советский художественный нарратив в пространстве повседневной культуры
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ
| Советский миф как новый художественный нарратив в скульптуре XXI века |
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ
Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена 191186, Российская Федерация, Санкт-Петербург, наб. Реки Мойки, 48
Институт художественного образования Старший преподаватель кафедры искусствоведения и педагогики искусства
Кандидат искусствоведения ORCID: 0000-0002-1311-909X e-mail: fonpodol@gmail.com
СОВЕТСКИМ МИФ КАК НОВЫЙ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ НАРРАТИВ
В СКУЛЬПТУРЕ XXI ВЕКА
В статье исследуется бытование советских образов в скульптурных произведениях авторов, родившихся в 1980-1990-х годах. Опыт художественного осмысления жизни в СССР в советском и российском искусстве не является чем-то новым. Эта тема активно развивалась в произведениях художников-концептуалистов, представителей поп- и соц-арта. Обращение к проблематике жизни в СССР, культурному коду советского человека и его быту в творчестве Ильи Кабакова, Виктора Пивова-рова, Эрика Булатова, Виталия Комара и Александра Меламида кажется вполне естественным, названные выше авторы родились и жили в Советском Союзе, их художественные образы выстроены на непосредственном личном проживании советской повседневности. В рамках данного исследования были рассмотрены произведения Маяны Насы-булловой, арт-группы «Курил что», Ивана Тузова и Александра Закирова, Александра Берзинга, Андрея Сяйлева. Образы советской повседневности в том или ином виде проявляются в творчестве авторов, чей жизненный опыт не отягощен прямым переживанием советской культуры и быта, эти художники не имеют прямого контакта с данным историческим временем, они сталкиваются с различными артефактами этого периода, мифологическим простран-
Р;
(ефлексия над советским прошлым не является чем-то новым для российского искусства. Этот опыт осмысления жизни в СССР активно развивался в произведениях художников концептуалистов, представителей поп- и соц-арта. Обращение к темам осмысле-
ством СССР, порожденным разными формами ностальгии. Переживание этого опыта у молодых авторов рождает новые художественные нарративы. Опираясь на выделенные С. Бойм виды ностальгии, реставрирующую и рефлексирующую, можно определить, что все произведения художников, рассмотренные в статье, представляют собой разные вариации рефлексирующей ностальгии. В статье выделено три основных типа выстраивания нарратива, которые могут иметь пересечения между собой: 1) 70 нарратив поиска места, 2) припоминания, 3) отрицания. Нарративы произведений молодых авторов строятся на осознании временной дистанции между прошлым и настоящим, образы вождей не носят черты реальных исторических личностей, советская повседневность выступает в виде рефлексии детских воспоминаний. При этом, осознавая близость советской эпохи к настоящему времени, авторы стремятся найти место образам прошлого в современной культуре.
Ключевые слова: современное искусство России, советская повседневность, скульптура, концептуализм, артефакт, ностальгия, реставрирующая ностальгия, рефлексирующая ностальгия, нарратив.
ния жизни в СССР, культурному коду советского человека и его быту в творчестве Ильи Кабакова, Виктора Пивоварова, Эрика Булатова, Виталия Комара и Александра Меламида, кажется вполне естественным, эти авторы родились и
| 2 (47) 2022 |
советским художественный нарратив в пространстве повседневной культуры
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ
| Советский миф как новый художественный нарратив в скульптуре XXI века |
жили в Советском Союзе, формировали неофициальную линию развития искусства СССР.
Создание художественного нарратива в творчестве концептуалистов второй половины XX века основано на непосредственном личном проживании советской повседневности. Большинство авторов используют образы-клише советской реальности, которые достаточно легко может понять зритель, имеющий опыт жизни в СССР. Неофициальное искусство создает художественные образы коммунальной квартиры со всем разнообразием ее быта, образы общественных пространств, образы очередей, и т.д. Большинство произведений становятся своеобразными иллюстрациями переживания советской действительности. Так советское неофициальное искусство создало целую систему образов-канонов, к которой все еще продолжают обращаться следующие поколения авторов, имеющих уже совсем иной опыт взаимодействия с культурой СССР.
