Научная статья на тему 'Топонимическая система Приморья: аспекты и перспективы исследования'

Топонимическая система Приморья: аспекты и перспективы исследования Текст научной статьи по специальности «Языкознание»

CC BY
60
14
Поделиться
Ключевые слова
TOPONYMY OF PRIMORYE / TOPONYMIC SPACE / TOPONYMIC SYSTEM / TOPONYMIC PICTURE OF THE WORLD / TOPONYMIC CONCEPT / TOPONYMIC IDENTITY / TOPONYMIC CONTEXT / TOPONYMIC CATEGORY / ТОПОНИМИЯ ПРИМОРЬЯ / ТОПОНИМИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО / ТОПОНИМИЧЕСКАЯ СИСТЕМА / ТОПОНИМИЧЕСКАЯ КАРТИНА МИРА / ТОПОНИМИЧЕСКИЙ КОНЦЕПТ / ТОПОНИМИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ / ТОПОНИМИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ / ТОПОНИМИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ

Аннотация научной статьи по языкознанию, автор научной работы — Рублёва Ольга Львовна

В статье рассматривается топонимия Приморского края как топонимическое пространство, топонимическая система и топонимическая картина мира, затрагиваются основные аспекты исследования приморской топонимии: лингвокраеведческий, лингвокогнитивный (лингвоконцептуальный), этнолингвистический и др. В работе описаны такие понятия, как топонимическая личность, топонимический контекст, топонимический концепт. Топонимия Приморья рассматривается как часть общей топонимической системы России, как ее региональный фрагмент, имеющий свою специфику, определяемую географическим положением, историей заселения и этнографического состояния края. Представлены принципы номинации топонимических объектов Приморья, а также особенности языковой репрезентации топонимических концептов, выявлены основные когнитивные модели содержания топонимического концепта «окружающее пространство» в сознании жителей Приморья

Похожие темы научных работ по языкознанию , автор научной работы — Рублёва Ольга Львовна,

Toponymic system of Primorye: aspects and research perspectives

The article discusses Primorsky Krai toponymy as a toponymic space, a toponymic system and a toponymic picture of the world, and touches upon the main aspects of studying Primorye toponymy, particularly: linguistic and local lore, linguistic and cognitive (conceptual), ethnolinguistic, etc. This paper describes such notions as toponymic identity, toponymic context and toponymic concept. The toponymy of Primorye is considered as part of the Russian integral toponymic system, as its regional unit having its own specificity defined by the geographic location, settlement history and ethnographic state of the region. The principles of nominating Primorye toponymic objects and features of language representation of toponymic concepts are described; the main cognitive models of «surrounding space» concept reflected in the minds of the Primorye residents are determined.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Топонимическая система Приморья: аспекты и перспективы исследования»

Лингвистика

РУБЛЁВА Ольга Львовна,

канд. филол. наук, доцент, профессор кафедры русского языка и литературы Восточного института - Школы региональных и международных исследований, ДВФУ (г. Владивосток). Электронная почта: olrubleva@mail.ru

УДК 801.311(03)

Топонимическая система Приморья: аспекты и перспективы исследования

топонимия Приморья, топонимическое пространство, топонимическая система, топонимическая картина мира, топонимический концепт, топонимическая личность, топонимический контекст, топонимическая категория

В статье рассматривается топонимия Приморского края как топонимическое пространство, топонимическая система и топонимическая картина мира, затрагиваются основные аспекты исследования приморской топонимии: лингвокраеведческий, лингвокогнитивный (лингвоконцептуальный), этнолингвистический и др. В работе описаны такие понятия, как топонимическая личность, топонимический контекст, топонимический концепт. Топонимия Приморья рассматривается как часть общей топонимической системы России, как ее региональный фрагмент, имеющий свою специфику, определяемую географическим положением, историей заселения и этнографического состояния края. Представлены принципы номинации топонимических объектов Приморья, а также особенности языковой репрезентации топонимических концептов, выявлены основные когнитивные модели содержания топонимического концепта «окружающее пространство» в сознании жителей Приморья

В топонимике как науке существует несколько смежных, но не взаимозаменяемых понятий: топонимическое пространство, топонимическая система и топонимическая картина мира.

