Перспективы Науки и Образования
Международный электронный научный журнал ISSN 2307-2334 (Онлайн)
Адрес выпуска: https://pnojoumal.wordpress.com/2022-2/22-01/ Дата публикации: 28.02.2022 УДК 316.477
В. В. ДлтунинА, Е. И. Мычко, И. Ю. Панькина
Социальные установки современной молодежи к получению инженерного образования
Введение. Актуальность исследования обусловлена необходимостью переосмысления влияния социальных установок молодежи на получение профессионального инженерного образования, интегрирующего проектно-конструкторские, производственно-технологические и организационно-управленческие компетенции. Целью данной работы является характеристика социальных установок к получению инженерного образования.
Материалы и методы. В анонимном онлайн-опросе, разработанного с помощью онлайн-сервиса Google Forms, приняло участие 70 старшеклассников школ №№ 24, 33 г. Калининград. Также применялись методики на определение сформированности структурных компонентов установки современной молодежи к получению инженерного образования («Незаконченные предложения» модификация методики Д. Сакса и С. Леви; методика измерения эмоционального компонента установки, Крит, Фабригар и Петти; шкальная техника для изучения поведенческого компонента модификация шкалы Р. Лайкерта). Методы математической обработки данных: критерий U-Манна-Уитни.
Результаты исследования. Сравнительный анализ результатов показал различия установок у юношей и девушек к получению инженерного образования в выраженности когнитивного компонента (у юношей - информативный и содержательный характер, у девушек - ассоциативный и образный). Диагностика поведенческого компонента установки отразила готовность действовать «за» инженерное образование как преобладающий тип поведенческой готовности. Эмпирическое значение критерия U-Манна-Уитни больше критического (499,5>471), различия уровня признака в сравниваемых группах статистически не значимы (p>0,05). Результаты диагностики эмоционального компонента показали наличие отрицательных эмоций у старшеклассников (одна пятая респондентов) к получению инженерного образования при отсутствующих достоверных различиях установок у девушек и юношей.
Выводы. Полученные результаты позволяют обозначить в установках молодежи ряд проблемных когнитивных особенностей. Функциональные возможности регионального ресурсного центра, как научно-образовательного кластера, позволяют формировать у молодежи адекватные социальные установки к получению инженерного образования.
Ключевые слова: социальные установки, молодежь, инженерное образование
Ссылка для цитирования:
Алтунина В. В., Мычко Е. И., Панькина И. Ю. Социальные установки современной молодежи к получению инженерного образования // Перспективы науки и образования. 2022. № 1 (55). С. 491-507. doi: 10.32744^е.2022.1.31
Perspectives of Science & Education
International Scientific Electronic Journal ISSN 2307-2334 (Online)
Available: https://pnojournal.wordpress.com/2022-2/22-01/ Accepted: 3 October 2021 Published: 28 February 2022
V. V. Altunina, E. I. Mychko, I. Yu. Pankina
Social attitudes of today's youth towards receiving engineering education
Introduction. The research relevance is due to the need to rethink the influence of young people's social attitudes on receiving professional engineering education that integrates design, production-technological, organizational-managerial competencies. The research purpose is to characterize social attitudes towards receiving engineering education.
Materials and methods. An anonymous online survey developed using the Google Forms online service was attended by 70 high school students from schools Nos. 24, 33 in Kaliningrad. Methods to determine the formation of structural components of the attitude of today's youth towards receiving engineering education ("Unfinished Sentences", a modification of the methodology by D. Sachs and S. Levy; a method for measuring the emotional component of an attitude by Crites, Fabrigar and Petty; a scale technique for studying the behavioral component - Likert scale modification) were also used. Such mathematical data processing method as Mann-Whitney U test was used.
