Научная статья на тему 'Виды пространства в марийских заговорно-заклинательных текстах'

Виды пространства в марийских заговорно-заклинательных текстах Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
56
11
Поделиться
Журнал
Финно-угорский мир
ВАК
Область наук
Ключевые слова
МАРИЙСКИЕ ЗАГОВОРНО-ЗАКЛИНАТЕЛЬНЫЕ ТЕКСТЫ / ФОЛЬКЛОРНЫЙ ЖАНР / ФИЗИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО / ВИДЫ ПРОСТРАНСТВА / СУБЪЕКТИВНОЕ ВОСПРИЯТИЕ ПРОСТРАНСТВА / СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ / ФАКТОРНО-СТАТИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ / СИМВОЛ / MARI VERBAL CHARMS / FOLKLORE GENRE / SPACE TYPES / PHYSICAL SPACE / ETHNIC SPACE PERCEPTION / SEMANTIC ANALYSIS / FACTOR AND STATISTICAL TYPES OF ANALYSIS / SYMBOL

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Глухова Наталья Николаевна

Значимость текстов заговоров как источника информации не вызывает сомнений и заключается в том, что вербальные магические формулы представляют собой оригинальный, статистически не вызывающий сомнений материал, веками создававшийся и использовавшийся на территориях проживания этноса. Объектом исследования служат марийские заговорно-заклинательные тексты, предметом их лексический уровень. Цель статьи выявить и описать виды пространства, лежащие в основе создания этнических пространственных образов и символов. Методологическая база комплексного исследования заговорно-заклинательных текстов включает в себя использование ряда положений теории системного анализа (текст системное образование, иерархически структурированное, состоящее из ряда элементов), которая дополняется применением факторного (виды пространства получают еще одно название, фактор) и статистического типов анализа. Они сочетаются с лингвистическими методами, к которым отнесены приемы семантического исследования: метод словарных дефиниций, компонентный и контекстуальный анализ. Рассмотрены 428 текстов из различных источников. Воображаемые и реальные действия, необходимые для достижения целей вербальных формул, происходят в пространственно-временном континууме. В фольклорном отражении действительности пространство служит фоном событий. Оно характеризуется географическими и климатическими особенностями. В статье выявляются и анализируются элементы рельефа местности и географические объекты, обозначенные термином «виды пространства». Алгоритм исследования включает несколько этапов. Вначале анализируется лексический состав текстов. Затем с помощью дефиниционного и компонентного типов анализа определяются отдельные лексемы, обозначающие виды пространства. После этого этапа подсчитывается частотность их использования. Ранжирование факторов способствует выделению четырех групп видов пространства, объединяющих восемнадцать наименований. Полученные результаты дают возможность определить символы и архетипы пространства марийских фольклорных жанров. Самые распространенные виды пространства в проанализированных текстах составляют 55,7 % использования географических объектов и обозначены следующими лексемами: водоемы и их части, жилище, земля, небо. Они обладают символическими значениями, содержащими религиозно-мифологическое представление мари о вселенной.The object of the research is the Mari verbal charms; the subject is their lexical level. The aim of this article is to reveal, describe and classify types of space constituting a system of spatial images and symbols. The significance of the verbal charms as a source of information is beyond doubt and lies in the fact that verbal magic formulas are original, statistically undoubted material that has been created and used for centuries on the territories inhabited by the ethnic group. The methodological basis of the research includes the use of a number of provisions of the theory of system analysis (text is a systemic, a hierarchically structured unit, consisting of a number of elements), which is supplemented by the use of factor (types of space) and statistical types of analysis. They are combined with linguistic methods of semantic research: method of vocabulary analysis, componential and contextual analysis. Imaginary and real actions necessary to achieve the goals of verbal formulas occur in the space-time continuum. In the folklore reflection of reality, the space is used as a background for the events. It is characterized by geographical and climatic features. The article identifies and analyzes the elements of the terrain and geographical objects defined by the term “types of space”. The algorithm of the research includes a number of following steps. First, the lexical composition of 428 texts from various sources is analyzed. Then, using the definitional and component types of analysis, individual lexemes are defined, denoting the types of space. After this step, the frequency of their use is calculated. The ranking of factors contributes to the allocation of four groups of space types, combining eighteen items. The obtained results make it possible to determine the symbols and archetypes of the space of the Mari folklore genres. The most common types of space in the analyzed texts consist of 55,7 % of geographical objects and are marked by the following lexemes: ponds and their parts, housing, earth, sky. They have symbolic meanings containing Mari ethnic religious and mythological view of the universe.

Похожие темы научных работ по языкознанию , автор научной работы — Глухова Наталья Николаевна,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Виды пространства в марийских заговорно-заклинательных текстах»

(Гц) ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ -

УДК 81:39 Б01: 10.15507/2076-2577.010.2018.04.034-046

ВИДЫ ПРОСТРАНСТВА В МАРИЙСКИХ ЗАГОВОРНО-ЗАКЛИНАТЕЛЬНЫХ ТЕКСТАХ

Глухова Наталья Николаевна,

доктор филологических наук,

профессор кафедры финно-угорской и сравнительной филологии ФГБОУ ВО «Марийский государственный университет» (г. Йошкар-Ола, РФ), gluhnatalia@mail.ru

Значимость текстов заговоров как источника информации не вызывает сомнений и заключается в том, что вербальные магические формулы представляют собой оригинальный, статистически не вызывающий сомнений материал, веками создававшийся и использовавшийся на территориях проживания этноса. Объектом исследования служат марийские заговорно-заклинательные тексты, предметом - их лексический уровень. Цель статьи - выявить и описать виды пространства, лежащие в основе создания этнических пространственных образов и символов. Методологическая база комплексного исследования заговорно-заклинательных текстов включает в себя использование ряда положений теории системного анализа (текст - системное образование, иерархически структурированное, состоящее из ряда элементов), которая дополняется применением факторного (виды пространства получают еще одно название, фактор) и статистического типов анализа. Они сочетаются с лингвистическими методами, к которым отнесены приемы семантического исследования: метод словарных дефиниций, компонентный и контекстуальный анализ. Рассмотрены 428 текстов из различных источников.

