Научная статья на тему 'Воительницы русских степей. Варвары и цивилизаторы'

Воительницы русских степей. Варвары и цивилизаторы Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
550
131
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
АНТИЧНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ И ВАРВАРСКИЙ МИР / СКИФЫ / ANCIENT CIVILIZATION AND BARBARIAN WORLD / SCYTHIANS

Аннотация научной статьи по истории и археологии, автор научной работы — Селиванова Л. Л.

Миф об амазонках оказался исключительно живуч и активно применялся в разных целях, в том числе и в политических, в Античности, в Средние века, в Новое время. В статье рассматривается, как миф об амазонках и скифах использовался в политике России XVIII в. Речь идёт о малоизвестной странице российской истории о формировании князем Г. А. Потёмкиным в Крыму роты вооруженных женщин.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

FEMALE WARRIORS OF THE RUSSIAN STEPPE. BARBARIANS AND CIVILIZATION BRINGERS

The myth about Amazons never seemed to lose its viability and was actively employed in Antiquity, the Middle Ages, and in modern times in many different ways, political ones among them. The article considers the use of the myth about Amazons and Scythians in the politics of Russia in the 18th c. The case in point deals with a little-known page of the Russian history concerning prince G.A. Potyomkin forming a female armed company in the Crimea.

Текст научной работы на тему «Воительницы русских степей. Варвары и цивилизаторы»

ИСТОРИЯ РОССИИ

© 2010

Л. Л. Селиванова

ВОИТЕЛЬНИЦЫ РУССКИХ СТЕПЕЙ. ВАРВАРЫ И ЦИВИЛИЗАТОРЫ

Миф об амазонках оказался исключительно живуч и активно применялся в разных целях, в том числе и в политических, в Античности, в Средние века, в Новое время. В статье рассматривается, как миф об амазонках и скифах использовался в политике России XVIII в. Речь идёт о малоизвестной странице российской истории — о формировании князем Г. А. Потёмкиным в Крыму роты вооруженных женщин.

Ключевые слова: античная цивилизация и варварский мир, скифы.

Взаимоотношения античной цивилизации и варварской периферии являются одной из ключевых тем современного антиковедения. Проблемы противостояния и взаимовлияния двух типов социальной организации, характер греческой колонизации, роль самобытной культуры соседних народов в становлении античной цивилизации, критерии «варварства», понятие «варвар» и его использование в политической лексике, — эти и многие другие вопросы по-новому ставятся и раскрываются в науке об античности первого десятилетия наступившего века1. Неизвестно, когда произошло противопоставление «грек — варвар», но на определенном этапе развития межэтнических связей возникла идея превосходства греков над другими народами, а слова «варвар» и «раб» стали синонимами2. Появившись на северных берегах Понта, греки столкнулись с суровым климатом, непривычной этнической средой, чужими психологией, бытом, нравами, образом жизни. Знакомство с жизнью других народов не изменило менталитета греков, но существенно обогатило их собственную культуру. Кочевой мир, построенный на принципах постоянной готовности к войне, лишениям, голоду, кочевью и зависящий от силы, выносливости, мобильности и взаимовыручки каждого, представлял собой общество гендерного равенства, где женщины сражаются вместе и наравне со своими мужчинами3. Такое общество было непонятно и чуждо грекам, чьи жены и дочери томились в гинекеях. И реальные истории преобразовались в греческом сознании в легенды о прекрасных и безжалостных воительницах-амазонках.

Античные авторы помещали амазонок в разных частях ойкумены, чаще всего в Малой Азии, на р. Фермодонт, где находилась столица амазонского царства Фемискира (Serv. ad Verg. Aen. II. 11.659; ad Apoll. Rhod. II. 977; Apollod. II. 5.

1 См., например: Античная цивилизация и варвары 2006.

2 Маринович 2006, 6-11.

3 Bisset 1971, 151; Osborne 1998, 50-57.

9; Paus. I. 2; 15; Strabo. I. 3; XI. 5; XII. 3 etc.). После захвата города, согласно Ге -родоту (IV. 110-117), вывезенные греками на кораблях амазонки подняли в море бунт, перебили мужчин и несколько дней, гонимые ветром, носились по волнам Чёрного моря, пока их не прибило к Кремнам4 на озере Меотида (Азовское море). Здесь они захватили табун лошадей5 и стали грабить скифскую землю. Скифы выставили против амазонок свои отряды, полагая, что имеют дело с ещё безбородыми юношами, пока не поняли, что это женщины6. После этого боевые действия были прекращены, и к амазонкам, от которых скифы хотели иметь сильных детей, был послан цвет скифской молодежи по числу женщин. Юношам было приказано стать соседним лагерем, в стычки не ввязываться, убегать. Со временем оба стана стали жить вместе, затем молодые скифы вместе с амазонками выселились на север, за Танаис (Дон)7, где стали родоначальниками племени савроматов, сохранивших обычаи амазонок. Так амазонки оказались в краях, которые позже будут называться южнорусскими степями.

Если два «варварских» племени сумели проявить «политическую мудрость» и договориться8, то греки, строившие свои отношения с другими этносами с позиции собственного превосходства, нередко получали «симметричный ответ»9. «В этом смысле контраст между двумя мирами, вступившими в непосредственное соприкосновение в эпоху Великой колонизации: миром эллинских полисов и племенным миром Евразии, — именно здесь, в Северном Причерноморье, достиг своей предельной остроты и напряженности»10. А к концу IV в. до н.э. окончательно сформировался негативный образ варвара, которому было отказано в праве на свободу. «Нетрудно догадаться, что за выказываемое к ним отвращение варвары и в том числе скифы должны были платить надменным самовлюбленным эллинам той же монетой», причем в стихийной, неуправляемой форме11.