Под топонимическим пространством понимается вся совокупность топонимов на территории определённого региона. Для обозначения всей совокупности ономастических названий традиционно употребляют термин ономастическое пространство - сумма имён собственных, употребляющихся в данном языке данного народа для именования реальных, гипотетических и «фантастических» объектов [9, с. 9], или «часть действительности, отмеченная именами собственными» [10, с. 10]. Топонимическое пространство - часть общего ономастического пространства.

Каждый вид топонимов (гидронимы, оронимы, ойконимы и т.п.) образует в топонимическом пространстве свою микросистему и в то

же время тесно связан с другими разрядами топонимов, образуя в совокупности единую топонимическую систему в общем топонимическом пространстве.

Под топонимической системой, в отличие от ТП, понимается такая «совокупность топонимов определённой территории, ограниченной исторически и географически, в которой проявляется их взаимная связь и взаимообусловленность и общие процессы их возникновения и словообразования» [2, с. 7]. А. К. Матвеев говорит о том, что «топонимическая система является частью естественно сложившейся, имеющей длительную историю системы языка со всеми заложенными в ней тенденциями» [6, с. 19].

Однако под топонимической системой понимается не только территориально организованный набор топооснов и топоформантов, а также способов их соединения друг с другом, но и специфика их восприятия. Это предполагает не только известное единство построения топонимов той или иной территории, но и их обусловленность общностью психологии населяющего её коллектива, своеобразным направлением его мышления, что связано уже с пониманием топонимической системы как ментального образования, называемого топонимической картиной мира. Топонимическая картина мира и топонимическая система - разные формы бытия: топонимическая картина мира - явление ментальное, а топонимическая система - онтологическое. Таким образом, топонимическая картина мира - «это топонимическая система в её ментальном бытии» [3, с. 7].

Традиционный подход к изучению региональных топонимов опирается на рассмотрение их в системе лингвокраеведческих дисциплин. В этом плане объектом исследования является история возникновения топонима, его этимология, ареал распространения, лексико-семантическая классификация и структурно-словообразовательная характеристика. Между тем, по утверждению исследователей антропоцентрического направления в языкознании, любое имя собственное (в том числе и топоним) - «есть ономастический знак, отражающий комплекс знаний об имени собственном (языковые и энциклопедические знания) и служащий для организации ономастического знания в человеческом сознании» [11, с. 10]. Языковое представление ономастического знания осуществляется с помощью ономастических категорий и получает название «ономастической репрезентации», под которой подразумевается «передача ономастических знаний в виде концептов (единиц знания) и языковых единиц (единиц языка)» [11, с. 10].

Понимание топонимической системы как топонимической картины мира, в свою очередь, привело к обоснованию такого понятия, как топонимическая личность (как разновидность языковой личности) - личность, ориентирующаяся в географическом пространстве с помощью знаков-ориентиров (суть топонимов). Под ориентацией подразумевается как создание и использование топонимов при передаче пространственной информации адресату, так и их восприятие, понимание и интерпретация в позиции адресата, определённые топонимические ассоциации, включённые в сознании топонимической личности в т.н. топонимический контекст [3, с. 7].

Обращение к топонимике с когнитивных позиций ориентировано на изучение соотношения языковых форм с их когнитивными

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

аналогами (топонимическими концептами) и прежде всего - с определёнными структурами знания, моделями организации и обработки концептуального содержания в языке, получившими в когнитивной лингвистике название «когнитивной», или «концептуальной модели» [4, с. 16].

Когнитивный подход к топониму меняет и представление о его внутренней форме: внутренняя форма становится неактуальной для функционирования топонима, потому что для носителей языка начальная форма и начальная семантика не всегда адекватны реальной. Отсюда - стремление к народной этимологии - иногда как следствие реакции носителя на звуковой облик топонима и связанные с ним ассоциации, называемые «топонимическими ассоциациями».

Таким образом, когнитивный подход к топонимии связан и с таким понятием когнитивной лингвистики как концепт, и в частности - топонимический концепт.

