УДК 342.9 ББК Х401.072
DOI 10.24411/2073-3313-2020-10458
ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О КОНТРОЛЕ И НАДЗОРЕ НА ПРОСТРАНСТВЕ ОРГАНИЗАЦИИ ДОГОВОРА КОЛЛЕКТИВНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Сергей Игоревич КОНЕВ, старший преподаватель кафедры административного и энергетического права РГУ нефти и газа (НИУ) имени И.М. Губкина E-mail: sj-13@yandex.ru
Научная специальность по публикуемому материалу: 12.00.14 — административное право;
административный процесс
Аннотация. Государства, входящие в Организацию договора коллективной безопасности, взяли курс на снижение количества контрольно-надзорных функций не в ущерб качеству и при соблюдении требований безопасности деятельности. В контексте данных тенденций автором анализируются положения проекта федерального закона № 850621-7 «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации». Несмотря на тот факт, что он аккумулирует значительный правоприменительный опыт в области проверок, автором был выявлен ряд упущений, которые могут не позволить указанному акту достичь своей цели — устранить существующие недостатки в регулировании контрольных отношений.
Ключевые слова: контроль, надзор, законодательство, административное законодательство.
Annotation. The states that are members of the Collective Security Treaty Organization have taken a course to reduce the number of control and supervision functions, not to the detriment of quality and subject to the requirements of operational safety. In the context of these trends, the author analyzes the provisions of the draft federal law № 850621-7 «On state control (supervision) and municipal control in the Russian Federation». Despite the fact that he accumulates significant law enforcement experience in the field of inspections, the author has identified a number of shortcomings that may not allow this act to achieve its goal — the elimination of existing shortcomings in the regulation of control relations
Keywords: control, supervision, legislation, administrative legislation.
Научный руководитель: С.М. Зырянов, доктор юридических наук, профессор
Контроль и надзор являются важнейшим средством обеспечения законности, при-этом данная система является динамической, развивающейся вслед за усложняющимися общественными отношениями и структурой государственного управления. Основные направления развития данной системы отражаются в концептуальных актах государств Организации договора коллективной безопасности (далее — ОДКБ). Их анализ (за исключением республики Армения, где комплексная программа развития государства на период до 2030 г. пока не утверждена на момент написания данной работы), позволяет выявить следующие тенденции:
1. Большинство стран ОДКБ взяло курс на снижение количества контрольно-надзорных функций не в ущерб качества и при соблюдении требований безопасности деятельности1. Достигаться это будет при помощи иных регуляторов — страхования ответственности, саморегулирования, аутсорсинга.
2. «Трендом» построения системы контроля и надзора является применение риск-ориентированного подхода, который предусматривает увеличение или уменьшение количества проверок в зависимости от класса и категории опасности данного вида деятельности2.
ЗАКОН И ПРАВО • 09-2020
3. Происходит смещение карательной функции контроля в сторону превенции и профилактики. Реализация данного направления требует, в свою очередь, оценки эффективности деятельности органов контроля и надзора, ориентирования должностных лиц этих органов на результат3.
4. Важной составляющей современной системы контроля и надзора являются информационные технологии. Это и развитие систем электронного документооборота в сегменте «правительство — субъекты предпринимательской деятельности» (G2B, government to business), развитие межведомственного документооборота (сегмент G2G, government to government), принцип деятельности «одно окно», сайты органов власти, единые платформы для осуществления контрольно-надзорной деятельности, использование дистанционных форм контроля и надзора и т.д.4.
5. Вышеуказанные тенденции неизбежно приводят к изменению законодательства. Внешним выражением реформирования системы контроля и надзора станут акты, вносящие поправки в полномочия органов власти, а также закрепляющие на уровне законов достигнутые изменения.
В Российской Федерации принята Программа «Реформа контрольной и надзорной деятельности», которая была утверждена Президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам 21 декабря 2016 г.
Кроме того, в «Основных направлениях деятельности Правительства Российской Федерации на период до 2024 года» от 29 сентября 2018 г., в п. 1.1.2 «Совершенствование контрольно-над -зорной деятельности» говорится о необходимости снижения административной нагрузки на субъектов предпринимательской деятельности. Положения данных документов в части контроля и надзора совпадают с вышеуказанными направлениями развития законодательства на пространстве ОДКБ.