4 Кремны («Кручи») — городок на западе Приазовья между оз. Молочным и р. Домузглы в Запорожской обл. Склоны у самого устья Домузглы, действительно, крутые. Район Кремн был периферийной землёй царских скифов, где были обнаружены крайние восточные курганы. По Геродоту, царские владения, где живут храбрейшие скифы, находились «по ту сторону реки Герра», т.е. западнее Молочной. См.: Яценко 1959, 19, карта.

5 Обширные степные пространства, а также речные берега с сочными пастбищами издавна были раздольем для диких лошадей, которые водились здесь вплоть до средневековья. Об этом свидетельствуют и современные топонимы: древний Гипакирис — это река Конка, впадающая в Днепр через плавни («Конские Воды»), а Гипанис (Горный Тикич) вытекает из озёр, среди которых расположены с. Конела, а восточнее — с. Кобыляки.

6 По все видимости, именно этот сюжет был изображен на знаменитом Боспорском рельефе со сценой сражения, ныне хранящемся в ГМИИ им. А. С. Пушкина и обстоятельно исследованном в коллективной монографии: Боспорский рельеф 2001.

7 С этого времени Танаис стал границей между Скифией и Савроматией. Согласно мнению акад. Рыбакова, считавшего Танаис не Доном, а Северским Донцом и низовьями Дона, савроматы жили в междуречье Донца и Дона, а также на юго-востоке от излучины Танаиса — Донца на три дня пути, то есть в Сальских степях по Манычу, где имеется много савроматских памятников. См.: Рыбаков 1979, 28, 54, 62.

8 Боспорский рельеф, иллюстрируя миф о происхождении савроматов, был, таким образом, напоминанием и примером того, как должны выстраиваться межэтнические отношения (Селиванова 2009а, 145).

9 Об истории взаимоотношений греков и варваров в этом регионе см.: Завойкин 2004, 58-93.

10 Андреев 1996, 7.

11 Андреев 1996, 8-9.

Миф о воинственных женщинах древности оказался на редкость живуч и пережил века. Его активно применяли в разных целях, в том числе и в политических, в античную эпоху12, средние века13, в новое время. Был он популярен и в России, где на протяжении нескольких столетий господствовала идея о происхождении русских непосредственно от скифов. В Европе же отождествление России со Скифией, а русских со степными варварами было обычным. Византийцы именовали земли Юга России Великой Скуфью. Доктрина превосходства одних народов над другими оказалась перманентной в истории. Те же самые стереотипы, которые античность приписывала скифам, просвещенная Европа в полном объеме перенесла на русских и Россию: воинственность, храбрость, буйство, стихийность, жестокость, дикость, хитрость, неумение пить. Никто и не спорил: русские художники, писатели, поэты искусно подыграли этим настроениям, создав своего рода художественные декларации, среди которых «Скифы»14 А. А. Блока и К. Д. Бальмонта, «Мы — скифы» В. Я. Брюсова и др. Но это будет позже. А о том, как миф об амазонках и скифах использовался в политике и дипломатии России XVIII в., пойдет речь в этой статье.

После победы над турками в войне 1768-1774 гг. Керчь и окрестности, отошедшие к России по Кючук-Кайнарджийскому мирному договору, активно начинают заселяться греками. А когда в 1783 г. Екатерина присоединила Крым к России, начался следующий этап греческого заселения. История возвратилась на круги своя: в античную эпоху Боспор был одним из основных проводников греческого влияния на местное, скифское и синдо-меотское население, прошли века, полностью сменился этнический состав полуострова, и на Боспоре вновь оказались греки. «Новый свет просиял в древнем Понтийском царстве под руководством завоевателя Тавриды», — писал племянник Г. А. Потёмкина А. Н. Самойлов15. Из греков было образовано так называемое Албанское воинство, в задачу которого входило несение кордонной службы от Севастополя до Феодосии, карантинной службы во время частых эпидемий, а также надзор за порядком на полуострове. Прежде всего это касалось контроля над замиренными Екатериной татарами, время от времени поднимавшими инспирируемые турками бунты16. Во

12 См., например: Schaps 1982, 193-213; Tyrrell 1984; Block 1995.

13 Особенно долго сохранялись и часто возрождались пережитки матриархата у степных народов. «Матриархальная вуаль» характерна для многих тюрко- и ираноязычных этносов евразийских степей. См.: Плетнева 1998, 529-537.

14 Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы.

Попробуйте, сразитесь с нами!

Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы,

С раскосыми и жадными очами!

15 Самойлов 1867, 1015.

16 Крымским татарам были дарованы льготы: их освободили от податей, повинностей и от рекрутского набора, а дома — от постоя войск. Им было дано право свободно совершать мусульманские обряды и разбирать дела по шариату. Мурзы и простые татары были осыпаны разными наградами. Все мурзы были возведены в дворянское достоинство. Так, среди снаряженных к императрице депутатов от Таврической области были «коллежский советник Темир-ага Симферопольский, дворянский предводитель Абивелий-ага, коллежский асессор Мех-Мечети, дворянский секретарь Гуссейн-Хоза» (Есипов 1891в, 410). Правительство в лице Потемкина не препятствовало переселению татар в Турцию, и вначале эмигрировало около 80 тысяч человек. Впоследствии многие из них, видя разумную политику России и не получив в Турции обещанных льгот, просились обратно. См.: Широков 1997, 293-294.

