бурного экономического роста по всему миру: растут цены на сырье (в том числе на углеводороды), развивается рынок недвижимости, вводятся в активное обращение новые производные финансовые инструменты, компании реального сектора активно выходят на рынок займов, так как банковского финансирования уже не хватает в странах, где ранее оно превалировало.

С этой точки зрения, 2012 г. должен стать следующим реперным годом. Действительно, 2010 г. характерен массовым падением ВВП после мирового финансового кризиса: многие экономические тренды оказались сломаны, финансовый рынок был фактически разрушен взаимным недоверием. 2012 г. - это год начала «нового» цикла, характеризуемого активной эмиссией денег со стороны центральных банков по всему миру,

восстановлением экономического роста в Европе, сменой подходов к необходимости регулирования рынков во многих развитых демократических странах.

В 1982 г. произошел сдвиг в нашем распределении отклонений в сторону общего увеличения их масштаба. Самая большая группа стран теперь имеет отклонение в пределах от 1,5 до 2. Это также означает, что цены в самых богатых странах начинают отрываться от цен большинства стран, идет структурный сдвиг производства от традиционных отраслей в сторону услуг. Частично это последствие нефтяных кризисов, частично - результат действия финансовых факторов.

Следующая реперная точка, 1992 г., показывает еще больший сдвиг в сторону больших значений отклонений. Намечается большая группа стран, имеющих отклонение от 2,5 до 5, вторая по размеру. Все больше стран, таким образом, имеют заниженный курс валюты по отношению к доллару. Или же можно сказать, что доллар оказывается существенно переоцененным относительно остальных валют. Эта тенденция достигает своего апогея в 2002 г., когда число стран, имеющих отклонение от 2,5 до 5, становится максимальным: 92 страны, более 50% выборки.

С одной стороны, это иллюстрация переоцененности доллара, с другой - сложно представить себе альтернативу, с учетом роли доллара как мировой валюты. Финансовый спрос на доллар определяет его востребованность и высокую стоимость долларовых товаров. Одновременно это определяет отрицательное сальдо текущего баланса США, откуда берет свое начало проблема «двойного дефицита» - дефицита платежного баланса и бюджета США.

2000-е годы характеризуются быстрым экономическим ростом во многих странах мира. Так как рост экономики идет неравномерно по отраслям - одни развиваются быстрее, другие медленнее - то идут и структурные ценовые сдвиги. Инвестиции в неторгуемые сектора базируются на предположениях, что цены в них будут расти. Когда растут цены в неторгуемых секторах, в случае заниженного курса отклонение ППС от номинального курса сокращается. Поэтому можно предположить, что будет наблюдаться мощная корреляция между снижением отклонения и экономическим ростом.

Чтобы наглядно представить динамику отклонений за рассматриваемый период, укрупним интервалы изменения отклонения, оставим три интервала: до единицы (переоцененность по отношению к доллару), от единицы до двух (основная масса стран) и от 2 до 5 (существенно заниженный валютный курс).

Мощность выборки на рассматриваемом периоде изменяется от 130 до 189 стран. Для сравнимости распределение количества стран по интервалам представлено в долях единицы. Сужение выборки до стран, присутствующих на всем периоде анализа (исключая по очевидным причинам такие страны, как страны СНГ или ФРГ) не дает изменения характера картинки, отчасти потому, что отклонения не взвешиваются по экономической мощи страны.

Как видно на рис. 2, доля стран с переоцененным относительно ППС курсом довольно невелика и стабильно составляет около 10% выборки. Это в основном европейские страны.

Количество

стран

Рис. 2. Динамика распределения отклонений, выборка меняется со 130 до 189 стран -— 0-1;------------1-2; -л- 2-5

Интересно, что к введению евро их доля снизилась почти до нуля (т. е. европейские страны получили выгодные условия по курсовой конкурентоспособности), но после введения единой

валюты - евро - довольно быстро вернулась на предыдущее значение - около 10%, и росла до 15% к 2011 г.

