ЛМЁ&1СА
i:,-. - . АЬ " /»'" i
Л-.у. I s.'l-''- [ ' _ _
Л J-:,;- M iCVcut.
■J ■
ИЗОТОВ Дмитрий Александрович
Кандидат экономических наук, старший научный сотрудник
Институт экономических исследований ДВО РАН, ул. Тихоокеанская, 153, Хабаровск, Россия, 680042
IZOTOV Dmitry
Alexandrovich
Ph.D. in economics, senior research fellow Economic Research Institute FEB RAS, 153, Tikhookeanskaya Street, Khabarovsk, Russia, 680042
izotov@ecrin.ru
© Изотов Д.А., Тошков К.И., 2018
УДК 332.1 + 339.9
СРАВНИТЕЛЬНАЯ ОЦЕНКА ВНУТРИРЕГИОНАЛЬНЫХ И ВНЕШНИХ ТОРГОВЫХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЙ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РОССИИ
На основе оценки модифицированной гравитационной модели выявлено, что Дальний Восток России в 2002-2016 гг. торговал более интенсивно с отечественным рынком, чем с зарубежными странами. Оценка указала на нарастающий процесс внутренней дезинтеграции торговых взаимодействий внутри макрорегиона. В большинстве регионов Дальнего Востока стало наблюдаться смещение интенсивности торговых взаимодействий с внутрирегионального на внешние рынки. Результаты оценки указали на тенденцию постепенного изменения интенсивности торговых связей регионов Дальнего Востока в пользу географически близких зарубежных рынков, а также остальных регионов России.
Торговые барьеры, гравитационная модель, торговля, зарубежный рынок, отечественный рынок, внутрирегиональный
рынок, макрорегион, регион, Дальний Восток России ■ ■ ■
COMPARATIVE ASSESSMENT OF THE INTERNAL AND EXTERNAL TRADING INTERACTIONS OF THE FAR EAST OF RUSSIA
This paper uses a modified gravitational model to conduct a comparative assessment of the intensity of intraregional and external trade interactions of the Russian Far East. The analysis revealed that the Russian Far East traded more intensively with the domestic market than with foreign countries over the sample period. Another pattern detected in the paper is the deepening of internal disintegration of trade interactions within the macroregion. Most regions in the Russian Far East have been experiencing a shift in trade intensity from intraregional towards foreign markets. The results point to a trend of gradual change in the trade intensity of regions of the Russian Far East in favor of neighboring foreign markets and other Russian regions.
Trade barriers, gravity model, foreign trade, foreign market, domestic market, intraregional market, macroregion, region, Russian Far East
BI&* - -SS'S-'-"» Г S^M-Laf**" i
- чг^гталгИК-"'* _ :'• f-- i - a Л.
1- VfiN f 1 I— " 1
M4 I isr ¿. ijT
ТОШКОВ
Кирил
Илиев
Доктор экономики, адъюнкт-профессор Техасский христианский университет, 2800 Ю. Юнивёрсити Драйв, Форт-Уэрт, США, 76129
TOCHKOV
Kiril
Iliyev
Ph.D. in economics, associate professor Texas Christian University, 2800 S. University Dr., Fort Worth, USA, 76129
k.tochkov@tcu.edu
Введение
В последнее время внимание руководства России приковано к решению социально-экономических проблем Дальнего Востока. Действительно, отставание дальневосточной экономики от национальной является долгосрочным1. Перспектива развития макрорегиона стала видеться в создании возможностей и условий для использования его потенциала.
Развитие дальневосточной экономики во многом определяется масштабами внешней торгово-экономической деятельности. Дальний Восток имеет возможности для расширения торгово-экономических взаимодействий с зарубежным рынком за счёт особого географического положения (близость к динамично развивающимся экономикам стран АТР), обеспеченности природными ресурсами, наличия магистральной транспортной и транзитной инфраструктуры. С другой стороны, макрорегион тесно интегрирован в национальную экономику, и укрепление торговых взаимосвязей с остальными регионами страны является одним из элементов поступательного экономического развития макрорегиона. Также немаловажной является возможность расширения масштабов внутрирегионального (локального) рынка, понимаемого как торгово-экономические взаимодействия между экономиками регионов, относящихся к Дальнему Востоку России. Как предполагается, интенсификация и расширение масштабов как внутрирегиональных, так и внешних (с остальными регионами России и с зарубежными странами) торгово-экономических взаимодействий являются необходимыми компонентами ускоренного развития экономики макрорегиона. Это, в свою очередь, предполагает нивелирование различного рода ограничений или барьеров, препятствующих наращиванию взаимной торговли.
Одним из способов определения торговых барьеров является получение количественной оценки эффекта границ [9; 10; 19] на основе гравитационного моделирования2. Эффект границ понимается как совокупность торгово-экономических барьеров, сдерживающих торговые взаимодействия. Говоря иначе, это экономические издержки, возникающие вследствие пересечения товаром какой-либо границы. Снижение эффекта границ следует понимать как увеличение интенсивности торговых взаимодействий между рассматриваемыми экономиками.
1 Согласно данным Госкомстата России, почти за четверть века экономика России увеличилась на 11%, а Дальнего Востока - сократилась на 2,4%.
2 В рамках которого предполагается, что объём торговли между двумя экономиками пропорционален произведению размеров их рынков, которые выражены посредством ВВП или ВРП, то есть как некая гравитационная составляющая, аналогичная произведению масс.
Гравитационные модели с точки зрения эконометрических оценок обладают довольно высокой объясняющей способностью переменных, формирующих торговые потоки [21], являясь одной из самых стабильных эмпирических зависимостей в экономическом анализе1. На основе данного подхода, как правило, оцениваются: потенциал двусторонней торговли [11]; изменения в структуре торговых взаимодействий [12]; эффективность мер государственной политики [14], связанной с регулированием [17] и созданием более конкурентного рынка товаров [20]; эффекты границ, в том числе для торговых потоков регионов с отечественным и зарубежным рынками [13; 15].