всех последующих Крымских войнах греки выказали себя преданными русскому престолу. В том же, 1783 году Светлейший Князь Потёмкин был назначен генерал-губернатором Новороссийской, Азовской и Астраханской губерний, в 1784 г. был пожалован в генерал-фельдмаршалы, назначен шефом кавалергардского корпуса и генерал-губернатором Крыма17. Сразу он приступил к обустройству этого края, проявив при этом недюжинный талант организатора.

Беседуя с императрицей, он не раз с воодушевлением рассказывал, какие храбрые и мужественные воины греки, и что даже женщины их обладают доблестями мужей. Государыня, смеясь, спросила, чем он может это доказать? Светлейший обещал убедить её на месте18, чем и подвиг на путешествие в «полуденный край». Разумеется, главной целью поездки было показать Порте и её западным союзникам силу и военную мощь Российского государства, посредством, в том числе и демонстрации Черноморского флота.

План этого предприятия вызревал давно, с 1780 г., когда Екатерина с подачи Вольтера увлеклась «греческим проектом» — идеей освобождения Греции от турецкого владычества. Потёмкин, будучи горячим сторонником этой идеи, связывал её с присоединением Крыма к России19. Екатерина задумала поездку в Крым сразу же после его покорения, но вмешалась эпидемия: на юге империи свирепствовала чума. Только весной 1784 г. начались приготовления к поездке. 13 (24) октября 1784 г. Г. А. Потёмкин подписал ордер «О приуготовлении на различных станциях известного числа лошадей, о местах, где во время путешествия будут обеденные столы, о дворцах, которые должны строиться по присланному рисунку, о квартирах в городах для свиты императрицы» и т. п.20 Князь сам разработал маршрут путешествия: через Смоленск, Новгород-Северский, Чернигов в Киев, оттуда по вскрытии вод на судах по Днепру до Нового Кайдака (где назначено было быть губернскому городу Екатеринославу), дальше посуху в Херсон, Тавриду и обратно через Черкасск, Бахмут, Изюм, Харьков, Курск, Орел, Тулу и Москву21. В 1786 г. в Санкт-Петербурге вышла книга, описывающая маршрут, природные богатства и экономическое состояние территорий, по которым он пройдёт22. 7 января 1787 г. царский поезд отправился в путь23. Путешествие в Крым обошлось казне в 15 миллионов рублей и ещё около 4 миллионов рублей самого Потёмкина (его годовой доход), хотя недоброжелатели поговаривали, что его расходы составили несколько сот миллионов рублей. Помимо придворных и высших сановников в свиту императрицы входили иностранные посланники: австрийский Кобенцель24, французский Луи Филипп Сегюр (впоследствии член французской Академии наук, автор восьми книг, оставивший интереснейшие сви-

17 Семевски 1875, 692.

18 Дуси 1844, 267.

19 Есипов 1890-1891, 182.

20 Брикнер 1891, 82, 91.

21 Маркевич 1891, 88.

22 Путешествие 1786.

23 Есипов 1890, 391; Семевски 1875, 696.

24 Кобенцель Людвиг (1753-1809) — граф, известный австрийский государственный деятель и дипломат, посланник в Пруссии (1774-1779), посланник, а затем посол в России (1779-1800); многое сделал для сближения Австрии и России; министр иностранных дел (1800), канцлер и глава правительства (1801-1805).

детельства о путешествии), английский Фиц Герберг и два испанских принца — Шарль Жозеф де Линь25 и Карл Генрих Нассау-Зиген (принц Нассауский)26. Все они вели активную переписку и дневники. Эти документы опубликованы в дореволюционных журналах, в частности, в «Русской старине»27. В Каневе Екатерина встретилась с польским королем Станиславом-Августом Понятовским. Близ Кай-дан (после Канева) к кортежу присоединился австрийский император Иосиф II, путешествовавший инкогнито, под именем графа Фалькенштейна28. 18 мая кор -теж пересёк границу Таврической области. 12 дней, вплоть до 31 мая Екатерина со свитой обозревала «своё маленькое хозяйство». Огромное впечатление на иностранцев произвёл Черноморский флот, эффектно представленный Светлейшим в Инкермане29, а также последующая поездка на шлюпках в Севастополь30.

Памятуя о своём обещании императрице, Потёмкин отдал приказ командующему Балаклавским Греческим полком на Русской службе премьер-майору К. Ю. Чапони сформировать роту из вооруженных женщин. Светлейший сам занялся конструированием новой формы для амазонок. Князь был большим щёго-лем31 и не раз поражал придворных на балах своими затейливыми нарядами32. Неудивительно, что в его эскизе смешались элементы греческого, турецкого, крымско-татарского и ещё Бог весть каких костюмов. Комиссия утвердила форму, которая состояла из юбки малинового бархата, расшитой золотым галуном и отороченной золотой бахромой, зелёного бархатного спенсера, также обшитого золо-

25 Принц Шарль Жозеф де Линь (Charles-Joseph de Ligne, 1735-1814), австрийский фельдмаршал, сподвижник Г. А. Потемкина, происходил из знатного бельгийского рода. В 1782 г. был послан императором Иосифом II с важными поручениями к Екатерине II и надолго остался в России. Во время русско-турецкой войны 1787-1791 гг. де Линь находился при армии Потёмкина, участвовал в осаде и взятии Очакова. Принц оставил после себя многочисленные сочинения, выборку из которых опубликовала в 1809 г. французская писательница А.-Л.Ж. де Сталь (1766-1817) под заглавием «Lettres et pensées».

26 Карл Генрих Николай Отто, принц Нассау-Зиген (1743-1808), прозванный современниками «паладином XVIII века», состоял на русской службе в 1788-1794 гг., адмирал русского флота, сопровождал Екатерину в крымском путешествии, находился в дружеских отношениях с Потёмкиным.