Следует отметить тот факт, что действующие отечественные правовые акты не содержат разграничения понятий «контроль» и «надзор». Как следствие, нет единства в понимании этого вопроса и в науке административного права (а, скорее, это даже первопричина, все же именно наука должна задавать вектор правового развития, отвечающий требованиям и уровню развития общественных отношений).
Контроль рассматривается как функция государственного управления5, как функции органов государственной власти6, как инструмент управленческой функции государства7.
Административный надзор также оценивался и как функция органов исполнительной власти8, и как форма государственно-управленческой деятельности9, и как организационно-правовой способ обеспечения законности10.
Кроме того, надзор наделяется следующими характеристиками: осуществление его уполномоченным субъектом в пределах компетенции, направленность на обеспечение безопасности, выраженность в виде наблюдения за соблюдением соответствующих предписаний, возможность применять меры ответственности. Однако объединяющими практически каждое исследование контроля и надзора и их соотношение становятся следующие постулаты.
Контроль фактически пронизывает все остальные функции управления — анализ, планирование, организацию, регулирование и т.д. В связи с этим контроль характеризуют как «второстепенную, но объективно необходимую функцию управления»11.
Важной особенностью контроля является то, что его могут осуществлять различные субъекты. Принято выделять президентский, парламентский, правительственный, контроль органов исполнительной власти, судебный, региональный, муниципальный, общественный виды контроля. Кроме того, контроль направлен как внутрь системы, так и вовне12. При этом сущность контроля проявляется в оценке законности и целесообразности деятельности подконтрольного лица, а также в возможности воздействия на подконтрольный объект с целью исключения его отклонения от заданных параметров13.
Надзор, в свою очередь, отличается оценкой только законности, которую дает уполномоченный на то орган исполнительной власти в пределах своей компетенции. Конечная цель контроля и надзора совпадают и подчиняются конституционному принципу, закрепленному в ст. 2 Основного закона страны — защита прав и свобод человека гражданина.
При этом, как следует из логики нормативных актов, надзор связан с обеспечением требований безопасности в широком смысле.
Вместе с тем заслуживает внимания тезис С.М. Зырянова об изначальной непригодности идеи сформулировать в законодательстве понятия «контроль» и «надзор»14. Проиллюстрируем его примерами норм государств на пространстве ОДКБ, где приняты акты, регулирующие контроль и надзор и содержащие данные термины.
На момент написания данной работы таковым является только Предпринимательский ко-
ЗАКОН И ПРАВО • 09-2020
декс Республики Казахстан от 29 октября 2015 г. № 375-У ЗРК (далее — Предпринимательский кодекс РК).
Согласно ст. 134 Предпринимательского кодекса РК контроль — это деятельности органов контроля и надзора по проверке и наблюдению на предмет соответствия деятельности проверяемых субъектов требованиям, установленным законодательством Республики Казахстан без применения мер оперативного реагирования15.
В свою очередь, ст. 135 Предпринимательского Кодекса РК определяет надзор как ту же деятельность, но с применением мер оперативного реагирования. А сами меры, исходя из содержания ст. 136 Предпринимательского кодекса РК, — это способы воздействия, предусмотренные законодательством Казахстана в целях минимизации нарушений со стороны проверяемых субъектов.
И далее, в форме закрытых перечней обозначены сферы, где применяется контроль, а где — надзор.
Например, п. 52 ст. 138 относит область информатизации к подконтрольной деятельности. Казалось бы, задача по разделению контроля и надзора решена. Однако возникает вопрос, а почему разделение сделано именно таким образом? Ведь надзор предполагает только наблюдение, а согласно Предпринимательскому кодексу РК надзорным органам предоставляется право на оперативное вмешательство, что более соответствует природе контроля.
Очевидно, что контроль и надзор — звенья одной цепи. Контрольные отношения возникают в ходе любой деятельности, в том числе и надзорной16. Вместе с тем надзор может осуществляться и за контролирующими субъектами. И где в таком случае начинается одна функция и заканчивается другая? Да и что важнее: закрепление дефиниций в праве или отражение содержания регулируемого отношения, включающего в данном случае субъектов, осуществляющих контроль и надзор, лиц, в отношении которых эти функции осуществляются, права и обязанности участников правоотношений, а также основания их возникновения? Представляется, что второе.
