УДК 75.03
Т. Ю. Серикова
канд. искусствоведения, Сибирский федеральный университет E-mail: serikova_72@mail.ru
СУБЪЕКТИВНОЕ И ОБЪЕКТИВНОЕ В ПРОИЗВЕДЕНИИ ИСКУССТВА
Изобразительное искусство является одним из путей познания действительности. Сегодня все больший интерес общественности вызывает проблема субъективного восприятия художником объективной реальности и ее влияния на процесс создания произведения искусства. Роль субъективности мировосприятия в процессе творчества показана на примере картин художников Восточной Сибири конца XX- начала XXI в.: Ю. Д. Деева, А. Г. Поздеева, Н. И. Рыбакова, А. В. Сурикова, И. Ю. Верпеты (с помощью метода философско-культурологического анализа содержания произведения через сопоставление его с аналоговой объективной действительностью). Авторская субъективность включает в себя комплекс как осознанно высказанных в произведении и направленных реципиенту мировоззренческих утверждений, так и общественных установок, возникающих в произведении самопроизвольно как отражение ситуационной обстановки (в том числе социально-политической). К основным факторам, влияющим на характер субъективности мировосприятия, относятся ценностная избирательность, воображение и интерпретация, позиция восприятия, определяющая степень шаблонности и ангажированности видения, личный и профессиональный опыт живописца и «вписанность» преобразующего субъекта в определенную культуру. Живописные работы, имеющие выраженный субъективистский характер, оцениваются как экспериментальный материал.
Ключевые слова: искусство Сибири, живопись, субъективизм мировосприятия, объективная реальность
Для цитирования: Серикова, Т. Ю. Субъективное и объективное в произведении искусства / Т. Ю. Серикова //Вестник культуры и искусств. - 2017. - № 1 (49). - С. 115-122.
Актуальность обращения к теме субъективности продиктована тем, что современное философское знание основано на идеях постмодернизма, одна из которых провозглашает субъективность главным фактором, определяющим деятельность человека в профессиональной и общественной сфере. Субъективная реальность, являясь особой реальностью, представляет собой объект познания, подобный идеализированным, нематериальным математическим сущно -стям. Бесспорно, что для научного изучения субъективной реальности, формируемой в ходе творческого процесса, основанного на восприятии окружающей действительности, требуется ее объективация при помощи зримой наглядности (в данном случае картины).
Попытки системного философского анализа форм творческой деятельности предпринимались неоднократно. Вопросы субъективно-
сти рассматривались в работах Гегеля [3], посвященных категориям морали и права. Также уделяли внимание данной проблеме Иммануил Кант, Иоганн Готлиб Фихте, Макс Вебер, Эдмунд Гуссерль, Мартин Хайдеггер [13], Абрахам Харольд Маслоу. Тематика субъективности мировосприятия отражена и в работах русских философов С. Н. Булгакова, Н. А. Бердяева,
B. С. Соловьёва и С. Л. Франка. Среди современных исследователей этой темы можно назвать А. С. Ахиезера, П. П. Гайденко, Е. В. Васильеву [1], Е. М. Иванова [5].
Проблема объективной и субъективной реальности в разное время интересовала таких исследователей, как В. В. Кандинский [7],
C. С. Гусев, Л. А. Закс, И. Я. Лойфман и М. Н. Руткевич, а также Д. И. Дубровского [4], работы которого посвящены соотношению субъективной и объективной реальности. Худо-
115
жественная реальность как особый тип бытия затронута в трудах М. С. Кагана и В. М. Розина. Природа художественного образа с позиции философского знания исследуется в работах А. И. Назарычевой.
Данное исследование сконцентрировано на одной из составляющих творческого процесса - субъективности мировосприятия автора, создающего произведение искусства как новую, не бывшую прежде реальность. В качестве объекта исследования избрано изобразительное искусство Красноярска конца XX -начала XXI в. как наиболее близкое по времени актуализации индивидуализма в различных сферах деятельности человека. Предметом данного исследования выступает субъективное мировосприятие объективной реальности создателем произведения искусства, а целью -определение роли субъективности в процессе творчества.