27 Так, принц Нассауский ежедневно писал письма своей супруге в Варшаву и вёл подробные дневники. См.: Нассау-Зиген 1893, 283-299.

28 Записки 1865, 276-277.

29 Записки1865, 213-215.

30 При вступлении на катер императрица изволила сказать: «Здравствуйте, друзья мои! Как далеко я ехала, чтобы только увидеть вас!» — «От евдакой матушки царицы чего не может статься!» — галантно отвечал загребной матрос Жаров, лучший шкипер во флоте. Обратившись к командующему флотом графу Войновичу по-французски, Екатерина не без удовольствия заметила: «Какие ораторы твои матросы!» См.: Арцымович 1855, 144-145.

31 «В пристойном, но великолепном убранстве... при торжествах и церемониях он, одеваясь во вкусе высшего щегольства, любил украшаться. драгоценностями, являя, что всё то получил от щедрот монархини» (Самойлов 1867, 1572).

32 Так, устраивая у себя в Яссах пиры, балы и домашние спектакли, на которые выписывались из Петербурга балетмейстер Розетти с фигурантами, князь нередко одевался в гетманское платье, фасон которого выдумал сам, будучи пожалован в январе 1790 г. «великим гетманом казацких войск — екатеринославских и черноморских». Праздник, данный Потёмкиным в Таврическом дворце 28 апреля 1791 г. по случаю победы над турками был чудом роскоши и изящества. Внутреннее устройство дворца и программу сочинял сам Светлейший, который «являлся в алом кафтане и в епанче из чёрных кружев; шляпа его, украшенная галуном из бриллиантов, была до того тяжела, что её носил за князем адъютант». См.: Семевски 1875, 225, 244.

тым галуном,33 и тюрбана из белой дымки с золотыми блестками и страусовым пером34.

Получив приказ в марте, К. Ю. Чапони был поставлен в затруднительное положение: императрицу ожидали в мае35, времени оставалось очень мало. Тем не менее он сумел сформировать роту из 100 человек. Это были жёны и дочери офицеров полка, оставшиеся вакансии были заполнены девушками из других греческих семейств. За два месяца их научили стрелять, фехтовать, скакать верхом, держать строй и перестраиваться. Каждая имела при себе небольшую саблю и ружье на три выстрела порохом. Командовать над ними была поставлена жена старшего офицера Елена Ивановна Сарандова (впоследствии Шидянская) — дама пышных форм, впрочем, вполне в соответствии со значением слова «амазонка» (если понимать начальную альфу как т1еп81уит, а не рйуайуит36) и не в противоречии с античной иконографией37.

24 мая рота готовилась встречать императрицу под Балаклавой, у деревни Кадыковка (Кады-Кой), выстроившись фронтом в конце живописной аллеи, засаженной апельсиновыми, лимонными и лавровыми деревьями и усыпанной ветвями лавра38. (Рис. 1). Неожиданно накануне там появился австрийский император Иосиф II, который прибыл, чтобы полюбоваться бухтой и осмотреть развалины древней крепости. Однако, увидев красоты иного рода, он развернулся и поскакал к девушкам. Подъехав к Елене Ивановне, он взял её за подбородок и поцеловал в губы39. Рота взроптала, «послышались из фронта слова укоров и мести»40. Тог -да Елена, которой на ту пору было девятнадцать, скомандовала: «Смирно! Чего

33 Зелёный и красный цвета были выбраны, скорее всего, неслучайно: это цвета не только мундиров Греческого полка, но и национальной одежды татар.

34 Есипов 1886, 72; Записки 1865, 296-297.

35 Дуси 1844, 267.

36 Слово «амазонка» объясняли по-разному: «без хлеба» (a-maza), «живущие вместе» (ama-zoosai), «с поясами» (ama-zoonais), «воин» (от иран. ha mazan), «луна» (на черкесском — «maza»), «юноша» («amaze» на Кавказе), «превосходная женщина» (от калмыкских «aeme» и «tzaïn»), «падшая женщина» («zouneh» на иврите), «мужеподобные» («omuzhony» в славянских языках) и т.д. Однако наиболее распространенным является толкование «без груди» (a-mazos, или a-mastos), восходящее к представлениям древних греков о том, что амазонки удаляли себе правую грудь, чтобы та не мешала стрельбе из лука и вся сила перешла бы к правой руке. Псевдо-Гиппократ писал: «Правой груди они не имеют, ибо ещё во время младенчества матери накладывают на правую грудь накалённый медный инструмент, для этого сделанный, и прижигают её, чтобы уничтожить её рост и чтобы вся сила и полнота перешли к правому плечу и правой руке» (Hippocrates. De Articulis. 53). В произведениях искусства, однако, амазонки никогда не изображались с этим увечьем. В древнегреческом языке, к тому же, начальная «альфа» имеет несколько значений, среди которых не только отрицательное (privativum), но и усилительное (intensivum), последнее при этом меняет смысл с «безгру-дой» на «полногрудую».

37 В прежние времена мужчины не задыхались при виде чахлых, заморенных созданий неопределённого пола. Александр Македонский в письме к матери характеризовал «амазонид» как значительно превосходящих ростом прочих женщин, отличающихся красотою, здоровьем, сообразительностью и остроумием (Callisth. III. 27). А у христианского писателя IV-V вв. н.э. Евсевия Иеронима, амазонки изображены «с выставленной напоказ грудью и голыми руками и коленами, вызывающие на состязание сладострастия идущих против них мужчин» (Hier. II. 37).

38 Отрывки из записок 1852, 46.

39 Дуси 1844, 268; Лашков 1889, 85.

40 Уманец 1887, 210-211.

