А. А. СЕРЕДИН A. A. SEREDIN
начальник кафедры уголовного права и криминологии ВИПЭ ФСИН России, кандидат юридических наук, доцент, полковник внутренней службы
Уголовно-правовая охрана сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации: состояние, юридические пределы и недостатки
Criminal protection of staff of penal correction system of the Russian Federation: state, legal limits and disadvantages
Аннотация. Статья посвящена проблемам уголовно-правовой охраны прав и интересов сотрудников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации. В основу рассуждений положены соображения целесообразности выделения сотрудника УИС в качестве специального потерпевшего, а также соответствия норм по защите сотрудников требованиям системности построения уголовного закона. В качестве выводов приводятся недостатки законодательной техники и предлагаются пути их преодоления.
Ключевые слова: правоохранительные органы, потерпевший, сотрудник УИС, уголовно-правовая охрана, равенство граждан перед законом, проблемы законодательной регламентации.
Annotation. In this article the author highlights the problems of criminal protection of the rights and the interests of the staff of the penal correction system of the Russian Federation. Reasons for expediency of allocation of the penal correction system employee as a special victim and also compliance of norms on protection of employees to requirements of systemacity of creation of the criminal law are the basis for reasonings. Some disadvantages of the legislative equipment are given as conclusions and ways of their overcoming are offered.
Key words: law enforcement agencies, victim, employee of penal correction system, criminal protection, equality of citizens before the law, problems of a legislative regulation.
С момента своего создания ни одно государство не могло существовать вне делегирования части собственных полномочий предста-
вителям, роль которых состоит в защите конституционного строя, общественной безопасности и общественного порядка, иных основ государственности. Одним
Ведомости уголовно-исполнительной системы № 3/2019
27
из субъектов такого рода деятельности является уголовно-исполнительная система Российской Федерации (далее также - уголовно-исполнительная система, УИС), ее органы и учреждения.
В то же время такая созидательная работа вызывает ответную реакцию криминала: сотрудники сами становятся потерпевшими от преступных действий. Только в 2017 году по фактам неправомерных действий в отношении персонала учреждений со стороны обвиняемых (подозреваемых, осужденных) было возбуждено 224 уголовных дела, в том числе по статье 321 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ) - 165, по статье 319 УК РФ - 45, по статье 318 УК РФ - 14 [1].
Значение особого правового положения сотрудника уголовно-исполнительной системы в качестве потерпевшего состоит в следующем:
- во-первых, с позиции государства такой потерпевший обладает большей ценностью; отсюда следует усиление ответственности за деяния против интересов государства, когда потерпевшим является сотрудник УИС;
- во-вторых, наличие данного статуса у потерпевшего имеет ключевое значение с точки зрения законодательного конструирования, его отсутствие полностью меняет содержание соответствующей уголовно-правовой нормы;
- в-третьих, указанный статус играет роль признака, который призван дифференцировать ответственность;
- в-четвертых, позволяет провести разграничение однородных, близких по смыслу составов преступлений.
Сотрудника УИС нельзя рассматривать как специального потерпевшего в отрыве от проблемы уголовно-правовой охраны потерпевших иного рода, вопро-
сов законодательного противодействия преступности с учетом правовых положений равенства граждан, вне философских категорий тождественности и всеобщей эквивалентности. Современное право построено на принципах отказа от дискриминационных положений. Существует понимание того, что подлинно гражданское общество невозможно в условиях наличия правовых положений, ущемляющих свободы и права граждан. Требование равенства, равноправия - одна из основных идей социальной философии, воспринимается в качестве гарантии социального прогресса большинством граждан. Отказ от требований равенства в праве способен повлечь за собой возникновение недоверия к государству, протестные настроения. Неравенство в области уголовно-правовых отношений противоречит статье 4 УК РФ, которая развивает положения статьи 19 Конституции Российской Федерации. Лица, ответственные за совершение преступления, подлежат ответственности вне зависимости от должностного положения и других обстоятельств. Применимо ли данное правило в отношении потерпевшего? Если да, то в какой степени? Использование приема буквального толкования позволяет сделать вывод о том, что равенство в контексте уголовного закона есть требование к статусу исключительно лиц, нарушивших уголовный запрет. Однако требование равенства, предъявляемое Конституцией Российской Федерации (часть вторая статьи 6), является универсальным, распространяет свое действие на все стороны конфликта, в том числе на потерпевшего. Неравенство существенно снижает уголовно-правовую защищенность потерпевших, значительно подрывает эффективность уголовно-правой борьбы с посягательствами на
права и интересы сотрудников УИС. С учетом этого уголовно-правовая охрана лица, которому причиняется вред, не должна зависеть от внешних факторов. Исключение составляют те из них, которые изменяют общественную опасность содеянного и личности виновного лица (статьи 61, 63 УК РФ).