В центре внимания данного исследования находится творчество художников, родившихся в 1980-1990-х годах, которые в своих произведениях так или иначе обращаются к осмыслению советского мифа. Эти авторы родились либо на излете СССР, либо во время его распада, либо же вовсе его не застали. Здесь возникает вопрос, какое место занимают в творчестве художника образы времени, в котором он не жил. В. А. Спиридонова отмечает, что эти молодые авторы продолжают тему «пе-ресмешнического» концептуализма, но при этом сталкиваются с проблемой собственной безликости, что связано с отсутствием личного опыта переживания советского быта, часто это может приводить к элементарной эксплуатации символов и штампов советского прошлого. Стоит отметить, что исследователь все же заме-
чает, что некоторые авторы находят новый угол зрения на советское прошлое1.
Обращение к данной теме напрямую связано с проявлением различных форм ностальгии, что превращает историческое время в пространство мифотворчества. По сути, авторы, родившиеся в 1980-1890-х годах, не имеют прямого контакта с данным историческим временем, но они сталкиваются с различными артефактами этого периода. Артефакты советского времени могут быть материальными предметами, которых было еще достаточно много в их детстве, а могут быть приметами времени, социальными стереотипами, передающимися от поколения к поколению. Здесь авторы сталкиваются не только с личной памятью, но и с коллективной, рассредоточенной в культурном поле, где находятся различные системы знаков, которые могут существовать опосредованно, а могут формировать социально и культурно значимые смыслы в настоящем.
Для молодых авторов СССР не становится непосредственной частью повседневности, а превращается в своеобразное мифологическое пространство, которое им все же достаточно близко. Это мифологическое пространство, с которым сталкивается новое поколение авторов, рождено разными формами ностальгии.
С. Ю. Бойм в исследовании «Будущее ностальгии» отмечает, что ностальгия касается отношений между частной биографией и биографией сообществ, между личной и коллективной памятью, автор выделяет две тенденции
1 Спиридонова, В. А. Образ Ленина: традиции «пе-ресмешничества» или новый взгляд? // Новое искус-
ствознание. - 2021. - № 3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obraz-lenina-traditsii-peresmeshnichestva-ili-novyy-vzglyad (дата обращения: 10.04.2022).
| 2 (47) 2022 |
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ | Советский миф как новый художественный
ностальгии - реставрирующую и рефлексирующую.
Реставрирующая ностальгия отличается утопичностью, направлена на возвращение к истокам, воплощает желание воссоздать утраченное прошлое. Смысловой акцент реставрирующей ностальгии находится на первой части слова «ностос» (от греч. «возвращение на родину»). Важной отличительной чертой реставрирующей ностальгии является то, что она считает себя не ностальгией, а истиной, «возвращением к первоначальному стазису».2
В свою очередь рефлексирующая ностальгия концентрирует свое внимание на размышлении об историческом и индивидуальном времени. Для данной формы ностальгии становится принципиально важным процесс созерцания прошлого с осознанием невозможности его воссоздания. Здесь основным инструментом становится ирония, которая соединяет оптику прошлого и настоящего времени. Это позволяет не отождествлять прошлое с новыми конструкциями. Ирония, свойственная рефлексирующей ностальгии, выделяет символы ушедней эпохи, соединяет их и создает единое смысловое пространство в современных условиях.
С. Ю. Бойм отмечает, что оба вида ностальгии могут пересекаться в базовых положениях, но они будут иметь принципиально разные нарративы. Автор выделяет следующие различия: «если реставрирующая ностальгия заканчивается воссозданием символов и ритуалов дома и родины в попытке завоевать и «опространствить время», рефлексирующая ностальгия склонна лелеять разрозненные осколки памяти и «овременять пространство. Реставрирующая ностальгия воспринимает себя серьез-
нарратив в скульптуре XXI века |
но. Рефлексирующая ностальгия, напротив, может быть иронической и юмористической»3.
В. А. Спиридонова, исследуя бытование образа Ленина в современном искусстве, предлагает понятие «постперестроечное ностальгическое мифотворчество». Автор отмечает: «нам представляется, что при несомненном продолжении линии постмодернистского формотворчества в работах некоторых молодых художников наблюдается новый угол зрения на ленини-ану, прежде всего - как части своего личного прошлого и опыта, пришедшегося на период конца 1990-х - начала 2000-х гг. Подобное обращение к собственной памяти как части памяти определенного поколения не только способствует формированию личной идентичности художников, но концептуально выводит их произведения за рамки «пересмешнической» традиции и маркирует новое мировоззрение»4. 72
В центре внимания данной статьи находятся произведения художников, затрагивающие советское прошлое в скульптурных формах. Советское символическое наследие, воплощенное в скульптуре, масштабно. Памятники вождям, многочисленные бюсты, скульптурные рельефы в метрополитене хотя и являются наследием прошлого, органично сосуществуют с современной реальностью. Кроме того, сама скульптура как вид искусства занимала особое место в конструировании советской идеологии. Как отмечает Д. Е. Москвин: «Россия оказалась, наверное, единственной посттоталитарной
2 Бойм, С. Ю. Будущее ностальгии [пер. с англ., предисл. А. Стругача]. - М.: Новое литературное обозрение, 2019. - С. 131.