испугались? Ведь император не отнял у меня моих губ и не оставил своих!» 41. Похоже, поцелуй был всё-таки горяч. «Куда Вы спрячете свои высокие груди42, если придется Вам сражаться?» — якобы спросил Иосиф. «Груди драться мне не помешают, Ваше сиятельство!» — ответила амазонка43.

На следующий день, 24 мая Иосиф II приехал уже в одной карете с Екатериной и Потёмкиным. Государыня пришла в восторг от бравых воительниц. Подозвав Елену Ивановну, она тоже поцеловала её в губы и, потрепав по плечу, сказала: «Поздравляю Вас, амазонский капитан! Ваша рота исправна: я ею очень довольна»44. Реакция Екатерины была понятна: она и сама была страстной любительницей верховой езды, иной раз, по собственным воспоминаниям, проводя в седле 13 часов! Ей принадлежала идея усовершенствования седла и костюма, которым она пользовалась по-мужски небрежно45. В своей собственной биографии императрица творила миф об амазонке, умело вплетая его в государственную идеологию.

Рис. 1. Встреча Екатерины II «амазонской ротой» вблизи Балаклавы в 1787 г.

41 Дуси 1844, 266.

42 Вновь обыгрывается древняя легенда о безгрудых амазонках. Военный историк А. В. Ки-бовский, ошибочно приписывая эти слова принцу де Линю, объясняет их так: «Принц де Линь, всё путешествие 1787 г. находился в какой-то эйфории, ощущая себя чуть ли не в райской Аркадии с идеальной правительницей Екатериной II. Вероятно, и "амазонские груди" — плод его восторженного воображения или просто литературный оборот, подчеркивающий женский состав роты или какую-либо особенность её одеяния». См.: Кибовский 1997, 18.

43 Уманец 1887, 212.

44 Дуси 1844, 268; Лашков 1889, 85.

45 Вачева 2005, 42-45.

Светлейший сиял: сюрприз удался! Григорий Александрович — личность выдающаяся, истинный вдохновитель и строитель Черноморского флота, проявил себя не только прекрасным организатором, прозорливым политиком и умелым ди-пломатом46, но и тонким психологом. Незначительный, казалось бы, эпизод47 — встреча Екатерины с амазонками — стал, с точки зрения, как сейчас бы сказали, политтехнологии, блестящим попаданием «в яблочко». Поездка императрицы в «полуденный край» готовилась несколько лет и была продумана до деталей так, чтобы всё «работало» на идею мощи Российской империи и на имидж её первого лица. Если десятилетием раньше Екатерина могла начертать на памятнике работы Э.-М.Фальконе: «Первому — Вторая», подчеркнув тем самым непосредственную преемственность своей власти от Великого Петра48, то теперь была обыграна древняя легенда о встрече в степях (в 329 г. до н.э.) Александра Македонского,

46 Скептицизм и недоверие иностранных посланников, принцев и королей после посещения Крыма исчезли. Сегюр в письме к Потёмкину, написанном сразу же после путешествия, обещал: «Я там [во Франции — Л.С.] с восторгом опишу все те чудные картины, которые вы представили нашим взорам: коммерцию, завлеченную в Херсон, несмотря ни на зависть, ни на болота; флот, построенный в два лишь года каким-то чудом в Севастополе, ваш Бахчисарай, напоминающий Тысячу и одну ночь, вашу Темпейскую долину [живописная Байдарская долина, в которой находилось имение Потёмкина. По древнегреческим мифам, из Темпейской долины на севере Греции пришёл, очистившись, Аполлон и завладел Дельфийским оракулом. — Л.С.]; ваши празднества, почти баснословные, в Карасубазаре; ваш Екатеринослав, где вы собрали в три года более монументов, нежели иные столицы в три столетия; эти пороги, которые вы подчинили своей власти, в ущерб авторитетности историков, географов и журналистов, и ту гордую Полтаву, на полях которой вы отвечали подвигом своих семидесяти эскадронов на критики, которыми невежество да зависть клеветали на вашу администрацию и опытность вашей армии. Если мне не поверят — вы в том виноваты: зачем сотворили столь много чудес в столь малое время и не гордились ими перед всеми, пока не показали нам их всех вдруг». Сподвижник Екатерины А. Г. Чертков писал: «Ему — ему одному [Потёмкину — Л.С.] можно такие дела делать, и когда он успел всё это сделать?.. Ну, подлинно удивил! Не духи ли какие-нибудь ему прислуживают?» (цит. по: Брикнер 1891, 101-101). Высоко ценили и военный гений Потёмкина. В письме к Сегюру из лагеря под Очаковом в августе 1788 г. де Линь писал: «Агамемнон посреди греческих царей, когда является своей армии. Какое же его волшебство? Гений, гений и гений! Врожденный ум, прекрасная память, высокость духа, тонкость без всякого коварства, счастливая примесь какого-то единственного своенравия, которое в хорошие минуты привлекает к нему сердца; неограниченное великодушие, искусство награждать приятно и по мере заслуги, верное чувство, дар угадывать то, чего он не знает, и наконец, глубокое знание человеческого сердца». См.: Два письма 1809, 20.

47 А. В. Кибовский, не отрицающий самого факта этой встречи, тем не менее не придает ей особого значения: «Вероятно, рота вышла встречать Екатерину II вместе с Греческим полком, а её появление было столь незаметным в череде "потёмкинских сюрпризов", что практически никто, кроме императрицы, де Линя и самого Потёмкина не обратил на неё должного внимания». В том же духе он отрицает возможность организации пусть временного, но конного подразделения из женщин в XVIII веке. См.: Кибовский 1997, 16-19. Как «проявление прихотливого самодурства» Потёмкина рассматривает историю с амазонской ротой А. М. Панченко, выразив, по сути, общий взгляд на проблему. См.: Панченко 1999, 465-466.