Research results. A comparative analysis of the results showed differences in the attitudes of young men and women towards receiving engineering education in terms of the manifestation of a cognitive component (in young men - informative and meaningful in nature, in young women - associative and figurative). The diagnostics of a behavioral component of the attitude reflected the readiness to act in favor of engineering education as the predominant type of behavioral readiness. The empirical value of the Mann-Whitney U test criterion is greater than the critical one (499.5>471), the differences in the level of the feature in the compared groups are not statistically significant (p>0.05). The results of diagnostics of the emotional component showed negative emotions in high school students (one-fifth of the respondents) towards receiving engineering education, while no significant differences in the attitudes of young men and women were found.
Conclusions. The results obtained make it possible to identify a number of problematic cognitive features in young people's attitudes. The functionality of a regional resource center, as a scientific and educational cluster, allows forming adequate social attitudes towards receiving engineering education among young people.
Keywords: social attitudes, youth, engineering education
For Reference:
Altunina, V. V., Mychko, E. I., & Pankina, I. Yu. (2022). Social attitudes of today's youth towards receiving engineering education. Perspektivy nauki i obrazovania - Perspectives of Science and Education, 55 (1), 491-507. doi: 10.32744/pse.2022.1.31
_Введение
<онкурентоспособность любой страны мира в ближайшее время будет определяться ее способностью интегрироваться в глобальную экономику. В основе этого процесса лежит необходимость повышения эффективности рынка труда как важнейшего условия экономического и социального развития общества, в котором молодежь является основным «обновляющим» элементом. Вместе с тем, современные исследователи обращают внимание на тот факт, что предпочтения и цели молодого поколения отражают стремительность происходящих социально-экономических изменений [1]. Появляется необходимость переосмысления ключевых компетенций, обеспечивающих востребованность выпускников на рынке труда в современных индустриально-технических реалиях.
Согласно исследованиям, проведенным Центром трансформации образования Московской школы управления «Сколково», в качестве актуальных базовых навыков определяют следующие: концентрация и управление вниманием, эмоциональная грамотность, цифровая грамотность, креативность, экологическое мышление, кросскуль-турность, способность к (само)обучению [12]. Наличие у молодежи этого комплекса базовых навыков становится необходимым условием ее высокопрофессиональной деятельности и конкурентоспособности.
Именно в связи с этим вопросом все чаще обозначается проблема диссонанса между сформированными у будущих специалистов умениями и требованиями, задаваемыми профессиональной средой. Особенно ярко это проявляется в ходе производственной практики на предприятиях и в организациях [13]. Кроме того, исследователи отмечают проблемы ожиданий студентов от потенциальных работодателей [31] и особенности их жизненных планов [26].
Низкий процент трудоустройства выпускников по специальности, их неконкурентоспособность на рынке труда, слабая интеграция образовательной системы и индустрии часто являются показателями недостаточного развития потенциала территории [8; 20]. В этой связи одной из преимущественных задач является профессионально-трудовое самоопределение старшеклассников, включающее выбор карьеры и профессии, который основан на знаниях своих возможностей и особенностей [21; 28].
Мы отмечаем, что система образования не позволяет переломить ситуацию, поскольку во многих случаях она обусловливается некоторыми объективными, но в большей степени, и субъективными факторами. К таким факторам исследователи относят профессиональное самоопределение личности и ее самоориентирование в выборе профессиональной деятельности [9; 23].
К настоящему времени в российских психолого-педагогических исследованиях представлены многочисленные трактовки термина «профессиональное самоопределение»: как «особая деятельность человека, выражающаяся в формировании некоторого личностного отношения к своей позиции в сфере профессий и трудовых отношений» [17], «эмоционально окрашенное отношение личности к своему месту в мире профессий» [6], «процесс и результат осознания себя как субъекта профессиональной деятельности, способного строить собственное профессиональное развитие» [35]. Для нас важно подчеркнуть, что проблему профессионального самоопределения можно рассматривать в русле концепций ранней профессиональ-
ной ориентации школьников и теорий профессионального становления будущего специалиста.
