Игнатьев Михаил Евгеньевич
Специальная методология для установления криминалистической причинности
В настоящей публикации рассматриваются вопросы криминалистической специальной методологии, связанной с особенностями установления причинно-следственной связи между элементами механизма преступления. Особое внимание обращается на методы анализа процесса отражения и систему индуктивных методов, которые на основе соответствия взаимодействия с дедукцией способствуют познанию в процессе расследования криминалистической причинности.
Ключевые слова: криминалистика, криминалистическая причинность, индуктивные методы, расследование преступлений, механизм преступления.
A special methodology for establishment of crime causation
This publication deals with the issues of forensic special methodology related to the peculiarities of establishing a causal relationship between the elements of the mechanism of crime. Particular attention is drawn to the methods of reflection analysis and the system of inductive methods, which, based on the correspondence of interaction with deduction, contribute to the knowledge in the process of investigation of criminalistics causality.
Key words: criminalistics, forensic causation, inductive methods, investigation of crimes, mechanism of the crime.
В своей статье «Основы методологии установления причинно-следственных связей в криминалистике», опубликованной в предыдущем номере журнала, мы рассмотрели возможности использования пространственно-временного континуума, временного отношения и субстанциональных связей в качестве методов установления криминалистической причинности в расследовании преступлений.
При всей своей актуальности и эффективности для расследования преступления эти методы как часть соответствующей методологии все же в некоторой степени носят вероятностный характер, т.е. они не позволяют достоверно установить (либо исключить) факт причинения последствий определенным лицом посредством произведенных действий.
В отличие от этих методов анализ процесса отражения (следообразования) представляется наиболее эффективным методом позитивного установления причинности явлений при контактном взаимодействии единичных материальных объектов. Практическая реализация этого метода всегда способна обеспечить достоверное и однозначное установление непосредственной причины в форме действия единичного конкретного материального объекта и лица.
Практика расследования преступлений свидетельствует о том, что в системе расследования методы крайне редко реализуются без
взаимосвязи с другими методами, т.е. используются в рамках ситуационно определенной методологии. На наш взгляд, установление причинно-следственных связей в процессе расследования преступлений всегда требует от следователя осмысленных действий, подкрепленных определенной методологией, т.е. логично выстроенной системой криминалистических методов.
Та же практика в системе этих методов отдает приоритет индуктивным методам1, «идущим от наблюдений единичных явлений к формированию общей гипотезы (версии) и модели исследуемого события» [1, с. 568]. Причинно-следственная связь в указанных версиях и моделях является элементом интегрального характера.
Вместе с тем методология науки учит, что формально-логические приемы не могут быть реализованы обособленно, их эффективная реализация возможна исключительно во взаимосвязи. В данном случае это означает, что индукция тесным образом связана с таким логическим приемом, как дедукция, познавательные особенности которой эффективно реализуются в практике расследования преступлений. Так, когда в соответствии с логическими выводами расследование сталкивается с исчерпывающим перечнем возможных причин определенного явления (предмета, процесса),
1 Данные методы и их прикладное значение известно 94,7% опрошенных сотрудников правоохранительных органов.
88
единственно правильная, истинная причина должна быть определена посредством использования метода исключения.
Версионный метод исследования причинной связи и исследование с этой же целью модели события преступления представляются одними из важных способов установления отношений между причиной и следствием2. В криминалистике и версионный метод, и моделирование достаточно хорошо разработаны и объяснены как на теоретическом, так и на практическом уровне.
Вместе с тем для целей настоящей публикации особое значение имеет понятие интегральной версии и модели события преступления, о которых писал еще Г.В. Арцишевский [2], отмечая, что это понятие опирается на все установленные фактические данные и все их непротиворечиво объясняет.
Исследуя понятие интегральной версии, В.Я. Колдин обоснованно назвал его «стратегией исследовательского процесса» и логической основой систематизации фактических данных, на которых основываются частные версии следователя и его процессуальные и тактические решения [3, с. 67].
Интегральная следственная версия, одним из предназначений которой является установление причинности определенных явлений, предметов и процессов, может быть реализована в практике расследования преступлений не сама по себе, а на основе определенного алгоритма ситуационно обусловленной деятельности следователя, отраженной определенной структурой системы элементов.