Воображаемые и реальные действия, необходимые для достижения целей вербальных формул, происходят в пространственно-временном континууме. В фольклорном отражении действительности пространство служит фоном событий. Оно характеризуется географическими и климатическими особенностями. В статье выявляются и анализируются элементы рельефа местности и географические объекты, обозначенные термином «виды пространства». Алгоритм исследования включает несколько этапов. Вначале анализируется лексический состав текстов. Затем с помощью дефиниционного и компонентного типов анализа определяются отдельные лексемы, обозначающие виды пространства. После этого этапа подсчитывается частотность их использования. Ранжирование факторов способствует выделению четырех групп видов пространства, объединяющих восемнадцать наименований. Полученные результаты дают возможность определить символы и архетипы пространства марийских фольклорных жанров.

Самые распространенные виды пространства в проанализированных текстах составляют 55,7 % использования географических объектов и обозначены следующими лексемами: водоемы и их части, жилище, земля, небо. Они обладают символическими значениями, содержащими религиозно-мифологическое представление мари о вселенной.

Ключевые слова: марийские заговорно-заклинательные тексты; фольклорный жанр; физическое пространство; виды пространства; субъективное восприятие пространства; семантический анализ; факторно-статистический анализ; символ.

Благодарности: Публикация подготовлена в рамках поддержанного РФФИ научного проекта № 18-412-120005р_а.

Для цитирования: Глухова Н. Н. Виды пространства в марийских заговорно-заклинательных текстах // Финно-угорский мир. 2018. № 4. С. 34-46.

Введение

Фольклор марийского народа представлен разнообразными жанрами, в том числе заговорами и заклинаниями. Тексты заговоров - древние уникальные произведения, составляющие существенную часть этнической духовной культуры, что делает необходимым и актуальным их многоаспектное изучение в рамках междисциплинарного подхода.

Актуальность предлагаемого исследования марийских заговорно-заклина-

тельных текстов заключается в том, что представляемая работа является частью изучения ведущих компонентов традиционной культуры мари, к которым относятся системы образов, символов и ценностей. Воздействие глобализацион-ных процессов в экономической, политической, культурной сферах на жизнь и традиции мари ведет к изменениям этнического самосознания. Определение, описание и фиксация традиционных об-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

34 ISSN 2076-2577 (print)

© Глухова Н. Н., 2018

разов, символов и ценностей, представленных, в том числе в фольклорных текстах, будет способствовать сохранению ядра этнической культуры.

Цель данной статьи - выявить и проанализировать виды пространства, упоминаемые в марийских заговорах-заклинаниях.

Научная новизна работы определяется объектом и предметом исследования, а также методами и приемами, которые были использованы при изучении магических текстов.

Обзор литературы

Первые записи марийских заговорно-заклинательных текстов были осуществлены в конце XIX в. и начале ХХ в.1 В течение ХХ в. в ходе полевых диалектологических и фольклорных экспедиций исследователи записывали и заговорно-заклинательные тексты, сопровождая их сбор описаниями проведения ритуала. Однако отдельных работ, посвященных изучению различных аспектов данных текстов марийской культуры, в отечественных филологических исследованиях не было.

Особый интерес к сбору, публикации и изучению текстовых характеристик марийских заговорных текстов представителями различных научных дисциплин и направлений появляется с 1990-х гг.2 К настоящему времени выявлены некоторые маркеры стиля [5, 65-75]; показаны особенности проявления категорий информативности и времени [24, 15-50]; определены некоторые положения теории вероятностей, которая имплицитно присутствует в текстах марийских заговоров (выражения невозможности и неизбежности свершения события) [25, 108-118]; а также описаны содержащиеся в текстах знания и практические мето-

" 3

ды народной медицины3.

В то же время в работах исследователей других лингвокультур определяются и описываются сущностные признаки заговоров и заклинаний; выясняются композиционные принципы построения текстов; обращается внимание на «включение» вербальных формул в процесс ритуала; предлагаются прагмалингвистические классификации заговорно-заклинатель-ных текстов [1; 6; 9, 43-45; 10; 18, 159172; 20, 108-127; 26, 12-35; 29, 141-144 и др.].

Однако анализ научной литературы начала XXI в. показывает, что проведенных исследований заговорно-заклинатель-ных традиций явно недостаточно, чтобы представить полную картину сложности и многогранности этого вида текстов устного народного творчества [3; 4; 8; 11; 14; 16, 116-123; 17; 19; 22; 23, 36-52; 27; 28, 155172; 30, 145-154; 31, 7-50; 32].

Обращение к проблематике эзотерических текстов и практик в начале XXI в. объясняется рядом лакун в изучении текстов религиозного и ритуального характера, объясняющих необходимость комплексных исследований междисциплинарного характера. К одному из таких пробелов в марийской фольклористике относится изучение жизненно значимых для этноса данных о пространственных характеристиках, присутствующих в текстах марийских заговоров. На необходимость изучения этнического восприятия пространства указывал в свое время О. Шпенглер в работе «Закат Европы», справедливо полагая, что каждая культура находится в глубокой символической связи «...с пространством, в котором и через которое она стремится реализоваться» [21, 167].

Пространство обладает географическими и климатическими характеристиками. В сознании человека они формируют индивидуальный образ пространства, вос-

1 См.: Тойдыбекова Л. С. Марийская мифология: этногр. справ. Йошкар-Ола, 2007; Юдин А. В. Ономасти-кон русских заговоров. Имена собственные в русском магическом фольклоре. Москва, 1997 и др.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2 См.: Евсеев Т. Е. Калык ойпого: Тошто годсо марий ойлымаш, йомак, ончык лийшаш пале, омо кусарыме, туныктен каласыме, воштылтыш, тушто, кумалтыш мут да шуведыме ю-влак. Йошкар-Ола, 1994; Петров В. Н. Марий ю. Турло локтымо, чер, мужо ваштареш шуведымаш. Йошкар-Ола, 1993; Юзо мутат утара. Морки, 1992; Юзо ой: улдымо, савырыме, кумыландыме шомак да кумалме шот. Йошкар-Ола, 1991.

3 См.: Петров В. Н. Указ. соч. С. 7-15; Попов Н. С. Народная медицина // Марийцы: историко-этногр. очерки. 2-е изд., доп. Йошкар-Ола, 2013. С. 314-319.

принимаемый негативно или позитивно, т. е. появляется его ценностное восприятие [12, 67-70]. И если пребывание долгое время в одном виде пространства формирует характер отдельного человека, то длительное проживание в одних и тех же ландшафтных условиях может формировать этнические особенности восприятия пространства [13, 181-191].

Пространство - понятие, которое рассматривается в различных отраслях знания. Протяженность, единство прерывности и непрерывности, размерность составляют три ведущих измерения полного физического пространства в прямоугольной системе координат.

