Так как объективные обстоятельства обуславливают закономерность определенных изменений, то важно, чтобы факт наступления последствий, находился в причинной связи с совершенными лицом непреступными действиями или бездействия. При отсутствии данного признака невозможно судить в принципе о составе преступления. Если же имеет место правомерное причинение вреда, то и последствия должны наступать именно в результате правомерного поведения лица.
Также очень важно чтобы лицо, которое правомерно причиняет вред, обладало общими условиями, которые законодатель предусмотрел для привлечения к уголовной ответственности. Имеется в виду положения статьи 19 УК РФ о субъекте преступления (физические свойства, возраст и вменяемость). Если данными признаками субъект не обладает, то и причиненный им вред не рассматривается в рамках главы 8 УК РФ. Он признает непреступным в силу именно статьи 19 УК РФ в сочетании с положениями статьи 8 УК РФ. Здесь имеет место невозможность привлечения лица к уголовной ответственности в связи с отсутствием необходимых субъективных моментов, а именно осознания общественной опасности и способности руководить своим поведением. Применительно же к обстоятельствам, исключающим преступность деяния, лицо должно понимать не только факт причинения вреда правоохраняемым интересам, но и то, что оно прибегает к тому или иному случаю правомерного причинения вреда (необходимой обороны, задержания лица, совершившего преступление и тому подобное).
Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что в процессе правоприменения об обстоятельствах, исключающих преступность деяния, необходимо первоначально устанавливать признаки преступного поведения, определенные законодателем в статьях УК РФ, а затем те условия (обстоятельства), которые позволяют исключить ее применение в силу положений главы 8 УК РФ.
Литература и источники
1. Дорогин Д.А. Обстоятельства, исключающие уголовную ответственность: Учебное пособие. М., 2018.
2. Никуленко А.В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния: концептуальные основы уголовно-правовой регламентации: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. СПб., 2019.
3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» // Российская газета. 2012. 3 октября.
4. Приговор № 22-5/2019 Ставропольского краевого суда // https://sudact.ru/regular/doc/tMGE5N3F3P6v.
5. Приговор № 1-11/2019 1-58/2018 Тоншаевского районного суда Нижегородской области // https://sudact.ru/regular/doc/gaoIniQ4LFHK.
6. Приговор № 1-130/2019 Нефтекамского городского суда Республики Башкортостан // https://sudact.ru/regular/doc/IJFVmqFduMNV
References and Sources
1. Dorogin D.A. Obstoyatel'stva, isklyuchayushchie ugolovnuyu otvetstvennost': Uchebnoe posobie. M., 2018.
2. Nikulenko A.V. Obstoyatel'stva, isklyuchayushchie prestupnost' deyaniya: konceptual'nye osnovy ugolovno-pravovoj reglamentacii: Avtoref. diss. ... kand. yurid. nauk. SPb., 2019.
3. Postanovlenie Plenuma Verhovnogo Suda RF ot 27 sentyabrya 2012 goda № 19 «O primenenii sudami zakonodatel'stva o neobhodimoj oborone i prichinenii vreda pri zaderzhanii lica, sovershivshego prestuplenie» // Rossijskaya gazeta. 2012. 3 oktyabrya.
4. Prigovor № 22-5/2019 Stavropol'skogo kraevogo suda // https://sudact.ru/regular/doc/tMGE5N3F3P6v.
5. Prigovor № 1-11/2019 1-58/2018 Tonshaevskogo rajonnogo suda Nizhegorodskoj oblasti // https://sudact.ru/regular/doc/gaoIniQ4LFHK.
6. Prigovor № 1-130/2019 Neftekamskogo gorodskogo suda Respubliki Bashkortostan // https://sudact.ru/regular/doc/IJFVmqFduMNV
КЛЮЕВ АНДРЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ - кандидат юридических наук, доцент, кафедра уголовного права СевероКавказского филиала Российского государственного университета правосудия.
KLYUEV, ANDREI A. - Ph.D. in Law, Associate Professor, Department of Criminal Law, North-Caucasian branch The Russian state University for justice (klyuev@mail.ru).
УДК 343.619:342.951
МИХАЙЛЮК А.В.
ВОПРОСЫ УСОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ОТ
ПОБОЕВ И ИСТЯЗАНИЙ
Ключевые слова: уголовно-правовая защита, декриминализация, побои, истязание, закон.