Всегда эта реализация в качестве основы имеет определенную исходную информацию, которой располагает следователь, анализируя данные, первоначально установленные следственным или полученные оперативно-розыскным путем. Эти данные достоверно указывают на факт преступного события и позволяют оценить ситуацию расследования (доследственную, следственную) с тем, чтобы провести определенную ориентировку общего характера относительно принятия первоначальных решений.
Расследование преступлений практически всегда предполагает наличие видимых следов - последствий содеянного, доказательств, которые указывают на противоправный характер совершенного деяния. Для того, чтобы эти следы-последствия стали «говорить» о преступлении, они должны быть таким образом
2 Ведущая роль версии как метода для установления причинно-следственных связей в процессе расследования преступлений среди других методов выделили 97,8% опрошенных сотрудников правоохранительных органов, 2,2% затруднились с ответом.
исследованы на основе использования криминалистических способов и средств, чтобы их содержательная составляющая процессуальной фиксации соответствовала качествам процессуального доказательства. Однако прежде чем это произойдет, исследование видимых следов-последствий преступления должно протекать в ключе установления их вероятностных причинно-следственных умозрительных (требующих проверки криминалистическими и процессуальными средствами на основе проверки следственной версии) связей с событием преступления.
Для реализации этих целей на основе криминалистически значимой информации (исходная информация + видимые следы-последствия) следователь должен выстроить мысленную модель динамики развития причинности события, которая привела к наступлению преступного результата. Модель выстраивается на основе общенаучного метода моделирования, в соответствии с правилами реализации этого метода в криминалистической деятельности [4; 5].
Построенная модель является базой для выведения логических следствий, которые в соответствии с известной криминалистически значимой информацией на основе использования логического аппарата будут способствовать выведению оснований, указывающих на определенную возможность действия причины.
Этот путь является, пожалуй, единственно правильным, если не считать решений, которые следователь может принимать интуитивным путем, так как он позволяет решать задачу обнаружения реальных последствий действия причины криминалистическими способами и средствами. Решение этой задачи обеспечивает также возможность установления местонахождения и обнаружения скрытых следов (намеренно или в силу действия определенных объективных и субъективных обстоятельств), а также следов, которые на первоначальном этапе расследования установить, как и исследовать их соответствие причинно-следственным связям, не представилось возможным в связи с «невидимым» расположением.
Интегральная версия, как, собственно, и любая другая версия, представляет собой динамическую систему, которая может корректироваться на всем пути ее следственной проверки в зависимости от ситуации расследования и поступающей криминалистически значимой информации. Это означает, что она может изменяться как содержательно, так и по вектору своего развития.
89
Однако как бы долго не протекал процесс проверки этой версии, он всегда конечен, поскольку следователь, исчерпав криминалистический ресурс проверки, должен сформировать конечный вывод.
Раскрывая достоинства версионного метода, В.Я. Колдин отмечал его гибкость и возможность осуществлять исследование с любой степенью детализации, сохраняя видение общей картины события, а также возможность применять любые логические и технические методы в рамках целостной стратегии исследования.
Эта гибкость может быть достигнута через цикличность исследовательского процесса, которая диалектически развивается по спирали: от наблюдения последствий к построению модели действующей причины. Дальнейший механизм основан на мысленном прослеживании действия причины в реальной обстановке, с корректировкой модели, а скорректированная модель обеспечивает возможность начала нового цикла исследования данных версии. Так, в соответствии с данными судебно-следствен-ной практики действует следователь, осуществляя расследование сложного дорожно-транспортного происшествия, в механизме которого трудно разобраться по данным только осмотра места происшествия. На основе проверки версии проводится необходимый сбор криминалистически значимой информации, в соответствии с чем осуществляются актуальные следственные действия (дополнительный осмотр места происшествия, проверки показаний участников и очевидцев дорожно-транспортного происшествия, следственные эксперименты и пр.), что позволяет следователю корректировать модель происшествия и поэтапно прослеживать его причину, обеспечивая тем самым дальнейшую проверку версии.