Однако субъективно воспринимаемое человеком пространство отличается от трехмерного «физического» пространства, так как оно значительно меньше. Известно, что индивидуальное физическое восприятие пространства осуществляется под углом 180°. Он определяет угол зрения человека и называется телесным углом. Телесный угол ограничен по ширине, высоте и дальности, поэтому человек воспринимает только то пространство, которое он видит - объем воспринимаемого пространства. Этот показатель является ведущим психологическим параметром восприятия пространства.

Объем воспринимаемого пространства, будучи интегральным показателем, складывается из сочетания следующих факторов: рельеф местности, или топология; географические объекты (природные и антропогенные); досягаемость, связанная с удаленностью/близостью пространства или анатомическими характеристиками человека; изученность пространства, описываемая степенью постоянства и предсказуемости; ценность пространства, характеризуемая размерностью и/или качеством; организованность пространства, включающая эргономические и эстетические требования. Именно данные факторы и свидетельствуют об особенностях этнического восприятия пространства. Они в имплицитной форме присутствуют в фольклорных жанрах этноса.

Материалы и методы

Результаты исследования основаны как на базе полевого материала, собранного во время экспедиций в районы проживания мари на территории Республики Марий Эл, и на существующих записях текстов отечественных этнографов. Всего изучены 428 заговорно-заклинательных текстов, в частности их лексический уровень.

В начале статьи указано, что методологическая база многостороннего изучения заговорно-заклинательных текстов объединяет применение некоторых положений теории системного анализа к изучению лексики текстов, дополняемая использованием факторного и статистического типов анализа. К текстам заговоров применяются лингвистические методы и приемы семантического исследования: компонентный и контекстуальный типы анализа, которым предшествует разбор дефиниций видов пространства.

На начальном этапе исследования после определения понятия «вид пространства» используется статистический метод, основанный на регистрации упоминаний выделенных факторов в текстах без углубления в изучение их смыслового содержания. В качестве гипотезы была принята очевидная идея о том, что чем значимее какой-либо вид пространства, тем чаще он упоминается в этих текстах.

Последовательность действий в процессе исследования состоит из следующих этапов: 1) чтение и анализ заговоров с целью выявления лексем, обозначающих виды пространства (факторы) с применением методов семантического исследования; 2)составление списка лексем, обозначающих виды пространства (факторов); 3) вычисление частотности использования факторов и определение вероятности их использования с занесением данных в таблицу; 4) ранжирование факторов в уменьшающемся порядке встречаемости и оформление диаграммы вероятности их использования; 5) выделение главных, второстепенных,

дополнительных и малозначащих факторов с использованием метода дихотомии по принципу простого большинства; 6) выводы и заключение.

Факторно-семантический анализ в рамках системного подхода к лексическому уровню текстов, примененный к заговорно-заклинательным текстам, позволил выделить восемнадцать самых распространенных видов пространства, ранжированных на четыре группы.

Для определения группы ведущих/доминирующих видов пространства мы применили простейший метод факторного анализа: отбор по критерию простого большинства. Затем суммировали частотность использования факторов (в процентах), начиная с самой большой до тех пор, пока их сумма не превысит половины суммы всех использований (100 : 2 = 50). В данном случае в главную, определяющую группу попали всего четыре фактора: вода, водоемы и их части; жилище; земля; небо (55,7 % > 50,0 %). Будучи широкими понятиями, они включили в себя множество дополнительных значений. Например, водоемы и его части могут быть обозначены следующими лексемами: дно реки, дно моря, берег реки, вода, вода реки, пена воды реки, пена воды моря и т. п.

Группа второстепенных по значимости видов пространства включает следующие наименования: мост, поле, хлев, гора/холм, церковь, собор (24,3 %). Третья группа видов пространства, относимых к дополнительным, объединяет такие виды, как лес, вселенная, овраг, забор, ворота (12,0 %). К малозначащим в рассмотренном материале видам отнесены: гумно, овин, дверь, лестница (8,0 %).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Пространство по видам-факторам может быть представлено таблицей распределения средних значений частотности их упоминания в текстах, что будет показано далее.

Результаты исследования и их обсуждение

В рамках подобного исследования следует напомнить классификацию существующих марийских заговорно-за-клинательных текстов. С учетом прагматических целей марийские заговоры могут быть разделены на шесть больших групп: 1) лечебные заговоры; 2) «защитные» заговоры (охраняющие от колдовства); 3) заговоры, меняющие межличностные отношения, в том числе «отсушки» и «присушки»; 4) заговоры, «очищающие» от причиненной «порчи»; 5) заговоры, приносящие добро; 6) заговоры, наносящие вред [24, 15-18].

В проанализированном материале из шести выделенных классов преобладают тексты защитных, лечебных и меняющих межличностные отношения заговоров, направленные на лечение, защиту, освобождение от «колдовства» и «порчи», изменение отношений между людьми.

Содержание рассмотренных текстов, воображаемые действия, необходимые для достижения поставленных целей вербальной формулы, развиваются в пространстве и времени. Пространство в фольклорном отражении действительности служит изображению фона событий.

С целью определения восприятия пространственных характеристик в заговор-но-заклинательных текстах на первом этапе исследования был проанализирован лексический состав 428 текстов из различных источников4.

С помощью анализа дефиниций и компонентного анализа были выявлены отдельные лексемы, обозначающие рельеф местности и географические объекты различного происхождения - природные и антропогенные. Они объединяются под одним условным термином «виды пространства». Данные лексемы лежат в основе создания образов и символов мифологического мышления [7, 57-59 и др.],

4 См.: Евсеев Т. Е. Калык ойпого: Тошто годсо марий ойлымаш, йомак, ончык лийшаш пале, омо кусарыме, туныктен каласыме, воштылтыш, тушто, кумалтыш мут да шуведыме ю-влак; Петров В. Н. Указ. соч.; Юзо мутат утара; Рукописный фонд МарНИИ. № 583. Материалы диалектологической экспедиции. Йошкар-Ола, 1944 (далее - МДЭ); Личная картотека автора 1991-1993 гг. Материалы экспедиции автора в Оршанский и Моркинский районы Марий Эл. 1991 г.

дополняя список пространственных архетипов марийской лингвокультуры [2, 55-59].

Ранжирование лексем, обозначающих виды пространства, проведено с использованием метода дихотомии по принципу простого большинства. Выделены четыре группы. Здесь мы приведем примеры первой, наиболее часто используемой группы видов пространства. Результаты анализа упоминаний видов пространства представлены в таблице. На основе ее данных была построена факторная диаграмма (рисунок).

Анализируя контекстуальное использование перечисленных лексем, можно привести следующие наблюдения.