В статье рассматриваются пути совершенствования уголовно-правовой защиты от побоев и истязаний. Декриминализация побоев, с переводом их в разряд административных правонарушений, была огромной ошибкой, вследствие которой оказалась разрушенной вся система частного и частно-публичного уголовного преследования за преступления против жизни и здоровья. В результате непродуманных шагов законодателя под угрозой оказалась связь института частного и публичного права, а ст.117 УК РФ оказалась под угрозой «отмирания». Это ведет к ухудшению уголовно-правовой защиты жизни и здоровья человека и повышает
криминализацию данной сферы общественной жизни. Обоснован вывод о необходимости возврата в уголовное законодательство квалифицирующие побои нормы в прежнем составе.
MIHAILUK, A.V.
ISSUES OF IMPROVING CRIMINAL-LEGAL PROTECTION AGAINST BEATINGS AND TORTURE Keywords: criminal-legal protection, decriminalization, beating. torture, law.
In the article considers the ways of improving criminal-legal protection against beatings and torture. The decriminalization of beatings, with its transfer to the category of administrative offenses, was a huge mistake, as a result of which the whole system of private and public-private criminal prosecution for crimes against life and health was destroyed. As a result of the legislator's ill-considered steps, the connection between the institution of private and public law was threatened, and Article 117 of the Criminal Code of the Russian Federation was in danger of "withering away". This leads to a deterioration in the criminal legal protection of human life and health and increases the criminalization of this sphere of public life. It substantiated the conclusion on the necessity to return to criminal legislation qualifying beatings of the norms in the previous composition.
Уголовно-правовая защита осуществляется методами уголовного права. Истязания и побои являются преступлениями, посягающим на здоровье личности. При этом большой проблемой на настоящий момент является тот факт, что побои частично декриминализованы. Это явилось следствием проведенной реформы по отмене некоторых статей уголовного законодательства, предусматривавших возможность частного уголовного преследования.
Побои - это насилие, не причинившее вреда здоровью, который может быть квалифицирован как вред небольшой или средней тяжести и образовывать состав преступлений ст.112, ст.115 Уголовного Кодекса РФ [1]. Ранее побои образовывали уголовно наказуемый состав ст.116 ч.1 УК РФ и являлись уголовным делом частного обвинения, то есть возбуждались по заявлению потерпевшего в частном порядке мировым судом. При этом заявление о возбуждении уголовного дела одновременно являлось обвинительным заключением по уголовному делу, которое возбуждалось автоматически - по факту принятия заявления к производству мирового судьи. При этом потерпевший в процессе выполнял роль государственного обвинителя и самостоятельно поддерживал уголовное обвинение.
Теперь подобные уголовные дела переведены в разряд административных правонарушений и образуют состав ст.6.1.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях [2]. По ним предусмотрено наказание в виде административного штрафа в размере от пяти тысяч до тридцати тысяч рублей, административного ареста на срок от десяти до пятнадцати суток, либо обязательных работ на срок от шестидесяти до ста двадцати часов. От состава ст.116 УК РФ осталась лишь та ее часть, которая предусматривает публичное уголовное преследование за нанесение побоев из хулиганских побуждений, а также по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, по которой возможно проведение дознания, после чего уголовное дело поступает в суд.
Очевидно, таким образом государство пытается сократить сферу частного участия граждан в сфере уголовного преследования и защиты права на здоровье самостоятельно. Такое ограничение полномочий граждан на осуществление уголовного преследования за посягательство на их жизнь и здоровье, по мнению З.Э. Эргашевой, является явно негативным моментом, так как побои являются очень распространенным видом насильственного посягательства на здоровье человека [3]. Тот факт, что побои переведены в КоАП РФ, является толчком, поощряющим применение насилия и провоцирующим рост числа насильственных преступлений против здоровья.
Истязание, в соответствии с определением ст.117 УК РФ, является систематическим нанесением побоев, либо причинением физических и психических страданий иными насильственными действиями, если они не повлекли причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью. Очевидно, что, исходя из такого определения, существует и является актуальной уголовно-правовая проблема отграничения и разграничения побоев и истязания. Поскольку истязания представляют собой систематическое нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, повлекшие психические или физические страдания, то возникает вопрос - когда заканчивается уголовно-правовой состав побоев и начинается наказуемый состав истязания? Кроме того, важно выяснить, какова должна быть систематичность таких побоев, чтобы они переросли в истязания.
