Научная статья на тему 'Судьба наследия Николая Гумилева в 1960-1980-е годы'

Судьба наследия Николая Гумилева в 1960-1980-е годы Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
319
42
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЕВ / САМИЗДАТ / ЦЕНЗУРА / ИСТОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ / ДИССИДЕНТСТВО / ОТТЕПЕЛЬ / ЗАСТОЙ / ПЕРЕСТРОЙКА

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Сурикова Ольга Александровна

Начиная с 1920-х гг. стихи Николая Гумилева практически не появлялись в официальной печати, но активно ходили в самиздате; за хранение и распространение этих текстов могли подвергать преследованиям. В данной статье представлена попытка восстановить историю неподцензурного бытования литературного наследия Гумилева в 1960-1980-е гг.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Судьба наследия Николая Гумилева в 1960-1980-е годы»

ВЕСТНИК МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. СЕР. 9. ФИЛОЛОГИЯ. 2010. № 5

О.А. Сурикова

СУДЬБА НАСЛЕДИЯ НИКОЛАЯ ГУМИЛЕВА В 1960-1980-е гг.

Начиная с 1920-х гг. стихи Николая Гумилева практически не появлялись в официальной печати, но активно ходили в самиздате; за хранение и распространение этих текстов могли подвергать преследованиям. В данной статье представлена попытка восстановить историю неподцензурного бытования литературного наследия Гумилева в 1960-1980-е гг.

Ключевые слова: Николай Степанович Гумилев, самиздат, цензура, история литературы, диссидентство, оттепель, застой, перестройка.

Since the 1920s Nikolay Gumilyov's poetry hadn't appeared in the Soviet press, but there were many editions in unofficial press, 'samizdat' - even though it was dangerous to reprint and distribute Gumilyov's texts, since it was persecuted by the Soviet regime. In this article the history of these unofficial publications and readers' attitude to Gumilyov's heritage is reviewed.

Key words: Nikolay Gumilyov, samizdat, censorship, literary history, dissent, The Thaw, The Stagnation Era, Perestroyka.

Вскоре после гибели Гумилева его стихи на родине перестали печатать1, однако они активно циркулировали как за рубежом2, так и в неподцензурной, самиздатской, литературе.

Официальное забвение наступило не сразу. По воспоминаниям поэта Д. Кленовского, в начале НЭПа «книги казненного Гумилева свободно продавались, стихи его читались с эстрады». Вскоре после его расстрела в «нескольких городах» России «в виде осторожного протеста» проводились вечера, посвященные памяти Гумилева и Блока: «Коротко, без всяких объяснений, конечно, делалось сообщение об их смерти. Все вставали. Затем читались стихи. Тогда это было еще возможно» [Кленовский, 1954: 106]. В 1922 г. драма Гумилева «Гондла» была поставлена на петроградской сцене. Она имела успех, и на первом представлении из публики стали кричать: «Автора! Автора!». После этого пьеса была снята с репертуара [Струве, 1962: XLII-XLIII]. В 1923 г. вышло второе издание посмертного сборника стихотворений [Гумилев, 1923], после этого

1 Немногие стихи появлялись в печати, но публикации носили разрозненный и ненаучный характер. См. [Блюм, 2003].

2 В начале 1950-х гг. Николай Оцуп написал диссертацию о творчестве Гумилева на французском языке (только так это было возможно); она оставалась неопубликованной до 1995 г. [Оцуп, 1995].

никаких публикаций собраний сочинений в России не было вплоть до 1988 г. [Гумилев, 1988].

С течением времени вокруг самого имени Гумилева образовалась завеса молчания3. Но читатели и ценители его поэзии находили способы борьбы против забвения поэта. Р.Д. Тименчик пишет о тайном присутствии имени Гумилева в литературе 1920-1930-х гг.: «Его имя стало существовать в литературных текстах в режиме загадки. Читатель распознавал его присутствие, шла ли речь о попытке цельного, хоть и приблизительного «стилистического портрета» его поэтического мира - как в стихотворении Антонины Мухаревой «Памяти поэта» <.. .> или о его проникновении на страницы периодики под псевдонимами «акмеист» и «акмеисты» <.> или об анонимных цитатах по разным поводам» [Тименчик, 2008: 365-366].