Применительно к России данные модели активно использовались для получения оценок торговой интеграции с глобальной экономикой [18] и со странами постсоветского пространства [4; 5]. Также при помощи гравитационной модели в российской экономике оценивался потенциал расширения взаимообмена капиталом с зарубежными странами [1].
Несмотря на сравнительную несложность методики оценки торговых барьеров в рамках гравитационного моделирования, к настоящему времени насчитываются лишь эпизодичные комплексные исследования, изучающие на её основе соотношение интенсивности торговых взаимодействий регионов России с различными рынками. Среди исследований взаимодействия российских регионов с зарубежным рынками можно отметить работу А. Каукина и Г. Идрисова [3], в которой авторы обнаружили существенное влияние на объёмы и маршруты российского импорта пространственных переменных и особенно географического расположения пунктов пропуска на государственной границе. Н. Рыжовой [6] был оценен эффект границ для торговли приграничных регионов России с Китаем для 2005 г. В исследовании И. Ясеновской [8] были оценены внутрирегиональные торговые связи Дальнего Востока России на основе гравитационной модели для начала 2000-х гг. и показан незначительный интеграционный потенциал между дальневосточными регионами. Тем не менее, исследования эффектов границ для сравнения внутрирегиональных и внешних (с остальными регионами России и с зарубежными странами) торгово-экономических взаимодействий регионов Дальнего Востока для современного времени не изучены.
Целью исследования является получение сравнительной оценки интенсивности внутрирегиональных и внешних торговых взаимодействий для Дальнего Востока. Под внутрирегиональными (локальными) торговыми взаимодействиями в исследовании понимается торговля между девятью регионами, относящимися к Дальнему Востоку. Внешние (по отношению к Дальнему Востоку) торговые взаимодействия включают в себя торговлю макрорегиона с остальными регионами России и с зарубежными странами. Торговля Дальнего Востока с отечественным рынком представляет собой объединение внутрирегиональных торговых взаимодействий и товарооборот макрорегиона с остальными регионами России. Торговые взаимодействия макрорегиона с зарубежным рынком синонимичны торговле Дальнего Востока с зарубежными странами.
Данное исследование является логичным продолжением предыдущего [2], в котором были оценены торговые барьеры Дальнего Востока России с отечественным и зарубежным рынками в период высоких цен на углеводороды на мировом рынке (2005-2012 гг.). В настоящем исследовании для 2002-2016 гг. применяется гравитационная зависимость, позволяющая получить количественную оценку эффекта границ: между дальневосточными регионами; между Дальним Востоком и остальными российскими регионами; между макрорегионом и зарубежными странами. Оценки торговых барьеров позволяют проанализировать сравнительную интенсивность торговых взаимодействий макрорегиона с отечественным и зарубежным рынками.
1 Причём данные модели применяются и для объяснения потоков капитала и трудовых ресурсов.
Исследование включает в себя следующие задачи: 1) анализ взаимодействия экономики Дальнего Востока с отечественным и зарубежным рынками; 2) оценка торговых барьеров (эффектов границ) в тарифном эквиваленте для внутрирегиональных и внешних торговых взаимодействий Дальнего Востока; 3) сравнительный анализ торговой интеграции между Дальним Востоком и отечественным/зарубежным рынками.
1. Взаимодействие экономики Дальнего Востока с отечественным и зарубежным рынками
В целом для дальневосточной экономики всегда была характерна сильная зависимость от межрегионального обмена по причине узкой специализации. В советский период (конец 1980-х гг.) предприятия Дальнего Востока поставляли на отечественный рынок небольшой набор необработанного сырья. В свою очередь, на территорию макрорегиона ввозился широкий перечень переработанной продукции. В период экономической трансформации (1990-е гг.) стало происходить заметное изменение в степени зависимости Дальнего Востока от внешнеторговых связей с остальными регионами страны, что было следствием разрыва связей на микроуровне, усиления центробежных тенденций в развитии регионов и других причин. Высокий уровень транспортных затрат с нарастающей неконкурентоспособностью местных обрабатывающих производств способствовали тому, что предприятия макрорегиона стали уделять больше внимания внутрирегиональному рынку, а также переориентироваться на зарубежный рынок. В результате к началу 2000-х гг. доля потребления внутри макрорегиона резко возросла, а доля внешней торговли с зарубежными странами выросла более чем в три раза1.
В силу большого природно-ресурсного потенциала Дальнего Востока продукция сырьевого сектора макрорегиона продолжительное время ориентирована на внешние рынки. Расширение поставок сырьевых товаров в остальные регионы России сдерживается удалённостью Дальнего Востока и конкуренцией со стороны предприятий, выпускающих аналогичную продукцию в Сибири и на Урале. По этим причинам для дальневосточной экономики стала возрастать роль рынков близлежащих стран АТР. В последующем на пять укрупнённых товарных групп экспорта (продукция топливно-энергетического комплекса; драгоценные металлы; руды цветных и чёрных металлов; древесина и изделия из неё; рыбопродукция) стало приходиться более 90% стоимости дальневосточного экспорта.
Товарооборот с отечественным (торговля с остальными регионами России и внутрирегиональная торговля) и зарубежным рынками является важным элементом экономической динамики Дальнего Востока (рис. 1).
В 2002-2016 гг. объём торговли с зарубежными странами в среднем превосходил товарооборот с отечественным рынком на 33,6% в стоимостном выражении. Согласно статистике ввоза/вывоза продукции между регионами России и таможенной статистике, с 2007 г. масштабы товарооборота Дальнего Востока с зарубежными странами стали стабильно превосходить стоимостные объёмы торговли региона с отечественным рынком. В период высоких цен на энергоносители на мировом рынке разрыв между стоимостными объёмами торговли макрорегиона с отечественным и зарубежным рынками стал заметно увеличиваться. В связи с выходом на проектную мощность совместных с зарубежным капиталом нефтегазовых проектов Сахалинской области произошло наращивание стоимостных объёмов продукции топливно-энергетического комплекса в экспорте Дальнего Востока. Крупнейшие российские компании стали
1 Подробнее см. [7, с. 33-34].