При развитии положений методологии установления причинности в криминалистике уже были отмечены отдельные положительные аспекты эксперимента (см. работы Дж. С. Мил-ля, З.М. Соколовского). Не считая эксперимент единственным и универсальным средством установления причинности, мы, тем не менее, не можем принижать его, безусловно, положительное методическое криминалистическое действие для установления отношений «причина - следствия» между явлениями, предметами и процессами, связанными с событием преступления и требующими своего установления посредством расследования.
Криминалистические способы и средства установления причинно-следственных связей
в процессе расследования преступлений нельзя рассматривать обособленно и также обособленно применять в практической деятельности. Эти средства реализуются в зависимости от ситуации расследования, его характера и особенности в системе, которая позволяет решать следователю поставленную им задачу. На этом основании версии и информационные модели в практике расследования реализуются комплексно с различными экспериментальными действиями следователя. Отметим, что достаточно часто версии расследования в криминалистической литературе именуются как «мысленный эксперимент»3, что определяет опытный характер версий, их практическую реализацию на основе многократных проверок и корректировок логических следствий для установления причин явлений. Значение для установления причинно-следственных связей как эксперимента, так и «мысленного эксперимента» отметили 74,9% опрошенных сотрудников правоохранительных органов.
В процессе проверки версий на этапе «обнаружения реальных последствий действия причины, в том числе в виде намеренно скрытых и невидимых следов», следователь имеет реальную возможность для проведения реального эксперимента с целью проверки правильности своих устремлений и корректировки вер-сионной мысленной модели. Этот эксперимент может быть реализован в форме следственного действия, «которое состоит в проведении специальных опытов, испытаний с целью получения новых и проверки имеющихся доказательств» [об этом см.: 6-9] или судебной экспертизы для «определения взаимосвязи, причин и следствий определенных явлений в проверке выдвинутой экспертом версии» [10, с. 187].
Как криминалистический метод исследования он представляет собой способ анализа в установлении определенной причины при конкретных заданных условиях. Раскрывая механизм действия эксперимента как метода, отметим, что условия опыта всегда определяются обстоятельствами проверяемого явления, входящего в содержание интегральной версии. Характер условий всегда варьируется в зави-
3 Мысленный эксперимент в криминалистике можно рассматривать как вид познавательной деятельности следователя, в котором структура реального эксперимента воспроизводится в воображении. Как правило, мысленный эксперимент проводится в рамках некоторой мысленной модели или версии для проверки ее непротиворечивости. При проведении мысленного эксперимента могут обнаружиться противоречия внутренних постулатов модели либо их несовместимость с внешними (по отношению к данной модели) принципами, которые считаются безусловно истинными.
90
симости от тех или иных вариантов, которые определяются условиями и обстоятельствами проверяемой версии. Однако эта проверка всегда имеет максимальное приближение к той или иной проверяемой модели.
В практике проведения следственного эксперимента и экспертного исследования для установления причинности принято использовать индуктивные методы - единственного сходства и единственного различия.
Содержательно характеризуя эти методы, можно отметить, что при использовании первого из них вывод о причине формулируется в соответствии с совпадением в различных случаях наступления исследуемого явления одного и того же обстоятельства, а второго - на совпадении случаев, все обстоятельства которых совпадают, за исключением одного проверяемого обстоятельства, оно предположительно и может быть причиной. Использование второго метода в практике расследования преступлений носит исключительно экспериментальный характер.
Использование обоих методов в расследовании преступлений может быть проиллюстрировано примерами из судебно-следственной практики.
Так, для использования метода единственного сходства всегда актуальным будет пример расследований, связанных с массовым отравлением людей. Отметим, что выводы по методу единственного сходства преимущественно основываются на использовании метода наблюдения, в связи с чем их достоверность носит вероятностный характер.
Для второго индуктивного метода - единственного различия - можно привести любой пример, где необходимо использование условий опыта, т.е. эксперимента на предмет видимости, слышимости, возможности выполнения определенных действий в определенных обстоятельствах, наступления определенного результата и пр.
Получение положительного результата процессуально и криминалистически правильно проведенного следственного эксперимента подтверждает возможность существования определенной причины. При наличии отрицательного результата существование определенной причины отрицается.
Индуктивный метод единственного различия достаточно часто используется в экспертном эксперименте, в особенности при проведении криминалистических экспертиз.