В 1945-1953 гг. стихи Гумилева, напечатанные на пишущей машинке, активно ходили в среде московского студенчества. Г. Свир-ский вспоминает о вечерах в университетском доме отдыха в Геленджике, когда на морском берегу - «запретной зоне» после 10 часов вечера - собирались студенты, доверяющие друг другу, и по очереди читали стихи; среди них были и ребята, которые помнили наизусть «всего Гумилева» [Свирский, 1979: 94].

Иногда стихи Гумилева можно было достать на черном книжном рынке. Глеб Струве пишет о том, как в 1956 г. в Москве его знакомый покупал сборник «Фарфоровый павильон»: «На вопрос моего знакомого о цене ответ был: «70 рублей»4 <...>. Мой знакомый заметил, что это дороговато именно за этот сборник. В это время над ухом его, «из публики», раздался басовитый голос: «За Гумилева ничто не дорого!»» [Струве, 1962: ХЬП-ХЬШ].

Стихи Гумилева звучали и на улицах Москвы. После открытия памятника Маяковскому летом 1958 г. Триумфальная площадь стала местом встречи любителей поэзии, собиравшихся каждый вечер и не расходившихся порой до глубокой ночи. На площади читались стихи как современных поэтов, так и незаслуженно забытых Гумилева, Мандельштама, Пастернака и др. [Поликовская, 1996].

Во время хрущевской оттепели зашла речь о публикации наследия Н. Гумилева в СССР. В «Литературной газете» была опубликована заметка бывшего члена ЛЕФа В. Перцова, в которой он выступает за то, что, несмотря на враждебность модернизма советскому искусству, «есть такие художники-модернисты, мимо индивидуального опыта которых нельзя пройти. <.> Индивидуальный опыт можно критически использовать». В числе этих художников В. Перцов называет И. Анненского, О. Мандельштама, Н. Гумилева и выража-

3 См. [Двинятина, 2003: 183-194].

4 Для сравнения цены на некоторые другие книги: Каверин В. Два капитана (серия «Библиотека приключений»). М.: Детская литература, 1957 - 13 руб.; Гайдар А. Собр. сочинений в четырех томах. Том 1. М., 1955 - 8 руб.

ет надежду на их издание [Перцов, 1962: 3]. Удивительно, но пыл Перцова не угас и в эпоху застоя. В 1966 г. «Литературная Россия» печатает материалы с пленума правления московского отделения Союза писателей РСФСР, на котором Перцов выступил с речью «о необходимости "рассчитаться с давней задолженностью" перед теми русскими поэтами, которые начинали в начале века, искали, но не нашли пути к революции». Он назвал имена Н. Гумилева и О. Мандельштама, заявив, что их «не менее полезно издать, чем издаваемых у нас И. Бунина и М. Цветаеву» [Чтобы словам..., 1966: 9]. В 1967 г. в «Литературной газете» публикуется несколько стихотворений из сборника «Поэты начала ХХ века», подготовленного к изданию в серии «Библиотека поэта» - среди них стихотворение «Невольничья» (из «Абиссинских песен») Н. Гумилева [Поэты., 1967]. Г. Струве связывает выбор этого стихотворения для публикации с его « "антиколониальной" настроенностью, принадлежащей, разумеется, не самому Гумилеву, а лежащему в основе его стихотворения народному подлиннику» [Струве, 1967: 5].

Несмотря на жесткие цензурные ограничения в СССР, подборка стихов Гумилева беспрепятственно перепечатывалась в 1960-е гг. в хрестоматии Н.А. Трифонова. В ней приводится и адекватная биография Гумилева: «После Октября занял враждебную позицию по отношению к Советской власти, расстрелян за участие в контрреволюционном заговоре» [Русская., 1962: 588].