Помимо уголовно-правовой коллизии, существует также множество уголовно-процессуальных проблем, которые сразу же возникают при рассмотрении существа уголовного преследования за каждое из преступлений. Истязание предусматривает публичное уголовное преследование и является уголовным делом публичного обвинения. Побои предусматривали ранее частный порядок уголовного преследования, но сейчас - после необдуманной реформы уголовного законодательства, выразившейся в необоснованной декриминализации состава ст.116 УК РФ, произошла полнейшая путаница, а в систему уголовно-правовых и уголовно-процессуальных норм, которые связывали воедино истязания и побои, как прямо связанные уголовно-правовые составы, был внесен хаос в высшей степени. Теперь простые неквалифицированные побои оказались декриминализованы. Если они не имеют расовой, политической, религиозной, хулиганской и иной экстремистской составляющей, они образуют состав административного правонарушения, и в первый раз привлекать за побои к уголовной ответственности нельзя.
В таком случае статья 117 УК РФ оказывается под угрозой отмирания, поскольку в ее состав включены систематические побои. Для того, чтобы установить систематичность побоев, должно быть, как минимум, два факта их причинения. В первый раз простые неквалифицированные побои влекут административную ответственность. В следующий раз аналогичное преступление, совершенное тем же субъектом, будет квалифицироваться по ст. 116.1 УК РФ как нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию. Данный состав преступления предусматривает, в соответствии со ст.20 Уголовно-процессуального Кодекса РФ [4], частный порядок уголовного преследования. При этом уже на этом этапе можно говорить об истязаниях, поскольку систематичность уже может быть установлена с большой степенью вероятности. При этом истязание предусматривает публичный характер уголовного преследования, и возникает следующая коллизия: из института частного уголовного преследования преступление переходит без каких-либо дополнительных квалифицирующих мотивов в сферу публичного уголовного преследования. При этом уже наличие двух судебных актов - постановления мирового судьи по побоям в первый раз и приговор мирового суда по ст.116.1 УК РФ за второй раз причинения побоев уже образуют уголовно наказуемый состав истязания. Однако в таком случае можно заявить о том, что нарушается основополагающий принцип уголовного закона - никто не может нести ответственность дважды за одно и то же преступление. Поскольку побои уже являются преступлением (повторно и далее) или правонарушением (совершенные впервые), их дальнейшая криминализация в форме истязания является противоправной двойной криминализацией содеянного.
Таким образом, налицо проблема определения объективного состава истязания. Иные насильственные действия, которые указаны в объективном составе ст.117 УК РФ, не конкретизированы, что, в отличие от четкого законодательного определения побоев, мешает установить состав и природу таких действий. О них известно лишь то, что они насильственные и совершаются систематически. Но если они не относятся к побоям и не влекут последствий, предусмотренных ст.112 УК РФ и ст.111 УК РФ, то что это за действия? Ответ с точки зрения теории уголовного права напрашивается лишь один - это такие насильственные действия систематического характера, которые причинили легкий вред здоровью, то есть, это преступление, предусмотренное ст.115 УК РФ, совершенное неоднократно.
Однако в таком случае возникает уголовно-правовая и уголовно-процессуальная коллизия. Причинение легкого вреда здоровью умышленно - это преступление частного обвинения, которое также рассматривает мировой суд. Как могут несколько преступлений частного обвинения превратиться в одно преступление публичного обвинения? Совершенно непонятно, откуда берется тот фактор «опубличивания» института частного уголовного преследования. Неужели из-за уголовно-процессуального «суммирования» нескольких частных уголовных процессов получается публичное уголовное преследование? Но как быть в таком случае с запретом привлечения дважды к уголовной ответственности за содеянное? Ведь это не только фундаментальный принцип уголовного процесса и уголовного закона, но и фундаментальное конституционное право, а также право, подкрепленное ведущими международно-правовыми актами. Согласно ч.1 ст.50 Конституции РФ [5], никто не может дважды привлекаться к ответственности за одно и то же преступление.