ИГ Л М Е К I С А
. : л,™.- I чЫ-У /г™»! АМ^еА^
шч
З^мце'
Г^Г
капиталасложеният итфраструктуру макрорегиона для увеличения объёмных показателей внешней торговли со странами АТР, прежде всего со странами Северо-Восточной Азии (СВА).
45 40 35 30 25 20 15 10 5 0
сдсо-чгюсо^оосвот-0 0 0 0 0 0 0 0 1 1 0000000000 2222222222
2
0 2
100
- 90
- 80
- 70
- 60 - 50
40 30 20 10 0
0 2
0 2
0 2
6
0 2
¡Товарооборот с отечественным рынком
¡Товарооборот с зарубежьем
•ВРП
Рис. 1. Торговля с отечественным и зарубежным рынками (левая ось) и ВНП(праваяось) Дальнего ВостокаСоссии, млрддолл аров Источник: рассчитано авторами на основе статистики региональных счетов, ввоза/вывоза товаров по регионам и таможенной статистики Рос сил.
С вацлвлисацив экспорта Дальнего Востока в ограниченной номенклатуре продукции с низкой добавленной стоимостью, как и национальной экономики в целом, тесно увязала эко-ноиический рост маквереьионасмиламикоьглоОякьнсй аьлвюнстурыценообразованияна товары сырьевой группы. По причине нисходящей тенденции на ресурсные товары на миро-юьмеашаа в 20(6ппоятоимксяатмуобъёму мораасьВсаввДмкьного Всстокаозавуаожныла зоранмми сокраннлсл до оровоп2008 ь, с отечествениыорыньом-прилаонв де> уровио^ОаЛ]^.
Внешний спрос со стороны зарубежных рынков на дальневосточную продукцию в основ--oмoгIoвуллмлcяrюлoжитвуанoй экономпоескьл ви-ищихлтщин
льколеКаннеглоКалвосНисноасляонвюнкцграмзаКОО2-кОСт гг. геаг]^^сВкче^1^^в[^'^ру^гВра торговли Дальнего Востока с зарубежными странами стабилизировалась: в среднем примерно оо^'^уоилм осон оглс^ъта товядоо бсфотапр иходкно сснскав^юлз т^рсмрьл «Большой тро^лСлА» 5КЦ0В, Мпонкя и Рлопубоика близлчл о нскрирввиалу
экономик (рис. 2).
Примерто^ОС^г, 1^<^1симрвк^^приякнс6з^1^^^.1то^ рост лмларгтиз сорапСВАка Дьвана^0!
лзEеьтмeйcкoгнлoюзaВEЫ-KrВ, доля которого в товарообороте макрорегиона с зарубежными странами составила в среднем сC]5%гвpaccмaтpаваамым перлодао емлин.
Что к-5нeнлатopгoвьIxаrслмoдrйco-лймaкpopсглoпьcoтrлecииeппымовIяктм,еьпo причине своей специфичности стоимостные объёмы внутрирегионального товарооборота ^оупипь ея>аopooбopoтyдaльнeсуoлячиыx реоионов к ocтaланымвoлrиьнaмиPoвcиисвцrд-нем за2002-2016 гг. в 1,8 раза (рис. 3).
А
А М Р. В1 С А 'а . * * "
ж! ¡сйк
ЯК —
■о!
V? т
100% 90% 80% 70% 60% 50% 40% 30% 20% 10% 0%
2 0 0 2
3 0 0 2
4
0 0 2
5 0 0 2
6 0 0 2
7 0 0 2
8 0 0 2
9 0 0 2
0 2
0 2
2
0 2
3
0 2
0 2
5
0 2
6
0 2
I КНР
Республика Корея
1Япония
■ ЕС-28
| Прочие
Рис. 2. Географическая структура торговли Дальнего Востока сзарубежными странами Источник: рассчитано авторами на основе таможенной статистики России.
18 16 14 12 10 8 6 4 2 0
2 0 0 2
со
0 0 2
4
0 0 2
ю
0 0 2
6 0 0 2
0 0 2
8 0 0 2
СП
0 0 2
0 2
0 2
2
0 2
со
0 2
0 2
ю
0 2
6
0 2
■ Торговля между регионами Дальнего Востока
■ Торговля Дальнего Востока с остальными регионами РФ
Рис. 3. Товарооборот Дальнего Востока с отечественным рынком: внутрирегиональная торговля и торговля с остальными регионами Росс™, млрд долларов Источник: рассчитаноиэтергми на основестатистикгвиоза/вывоиатоваровпо реиионам.
Внутрирегиональный товарооборот Дальнего Востока поддерживается главным образом за счёт торговли нефтепродуктами и другими товарами топливно-энергетического комплекса, прод^цпыей инщово° промышленнпсни,отакже строительнешимытортаяамо. се °ассматри-вaемыйвpeмeннoйппомeжyтoк товепоеНтнот л[ткиoTЫгиoнaыocтaльнымнpeгиoнaми Тьвкиа увеличивался благодаря вывозу сырьевых товаров, нефтепродуктов и продукции пищевой ифомышренностк.а такжeтеoзyp^нooбpазкых кимpeбианлеынкм оевадов о нртдомцтн ин-
Ж.^г''1 ' N
, '-'-I-ч-' ■ Т Г. .V
■ ' лЯ Шш 'Лш 1«гЛ , . ..,1. : Я
~ , . Г '.'й, ■
егианапистика
2018 Том 5
ш
. « 'Мйлух ч/ хл
^ А. х
\
X
вестиционного назначения. Следует заметить, что товарооборот между Дальним Востоком и остальными регионами России ещё более масштабен, поскольку в имеющихся статистических данных не отражаются товаропотоки компа ний федерального значения, занимающихся добычей природных ресурсов, вертикально интегрированных компаний топливно-энергетического сектора, предприятийоборонного комплексаи объектов, обеспечивающихнациональную безопасность страны.