Стихи Гумилева читались и на вечерах памяти, устраивать которые в то время было делом рискованным. Самиздатский информационный правозащитный бюллетень «Хроника текущих событий» рассказывает о попытке нескольких ленинградских интеллигентов провести вечер памяти Николая Гумилева в 1976 г. (Хр. 42-16)5. Они обратились в Управление культуры с просьбой предоставить им помещение. Один из инициаторов, филолог Илья Левин, был доставлен из дома в Дзержинское РУВД, где ему предложили подписать предостережение («Я предупрежден, что в случае, если приму участие в самочинном праздновании, связанном с 90-летием поэта Гумилева, или в других антиобщественных действиях, я буду привлечен к ответственности в соответствии с законом»); подписать этот документ Левин отказался.

В Самиздате ходили не только стихи Гумилева, но и материалы о нем. Самиздат даже выдвинул «своих» исследователей творчества Н. Гумилева, литературоведов и библиографов - Сергея Дедюли-на и Виталия Петрановского. В. Петрановский в 1970 г. составил машинописное собрание произведений Н.С. Гумилева и «начал

5 Ссылки на «Хронику текущих событий» даются по зарубежному изданию:

вып. 1-27, «Фонд им. Герцена», Амстердам, 1979; вып. 28-59 и 60-64, издательство

«Хроника», Нью-Йорк, 1974-1983. Указываются соответственно номер хроники и страница.

8 ВМУ, филология, № 5

систематический сбор биографических, библиографических и иконографических материалов о поэте» [Самиздат., 2003: 303], вместе с Сергеем Дедюлиным часто бывал у И.М. Наппельбаум, ученицы поэтической студии Николая Гумилева при Петроградском Доме Искусств (1920-1921), общался с сыновьями поэта - Л.Н. Гумилевым и О.Н. Высотским.

Сергей Владимирович Дедюлин, журналист и библиограф, участник неофициальной культурной жизни Ленинграда, составил самиз-датский сборник «Конец Гумилева. Сборник документов. К 50-летию со дня смерти. 1921-1971»6, изданный анонимно и аннотированный в «Хронике 62» (Хр. 62-115).

По словам С.В. Дедюлина7, «Конец Гумилева» - «работа школярская, на деле компиляторская», в которой были объединены все заметки о Гумилеве из доступных русских и советских энциклопедий, а также из пятого издания Полного собрания сочинений Ленина и Ленинских сборников. С. Дедюлин вспоминает, что над своим первым библиографическим сборником он трудился очень интенсивно, забросив на это время учебу в университете, работа над сборником заняла около полутора-двух месяцев. Будучи студентом химического факультета, начинающий библиограф столкнулся со многими сложностями при поиске материала: в Публичной библиотеке ему не выдавали старые собрания сочинений - «должно хватать нового, «правильного» издания, а не тех старых «вредных», сделанных «врагами»».

В 1976-1983 гг. в Ленинграде проходил ежегодный неофициальный семинар «Гумилевские чтения», организованный литературоведом И.Ф. Мартыновым. В 1976 г. семинар прошел на квартире поэта О. Охапкина, в дальнейшем собирался у И. Мартынова8. На семинаре читались доклады о жизни и творчестве Н.С. Гумилева, проводились поэтические чтения [Самиздат., 2003: 266, 401-402]. Завершением первых чтений стала панихида по «убиенному рабу Божию» Николаю, отслуженная участниками в одном из православных соборов Ленинграда [К истории., 1985: 12]. По материалам семинара в 1982 г. был выпущен самиздатский сборник «Историко-литературные чтения на 1980/1981 годы. Н.С. Гумилев» тиражом в три экземпляра. Экземпляр сборника был переправлен на Запад и был опубликован «с некоторыми (произвольными) изменениями» под заголовком «Гумилевские чтения» в «Венском альманахе славистики» [Гумилевские..., 1982; 1984].

6 Сборник хранится в архиве Института изучения стран Восточной Европы в Бремене.

7 Цитируется личная переписка автора статьи с Сергеем Дедюлиным.

8 В чтениях принимали участие Владимир Эрль, Тамара Буковская, Сергей Стратановский и др.

Сборник «Гумилевские чтения» состоит из нескольких частей: неопубликованные произведения Гумилева, биографические материалы и раздел, в котором представлены стихи о Гумилеве или ему посвященные. В сборнике впервые были напечатаны три произведения Гумилева: стихотворение «Мы в последующих стопах.» (отрывок из перевода поэмы Г. Гейне «Бимини»), переводы двух стихотворений - А. Рембо и Ш. Бодлера, предисловие к сатире Тита Петрония Арбитра «Матрона из Эфеса».

