Научная статья УДК 316.4.06
DOI 10.52070/2542-2197_2022_4_859_149
Социокультурные детерминанты распространения тату-тела в эпоху цифровизации
М.В. Аверина
Московский государственный лингвистический университет, Россия, Москва m-averina@list.ru
Аннотация. Мощный всплеск роста количества тату у людей разного возраста, социальных слоев и гендерной
принадлежности в последние несколько лет спродуцировал закономерный интерес к определению триггеров данного явления, что активизировало исследование татуирования как социальной практики и как социокультурного процесса. Поскольку тело является объектом и продуктом социальных воздействий, поверхностью, отражающей воспроизводство записи норм и законов общества, а глобализационные тенденции повлекли усложнение организации социокультурных сред обитания человека, возникла необходимость поиска дополнительных смыслов татуирования через влияние глобализации и цифровизации.
Ключевые слова: татуирование, социокультурная динамика, тату-тело, маргинальность, мейнстрим, телесность, цифровизация
Для цитирования: Аверина М. В. Социокультурные детерминанты распространения тату-тела в эпоху цифровизации // Вестник Московского государственного лингвистического университета. Гуманитарные науки. 2022. Вып. 4 (859). С. 149-153. DOI: 10.52070/2542-2197_2022_4_859_149
Original article
Socio-Cultural Dominants Tattoo-Body in the Era of Digitalization
Marina V. Averina
Moscow State Linguistic University, Moscow, Russia
m-averina@list.ru
Abstracts. A powerful outburst in the increase of tattoos among people of different ages, social strata and
gender in the last few years has generated an logical interest in determining the triggers of this phenomenon, which has intensified research on tattooing as a social practice and as a process not only among psychiatrists, psychologists, sociologists, but also attracted cultural scientists and philosophers.
Since the body is an object and a product of social influences, a mirror surface on which the norms and laws of society are fixed, and globalization trends have led to the complication of the socio-cultural human habitats organization, there is a need to search for additional meanings of tattooing through the influence of globalization and digitalization.
Keywords: tattooing, socio-cultural dynamics, tattoo-body, marginality, mainstream, corporeality, digitalization
For citation: Averina, M. V. (2022) Socio-cultural dominants tattoo-body in the era of digitalization. Vestnik of Moscow
State Linguistic University. Humanities, 4(859), 149-153. 10.52070/2542-2197_2022_4_859_149
Culturology
тело как индикатор перемен в социуме
Специфика современного социума, выражающаяся в глобализации, информатизации и цифровиза-ции, оказала существенное влияние на восприятие тела: его роли и функций, модификации его границ, изменения возможностей посредством гад-жетов, участие в коммуникации и т. п.
Стремительно набравший актуальность тренд татуирования тела как своеобразный откат к эпохе архаики с ее атрибутами оберегов, магии, тотемов, устрашения, знаков отличия, инициации вызывает необходимость анализа такого реагирования на современные условия функционирования социума. Обусловлен ли обозначенный тренд прямой реакцией на особенности цифровой эпохи с акцентом на искусственный интеллект (ИИ), голосовых помощников, анонимность виртуальной телесности и т. п. как последняя надежда физической телесности громко заявить о своей возможности трансляции значимости в реальном мире (тренд на бодипо-зитив), способности обозначить свою индивидуальность, или цифровая эпоха окончательно взяла курс на дигитализацию человеческого тела?
тату-тело - определение понятия
Термин «тату-тело» возник по аналогии с такими обозначениями, как фитнес-тело, спортивное тело, тело без органов, маргинальное тело, потребляющее тело и т. п.
При определении понятия «тату-тело» в первую очередь следует обратиться к содержанию базового понятия «татуировка». Различные словари и энциклопедии дают практически одинаковое описание. В частности, «Большой российский энциклопедический словарь» трактует татуировку (фр. tatouer, от англ. tattoo, заимствованного из полинезийского) как нанесение на тело рисунков накалыванием и втиранием под кожу красящих веществ [Большой российский энциклопедический словарь, 2012]. Кембриджский словарь английского языка понимает под татуировкой перманентное изображение, орнамент или текст на теле, которые создаются введением чернил под кожу с помощью игл [Cambridge Academic Content Dictionary, 2009].