3 Бойм, С. Ю. Будущее ностальгии [пер. с англ., предисл. А. Стругача]. - М.: Новое литературное обозрение, 2019. - С. 133.
4 Спиридонова, В. А. Образ Ленина: традиции «пе-
ресмешничества» или новый взгляд? // Новое искусствознание. - 2021. - № 3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obraz-lenina-traditsii-peresmeshnichestva-ili-novyy-vzglyad (дата обращения: 10.04.2022).
| 2 (47) 2022 |
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ | Советский миф как новый художественный
страной, настолько полно сохранившей символы официально отвергнутого прошлого», анализируя бытование образа Ленина, автор отмечает, что именно скульптурные образы вождя «продолжают формировать символическое пространство, вероятно, почти во всех населенных пунктах России»5.
Рассматривая произведения молодых авторов, обращающихся к советским образам в своем творчестве, можно выделить три основных типа выстраивания нарратива. Сразу же стоит сказать, что выделенные типы не имеют строго заданных границ, могут иметь пересечения между собой.
Первым типом, который можно выделить, является нарратив поиска места. С одной стороны, молодые авторы ясно осознают дистанцию между прошлым и настоящим, с другой стороны, - ощущают определенную связь с советским временем. Эта двойственность приводит к тому, что авторы стремятся найти место символам прошлого, утратившим свое былое значение, в настоящем. Данный тип нарратива становится магистральной линией в творчестве авторов, родившихся в 1980-1990-х годах.
В качестве примера выстраивания данного варианта нарратива можно привести творчество Маяны Насыбулловой. В своих работах автор соединяет знаковые символы советского прошлого и современной России, создавая небольшие скульптурные формы.
Среди работ автора можно выделить объект «Уточка-неваляшка» (2017), соединяющий в себе знакомую многим советскую игрушку-неваляшку с одним из символов про-тестных акций 2017 года, или же работу «Миш-
5 Москвин, Д. Е. «Долгая лениниана»: эволюция образа Ленина в отечественной визуальной культуре // Символическая политика: сб. науч. тр. - М.: ИНИ-ОН РАН, 2014. - С. 142.
нарратив в скульптуре XXI века |
ка в маске» (2020), соединяющую узнаваемую фигурку мишки - талисмана Олимпиады 1980, и медицинской маски, которая стала своеобразным знаком пандемии коронавируса.
Рис. 1. Маяна Насыбуллова. Мишка в маске, 2020. Гипс, глина. URL: https://vk.com/lenin_for_you.
Образ Ленина занимает особое место в творчестве Маяны Насыбулловой. В одном из интервью художнице задают вопрос: «Вы не помните советской действительности, не застали Советского Союза. В школе вам не рассказывали обязательные истории о Владимире Ильиче. Почему вас привлекает образ Ленина?», на что автор отвечает: «Ошибаетесь. /.../ Такие вещи не заканчиваются вместе с государством. Поколение, родившееся после СССР, пропускает это через себя»6.
В работе «Ленин-кашпо» (2019-2020) автор делает из скульптурных голов вождя кашпо, в которые помещает кактусы, в проекте
6 Павельева, Л. Маяна Насыбуллова о проекте «Ленин для души». Svoboda.ru: радио Сибирь. URL: https://www.svoboda.Org/a/28519911.html (дата обращения: 19.04.2022)
73
| 2 (47)2022 |
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ
| Советский миф как новый художественный нарратив в скульптуре XXI века |
«Lenin tools» (2020) соединяет классический узнаваемый образ Ленина с различными инструментами: плоскогубцами, ножами, резаками и т.д. Образ В. И. Ленина становится самым главным в творчестве художника, автор стремится найти место потерявшей актуальность фигуре в современном мире. Для Маяны Насы-булловой фигура Ленина не ощущается как реальная историческая личность, этот образ становится своеобразной версией советской матрешки, яркого шаблонного символа ушедшей культуры, в своих работах автор определенным образом продолжает линию поп- и соц-арта.