Представляется, что для достижения поставленной цели необходимо изначально выяснить содержание понятия субъективность мировосприятия, а затем, проведя анализ субъективных реальностей в произведениях живописи, определить специфику субъективности исследуемых работ. Чтобы подтвердить выдвинутое в качестве гипотезы предположение, заключающееся в том, что субъективность мировосприятия является определяющим фактором творческого процесса, требуется провести анализ избранных произведений искусства для выявления взаимосвязи субъективного мировосприятия автора и образного содержания картины. При этом следует учесть влияние социально-политических условий, господствующих в обществе на момент создания произведения, поскольку мотивация, а, следовательно, и сам характер субъективности зависит от причин, по которым автор принимает или отвергает принятые в современном ему общественном сознании изобразительные стандарты.
При работе над исследованием мы опирались на метод философско-культурологичес-кого анализа содержания произведения через сопоставление его с аналоговой объективной действительностью. Определяющим теорети-
ческим обоснованием стала философская установка, допускающая параллельное существование нескольких типов реальности.
В философии бытие определяется как более общее понятие, чем реальность, поскольку содержит несколько различных реальностей. Сущность творчества в данной работе понимается как вид деятельности, приводящей к достраиванию естественной реальности.
Также заметим, что субъективность автора художественного произведения не преследует цель осмысления объективной реальности, поскольку в произведении искусства обязательно содержится некий духовный, иррациональный компонент, присутствие которого не было запланировано создателем картины или пьесы. Иногда это даже противоречит творческим установкам и мировосприятию самого художника. Необходимо также сказать, что авторская субъективность включает в себя комплекс как осознано высказанных в произведении и направленных реципиенту мировоззренческих утверждений, так и общественных установок, возникающих в произведении самопроизвольно как отражение ситуационной обстановки. Можно сказать, что для творчества художника большим значением обладают не благоприобретенные теоретические установки, а непосредственное мировосприятие, служащее источником вдохновения.
Самопроизвольная субъективность возникает как комплекс представлений о мире, свойственных определенной культуре, к которой принадлежит создатель художественного произведения. Данный комплекс включает в себя помимо общественных установок образы коллективного бессознательного, сформированные еще в доисторическую эпоху и определяемые К.-Г. Юнгом как архетипы.
Гегелевская концепция субъективности признает человека как основной предмет искусства, а также как «производящего субъекта» [3, т. 1, с. 258] художественной деятельности. Исходя из этого утверждения, можно сказать, что субъективность отражает проявление сферы человеческого духа, ноосферы, как ее определял В. И. Вернадский. Среди
116
всех видов искусств Гегель называл живопись, музыку и поэзию наиболее субъективными [3, т. 2, с. 201].
Следует заметить также, что рост субъективного фактора в произведениях искусства обусловлен степенью увеличения связей художника с окружающим пространством. Перед художником стоит альтернатива: с максимальной достоверностью воспроизвести в произведении искусства внешнюю, видимую реальность или одухотворить материальные объекты. Последнее требует наличия авторской позиции по отношению к изображаемым объектам, выражения художником своего внутреннего мира через субъективное воспроизводство объектов видимой реальности. Данное обстоятельство предполагает «чувствование» художником изображаемых предметов и явлений, что обусловлено его способностью к духовному развитию и к профессиональному росту. Только вышеперечисленные обстоятельства создают условия для адекватного выражения внутреннего мира творца через создание произведения искусства.
Также следует сказать, что понятие субъективность мировосприятия включает в себя систему сопоставления классифицированных образов жизненного пространства и объективной реальности, воображение и интерпретацию, позицию личного видения и восприятия реальности, личный и профессиональный опыт, «вписанность» в определенную культуру и гендерные особенности.
Как уже говорилось выше, при анализе произведений живописи для выявления изучаемых факторов, определяющих содержание работ, следует учитывать влияние социально-политических условий, в которых были созданы исследуемые произведения искусства, поскольку характер субъективности зависит от причин неприятия автором изобразительных стандартов, действующих в современном ему обществе. Исходя из этого, можно разделить рассматриваемые живописные работы на две условные группы: написанные во времена господства принципов соцреализма и созданные после их девальвации. Первая группа бу-
дет включать в себя произведения А. Г. По-здеева и Ю. Д. Деева, вторая - Н. И. Рыбакова, А. В. Сурикова, И. Ю. Верпеты.