В авторской интерпретации тело становится та-ту-телом через модификацию значительной части кожного покрова посредством нанесения разного рода изображений, имеющих для обладателя как общие ценностные смыслы, так и личные ментальные ориентиры. Процесс превращения в тату-тело можно рассматривать, руководствуясь рассуждениями М. Фуко, как реконструкцию тела обладателя через телесные практики травмирования кожного покрова с целью культивирования субъективации, и
в то же время формирования символической связи индивидуального и коллективного тела как единичного и общего [Голенков, 2007].
трансляция смыслов тату-тела в разных сферах социума
Импульс желания (потребности) набить тату, непрекращающийся несколько последних лет, фиксируется у людей из разных сфер социума, разных социальных слоев, разных возрастных категорий и гендерной принадлежности1. Наиболее активное распространение тату в современной художественной интерпретации (в отличие от символики тюремных «наколок» и армейских и флотских «пор-таков», не путать со стилем «партак») получило в тех сферах, где тело является основным инструментом профессиональной деятельности, представляющей свои достижения в публичном пространстве. Акцент на публичной демонстрации тела свойственен сферам fashion-индустрии, шоу-бизнеса, спорта, что влечет оценку его внешнего оформления, физических кондиций, задает параметры телесности и транслируется массовому потребителю. С определенной долей уверенности можно констатировать, что приоритетный мотивационный посыл оформления тату в этих сферах заключается в декорировании тела как инструмента заработка.
Татуирование проникло и в другие сферы социума: в политическую (тату у политиков), экономическую (тату у менеджеров самого разного уровня, чиновников, банковских служащих, программистов, барменов, поваров, парикмахеров), социальную (тату у медработников, преподавателей).
Поскольку само явление татуирования имеет очень древние корни, то формулировка исследовательских рамок заявленной проблематики предполагает определение триггеров данного явления в цифровую эпоху, анализ мотивации, внесения новых смыслов и их выражения в разных сферах современного социума, функционального значения тату-тела в контексте реализации себя его обладателем в публичном пространстве.
Теоретические основания татуирования в современных обществах, сложившиеся за последние несколько десятилетий, опираются на концепты «субкультурного эскапизма» и «протестного поведения» в рамках критической теории (К. Сандерс, М. Аткинсон); на понятия «рыночного капитализма», «культуры потребления», «рыночных механизмов регулирования поведения», «стратегии потребительского поведения» в рамках теории
1 URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/ na-etu-i-na-tu-zachem-my-bem-tatu
культуры потребления (Б. Тернер, Э. Дж. Арнольд, К. Дж. Томпсон и др.); на концепты «рефлексивных техник тела» и «конструирования себя» в рамках социологии тела (Дж. А. Фоллетт, K. P. Сандерс, М. Аткинсон); также включаются в объяснение современного татуирования положения теории идентичности (Г. Тэджфел, Д. Ле Бретон и др.) и социологии гендера (С. Де Бовуар, И. Гоффман, М. Миффлин и др.) [Воробьева, 2018].
Следует озвучить также данные российских исследований, в частности, Воробьевой Е. С., где выделены как социальные функции татуирования: в первую очередь, коммуникация (conversation starter) и социализация посредством тела как стабильного во времени локуса социального, далее возможность демонстрации социального статуса, фиксация принадлежности к ин-группе, фиксация значимых событий, протест как неприятие навязываемых модной индустрией стандартов феминин-ности / маскулинности и телесной презентации, профессиональная реализация, магическая функция как оберег от неблагоприятных жизненных ситуаций. Так и личностные мотивы татуирования: протест против запретов родителей; эпатаж, демонстрация и самоутверждение; психологическая разрядка; повышение самооценки; поиск круга общения; фиксация принадлежности к группе; опыт эстетического переживания; психологическая защита; психологическое устрашение; фиксация привязанности; самовыражение [Воробьева, 2018].