Среди зарубежных концепций наиболее прогрессивной считается «концепция профессиональной зрелости» Д. Сьюпера. По его мнению, профессиональное самоопределение - это постоянно чередующиеся выборы, в основе которых лежит Я-концепция личности [34]. Тот факт, что эта концепция появилась в конце 50-х годов прошлого столетия, позволяет современным исследователям отметить роль субъективных регуляторов в профессиональном самоопределении личности в настоящее время [11; 18]. Среди таких субъективных регуляторов могут быть рассмотрены социальное поведение и социальная установка.
Социальное поведение определяется как поведение, выражающееся в совокупности поступков и действий индивида в обществе. Исследователи отмечают зависимость социального поведения от конкретных социально-экономических факторов и актуальных социальных норм [3; 15]. В контексте нашего исследования профессиональное самоопределение старшеклассника представляет собой один из аспектов его социального поведения.
В социальном поведении важную роль играет социальная установка. Исследования Г.М. Андреевой, Н.Н. Богомоловой, Л.А. Петровской позволяют представить социальную установку как долговременную устойчивую систему позитивных и негативных оценок, эмоциональных переживаний и тенденций действовать «за» или «против» по отношению к социальным объектам [2]. Вопрос структуры социальной установки раскрыт в зарубежных исследованиях, в частности, М. Смитом была определена трехкомпонентная структура установки [33]. Ученый выделил когнитивный (суждения оценочного характера, мнения об объектах), эмоциональный (чувства относительно социального объекта) и поведенческий (готовность к действию, определенному поведению относительно социальных объектов). Социальная установка в целом определяет и регулирует социальное поведение личности [22].
Наиболее актуальным вектором нашего исследования в контексте проблемы профессионального самоопределения явилось понимание особенностей социальных установок молодежи по отношению к инженерному образованию. Адекватное представление о социальных установках молодежи к получению инженерного образования позволяет говорить о ее конкурентоориентированности и конкурентоспособности [25]. Для Калининградского региона эта задача актуальна в аспекте формирования перспективного хозяйственного профиля территории.
Цель исследования: характеристика социальных установок молодежи к получению инженерного образования.
_Материалы и методы
Эмпирическое исследование осуществлялось на базе общеобразовательных школ города Калининграда. Выборка была сформирована из учащихся 10-11 классов и составила 70 респондентов (35 юношей и 35 девушек). Исследование проводилось анонимно с использованием опросников в Google Forms.
Первый этап исследования включал диагностику сформированности когнитивного, эмоционального и поведенческого компонентов установки современной молодежи к получению инженерного образования. Диагностика осуществлялась по следующим
критериям: когнитивные образы по отношению к феномену «современное инженерное образование», отношение к современному инженерному образованию и готовность действовать определенным образом.
Второй этап был связан с выявлением и обоснованием функциональных возможностей регионального Ресурсного центра «Инженерная школа. STEAM-практики технологического образования». Данное исследование включало изучение и обобщение инновационного регионального опыта по созданию условий для профессионально-личностного становления старшеклассников, ориентированных на инженерное образование.
Третий этап включал проведение SWOT-анализа с целью выявления внешних и внутренних факторов организации Ресурсного центра, и позволяющего выделить его сильные и слабые стороны.
Основным психодиагностическим инструментарием выступил комплекс валидных методик:
• исследование когнитивного компонента: «Незаконченные предложения» (модификация методики Д. Сакса и С. Леви, 1950). Незаконченные предложения включали 10 неоконченных фраз, направленных на выявление когнитивных образов у респондентов, относящихся к такому феномену как «инженерное образование». Предложения были ориентированы на выявление содержания понятия «инженерное образование», особенностей проявления инженерного образования, его показателей; выявлялись характеристики инженерного образования через сходства и отличия, смысл инженерного образования, его структура и связи («Для инженерного образования характерно ...», «Люди с инженерным образованием никогда ...», «Если бы не было инженерного образования.», «В современном обществе инженерное образование ...» и др.). При обработке неоконченных предложений был проведен контент-анализ, позволивший выделить наиболее часто встречаемые ответы респондентов;
• исследование эмоционального компонента: методика измерения эмоционального компонента установки (Crites, Fabrigar & Petty, 1994). Методика представляла шкалу из 8 пар противоположных эмоциональных состояний. В каждой паре испытуемые отмечали балльный показатель, который ближе к той эмоции или отношению, которое ассоциируется с понятием «инженерное образование». Итоговый индивидуальный показатель установки рассчитывался как среднее арифметическое всех отмеченных на шкалах балльных показателей;
• исследование поведенческого компонента: шкальная техника (модификация шкалы Р. Лайкерта). Шкала включала 10 фраз, предназначенных для выявления готовности респондентов действовать «за» или «против» инженерного образования. Показатели готовности интерпретировались по степени выраженности готовности (не выражена, слабо, достаточно и сильно выражена).