Биографические материалы составляют основную часть сборника. Опубликованы документы Н. Гумилева - метрическое свидетельство, свидетельство о браке с А.А. Горенко, договор с Издательством профессионального союза деятелей художественной литературы на издание книги стихов, который так и не был реализован.

Также в сборнике опубликованы глава «Мэтр» из книги Иды Наппельбаум «Память», заметка о судьбе личной библиотеки Николая Гумилева.

В подборке «Поэтические отклики на смерть Гумилева» представлены стихи А. Ахматовой, Н. Оцупа, И. Одоевцевой, М. Волошина.

На чтениях существовала традиция читать не только любимые стихи Гумилева, но и новые, как правило нигде еще не публиковавшиеся стихи ленинградских поэтов-нонконформистов. Эти стихи - Тамары Буковской, Олега Охапкина, Сергея Стратановского и Владимира Эрля - также опубликованы в сборнике.

Инициаторы «Гумилевских чтений» подвергались преследованиям: так, историк и переводчик Владимир Пореш был осужден на восемь лет по политическому обвинению; литературовед Иван Мартынов был приговорен к принудительным работам на фабрике резиновых изделий [С. Д., 1985: 12].

Распространявшиеся в самиздате тексты имели «криминальную» биографию. Самиздат, как явление уголовно наказуемое, мог попадать под действие статей 190-1 («Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй») и реже 70 («Антисоветская агитация и пропаганда»). «Хроника текущих событий» четырежды сообщает об изъятиях текстов Н. Гумилева на обысках - у М. Орехниной (пос. Каштак (Абхазия), 1972, Хр. 27-480), у В. Бахмина (Москва, 1977, Хр. 47-22), у Р. Федякиной (Москва, 1980, Хр. 60-40), у Е. Великановой (Москва, 1981, Хр. 62-9). Изъятые издания не называются. В 1982 г. в Москве у Ю. Хавкина был изъята ксерокопия машинописного сборника «Фарфоровый павильон» [Материалы., 1982: АС № 4688].

Среди распространителей текстов Н. Гумилева известен Виктор Сендеров (Хр. 45-79), получивший выговор «за распространение [на ротапринте - Хр. 47] упаднической литературы» - сборника стихов Н. Гумилева «Шатер» - от директора московской школы № 2, в кото-

рой он работал9. Директор школы был озабочен дальнейшей репутацией известной своими либеральными настроениями школы.

Преследованиям подверглись и сотрудники редакции литературы в издательстве «Просвещение». В «Хронике 7» упомянут случай, когда за то, что в книгу «Три века русской поэзии» были включены стихи Николая Гумилева10 и Осипа Мандельштама, был уволен заведующий редакцией (Хр. 7-149). Один из сотрудников - Владимир Ильич Этов вспоминает, что по его предложению в сборник, над которым они работали вместе с составителем Н.В. Банниковым, было включено стихотворение Осипа Мандельштама «За гремучую доблесть грядущих веков.»: «опубликованное в «Просторе» (кажется в 1965 году), <оно> поразило меня своим гражданским пафосом»11. Уже готовая к выпуску книга была задержана на стадии 15-ти контрольных экземпляров: «Она пошла под нож. В результате разбирательства этого «события» в Комитете по делам печати РСФСР, где я выступал с докладом, был снят с работы директор издательства Терехов Иван Михайлович (за отстаивание правоты позиции издательства), а заведующий редакцией литературы Рощин Петр Фролович был переведен на должность старшего редактора. Я же в издательстве стал персоной «нон грата», и вскоре меня оттуда, как говорится, выперли». Книга вышла спустя некоторое время без стихотворений Гумилева и Мандельштама. Однако те 15 контрольных экземпляров, которые были разосланы перед выпуском тиража по разным инстанциям, к счастью, не были уничтожены, один из них хранится в фонде Российской государственной библиотеки. Впоследствии книга была несколько раз переиздана с сохранением подборки стихов Мандельштама за исключением одного стихотворения - «За гремучую доблесть грядущих веков.».