На первом месте по частотности упоминаний находятся слова, обозначающие воду (водоемы и их различные части).

Вода в текстах является средой воображаемых действий человека, использующего тексты. Она осуществляет своеобразное посредничество между желаемыми/нежелаемыми и реальными действиями или состояниями. Кроме того, вода - такая среда, в которой действуют сверхъестественные силы, как это видно по тексту, направленному на защиту от болезни. Болезни часто ассоцииру-

Таблица. Результаты анализа частотности использования видов пространства, % Table. The results of the analysis of the frequency of various types of space, %

№ / No. Вид пространства / Types Частотность использования / Frequency

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

1 Водоемы (их части) / Lakes 26,0

2 Жилище / House 14,3

3 Земля / Ground 8,9

4 Небо / Sky 6,5

5 Мост / Bridge 5,9

6 Поле / Field 4,8

7 Хлев / Barn 4,7

8 Холм, горка / Hill 4,5

9 Собор, церковь / Church 4,4

10 Лес / Forest 3,9

11 Вселенная / Universe 2,8

12 Овраг / Ravine 2,7

13 Забор / Fence 2,6

14 Ворота / Gate 2,1

15 Гумно / Stackyard 2,0

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

16 Овин / Granary 1,7

17 Дверь / Door 1,2

18 Лестница / Ladder 1,0

ются со злыми духами. В предлагаемом тексте считается, что дух ревматизма живет в воде:

Кунам 77 турло вудыш каен, 77 турло кум кудалтен, 77 турло рожым шутен куэшыже, тушан 77 турло меным ке-рын, 77 мене вуйышто 77 турло имым

Рисунок. Суммарная диаграмма частотности упоминаний видов пространства Figure. Summary diagram of the frequency of different types of space

керын, ик час, ик минутышто таче ке-чын имышке шогалын шушкен-мурен кер-теш, тунам иже тиде айдемым кочкын-йуын кертше!5 ('Когда он (дух болезни) сможет войти в 77 разных вод, бросить 77 разных камней, сделать 77 разных отверстий в камнях, вдеть в них 77 разных столбов, вдеть в них 77 разных игл, встать на эти иглы, сможет один час, одну минуту напевать и присвистывать, только тогда злой дух пусть сможет есть-пить (тело) этого человека!').

Вода выступает для человека опасной средой, в которой могут «жить» животные, используемые колдунами с негативными целями:

Кугу тенгыз вуд пундаш орышо жавам луктам, орышо колям луктам, орышо пырысым луктам, орышо пийым луктам, орышо маскам луктам, орышо зверым луктам!6 ('Выпущу со дна моря бешеную жабу, выпущу бешеную мышь, выпущу бешеную кошку, выпущу бешеную собаку, выпущу бешеного медведя, выпущу бешеного зверя!').

Однако вода играет решающую роль против колдовства:

Ош (шем, сур) вудышо ош (шем, сур) шаргум шинча пунжо дене кунам на-лын кертеш, тунам иже шинча вожшо!1 ('Когда колдун сможет поднять своими ресницами белую (черную, серую) гальку в белой (черной, серой) воде, только тогда пусть сможет заколдовать меня!').

В рассмотренном материале самые типичные ситуации связаны с количеством времени, отводимым на описываемые действия и количество обстоятельств, которые надо преодолеть. Такие тексты построены с использованием гипербол. Еще один тип заговорно-заклинательных текстов построен на аналогии, выраженной ситуационным сравнением.

В следующем примере ситуационное сравнение показывает сходство в характере описываемых процессов. Этот стилистический прием демонстрирует

5 Юзо мутат утара. С. 2.

6 МДЭ. С. 13.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

7 Личная картотека автора 1991-1993 гг. С. 21.

8 Юзо мутат утара. С. 5.

9 Петров В. Н. Указ. соч. С. 134.

10 МДЭ. С. 1-4.

возможности ускорения желаемого события:

Шошым вуд кузе талын шуален толеш, тугак ... йочаже писын лекше!8 ('Как быстро протекает вода весной, так же быстро пусть (у нее / ее) младенец родится!').

Люди, использующие заговоры, считают, что болезнь или нанесенное зло/колдовство может быть растворено в воде; они могут исчезнуть, как исчезает пена воды.

Данная часть встречается в большинстве заговоров против болезней и колдовства (считается, что вода может смыть негативные последствия действий):

Теныз вуд шон кузе шула, туге шулыжо!

Энер вуд шон кузе шула, туге шулыжо!

Лаж вуд шон кузе шула, туге шулыжо!

Мушко вуд шон кузе шула, туге шулыжо!9

'Как исчезает пена морской воды,

так же пусть и оно (зло) исчезает!

Как исчезает пена речной воды,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

так же пусть и оно (зло) исчезает!

Как исчезает пена воды реки Лаж,

так же пусть и оно (зло) исчезает!

Как исчезает пена воды реки Мушко,

так же пусть и оно (зло) исчезает!'

Кроме того, самое распространенное использование текстов с лексемой «вода» касается обращения к демоническим персонажам, обитающим в воде. Следующий отрывок из любовного заговора содержит несколько обращений к обитателям потустороннего мира с просьбами. Можно проанализировать части текста "Пыжыктыме" («Привораживание»)10, направленного на вызов ответных чувств. Текст начинается с введения в ситуацию:

Кастене возам юмым ом кумал, эрде-нат кынелам юмым ом кумал, лектам ом-саш, лектам капкаш, каен колтем шем тенызеш. Шем теныз вуд покшелне кум изак шоляк ия уло: иктыже - кечывал ия, весыже - кас ия, кумышыжо - пел йуд ия ('И вечером ложусь, богу не молюсь, утром встаю, богу не молюсь. Пойду, вый-

ду в двери, выйду через ворота, иду к черному морю. Посреди черного моря есть три брата-черта: первый - полуденный черт, другой - вечерний черт, третий - полуночный черт').

Затем использующий текст заговора обращается к этим существам по очереди, начиная просьбу с полуденного черта:

Кечывал ия, мый тылеч йодам, Йыва-нын чонжым, шумжым-мокшыжым ший когонет дене, ий сравочет дене мыйын пелен сымыстарен пижыкте, да теныз вуд пундаш кугу стойко ку йымаке чыке. Кунам ик тучалтыш вуд кодде кошкен ко-мышталт лектеш, тунам иже мый дечем ойырлен каен кертше. Тылеч ончыч ынже керт! ('Полуденный черт! Я тебя прошу, сердце Ивана запри серебряным замком, серебряным ключом, приворожив его ко мне, и сунь на дно моря под камень большой стойки. Когда до единой капли без остатка вода высохнет, только тогда пусть он сможет покинуть меня. До этого пусть не сможет!').

