Научная статья на тему 'Судьбы священников и церковных активистов в Молдавской АССР'

Судьбы священников и церковных активистов в Молдавской АССР Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
184
39
Поделиться
Журнал
Русин
Scopus
ВАК
ESCI
Ключевые слова
МОЛДАВСКОЙ АССР / ПРИДНЕСТРОВЬЕ / РЕПРЕССИИ / СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛИ / ПРАВОСЛАВИЕ

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Царан Татьяна

В 20-30-е годы репрессии против священнослужителей в МАССР носили целенаправленный характер. Они вынудили подавляющее большинство священников покинуть свои приходы и спасаться бегством в другие области, чаще на Украину, переходить к иным занятиям, скрывая свою былую принадлежность к духовенству. К концу 30-х гг. антицерковная политика практически привела в Молдавской АССР к исчезновению священнослужителей как социальной группы. Но, как показало время, гонения на церковь не обеспечили уменьшения религиозности населения.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Судьбы священников и церковных активистов в Молдавской АССР»

Татьяна ЦАРАН

СУДЬБЫ СВЯЩЕННИКОВ И ЦЕРКОВНЫХ АКТИВИСТОВ В МОЛДАВСКОЙ АССР

18 января 1919 г. Временным Рабоче-крестьянским правительством Украины был принят Декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». Это означало переход к политике маргинализации церкви как общественного института. Но шла гражданская война, и к началу 20-х гг. на территории современных Каменского, Рыбницкого, Дубоссарского, Григориопольского, Слободзейского районов и г. Тирасполя действовало не менее 124 православных церквей. Ситуация начинает меняться после установления Советской власти. В 1921 г. в структуре Народного комиссариата юстиции УССР были учреждены специальные отделы, которым вменялось в обязанности заняться на местах реализацией декрета. В сентябре 1922 г. постановлением Все-украинского Центрального исполнительного комитета «О передаче Отдела по отделению церкви от государства и его местных органов из Наркомюста в Наркомвнудел» все полномочия «по осуществлению Декрета по отделению церкви от государства» передавались в Народному комиссариату внутренних дел1. После образования в октябре 1924 г. Молдавской автономии исполнение Декрета было возложено на НКВД МАССР.

Задачей церковной политики Советской власти являлось преодоление религиозности населения. Среди советских и партийных функционеров, проводивших борьбу на «религиозном фронте», господствовало убеждение, что для уничтожения церкви и веры в Бога достаточно будет закрыть все храмы, церкви, молитвенные дома и запретить духовенству служение. Антирелигиозной пропагандой власти не ограничивались. Борьба с религиозностью изначально вылилась в гонения против священнослужителей и верующих, закрытие церквей и упразднение священно- и церковнослужителей как социального слоя. В левобережном Поднестровье положение верующих и духовенства ухудшается после 1922 г. В ходе обязательной регистрации религиозных общин не все они регистрировались властями. Были случаи, когда общины, в которых выявлялись политически неблагонадежные лица, не получали регистрацию и, соответственно, право функционировать на законных основаниях2.

Церковных активистов, особенно членов руководства православных общин и приходских советов, местные власти ограничивали в гражданских правах. Вопреки закону их лишали избирательных прав, увольняли с работы, исключали из профсоюзных организаций, т.н. «комитетов незаможных селян» (КНС), облагали повышенным земельным налогом. Перед выборами в местные Советы избирательные комиссии отслеживали кандидатов - членов «пятидесяток» и правлений церковных общин и включали их в «черные списки»; вышедшие из состава правления могли быть «восстановлены в правах» при условии, что они докажут «лояльное отношение к Советской власти». Если представители церковного актива все же оказывались избранными в местные Советы, предписывалось им «не доверять видных заданий и осторожно проводить принцип их постепенной замены»3.

Несмотря на административный нажим и атеистическую пропаганду, к моменту создания Молдавской АССР (октябрь 1924 г.) массового «отхода» населения от церкви и православной веры не произошло. Значительная часть верующих, особенно в селах, по-прежнему посещала богослужения, участвовала в совершении обрядов и таинств. Среди них, признавали в своих отчетах представители местных органов власти, были не только кулаки, как принято было утверждать в антирелигиозной пропаганде тех лет, но и середняки и бедняки. На заседании центральной антирелигиозной комиссии при Молдавском областном комитете РКП(б) 26 февраля 1925 г. было признано, что «наблюдается сильная тяга крестьян в религиозные общины» и «массовые вступления членов КНС в религиозные общины». Была проведена кампания исключений представителей церковного актива и вообще верующих из КНС. Но чистка приняла такой масштаб, что ослабила эти структуры. 9 марта 1925 г. Бюро Молдавского обкома партии постановило «считать ненормальным наличие большого числа исключений их КНС ... и не допускать массовые чистки (за религиозные убеждения..)»4. Незаможников или комсомольцев, состоящих в религиозных общинах, «прорабатывали» на собраниях КНС и в комсомольских организациях, с ними «беседовали» представители органов власти, «убеждая» отказаться от «религиозных предрассудков»5.