Тем не менее, соотношение агрегированных масштабов торговли Дальнего Востока с отеиеспвенным изалмОежньш рынкимилкезыенет на Ооеьшуюпривлзаоегсть маирерогиона к зерпОежоеш стренам, оитько на ^^^тр^н^г^^онб.^^ь^^лс^р^с^^с^е1 сирыоииявыглядит окьного иначе. Построение диаграммы рассеивания по девяти дальневосточным регионам, которая от-ражевтгависимотегт ]ис:оил^ти^юсетак1ь^и(^(^т^ёиьб^р^тот^ет^лис<зт(^1^ественным и зарубежным рынками, указало на наличие связи между этими двумя экономическими параметрами, а также на региональную дифференциацию при соотношении показателей (рис. 4).
10
X
X 2
си .о.
со ~
Б г!
си го
т 1-
¡и я
I- ^
о -
£ 1
Ц X
со
2 а ^
о
Хабаровский край • ч ^ Приморский край
Амурская область ^^ Р2 = 0,5982
Камчатский край Республика Саха # Сахалинская
-""^•ЧАО (Якутия) область
• ЕАО Магаданская область
4
8
9
10
Торговля с зарубежными странами, логарифм
еот.нСТокоовия с
регионов Дальнего Востока, млн долларов Примечание: на диаграмме приведены средние зннчеееозе2002-2016 гг.; размер точек пропорционален величине ВРП каждого региона Дальнего Востока.
Источник: рассчитано авторами на основе статистики региональных счетов, ввоза/вывоза товаров по регионам и рьньжeынoвлтaracтикиPoccим.
Экономика дальневосточных регионов, расположенных под линией регрессии, ориен-тиpбеомибoлыIIeнaтвьсоееюc заыyПс:мпым ренным. К этыйгнсппе относятся Сахалинская область, Республика Саха (Якутия), Магаданская область, Чукотский тооаыьмныйьнвyг (ЧАО)иЕврейскоыестьномная облаете (иАО). Экoцнмикрocтaаомыopeти-оноеболошеокиентированв1 наотечеслионный рынок. ХаракоорнолюАаяеивыоокимизначе-ниями объёмов экспорта углеводородного сырья экономика Сахалинской области формирует тениорциюп]эевышения лoproынкизaррHожьeмрад линговлейенгечecбеомиым рьшоомлре всего макрорегиона.
На рисунке 4 наблюдается прямая связь между размером экономики региона и стоимостными объёмнмиено лорговли, чтпявльньыьнсмовныщ уелоаиеыдллсущнос^нл!^!^^^аеиноцп-
1 Имеются в виду девять регионов, входящих в Дальневосточный макрорегион.
ониои зависимости менвду этими иьназателями1. Даннаязависимость позволяет проанализи-роваеь динамиоутитмтсиеностииортовых взаим одействим на c^^i^o^^ о цен киэффекта ф аниц межди дамрмевосточзвшв рагионами, меимиу ДааанимВ о стоком р оательными российскими регионами, атакжемеждумакрорегионом и зарубежными странами.
2. Методивн и реиульоаты оценни
Кадитпредащущомиисредовании [2], в твотсиве Разовой миивни данполинетвмколиче-ственной оценки выступает следующее гравитационное уравнение [10; 16] :
Г.. - г^Г-^Н)1 67 (1)
ху - м (р.р.) д ^и;
где .е.. - экспорт из страны р в сет-:)анур\у-131311 сыфаны/;а -ВВП стдамьсу;О0- мировойёВП;
У * ]
б. - среднеезначеннет орговых издерже к^ТЗа. р^^р о в ме жду страной / и её торговыми партнёрами; Р)- среднзе наачение аоргопыа издержек/Чарьероеуржку странвй ] е ер то-гкзымнпар-тнёраси; t.. . бдрстра1 двусхороыурй рхр-овпс мевкоу впраной ( иу.
В ме--ле(С) тор-овыеивдертко иДсрьорычеменрючся нзфвзачесввернзуточвиеи фдк-тисные переменныв. Свганесдческиеданныо легирифмиреювне е сценнвеюисяедш помощи оннельныхыанных з ф-вкоонванньш уффектом.ТэрифнушакопэдлеттсУфетокграниц (1 - Ь) дисаохаызаетсяслвдующрчоераз ом:
/? = (1- а)1пЬ|=п>1 - ь = е(хП/1-(т)-1). (2)
Даявценчидарифмагр вчеимлсита эф—екге асаниц эластичность замещения а (в случае невозможностиеёрасчёта)подбираетсянаинтервалеот5 до 10.
В настоящем исследовании авторы расширили модель (1), представив её в следующем
в - де:
ln{——- = Д + аД + оД +Г), + Д ln d и¿S2CONT + Д дRFExRFE- + Д{RFExFU +
(3)
¡{R FEx ROW- + ¡{RU x RU- + ¡{RU x ROW- + ¡.{ROW x ROW- + s
где x.. - экспорт/вывоз из страны/региона i в страну/регион j; y. - ВВП страны/ВРП региона i; y. - ВВП страны/ВРП региона j; зависимая переменная выражена в логарифмах и характеризует торговлю между i и j, скорректированную на размер экономик; t - время. Независимые переменные являются фиктивными для каждого экспортёра, импортёра и года: d. - расстояние в километрах между столицами/региональными центрами для i и j; CONT - фиктивные переменные для совместных границ между i и j; RFE - регионы Дальнего Востока России; RU - российскиерегионыбезДальнегоВостока; ROW - зарубежныестраны.Фиктивные переменные: RFE х RFE - для торговли между регионами Дальнего Востока; RFE х RU - для торговли между Дальним Востоком и Россией (остальными российскими регионами); RFE х ROW - для торговли между Дальним Востоком и зарубежными странами. Фиктивные переменные для совместных границ принимают значение, равное единице для торговли между дальнево-
1 В качестве примечания можно отметить, что исходя из размера экономики Магаданская область и Республика Саха (Якутия), вероятно, должны характеризоваться большими стоимостными объёмами торговли. Возможно, в используемойстатистикекакая-точастьторговлинеучитывается.