В тексте за этим обращением следуют еще два - к вечернему черту и полуночному черту - с таким же содержанием. Однако использующему текст двух обращений-просьб кажется недостаточным, и он включает следующий отрывок, чтобы событие произошло наверняка:

Латкок ия, латкок сатана, латкок ший сравоч, да латкок шортньо сравоч-да уло. Латкокыт да латкокыт коло нылыт лиеш. Коло ныл ший дене коло ныл шортньо сравочда дене Йыванын шумжым-мокшыжым мыйын веке сы-мыстарен пыжыктен налза да кугу вуд пундаш кугу стойко ку йымаке намиен чыкыза. Кунам ик тучалтыш коде теныз вудым коштен нолтал кертеш, тунам иже мый дечем ойырлен кертше. Тылеч ончыч ынже керт! ('12 чертей, 12 сатаны, 12 серебряных ключей да 12 золотых ключей есть. 12 да 12 будет 24. С помощью 24 серебряных и 24 золотых ключей приворожите сердце Ивана ко мне, возьмите и спрячьте под большую воду, под большой камень стойки. Только тогда пусть он сможет избавиться от меня, когда он сможет до капли высушить море, поднять камень большой стойки на дне

моря! До этого пусть не сможет этого сделать!').

На втором месте по частотности упоминаний видов пространства находится жилище. Данное понятие включает в себя традиционную марийскую усадьбу с двором и надворными постройками, обведенную оградой. Концепт объединяет ряд значений слов, семантический анализ которых позволил выявить и сформировать отдельную лексико-семантическую группу, объединяющую такие лексемы, как порт "дом, изба, хата", сурт "жилище (с надворными постройками), хозяйство", сурт-пече "дом с постройками".

Будучи замкнутым пространством, отграниченным от внешнего мира, дом противопоставляется окружающему миру, служит средством защиты человека и близких ему людей.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Шем теныз покшелан ик минутышто шуйшо омартам унчыли шогалтен, кунам айдемым ыштен кертеш гын, тунам иже осал тушман... суртышкыжо осалым пур-тен кертше, тылеч ончыч осалым пуртен ынже керт! Тьфу!

Уло туня умбалне мландым чумырал кормыжталын ик минутышто кертеш гын тунам иже ... суртышкыжо осалым пуртен кертше!11 ('Когда зловредный колдун сможет посреди черного/темного моря, перевернув гнилой пень, за одну минуту создать человека... только тогда пусть в дом сможет войти зло! Когда зловредный колдун, сможет собрать на ладони все страны мира в одну минуту, только тогда пусть в . дом сможет войти зло!').

При основном значении «место, где живут, жилье» семантика и символика концепта в рассмотренных заговорах - защита от магических сил, которыми могут владеть недружелюбные соседи, колдуны, ворожеи, а также от нечистой силы.

Мыйын суртышто-портышто шоген-шогаш, шинчен-шинчаш тылат вер уке!п ('В моем доме-дворе ни сидеть, ни стоять места тебе нет!').

Следующим видом пространства, наиболее распространенным в первой груп-

11 МДЭ. С. 1-14.

12 Петров В. Н. Указ. соч. С. 76.

пе и имеющим значение концепта, была определена земля:

77 турло мланде умбалне 41 пре-зан ушкал шке презыжым ик минутыш-то, ломыж-ломыж, шке помышкыжо кузе поген налеш, тугак тудынат шум-мокшыжо ик минут жапыште мыйын могырыш савырныже! 77 турло мланде умбалне 41 иган комбо шке игыжым ик минутышто, чияклен-чияклен, кузе поген налеш, тугак тудынат шум-мокшыжо ик минут жапыште мыйын могырыш савырныже!13 ('Как в одну минуту на 77 разных землях 41 корова призывным мычанием соберет около себя своих телят, пусть и он так же в одну минуту всем сердцем повернется ко мне! Как в одну минуту на 77 разных землях 41 гусыня призывным гоготанием соберет вокруг себя своих гусят, пусть и он так же в одну минуту всем сердцем повернется ко мне!').

В ряде текстов, как, например, в "Куры-мым (умырым) налме-шорымо" используются слова земля и море - лексемы, обозначающие географические объекты природного происхождения. Ставятся нереальные условия, осуществление которых связано с действиями с ними:

Кунам локтызо ен мланде курымым налын кертеш, тунам иже ен курымым налыш кертше. Тьфу! Тьфу! Тьфу! Кунам локтызо ен тенгыз курымым налын кертеш, тунам иже ен курымым налын кертше. Тьфу! Тьфу! Тьфу!14 ('Когда колдун (колдующий человек) сможет отнять жизнь у земли, только тогда колдун пусть сможет отнять жизнь у этого человека. Тьфу! Тьфу! Тьфу! Когда колдун сможет отнять жизнь у моря, только тогда колдун пусть сможет отнять жизнь. Тьфу! Тьфу! Тьфу!').

Еще одним примером нереального условия, в действиях связанных с землей, может служить предлагаемый ниже отрывок:

77 турло мланде валне эр покшым кузе шулен кая, тугак шулен кайыже! 77 турло

13 Личная картотека автора 1991-1993 гг. С. 6-7.

14 Евсеев Т. Е. Указ. соч. С. 168.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

15 Петров В. Н. Указ. соч. С. 133.

16 Юзо ой. С. 18.

мланде валне эр тутыра кузе шулен кая, тугак шулен кайыже! 77 турло мланде валне эр лупс кузе шулен кая, тугак шулен кайыже!15 ('Как исчезает утренний иней на 77 разных землях, так же пусть и колдовство исчезнет! Как исчезает утренняя роса на 77 разных землях, так же пусть и колдовство исчезнет!').

Вид пространства небо «закрывает» список слов, обозначающих главные виды, выявленные в проанализированном материале. На рисунке лексема, обозначающая этот вид пространства, занимает четвертое место в главной группе факторов.