Рис. 2. Маяна Насыбуллова. Ленин-кашпо, 20192020. Гипс, эпоксидная смола, кактусы, грунт. URL: https ://vk.com/lenin_for_you.
Среди других примеров можно выделить проект арт-группы «Курил Что», реализованный в Музее уличного искусства в рамках выставки «Праздник к нам приходит». Выставочный проект был приурочен к столетию Октябрьской революции 1917 года. В рамках проекта «Эрмитаж наш», художники раскрасили фасад одного из промышленных зданий территории музея, превратив его в Зимний дворец. Вместо Александровской колонны авторы поставили перед импровизированным Эрмитажем скульптуру Ленина, что вполне символично, учитывая то, что взятие Зимнего дворца стало
одним из самых значимых революционных событий. В работе «Эрмитаж наш» скульптура Ленина отчасти теряет свои первоначальные художественные свойства, становится найденным объектом (данная скульптура действительно была найдена на одном из заводов). Кроме того, сама скульптурная форма здесь теряет черты самоценного произведения, становится частью инсталляции. Как отмечает Д. Е. Москвин, образ Ленина для молодых поколений присутствует, чтобы заполнять пустоту, Ленин становится оксюмороном XXI века: «он может стоять у проходной завода, но указывать направление в сторону спальных кварталов; его голова, словно наглядное пособие по пользованию гильотиной, может быть размещена у периферийной средней школы; Ленин может решительно «выходить» из психоневрологического диспансера (реальное композиционное скульптурное решение в одном из районов Екатеринбурга) - он лишний по смыслу и исторической логике, но он остается и встраивается в воспринимаемое как повседневное
" 7
пространство российского человека»7.
Так нарратив поиска места символам ушедшей эпохи становится ведущей линией в работах молодых авторов, обращающихся к теме советского мира в своем творчестве. Осознавая бесполезность этих символов, утрату их изначальных смыслов, но чувствуя их символическую близость к настоящему, молодые художники стремятся к включению этих символов в современный контекст.
Вторым типом нарратива в творчестве молодых российских авторов является нарратив припоминания. Столкновение со многими обра-
74
7 Москвин, Д. Е. «Долгая лениниана»: эволюция образа Ленина в отечественной визуальной культуре // Символическая политика: сб. науч. тр. - М.: ИНИ-ОН РАН, 2014. - С. 142.
| 2 (47)2022 |
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ | Советский миф как новый художественный
зами, приметами советской повседневности в детстве становится материалом для творческой рефлексии.
Продолжая рассматривать образы советского времени в творчестве молодых авторов вновь нужно обратиться к фигуре В. И Ленина. Образ вождя мирового пролетариата действительно занимает отдельное место в творчестве молодых художников, сталкивающихся с ним в детстве, в старых книжных рассказах, в азбуке и т. д. Чаще всего фигура Ленина не осмысляется авторами как действительная исторически значимая личность, образ вождя более похож на мем, некий штамп ушедшей эпохи, но этот штамп не становится откровенно пустым, наоборот, он может быть наполнен личными воспоминаниями.
Иван Тузов, родившийся в 1984 году, вспоминая о своем детском опыте прикосновения к советскому мифу, замечает: «ребенком я еще застал политическую пропаганду...в детском саду нам рассказывали, какой Ленин хороший, и некоторые дети плакали от этого. И я тоже. И Ленин был как Дедушка Мороз для меня тогда, очень добрый»8.
Пиксельные образы Ленина в творчестве Ивана Тузова, действительно, не имеют практически ничего общего с личностью вождя, фигуры напоминают компьютерные игры 80-90-х годов прошлого века, что делает Ленина более похожим на персонажа Марио из одноименной компьютерной игры 1981 года, чем на значимую историческую фигуру.
Так появляется совместный проект Ивана Тузова и Александра Закирова, представляющий собой пиксельный памятник Ленину,
8 Быкова, А. Портрет художника в юности: Иван Тузов. Аroundart.org:
http: //aroundart .org/2013/10/31/portret-hudoj nika-tuzov/ (дата обращения: 23.04.2022)
нарратив в скульптуре XXI века |
установленный в Красноярске в 2017 году у бывшего музея Ленина, где на данный момент располагается музейный центр современного искусства «Площадь мира». Фигура Ленина в каноничной позе с поднятой вверх правой рукой, состоящая из пикселей, совершенно не вызывает ассоциации с решительным и волевым образом вождя мирового пролетариата. Пиксельная фигура Ленина, сделанная из гофрокартона, кажется доброй и смешной, а поднятая вверх рука выглядит не как жест героического призыва, а как приветствие близкого друга.