сточным регионом и его торговым партнёром, ноль - в противном случае. Коэффициенты регрессии, отражающие воздействие эффекта границ: ¡З3 - на торговлю между регионами Дальнего Востока; ¡34 - на торговлю между Дальним Востоком и Россией; ¡35 - на торговлю между Дальним Востоком и зарубежными странами; и т.д. Факторы, которые меняются во времени/ для территориальных объектов, контролируются за счёт включения фиксированных эффектов по времени и по странам/регионам (А). Для получения оценок используются данные Госкомстата и Таможенного управления России, Всемирного банка и ООН для периода 2002-2016 гг. Соответственно, модель (3) оценивается как панельные данные с фиксированными эффектами.
Согласно задаче исследования, интерес представляет количественная оценка тарифного эквивалента трёх эффектов границ: между регионами Дальнего Востока; между Дальним Востоком и Россией (остальными российскими регионами); между Дальним Востоком и зарубежными странами. В итоге, в рамках модели (3) получены коэффициенты регрессии, основываясь на которых был рассчитан тарифный эквивалент эффекта границ для Дальнего Востока (табл. 1).
Таблица 1
Значения коэффициентов регрессии эмпирической модели (3) и тарифный эквивалент эффекта границ для Дальнего Востока России
2002- 2016 2002- ■2009 2010- 2016
Показатели характеристики полученной оценки регрессии тарифный эквивалент эффекта границ, % характеристики полученной оценки регрессии тарифный эквивалент эффекта границ, % характеристики полученной оценки регрессии тарифный эквивалент эффекта границ, %
RFE х RFE -2,631 (0,271) -1,606 (0,417) -2,878 (0,457)
(между регионами Дальнего Востока) 93,04 49,41 105,34
RFE х RU (между Дальним Востоком и остальными регионами России) -3,294 (0,303) 127,85 -3,063 (0,418) 115,06 -3,634 (0,443) 148,06
RFE х ROW (между Дальним Востоком и зарубежьем) -6,603 (0,270) 421,09 -6,527 (0,371) 411,28 -6,780 (0,398) 444,66
lnd (расстояние) -0,004 (0,000) -0,004 (0,000) -0,004 (0,000)
CONT (совместная граница) 0,784 (0,148) 0,824 (0,201) 0,822 (0,217)
Константа -25,197 (0,335) -24,353 (0,497) -26,178 (0,522)
Количество наблюдений 2 456 1 216 1 240
R2 0,65 0,66 0,65
Примечания: 1) р < 0,01; 2) В скобках представлены значения стандартных ошибок; 3) Коэффициенты фиктивных переменных для торговли, не связанной с Дальним Востоком, не приводятся; 4) Тарифный эквивалент эффекта границ рассчитан исходя из значения эластичности замещения (с), равного пяти.
ИГ Л М Е К I С А
. : л,™.- I чЫ-
шч
а-т
На протяжении пятнадцати лет (2002-2016 гг.) в среднем эффект границ между регионами Дальнего Востока, выраженный в тарифном эквиваленте, был меньше, чем с отечественным и зарубежным рынками в 1,4 и 4,5 раза соответственно. Наличие меньших барьеров торговли между дальневосточными регионами, а также макрорегионом и отечественным рынком объясняется наличием единого экономического пространства. Это подтверждает полученные ранее оценки [2] в том, что меньшие барьеры позволяют торговать Дальнему Востоку с отечественным рынком более интенсивно, чем с зарубежными странами.
Тем не менее, соотнесение полученных эффектов границ для двух периодов - 20022009 гг. и 2010-2016 гг. - свидетельствует о росте барьеров, затрудняющих торговые взаимодействия (в тарифном эквиваленте): между дальневосточными регионами - в 2,1 раза; между макрорегионом и отечественным рынком - в 1,3 раза; между Дальним Востоком и зарубежным рынком - только в 1,1 раза. С этой точки зрения для Дальнего Востока наблюдается процесс нарастания внутренней дезинтеграции в рамках межрегиональных торговых взаимодействий, вероятно, по причине того, что источники расширения внутрирегиональной торговли исчерпываются ввиду узости и специфичности рынка макрорегиона.
Далее, исходя из логики исследования, были оценены эффекты границ для каждого из девяти регионов Дальнего Востока: с каждым дальневосточным регионом (внутри макрорегиона); с остальными российскими регионами; с зарубежными странами. Оценки были осуществлены для двух условных временных периодов: двухтысячные годы (2002-2009 гг.) и 2010-е гг. (2010-2016 гг.).
Полученные оценки показали, что за рассматриваемые полтора десятилетия увеличение торговых барьеров внутри макрорегиона генерируется Приморским краем, Сахалинской областью, Республикой Саха (Якутия), Магаданской областью, ЧАО и ЕАО. Перечисленные регионы за указанный период времени уменьшили интенсивность взаимодействия с внутрирегиональным (дальневосточным) рынком (рис. 5).
250 200 150 100 50 0
.0
го I-
о
го
ц ю о
О к
ш го
о ^
^ о
го
ю
го
X <
го
о о
1=
О <
ш
го
ГО
т
го
о
го ц
ю о к
го ^
о
X
го
о
го
X
го
О ^ го 5
с
о си
о.
о
го ц
ю о к
го ^
о
X
го ч го
о <
:т
12002-2009 гг.
12010-2016 гг.
Рис. 5. Тарифный эквивалент эффекта границ между дальневосточными регионами, % Источник: расчётыжторов.
ИГ Л М Е К I С А
ШайЩв
«РИРн.
/¿Г
: .у./
ешонапистикн
Экоиомрки Хчбавовскогокрая,АмурскойобластииКамлатпногокрая,напроткв, ^ели-чили иваенсивность торчового взаимодействия с внутрирегиональным рынком за счёт торговли нефтепродуктами, энергетическими ресурсами и продукцией пищевой промышленности. Эти тркрегиоиа иКАОхаровгоризовалисьнаименьшикизначениямооК фектогканицсрьш~ рнмиакроркпиноо.