Собственно, именно по этому пути пошли два других государства, входящих в ОДКБ: Кыргызская Республика и Республика Таджикистан.
Закон Кыргызской Республики от 25 мая 2007 г. № 72 «О порядке проведения проверок субъектов предпринимательства» (далее — Закон КР о проверках), как сказано в Преамбуле, направлен на регулирование общественных отно-
шений в процессе проведения проверок уполно -моченными субъектами лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность17.
При этом согласно ст. 2 и контроль, и надзор как форма деятельности уполномоченного субъекта входят в понятие «проверка». Собственно, эти два термина используется только для конструирования указанной дефиниции.
В дальнейшем используется бланкетная норма о том, что органы государственной власти наделяются правом на проведение проверки, а сам предмет проверки определяется законами государства и постановлениями Правительства КР.
Закон Республики Таджикистан от 25 декабря 2015 г. № 1269 «О проверках деятельности хозяйствующих субъектов» (далее — Закон РТ о проверках) повторяет вышеуказанную схему. Он также направлен на установление правовых основ проведения проверок и статуса лиц, в них участвующих.
Согласно ст. 2 Закона РТ о проверках ею признается «вид деятельности проверяющих органов по изучению, анализу, контролю и сопоставлению деятельности хозяйствующего субъекта с требованиями законодательства Республики Таджикистан»18. В дальнейшем определение предмета проверки и уполномоченного субъекта происходит исходя из компетенционного элемента статуса органа государственной власти.
В формулировках, очерчивающих границы предмета проверки, используются конструкции «соблюдение законодательства», «соблюдение требований», «соблюдение норм и правил», «соблюдение мер» и др. Например, п. 24 ст. 10 Закона РТ о проверках предоставляет право проведения проверок на предмет соблюдения разрешительных и лицензионных требований и условий уполномоченным государственным органам в области разрешений и лицензирования.
В настоящее время в Российской Федерации вопросы контроля и надзора регулируется ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее — ФЗ № 294 о проверках) от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ.
Однако ему на смену в Государственную Думу внесен проект федерального закона № 850621-7 «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее — Проект ФЗ о контроле и надзоре, Проект), который изменит систему контроля и надзора.
С одной стороны, разница между двумя актами очевидна при одном только взгляде на со-
ЗАКОН И ПРАВО • 09-2020
держание документов: ФЗ № 294 о контроле и надзоре содержит 27 статей, Проект ФЗ о контроле и надзоре — 136. С другой стороны, а насколько принципиальна эта разница?
Анализируя нормы Проекта закона о контроле и надзоре, в сравнении с действующим ФЗ № 294 о проверках, хотелось бы отметить ряд особенностей.
Сфера действия ФЗ № 294 о проверках связана с проверками деятельности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в части соблюдения ими требований к этой деятельности. Объектами контроля и надзора согласно Проекту являются деятельность граждан и организаций, продукция, товары, услуги и иные результаты деятельности граждан и организаций, а также здания, сооружения и иные объекты материального мира, которыми владеют (или пользуются) граждане и организации (ст. 20). При этом законопроект, как и действующий акт не является универсальным. Из сферы действия изъяты более 30 видов контроля и надзора.
Произойдет трансформация мероприятий по контролю и надзору. Их перечень определен ч. 2 ст. 80 Проекта ФЗ о контроле и надзоре (всего восемь — контрольная закупка, рейд, выездная проверка и т.д.).
При этом устанавливается, что мероприятия совершаются в форме следующих действий: опрос, досмотр, осмотр и др.19. Для каждого вида контрольно-надзорных действий будет установлено отдельное положение. Кроме того, предусматривается достаточно объемный перечень профилактических мероприятий, чего нет в действующем ФЗ № 294 о проверках. Их задача, с одной стороны, стимулировать добросовестное поведение подконтрольного лица, а, с другой стороны, изменение приоритета вектора контрольно-надзорной деятельности в сторону превенции, предупреждения нарушения обязательных требований.
По замыслу разработчиков Проекта ФЗ о контроле и надзоре контрольно-надзорные мероприятия будут применяться там, где профилактические не привели к желаемому результату, либо деятельность изначально относится к высокому классу и категории опасности.