Если в работах предыдущих авторов явно прослеживается попытка осмыслить советское прошлое с помощью юмора и иронии, включить штампы ушедшей эпохи в современный контекст, то у других авторов образ советского мифа воплощается в его отрицании.
Нарратив отрицания тесно связан с по- 75 пыткой включения прошлого в современный контекст, с поиском места для прошлого в настоящем. Но, если произведения, которые были рассмотрены ранее, все же, находили место образам ушедшей эпохи в современной культуре, то нарратив отрицания строится на отказе от этого прошлого, на осмыслении бесполезности его символов в настоящем.
Здесь можно выделить инсталляцию Александра Берзинга «Контакт» (2017), представляющую собой дымящийся мусорный контейнер, внутри которого находятся бюсты Энгельса, Маркса и других исторических фигур, имевших в прошлом огромное влияние на построение системы жизни общества, но ныне забытых, отправленных художником на «свалку истории».
К нарративу отрицания также можно отнести проект Андрея Сяйлева «Всемирная история» (2014). Инсталляция представляет собой кирпичи, выставленные в ряд, имитирующие
| 2 (47) 2022 |
Ксения Сергеевна ПОДОЛЬСКАЯ | Советский миф как новый художественный
старые советские книги на полке, на каждом кирпиче с помощью гравировки с элементами сусального золота сделаны надписи «Всемирная история», указан том. Годом ранее автор сделал аналогичный проект, посвященный полному собранию сочинений В. И. Ленина. Важно отметить, что в обоих проектах художник использует не современные кирпичи, а старые, которые ранее были использованы в строительстве, кирпичи, имеющие свою собственную историю.
Рис. 3. Андрей Сяйлев. Всемирная история, 2014. Кирпич, гравировка, сусальное золото. URL: http://ru.syaylev.com/.
С одной стороны, перед зрителем воплощается одна и та же модель книги, но при этом каждый отдельно взятый кирпич имеет собственную уникальную фактуру, собственный характер временной деформации. Так в проекте воплощается сама идея «всемирной истории», коллективного прошлого. Но возникает вопрос, какое значение у этого прошлого, ведь, именно словом «кирпич» чаще всего называют большие, но совершенно ненужные книги, занимающие пространство на старой книжной полке, эти «кирпичи» уже никто не откроет и не прочтет.
нарратив в скульптуре XXI века |
Опираясь на выделенные С. Ю. Бойм виды ностальгии, реставрирующую и рефлексирующую, можно определить, что все произведения художников, рассмотренные в данной статье, представляют собой разные вариации рефлексирующей ностальгии. Художники не стремятся реставрировать прошлое, вернуться в некий «коллективный дом». Нарративы данных произведений строятся на осознании временной дистанции между прошлым и настоящим, образы вождей не носят черты реальных исторических личностей, советская повседневность выступает в виде рефлексии детских воспоминаний. При этом, осознавая близость советской эпохи к настоящему, авторы стремятся найти место образам прошлого в современной культуре.
Список литературы
Спиридонова, В. А. Образ Ленина: традиции «пере-смешничества» или новый взгляд? // Новое искусствознание. - 2021. - № 3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obraz-lenina-traditsii-peresmeshnichestva-ili-novyy-vzglyad (дата обращения: 10.04.2022).
Бойм, С. Ю. Будущее ностальгии [пер. с англ., пре-дисл. А. Стругача]. - М: Новое литературное обозрение, 2019. - 671 с.
Москвин, Д. Е. «Долгая лениниада»: эволюция образа Ленина в отечественной визуальной культуре // Символическая политика: сб. науч. тр. - М.: ИНИ-ОН РАН, 2014. - С. 128-145.
Павельева, Л. Маяна Насыбуллова о проекте «Ленин для души». Svoboda.ru: радио Сибирь. URL: https://www.svoboda.Org/a/28519911.html (дата обращения: 19.04.2022)
Быкова, А. Портрет художника в юности: Иван Тузов. Аroundart. org.: http:// aroundart. org/2013/10/31/portret-hudojnika-tuzov/ (дата обращения: 23.04.2022).