В проанализированных текстах для показа нереальных, вымышленных ситуаций, включая события, явления, процессы, перечисление которых ведет к невозможности выполнения какого-то желания, достижения какой-то цели используется фольклорная гипербола. Она встречается двух типов: простая и ситуационная. Данный стилистический прием обычно появляется благодаря пониманию явного несоответствия между обычным, нормальным течением событий и воображаемой ситуацией в текстах. Может присутствовать преувеличенное количество условий, а также значительно сокращенное количество времени, отводимое на совершение запланированных действий. В приводимом ниже отрывке из текста "Пошартыш шорымо" («Уничтожение колдовства») невероятность выражена гиперболой, содержащей несколько нереальных действий в предложении:

Мланде гыч кынелын, кавашке шумеш-ке, ший (шортньо, чинче) шопшарым шогалтен, ик-час-минут коклаште ка-вам почын пурен... тунам иже пытарен кертше!16 ('Только тогда пусть он сможет забрать мою жизнь (сможет уничтожить меня), когда, поднявшись с земли, поставив серебряную (золотую, блестящую) лестницу из цельного дерева, добравшись до неба, через час-минуту сможет взойти на небо!').

Еще одним примером использования развернутой гиперболы с лексемой небо может служить приводимый ниже отрывок из текста "Пуй корштымо деч" («От зубной боли»):

Локтызо ен коремысе ошмам лук-тын уэш верышкыже пыштен кертеш гын, кавашке кузен, тылзым (кечым, шудырым) ниялтен кертеш гын... тунам иже пуйжым локтен-пужен кертше! Тылеч ончыч ынже керт!11 ('Когда колдун сможет добыть песок из оврага, положить его снова на место, взобравшись на небо, погладить луну (солнце, звезду), только тогда пусть он сможет навести порчу на зубы!.. До этого пусть он не сможет испортить зубы!').

Заключение

Результат анализа 428 текстов показал, что из шести классов заговоров и заклинаний, традиционно выделяемых в марийском фольклоре, преобладают три большие группы, а именно: заговоры, предназначенные для лечения людей и животных; заговоры, охраняющие и «очищающие» от колдовства людей, животных, предметы, растения; заговоры, меняющие межличностные отношения.

Компонентный анализ и интерпретация дефиниций позволили выявить отдельные лексемы, обозначающие рельеф местности и географические объекты природного и антропогенного происхождения. В дальнейшем компонентный анализ, дополненный факторно-статистическим анализом с использованием приема последовательной дихотомии по принципу простого большинства, помог из 18 видов пространства выделить четыре группы, главная из которых составила 55,7 % общего количества использования наименований.

Главная группа объединила в себе четыре вида, к которым отнесены: 1) водоемы и их части; 2) жилище, дом; 3) земля; 4) небо. Виды пространства с символическим значением были определены на основании изученного материала с использованием количественных подсчетов и ранжирования.

17 Юзо ой. С. 50-51.

Контекстологический анализ выделенных лексем в заговорах позволил определить символическое значение видов пространства, используемых в магических формулах. Вода - источник очищения; она уносит все плохое и разрушает недобрые намерения и злой умысел использующего текст. Она также может залечивать раны и лечить болезни. При этом в ней могут жить потусторонние существа, обладающие разрушительной магической силой, способные нанести вред людям.

Согласно поверьям народа, дом обладает такими же качествами, что и семейное священное дерево. В рассмотренных заговорах жилище соединяет землю, средний мир с космосом через разных богов, к которым обращается использующий заговоры. Одновременно дом, будучи закрытым и замкнутым пространством, считается самым надежным местом, способным защитить всех живущих под одной крышей.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Вид пространства земля часто используется в значении 'дальнее место', 'дальние страны'. Перенос действий колдуна в далекое неизвестное пространство, перечисление цепочки нереальных действий или событий обеспечивает невозможность совершения зла, по мнению использующих заговоры. Еще один аспект значения раскрывается в следующем факте: в аграрной культуре мари земля считается основным средством производства, свойства которой связаны с растительным миром. Символическое значение земли в рассмотренных текстах - сама жизнь.

В проанализированных заговорах также четко прослеживается вера в сверхъестественные силы неба и помощь живущих там богов. Небо имеет символическое значение помощника в борьбе с людьми, замыслившими зло. При этом подчеркивается взаимодействие неба с землей, человека с небом и небесными светилами - солнцем, луной, звездами.

В содержании заговорно-заклинатель-ных текстов наряду со своеобразным художественно-философским обобщением наблюдений над бытовой, семейной и личной сферами жизни народа представлен религиозно-мифологический взгляд на мир.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

1. Богданов К. А. Русский заговор. Опыт структурного анализа: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Санкт-Петербург.

1992. 16 с.

2. Глухова Н. Н. Архетипы пространства в марийском фольклоре // Ежегодник финно-угорских исследований. Ижевск, 2014. № 1. С. 55-59.

3. Гультяева Н. В. Язык русского заговора: лексика: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Екатеринбург, 2000. 20 с.

4. Ермакова Е. Е. Сибирская заговорная традиция (конец XX - начало XXI в.). Тюмень: Издатель Пашкин, 2005. 496 с.

5. Иванов И. Г. О языке одного из жанров марийского фольклора // Вопросы марийского языка: сб. ст. к 60-летию со дня рождения проф. Н. Т. Пенгитова. Йошкар-Ола, 1975. С. 65 - 75.

6. Исследования в области балто-славян-ской духовной культуры. Заговор / отв. ред. Т. М. Николаева. Москва: Наука,

1993. 240 с.

7. Калиев Ю. А. Мифологическое сознание мари: Феноменология традиционного мировосприятия: моногр. / Мар. гос. ун-т. Йошкар-Ола, 2003. 216 с.

8. Кляус В. Л. Сюжетика заговорных текстов славян в сравнительном изучении. К постановке проблемы / РАН. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького; отв. ред. В. М. Гацак. Москва: Наследие, 2000. 192 с.

9. Кудряшова В. М. Заговоры народа коми // Общее и особенное в жанрах Коми фольклора и литературы. Сыктывкар, 1991. С. 43-45. (Тр. ИЯЛИ КомиНЦ УрО АН СССР; вып. 48).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

10. Кыйва М. Эстонские заговоры. Классификация и жанровые особенности: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Таллин, 1990. 25 с.

11. Левкиевская Е. Е. Славянский оберег. Семантика и структура. Москва: Индрик, 2002. 336 с.

12. Ломшина Е. Н. Ценностное восприятие пространства в традиционной культуре мордовского этноса // Информационное общество и актуальные проблемы экономических, гуманитарных, правовых и естественных наук: материалы VII еже-год. междунар. науч.-практ. конф. Рязань, 2011. С. 67-70.

13. Молотова Т. Л. Этнический характер марийцев и природно-географические факторы // Этнологические проблемы в поликультурном обществе. Йошкар-Ола: Йош-кар-Олин. кн. изд-во, 2000. С. 181-191.