Топонимический концепт - это «ментальное образование, содержанием которого является переживаемое знание о топонимической реалии, релевантной для определённого лингвокультурного сообщества» [1, с. 48]. Языковая репрезентация топонимических концептов в русском языке осуществляется за счёт большого арсенала языковых средств.

В результате сложились и определённые направления исследования топонимов: онтологический, или номинативный, аспект (изучение топонимической системы) и когнитивный (изучение топонимической картины мира и топонимических концептов).

До настоящего времени основным аспектом топонимических исследований был онтологический. Топонимическая система рассматривалась сама по себе (или на фоне других) в виде карты, списка, словаря. В последнее время (в связи с развитием антрополингвистики) возникли перспективы изучения топонимов с точки зрения второго подхода, исходным пунктом которого является анализ того, как топоним существует в сознании человека. Это значит, что если традиционный структурный подход ориентировался прежде всего на выявление взаимоотношений внутри топосистемы, то когнитивный подход обращается к языковому сознанию носителей языка, к топонимической картине мира. Будучи связанной с пространственным концептом, топонимическая картина мира имеет территориальный характер и региональные особенности, которые принято рассматривать в качестве регионального менталитета, т.е. биологически, исторически и социально обусловленной системы стереотипов, функционирующей в данном регионе. Таким образом, исследование осуществляется в рамках региональной топонимии, и шире - региональной ономастики, под которой понимается направление ономастических исследований, связанных с определённой территорией, с местной ономастической подсистемой.

В этом смысле топонимия Приморья (Приморского края) может рассматриваться и как определённое топонимическое пространство, и как своеобразная топосистема, и как особая топонимическая картина мира. Есть в ней и свои топонимические концепты. В то же время топонимия Приморья тесно связана с топонимическим пространством всей России, входя в него как региональный фрагмент общей топонимической картины мира.

Топонимическое пространство Приморья обусловлено его географическим положением, отражённым уже в названии края - Приморский, Приморье («при море»). Так, среди традиционных топонимических разрядов: оронимов (названий падей, гор и сопок, коих в крае множество благодаря горной системе Сихотэ-Алинь - одних только хребтов несколько десятков!), гидронимов (названий рек, ручьёв, или, по-местному, ключей, стекающих с этих гор) и ойконимов (названий поселений: городов, посёлков, сел, в прошлом - деревень и станиц, хуторов и заимок) - в топонимии края наличествует значительная группа морских гидронимов (названий заливов, бухт, мысов, островов, камней, кекуров и т.п. - т.н. литонимов), что свидетельствует о региональной специфике данного топонимического пространства.

Кроме того, яркой особенностью ТП Приморья является отражение в нём истории заселения и этнографического состояния края: сосуществование аборигенных (тунгусо-маньчжурских) названий (Агзу, Адими, Сидими, Дагды, Самарга, Кема, Пея, Иман), названий китайского или псевдокитайского происхождения (Майхэ, Шамора, Лянчихэ, Кангауз, Сандагоу, Вангоу, Эльдовак, которые, насмотря на массовые переименования, бытуют в речи населения до сих пор), немногочисленных, почти не сохранивщихся корейских названий (Ха-сан, Голендон), немногочисленных западных иноязычных названий (финское Або, английское Мэй, французское Терней), а также более поздних славянских (русских, украинских, белорусских) названий (Черемшаны, Ляличи, Гайворон, Кневичи, Бровничи, Руновка, Нежино).