В 1963 г. К.Н. Архипов, референт Государственного комитета по строительству Совета Министров СССР, был арестован за издание книг, в том числе и авторов Серебряного века, в служебной типографии: «.используя свое служебное положение, из корыстной заинтересованности в служебной типографии незаконным путем печатал книги Гумилева, Цветаевой и отдельные страницы из других книг, изготовлял различные клише и делал оттиски суперобложек для книг». Архипов издал книги «Забытое» Гумилева и «Приключение» Цветаевой [58-10, 1999: 641], которые продавал на черном рынке, выдавая за библиографические редкости, соответственно за 50 и 100 руб.12.

9 В Хр. 47-163-164 опубликован текст приказа.

10 В сборник были включены следующие стихи: «Вы все, паладины Зеленого Храма.» (из цикла «Капитаны»), «Слово», «Я и вы», «Канцона первая», «Телефон», «Шестое чувство», «Прапамять» [Три века., 1968: 437-442].

11 Цитируется личная переписка автора статьи с Владимиром Этовым.

12 Из записки председателя КГБ В. Семичастного в ЦК КПСС, 1963 г. Электронный документ. Режим доступа: http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsГО=1077217

На суде могли инкриминироваться и произведения о Гумилеве. Так, в 1982 г. поэтесса Ирина Ратушинская была осуждена за несколько стихотворений, среди которых стихотворение «Письмо в 21-й год», посвященное Гумилеву. В письме к В. Крейду Ратушинская пишет: «Гумилев - из моих любимых поэтов, близкий мне своим понятием о чести. Одно из шести стихотворений, за которое меня судили, было как раз это. Что вполне доказуемо: мне удалось вывезти подлинник приговора с печатями, подписями судей» [Образ., 2004: 263].

«Хроника текущих событий» освещает и историю советской цензуры13. «Хроника 48» пересказывает знаменитую дискуссию «Классика и мы», проходившую в ЦДЛ 21 декабря 1977 г.14. Многие выступавшие говорили о неизданных до сих пор произведениях классиков 1920-х гг. Сергей Ломинадзе критиковал том «Предоктябрьская русская поэзия» «Библиотеки всемирной литературы», в котором отсутствуют стихи Н. Гумилева, хотя в предисловии он упомянут как «самый последовательный акмеист» [Классика., 1990: 175]. В. Куприянов, участвовавший в составлении этого тома «БВЛ», сообщил в своем выступлении, что в верстке стихи Гумилева еще сохранялись, а потом их велели убрать. По словам Куприянова, пришел некто и сказал: «Большевики уже один раз Гумилева расстреляли» (Хр. 48-151).

«Хроника 61» сообщает, что в 1980 г. в московском издательстве «Молодая гвардия» вышел поэтический сборник «Поле Родины», посвященный 600-летию Куликовской битвы (сост. Н. Кондакова, Б. Примеров). В биографических справках авторов указаны Н. Гумилев и А. Вознесенский [Поле., 1980: 203], стихов которых в сборнике нет (Хр. 61-94).

В 1982 г. в издательстве «Высшая школа» вышла хрестоматия по критике А.Г. Соколова и М.В. Михайловой, в которой в разделе «Критические статьи и литературные манифесты акмеистов» напечатан манифест Гумилева «Наследие символизма и акмеизм» без указания имени автора; анонимной значится и статья М. Кузмина «О прекрасной ясности» [Соколов, 1982: 338, 342].

Сведения о ходивших в самиздате текстах Н.С. Гумилева также можно почерпнуть в архиве Истории инакомыслия в СССР Международного Мемориала.

В фонде диссидентского поэта и правозащитника Виктора Неки-пелова представлена обширная подборка стихов Н. Гумилева - семь нумерованных тетрадей разного формата.

В своих стихах Виктор Некипелов также обращается к творчеству Н. Гумилева. Например, к стихотворению «Баллада о первом обыске» поэт предпосылает эпиграф:

13 В отличие от книги А. Блюма [Блюм, 2003], рассматривающей цензурную политику в 1920-е гг., «Хроника» обращается к интересующему нас периоду -1960-1980 гг.