14. Никонова Л. И. Магия и заговоры у мордвы: штрихи из жизни. Saarbrücken, Germany: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2011. 286 с.

15. Панина Т. И. Слово и ритуал в народной медицине удмуртов: моногр. Ижевск: УИИЯЛ УрО РАН, 2014. 240 с.

16. Романов К. М. Магические действия в структуре традиционной психологической культуры мордовского народа // Финно-угорский мир. 2017. № 1. С. 116123.

17. Топорков А. Л. Заговоры в русской рукописной традиции XV-XIX вв.: История, символика, поэтика. Москва, 2005. 478 с.

18. Чернов И. О структуре русских любовных заговоров // Учен. зап. Тартуского ун-та. Тарту, 1965. Вып. 181, ч. 2. С. 159172.

19. Шарапов В. Э. Традиционное мировоззрение в обрядах и фольклоре современных коми: автореф. дис. ... канд. ист. наук. Ижевск, 2006. 217 с.

20. Шиндин С. Г. Пространственная организация русского заговорного универсума: образ центра мира // Исследования в области балто-славянской духовной культуры. Заговор. Москва: Наука, 1993. С. 108-127.

21. Шпенглер О. Закат Европы. Минск: Хар-вест; Москва: АСТ, 2000. 1376 с.

22. Юрчёнкова Н. Г. Мифология мордовского этноса: генезис и трансформации / НИИ гуманитар. наук при Правительстве Республики Мордовия. Саранск, 2009. 412 с.

23. Glukhova N. Poetics of Mari Incantations // Incantatio. An International Journal on Charms, Charmers and Charming. 2017. Vol. 5. P. 36-52. doi:10.7592/ Incantatio2017_Glukhova

24. Glukhova N. Structure and Style in Mari Charms. Bibliotheca Ceremissica. Szombathely: Berzsenyi D6niel Tanбrkйpzх Fхiskola, 1997. T. 3. 116 p.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

25. Glukhova N., Glukhov V. Expressions of Impossibility and Inevitability in Mari Charms // Charms, Charmers and Charming in Europe: Materials of the International Conference of the International Society for Folk Narrative Research. Palgrave Macmillan, 2008. P. 108-118.

26. Köiva M. The transmission of knowledge among Estonian Witch Doctors // Folklore: Electronic Journal of Folklore. 1996. № 2. P. 12-35. URL: www.folklore.ee/folklore/ vol2/ web_PDF 1996 vol. 2 (дата обращения: 15.08.2018).

27. Kropej M. Charms in the Context of Magic Practice. The Case of Slovenia // Folklore: Electronic Journal of Folklore. 2003. № 24. P. 62-78. URL: https://www.folklore.ee/ folklore/vol24/ (дата обращения: 15.08.2018)

28. Misharina G. Funeral and Magical Rituals among the Komi // Folklore: Electronic Journal of Folklore. 2011. № 47. P. 155- 172.

29. Napolskikh V. Seven Votyak Charms // Folklore: Electronic Journal of Folklore. 1997. № 5. P. 141-144. URL: http://www. folklore.ee/folklore/vol5/napolskikh.pdf (дата обращения: 15.08.2018).

30. Panina T. Formulae for Expelling Illnesses: Diseases in Udmurt Charms and Prayers //

Folklore: Electronic Journal of Folklore. 2011. Vol. 47. P. 145-154.

31. Roper J. English Verbal Charms. Helsinki: Academia Scientiarum Fennica, 2005 (FFC 288). 242 p.

32. Roper J. English Orature, English Literature: the Case of Charms // Folklore: Electronic Journal of Folklore. 2003. № 24. P. 7-50. https://www.folklore.ee/folklore/ vol24/ (дата обращения: 15.08.2018)

33. Sebeok Th., Ingemann Fr. Publications in Cheremis: The Supernatural // Studies in Anthropology. New York: Viking Fund Publications in Anthropology, 1956. № 22. 357 p.

Поступила 18.09.2018, опубликована 24.12.2018

TYPES OF SPACE IN MARI VERBAL CHARMS

Natalia N. Glukhova

Doctor Sc. {Philology}, Professor, Department of Finno-Ugric and Comparative Philology, Mari State University

(Yoshkar-Ola, Russia), gluhnatalia@mail.ru

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

The object of the research is the Mari verbal charms; the subject is their lexical level. The aim of this article is to reveal, describe and classify types of space constituting a system of spatial images and symbols. The significance of the verbal charms as a source of information is beyond doubt and lies in the fact that verbal magic formulas are original, statistically undoubted material that has been created and used for centuries on the territories inhabited by the ethnic group. The methodological basis of the research includes the use of a number of provisions of the theory of system analysis (text is a systemic, a hierarchically structured unit, consisting of a number of elements), which is supplemented by the use of factor (types of space) and statistical types of analysis. They are combined with linguistic methods of semantic research: method of vocabulary analysis, componential and contextual analysis.

Imaginary and real actions necessary to achieve the goals of verbal formulas occur in the space-time continuum. In the folklore reflection of reality, the space is used as a background for the events. It is characterized by geographical and climatic features. The article identifies and analyzes the elements of the terrain and geographical objects defined by the term "types of space". The algorithm of the research includes a number of following steps. First, the lexical composition of 428 texts from various sources is analyzed. Then, using the definitional and component types of analysis, individual lexemes are defined, denoting the types of space. After this step, the frequency of their use is calculated. The ranking of factors contributes to the allocation of four groups of space types, combining eighteen items. The obtained results make it possible to determine the symbols and archetypes of the space of the Mari folklore genres.

The most common types of space in the analyzed texts consist of 55,7 % of geographical objects and are marked by the following lexemes: ponds and their parts, housing, earth, sky. They have symbolic meanings containing Mari ethnic religious and mythological view of the universe.

Acknowledgments: The article is prepared within the research project No. 18-412-120005p_a finded by the Russian Foundation for Fundamental Research.

Key words: Mari verbal charms; folklore genre; space types; physical space; ethnic space perception; semantic analysis; factor and statistical types of analysis; symbol.