В топонимической системе Приморья наблюдаются определённые локальные системы номинаций, носящие региональный характер. Если говорить о топоосновах, то специфичны, например, многочисленные названия, включающие местную географическую терминологию: «падь», «ключ», «сопка» (посёлок Тигровая Падь, заповедник Кедровая Падь, ручей Литейный Ключ, р. Синий Ключ, г. Сосновая Сопка, г. Круглая Сопка). В названиях побережья отражаются имена моряков-первооткрывателей (п-в Муравьёв-Амурский, б. Бабкина, зал. Посьета, о-в Рейнеке и т.п.) и их кораблей (б. Абрек, б. Боярин, б. Гайдамак, б. Новик, б. Алеут). Они же нашли отражение в названиях улиц «столицы» Приморья Владивостока (Алеутская, Маньчжурская, Тунгусская, Абрекская). В названиях поселений - имена и фамилии основателей: ходоков (Абрамовка, Григорьевка, Павловка, Антоновка, Сергеевка; Батюково, Богуславка, Жариково, Журавлёвка, Чернышёвка), чиновников переселенческого управления и членов их семей (Ариадное, Барабаш, Бельцово, Буссевка, Занадворовка, Влади-миро-Петровка и Мельгуновка, Сухановка, Устиновка, Яковлевка), строителей железной дороги (Кнорринг, Кипарисово, Надеждинское, Шмаковка), губернаторов края (Анучино, Гродеково, Кроуновка, Пав-ло-Фёдоровка, Синельниково) и т.п.

В топонимической системе Приморья наметились и определённые семантические связи, характерные для топосистем других регионов России, но имеющие свою лексическую специфику: лексико-семанти-ческие модели, отражающие специфику топонимической номинации в крае, например, огромное количество названий, отражающих флору и фауну дальневосточной тайги и морей: посёлки Тигровый, Кабарга, Изюбриный, горы Медвежья, Белка, Горал, бухты Нерпа, Кит, Кетовая и т.п. [8]. Характерны для топонимических номинаций Приморья

«счётно-числовые» ряды (речки Первая, Вторая, Третий Ключ, Пятый, Сорок Девятый и т.п.). Многочисленны уменьшительно-квалитативные личные имена в названиях мелких притоков-ручьёв (р. Алён-кин, р. Витькин, р. Нюрин Ключ, р. Сашин Ключ, р. Федин Ключ и др.). Из-за переименований возникли синонимические ряды «старых» и «новых» названий (бухта Шамора = Лазурная, остров Казакевича = Русский, остров Скребцова = Коврижка и под.). Антонимические пары составных топонимов кроме традиционных пространственно-количественных оппозиций (Левая Поперечка - Правая Поперечка, Малая Михайловка - Большая Михайловка, Верхние Адими - Нижние Ади-ми) включают многочисленные временные оппозиции как внутри системы (Староварваровка - Нововарваровка, Старая Девица - Новая Девица и т.п.), так и по отношению к топосистеме запада страны, откуда были перенесены многие названия населённых пунктов (Новая Москва, Новокиевка и под.).

Что касается формальной стороны топонимической системы Приморья, то и здесь наблюдаются специфические для региона словообразовательные модели. Например, в названиях сёл преобладает «крестьянская» модель названий сельских поселений на -к (а) (Берёзовка, Комаровка, Алексеевка и под.), насаждённая иногда искусственно, для выравнивания системы (так некоторые казачьи станицы, имевшую форму на -ский, были преобразованы по этой модели: Качалинская - Качаловка). В составных названиях типичной является модель с двумя прилагательными (р. Большой Богатый, с. Новое Луговое, г. Большая Лиственная).

Особый аспект изучения топонимической системы Приморья - её функционирование в устной и письменной речи. В топосистеме Приморья наблюдается большая вариативность названий: в произношении (БерёзОвка - Берёзовка, в ХорОле - в Хороле), в написании (Га-лёнки - Голёнки, Фадеевка - Фаддеевка), в склонении (в Анучине - в Анучино, в Андреевке - в посёлке Андреевка), в словообразовании (Вознесенка - Вознесеновка, Белокаменное - Белокаменск), в образовании названий жителей (приморцы - приморчане, хорольцы - хороль-чане, лазовцы - лазовчане, новомосковцы - новомосквичи) и под. [7].