Однако экспоненциальный рост количества татуированных провоцирует поиски дополнительных смыслов, помимо предложенных выше, и открывает возможность доконструировать основание объяснительной модели возросшей популярности татуирования.
Инструменты big data, использующие личные данные потребителей, OR-коды, утечки персональных данных через darknet и др., создают пространство тотального контроля и унификации. Люди всё чаще рассматривают свое тело в качестве едва ли не единственного островка индивидуальности, руководствуясь лозунгом «мое тело - мое дело», поверхность которого можно использовать как пространство для демонстрации своего восприятия и отношения к окружающей действительности. Хотя популярность услуг пластической хирургии, штампующей одинаковые типажи в соответствии со стандартами «золотого сечения», становится серьезным оружием в потере и этой индивидуальности.
Современное восприятие поверхности тела как средства публичного информирования можно с определенной степенью условности сравнить и с римскими альбумсами, особенно предложения брендов за плату сделать временные тату
с изображением их логотипов (brand name tattoo), и с «языком мушек» у дам XVIII века, определенная локализация которых соответствовала вполне конкретным смыслам. Следует учесть и визуальный характер современной культуры, где изображение предпочтительнее, чем текст, хотя текстовые тату встречаются очень часто и их можно рассматривать как посты, а кожную поверхность тела как «стену» в социальной сети.
Переизбыток тату может свидетельствовать о визуализации (и артикуляции) неповиновения дисциплинарной властной политике на фоне жесткого подавления открытого недовольства, неслучайно перед битвой воины раскрашивали тело, причем количество изображений на теле напрямую определяло храбрость воина. Вспомним З. Баумана, отмечавшего отсутствие современного пространства «агоры», места коммуникации между индивидом и государством [Бауман, 2002].
Мода на татуирование (определяющий мотив нанесения у значительного числа опрашиваемых) может быть объяснена компенсаторной функцией «второй кожи», камуфлирующей естественные недостатки, и функцией одежды как прикрытия обнаженного тела либо не вписывающегося в общепризнанные каноны телесности (например, у big-size моделей), либо по другим причинам. Человеческое тело в новой «одежде» получает дополнительный эстетический смысл и новое восприятие в социуме, поскольку позволяет и визуально отстроиться от других, и маркировать свою уникальность (практически воплощение концепции УТП Ривза). Закономерно востребованы сложные тату, позиционирующиеся как художественные изображения, получили распространение тату-конвен-ции, приравнивающиеся по смыслу к биеннале.
Распространение стиля «партак» возможно объяснить техникой изображения, коррелирующей с понятием «мем» (англ. meme), введенным в обиход Ричардом Докинзом еще в 1970-е. Особенно актуален данный формат обмена информацией среди зуммеров, и как логический итог - тату в стиле «партак» позволяет хранить воспоминания в виде картинок с забавными подписями, что для подтверждения авторского умозаключения следует подкрепить эмпирическими исследованиями.
Активное внедрение искусственного интеллекта, роботизация также вносят свой вклад в распространение и популяризацию тела киборга, где тату выполняет функцию вживленного металла, поскольку всё чаще наблюдается, особенно у мужчин, набитие так называемых «рукавов» и «рубашек» в едином дизайне, покрывающее весь торс в качестве металлизированного каркаса и придающее брутальный, устрашающий вид.
Culturology
функции тату-тела в цифровом социуме
В контексте становления цифрового социума происходит нарастание отчуждения биологического тела индивида от тела, которое он может продемонстрировать в сети в соответствии с культивируемыми стандартами телесности и одновременно инициируется процесс изменения стандартов телесности и внедрения в реальное общественное пространство образов тел, считавшихся ранее маргинальными- пожилые, полные, инвалидные, трансгендерные. Наиболее активно мейнстримизируются маргинальные образы телесности в сферах шоу-бизнеса, fash-юп-индустрии, в рекламе как инструменте сферы экономики, в спорте.