На портрете «Курильщица» (1974, Х., м., 80х62) Андрея Геннадьевича Поздеева (1926-1998) [9] изображена на тот момент близкая знакомая художника Евгения Георгиев -на Кузнецова, впоследствии ставшая знаменитой красноярской бизнес-леди. По воспоминаниям Евгении Георгиевны, портрет создавался в сложный жизненный период расставания с супругом. Сама Е. Г. Кузнецова достаточно разносторонняя личность, проявившая себя одновременно как менеджер, ученый и поэт.
Качества субъективности проявляются здесь как выражение душевного состояния портретируемой через условную трактовку ее внешнего облика. В картине решается принципиально нерешаемая шахматно-колористическая задача - пересечение и спор желтого и темно-зеленого, темного до черноты. Этот шах-мат света и тьмы является цветом одежды и нелепой шляпы (шапокляка), принадлежащей полноватой женщине, сидящей в неудобной сжато-неловкой позе.
Схематизм изображения и подчеркнутая плоскостность не снижают образной наполненности работы. Белым, пустым, отчаянным цветом выделены лицо и руки, сложенные крест-накрест, вялые и безвольные. Замыкает круг невеселых, судьбоносных размышлений сигарета в руках, а дымок от нее жестко возвращает взгляд зрителя к лицу, бесцветному, как флаг капитуляции, с травинкой носа и «светодиодными лампами» глаз, горящих желтым кошачьим цветом, но все же будущий бизнес-успех угадывается в упрямо сжатых губах. Все изображено экспромтно - в одно касание. Плоскостность изображения, локальность цветового решения и схематизм в трактовке фигуры портретируемой могут быть истолкованы в данном случае как черты примитивизма.
Андрей Геннадьевич Поздеев всегда отличался от многих своих современников-художников самостоятельностью и оригинальностью творческого мышления. Стили-
117
стика «Курильщицы» для культурной ситуации 70-х гг. XX в. достаточно революционна и резко отличается от общепринятого тогда изобразительного языка. Субъективизм автора в данной работе является нонконформистским ответом на навязываемое идеологическими установками соцреализма видение действительности. Андрей Поздеев считал, что личность художника более склонна к индивидуальности и свободе действий, но при этом он обязан «отдавать себя, каков он есть». Также художник в понимании Поздеева должен «думать как философ» и «обязан цветом передавать» свои мысли, «все время совершенствоваться и развиваться до самого последнего дня» [9].
Юрий Дмитриевич Деев (1944-1998) [14] в своих произведениях создал иную художественную реальность, свой собственный мир, наполненный добротой и любовью. Качества субъективности проявляются в его работах как намеренное искажение объективной реальности для достижения высокой степени художественной выразительности посредством стилизации под наивное, примитивное искусство, детское творчество. Это соответствует основной идее данного исследования -создание нереального, несуществующего в действительности мира, сотворенного автором по своим принципам. «Мир Деева» живет и развивается по его законам.
Возможно, Юрий Деев (как и Ж.-П. Сартр) считал, что «реальное никогда не бывает прекрасно» [11]. Действительность воспринималась художником излишне грубой и давала повод для эмиграции в прекрасно-гармоничное «зазеркалье», подобное сну, материализовавшемуся посредством живописи. Художник изображал некую патриархальную пастораль, полную легко узнаваемых примет народного искусства. Нарочитый примитив образного решения, настойчивая декоративность в выборе цвета, прямые цитаты из русского фольклора - вот особенности стиля Юрия Деева. Живопись отличают черты условности, родственной фольклору, народному лубку. Герои его картин проживают в неком условном мире, похожем на небольшой горо-
док или деревеньку [14]. Сюжеты его работ, составляющие определенные серии, часто повторяются автором. Банька - привычная для художника тема, содержащая в себе метафору, означающую очищение, оздоровление.