В случае, когда отличительные черты жертвы преступления приобретают специфику, существенно изменяющую оценку опасности поведения виновного, потерпевший наделяется особым статусом, его защита переводится в ранг первоочередной. Особые нормы по охране представителей государства действовали всегда. Так, например, содержание «Русской правды» в краткой редакции устанавливало следующее: за убийство представителей князя (огнищанина, княжеского тиуна) - уплата виры в двукратном размере [2]. Действующий уголовный закон закрепил аналогичное правило: представители власти, в том числе сотрудники правоохранительных органов, сотрудники УИС и другие, как представители государства признаются уголовным законом в качестве специальных потерпевших, что значительно усиливает степень ответственности виновного.
В какой мере эта исторически устоявшаяся законодательная позиция обоснованна? С одной стороны, буквальная трактовка принципа равенства свидетельствует о несоответствии ему рассматриваемого подхода: в отношении разных граждан, объединенных в группы по признаку своей профессиональной (служебной) деятельности, реализован различный подход к охране. За совершение однородных или тождественных поведенческих актов установлена неодинаковая степень ответственности виновных
Ведомости уголовно-исполнительной системы № 3/2019
лиц в зависимости от характеристики жертв.
При этом нельзя не отметить, что деятельность представителей власти, в частности правоохранительных органов, есть гарантия основ государственности. Принцип равенства как основа уголовного закона применительно к потерпевшему не должен толковаться в прямом соответствии с лексическим значением слова. Единство нормативного закрепления присуще только для лиц, имеющих тождественное уголовно-правовое значение. В том случае, когда закон выделяет потерпевших конкретного вида, называя единственное или отражая несколько его особых свойств, они перестают быть равными среди всех потерпевших и должны быть признаны таковыми с позиции охраны потерпевших с тождественным набором отличительных свойств. На основании данной аргументации считаем, что усиленная охрана сотрудников УИС, предполагающая назначение более строгого наказания, чем предусмотрено за совершение аналогичных деяний без специального потерпевшего, соответствует законодательному императиву о равенстве граждан перед законом.
Поскольку все уголовно-правовые принципы представляют собой единую в своем взаимном дополнении совокупность, применение положений о равенстве должно происходить с учетом и соблюдением принципа справедливости. Справедливость в ее воплощении в рамках Уголовного кодекса Российской Федерации предполагает зависимость вида и размера наказания от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и особенностей личности виновного. Способом достижения такого соответствия в уголовном законе является законот-
29
ворческий прием дифференциации уголовной ответственности, реализуемый посредством создания составов преступлений при отягчающих обстоятельствах. В состав этих норм включаются дополнительные признаки (в контексте изложения это специальный потерпевший, «удвоение» объекта преступления), что существенно увеличивает опасность содеянного, а потому усиливает наказание за его совершение.
Система уголовно-правовой охраны сотрудника УИС строится преимущественно на обобщении, включении его в более широкую группу однородных потерпевших - сотрудников правоохранительных органов. В рамках описания составов преступлений круг последних, как правило, существенно ограничивается. Законодателем в УК РФ реализованы два базовых приема отождествления сотрудников правоохранительных органов:
- сужение круга возможных потерпевших за счет конкретизации специфики служебных полномочий (пункт «б» части третьей статьи 194, пункт «б» части второй статьи 2261, пункт «в» части четвертой статьи 2291, часть вторая статьи 297, статья 311 УК РФ);
- сочетание характеристик потерпевшего: указание на должностную специфику или область реализации служебных функций, а также на круг реализуемых полномочий, в связи с осуществлением которых происходит посягательство (статьи 295, 296, 2981, 317, 320, часть вторая статьи 321 УК РФ).
Защита сотрудника УИС как специального потерпевшего не ограничивается нормами, в которых он выступает в аутентичном качестве или представлен как сотрудник правоохранительного органа в большей локализации. Значительное количество предусмотренных зако-
ном составов преступлений направлено на охрану сотрудника, не относит его к категории лиц, осуществляющих правоохранительные функции. При этом закон применяет более широкие грамматические категории отождествления специального потерпевшего: «представитель власти» (часть первая статьи 212, часть вторая статьи 213, статьи 318, 319 УК РФ), «лицо в связи с осуществлением им служебной деятельности» (пункт «б» части второй статьи 105, пункт «а» части второй статьи 111, пункт «б» части второй статьи 112, пункт «б» части второй статьи 117 УК РФ).