Дабы ограничить влияние священнослужителей на население, духовенству было запрещено осуществлять «бракоразводные и иные функции» (церковные обряды) без предварительной регистрации в ЗАГСе актов гражданского состояния. Местные власти брали со священников «подписки о прекращении» исполнения этих функций. Нарушивших постановление привлекали к судебной ответственности (ст. 123 УК УССР)6. Запрещено было и преподавание религиозных вероучений в учебных заведениях. Обучать религии допускалось «в част-

ном порядке». Впоследствии священникам и вовсе было запрещено организовывать группы для изучения религии. 5 июня 1925 г. Центральный исполнительный комитет МАССР утвердил Постановление «О порядке ведения частных занятий с детьми» с такой формулиров-кой7.

Формой устрашения священно- и церковнослужителей стала их обязательная регистрация в органах НКВД. Целью властей было «получение полной характеристики каждого служителя культа, его прошлого, политической и церковной ориентировки», осуществление «постоянного, непрерывного надзора в области переездов служителей культа, препятствуя их скоплению и агитационной деятельности» - регист-рация8. В апреле 1925 г. НКВД МАССР издал постановление об учете служителей культов. К июню на учет были взяты 35 протоиереев, 213 священников и пятеро священнослужителей, прибывших из разных местностей, 44 дьякона, а также двое ксендзов, 15 раввинов и пять чтецов Торы, 11 сектантских проповедников. Двое священнослужителей были осуждены «за нарушение правил взятия на учет» и «присвоение функций общины»9. В 1924 г. в Балтском, Рыбницком и Крутян-ском районах имели место случаи выселения священников из занимаемых помещений в административном порядке, без решения суда. В Рыбнице в доме, отобранном у священника, разместили пограничный пост10. Уже в 20-х гг. начинаются аресты священнослужителей за нарушения предписаний органов власти, касающихся запретов проводить религиозные обряды без предварительной регистрации ЗАГСом, правил разъездов, регистрации и учета духовенства. Были случаи ареста священников за фальсификацию «чудес».

Работа по изучению судеб священников, диаконов, псаломщиков, служивших в приходах сел и городов МАССР, организованная Тирас-польско-Дубоссарской епархией Молдавской митрополии, уже дала некоторые результаты. Имена ряда священников, церковнослужителей и прихожан возвращены из небытия. Назовем некоторые из них.

Тихонов Дмитрий Яковлевич. С августа 1913 по май 1914 г. служил псаломщиком Архангело-Михайловской церкви с. Парканы, с мая по ноябрь 1914 г. - диаконом в той же церкви, с ноября 1914 г. до ареста 18 мая 1929 г. - священником. Был арестован по политическим мотивам (за «контрреволюционную» деятельность); 3 ноября 1929 г. Особым Совещанием при Коллегии ОГПУ осужден к 3 годам лишения свободы. 9 августа 1932 г. из мест заключения был освобожден и переведен на спецпоселение в Северный край на 3 года.

Гончаров Леонид Федорович. В 1917-1926 гг. - священник в местечке Дубоссары, с 1926 г. - в селе Делакеу. 18 марта 1931 г. был арестован «за контрреволюционную агитацию, направленную к срыву мероприятий Советской власти на селе». Особым Совещанием при

Коллегии ГПУ УССР 17 июля 1931 г. приговорен к 3 годам лишения свободы. Освобожден досрочно 1 сентября 1933 г., после чего направлен на спецпоселение в г. Архангельск сроком на 3 года.

28 марта 1932 г. Одесским областным отделом Государственного политического управления УССР был арестован Мельников Владимир Исидорович, в 1914-1930 гг. служивший псаломщиком Покровской церкви села Коротное. Ему предъявили обвинение в антисоветской агитации и пропаганде (ст. 54-10 УК УССР). 22 мая 1932 г. Особым Совещением при коллегии ГПУ УССР приговорен к высылке из пограничной полосы сроком на 3 года.

Лавров Дмитрий Алексеевич. В 1932 - 1934 гг. - священник Никольского собора в Тирасполе. Арестован 21 декабря 1934 г. Долго находился под следствием. 21 сентября 1935 г. Особым Совещанием НКВД СССР осужден на 5 лет лишения свободы.