После принятия новых стран в Еврозону отклонение для евро не снижалось, как следовало бы из теории, но оставалось стабильным или росло. Единственный год, когда отклонение ППС евро от текущего курса снизилось, - это 2009 г., в самый разгар финансового кризиса.

Благодаря относительной стабильности доли этих стран можно наблюдать практически зеркальную динамику двух остальных сегментов выборки. До начала 1990-х годов преобладала доля стран с относительным близкими значениями ППС и номинального курса. С 1993 по 2007 г. ситуация поменялась -преобладала доля стран с отклонением, превосходящим 2. Это значит, что во множестве стран внутренние цены существенно отличались от мировых. Структурные изменения и доступность кредита с начала 2000-х годов позволили этим странам начать экономический рост, период с 2003 по 2007 г. ознаменовался небывало высокими темпами роста в целом по миру. Эти же изменения привели к схлопыванию разницы между ППС и номинальным курсом, к сближению цен на торгуемые и неторгуемые товары и услуги. Это проиллюстрировано на графике (см. Рис. 2) падением доли стран с отклонением, превышающим 2, с 2003 по 2007 г. В 2007 г. доля стран с ППС, близким к номинальному курсу (отклонение менее 2) превзошла долю стран с высоким отклонением, и такой тренд продолжился до 2011 г.

Таким образом, потенциал роста за счет увеличения разрыва между валютным курсом и ППС накапливался с 1992 по 2002 г. и использовался (т.е. уменьшался) с 2003 по 2007 г.

С теоретической точки зрения можно предположить, что высокие значения отклонения говорят о заниженном курсе национальной валюты, а заниженный курс валюты должен означать относительно низкий уровень импорта. Оценка корреляции на анализируемом периоде доли импорта в ВВП и отклонения ППС от номинального курса для всех стран не показывает существенной отрицательной корреляции между отклонением и долей импорта. Обращает на себя внимание лишь случай России, имеющей наи-

большую положительную корреляцию доли импорта и отклонения (0,97). Посмотрим на этот феномен подробнее (рис. 3).

%

Раз

0\ 0\ 0\ 0\ 0\ 0\

O' Ui O' O' Ui O'

<N<N<N<N<N<N<N<N<N<N<N<N

16

14

12

10

8

6

4

2

0

Год

Рис. 3. Анализ корреляции доли импорта в ВВП (-♦-) и отклонения ППС (правая шкала) от номинального курса для РФ (-□-)

Как предполагалось ранее, доля импорта должна быть меньше при повышенном отклонении. Но Россия наглядно показывает обратную картину: до 2006 г. эти два показателя двигались практически в унисон. Они явно подвергались влиянию других факторов, более сильных, чем соотношение цен, что характерно для ненасыщенных рынков, далеких от равновесия. Падение доли импорта в ВВП с 1999 по 2006 г. связано с политикой низкого курса рубля, а экономический рост в это время подталкивал ППС к номинальному курсу. С 2006 г. начинается «нормальная» зависимость между этими двумя показателями, четкая обратная корреляция. Это означает, что рынки импорта в основном насыщены и ориентируются на реальные курсовые соотношения.

Обратим внимание на это важное разбиение исследуемого периода. Динамика стран постсоветского пространства может оказаться похожей: разбалансировка денежно-валютных систем в 1990-х годах, экономический рост с 1999 г., выход на относительно сбалансированное функционирование рынков в 2000-х годах. Поэтому в дальнейшем анализе вернемся к отдельному рассмотрению этих подпериодов.

Обратим особое внимание на страны бывшего СССР: Россию, Украину, Казахстан. Эти страны пережили мощную структурную трансформацию, становление финансовых систем, периоды высокой инфляции и быстрого роста. Поэтому они представляют особый интерес для нашего исследования. Возьмем, к примеру, Украину (рис. 4).