48 В Европе под влиянием военных успехов России писали, что Екатерина, сумевшая понять истинные планы Петра Великого (почему её правление и считалось продолжением его царствования), желала вытеснить турок в Азию и восстановить Византийскую империю. Вольтер прямо утверждал, что на самом «Атмайдане» (площади в Константинополе) должна быть воздвигнута статуя Екатерины II точно такая, какую она поставила Петру I. Эти толки особенно были в ходу, когда Потёмкин строил в Херсоне флот и крепость. См.: Уманец 1887, 219. А. Н. Самойлов, говоря о подражании Екатерины гению Петра Великого, подчёркивал, что Потёмкин «стремился произвести на Юге во славу императрицы своей, что великий Пётр совершил на Севере» (Самойлов 1867, 1564, 1203). См. также: Бильбасов 1900, VII.

когда он преследовал Дария, с царицей амазонок Фалестрис или Минифией (Diod. XVII. 77. 1-3; Plut. Alex. 46; Strabo. XI. 5.4; Quint. Curt. VI. 5.29), которая выехала к нему в сопровождении кавалькады из 300 всадниц49. Встреча с реальными, а не мифическими амазонками в степях России произвела огромное впечатление и на иностранцев50, которые оставили восторженные отклики о девичьей роте. Австрийский принц Шарль Жозеф де Линь вспоминал: «Я не видел здесь открытых женских лиц, кроме батальона албанок из небольшой Македонской колонии, поселившейся в Балаклаве: 200 прекрасных женщин или девиц, вооруженные ружьями, штыками и пиками вышли нам навстречу, чтобы оказать честь, а не из любопытства»51.

Е. И. Сарандова последовала за императрицей дальше, в Бахчисарай52. Екатерина любила и ценила свою армию и умела благодарить. Так, Елена Ивановна, получившая из рук царицы чин капитана, стала первой в российской армии женщиной-офицером. А затем уже из Ак-Мечети (современного Симферополя) государыня передала г-же Сарандовой своё монаршее благоволение и всемилостивейший дар — бриллиантовый перстень стоимостью 1 800 руб., а амазонкам — 10 000 руб. ассигнациями53, огромные по тем временам деньги. Вскоре рота была расформирована54. Светлейший получил титул князя Таврического и 100 000 руб.55 Императрица считала деятельность его «полезною»56, а Крым называла драгоценной жемчужиной своей короны.

В официальной историографии того времени прародителями славян, а, значит, и русских, считались скифы57. Эту концепцию развивала и сама Екатерина II. В своем труде «Записки касательно российской истории», вышедшем в том же 1787 г., когда состоялось её путешествие в Тавриду, она отмечает, что скифские женщины сражались наравне с мужчинами во время войны58. Так миф об амазонках стал важной составляющей как в персональном мифе российской императрицы, так и в государственной мифологии Российской империи59. А в самом Светлейшем иностранцы находили скифские черты. По словам графа де Сегюра, «Потёмкин может служить живым олицетворением империи Российской: подобно ей — исполин, он совместил в своём уме области плодоносные и степи. В нём являлась смесь азиятского, европейского, татарского и казацкого»60. Таким был

49 Kleinbaum 1983, 19-22; Mayor, Ober 1991, 74; Lane, Wurts 1998, 47-48.

50 Селиванова 2009, 374-379.

51 Ligne Charles Josehp de 1809, 82.

52 Дуси 1844, 268; Есипов 1886, 75.

53 Записки 1865, 296-297; Есипов 1886, 75; Дуси 1844, 268; Лашков 1889, 85.

54 Бывшая амазонка пользовалась большим уважением и авторитетом не только в своем городе, но и в округе. До конца своей жизни она считала встречу с Екатериной самым ярким событием своей жизни, императрицу боготворила и полагала время её царствования «золотым веком». Умерла Елена Ивановна на 95-м году жизни, похоронена на Симферопольском кладбище. О судьбе капитана амазонок см.: Селиванова 2010, 86-88.

55 Брикнер 1891, 102.

56 27 июля 1787 г. из Царского Села Екатерина пишет: «Ты мне служишь, а я признательна... Врагам своим ты ударил по пальцам усердием ко мне и ревностью к делам империи» (Брикнер 1891, 102-103).

57 Зорин 2002, 110.

58 Зорин 2002, 100.

59 Вачева 2005, 46.

60 Цит. по: Семевски 1875, 259.

ответ русских варваров цивилизованной Европе, который много позже выльется в бальмонтовских строках:

Мы блаженные сонмы свободно кочующих скифов, Только воля одна нам превыше всего дорога. Бросив замок Ольвийский с его изваяньями грифов, От врага укрываясь, мы всюду настигнем врага. ... Налетим, прошумим — и врага повлечём на аркане, Без оглядки стремимся к другой непочатой стране. Наше счастье — война, наша верная сила — в колчане, Наша гордость — в незнающем отдыха быстром коне.

Незадолго до создания своих «Скифов» Александр Блок записал 11 января 1918 г. в дневнике: «Мы - варвары? Хорошо же. Мы и покажем вам, что такое варвары. И наш жестокий ответ. будет единственно достойным человека»61.