Картина Ю. Д. Деева «Банный день» (1992, Х., м., 57х70) демонстрирует нереальную безвоздушность. Отсутствует плановость, намеренно искажена линейная перспектива: баньки на берегу по логике пространственных построений должны быть больше относительно второго плана домов, расположенного в верхней части холма. Баньки на первом плане не соразмерны людям на берегу и в воде.
Люди выглядят как пальцы человеческой руки, зачерпнувшей горстью снег и заалевшей от мороза. «Люди-пальцы», замерзшие на снегу, - розовые и голые, анатомически условные и схематичные. Малый размер банек для таких неестественно розовых гигантов подтек-стно оправдан, иначе при соразмерности всего гротескный смысл, содержащийся в произведении под определяющим названием «Банный день», уйдет, будет нивелирован. Люди и «баньки» кукольные, ненастоящие, словно вырезанные из бумаги силуэты, особенно это заметно по фигурам в воде, плоским, не имеющим объема.
Время создания произведения (1992 г.) можно уже назвать достаточно либеральным по отношению к независимому проявлению субъективистских установок авторов. Поэтому Деев создавал свой «Банный день» как достаточно свободное в отношении диктата идеологии произведение.
Картина Александра Вячеславовича Сурикова (род. в 1971 г.) [12] «Деревня дарит радость» (2006, Х., м., 90х120) собрана, словно лоскутное одеяло, из различных идиоматических изображений, подобных аксессуарам кукольного домика: туалет, грядки, банька и несколько таких же столиков и стуликов - атрибутов «игры в дом». Сидящий в доме ребенок, по сути, и есть альтер эго автора, наличие этого персонажа придает в целом ироничному произведению ностальгический оттенок.
118
Субъективность проявляется здесь через нетрадиционную трактовку канонической для художников старшего поколения темы деревни, излюбленной советскими художниками-соцреалистами. Также произведение пронизано авторскими воспоминаниями, зашифрованными в малопонятные постороннему человеку образы и символы, словно страница из личного дневника, очень искусно визуализированная посредством масляной живописи. Автор старательно, почти по Фрейду, прячет истинное теплое детское чувство за иронией и явной сатиричностью, нивелируя традиционные ценности «дом» и «родина».
Практически в каждой своей работе, как и в «Деревне», которая «дарит радость», А. Суриков использует характерную для себя игровую манеру живописи. Смысл этой игры в том, чтобы спрятать за баррикадой примитивных изображений настоящее содержание, угадываемое по типу ассоциативного ряда. Художник смотрит на происходящее одновременно и как ироничный взрослый, и как ребенок с перевернутой головой, живущий в этом доме, маленький и затерянный среди всего его пространства, сада-огорода и прочих радостей сельской жизни. Данная работа, пожалуй, самая «субъективно-примитивистская» из представленных здесь произведений, поскольку сделана автором такой намеренно. Суриков старается использовать весь арсенал подобной стилистики: плоскостность, декоративность, огрубление форм, стилизацию под детское творчество, повествовательность и комичность изображения.
Картина отвечает одной из тенденций современного художественного творчества: искусство есть игра. В настоящее время соперничество с классическим искусством прошлого становится бессмысленным, а подобные попытки вызывают лишь иронию. Xосе Орте-га-и-Гассет в своих работах говорит о том, что художники часто предлагают зрителю смотреть на произведение как на игру, воспринимать его как самоиронию, ведь, по сути, современное нам искусство высмеивает само себя [8].
Моделью для «Портрета Юлии Ивановой» (2005, Х., м., 110х94) Ирины Юрьевны Верпеты (род. в 1972 г.) [2] послужила красноярская художница, избравшая изображение ангелоподобных существ как одну из часто используемых тем своих работ. Видимо, поэтому на портрете Юлия Иванова изображена в виде розового фееподобного ангела на висящем в воздухе стуле.
Субъективность проявляется здесь как совокупность качеств наивно-примитивистской живописи. Определяет колористическое содержание портрета контраст пирожно-бизешных розовостей (беретик, крылышки, декорированная под детскую одежда, карминовые губки как центр изображения) и бильярдно-зеленого сукна фона. Подобное контраст-сочетание словно иллюстрирует известную среди художников поговорку о сути живописи, состоящей в извечной борьбе розового и зеленого.