Частью 2 ст. 56 Проекта ФЗ о контроле и надзоре установлено, что такие виды проверочных мероприятий, как «информирование, обобщение практики, выпуск руководств по исполнению обязательных требований, объявление предостережения, консультирование, объявление предостережения и профилактический визит»20, станут обязательными для каждого отдельного положения о контроле.
Немаловажной идеей, пронизывающей красной нитью рассматриваемый законопроект, является эффективность по отношению к деятельности лиц, осуществляющих контроль и надзор. Это один из базовых принципов построения системы оценки деятельности субъектов на предмет соответствия требованиям, установленным в правовых актов.
По замыслу создателей Проекта, контроль и надзор со стороны государства «включается» только тогда, когда остальные меры (о которых сказано в главе 13 Проекта ФЗ о контроле и надзоре) не сработали, либо этих мер, исходя из природы самой деятельности, недостаточно (ст. 15 Проекта).
Эффективность подразумевается и в минимизации взаимодействия, в том числе и по времени, должностных лиц и лиц подконтрольных (ч. 3 ст. 18 Проекта).
Безусловно, эта минимизация должна быть не в ущерб конечным целям контроля и надзора. С учетом того, что такие элементы системы контрольно-надзорной деятельности, как: реестр контроля, учет объектов контроля, планы контрольно-надзорных мероприятий, взаимодействие органов контроля (надзора) между собой, а также с органами прокуратуры и подконтрольными лицами планируется осуществлять через электронные ресурсы, это также способствует оперативности и эффективности (статьи 26—28 Проекта).
Немаловажной в этом смысле представляется и норма ст. 23 Проекта об оценке контрольно-надзорной системы, которая включает параметра.
Первый — это качественная оценка контроля (насколько он минимизирует риск данного вида деятельности, по этому критерию будут установлены целевые значения для каждого субъекта контроля / надзора).
Второй — оценка индикаторов контроля, т.е. анализ проблем, возникающих в ходе контрольно-надзорной деятельности, на уровне вмешательства государства в деятельность граждан и организацией, а также уровень затрат на все эти процессы.
Таким образом, можно сделать вывод, что для оценки эффективности будет применяться сразу два критерия, которые дополняют друг друга: ex ante (с лат. до события) и ex post (с лат. после события). Оба этих критерия чаще связывают с экономическим анализом, ex post — анализ статистики, а ex ante — моделирование и прогноз.
Однако в процессе финансового контроля они стали применяться и в практике контроля как
ЗАКОН И ПРАВО • 09-2020
такового. С точки зрения логико-функционального подхода к оцениванию деятельности ex ante и ex post, оба критерия надо толковать уже как ex-ante evaluation, ex-post evaluation и связующее звено между ними в виде on-going evaluation21. Иными словами, предварительный, текущий и последующий контроль, достаточно давно известный науке административного права.
В то же время ex ante и ex post контроль в силу активного заимствования элементов концепции new public management22 приобрели дополнительные характеристики.
Так, ex ante контроль с известной долей условности можно обозначить как предварительный анализ целей регулирования, проблем регулирования, издержек и выгод при разрешении этих проблем, последующая реализация модели регулирования и мониторинг.
В свою очередь ex post контроль можно представить как оценку и анализ уже действующих норм и практики правоприменения.
Таким образом, законодатель пытается в рамках одного акта создать универсальную модель контрольно-надзорных отношений, учитывающих как статику, так и динамику современного общества.
Отмечая, безусловно, большое количество новелл в регулировании контрольно-надзорной деятельности, хотелось бы отметить ряд недоработок Проекта ФЗ о контроле и надзоре.
Инициаторы законопроекта исходили из идей устранения недостатков в регулировании действующими актами, включающими несистемность, пробельность и чрезмерное государственное воздействие на бизнес, связанное с большим количеством проверок. Однако подобные задачи уже ставились перед контрольно -надзорной системой.
Так, отмененный Указ Президента от 23 июля 2003 г. № 824 «О мерах по проведению административной реформы в 2003 — 2004 годах» предусматривал ограничение вмешательства государства, сокращение избыточного государственного регулирования, развитие системы саморегулируемых организаций, дифференциацию контроля и надзора.