Далее были оценены торговые барьеры между каждым регионом Дальнего Востока и остальными (недальневосточными) российскими регионами (рис. 6).
500 400 300 200 100 0
го
о со
о ^
го ю го X
о
го ц
ю о к
го ^
о
к||
го
О
о
1=
О <
ш
го
О
ГО
т
го
12002-2009 гг.
12010-2016 гг.
Рис. 6. Тарифный эквивалент эффекта границ между регионами Дальнего Востока
и остальными регионами России, %
Источник: расчёты авторов.
Расчёты показали, что снижение интенсивности торговых взаимодействий с остальными российскими регионами наблюдалось для Амурской области, ЕАО и ЧАО. Для Камчатского края эффекты границ в тарифном эквиваленте практически не изменились. Остальные дальневосточные регионы наращивали интенсивность торговых взаимодействий с остальными регионами России. Наименьшие значения эффекта границ с остальным российским рынком имели Сахалинская область и Приморский край, наибольшие - ЧАО и Амурская область.
Рост интенсивности торговых взаимодействий с зарубежным рынком был характерен для большинства дальневосточных регионов (Сахалинская область, Приморский край, Республика Саха (Якутия), Магаданская область, Хабаровский край и ЧАО), что отражается снижением эффекта границ. Наименьшими значениями эффекта границ вполне предсказуемо характеризовались Сахалинская область и Приморский край (рис. 7).
Парадоксально, но для двух приграничных регионов Дальнего Востока - ЕАО и Амурской области - наблюдалось, согласно расчётам, увеличение эффекта границ с зарубежным рынком. Также эти два региона характеризовались наибольшими торговыми барьерами с зарубежными странами по сравнению с другими дальневосточными регионами. Возможно, создание в ближайшем будущем инфраструктуры для взаимодействия с китайским рынком (мосты через реку Амур) будет способствовать росту интенсивности взаимодействий с зарубежным рынком этих приграничных регионов.
иг Л М Е К I С А Ж!
«Г®
.¿^яЗр
/¿Г
: .у./
егионылист ика
1200 1000 800 600 400 200 0
-О
го I-
о
го
ц ю о
О к
СО го
о ^
^ о
го
ю
го
X <
12002-2009 гг.
12010-2016 гг.
Рис. 7. Тарифный эквивалент эффекта границ между регионами Дальнего Востока
г зарубежнымистранами,%
Источник: расчёты авторов.
Таким образом, из девяти дальневосточных регионов только для Хабаровского края наблюдалось сокращение эффекта границ с внутрирегиональным, отечественным и зарубежным рынками. Для ЕАО, наоборот, эффектграницувыличивалсядляаорговлиетремярассматрыве-емьгми видами рдшков .Дляболыяинства регионов ДальнеееВостоке нвблюраетсястеыцение интенсивности торговых взаимодействий с внутрирегионального на внешние рынки (осталь-еые зггииты Роевии изыдобежнвюеарлняЯаПриморвкийырв^Сахаяынвкат облагыр,е^ня1ц^-блика Саха (Якутия), Магаданская область.
В 2010-2016 гг. для ряда дальневосточных регионов (Сахалинская область, Республика Саха (Якутия), Магаданская область и ЧАО1) эффект границ с зарубежным рынком был ниже или сопоставим по сравнению с остальными регионами России. Это означает, что данная группа регионов становится более интегрированной с зарубежным рынком, чем с остальными регионами России. В этом же промежутке времени Приморский край и Сахалинская область показали большую интенсивность торговли с зарубежным рынком, чем с внутрирегиональным. Говоря иначе, у дальневосточных регионов, характеризующихся высокой долей добывающих производств в экономике, а также оторванностью от сухопутных национальных транспортных магистралей, наблюдается постепенное и неизбежное изменение интенсивности внешнеторговых связей в пользу географически близких зарубежных рынков. На этом фоне Приморский край обладает естественным преимуществом ключевого транспортно-ло-гистического центра на Дальнем Востоке, связывающим остальные российские регионы со странами АТР.
1 Возможно, Камчатский край также должен присутствовать в данном списке, поскольку используемая в исследовании статистика внешней торговли не включает в себя внешнеторговый оборот за пределами таможенной границы.
Заключение
Исследование показало, что за полторы декады (2002-2016 гг.) масштаб торговых взаимодействий Дальнего Востока с отечественным и зарубежным рынками значительно вырос, являясь важным источником развития экономики макрорегиона. В среднем за 2002-2016 гг. стоимостной объём торговли Дальнего Востока с зарубежными странами превосходил товарооборот с отечественным рынком на 33,6%, а объёмы внутрирегионального товарооборота уступали товарообороту дальневосточных регионов с остальными регионами России в 1,8 раза.
С 2007 г. масштабы товарооборота Дальнего Востока с зарубежными странами стали стабильно превосходить стоимостные объёмы торговли региона с отечественным рынком. Спрос со стороны зарубежных рынков на дальневосточную продукцию в основном определялся положительной динамикой крупнейших экономик СВА: КНР, Японии и Республики Корея. Характеризующаяся высокими значениями объёмов экспорта углеводородного сырья экономика Сахалинской области формировала тенденцию превышения торговли с зарубежными странами над торговлей с отечественным рынком для всего макрорегиона.
При помощи модифицированной гравитационной модели на основе приведённых к сопоставимому виду, собранных воедино разрозненных статистических данных был оценен тарифный эквивалент торговых барьеров для Дальнего Востока в целом и для каждого из девяти дальневосточных регионов. В соответствии с оценками, на протяжении полутора десятилетий в среднем торговые барьеры между регионами Дальнего Востока (внутрирегиональный рынок) были меньше, чем с отечественным и зарубежным рынками в 1,4 и 4,5 раза соответственно, что объясняется наличием единого экономического пространства и, возможно, проявлением эффекта «домашнего рынка». Это указывает на то, что макрорегион торгует более интенсивно с отечественным рынком, чем с зарубежными странами. Тем не менее, оценка динамики полученных торговых барьеров указала на их рост в тарифном эквиваленте для 2000-2016 гг. по сравнению с 2002-2009 гг.: между дальневосточными регионами - в 2,1 раза; между макрорегионом и отечественным рынком - в 1,3 раза; между Дальним Востоком и зарубежным рынком -в 1,1 раза. С этой точки зрения в макрорегионе наблюдается скорее нарастающий процесс внутренней дезинтеграции торговых взаимодействий.