Рис. 2. Знаменитый амазонский выстрел. Фрагмент скульптурного декора крышки диноса из Капуи. Начало V в. до н.э. Лондон, Британский музей

Лучше всего сформулировал эту идею граф Л. Ф. Сегюр в своей книге, опубликованной в 1803 г. в Париже: «На Западе должны были узнать, какими источниками богатства и могущества располагает Россия. Путешествие это из контроля над действиями Потёмкина должно было превратиться в торжество его, Екатерины и вообще России в глазах Европы, в демонстрацию перед Оттоманской Портой и её союзниками, оно должно было внушить страх недоброжелателям России...»62. В рамках большой стратегической задачи частные мероприятия, вроде встречи

61 Блок 1989, 260-261.

62 Цит. по: Широков 1997, 293.

со степными воительницами, носили тактический характер и преследовали ту же цель — стать для Запада тем самым «парфянским выстрелом» 63 (рис. 2), честь изобретения которого античная традиция приписывала легендарным амазонкам64.

ЛИТЕРАТУРА

Андреев Ю. В. 1996: Греки и варвары в Северном Причерноморье (Основные методологические и теоретические аспекты проблемы межэтнических контактов) // ВДИ. 1, 3-17.

Античная цивилизация и варвары. 2006: Античная цивилизация и варвары / Л. П. Ма-ринович (ред.). М.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Арцымович. 1855: Адмирал Дмитрий Николаевич Сенявин // Морской сборник. СПб., Т. 15, № 4, Апрель, 113-171.

Бильбасов В. А. 1900: История Екатерины II. Т. II. Берлин.

Блок А. А. 1989: Блок А. А. Дневник. М.

Боспорский рельеф 2001: Боспорский рельеф со сценой сражения (Амазономахия?). М.-СПб.

Брикнер А. Г. 1891: Потёмкин. СПб.

Вачева А. 2005: «.Я страшно люблю верховую езду». Топос амазонки в автобиографии Екатерины II // Болгарская русистика. София, 3-4, 40-48.

Два письма 1809: Два письма принца де Линя // Вестник Европы. М., часть 48, № 21, 20.

Дуси Г. 1844: Записка об амазонской роте // Москвитянин. М., 1, 266-268.

Есипов Г. В. 1886: Амазонская рота при Екатерине II // Исторический вестник. СПб., Т. 23. № 1, 71-75.

Есипов Г. В. 1890: Путешествие императрицы Екатерины II в южную Россию в 1787 году // Киевская старина. Киев, декабрь, Т. XXXI, 391-411.

Есипов Г. В. 1891: Путешествие императрицы Екатерины II в южную Россию в 1787 году // Киевская старина. Киев, Т. XXXII, январь, 98-118.

Есипов Г. В. 1891а: Путешествие императрицы Екатерины II в южную Россию в 1787 году // Киевская старина. Киев, Т. XXXII, февраль, 215-321.

Есипов Г. В. 1891б: Путешествие императрицы Екатерины II в южную Россию в 1787 году // Киевская старина. Киев, Т. XXXIII, апрель, 68-81.

Есипов Г. В. 1891в: Путешествие императрицы Екатерины II в южную Россию в 1787 году // Киевская старина. Киев, Т. XXXIII, март, 402-421.

63 Ростовцев 1993, 98-107.

64 Тактика ложного отступления, при котором амазонки, заманивая противника вглубь, отстреливались, оборачиваясь на скаку — приём, впоследствии считавшийся присущим всем варварам, кочевникам. Однако термин «парфянский выстрел» не совсем корректен: парфяне появляются на исторической арене много позже - во II в. до н.э., а первое их военное столкновение с римлянами происходит в I в. до н.э. Но впечатление на античный мир парфянские воины произвели огромное. Чего стоили поражение и смерть в 53 г. до н.э. Красса, победителя Спартака, а также неудача Парфянского похода Марка Антония в 36 г. до н.э.! Как большой дипломатический успех императора Августа расценивалось возвращение в 20 г. до н.э. взятых парфянами в качестве трофея военных знаков в битве при Каррах (53 г. до н.э.). Самыми ранними памятниками, на которых появляется фигура всадника, стреляющего назад, являются предметы ассирийского и финикийского искусства VIII-VII вв. до н.э. По мнению М. И. Ростовцева, этот способ стрельбы был заимствован ассирийцами тогда же от их соседей — то союзников, то врагов — кочевых киммерийцев и скифов (Ростовцев 1993, 100). Со скифами, савроматами связывали амазонок. См.: Мирошина 1995, 3-10; Мурзин, Фиалко 1999, 206-209; Фиалко 1991, 8-11; Фиалко 2005, 242-247; Davis-Kimball 1997, 46-48; DavisKimball 1997/98, 1-50; Guliaev 2003, 117-119; Rolle 1989, 86-91; Shapiro 1983, 105-116. Впрочем, согласно Помпею Трогу, амазонки «были родоначальниками парфян и бактрийцев» (Trog. II. 1, 2-4).

Завойкин А.А. 2004: Краткий очерк истории Боспора VI — первой четверти III вв. до н.э. // ПИФК. XIV, 58-93.

Записки 1865: Записки графа Сегюра о пребывании его в России в царствование Екатерины II. СПб.

Зорин А. Л. 2002: "Кормя двуглавого орла..." Литература и государственная идеология в России в последней трети XVIII — первой трети XIX века. М.

Кибовский А. В. 1997: Амазонская рота. 1787: Курьёз или первое женское подразделение в России? // Цейхгауз. М., № 6, 16-19.

Лашков Ф. Ф. 1889: Могила капитана амазонской роты Елены Ивановны Шидянской (Сарандовой) в Симферополе // ИТУАК. 7, 83-86.

Маринович Л. П. 2006: Возникновение и эволюция доктрины превосходства греков над варварами // Античная цивилизация и варвары / Л. П. Маринович (ред.). М., 5-29.

Маркевич А. И. 1891: Материалы архива канцелярии Таврического губернатора, относящиеся к путешествию императрицы Екатерины II в Крым в 1787 г. // ИТУАК. № 11, 76-143.