76
| 2 (47) 2022 |
SOVIET EVERYDAY CULTURE AS A NEW NARRATIVE
Ksenya S. PODOLSKAYA
| Images of Soviet Culture in Modern Sculpture Forms |
Ksenya S. PODOLSKAYA
Herzen State Pedagogical University of Russia 48 emb. Rivers Moika, Saint-Petersburg, 191186, Russian Federation
Institute of Art Education Senior Lecturer, the department of Art History and Pedagogy of Art
Ph.D. in History of Arts ORCID: 0000-0003-2569-8559 e-mail: voropaevamuseum@gmail. com
IMAGES OF SOVIET CULTURE IN MODERN SCULPTURE FORMS
The article is devoted to existence of Soviet images in the sculptural artworks of authors, who were born in the 1980s-1990s. The experience of artistic comprehension of life in the USSR in Soviet and Russian art is nothing new. This topic has been actively developed and continues to do so in the works of conceptual artists, representatives of pop art and social art. Appeal to the problems of life in the USSR, the cultural code of a soviet person and his life in the artworks of Ilya Kabakov, Viktor Pivovarov, Eric Bulatov, Vitaly Komar and Alexander Melamid seems quite natural, these authors were born and lived in the Soviet Union, their artistic images are built on direct personal experience of Soviet everyday life. Within the framework of this study, the artworks of Mayana Nasybullova, the art group «Kuril chto» (Smoked what), Ivan Tuzov and Alexander Zakirov, Alexander Berzing, Andrey Syailev were considered. The images of Soviet everyday life in one form or another appear in the works of authors whose life experience is not burdened by the direct experience of Soviet culture and life, these artists do not have direct contact with this historical time, they are
faced with various artifacts of this period, the mythological space of the USSR generated by different forms of nostalgia. The experience of this experience in young authors gives rise to new artistic narratives. Based on the types of nostalgia identified by S. Boim, restorative and reflective, it can be determined that all the works of artists considered in the article are different variations of reflective nostalgia. The article highlights three main types of narrative building, which may have intersections with each other: 1) place-finding narrative, 2) narrative recollection, 3) narrative of negation. The narra- ]]_ tives of the artworks of young authors are based on the awareness of the temporal distance between the past and the present, the images of leaders do not bear the features of real historical figures, Soviet everyday life appears as a reflection of childhood memories. At the same time, realizing the closeness of the Soviet era to the present, the authors seek to find a place for images of the past in modern culture.
Key words: Russian contemporary art, Soviet everyday life, sculpture, conceptualism, artifact, nostalgia, restorative nostalgia, reflective nostalgia, narrative.
References
Spiridonova, V. A. (2021) Obraz Lenina: traditsii "per-esmeshnichestva " ili novyi vzglyad? [The image of Lenin: traditions of "mocking" or a new look?] Novoe iskusstvoznanie [New art history], 3. Available at: https://cyberleninka.ru/article/n7obraz-lenina-traditsii-peresmeshnichestva-ili-novyy-vzglyad (Accessed 10 April 2022). (In Russian). DOI: https://doi.org/10.24412/2658-3437-2021-3-91-99
Boim. S. (2019) Budushchee nostal'gii [The Future of Nostalgia]. Moscow, Novoe literaturnoe obozrenie Publ. (In Russian)
Moskvin D. E. (2014) "Dolgaya leniniada": evolyuciya obraza Lenina v otechestvennoj vizual'noj kul'ture ["Long Leniniana": the Evolution of the Image of Lenin in the Domestic Visual Culture] Simvolicheskaia politi-ka . Moscow, INION RAN Publ., pp. 128-145. (in Russian)
| 2 (47) 2022 |
SOVIET EVERYDAY CULTURE AS A NEW NARRATIVE
Ksenya S. PODOLSKAYA
| Images of Soviet Culture in Modern Sculpture Forms |
Pavel'eva L. Mayana Nasybullova o proekte «Lenin dlya dushi» [Mayana Nasybullova about the Project «Lenin for the Soul»]. Svoboda.org: information portal. Available at: https://www.svoboda.org/a/28519911.html (Accessed 19 April 2022). (In Russian)
Bykova A. Portret khudozhnika v yunosti: Ivan Tuzov [Portrait of the artist in his youth: Ivan Tuzov]. Around-art.org. Available at:
http: //aroundart .org/2013/10/31/portret-hudoj nika-tuzov/ (Accessed 23 April 2022). (In Russian).
78
| 2 (47) 2022 |