Распоряжение Правительства РФ (также уже отмененное) от 25 октября 2005 г. № 1789-р «О Концепции административной реформы в Российской Федерации в 2006 — 2010 годах и плане мероприятий по проведению административной реформы в Российской Федерации в 2006 — 2010 годах» тоже предусматривало внедрение системы управления по результатам, насыщение го-
сударственного управления информационными технологиями, совершенствование системы контроля и надзора и т.п.
В результате всех этих мероприятий применительно к контролю и надзору были принят ФЗ № 294; каждый орган власти разработал регламент осуществления контрольно-надзорной деятельности и др. Чем вызвана необходимость столь кардинального изменения законодательства?
Кроме того, выражаем сомнение в том, что цель снижения административной нагрузки на объекты контроля (надзора) будет достигнута.
Согласно действующим нормам ФЗ № 294 о проверках их количество не больше одной проверки раз в три года. Проект ФЗ о контроле и надзоре согласно ст. 32 предусматривает зависимость числа контрольно-надзорных мероприятий по каждому виду от категории опасности.
Части 2 и 4 ст. 80 Проекта ФЗ о контроле и надзоре устанавливают восемь видов контрольно-надзорных мероприятий, которые, в свою очередь, должны реализовываться посредством десяти форм действий со стороны проверяющих лиц (эксперимент, опрос и др.).
Возвратимся вновь к нормам частей 2—5 ст. 32 и используем максимальные значения для проведения контрольно-надзорных мероприятий:
■ чрезвычайно высокий риск — не более двух в год;
■ высокий или значительный риск — не более одной в два года;
■ средний и умеренный риск — не более одной в три года.
Для категории незначительного риска контрольно-надзорные мероприятия не проводятся.
В данных условиях можно предположить, что количество проверок увеличится23.
Необходимо учитывать и масштаб изменений законодательства о контроле и надзоре. Сравнение объемов нормативного материла законодательства о контроле и надзоре на пространстве ОДКБ демонстрирует следующее:
■ действующий ФЗ № 294 о проверках — 27 статей,
■ Закон КР о проверках — 22 статьи,
■ Закон РТ о проверках — 46 статей,
■ Предпринимательский кодекс РК — 324 статьи,
■ Проект ФЗ о контроле и надзоре — 136 статей.
Однако необходимо учесть, что будут разрабатываться типовые положения о контроле и надзоре, предусмотрены принципиально новые правовые средства — система управления рис-
ЗАКОН И ПРАВО • 09-2020
ками, вводится новый вид производства — контрольно-надзорное с соответствующей правовой регламентацией.
Может быть, стоило избрать иную форму систематизации — в виде тематического кодекса?
Как отмечает Ю.А. Тихомиров, «кодекс привносит новизну в методы регулирования отношений, обеспечивает полноту регулирования отношений и способствует упорядочиванию отношений»24. Этим признакам рассматриваемый законопроект соответствует. В пользу данного вывода свидетельствует и большое количество отсылочных норм, мы насчитали 30 формулировок «в соответствии с законодательством Российской Федерации».
Существенным минусом считаем и неопределенность дефиниций «контроль» и «надзор». Согласно определению, данному в ст. 1 законопроекта, эти термины используются как равнозначные: «контроль» и в скобках «надзор».
Однако при дальнейшем анализе норм Проекта ФЗ о контроле и надзоре становится очевидным, что законодатель различает эти две категории, например, в ч. 2 ст. 2, в которой предусмотрены изъятия из этого акта в пользу специальных:
■ «подп. «д» п. 8 ч. 2 ст. 2 — контроль и надзор за выполнением организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных...
■ подп. «а» п. 11 ч. 2 ст. 2 — надзор ЦБ РФ за деятельностью кредитных организаций.
■ п. 22 ч. 2 ст. 2 — надзор в области безопасности дорожного движения.
■ п. 25 ч. 2 ст. 2 — надзор в области использования атомной энергии.» и др.25.
Следует учесть и ч. 1 ст. 33 Проекта, в которой указано, что государственный контроль (надзор), муниципальный контроль осуществляют органы, которым предоставлено соответствующее полномочие, а также «иные органы и орга-низации»26, если это предусмотрено анализируемым законопроектом. Между тем именно по субъекту в доктрине административного права мы и проводим разделение этих категорий: надзор всегда осуществляется органом исполнительной власти, перечень субъектов контроля — шире (суды, общественные организации и т.д.).