Комплементарным дополнением к обозначенному процессу совершенствования индивидуального тела в сети техникой «улучшайзинга» (фоторедакторы) и параллельно развивающейся тенденции возвращения к пониманию важности принятия реальных типов тел в общественном пространстве, на наш взгляд, явился мощный всплеск распространения татуирования с активизацией как архетипических функций этого явления, так и привнесением новых смыслов интеграции тату-тела в цифровой социум.
На фоне современной несколько гипертрофированной заботы о поддержании чистоты тела средствами гигиены, здоровья тела через поддержание соответствующего образа жизни, презентабельности тела средствами фитнеса или пластической хирургии в целях использования его в качестве инструмента конкурентноспособности, профпригодности в современном социуме, всплеск популярности тату-тела, являвшегося длительное время маргинальным образованием, заставляет задуматься о смене приоритетов при анализе динамики реальных политических, экономических и других процессов и необходимости смены теоретических объяснительных конструктов понимания социокультурных смыслов татуирования.
Появление феномена тату-тела, подразумевающее покрытие достаточно большой по площади поверхности тела красящим веществом, остающимся длительное время в подкожном слое организма, однозначно не вписывается в тренд транслирования гиперзаботы об экологии вообще, и тела, в частности. С другой стороны, резко возросшая популярность татуирования, даже если и обусловлена в некоторой степени модными тенденциями [Аналитический обзор, 2019], но она не возникли ниоткуда, а явилась продуктом функционирования социума, также явно реакцией на
процессы информатизации и цифровизации, что можно интерпретировать как один из способов самоидентификации в меняющемся мире, поиска смысловых ориентиров. Превалирование виртуального взаимодействия зачастую с выключенным экраном монитора повлекло за собой пренебрежительное отношение к внешнему виду, гигиеническим правилам, эффекту «русалки», гиподинамии, и функция тату как одежды позволяет при выходе в реальный мир маскировать результаты той же гиподинамии либо эстетизировать big-size моделей.
Активное развитие цифрового социума повлекло последовательное появление четырех формаций дигитальных тел: тел-данных, тел-сообщений, тел-эмуляций, тел-интерфейсов, созданных посредством специального телекоммуникационного оборудования1 и распространение киборгов, мутантов, клонов, искусственных существ, поставленных на ава-тар, но главное, растворение тела как реальности.
Новая телесность человека-киборга (теория Д. Харауэй), функционирующая преимущественно в виртуальном пространстве, как гибрид машины и живого организма, социальной реальности и фантастики, иррационального и материального порождает защитную функцию тату как брони при взаимодействии с непредсказуемым реальным миром [Haraway, 1991].
тату-тело как протест дигитализации телесности
Резкий интерес к татуированию в контексте современных реалий можно достаточно аргументированно рассматривать как реакцию на внедрение нового цифрового социума (эпохи, начинающейся с архаики), проявляющееся:
• в попытке бессознательно защититься от стремительных перемен выстраиванием личных границ-оберегов;
• в «одевании» тела от доступности персональных данных как публичной наготе;
• в реакции на виртуальную анонимную телесность;
• в политической подоплеке конструирования телесного поведения: тату-тело как текст, транслирующий базовые социальные приоритеты;
• в рамках клипового сознания запечатление по принципу Omnia mea mecum porto (Цицерон) личных ментальных ориентиров и т. п.
Несомненно, тату-тело как возможно еще одну «новую телесность» следует рассматривать как объект дальнейшего исследования. Особенно
1 URL: http://ivanem.chat.ru/mihel.htm
в том случае, как отметил А. В. Карпов, редактор зависимости и поклонения. Образы станут персо-
интернет-ресурса «Культуролог»: «...Если же кри- нальными тотемами, покровителями кланов и т. д.»
тическая масса будет превышена, тогда смысл тату- [Карпов, 2021] - совсем как начало новой эры на
ировок изменится. Проступит древняя семантика следующем витке спирали.