Топонимическая картина мира Приморья находит выражение в т.н. «культурной семантике» топонимов - прежде всего в мотивированности названий, в различных коннотациях и верификации названий, в местном фольклоре. Мотивационное значение топонима либо отражает какие-то культурные реалии или ситуации (г. Крестовая - «там поставлен крест», Молёный мыс - «там молились», д. Дворянка - «богатая дворянка мимо проезжала», м. Красная Скала - «там красных партизан расстреляли», р. Седанка - «там седой китаец жил», п. Большой Камень - «там большой камень стоял», с. Камень-Рыболов - «там рыболов рыбу ловил»), либо содержит культурную версию каких-либо свойств самого объекта, приписываемых ему (Чёртово болото - «там черти водятся, оно топкое»; Проклятые скалы - «здесь всегда несчастья происходят»). Такой культурной семантикой обладают обычно исконные (не переименования) и аборигенные топонимы. Например, название р. Амгу/Амагу (удэг. Амагу - колыбель) связано с обычаем - под скалой, похожей на детскую колыбель, оставлять на ночь молодожёнов. Однако реальная мотивировка часто утрачивается, забывается, и тогда название обрастает новыми версия-

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

ми: с. Астраханка («потому что там астры растут, на озере Ханке»), с. Весёлая Поляна («там все веселятся»), с. Богополь («поле, данное Богом»), г. Сенькина Шапка («там Сенька шапку забыл»), с. Качалов-ка - там воду из артезианского колодца качают и т.п.

Коннотативный уровень топонимической семантики обладает особой этнокультурной ценностью, т.к. актуален при вторичной номинации. Особенно ярко он проявляется в семантическом переосмыслении, народной (неофициальной) топонимии: Техас (из Тихас - п. Тихоокеанский, ныне г. Фокино - «у нас свой Техас есть»), Колдобино (м. Голдобина - «так там колдобина на колдобине») - или легендарной мотивировке топонима: Качаловка (п. Новокачалинский/Кача-ловка - «там все качаются, пьяные ходят»). Эти версии формируют особый пласт топонимической системы - фольклорную топонимию, или фольклорную ремотивацию топонима, т.н. топонимические предания. Например, о названии села Старая Девица: «По преданию, из украинского села приехал крестьянин. У него было семь дочерей. Многим парням они нравились, но девушки всем отказывали, да так и остались в старых девах. Поэтому село стали называть Старая девица». Цель топонимических преданий - попытка объяснить, почему произошло то или иное название.

Фольклорная топонимия может быть основана как на истинном принципе номинации (г. Ротная - «ротный командир там замёрз»; р. Шинелка - «солдатскую шинель там нашли»), так и на народно-этимологическом прочтении названия (с. Ястребовка - «над селом ястреб пролетел, так и назвали»; с. Галёнки - «там какая-то Галя, Га-лёна жила»), с. Милоградово (там Мила Градова погибла), что для собирателя фольклорной топонимии совсем неважно - важен сам механизм его порождения, который и становится фактом культурной коннотации топонима как фольклорного кода народной культуры.

Языковая репрезентация топонимических концептов в русском языке осуществляется за счёт большого арсенала языковых средств. Прежде всего с помощью прописной буквы, которая и является различительным кодовым знаком для имени собственного и имени нарицательного, или апеллятива (ср. апеллятивыречка, гора, сопка, тихая пристань и топонимы - р. Первая Речка, г. Гора, г. Иван-Гора, г. Сопка, б. Тихая Пристань). Ориентированные на систему языка, ономастические концепты репрезентируются прежде всего на грамматическом и семантическом уровнях. Выделяются два типа актуализации топонимических концептов: формальный (грамматический и словообразовательный) и семантический. Формальная онимизация происходит посредством словообразующего топонимического суффикса -ино, -ово, -(ов)ка (Анучино, Безверхово, Бельмановка), патронимического суффикса -ин (Сашин Ключ, Нюрин Ключ) или словосложения (Камень-Рыболов, Новодевица), флексии - показателя грамматического рода, (Илистая, Круглая; Лебяжье, Тихоречное; Русский, Кировский), числа (Кугуки, Черемшаны, Мельники) или падежа (остров Попова, бухта Экспедиции - т. н. мемориальные топонимы в форме родительного падежа); синтаксически - путём одной лексемы (Крестьянка, Крейсер) или словосочетания (Зелёный Яр, Большой Камень, Золотая Долина, Ясная Поляна); прецедентного текста (Сенькина Шапка).