%

Раз

14

12

10

8

6

4

2

0

Год

Рис. 4. Анализ корреляции доли импорта в ВВП (-♦-) и отклонения ППС (правая шкала) от номинального курса для Украины (-□-)

Динамика этих показателей для Украины больше походит на «теоретически правильную», корреляция для Украины составляет -0,7. Прыжок импорта к 50% ВВП в Украине относится к 1995 г., в дальнейшем он держался примерно на том же уровне. Динамика отклонения примерно повторяет российскую. Существенных усилий по снижению доли импорта в ВВП Украина не предпринимала, ее вектор скорее направлен в сторону большей открытости экономики (подписание документов о создании Зоны свободной торговли с Европой в 2014 г.), поэтому можно ожидать дальнейшего повышения этой доли.

Сравним теперь непосредственно отклонение ППС от номинального курса и физический рост ВВП. На рис. 5 сравниваются эти показатели для России, на рис. 6 - для Китая.

Рис. 5. Сравнительная динамика отклонения (-□-) (правая шкала) и физического прироста ВВП (-а-) в России

Как видно из графика на рис. 5, высокие темпы роста ВВП связаны со стабильным снижением отклонения. Высокое значение отклонения (1999 г.) дает импульс росту, а сам рост связан со структурными движениями цен, поэтому ППС понемногу приближается к номинальному курсу (а не наоборот). Когда потенциал падения отклонения исчерпывается, рост приостанавливается.

Если бы высокие значения отклонения обеспечивали высокие темпы роста, то наблюдалась бы корреляция между этими показателями на всей выборке. Однако такой зависимости нет, разброс корреляций высок, но основная масса сосредоточена около нуля. Поэтому высокие темпы физического роста связаны скорее с приближением ППС к номинальному курсу (а не с удержанием отклонения на высоком уровне). Иными словами, сопоставлять с экономическим ростом следует не уровень отклонения, а его изменение.

Это говорит о том, что сам по себе заниженный валютный курс не является источником роста. Он создает потенциал для экономического роста, но использовать этот потенциал можно только при наличии дополнительных условий: доступность кредита, конкурентоспособная (среди других стран) налоговая система, свобода предпринимательства. Когда эти условия

выполняются - то потенциал, созданный разницей валютного курса и ППС, используется; внутренние цены приближаются к мировым; отклонение ППС от курса снижается.

Проверим эту гипотезу на примере Китая (рис. 6).

%

Раз

3.5 3

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2.5 2

1.5 1

0,5

0

Год

Рис. 6. Сравнительная динамика отклонения (-□-) (правая шкала) и физического прироста ВВП (-а-) в Китае

Действительно, и китайский пример показывает, что высокие темпы роста ВВП связаны с периодами падения отклонения, а не удержания на высоком уровне.

Чтобы обосновать нашу гипотезу, рассчитаем корреляции между физическими темпами прироста ВВП и приростом отклонения (к предыдущему году). Если гипотеза верна, то по странам мира будет наблюдаться заметная отрицательная корреляция.

Рис. 7 демонстрирует явное преобладание отрицательных корреляций, что в целом подтверждает нашу гипотезу. Среднее значение корреляции по данной панели стран (49 крупнейших стран мира по размеру ВВП по ППС после США) составляет -0,24, среднее значение только отрицательных корреляций: -0,34.

Обращает на себя внимание наличие положительных корреляций для России, Украины, Казахстана, Японии, ЮАР и некоторых других стран. Особенно интересна положительная корреляция в отношении России, Украины и Казахстана.

Китай Япония Германия Франция Великобритания Бразилия Россия Италия Индия Канада Австралия Испания Мексика Корея Индонезия Турция Нидерланды Саудовская Швейцария Иран Швеция Норвегия Польша Бельгия Аргентина Тайвань Австрия Южная Африка Венесуэла Колумбия Таиланд ОАЭ Дания Малайзия Сингапур Нигерия Чили Гонконг Египет Филиппины Финляндия Греция Израиль Пакистан Португалия Ирландия Казахстан Чехия Украина

Рис. 7. Корреляции динамики ВВП и отклонения на периоде 1980-2011 гг. по 49 ведущим странам мира

Мы уже видели, что для этих стран существует несколько периодов, и 1990-е годы отмечены такой волатильной динамикой экономических параметров, что положительная корреляция может возникнуть по причине неучтенных в данном исследовании факторов, из-за разбалансировки финансовых систем.