Российское уголовное законодательство содержит очень много таких «грешащих» возможностью двойного привлечения к уголовной ответственности за одно и то же преступление. Это статьи с так называемой «административной преюдицией», когда одно и то же деяние, будучи сначала квалифицированным как административное правонарушение, в случае неоднократности его совершения автоматически образует состав уголовного преступления. Таких норм в УК РФ немало. Это ст.151.1 УК РФ за неоднократную розничную продажу алкогольной продукции несовершеннолетним, ст.212.1 УК РФ об ответственности за неоднократное нарушение установленного порядка организации или проведения митинга, шествия, демонстрации или собрания, ст.264.1 УК РФ об ответственности за нарушение правил дорожного движения лицом, ранее подвергнутым административному наказанию. Все такие уголовно-правовые нормы порочны, и институт «административной преюдиции» также порочен, он допускает противоправную необоснованную двойную криминализацию одного и того же деяния. При этом возможны варианты, когда это деяние ранее квалифицировалось как административное правонарушение, а после неоднократного совершения стало считаться преступлением - таких норм из вышеуказанных подавляющее большинство. В случае с побоями и истязаниями ситуация более сложная, поскольку допускается повторная криминализация именно уголовного преступления, так как повторные побои и повторное причинение легкого вреда здоровью - это уголовные преступления. Именно из-за этого истязание является неработающей статьей, и уголовные дела по ст.117 УК РФ можно пересчитать буквально по пальцам.
В судебной практике наиболее распространены случаи, когда истязание квалифицируется без предварительной уголовно-правовой или административной квалификации побоев или причинения легкого вреда здоровью, то есть, без использования института административной или уголовной преюдиции. При этом физические и психические страдания должны быть продолжительными и возникать в результате систематических насильственных действий, носящих характер откровенных и явных издевательств над личностью потерпевшего.
Весьма интересно, каким образом суды при постановлении приговоров обходят стороной тот факт, что систематические побои или иное причинение вреда здоровью не фиксируются с уголовно-процессуальной точки зрения в форме приговоров или постановлений, а устанавливаются иными способами, которые, конечно же, имеют не такой выраженный характер доказывания, как вступившие в законную силу судебные акты.
Так, к примеру, в приговоре Металлургического районного суда г.Челябинска от 29 марта 2017г. суд указал: «Системность причинения физических страданий, побоев в данном случае нашла свое подтверждение и образует в своей совокупности совершение Антиповым Д.И. истязания потерпевшей САЕ. Доводы защитника о том, что стороной обвинения не представлено письменных доказательств наличия у САЕ телесных повреждений, не повлекших последствий, указанных в статьях 111 и 112 УК РФ, не свидетельствуют об отсутствии в действиях Антипова Д.И. истязания. Побои подразумевают многократное нанесение ударов, которые сами по себе могут не оставлять каких-либо повреждений, либо в результате побоев могут возникать телесные повреждения в виде ссадины, кровоподтеков, небольших ран, не влекущих за собой временной утраты трудоспособности или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности. Обязательным признаком состава преступления является последствие в виде физической боли. В судебном заседании установлено и подтверждается показаниями свидетелей САЕ СВФ и ЕВН о том, что у САЕ, в результате преступных действий Антипова Д.И., имели место кровоподтеки, шишки, потерпевшая высказывала жалобы о причиненной ей физической боли». Суд квалифицировал в этой части действия обвиняемого как истязание путем систематического нанесения побоев, либо иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в статьях 111 и 112 УК РФ. При этом судом было установлено, что, в силу своего преклонного возраста (91 год), потерпевшая САЕ не могла оказывать какого-либо сопротивления, то есть, находилась в заведомо беспомощном состоянии [6].
Таким образом, истязание, в качестве еще одного факультативного признака объективной стороны, может предусматривать невозможность оказывать сопротивление, в связи с чем и происходит систематическое нанесение побоев и иных телесных повреждений.
Другим аспектом объективной стороны истязания является систематичность, которая ранее нами была определена, как наличие не менее одного вступившего в законную силу судебного акта
о причинении побоев или умышленного легкого вреда здоровью. Однако с учетом недопустимости многократной криминализации содеянного возникает вопрос об установлении систематичности побоев и иного умышленного вреда здоровью вне судебной преюдиции. Так, к примеру, приговором мирового судьи судебного участка № 2 г. Алатырь Чувашской Республики от 10 апреля 2013 года Малышев Р.С. осужден по ч. 1 ст.117 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы за то, что систематически наносил жене побои, носящие характер истязания (избивал 25 декабря 2012 года, 1 января 2013 года, 18 февраля 2013 года) [7].