В целом, несмотря на всю кажущуюся наивную простоту изображения, портрет достаточно глубоко проработан психологически. За ласковостью и безмятежностью выражения лица стоит простота взгляда много страдавших и переживших некую тревожную страницу своей жизни людей, которые нашли защиту для себя в божественном провидении. Ведь и сама художница, и ее ребенок были на грани жизни и смерти. Юлия Иванова рассказывала в своих интервью [6] о том, что, решив постоянно во время опасности изображать ангелов, она спасла сначала своего новорожденного ребенка, а через несколько лет и сама избавилась от тяжелой и опасной болезни.
В отличие от характера субъективности Андрея Геннадьевича Поздеева, которая шла вопреки живописному «мейнстриму» того времени, Ирина Юрьевна не скована канонами внешней цензуры и достаточно свободна в проявлении своего личностного видения объективной реальности.
В работе Николая Иосифовича Рыбакова (род. в 1947 г.) [10] «Пейзаж с водоемом» (2010, Х., м., 120х130) субъективность проявляется как абстрактность изображения и крайне личностно выстроенный ассоциатив-
119
ный ряд. Тема произведения раскрывается через фактуру изображения и колорит. Автор не дает зрителю «подсказок» в виде цитат и ссылок на произведения других мастеров, идет только подспудная ассоциативно-образная работа формальных средств живописи без демонстрации приемов изображения.
Содержанием картины становится ее поверхность. В чередованиях вспышек и угасаний цвета, в рельефности фактуры скрыт смыслообразующий подтекст. Помимо фактуры основным «действующим лицом» картины является цвет, который одномоментно принадлежит духовному и материальному, субъективному и объективному, т. е. двум полярным реальностям.
В целом из представленных живописных работ данное произведение наиболее субъективно-закрытое для прочтения его содержания, поскольку не имеет сколько-нибудь привычных ориентиров, свойственных другим рассмотренным картинам. Здесь нет четко различимых форм и плоскостей цвета, которые за счет соотнесения между собой создали бы некий читаемый образ. Единственное относительно фигуративное образование - это раскрытая или разъятая условная сфера, сходная с земным шаром или орехом, содержащим абстрагированные образы видимого мира.
Сам художник о своих работах говорил, что они выражают его настроение на момент создания [10], иными словами, в их основе лежит крайне субъективное восприятие мира. Свободу выбора средств и приемов так же, как и в случае А. В. Сурикова и И. Ю. Верпеты, нельзя назвать навязанной извне или чем-то ограниченной.
Подводя итог, отметим, что субъективное мировосприятие имеет большое значение для создания произведения искусства, поскольку формирует в образной структуре живописного произведения внутренне связанную и логич-
ную систему с определенными правилами, принципами и законами, установленными самим преобразующим объективную реальность субъектом.
В ходе исследования выявлены основные факторы, влияющие на характер субъективности мировосприятия. Наиболее значимы из них ценностная избирательность, воображение и интерпретация, позиция восприятия, определяющая степень шаблонности и ангажированности видения, личный и профессиональный опыт живописца и «вписанность» преобразующего субъекта в определенную культуру. Необходимо также сказать, что часто источник творческой фантазии художника лежит в бессознательном, хотя творчеству в целом присуща осмысленность процесса и взаимодействие сознания и подсознания.
При проведении анализа произведений выявлено, что данные артефакты представляют собой материализованную посредством живописных средств и приемов субъективную реальность, изначально возникшую как отклик личностного мировосприятия авторов на реальность объективную. По итогам проведенной работы можно считать доказанным высказанное в качестве гипотезы утверждение о том, что субъективность мировосприятия -определяющий фактор творческого процесса.
Поскольку искусство ориентировано на субъективность воспроизведения и восприятия и не существует вне личности человека, то самореализация личности является побудительным мотивом создания художественных произведений, а субъективность определяет основные черты индивидуальности и отражает содержание творческой деятельности человека. Желание художника создавать новое, не бывшее прежде, и его субъективность в отражении видимого мира соединяют разрозненные образы в целостное произведение искусства.