For citation: Glukhova NN. Types of space in Mari verbal charms. Finno-ugorskii mir = Finno-Ugric World. 2018; 4: 34-46. (In Russian)

REFERENCES

1. Bogdanov KA. A Russian verbal charm: structural analysis experience. Abstract of dis. ... Cand. of Philol. Sci. Sankt-Peterburg; 1992. (In Russian)

2. Glukhova NN. Spatial archetypes in Mari folklore. Ezhegodnik finno-ugorskih issle-dovanii = Yearbook of Finno-Ugric Studies. Izhevsk; 2014; 1: 55-59. (In Russian)

3. Gul'tyaeva NV. The language of Russian verbal charms: lexis. Abstract of dis. ... Cand. of Philol. Sci. Ekaterinburg; 2000. (In Russian)

4. Yermakova EE. A Siberian tradition of verbal charming (end of XX - beginning of XXI century). Tyumen'; 2005. (In Russian)

5. Ivanov IG. On the language of one of the Mari folklore genres. Voprosy mariiskogo iazyka: sb. st. k 60-letiiu so dnia rozhdeniia prof. N. T. Pengitova The Mari language issues. Collection of articles dedicated to the

60th anniversary of Professor N. T. Pengitov. Ioshkar-Ola; 1975: 65 - 75. (In Russian)

6. Researches in the field of Balto-Slavic spiritual culture. Verbal charms. Moskva; 1993. (In Russian)

7. Kaliyev YuA. Mythological consciousness of the Mari: The phenomenology of the traditional worldview. Monograph. Ioshkar-Ola; 2003. (In Russian)

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

8. Klaus VL. The plot of the verbal charms of the Slavs in the comparative aspect. Raising the issue. Moskva; 2000. (In Russian)

9. Kudryshova VM. Komi verbal charms. Ob-shhee i osobennoe v zhanrax Komi fol'klora i literatury Common and special in Komi folklore and literature genres. Syktyvkar; 1991; 48: 43-45. (In Russian)

10. Koiva M. Estonian verbal charms. Classification and genre peculiarities. Abstract of

dis. ... Cand. of Philol. Sci. Tallinn; 1990. (In Russian)

11. Levkiyevskaya EE. Slavic verbal charm. Semantics and structure. Moskva; 2002. (In Russian)

12. Lomshina EN. Value perception of space in the traditional culture of the Mordovians. Informacionnoe obshhestvo i aktual'ny'e problemy ekonomicheskih, gumanitar-nyh, pravovyh i estestvennyh nauk: mate-rialy' VII ezhegod. mezhdunar. nauch.-prakt. konf. = Information society and actual problems of economic, humanitarian, legal sciences: the proceedings of the VIIth international annual scientific-practical conference. Ryazan'; 2011: 67-70. (In Russian)

13. Molotova TL. The ethnic character of the Mari and natural and geographical factors. Etnologicheskie problemy v polikul'turnom obshhestve = Ethnological issues in a multicultural community. Ioshkar-Ola; 2000: 181-191. (In Russian)

14. Nikonova LI. Magic and verbal charms among the Mordovians: notes from life. Saarbrücken; 2011. (In Russian)

15. Panina TA. A word and a ritual in Udmurt folk medicine. Monograph. Izhevsk; 2014. (In Russian)

16. Romanov Km. Magic actions in traditional psychological culture of Mordovian people. Finno-ugorskii mir = Finno-Ugric World. 2017; 1: 116-123. (In Russian)

17. Toporkov AL. Verbal Charms in the Russian Manuscript Tradition from 15 th till 19th centuries: History, Symbolism, Poetics. Moskva; 2005. (In Russian)

18. Chernov IO. On the structure of Russian love charms. Uchen. zap. Tartus. un-ta. Vyp. 181. Trudy po znakovym sistemam = The Scientific Notes of Tartu University. Issue 181. Sign Systems Studies. Tartu; 1965; 2: 159-172. (In Russian)

19. Sharapov Ve. Traditional outlook in rituals and folklore of contemporary Komi: Abstract of dis. ... Cand. of Hist. Sci. Izhevsk; 2006. (In Russian)

20. Shindin SG. Spatial organization of the Russian charm universe: the image of the center of the world. Issledovaniia v oblasti balto-slavyanskoi duhovnoi kul'tury. Zagovor = Researches in the field of Balto-Slavic spiritual culture. Verbal charms. Moskva; 1993: 108-127. (In Russian)

21. Shpengler O. The Decline of the West. Minsk; Moskva; 2000. (In Russian)

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

22. Yurchenkova NG. Mythology of Mordovian ethnos: genesis and transformation. Monograph. Saransk; 2009. (In Russian)

23. Glukhova N. Poetics of Mari Incantations. Incantatio. An International Journal on Charms, Charmers and Charming. 2017; 5: 36-52. doi: 10.75 92/Incantatio2017_Glu-khova (In English)

24. Glukhova N. Structure and Style in Mari Charms. Bibliotheca Ceremissica. Szom-bathely; 1997; 3. (In English)

25. Glukhova N, Glukhov V. Expressions of Impossibility and Inevitability in Mari Charms. Charms, Charmers and Charming in Europe. Materials of the International Conference of the International Society for Folk Narrative Research. Palgrave Macmillan; 2008: 108-118. (In English)

26. Koiva M. The transmission of knowledge among Estonian Witch Doctors. Folklore. Electronic Journal of Folklore. 1996; 2: 12-35. Available from: www.folklore.ee/ folklore/vol2/ web_PDF 1996 vol. 2 (accessed 15.08.2018). (In English)

27. Kropej M. Charms in the Context of Magic Practice. The Case of Slovenia. Folklore. Electronic Journal of Folklore. 2003; 24: 62-78. Available from: https:// www.folklore.ee/folklore/vol24/ (accessed 15.08.2018). (In English)

28. Misharina G. Funeral and Magical Rituals among the Komi. Folklore. Electronic Journal of Folklore. 2011; 47: 155-172. doi: 10.7592/FEJF2011.47.misharina (In English)

29. Napolskikh V. Seven Votyak Charms. Folklore. Electronic Journal of Folklore. 1997; 5: 141-144. Available from: http://www. folklore.ee/folklore/vol5/napolskikh.pdf (accessed 15.08.2018). (In English)

30. Panina T. Formulae for Expelling Illnesses: Diseases in Udmurt Charms and Prayers. Folklore. Electronic Journal of Folklore. 2011; 47: 145-154. (In English)

31. Roper J. English Verbal Charms. Helsinki; 2005; 288. (In English)

32. Roper J. English Orature, English Literature: the Case of Charms. Folklore. Electronic Journal of Folklore. 2003; 24: 7-50. Available from: https://www.folklore. ee/folklore/vol24/ (accessed 15.08.2018). (In English)

33. Sebeok Th, Ingemann Fr. Publications in Cheremis: The Supernatural. Studies in Anthropology. New-York; 1956; 22. (In English)

Submitted 18.09.2018, published 24.12.2018