Разделим период с 1980 г. по 2011 г. на три десятилетия. Как уже отмечалось, реперными точками при смене экономических трендов являются 1982, 1992, 2002 гг. Поэтому посчитаем корреляции на периодах 1980-1991, 1992-2001, 2002-2011 гг.

Ш22Ш

Китай Япония Германия Франция Великобритания Бразилия Россия Италия Индия Канада Австралия Испания Мексика Корея Индонезия Турция Нидерланды Саудовская Швейцария Иран Швеция Норвегия Польша Бельгия Аргентина Тайвань Австрия Южная Африка Венесуэла Колумбия Таиланд ОАЭ Дания Малайзия Сингапур Нигерия Чили Гонконг Египет Филиппины Финляндия Греция

Tzzzzzzzm

шшшшша

Пакистан

Португалия ГТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТЯ

Ирландия \/sss Казахстан Чехия Украина

Рис. 8. Корреляции динамики ВВП и отклонения на периоде 1980-1991 гг. по 49 ведущим странам мира

Первое десятилетие рассматриваемого периода (Рис. 8) отличается невысокими отрицательными корреляциями, наличием заметного числа положительных корреляций. СССР по понятным причинам не учитывается в выборке, так как курсовые соотношения для СССР никак не соответствовали экономическим реалиям.

Средняя корреляция для этих стран составляет -0,23, а средняя среди отрицательных: -0,38.

Следующий период: 1992-2001 гг. (рис. 9). На этом периоде средняя корреляция составила -0,2, а средняя среди отрицательных: -0,44.

-1,2 -1 -0,8 -0,6 -0,4 -0,2 0 0,2 0,4 0,6 0,8 1

Китай Япония Германия Франция Великобритания Бразилия Россия Италия Индия Канада Австралия Испания Мексика Корея Индонезия Турция Нидерланды Саудовская Швейцария Иран Швеция Норвегия Польша Бельгия Аргентина Тайвань Австрия Южная Африка Венесуэла Колумбия Таиланд ОАЭ Дания Малайзия Сингапур Нигерия Чили Гонконг Египет Филиппины Финляндия Греция Израиль Пакистан Португалия Ирландия Казахстан Чехия Украина

Рис. 9. Корреляции динамики ВВП и отклонения на периоде 1992-2001 гг. по 49 ведущим странам мира

При разбалансировке финансовых систем республик бывшего СССР (Россия, Украина, Казахстан) их корреляции существенно выше нуля. Обращает также на себя внимание выход в положительную зону корреляций для ведущих стран: Китая, Германии,

Франции. В то же время, у массы стран отрицательная корреляция усиливается, поэтому средняя среди отрицательных корреляций по модулю вырастает. Такие страны, как Мексика, Корея, Индонезия, Турция, Таиланд, Малайзия, Израиль, уже попадают в интервал от -0,8 до -1, что показывает очень высокую зависимость между исследуемыми показателями.

Наконец, период с 2002 г. по 2011 г. (рис. 10) характерен еще большим усилением отрицательных корреляций.

-1,2 -1 -0,8 -0,6 -0,4 -0,2 0 0,2 0,4 0,6

Китай Япония Германия Франция Великобритания Бразилия Россия Италия Индия Канада Австралия Испания Мексика Корея Индонезия Турция Нидерланды Саудовская Швейцария Иран Швеция Норвегия Польша Бельгия Аргентина Тайвань Австрия Южная Африка Венесуэла Колумбия Таиланд ОАЭ Дания Малайзия Сингапур Нигерия Чили Гонконг Египет Филиппины Финляндия Греция Израиль Пакистан Португалия Ирландия Казахстан Чехия Украина

Рис. 10. Корреляции динамики ВВП и отклонения на периоде 2002-2011 гг. по 49 ведущим странам мира