Семантическая онимизация бывает простая (прямое значение апеллятива (бухта Круглая - действительно округлой формы), ме-

тафорическая (гора Верблюд - по сходству её двугорбой вершины с горбами верблюда), метонимическая (гора Горал - место обитания горалов; посёлок Метеоритный - поблизости упал метеорит) и гибридная (бухта Нерпа и одноимённый мыс и посёлок названы по имени клипера «Нерпа» - традиционного символического названия-зоо-нима кораблей Сибирской флотилии, однако по другой версии - по обилию нерпы, ср.: «Вторую неделю жители посёлка Нерпа наблюдают в море парочку морских млекопитающих с одноимённым названием их посёлка и бухты. Каждую весну и осень нерпы заходили в бухту Нерпа на кормёжку, а летом уходили подальше в море, недаром бухту, где расположен посёлок, назвали Нерпой (Хасанские вести, 29.03.07).

Важным свойством топонимических концептов является формирование на их основе топонимической категории, под которой понимается «объединение имён собственных на основе общего концепта (концепта имени)» [11, с. 14] - аналог языковой лексической категории, тематического класса.

Топонимические концепты, образующие региональную топонимическую концептосферу, тесно связаны с диалектными концептами как особым типом знания о территориальных разновидностях языковых единиц, т.е. диалектные формы могут служить средством репрезентации ономастического знания.

Топонимия любого языка складывается из различного языкового материала и существует в виде системы лексических и морфологических единиц, которые исторически принадлежат разным языкам и разным хронологическим состояниям одного и того же языка и разным социорегиональным вариантам языка. В результате какая-то часть концептосферы топонимов репрезентируется немотивированными тополексемами.

Концептосфера топонимов Приморья включает как современные, так и архаичные структуры, отражающие культурологическую ситуацию в тот или иной исторический период. Она служит для отображения определённых знаний о мире в виде организованных топонимических концептов, репрезентированных разными языковыми знаками. Будучи порождением концептосферы национального языка и одной из её составляющих, концептосфера топонимической системы оказывает преобразующее воздействие и на концептосферу национального языка.

Выстраивание концептосферы топонимов определяется инвентарём концептов и неслучайностью их компонентов. Для её формирования отбирается то из концептосферы национального языка, что становится знанием об имени собственном, то, что имеет особую значимость для формирования ментальных доминант этноса, их языковых репрезентаций.

Можно привести пример из области географической терминологии. В русских говорах множество народных географических терминов, которые нередко становятся основой для топономинации: рамень, гай, левада, кичка, кулига, подол, рогач и мн. др., но только некоторые входят в топонимическую систему региона (Синий Гай, Барабаш-Левада, Поляны, Красный Кут, Тёплый Ключ). Избирательность зависит от диалектических связей между языковыми единицами. Считается, что чем абстрактнее представление о реалии (поляна, ключ, яр, луг, гора, сопка, речка, падь, долина, рог), тем выше его на-

зывательная способность (Ясная Поляна, Тигровый Ключ, Красный Яр, Лужки, Иван-Гора, Белая Речка, Тигровая Падь, Золотая Долина, Турий Рог).

Наблюдение показывает, что основные когнитивные модели содержания топонимического концепта «окружающее пространство» в сознании жителей Приморья следующие (по степени частотности):

1) «человек» - имя или фамилия, или имя+отчество владельца, первопоселенца или члена его семьи (преимущественно в ойконимах: названиях сёл). Наличие топонимического форманта -к(а) со значением принадлежности отмечается в большинстве топонимов, восходящих к полной или сокращённой форме личного имени или фамилии (Абрамовка, Антоновка, Арзамасовка, Ауровка, Владимиро-Петровка, Григорьевка, Екатериновка, Мельгуновка, Сергеевка, Татьяновка, Тимофеевка, Фадеевка, Яковлевка). Топонимы с формантом -ов(о) или -ин(о) означают обычно «посвящение заслуженному лицу» (Анучи-но, Безверхово, Гвоздево, Зарубино, Синельниково, Слинкино, Суворо-во, Шкотово, Штыково). Топонимы (преимущественно гидронимы) с формантом -ин означают «посвящение первооткрывателю»(Аликов Ключ, Алёнкин, Витькин Ключ, Егоркин, Санькин);