14 Опубликована в 1990 г. в № 1-3 журнала «Москва».

Но что нам делать с розовой зарей Над холодеющими небесами, Где тишина и неземной покой?

Что делать нам с бессмертными стихами? [Некипелов, 1992: 65].

Создается впечатление, что В. Некипелов в чем-то проводит параллели между своей судьбой и судьбой репрессированного поэта. В стихотворении «Памяти Гумилева», предваренном цитатой из «последнего стихотворения из тюрьмы» Гумилева, есть строчки «И до сих пор за сонеты // Нам родина платит тюрьмой» [Некипелов, 1992: 95-96], а в стихотворении «Тракт поэзии русской - навеки.» (1968) [Некипелов, 1992: 29] автор говорит о повторяемости пути поэтов: начиная от «радищевских первых саней» и Грибоедова они обречены на изгнание, призваны идти «окаянным, ухабистым трактом».

Вопрос о том, как Некипелов подбирал стихи Гумилева и, главное, с какой целью, пока остается открытым. В личном фонде правозащитника представлен также список 131 стихотворения Гумилева, которые Некипелов распределяет по сборникам. Следует отметить, что стихотворения перечислены в случайном порядке: вероятно, при составлении списка Некипелов не использовал ни дореволюционные, ни «тамиздатское» Собрание сочинений под редакцией Струве и Фи-липпова15. Однако на стихах, переписанных на листах небольшого формата, стоят отсылки именно к этому изданию: «Слово (Огн. ст. 249, т. II); Заблуд. трамвай (То же, 257), Солнце духа (Колчан, I, 174), Почтовый чиновник (Колчан I, 202)» и т.п.

В личном фонде Некипелова есть отсылки к некоторым литературоведческим работам. Так, вероятно, о творческом пути Гумилева Некипелов узнал из статьи Юрия Верховского «Путь поэта» [Вер-ховский, 1925], долгое время считавшейся основополагающей для отечественного и зарубежного гумилевоведения [Гумилев, 2000: 665]. В тетради № 4 приведен список поэтических книг Гумилева, в качестве источника информации указана статья Ю. Верховского.

Только для некоторых стихотворений указана пометка «в книге», есть отсылки к дореволюционным журналам16.

Возможно, Некипелов занимался распространением текстов Гумилева, поскольку в его личном фонде находятся машинописные копии некоторых стихов в нескольких экземплярах, тетрадь № 4 носит название «Гумилев неотпечатанное».

15 На тетрадях дата выпуска - 1966 г.

16 Например:

«1. Переводы из "Большого завещания" Франсуа Виллона Ап. 1913 № 4 стр. 36.

2. Ап. 1913 № 3а) стихи НГ (Пятистопные ямбы), С. Городецкого, В. Нарбута, А. Ахматовой, М. Зенкевича, О. Мандельштама, с.30

б) ст. НГ "О русской поэзии" стр. 74.

3. Ап. 1910 №12 стр. 3 НГ "Открытие Америки" и т.п., 23 пункта».

Стихи Гумилева представлены также в следующих фондах архива Истории инакомыслия в СССР: в фонде Р.Б. Лерт (ф.133, дело 12, 15) хранятся стихи из сборников «Чужое небо», «Колчан», стихи, не вошедшие в прижизненные сборники и стихи периода «Цеха поэтов»; в фонде Н. Лисовской (ф. 147, опись 1, дело 20) есть два текста Гумилева («Он поклялся в строгом храме.» и отрывок - последняя строфа - из «Жирафа»), в фонде В. Битюцкого (ф. 175, опись 3) - стихи из книги «Костер».

Наследие Гумилева появлялось и в неподцензурной периодике. Письма Гумилева были опубликованы в № 9 журнала «37», в журнале «Вече» были напечатаны «Памятное слово о Гумилеве» (№ 3) и стихотворения Гумилева (№ 10)17.

В эпоху перестройки в связи с пересмотром политики по отношению к инакомыслию произведения Гумилева начинают появляться в официальной периодике18. К 1990 г. все основные его произведения были опубликованы в России.