Очевидно, что за каждый отдельный случай из указанных подсудимый осужден не был, однако факт причинения побоев должен был быть учтен хотя бы по факту подачи заявления в правоохранительные органы с назначением и прохождением потерпевшей судебно-медицинской экспертизы. Несмотря на то, что ранее до реформы по декриминализации побоев они предусматривали частный характер уголовного преследования, все же доуголовное производство осуществлялось сотрудниками полиции, которые выдавали направление на судебно-медицинское освидетельствование и принимали решение об отказе в возбуждении уголовного дела, разъясняя потерпевшему возможность обратиться в мировой суд в частном порядке. Таким образом, квалификация многочисленных фактов нанесения побоев, как истязания, очевидно, осуществляется путем объединения всех материалов проверки по факту причинения побоев одним и тем же лицом. При этом одной из особенностей является то, что уполномоченное должностное лицо должно принять решение по каждому факту в отдельности в рамках ст.144-145 УПК РФ.
Представляется, что это должно быть постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, однако вызывает особенный интерес дальнейшая формулировка постановления, поскольку на настоящий момент побои декриминализованы, поэтому сотрудник полиции (следователь, дознаватель) обязан разъяснить заявителю-потерпевшему, что в его отношении совершены побои, и он может защитить свои права, обратившись в мировой суд с заявлением о привлечении к административной ответственности по данному факту. При этом данный дознаватель или следователь может также вынести решение и о направлении сообщения о преступлении по подследственности в мировой суд, поскольку это побои, и они подведомственны мировому суду. Потерпевшему же разъясняется возможность обратиться в мировой суд с заявлением о привлечении к административной ответственности. При этом представляется необходимым, чтобы весь материал проверки был направлен в мировой суд, иначе каким образом мировой судья будет оценивать одно заявление потерпевшего без всего материала проверки с данными судебно-медицинской экспертизы, показаниями обвиняемого и т.д.? В таком случае снова усматривается коллизия уголовно-процессуального характера - как тогда возбуждается уголовное дело об истязаниях вследствие причинения систематических побоев, если соответствующие материалы о причинении побоев должны быть направлены в порядке ст.145 УПК РФ в мировой суд для привлечения к административной ответственности за побои? Ведь если по материалу выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела с формулировкой о том, что квалифицированы побои, которые предусматривают административную ответственность, потерпевший имеет полное право привлекать правонарушителя за побои к установленной ответственности, а не ждать того момента, когда систематические побои перерастут в истязание и будут квалифицированы соответствующим образом.
В таком случае, как представляется, важную уголовно-процессуальную роль играет прокурор, как орган уголовного преследования. Он со своей стороны обязан использовать полномочия, предусмотренные п.2 ст.37 УПК РФ в виде вынесения мотивированного постановления о направлении соответствующих материалов в следственный орган или орган дознания для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства. Все постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенные следователем или дознавателем, поступают к прокурору для проверки исполнения уголовного и уголовно-процессуального закона. Усмотрев в нескольких фактах нанесения побоев или умышленного причинения легкого вреда здоровью человека состав истязания в форме систематического причинения физических или психических страданий, прокурор, как представляется, обязан объединить все эти материалы и направить их в орган дознания с постановлением об осуществлении уголовного преследования по ст.117 УК РФ.
Но в таком случае возникает другой вопрос - если такие материалы разрозненны и поступают в разное время, а не в такой короткий промежуток, как в вышерассмотренном случае (декабрь, январь и февраль 2012 и 2013 гг.), если несколько материалов, или хотя бы один уже ушли в мировой суд и рассматриваются там - может ли это означать, что прокурор обязан истребовать их оттуда для публичного уголовного преследования по факту истязания, а не по факту побоев? Означает ли это, что начавшееся административное преследование и производство по делу об административном правонарушении за побои должно быть прекращено? Не будет ли это нарушать право потерпевшего на государственную защиту, поскольку им сами подано заявление о привлечении к административной ответственности за побои и не будет ли волеизъявление прокурора и органов дознания вступать в конфликт с волеизъявлением потерпевшего, который, предположим, не желает осуществлять публичное уголовное преследование, а желает осуществить административное преследование по факту побоев? В любом случае вопросов в рассматриваемых случаях гораздо больше, чем ответов. И это указывает лишь на то, что декриминализация побоев была огромной ошибкой, вследствие которой оказалась разрушенной вся система частного и частно-публичного уголовного преследования за преступления против жизни и здоровья.