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

2) «вода», «ландшафт», «рельеф» (Бурливая, Водопадная, Горное, Грязная, Загорное, Запроточный, Заречное, Илистая, Каменка, Ключевой, Крутогорка, Междуречье, Мелкоречное, Многоручье, Обрыв, Обильная, Перекатная, Поречье, Резвушка, Речица, Речной, Струйный, Струистая, Тихоречное, Трёхгорка, Увальное, Чистоводное, Шумный) - преимущественно гидронимы;

3) «растительность», «животный мир» (Баклан, Барсовый, Берёзовка, Горал, Грибное, Дубовый Ключ, Ивнячка, Изюбриный, Ильмаков-ка, Кабарга, Камышовое, Кедровая, Кит, Кленовая, Лебединое, Медвежья, Муравьиная, Нерпа, Сохатка, Тигровый, Черёмуховая);

4) «географические реалии» (Або, Байкал, Кишиневка, Ливадия, Лифляндия, Новая Москва, Саратовка, Пермское, Украинка, Чернигов-ка, Полтавка, Самарка);

5) «культовые реалии» (Воздвиженка, Вознесенка, Воскресенка, Монастырище, Покровка, Преображение, Рождественка, Троицкое, Успения);

6) «оппозитивность (Большая Нерестовка - Малая Нерестовка, Верхний Перевал - Нижний Перевал,Верхние Адими - Нижние Адими, Новобельмановка - Старобельмановка, Новодевица - Стародевица, Правая Базальтовая - Левая Базальтовая, Левая Лиановая - Правая Лиановая);

7) «род деятельности, социальная характеристика жителей» (Дворянка, Мельники, Моряк-Рыболов, Оленевод, Охотничий, Крестьянка, Солдатка, Партизан, Рисовое, Уборка);

8) «исторические факты» (Октябрьское, Партизанск, Первомайское, Экспедиция).

Отпатронимические названия населённых пунктов по частотности употребления доминируют, что объясняется не только историей, но и традицией (данную модель М.В. Горбаневский, вслед за А. М. Се-лищевым, отмечает как основной принцип номинации в русских названиях населённых пунктов [5, с. 70-73]). Однако довольно значительны и персональные мемориальные названия (по сравнению с

другими регионами), являющиеся нередко результатом переименования объектов, носивших китайские названия.

В структуре наиболее значимых топонимических категорий выделяются частные когнитивные модели, отражающие представления жителей региона о месте обитания. Эти представления обусловлены различными знаниями о денотативных признаках объекта: чувственно-эмпирическими и культурно-историческими. Например, представления о реке позволяют выделить различные характеристики концепта «вода», положенные в основу соответствующих топонимов: качество (Грязная, Чистая, Чистый Ключ, Мутная, Прозрачная), вкус (Солёная), цвет (Белая, Голубая, Горелый Ключ, Дегтярный, Жёлтая, Красная Речка, Купоросный, Молоканка, Светлянка, Смолянка, Синий, Чернушка), температура (Студёная, Горячий Ключ, Тёплый Ключ), количество (Глубокий, Маловодный, Мелководный, Пропадающий, Сухой Ключ), звук (Гремучий Ключ, Звонкий, Шептун, Шумный), параметры (Большая Речка, Гнутый, Длинный Ключ, Заломная, Изви-линка, Короткий, Кривой, Маленький, Прямушка, Петлянка, Ровный Ключ, Речушка, Семиверстка, Узкий, Широкий Ключ), особенности русла, характер течения (Быстрянка, Блуждающий, Бурный, Водопадная, Лихой, Незаметная, Опасная, Порожистый, Разбойник, Скакун), характер берегов и дна (Валунный, Глинка, Гранитная, Илистая, Каменный, Каменка, Песчаный, Солонцовый Ключ, Угольный Ключ), рельеф местности (Болотный, Горная, Долинная, Крутогорка, Низменка, Откосная, Скалистый, Ущельная), порядок, счёт (Первая Речка, Втора Речка, Сорок Девятый) и т.п.