список источников
1. Большой российский энциклопедический словарь. 2012. URL: https://slovar.cc/enc/bolshoy-rus/1748155.html
2. Cambridge Academic Content Dictionary. 2009. URL: https://dictionary.cambridge.org/ru/tattoo
3. Голенков С. И. Понятие субъективации Мишеля Фуко // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия «Философия. Филология».2007. № 1. С. 54-66. URL: https://cyberleninka.rU/article/n/ponyatie-subektivatsii-mishelya-fuko
4. Воробьева Е. С. Татуирование как объект социологического исследования. Теоретико-методологические аспекты: автореф. дис. ... канд. социол. наук. М., 2018.
5. Бауман З. Индивидуализированное общество / пер. с англ., под ред В. Л. Иноземцева. М.: Логос, 2002.
6. Haraway D. A Cyborg Manifesto: Science, Technology and Socialist-Feminism in the Late Twentieth Century " in Simians, Cyborgs and Women: The Reinvention of Nature. New York: Routledge, 1991. P. 149-181. URL: https:// www.sfu.ca/~decaste/OISE/page2/files/HarawayCyborg.pdf
7. Карпов А. В. Обилие татуировок - весьма тревожный симптом. 2021. URL: https://kavkazgeoclub.ru/content/ obilie-tatuirovok-vesma-trevozhnyy-simptom (дата обращения: 07.08.2021)
references
1. BoL'shoj rossijskij encikLopedicheskij slovar' = The Great Russian Encyclopedic Dictionary (2012). https://slovar. cc/enc/bolshoy-rus/1748155.html (In Russ.)
2. Cambridge Academic Content Dictionary (2009). https://dictionary.cambridge.org/ru/tattoo
3. Golenkov, S. I. (2007). Ponyatie sub"ektivacii Mishelya Fuko = The concept of subjectivation by Michel Foucault. Vestnik Samarskoj gumanitarnoj akademii. Seriya «Filosofiya. Filologiya», 1, 54-66. https://cyberleninka.ru/ article/n/ponyatie-subektivatsii-mishelya-fuko
4. Vorobyeva, E. S. (2018). Tatuirovaniye kak ob''yekt sotsiologicheskogo issledovaniya. Teoretiko-metodologicheskiye aspekty = Tattooing as an object of sociological research. Theoretical and methodological aspects: abstract of PhD in Social Sciences. Moscow. (In Russ.)
5. Bauman, Z. (2002). The individualized society, transl. into English, ed. by V. L. Inozemtsev. Moscow: Logos. (In Russ.)
6. Haraway, D. (1991) A Cyborg Manifesto: Science, Technology and Socialist-Feminism in the Late Twentieth Century " in Simians, Cyborgs and Women: The Reinvention of Nature (pp. 149-181). New York: Routledge. https://www. sfu.ca/~decaste/OISE/page2/files/HarawayCyborg.pdf
7. Karpov, A. V. (2021). Obilie tatuirovok - ves'ma trevozhnyj simptom = The abundance of tattoos is a very disturbing symptom. https://kavkazgeoclub.ru/content/obilie-tatuirovok-vesma-trevozhnyy-simptom (In Russ.)
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ
Аверина Марина Владимировна
доктор культурологии, кандидат социологических наук, доцент, профессор кафедры коммуникационных технологий Института международных отношений и социально-политических наук Московского государственного лингвистического университета
INFORMATION ABOUT THE AUTHOR
Averina Marina Vladimirovna
Doctor of Culturology, PhD (Social Sciences), Associate Professor,
Professor at the Department of Communication Technologies, Institute of International Relations and Social and Political Sciences, Moscow State Linguistic University
Статья поступила в редакцию 28.02.2022 одобрена после рецензирования 23.03.2022 принята к публикации 25.04. 2022
The article was submitted 28.02.2022 approved after reviewing 23.03.2022 accepted for publication 25.04.2022