Вследствие непродуманных и необоснованных действий законодателя под угрозой оказалась связь института частного и публичного права, а ст.117 УК РФ оказалась под угрозой «отмирания». Все это ведет только к ухудшению уголовно-правовой защиты жизни и здоровья человека и повышает криминализацию данной сферы общественной жизни. Необходимо срочно вернуть в уголовное законодательство квалифицирующие побои нормы в прежнем составе.
Литература и источники
1. Уголовный Кодекс РФ №63-ФЗ от 13.06.1996г. // СЗ РФ. 17.06.1996г. №25. ст.2954.
2. Кодекс РФ об административных правонарушениях №195-ФЗ от 30.12.2001г. // Российская газета. 2001. 31 декабря. №256.
3. Эргашева З.Э. К вопросу о декриминализации побоев // Вестник Казанского юридического института МВД России. 2016. №3 (25).
4. Уголовно-процессуальный Кодекс РФ от 18.12.2001г. №174-ФЗ // Российская газета. 2001. 22 декабря. №249
5. Конституция РФ от 12.12.1993г. // СЗ РФ. 2014. 4 августа. №31. ст.4398.
6. Приговор Металлургического районного суда г.Челябинска от 29 марта 2017г. по делу №1-622/2016г. - Судакт.ру, режим доступа: https://sudact.ru/regular/doc/5FJC6kKghFUI
7. Постановление Верховного Суда Чувашской республики от 28 июня 2013г. по делу №44У-206/2013г. - Судакт.ру, режим доступа: https://sudact.ru/regular/doc/B3ijTh3X0a60
References and Sources
1. Ugolovnyj Kodeks RF №63-FZ ot 13.06.1996g. // SZ RF. 17.06.1996g. №25. st.2954.
2. Kodeks RF ob administrativnyh pravonarusheniyah №195-FZ ot 30.12.2001g. // Rossijskaya gazeta. 2001. 31 dekabrya. №256.
3. Ergasheva Z.E. K voprosu o dekriminalizacii poboev // Vestnik Kazanskogo yuridicheskogo instituta MVD Rossii. 2016. №3 (25).
4. Ugolovno-processual'nyj Kodeks RF ot 18.12.2001g. №174-FZ // Rossijskaya gazeta. 2001. 22 dekabrya. №249
5. Konstituciya RF ot 12.12.1993g. // SZ RF. 2014. 4 avgusta. №31. st.4398.
6. Prigovor Metallurgicheskogo rajonnogo suda g.Chelyabinska ot 29 marta 2017g. po delu №1-622/2016g. - Sudakt.ru, rezhim dostupa: https://sudact.ru/regular/doc/5FJC6kKghFUI
7. Postanovlenie Verhovnogo Suda Chuvashskoj respubliki ot 28 iyunya 2013g. po delu №44U-206/2013g. - Sudakt.ru, rezhim dostupa: https://sudact.ru/regular/doc/B3ijTh3X0a60
МИХАЙЛЮК АНАСТАСИЯ ВИТАЛЬЕВНА - аспирант Кубанского государственного аграрного университета. MIKHAILUK, ANASTASIA V. - Ph.D. student, Kuban State Agrarian University (anastasiya_soloveva@inbox.ru).
УДК 343.72
КАЛИНИНА О.М. КРИЗИС ПРАКТИКИ ПРИМЕНЕНИЯ СТАТЬИ 165 УК РФ
Ключевые слова: преступление, потерпевший, обман, злоупотребление доверием, смежные составы преступлений, неправильное применение уголовного закона, упущенная выгода.
В статье обращается внимание на одну из серьезных проблем практики применения ст. 165 УК РФ - проблему разграничения смежных составов (мошенничества и причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием). Сложность состоит в том, что органы предварительного следствия и суды не имеют четких представлений о разграничении смежных составов, таких как ст. 159 УК РФ и ст. 165 УК РФ, обладающих схожими признаками. Ошибки преимущественно сводятся к тому, что действия обвиняемых неверно квалифицируются по ст. 165 УК РФ, в то время как фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии признаков мошенничества. По мнению автора, неверное представление органов предварительного следствия и суда о механизме причинения вреда влечет неправильное применение уголовного закона, что чревато отменой судебных решений.
KALININA, O. M. THE CRISIS OF PRACTICE OF APPLICATION OF ARTICLE 165 OF THE CRIMINAL CODE OF THE RUSSIAN FЕDЕRАTION
75