Колесниченко Сергей Федорович. Уроженец и житель Григо-риополя. Служил регентом, псаломщиком. Одновременно работал счетоводом на ферме, а затем бухгалтером местного колхоза. В феврале 1935 г. арестован за то, что силой вывел из помещения бухгалтерии не в меру расшумевшуюся комсомолку - заведующую фермой. Явно желая запугать верующих, власти устроили над бывшим дьячком публичное судилище, созвав весь колхоз. Осудили на 5 лет лишения свободы. Наказание отбывал в Тирасполе. В тюрьме стеклил окна и выполнял другие работы. После 3-х месяцев заключения досрочно освобожден. Устроился бухгалтером на нефтебазе. В колхозе же был допущен только руководить самодеятельностью. Организовал и возглавил колхозный хор и духовой оркестр11.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

С конца 20-х гг. административное давление на церковь, духовенство и верующих усиливается. 8 апреля 1929 г. было принято новое постановление «О религиозных объединениях», подтверждавшее порядок организации и регистрации религиозных общин, получения ими в бесплатное пользование зданий церквей или молитвенных домов и культового имущества. Новая редакция законодательства о религиозных объединениях ужесточала условия функционирования религиозных общин. Общие собрания прихожан могли проводиться только с разрешения органов власти, которым было предоставлено право контролировать состав руководящих органов религиозных общин. Запрещалась благотворительная, просветительная, миссионерско-проповедническая деятельность церкви. Религиозным общинам было запрещено создавать кассы взаимопомощи и оказывать материальную поддержку своим членам. Церкви, как не имеющей прав юридического лица, запрещено было покупать или арендовать культовое имущество, заключать любые договоры и сделки. Приобретать какое-либо имущество как юри-

дические лица могли прихожане, но в таком случае их действия расценивались как частные коммерческие сделки и соответственно облагались налогом как частные предприятия. Фактически деятельность духовенства и верующих ограничивалась пределами здания церкви и молитвенного дома. По оценке российского историка М.И. Одинцова, «религиозные общества превращались в «резервации» для исповедующих те или иные религиозные убеждения граждан»12.

Начался новый этап гонений на церковь. Уже в 1929 г. власти МАССР активизируют «работу» по закрытию церквей. До 1931 г. в автономии были закрыты 26 храмов и молитвенных домов, в 1932 г. - 6, в 1933 г.

- 10, в 1934 г. - 20, в 1935 г. - 134, в 1936 г. - 70. Пик закрытий приходится, таким образом, на 1935 г.13. Из 293 молитвенных зданий, имевшихся на территории МАССР до революции, с 1920 г. по апрель 1936 г. было закрыто 223. Всего в 14 районах МАССР к этому времени использовались по назначению только 40 молитвенных зданий14. По данным НКВД МАССР, из 248 священников, имевшихся в автономии летом 1925 г., к апрелю 1936 г. в этих районах осталось всего 1815. Общее число «служителей культа» составляло 73 чел.

В конце 30-х гг. в МАССР, как и в СССР в целом, были проведены массовые аресты по политическим обвинениям. В отличие от арестов 20-х - первой половины 30-х гг., которые, как правило, заканчивались приговорами к заключению в исправительно-трудовые лагеря, теперь суды часто выносили смертные приговоры. Выносили такие приговоры и священникам.

15 марта 1938 г. Рыбницким районным отделом НКВД как член антисоветской организации церковников был арестован священник Иоанно-Богословской церкви села Попенки Балтского уезда Алексей Филиппович Давидович. Был допрошен один раз. 23 апреля 1938 г. Особой тройкой НКВД МАССР приговорен к высшей мере наказания. Расстрелян в Тирасполе 25 апреля 1938 г.

Уроженец села Слободзея священник Дмитрий Илларионович Игнатьев к концу 30-х гг. не имел определенного места жительства. 10 сентября 1937 г. был арестован Управлением НКВД по Одесской области по обвинению в контрреволюционной деятельности. 29 декабря 1937 г. тройкой при УНКВД по Одесской области приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение 2 января 1938 г.

Семен Терентьевич Иванов, уроженец села Дороцкое, являлся председателем церковной общины. В 1930 г., во время коллективизации, был арестован по обвинению в антиколхозной агитации и осужден на ссылку в Нарымский край, в поселок Знаменка Кривошеинского района Томской области. Находясь в ссылке, работал плотником-кус-тарем. В 1930 по 1937 гг. был также председателем церковной общи-

ны. В 1937 г. арестован вторично как «активный церковник». Осужден к высшей мере наказания. Приговор был приведен в исполнение 8 декабря 1937 г. в Томске. В 1959 г. С.Т. Иванов посмертно реабилитирован; при пересмотре дела в связи с реабилитацией многие «свидетели обвинения», якобы дававшие показания в 1937 г., заявили, что на допросы их вообще не вызывали, или что они «ничего подобного не говорили и обо всех осужденных говорили только хорошее».