Страны постсоветской зоны входят в «нормальный» режим зависимости, повторяя путь Мексики, Кореи, Турции из предыдущего десятилетия. Япония по-прежнему показывает положительную корреляцию, подтверждая свой «особый» путь развития. В целом, из ведущих 49 стран мира остается только 5 с положительной корреляцией: кроме Японии, это Швейцария, Иран, ЮАР и Гонконг. За счет снижения количества стран с положительной корреляцией средняя корреляция на этом периоде составляет -0,43, а средняя среди отрицательных: -0,51. Корреляция для России составляет -0,93 (второе по величине значение после максимума для Аргентины -0,95). Украина показывает -0,8; Казахстан: -0,55. Это достаточные величины для того, чтобы говорить об устойчивой связи между показателями. Конечно, такой анализ не может точно подтвердить направление связи, зависимость именно одного показателя от другого, но с этой точки уже можно строить другие модели, позволяющие представить точные связи между экономическим ростом и отклонением ППС от номинального курса валюты.

Таким образом, последнее десятилетие статистически подтверждает нашу гипотезу. В дальнейшем необходимо проанализировать страны с положительной корреляцией: Япония, Швейцария, Иран, Гонконг. В этих странах есть особенности финансирования роста и формирования валютного курса, которые могут стать материалом отдельных исследований.

В качестве примеров рассмотрим анализ зависимости экономического роста от отклонения ППС от курса национальной валюты для Украины и Казахстана.

1. Анализ зависимости роста от отклонения для Украины. Если выдвинутая нами гипотеза верна, то занижение курса национальной валюты относительно ППС может способствовать экономическому росту при наличии достаточно гибкой структуры цен. Рост цен на неторгуемые товары и услуги сопряжен с инвестициями в их производство и, как следствие, ростом ВВП. Однако если инвестиции сдерживаются другими факторами (такими как: высокие ставки, недостаток финансовых ресурсов в экономике, жесткость структуры цен и доходов), то экономический рост также будет

сдерживаться и высокое значение отклонения ППС от курса ему не поможет.

Величина отклонения показывает потенциал роста. Гиперинфляция не стимулирует рост, но и нулевая инфляция - тоже. Поэтому должен существовать оптимальный темп инфляции, зависящий от структурных дисбалансов в экономике, выражаемых величиной отклонения ППС от курса, и позволяющий достичь максимального роста.

Средний темп падения отклонения за 2001-2008 гг. (годы быстрого роста Украины) составлял 0,88, т.е. отклонение ППС от курса падало на 12% в год. Как видно из графика на рис. 11, это довольно стабильное падение. Затем, со скачком номинального курса на новое значение в 2009 г., отклонение снова выросло, после чего вернулось на тренд падения (но уже медленнее: по 10% в год).

Раз

%

10

5

0

-5

- -10

- -15

- -20 ■25

Год

Рис. 11. Параметры Украины: физический темп прироста ВВП (-а-) (правая шкала), отклонение (-□-), темп роста отклонения (-♦-) с 1993 г. по 2011 г.

Таким образом, динамика Украины вполне соответствует нашей гипотезе и можно посчитать срок действия фактора отклонения, пока последнее не дойдет до единицы. При

темпе падения 10% в год от величины в 2,01 в 2011 г. этот фактор будет действовать 6 лет, до 2017 г. При темпе падения 12% в год (характерного для периода 2001-2008 гг.) -5 лет, до 2016 г. (таблица).

Таблица

Динамика отклонения ППС от курса для Украины при разных темпах падения, %

Темп дек.2011 дек.2012 дек.2013 дек.2014 дек.2015 дек.2016 дек.2017 дек.2018

10 2,01 1,81 1,63 1,47 1,32 1,19 1,07 0,96

12 2,01 1,77 1,56 1,37 1,21 1,06 0,93 0,82

Средняя инфляция в Украине в 2006, 2010 и 2011 гг. (наиболее стабильных с точки зрения ценовой динамики) составляла 8-9%. Она превышала 25% в 2000 г. и 2008 г., в 2007 г. и 2009 г. превышала 12%. В связи с остановкой роста в 2012 г. она была практически на нуле. Пертурбации 20132014 гг. пока не позволяют однозначно оценить экономическую и инфляционную динамику, очищенную от политических факторов, но очевидно, что нестабильность уже повлияла на отклонение курса от ППС. Следовательно, в соответствии с нашей гипотезой, следует ждать как повышения инфляции, так и роста инвестиций, по мере успокоения политической обстановки.