Список литературы

58-10 - Надзорные производства прокуратуры СССР по делам об антисоветской агитации и пропаганде. Аннотированный каталог. Март 1953-1958 / Сост. О.В. Эдельман. М., 1999. Блюм А. Запрещенные книги русских писателей и литературоведов 19171991. Индекс советской цензуры с комментариями. СПб., 2003. Верховский Ю. Путь поэта (О поэзии Н.С. Гумилева) // Современная литература. Л., 1925.

Гумилев Н. Стихотворения: Посмертный сборник / Предисл. Г. Иванова.

2-е изд., доп. Пг., 1923. Гумилев Н. Стихотворения и поэмы. Л., 1988.

Гумилевские чтения. Ежегодник. 1980 // Wiener slawistischer Almanach. Band

9. Wien. 1982; Band 15. 1984. Н.С. Гумилев: pro et contra. Личность и творчество Николая Гумилева в оценке русских мыслителей и исследователей. Антология / Сост., коммент. Ю.В. Зобнина, В.П. Петрановского, А.К. Станюковича. СПб., 2000. Двинятина Т.М. Н.С. Гумилев в литературном сознании конца 1920-х годов (Из комментария к дневнику П.Н. Лукницкого) // Печать и слово Санкт-Петербурга. Сборник научных трудов. Петербургские чтения 2003. СПб., 2003.

К истории «Гумилевских чтений» // Русская мысль. Париж, 1985. № 3559. Классика и мы // Москва. 1990. № 2. Кленовский Д. Казненные молчанием // Грани. 1954. № 23. Материалы самиздата. Мюнхен, 1982. № 26.

17 Более подробное изучение этой темы предусматривает привлечение архива НИЦ «Мемориал» в Санкт-Петербурге и других источников.

18 Литературная Россия. 1986. № 15. С. 18; Огонек. 1986. № 17. С. 26-28; Новый мир. 1986. № 9. С. 196-227; Знамя. 1986. Кн. 10. С. 162-170; Дружба народов. 1986. № 12. С. 181-183.

Образ Гумилева в советской и эмигрантской поэзии. М., 2004.

Некипелов В. Стихи. Избранное. Бостон, 1992.

Оцуп Н. Николай Гумилев. Жизнь и творчество. СПб., 1995.

Поле Родины 1380-1980 / Сост. Н. Кондакова, Б. Примеров. М., 1980.

Поликовская Л. Мы предчувствие, предтеча. Площадь Маяковского

1958-1965. М., 1996. Перцов В. Поиски нового и великие традиции // Литературная газета. 1962. № 25.

Поэты начала ХХ века / Публ. В.Н. Орлова // Литературная газета. 1967. № 12.

Русская литература ХХ века. Дореволюционный период. Хрестоматия /

Сост. Н.А. Трифонов. М., 1962. С.Д. [Сергей Дедюлин]. Новый альманах из России - на Западе // Русская

мысль. Париж, 1985. № 3559. Самиздат Ленинграда. 1950-е-1980-е. Литературная энциклопедия / Под

ред. Д. Северюхина. М., 2003. Свирский Г. На лобном месте. Литература нравственного сопротивления

(1946-1976). Лондон, 1979. Соколов А.Г., Михайлова М.В. Русская литературная критика конца XIX - начала ХХ века: Хрестоматия. М., 1982. Струве Г.Н.С. Гумилев. Жизнь и личность // Гумилев Н. Собр. соч.: В 4 т. /

Под ред. Г.П. Струве и Б.А. Филиппова. Т. 1. Вашингтон, 1962. Струве Г. Гумилев в «Литературной газете» // Русская мысль. 1967. № 2618.

Тименчик Р. Что вдруг. Статьи о русской литературе прошлого века. М., 2008.

Три века русской поэзии / Сост. Н. Банников. М., 1968. Чтобы словам было тесно, мыслям - просторно. С пленума правления московского отделения Союза писателей РСФСР // Литературная Россия. 1966. № 24.

Сведения об авторе: Сурикова Ольга Александровна, аспирант кафедры истории русской литературы ХХ века филол. ф-та МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: orika@yandex.ru

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.