Был проведен математический анализ с использованием критерия U-Манна-Уитни.
_Результаты исследования
Результаты экспериментальной работы можно представить по этапам ее выполнения.
На первом этапе осуществлялась диагностика сформированности когнитивного, эмоционального и поведенческого компонентов установки современных старшеклассников к получению инженерного образования.
Были проанализированы данные, полученные по результатам проведения методики «Незаконченные предложения», предназначенных для выявления особенностей когнитивного компонента установки учащихся 10-11 классов к инженерному образованию.
Когнитивные элементы установки, отражающие содержательно-структурные показатели и связи инженерного образования представлены в таблице 1.
Таблица 1
Характеристика структурно-содержательных показателей и связей инженерного
образования (по частоте выборов)
Когнитивные элементы установки Юноши Девушки
Точные науки 30 38
Технические знания - 28
Работа руками 10 6
Профильное обучение в вузе 11 -
Особые качества ума (логика) 12 9
Техника, машины, механизмы 8 12
Экономические преимущества - 8
Когнитивные элементы установки, отражающие характеристики людей с профессиональным инженерным образованием, представлены на рисунке 1.
13
11
|| II I
Успешные Не имеют Узкие специалисты
специалисты гуманитарных
интересое
■ юноши ■ девушки
Рисунок 1 Когнитивные элементы установок, характеризующих особенности людей с профессиональным инженерным образованием
При диагностике когнитивных элементов установки, отражающих сходства и отличия инженерного образования, были получены следующие результаты (по частоте выборов): «Самобытно, похоже на себя»: юноши -10, девушки - 5; «Похоже на математическое образование»: юноши - 0, девушки - 5; «Не похоже на гуманитарное образование»: юноши - 22, девушки - 18; «Не похоже на юридическое образование»: юноши - 4, девушки - 1; «Не похоже на экономическое образование»: юноши - 4, девушки - 1; «Не похоже на филологическое образование»: юноши - 0, девушки - 3.
Н е си дчт без р а боты, Интеллектуалы ТРУД О Л Ю бИ Е Ы
Когнитивные элементы установки, отражающие смысл и значение профессионального инженерного образования, представлены на следующем рисунке (см. рис. 2).
Важно, необходимо Востребовано, Важно дня Упрошает жизнь Источник прогресса
еысоко ценится строите я ьстеэ.
производства
Рисунок 2 Когнитивные элементы установок, характеризующие смысл и значение профессионального инженерного образования
После проведения диагностики по характеристике эмоционального компонента установки было подсчитано количество старшеклассников с разными типами установки в зависимости от направленности и степени выраженности. Полученные результаты представлены на рисунке 3.
-иг
г г
II
У
/
I
У
/ / /
^ г,* п*
^ ¿Р ^
Г <г /
в? ¿Р А> л,
¿У ^
V
I.
^ / / /
* /" / У У
<Р
/ X / / / У / / У /
Л?
^ ^ У у ^
■Л
■ юношн ■ девушки
Рисунок 3 Количество старшеклассников с разными типами эмоциональной установки к профессиональному инженерному образованию
Как показали результаты, среди юношей выявлено 7 респондентов и среди девушек 8 с отрицательными установками в разной степени выраженности - от очень слабой до сильной. Таким образом, примерно пятая часть обследованных старшеклассников имеет отрицательные эмоциональные установки к инженерному образованию.