Мы видим решение этого вопроса в следующем.
Либо надо использовать сложившиеся наработки доктрины административного права (надзор всегда осуществляется органом исполнительной власти в отношении лиц, которые напрямую
не подчиняются, и др.), либо следует полностью отказаться от законодательного закрепления данных терминов (как это сделано в законодательстве Таджикистана и Кыргызстана).
1 См., напр.: гл. 4 Стратегии развития малого и среднего предпринимательства «Беларусь — страна успешного предпринимательства» на период до 2030 г. (утв. постановлением Совета Министров РБ от 17.10.2018 г. № 743) // http://www.government.by/upload/docs/ file6aec29e3f635aae3.PDF
2 См., напр.: Программа Правительства Кыргызской Республики по развитию и поддержке малого и среднего предпринимательства в Кыргызской Республике на 2019 —2023 гг. // http://camplatform.org/?p=6121& lang=ru
3 См., напр.: Стратегический план развития Республики Казахстан до 2025 г. (утв. Указом Президента РК от 15.02.2018 г. № 636) // https://online.zakon.kz/rn/ document/?doc_id=38490966
4 См., напр.: Национальная стратегия развития Республики Таджикистан до 2030 г. (утв. 01.12.2016 г. постановлением Маджлиси Оли Республики Таджикистан № 636) // http://ef-ca.tj/publications/02.2_rus(FILEmini-mizer).pdf
5 См., напр.: Соломатина Е.А. Контроль как функция государственного управления // Вестник Моск. ун-та МВД России. 2015. № 6.
6 См., напр.: Лобанов И.В. Понятие и сущность контроля как функции государственных органов // Юрид. наука. 2013. № 2.
7 См., напр.: Мухаметшин Р.Ф. Государственный (финансовый) контроль как инструмент управленческой функции государства // Экономика и бизнес: теория и практика. 2020. № 2-2.
8 См., напр.: Тищенко Г.И. Административный надзор как функция органов исполнительной власти // Вестник Уральского ин-та экономики, управления и права. 2017. № 4 (41).
9 См., напр.: Леухина Е.А. Административный надзор как форма государственно-управленческой деятельности // Вестник ЧелГУ. 2013. № 11 (302).
10 См., напр.: Колязина А.В. Соотношение контроля и надзора как организационно-правовых способов обеспечения законности в сфере жилищно-коммунального хозяйства // Гуманитарные и юрид. исследования. 2017. № 2.
11 Мартынов А.В. Административный надзор в России: теоретические основы построения: Монография. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2010. С. 83.
12 Студеникина М.С. Государственные инспекции в СССР. М.: Юрид. лит., 1987. С. 76.
13 Словарь административного права / Отв. ред. И.Л. Ба-чило, Н.Г. Салищева, Н.Ю. Хаманева. М., 1999. С. 103.
14 Зырянов С.М. Проблемы институционализации законодательства о контроле и надзоре // Актуальные вопросы контроля и надзора в социально значимых сферах деятельности общества и государства: Матер. III Всерос. науч.-практ. конференции. Н. Новгород, 2017. С. 73.
ЗАКОН И ПРАВО • 09-2020
15 URL: http://adilet.zan.kz/rus/docs/K1500000375#z134 (Дата обращения: 31.05.2020)
16 Ноздрачев А.Ф., Зырянов С.М., Калмыкова А.В. Реформа государственного контроля (надзора) и муниципального контроля // Журнал рос. права. 2017. № 9 (249). С. 44.
17 URL: http://cbd.minjust.gov.kg/act/view/ru-ru/202105 (Дата обращения: 01.05.2020)
18 URL: https://base.spinform.ru/show_doc.fWx?rgn=82375 (Дата обращения: 01.05.2020)
19 URL:http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req= doc;base=PRJ;n=189647#08862605720278847 (Дата обращения: 01.06.2020)
20 URL:http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req= doc;base=PRJ;n=189647#08862605720278847 (Дата обращения: 01.06.2020)
21 Беляев А., Цыганков Д. Оценивая эффективность реформы: новые технологии оптимизации государственной и отраслевой политики // Вестник актуальных прогнозов. Россия: третье тысячелетие. 2004. № 11.