При всей своей привлекательности для использования в следственном и экспертном экспериментах индуктивный метод единственного
различия имеет и определенные проблемы в практической реализации как следователем, так и экспертом в расследовании преступлений. По понятным причинам не представляется возможным в полной мере воссоздать условия конкретного проверяемого события, также отсутствуют возможности объективной оценки результатов его использования в связи с неизбежностью возникновения опытных погрешностей.
Индуктивный метод сопутствующих изменений соответствует тезису: если всякий раз за определенными изменениями одного явления следуют определенные изменения другого явления, то первое явление является причиной (или частью причины второго). Его практическое использование ограничено предметом криминалистической техники и судебной экспертизы. Используется этот метод и в криминалистических научных исследованиях.
Последний из ряда индуктивных методов -метод остатков - применяется при исследовании сложных многоэлементных причин. Про-блемность использования данного метода в практике расследования преступлений основывается на правилах его практической реализации. Они свидетельствуют, что если из сложного явления вычесть ту его часть, которая есть следствие одного обстоятельства, то остаток этого явления должен быть следствием остальных обстоятельств4.
Наиболее красноречиво этот метод характеризуют примеры судебно-следственной практики, связанные с расследованием таких преступлений, обусловленных сложными многоэлементными причинами, как массовые беспорядки, нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных и иных работ, на взрывоопасных объектах, нарушение правил пожарной безопасности.
Правильное употребление в практике расследования преступлений методов для установления криминалистических причинно-следственных связей соответствующих уровней, обусловливающих эту деятельность, восстановление посредством этого криминалистического инструментария целостной динамической цепи причинности, в том числе со связями определенного лица с преступным деянием и его последствиями, способствует объективному установлению причинно-следственной связи в качестве существенного элемента «главного факта» события преступления.
4 Теоретическая характеристика этого и остальных видов индуктивных методов заимствована нами из энциклопедических источников.
91
1. Криминалистика: информационные технологии доказывания: учеб. для вузов /под ред. В.Я. Колдина. М., 2007.
2. Арцишевский Г.В. Выдвижение и проверка следственных версий. М., 1978.
3. Вещественные доказательства: Информационные технологии процессуального доказывания /под общ. ред. В.Я. Колдина. М., 2002.
4. Густов Г. А. Моделирование в работе следователя: учеб. пособие. Ленинград, 1980.
5. Лузгин И.М. Моделирование в расследовании преступлений. М., 1981.
6. Белкин Р. С. Теория и практика следственного эксперимента. М., 1959.
7. Гуковская Н.И. Следственный эксперимент. М., 1958.
8. Белкин Р. С. Сущность экспериментального метода исследования в советском уголовном процессе и криминалистике. М., 1961.
9. Белкин Р. С., Белкин А.Р. Эксперимент в уголовном судопроизводстве: метод. пособие. М., 1997.
10. Белкин Р. С. Эксперимент в следственной, судебной и экспертной практике. М., 1964.
1. Forensic science: evidence information technology: textbook for high schools / ed. by V. Ya. Koldin. Moscow, 2007.
2. Artsishevsky G.V. Nomination and verification of investigative leads. Moscow, 1978.
3. Evidence: Information technology procedure proof/ ed. by V.Ya. Koldin. Moscow, 2002.
4. Gustov G.A. Modeling in the work of the investigator: study aid. Leningrad, 1980.
5. Luzgin I.M. Modeling in the investigation of crimes. Moscow, 1981.
6. Belkin R.S. Theory and practice of investigative experiment. Moscow, 1959.
7. Gukovskaya N.I. Investigative experiment. Moscow, 1958.
8. Belkin R.S. The essence of the experimental method of research in the Soviet criminal process and criminology. Moscow, 1961.
9. Belkin R.S., Belkin A.R. Experiment in criminal proceedings: methodical manual. Moscow, 1997.
10. Belkin R.S. Experiment in investigative, judicial and expert practice. Moscow, 1964.
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ
Игнатьев Михаил Евгеньевич, кандидат юридических наук, доцент кафедры криминалистики Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова; е-mail: mgu.ikomarov@mail.ru
INFORMATION ABOUT AUTHOR
M.E. Ignatyev, Candidate of Law, Assistant Professor of the Chair of Criminalistics of the Moscow State University named after M.V. Lomonosov; e-mail: mgu.ikomarov@mail.ru
92