Наблюдения показывают, что в основе формирования топонимов Приморья лежит взаимодействие концептов «место», «человек», «флора» и «фауна», «ландшафт», «вода», «число» и др. Представления жителей о пространстве и времени находят отражение в следующих преобладающих концептуальных характеристиках: первостепенность / второстепенность в моделях «большой/малый», «новый/старый» (Большая Берестянка - Малая Берестянка, Малая Кема - Великая Кема, Старая Варваровка - Новая Варваровка), «верх/низ» (Верхняя Бреевка - Нижняя Бреевка), «впереди/позади» в моделях за-/-пред (Загорное, Запроточный, Заречное, Залесье, Предгорка), «левый/правый/средний» (Правая Антоновка - Средняя Антоновка - Левая Антоновка).

Указанные когнитивные модели носят общенациональный характер и свойственны любому региону, хотя и имеют местные особенности (например, топонимическая модель «счёт» чрезвычайно характерная для приморской гидронимии, а также оппозиция «старый - новый»).

Таким образом, в ТС Приморья есть свои региональные особенности:

1) разрушение (в связи с многочисленными переименованиями) старой ТС, естественно сложившейся, и становление новой, несколько искусственной; наложение двух ТС друг на друга, их одновременное сосуществование и перестройка смысловых отношений внутри этой системы;

2) переосмысление внутренней формы топонимов в сознании топонимической личности;

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

3) различное функционирование ТС (т.е. употребление в речи топонимической личности) в зависимости от ситуации общения (обиходная/научная), возраста личности (как представителя определённого поколения) и т.п.

Анализ топонимических единиц показал, что основы формирования региональных топонимов закладывают те концепты, которые определяют формирование топонимов определённого региона. При этом топонимические концепты и их когнитивные модели в виде представлений человека о положении вещей в мире закрепляются в языке через значения конкретных ономастических единиц, что обеспечивает сохранение ономастических знаний и их преемственность от человека к человеку, от поколения к поколению. Всё это требует специального исследования (полевых экспедиций, архивных разысканий и т.п.) и ждёт своих исследователей.

В этом и перспективы изучения топонимической системы Приморья.

Литература

1. Быканова В. И. О топонимическом концепте // Филологические науки. Вопросы теории и практики, 2008, № 1 (1): в 2-х ч. Ч. I. с. 48-50.

2. Воробьева И. А. К понятию экспрессивности в топонимике // Региональная лексикология Алтая. Сб. ст. - Барнаул, 1983. С. 3-10.

3. Голев В. Д., Дмитриева Л. М. Единство онтологического и ментального бытия топонимической системы (к проблеме когнитивной топонимики) // Вопросы ономастики, 2008, № 5. С. 5-17.

4. Голомидова М. В. Искусственная номинация в ономастике. - Екатеринбург: Изд-во УрГУ, 1998. 216 с.

5. Горбаневский М. В. Основной принцип номинации в русских названиях населенных пунктов // Филологические науки, 1982, № 1. С. 70-74.

6. Матвеев А. К. Ономатология. - М.: Наука, 2006. 292 с.

7. Рублёва О. Л. Топонимия Приморья: учеб пособие. - Владивосток: Издательский дом Дальневост. федерал.ун-та, 2013. 427 с.

8. Рублева О. Л. Флора и фауна Приморья в названиях: опыт словаря // Биота и среда заповедников Дальнего Востока, 2015, № 2. С. 85-150.

9. Теория и методика ономастических исследований / отв. ред. А. П. Неподкупный. - М.: Наука, 1986. 256 с.

10. Шмелева Т. В. Ономастика: учеб. пос. - Славянск-на-Кубани: Изд. центр филиала ФГБОУ ВПО «КубГУ» в г. Славянске-на-Кубани, 2013. 161 с.

11. Щербак А. С. Когнитивные основы региональной ономастики. Автореферат дисс. ... доктора филол. наук. - Тамбов, 2008.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.