Оценки торговых барьеров для каждого региона Дальнего Востока указали на то, что за рассматриваемые полтора десятилетия увеличение торговых барьеров внутри макрорегиона генерируется Приморским краем, Сахалинской областью, Республикой Саха (Якутия), Магаданской областью, ЧАО и ЕАО, которые уменьшают интенсивность взаимодействия с внутрирегиональным рынком. В соответствии с расчётами, снижение интенсивности торговых взаимодействий с остальными российскими регионами наблюдалось в Амурской области, ЕАО и ЧАО. Наименьшие значения эффекта границ с остальным российским рынком имели Сахалинская область и Приморский край, наибольшие - ЧАО и Амурская область. Рост интенсивности торговых взаимодействий с зарубежным рынком был свойственен для большинства дальневосточных регионов.
За полтора десятилетия из всех дальневосточных регионов только для Хабаровского края было свойственно сокращение торговых барьеров с внутрирегиональным, отечественным и зарубежным рынками, а для ЕАО, наоборот, их увеличение. Для большинства регионов Дальнего Востока стало наблюдаться смещение интенсивности торговых взаимодействий с внутрирегионального на внешние рынки (остальные регионы России и зарубежные страны). В 2010-2016 гг. в дальневосточных регионах, характеризующихся высокой долей добывающих производств в экономике, а также оторванностью от сухопутных национальных транспортных
магистралей, наблюдалось постепенное и неизбежное изменение интенсивности внешнеторговых связей в пользу географически близких зарубежных рынков.
По мнению авторов, дальнейшее исследование подобной проблематики может быть дополнено оценками вклада так называемой «ненаблюдаемой» экономики, а также статистикой торговли услугами, трансфертами из федерального бюджета и другими показателями, которые в неявном виде могут определять интенсивность торгово-экономических взаимодействий.
Список литературы
1. Драпкин И.М., Мариев О.С., Чукавина К.В. Количественная оценка потенциала импорта и экспорта прямых зарубежных инвестиций в российской экономике на основе гравитационного подхода // Журнал Новой экономической ассоциации. 2015. № 4. С. 75-95.
2. Изотов Д.А., Тошков К.И. Оценка торговых барьеров Дальнего Востока России // Регионалистика. 2017. Т. 4. № 5. С. 61-75. DOI: 10.14530/reg.2017.5
3. Каукин А., ИдрисовГ. Гравитационная модель внешней торговли России: случай большой по площади страны с протяженной границей // Экономическая политика. 2013. № 4. С. 133-154.
4. Липин А.С., Полякова О.В. Оценка интеграционных процессов в едином экономическом пространстве на примере торговли товарами // Евразийская экономическая интеграция. 2014. № 1. С. 80-96.
5. Оценка экономических эффектов отмены нетарифных барьеров в ЕАЭС. URL: http://www. eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/developDocs/Documents/EAEU_estims. pdf (дата обращения: 07.11.2018).
6. РыжоваН.П. Экономическая интеграция приграничных регионов. Хабаровск: ИЭИ ДВО РАН, 2013. 352 с.
7. Экономическое сотрудничество Дальнего Востока России и стран Азиатско-Тихоокеанского региона / отв. ред. П.А. Минакир. Хабаровск: РИОТИП, 2007. 208 с.
8. Ясеновская И.В. Межрегиональные взаимодействия субъектов Федерации в Дальневосточном районе. Хабаровск: РИЦ ХГАЭП, 2006. 124 с.
9. Anderson J.A. A Theoretical Foundation for the Gravity Equation // American Economic Review. 1979. Vol. 69. № 1. Pp. 106-116.
10. Anderson J.A., Van Wincoop E. Gravity with Gravitas: A Solution to the Border Puzzle // American Economic Review. 2003. Vol. 93. № 1. Pp. 170-192.
11. Atif R.M., Liu H., HaiderM. Pakistan's Agricultural Exports, Determinants and Its Potential: An Application of Stochastic Frontier Gravity Model // The Journal of International Trade & Economic Development. 2017. Vol. 26. № 3. Pp. 257-276. DOI: 10.1080/09638199.2016.1243724
12. Caporale G.M., Sova A., Sova R. Trade Flows and Trade Specialization: The Case of China // China Economic Review. 2015. Vol. 34. Pp. 261-273. DOI: 10.1016/j.chieco.2015.03.010
13. Daumal M, Zignago S. Border Effects of Brazilian States. URL: http://cepii.fr/PDF_PUB/wp/2008/ wp2008-11.pdf (дата обращения: 07.11.2018).
14. Goodwin T.K., Pierola Castro M.D. Export Competitiveness: Why Domestic Market Competition Matters. URL: http://documents.worldbank.org/curated/en/432141468189538318/Export-competitiveness-Why-Domestic-Market-Competition-Matters (дата обращения: 07.11.2018).
15. Guilhoto J., Siroën J.-M., YucerA. The Gravity Model, Global Value Chain and the Brazilian States. URL: http://en.ird.fr/content/view/full/196848 (дата обращения: 07.11.2018).
16. Head K., Ries J. Increasing Returns versus National Product Differentiation as an Explanation for the Pattern of U.S.-Canada Trade // American Economic Review. 2001. Vol. 91. № 4. Pp. 858-876.
17. Kee H.L., Nicita A., OlarreagaM. Estimating Trade Restrictiveness Indices // The Economic Journal. 2009. Vol. 119. № 534. Pp. 172-199.
18. LissovolikB., Lissovolik Y Russia and the WTO: The «Gravity» of Outsider Status. URL: https://www.imf. org/external/pubs/ft/wp/2004/wp04159.pdf (дата обращения: 07.11.2018).