Соотношение между инфляцией и динамикой валютного курса определяет динамику ППС, а значит, и отклонения ППС от курса. Постоянное поддержание потенциала отклонения требует обесценения национальной валюты в том же темпе, что и инфляция но это также означает, что потенциал не будет использован и фактор роста не сработает. Обесценение национальной валюты в темпе, в 2 раза ниже инфляции, соответственно в 2 раза продлевает срок действия фактора роста, но и также ослабляет его воздействие.

2. Анализ зависимости роста от отклонения для Казахстана. По графику соответствующих параметров для Казахстана (рис. 12) можно заметить, что динамика роста ВВП в целом повторяет российскую (см. рис. 5), но с большей амплитудой колебаний. Период быстрого роста (2000-2007) показывает физический прирост на уровне 10% в год, при этом средний темп падения отклонения составляет те же 12% в год. В начале периода роста, до 2002 г., падения отклонения практически не наблюдалось, что не подтверждает нашу гипотезу и свидетельствует о наличии других факторов роста в данном случае.

%

Раз

16

12

8

4

0

-4

-8

-12

-16

Год

Рис. 12. Параметры Казахстана:

физический темп прироста ВВП (-а-), отклонение (-□-) (правая шкала), с 1993 г. по 2011 г.

Корреляция отклонения и физического темпа роста для Казахстана высоко положительна до 2001 г. (0,73) и отрицательна для последующего периода (-0,55). Средняя инфляция в Казахстане за 2001-2007 гг. составляла 7,8% годовых, и после скачка в 2008 г. (до 17%) она быстро вернулась к низким значениям, до 5,1% в 2012 г. Это означает, что потенциал роста ВВП за счет структурной инфляции невелик, что подтверждается низким значением отклонения: 1,18 в 2011 г. Запас 2000 г. (величина отклонения 3,9) был «съеден» в период роста, и

дальнейшее воздействие этого фактора не ожидается, по крайней мере, при текущей курсовой политике. Наоборот, близость ППС к текущему курсу скорее говорит о необходимости свободного плавания валютного курса, так как структура цен более-менее сбалансирована. Можно прогнозировать более существенное ослабление теньге в следующие годы, иначе Казахстан может встретиться с проблемами текущего баланса и завышенными внутренними ценами.

Анализ выбранных параметров развивающихся экономик бывшего СССР и Китая показывает, что основная гипотеза о связи между снижением отклонения ППС от номинального валютного курса и динамикой экономического роста подтверждается в определенные периоды для многих стран мира. Остаются вопросы о том, что первично - потенциал ценовой конкурентоспособности, созданный занижением валютного курса, или сам экономический рост, проистекающий из изменений совокупного спроса, и вызванная им структурная инфляция. Поэтому направление дальнейших исследований может быть выбрано в области влияния политик денежного смягчения (2013-2014 гг.) на курсы валют, ППС, стоимость активов и экономическую динамику. Следует сопоставить инвестиционную динамику с инфляционными ожиданиями в ситуации ценовой конкурентоспособности, вызванной занижением номинального валютного курса. Данная тема, на наш взгляд, предлагает обширное поле для панельных исследований.

Литература и информационные источники

1. Krugman Paul. Currency Crises. NBER 09-2000.

2. Krugman Paul Empirical Studies of Strategic Trade Policy. NBER, 04-1994.

3. Purchasing Power Parity and Real Exchange Rates / Edited by Mark P. Taylor, 2010, Routledge publications.

4. The Asymmetries of Globalization / Edited by Pan. A Yotopoulos and Donato Romano. 2007. Routledge publications.

5. Pan A. Yotopoulos and Yasuyuki Sawada, Exchange rate misalignment: a new test of long-run PPP based on cross-country data, 2006, Applied Financial Economics, 16(1).

6. Черемухин А.А. Паритет покупательной способности и причины отклонения курса рубля от паритета в России // Научные труды ИЭПП. М, 2005. № 92Р.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.