1. Васильева, Е. В. Фотография и феноменология трагического: идея должного и фигура ответственности / Е. В. Васильева // Вестник СПбГУ. Сер. 15: Искусствоведение. - 2015. - № 1. -С. 26-53.
120
2. Верпета Ирина Юрьевна [Электронный ресурс] // Дом Искусств: краевое гос. бюджет. учреждение культуры: сайт / М-во культуры Краснояр. края. - Режим доступа: Шр://домискусств24.рф/ union_of_artists/chleny_soyuza_khudozhnikov_rossii/verpeta-irina-yurevna/. - Дата обращения: 30.10.2016.
3. Гегель, Г.-В.-Ф. Лекции по эстетике: в 2 т. / Г.-В.-Ф. Гегель. - Санкт-Петербург: Наука. - 1998. - Т. 1. -622 с.; 1999. - Т. 2. - 603 с.
4. Дубровский, Д. И. Гносеология субъективной реальности: к постановке проблемы / Д. И. Дубровский // Эпистемология. Философия науки. - Москва: Гнозис, 2004. - Т. II. - № 2. - С. 35-56.
5. Иванов, Е. М. Онтология субъективного / Е. М. Иванов. - Саратов: Наука, 2007. - 196 с.
6. Иванова Юлия Ивановна [Электронный ресурс] // Дом Искусств: краевое гос. бюджет. учреждение культуры: сайт / М-во культуры Краснояр. края. - Режим доступа: Ы1р://домискусств24.рф/ union_of_artists/chleny_soyuza_khudozhnikov_rossii/ivanova-yuliya-ivanovna/. - Дата обращения: 30.10.2016.
7. Кандинский, В. В. О духовном в искусстве / В. В. Кандинский. - Москва: Архимед, 1992. - 110 с.
8. Ортега-и-Гассет, X. Избранные труды: пер. с исп. / Х. Ортега-и-Гассет; сост., предисл. и общ. ред. A. M. Руткевича. - Москва: Весь Мир, 1997. - 704 с.
9. Поздеев Андрей Геннадиевич [Электронный ресурс] / А. Г. Поздеев. - Режим доступа: http://pozdeev-fond.ru/library/view_foto.php?pos=works&set=2&id=7&p=8. - Дата обращения: 30.10.2016.
10. Рыбаков Николай Иосифович [Электронный ресурс] // Дом Искусств: краевое гос. бюджет. учреждение культуры: сайт / М-во культуры Краснояр. края. - Режим доступа: http://домискусств24.рф/union_of_artists/ chleny_soyuza_khudozhnikov_rossii/rybakov-nikolay-iosifovich/. - Дата обращения 30.10.2016.
11. Сартр, Ж.-П. Воображаемое. Феноменологическая психология воображения / Ж.-П. Сартр. - Санкт-Петербург: Наука, 2001. - 320 с.
12. Суриков Александр Вячеславович [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://filurin.ru/ 2006/10/galereya-«staryiy-gorod»-vyistavka-kartin-aleksandra-surikova/. - Дата обращения 30.10.2016.
13. Хайдеггер, М. Исток художественного творения / М. Хайдеггер. - Москва: Академический проект, 2008. - 215 с.
14. Шаповалова, Л. 60 лет со дня рождения художника Ю. Д. Деева / Л. Шаповалова // Край наш Красноярский: календарь знаменательных и памятных дат на 2004 год / Гос. универс. науч. б-ка Краснояр. края; [сост.: Г. М. Гайнутдинова, Н. В. Фефелова]. - Красноярск, 2003. - С. 92-95.