19. McCallum J. National Borders Matter: Canada-U.S. Regional Trade Patterns // American Economic Review. 1995. Vol. 85. № 3. Pp. 615-623.
20.MiroudotS., Pinali E., SauterN. The Impact of Pro-Competitive Reforms on Trade in Developing Countries. OECD Trade Policy Papers, No. 54. Paris: OECD Publishing, 2007. 80 p. DOI: 10.1787/147131508107
21. Tinbergen J. Shaping the World Economy: Suggestions for an International Economic Policy. New York: Twentieth Century Fund, 1962. 330 p.
References
1. Drapkin I.M., Mariev O.S., Chukavina K.V. Inflow and Outflow Potentials of Foreign Direct Investment in the Russian Economy: Numerical Estimation Based on the Gravity Approach. Zhurnal Novoy ekonomicheskoy assotsiatsii [The Journal of the New Economic Association]. 2015. No. 4. Pp. 75-95. (In Russian)
2. Izotov D.A., Tochkov K.I. Assessment of Trade Barriers of Russian Far East. Regionalistica [Regionalistics]. 2017. Vol. 4. No.5. Pp. 61-75. DOI: 10.14530/reg.2017.5 (In Russian)
3. Kaukin A., Idrisov G. The Gravity Model of Russian Foreign Trade: Case of a Country with Large Area and Long Border. Economicheskayapolitika [Economic Policy]. 2013. No. 4. Pp. 133-154. (In Russian)
4. Lipin A., Polyakova O. Integration Processes Assessment at the Single Economic Space by the Example of Trade. Evraziiskaya ekonomicheskaya integraciya [Journal of Eurasian Economic Integration]. 2014. No. 1. Pp. 80-96. (In Russian)
5. Evaluation of Economic Effects Resulting from the Elimination of Non-Tariff Barriers in the EAEU. Available at: http://www.eurasiancommission.org/ru/act/integr_i_makroec/dep_makroec_pol/developDocs/Documents/ EAEU_estims.pdf (accessed 7 November 2018). (In Russian)
6. Ryzhova N.P. Economic Integration of Border Regions. Khabarovsk, 2013. 352 p. (In Russian)
7. Economic Cooperation between the Russian Far East and Asia-Pacific Countries. Ed. by P.A. Minakir. Khabarovsk, 2007. 208 p. (In Russian)
8. Yasenovskaya I.V. Interregional Interaction of the Subjects of Federation in the Russian Far East. Khabarovsk, 2006. 124 p. (In Russian)
9. Anderson J.A. A Theoretical Foundation for the Gravity Equation. American Economic Review. 1979. Vol. 69. No. 1. Pp. 106-116.
10. Anderson J.A., Van Wincoop E. Gravity with Gravitas: A Solution to the Border Puzzle. American Economic Review. 2003. Vol. 93. No. 1. Pp. 170-192.
11. Atif R.M., Liu H., Haider M. Pakistan's Agricultural Exports, Determinants and Its Potential: An Application of Stochastic Frontier Gravity Model. The Journal of International Trade & Economic Development. 2017. Vol. 26. No. 3. Pp. 257-276. DOI: 10.1080/09638199.2016.1243724
12. Caporale G.M., Sova A., Sova R. Trade Flows and Trade Specialization: The Case of China. China Economic Review. 2015. Vol. 34. Pp. 261-273. DOI: 10.1016/j.chieco.2015.03.010
13. Daumal M., Zignago S. Border Effects of Brazilian States. Available at: http://cepii.fr/PDF_PUB/wp/2008/ wp2008-11.pdf (accessed 7 November 2018).
14. Goodwin T.K., Pierola Castro M.D. Export Competitiveness: Why Domestic Market Competition Matters. Available at: http://documents.worldbank.org/curated/en/432141468189538318/Export-competitiveness-Why-Domestic-Market-Competition-Matters (accessed 7 November 2018).
15. Guilhoto J., Siroen J.-M., Yücer A. The Gravity Model, Global Value Chain and the Brazilian States. Available at: http://en.ird.fr/content/view/full/196848 (accessed 7 November 2018).
16. Head K., Ries J. Increasing Returns versus National Product Differentiation as an Explanation for the Pattern of U.S.-Canada Trade. American Economic Review. 2001. Vol. 91. No. 4. Pp. 858-876.
17. Kee H.L., Nicita A., Olarreaga M. Estimating Trade Restrictiveness Indices. The Economic Journal. 2009. Vol. 119. No. 534. Pp. 172-199.
18. Lissovolik B., Lissovolik Y. Russia and the WTO: The «Gravity» of Outsider Status. Available at: https:// www.imf.org/external/pubs/ft/wp/2004/wp04159.pdf (accessed 7 November 2018).
19. McCallum J. National Borders Matter: Canada-U.S. Regional Trade Patterns. American Economic Review. 1995. Vol. 85. No. 3. Pp. 615-623.
20. Miroudot S., Pinali E., Sauter N. The Impact of Pro-Competitive Reforms on Trade in Developing Countries. OECD Trade Policy Papers, No. 54. Paris: OECD Publishing, 2007. 80 p. DOI: 10.1787/147131508107
21. Tinbergen J. Shaping the World Economy: Suggestions for an International Economic Policy. New York: Twentieth Century Fund, 1962. 330 p.
■ ■ ■
Для цитирования:
Изотов Д.А., Тошков К.И. Сравнительная оценка внутрирегиональных и внешних торговых взаимодействий Дальнего Востока России // Регионалистика. 2018. Т. 5. № 6. С. 37-52. DOI: 10.14530/reg.2018.6.37
For citing:
Izotov D.A., Tochkov K.I., Comparative Assessment of the Internal and External Trading Interactions of the Far East of Russia. Regionalistica [Regionalistics]. 2018. Vol. 5. No. 6. Pp. 37-52. DOI:
10.14530/reg.2018.6.37 (In Russian) ■ ■ ■