Костогрыз Стефан Григорьевич. Служил священником в селе Слободзея. 28 августа 1935 г. арестован по обвинению в том, что «...проживая около румынской границы, пытался перейти последнюю и одновременно проводил к/р (контрреволюционную -Т.Ц.) агитацию». 7 декабря 1935 г. специальной коллегией Одесского областного суда приговорен к семилетнему заключению в исправительно-трудовых лагерях. Однако вначале наказание отбывал в Одесской тюрьме, откуда 10 февраля 1936 г. был переведен в Карлаг НКВД (Карагандинская область, Казахстан). 5 сентября 1937 г., находясь в лагере, был вновь арестован и 20 сентября 1937 г. судим «тройкой» при УНКВД по Карагандинской области по обвинению в «систематической агитации среди заключенных, восхвалении царского строя». По статье 58-10 УК РСФСР (контрреволюционная деятельность) приговорен к расстрелу. 26 сентября 1937 г. приговор был приведен в исполнение16.

Обвинения священников в проведении «контрреволюционной» работы, вероятно, не всегда были безосновательными. Многие действия Советской власти осуждали самые широкие круги населения, и священнослужители не были исключением. И все же репрессии против священнослужителей носили целенаправленный характер. Они вынудили подавляющее большинство священников покинуть свои приходы и спасаться бегством в другие области, чаще на Украину, переходить к иным занятиям, скрывая свою былую принадлежность к духовенству. К концу 30-х гг. антицерковная политика практически привела в Молдавской АССР к исчезновению священнослужителей как социальной группы. Но, как показало время, гонения на церковь не обеспечили уменьшения религиозности населения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Центральный Государственный архив высших органов власти Украины (Далее - ЦГАВОВУ). Ф. 8. Оп. 1. Д. 1218. Л. 198; Ф .5. Оп. 1. Д. 1085. Л. 2.

2. ЦГАВОВУ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 1085. Л. 108.

3. Государственный архив Одесской области (Далее - ГАОО). Ф. Р-1915. Оп. 1. Д. 38. Л. 85.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

4. ГАОО. Оп. 2. Д. 196. Л. 135.

5. Там же. Ф. Р-966. Оп. 6. Д. 20. Л. 97 об.

6. Центральный Государственный архив общественных объединений Украины (ЦГАООУ). Ф. 1. Оп. 20. Д. 2144. Л. 79; ЦГАВОВУ Ф. 8. Оп. 1. Д. 1217. Л. 203204.

7. ЦГАВОВУ. Ф. 5. Оп. 2. Д. 197. Л. 23-32.

8. ГАОО. Ф. Р-1915. Оп. 1. Д. 38. Л. 31.

9. ЦГАВОВУ. Ф. 8. Оп. 1. Д. 261. Л. 2.

10. Там же. Ф. 5. Оп. 1. Д. 2050. Л. 172.

11. Текущий архив Тираспольско-Дубоссарской епархии.

12. Государство и церковь. История взаимоотношений. 1917-1938 гг. М., Знание, 1991. С. 37.

13. Архив общественно-политических организаций РМ. Ф. 49. Оп. 1. Д. 3759. Л. 40.

14. Государственный Архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-5263. Оп. 2. Д. 2 1. Л. 3.

15. Текущий архив Тираспольско-Дубоссарской епархии.

16. ГАРФ. Ф. Р-5263. Оп. 2. Д. 21. Л .3. __________________________

Первый тематический книжный магазин по «украинскому» вопросу.

Высылаем каталог по почте и поможем с приобретением мелкооптовых партий книг.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Книги в наличии:

- Ульянов Н. «Происхождение украинского сепаратизма»

- «Русская Галиция и "мазепинцы"»

- Сидоренко С. «Украина - тоже Россия»

- Чуев С. «Украинский Легион»

- Геровский Г. «Язык Подкарпатской Руси»

- Аристов Ф. «Литературное развитие Подкарпатской Руси»

- Поп И. «Энциклопедия Подкарпатской Руси»

- Журнал «Русин» и многое другое...

Совместный проект сайтов «Единая Русь» (www.edrus.org), «Украинские страницы» (www.ukrstor.com) и «Малорусской народной исторической библиотечки» (mnib.malorus.org).

Адрес магазина в Интернете: http://magazin.maloruS.org е_таі1: magazin@malorus.org Тел.: +7 (903) 53 44 218

Адрес: Россия 109028 Москва. До востребования. Предъявителю ОЗП 5 Ш 1196995

ЕДИНЫЙ

КНИЖНЫЙ

интернет-магазин

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.