Получено 05.12.2016
T. Serikova
Candidate of Art Criticism, Siberian Federal University E-mail: serikova_72@mail.ru
SUBJECTIVITY AND OBJECTIVITY IN A WORK OF ART
Abstract. Visual art is one of the ways of reality cognition. The problem of an artist's subjectivity perception of objective reality and its influence on the process of a work of arts creation is of great interest today. The role of the perception subjectivity in the creative process is shown on the example of the selected works analysis by artists of Eastern Siberia YU. Deev, A. Pozdeev, N. Rybakov, A. Surikov, I. Verpeta (based on the method of philosophical-culturological analysis of the work's content comparing it with its analog objective reality). The author's subjectivity includes a complex of visual statements addressed to the recipient both as consciously expressed in the work of arts and as social directives spontaneously appearing in the work of arts as the reflection of situational environment (social-political included). Among dominant factors influencing the subjectivity perception character are value selectivity, imagination and interpretation, perception position, determining the ste-
121
reotyped character and engagement of vision and professional experience of an artist and "the refinement"
of the transforming subject into a certain culture. Paintings with a pronounced subjective character are evaluated as experimental material.
Keywords: Painting, art, Siberia, subjective perception, objective reality
For citing: Serikova T. 2017. Subjectivity and objectivity in a work of art. Culture and Arts Herald.
No 1 (49): 115-122.
References
1. Vasileva E. 2015. Photography and the phenomenology of the tragic: the idea proper and a figure of responsibility. Vestnik of St. Petersburg University. Series 15. Arts. No 1: 26-53. (In Russ.).
2. Verpeta Irina Jurevna [Electronic resource]. Dom iskussstv [House of arts]. Available from: https://vk.com/id96354855?z=photo96354855_186198715%2Fphotos96354855.html (accessed: 30.10.2016). (In Russ.).
3. Gegel G. V. F. 1999. Lektsii po estetike [Lectures on aesthetics] Volume 1, 2. Saint Petersburg: Nauka. 1998. Vol. 1. 622 p.; 1999. Vol. 2. 603 p. (In Russ.).
4. Dubrovskii D. 2004. Epistemology of subjective reality: problem statement. Epistemology. Philosophy of science. Vol. 2. No 2: 35-56. Moscow: Nauka. (In Russ.).
5. Ivanov E. 2007. Ontologiya sub"ektivnogo [The ontology of subjective]. Saratov: Nauka. 196 p. (In Russ.).
6. Ivanova Iulia Ivanovna [Electronic resource]. Dom iskussstv [House of arts]. Available from: http://domiskusstv24.rf/union_of_artists/chleny_soyuza_khudozhnikov_rossii/ivanova-yuliya-ivanovna.html (accessed: 30.10.2016). (In Russ.).
7. Kandinskii V. 1992. O dukhovnom v iskusstve [Concerning the spiritual in art]. Moscow: Arkhimed. 110 p. (In Russ.).
8. Ortega y Gasset J. 1997. Izbrannye trudy [Selected works]. Comp., foreword by Rutkevich A., ed. Moscow: Ves' mir. 704 p. (In Russ.).
9. Pozdeev Andrei Gennadevich [Electronic resource]. Available from: http://pozdeev-fond.ru/ library/view_foto.php?pos=works&set=2&id=7&p=8.html (accessed: 30.10.2016). (In Russ.).
10. Rybakov Nikolai Iosifovich [Electronic resource]. Dom iskussstv [House of arts]. Available from: http://domiskusstv24.rf/union_of_artists/chleny_soyuza_khudozhnikov_rossii/rybakov-nikolay-iosifovich.html (accessed: 30.10.2016). (In Russ.).
11. Sartre J.-P. 2001. Voobrazhaemoe. Fenomenologicheskaya psikhologiya voobrazheniya [Phenomenological psychology of the imagination]. St. Petersburg: Nauka. 320 p. (In Russ.).
12. Surikov Aleksandr Viacheslavovich [Electronic resource]. Available from: http://filurin.ru/2006/10/galereya-«staryiy-gorod»-vyistavka-kartin-aleksandra-surikova.html (accessed: 30.10.2016). (In Russ.).
13. Heidegger M. 2008. Istok khudozhestvennogo tvoreniya [Source of artistic creation]. Moscow: Akademicheskiy proekt. 215 p. (In Russ.).
14. Shapovalova L. 2003. 60 years since the birth of painter YU. Deev. Kray nash Krasnoyarskiy [Our territory Krasnoyarsk]. Krasnoyarsk. P. 92-95. (In Russ.).
Received 05.12.2016
122