Мурзин В. Ю., Фиалко Е. Е. 1999: Девичьи дружины у савроматов и скифов // Проблемы скифо-сарматской археологии Северного Причерноморья. Запорожье, 206-209.

Нассау-Зиген К.-Г. 1893: Императрица Екатерина II в Крыму. 1787 г. [Отрывки из дневника и переписки] / Перевод и публ. В. В. Т. // Русская старина. СПБ., Т. 80, №11, 283-299.

Отрывки из записок 1852: Отрывки из записок севастопольского сторожила / Сообщ. А.З. // Морской сборник, СПб., Т. 7, № 1, Январь, 33- 47.

Панченко А. М. 1999: «Потёмкинские деревни» как культурный миф // Панченко А. М. Русская история и культура: Работы разных лет. СПб., 465-466.

Линь Шарль Жозеф 1809: // Линь Шарль Жозеф (1735-1814). Письма и мысли маршала принца Де Линь, изданные в свет [с предисл.] баронессою Стаэль Голстеин; переведены с французского М. И[льин]ским и А. И[вано]вым. М.

Плетнева С. А. 1998: «Амазонки» как социально-политическое явление // Культура славян и Русь. М., 529-537.

Путешествие 1786: Путешествие Ея Императорского Величества в полуденный край России, предприемлемое в 1787 году. СПб.

Ростовцев М. И. 1993: Парфянский выстрел // ЖУ01КА. Избранные работы академика М. И. Ростовцева. Петербургский археологический вестник. СПб., Вып. 5, 98-105.

Рыбаков Б. А. 1979: Геродотова Скифия. Историко-географический анализ. М.

Самойлов А. Н. 1867: Жизнь и деятельность генерал-фельдмаршала князя Григория Александровича Потёмкина // Русский архив. М., 575-606, 993-1027, 1203-1262, 15381578.

Селиванова Л. Л. 2009: Боспорские амазонки: исторические и мифические // X Бо-спорские чтения. «Боспор Киммерийский и варварский мир в период античности и средневековья. Актуальные проблемы». Керчь, 374-379.

Селиванова Л. Л. 2009а: Боспорский рельеф со сценой сражения: скифы или амазонки?» // ПИФК. 1 (23), 131-150.

Селиванова Л. Л. 2010: Российские амазонки на службе её величества // Диалог со временем. Альманах интеллектуальной истории. М., Вып. 31, 74-88.

Семевски М. 1875: Князь Г. А. Потёмкин-Таврический 1739-1791. Биографический очерк // Русская старина. СПб., Т. 12, № 4, Апрель, 681-700.

Уманец А. А. 1887: Исторические рассказы о Крыме. Севастополь.

Фиалко Е. Е. 1991: Женские погребения с оружием в скифских курганах степной Скифии. Киев, 8-11.

Фиалко E. E. 2005: Скифские амазонки по письменным и археологическим источникам // Боспорский феномен. СПб., 242-247.

Широков В. А. 1997: Путешествие Екатерины Великой в Крым // Культура народов Причерноморья. № 3, 283-295.

Яценко И. В. 1959: Скифия VII-V вв. до н.э. М.

Bisset K.A. 1971: Who Were the Amazons? // Greece & Rome, Second Series, 18, No 2, 150-151.

Block J. H. 1995: The Early Amazons. Modern and Ancient Perspectives on a Persistent Myth (Religions in the Greco-Roman World. 120). Leiden-New York-Koln.

Davis-Kimball J. 1997. Warrior Women of the Eurasian Steppes // Archaeology. Vol. 50, № 1, 46-48.

Davis-Kimball J. 1997/98: Amazons, Priestesses, and Other Women of Status: Females in Eurasian Nomadic Societies // Silk Road Art and Archaeology. 5, 1-50.

Guliaev V. I. 2003: Amazons in the Scythia: New Finds at the Middle Don, Southern Russia // World Archaeology. Vol. 35, 117-119.

Kleinbaum A. W. 1983: The War Against the Amazons. N. Y., 19-22.

Lane R. J., Wurts J. 1998: In Search of the Woman Warrior. Four Mythical Archetypes for Modern Women. Boston (Mass.).

Ligne Charles Josehp de. 1809: Lettres et pensées du maréchal prince de Ligne. Paris.

Mayor A., Ober J. 1991: Amazons. What has made the ancient mythology of warrior women so enduring? Does it have any basis in reality // MHQ. Summer. Vol. 3. P. 70-78.

Osborne L. 1998: The Women Warriors // Lingua Franca: The Review of Academic Life. Mamaroneck-N.Y, 50-57.

Rolle R. 1989: The World of the Scythians. Berkeley.

Shapiro H. A. 1983: Amazons, Thracians, and Scythians // Greek, Roman and Byzantine Studies. 24, 105-116.

Schaps D. 1982: The Women of Greece in Wartime // Classical Philology. Jul., Vol. 77, № 3, 193-213.

Tyrrell W. B. 1984: Amazons, a Study in Athenian Mythmaking. Baltimore.

FEMALE WARRIORS OF THE RUSSIAN STEPPE. BARBARIANS AND CIVILIZATION BRINGERS

L. L. Selivanova

The myth about Amazons never seemed to lose its viability and was actively employed in Antiquity, the Middle Ages, and in modern times in many different ways, political ones among them. The article considers the use of the myth about Amazons and Scythians in the politics of Russia in the 18th c. The case in point deals with a little-known page of the Russian history concerning prince G.A. Potyomkin forming a female armed company in the Crimea.

Key words: Ancient civilization and barbarian world, Scythians.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.