Некоторые статьи уголовного закона дают характеристику потерпевшему таким образом, что действия виновного в отношении сотрудника УИС могут быть квалифицированы при условии, что основная служебная функция последнего принципиально отличается от функции, приведенной в диспозиции. При этом сотрудник может выполнять ее лишь эпизодически, по специальному полномочию (таковы статьи 317, 320 УК РФ). Считаем, что и этот исключительный случай охраны сотрудника УИС необходимо рассматривать как один из элементов системы его специальной уголовно-правовой защиты. Доводом в пользу такой позиции является тот факт, что он и в данном случае выступает в профессиональном качестве, отстаивая интересы государства как его представитель, выражает официальную позицию уголовно-исполнительной системы Российской Федерации.
Изложенное позволяет представить защиту сотрудника УИС нормами УК РФ как иерархическую систему, выстроенную по степени общности потерпевшего. Образно она представляет собой пирамиду с массивным общим основанием
и вершиной, образуемой исключительно сотрудниками искомой категории:
- общий уровень (представители УИС поставлены под охрану значительным количеством норм УК РФ, их защита происходит одновременно с потерпевшими иных категорий, специфика которых законом не определена, например, частью четвертой статьи 111, статьями 126, 127 УК РФ);
- эпизодический уровень (ответственность за посягательство на сотрудника УИС наступает лишь в том случае, когда он приобретает особый, не свойственный ему в силу исполнения повседневных обязанностей по службе статус, выступая при этом от лица пенитенциарного ведомства, например часть первая статьи 297, статья 311 УК РФ);
- специальный уровень (защита представителей УИС происходит вместе со специальными потерпевшими иного рода, например пункт «б» части второй статьи 105, статья 320 УК РФ);
- узко-конкретный уровень (конструкция нормы УК РФ отвечает интересам защиты именно сотрудника УИС, например часть вторая статьи 321 УК РФ). Особым образом в этом ряду выделяются положения части третьей статьи 313 УК РФ. Уголовный закон в этом случае не приводит признаки личности потерпевшего. Тем не менее для сотрудника УИС вероятность стать потерпевшим в данной ситуации стремится к абсолютной.
Такова в общем виде система норм УК РФ по защите сотрудника УИС. Считаем необходимым проследить ее адекватность в контексте защиты сотрудников правоохранительных органов в целом, сопоставляя положение сотрудников УИС и представителей иных ведомств в уголовном законе.
Система защиты сотрудников правоохранительных органов на специальном и узко-конкретном уровнях складывается из элементов, отраженных в таблице 1.
Таблица 1
Система защиты сотрудников правоохранительных органов на специальном и узко-конкретном уровнях
Статья УК РФ Категория потерпевшего -сотрудника правоохранительных органов Личные блага, поставленные под охрану Запрещенные деяния
1 2 3 4
П. «б» ч. 3, ч. 4 ст. 194; п. «б» ч. 2, ч. 3 ст. 2261; п. «в» ч. 4 ст. 2291 Лицо, осуществляющее таможенный или пограничный контроль Здоровье Применение насилия
Ст. 295 Судья, прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, судебный пристав, судебный исполнитель Жизнь Посягательство на жизнь
Ведомости уголовно-исполнительной системы № 3/2019
31
1 2 3 4
Ч. 1 ст. 296 Судья Психическое равновесие Угроза убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества
Ч. 2 ст. 296 Прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, эксперт, судебный пристав, судебный исполнитель Психическое равновесие Угроза убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества
Ч. 3, 4 ст. 296 Судья, прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, судебный пристав, судебный исполнитель Психическое равновесие, телесная неприкосновенность, здоровье Угроза убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества с применением насилия, не опасного (ч. 3) и опасного (ч. 4) для жизни или здоровья
Ч. 2 ст. 297, ч. 1 ст. 2981 Судья Честь, достоинство Оскорбление, клевета
Ч. 2 ст. 2981 Прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, судебный пристав Честь, достоинство Клевета
Ч. 3 ст. 2981 Судья, прокурор, следователь, лицо, производящее дознание, судебный пристав Честь, достоинство Клевета, соединенная с обвинением в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления
Ст. 311 Судья, судебный пристав, судебный исполнитель Личная безопасность Разглашение сведений о мерах безопасности
Ст. 317 Сотрудники правоохранительных органов, участвующие в деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности Жизнь Посягательство на жизнь
Ст. 320 Должностное лицо правоохранительного органа Безопасность личности Разглашение сведений о мерах безопасности
Ч. 2, 3 ст. 321 Сотрудники места лишения свободы, сотрудники места содержания под стражей Телесная неприкосновенность, здоровье Применение насилия
32
Приведенные в таблице данные указывают на то, что уголовно-правовая охрана потерпевших из числа сотрудников правоохранительных органов установлена значительным числом норм об ответственности за обширный спектр преступных деяний, посягающих на широкий круг общественных отношений. Если же рассмотреть эту совокупность конкретно, имея в виду сотрудников УИС, то приходим к выводу о том, что такой подход не реализован. Единственной статьей, в которой сотрудник УИС прямо назван в качестве потерпевшего, остается статья 321 УК РФ. Ее особенностью является и тот факт, что охраняемыми лицами здесь являются лишь сотрудники места лишения свободы (содержания под стражей). Иные должностные лица УИС, также имеющие прямой контакт с осужденными (проходящие, например, службу в уголовно-исполнительных инспекциях, подразделениях по конвоированию, специального назначения), под действие данной статьи не подпадают.