22 См., напр.: Красилъников Д.Г., Сивинцева О.В., Троицкая Е.А. Современные западные управленческие модели: синтез New Public Management и Good Governance // ARS ADMINISTRANDI. 2014. № 2 // URL: https://cyber-leninka.ru/article/n/sovremennye-zapadnye-upravlen-cheskie-modeli-sintez-new-public-management-i-good-governance (Дата обращения: 03.06.2020)
23 См., напр.: Заключение Торгово-промышленной палаты Российской Федерации на законопроект № 850621-7 «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» // URL: https://tpprf.ru/common/upload/law/Рeгуляторная%20-гильотина/Заключение%20ТПП%20РФ%20на%20зако-нопроeкт%20№%20850621-7.pdf (Дата обращения: 03.06.2020)
24 Тихомиров Ю.А. Теория кодекса // Кодификация законодательства: теория, практика, техника: Матер. Меж-дунар. науч.-практ. конф. (Н. Новгород, 25—26 сентября 2008 г.). Н. Новгород: Нижегородская академия МВД России, 2009 С. 38.
25 URL:http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi? req=doc; base=PRJ;n=189647#08862605720278847 (Дата обращения: 01.06.2020)
26 Там же.
Библиографический список
1. Беляев А, Цыганков Д. Оценивая эффективность реформы: новые технологии оптимизации государственной и отраслевой политики // Вестник актуальных прогнозов. Россия: третье тысячелетие. 2004. № 11.
2. Заключение Торгово-промышленной палаты Российской Федерации на законопроект № 850621-7 «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» // URL: https://tpprf.ru/common/ upload/law/Рeгуляторная%20гильотина/Заклю-чение%20ТПП%20РФ%20на%20законопро-ект%20№%20850621-7.pdf (Дата обращения: 03.06.2020)
3. Зырянов С.М. Проблемы институционали-зации законодательства о контроле и надзоре // Актуальные вопросы контроля и надзора в социально значимых сферах деятельности общества и государства: Матер. III Всерос. науч.-практ. конф. Н. Новгород, 2017.
4. Колязина А.В. Соотношение контроля и надзора как организационно-правовых способов обеспечения законности в сфере жилищно-коммунального хозяйства // Гуманитарные и юрид. исследования. 2017. № 2.
5. Красилъников Д.Г., Сивинцева О.В., Троицкая Е.А. Современные западные управленческие модели: синтез New Public Management и Good Governance // ARS ADMINISTRANDI. 2014. № 2 // URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ sovremennye-zapadnye-upravlencheskie-modeli-sintez-new-public-management-i-good-governance (Дата обращения: 03.06.2020)
6. Леухина Е.А. Административный надзор как форма государственно-управленческой деятельности // Вестник ЧелГУ. 2013. № 11 (302).
7. Лобанов И.В. Понятие и сущность контроля как функции государственных органов // Юрид. наука. 2013. № 2.
8. Мартынов А.В. Административный надзор в России: теоретические основы построения: Монография // М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2010.
9. Мухаметшин Р. Ф. Государственный (финансовый) контроль как инструмент управленческой функции государства // Экономика и бизнес: теория и практика. 2020. № 2-2.
10. Ноздрачев А.Ф., Зырянов С.М., Калмыкова А.В. Реформа государственного контроля (надзора) и муниципального контроля // Журнал рос. права. 2017. № 9 (249).
11. Словарь административного права / Отв. ред. И.Л. Бачило, Н.Г. Салищева, Н.Ю. Хама-нева. М., 1999.
12. Соломатина Е.А. Контроль как функция государственного управления // Вестник Моск. ун-та МВД России. 2015. № 6.
13. Студеникина М.С. Государственные инспекции в СССР. М.: Юрид. лит., 1987.
14. Тихомиров Ю.А. Теория кодекса // Кодификация законодательства: теория, практика, техника: Матер. Междунар. науч.-практ. конф. Н. Новгород, 25—26 сентября 2008 г. Н. Новгород: Нижегородская академия МВД России, 2009.
15. Тищенко Г.И. Административный надзор как функция органов исполнительной власти // Вестник Уральского ин-та экономики, управления и права. 2017. № 4 (41).
ЗАКОН И ПРАВО • 09-2020