Сопоставление уголовно-правовых статусов потерпевших - сотрудников правоохранительных органов разных категорий не позволяет судить о них, как о равнозначных. Степень их защиты неодинакова. Проявляется это в двух моментах. Во-первых, при совершении тождественных действий, посягающих на одни и те же объекты уголовно-правовой охраны, Уголовный кодекс Российской Федерации разделяет сотрудников правоохранительных органов (в том числе судей), упоминая их в различных статьях (частях статей). Тем самым законодателем выражена дифференцированная оценка эффективности, социальной пользы сотрудников разных правоохранительных ведомств.
Ведомости уголовно-исполнительной системы № 3/2019
Во-вторых, круг объектов, заключающих в себе блага сотрудников, поставленных под охрану, различен. При посягательстве на судей на узко-конкретном уровне поставлены под защиту множество благ, в числе которых - жизнь, здоровье, телесная неприкосновенность, психическое равновесие, честь, достоинство и личная безопасность (в контексте разглашения сведений о мерах безопасности), а в части защиты сотрудников УИС - лишь здоровье и телесная неприкосновенность.
Если с дифференциацией ответственности за посягательства на сотрудников как представителей различных ведомств (например, статус судей в значительной мере обособлен в сравнении с положением иных сотрудников правоохранительных органов) согласиться еще возможно, то разность в определении круга объектов, охраняемых на специальном и узко-конкретном уровнях применительно к представителям разных правоохранительных структур, на наш взгляд, недопустима. Объем основных личных прав и свобод человека является константой, принадлежит каждому и возникает с момента рождения (часть вторая статьи 17 Конституции Российской Федерации). Признавая сотрудников всех органов правоохраны потерпевшими, претендующими на большую защиту в сравнении с иными лицами, законодатель не может конструировать специальные квалифицированные составы преступлений по защите разного объема благ в отношении разных специальных потерпевших данного круга. Поэтому охраняемый объем благ в специальных нормах такого рода должен быть одинаков. Пока это не так, мы сталкиваемся с ситуацией недооценки потерпевшего - сотрудника УИС в уголовном законе, что влечет за собой
33
негативные социальные изменения: происходит девальвация интересов службы в глазах сотрудника, поиск иного, «личного» смысла в отправлении трудовой функции. Роль уголовного закона в деле предотвращения указанных последствий пусть и не главная, но весьма существенная.
Несмотря на то что процедура отправления правосудия, порядок управления выступают в качестве основных объектов посягательства сами по себе, они вне конкретного потерпевшего во многом утрачивают свое значение. Непосредственный, а возможно, и главный смысл соответствующих законодательных положений состоит именно в охране специального потерпевшего. Причинение вреда основному объекту происходит путем непосредственного воздействия на специального потерпевшего.
Изложенное позволяет говорить о главенствующей роли статуса сотрудника УИС как части состава преступления.
В качестве вывода следует указать следующее:
1. Попытку законодательной дифференциации ответственности за посягательства на блага специальных потерпевших из числа сотрудников правоохранительных органов нельзя назвать удачной. Основная проблема - в отсутствии завершенной системы норм по защите равного объема благ представителей УИС и благ иных сотрудников
правоохранительных органов. Кроме того, представляет проблему избирательный характер защиты различных категорий сотрудников УИС.
2. Считаем, что основной причиной неурегулированности общественных отношений в области защиты сотрудников УИС от преступных посягательств является чрезмерная казуистика уголовно-правовых предписаний, отказ законодателя от разумной унификации.
3. Универсальным выходом из ситуации было бы внедрение следующего подхода: необходимо уравнять с точки зрения защищенности нормами УК РФ сотрудников всех правоохранительных органов вне зависимости от специфики должностных обязанностей и места прохождения службы. Каждый из них, безотносительно к роду непосредственной деятельности, решает общую задачу противодействия правонарушениям и преступлениям. ф
1. О недостатках в организации режима и обеспечении надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными в исправительных учреждениях и следственных изоляторах в 2017 году : информационное письмо ФСИН России от 26.02.2018 № исх-03-12891.
2. Юшков С. В. Русская правда: происхождение, источник, ее значение. М. : Зерца-ло-М, 2002. С. 203, 204.
34
vedomosti.fsin@list.ru www.or.fsin.su