Между юношами и девушками выявлена тенденция к различию, заключающаяся в том, что слабо выраженная положительная установка выявлена у 11 девушек и у 6 юношей, очень сильно выраженная положительная установка выявлена у 9 юношей и у 2 девушек. Таким образом, выявлена тенденция к тому, что у юношей эмоциональное отношение к инженерному образованию является более выраженным, чем у девушек.
Для проверки математической достоверности данной тенденции был проведен математический анализ результатов с помощью критерия и-Манна-Уитни. При помощи онлайн-ресурса (http://medstatistic.ru/calculators/calcmann.html) вычислено эмпирическое значение критерия (и = 522,5). Критическое значение и-критерия при заданной численности сравниваемых групп составляет 471. Поскольку эмпирическое значение критерия больше критического значения (522,5 > 471), следовательно различия уровня признака в сравниваемых группах статистически не значимы (р > 0,05).
Математический анализ показал, что достоверных различий между показателями
V» V V ^ Л
эмоциональной установки у юношей и девушек в нашей выборке не существует. Среди всех опрошенных старшеклассников распространена тенденция, заключающаяся в том, что преобладают положительные эмоциональные установки. Отрицательные установки выявлены только у одной пятой части респондентов.
При обработке данных, полученных при диагностике поведенческого компонента установки, были определены разные типы ведущей тенденции. Преобладающий тип «за» наблюдался у 27 юношей и 26 девушек; преобладающий тип «против» - у 7 юношей и 6 девушек; «нет ведущей готовности» - у 1 юноши и 3 девушек.
Важным для нашего исследования было отразить количество старшеклассников с разными уровнями выраженности готовности действовать как «за», так и «против» профессионального инженерного образования. Эти данные представлены на рисунке 4.
23
ГОТОВНОСТЬ ДЕЙСТЕСЕЗТЬ ГОТОВНОСТЬ ДеЙСТЕСЕЭТЬ ГОТОВНОСТЬ ДеЙСТЕСЕЗТЬ ГОТОВНОСТЬ ДеЙСТЕСЕЭГГЬ "за" (юноши) "за" (девушни) "против" (юноши) "против" (девушки)
■ готовностьне Еыражена ■ готовностьЕыраженаслабо
■ готовность Еыратена I готовность Еыраженасильно
Рисунок 4 Количество старшеклассников с разными типами поведенческой готовности к действиям относительно профессионального инженерного образования
Как показал анализ данных, у юношей есть тенденция к тому, что оба вида готовности у них выражены сильнее, чем у девушек. Так, готовность действовать «за» выражена и выражена сильно у 20 юношей и 13 девушек. Готовность действовать «против» не выражена у 23 девушек и у 18 юношей.
Для проверки математической достоверности данной тенденции был проведен математический анализ результатов с помощью критерия U-Манна-Уитни, который показал, что достоверных различий между показателями поведенческого компонента установки у юношей и девушек в нашей выборке не существует. В первом случае была принята математическая гипотеза: у юношей показатели поведенческой готовности действовать «за» инженерное образование не выше, чем у девушек. При помощи онлайн-ресурса (http://medstatistic.ru/calculators/calcmann.html) было вычислено эмпирическое значение критерия (U = 499,5). Критическое значение U-критерия при заданной численности сравниваемых групп составляет 471. Поскольку эмпирическое значение критерия больше критического (499,5 > 471), следовательно различия уровня признака в сравниваемых группах статистически не значимы (p > 0,05).
Во втором случае была принята математическая гипотеза: у юношей показатели поведенческой готовности действовать «против» инженерного образования не выше, чем у девушек. При вычислении эмпирического значения критерия использовался указанный онлайн-ресурс. U = 500, критическое значение критерия при заданной численности сравниваемых групп составляет 471. Поскольку эмпирическое значение критерия больше критического значения (500 > 471), следовательно различия уровня признака в сравниваемых группах статистически не значимы (p > 0,05).
На втором этапе были выявлены и обоснованы функциональные возможности регионального Ресурсного центра «Инженерная школа. STEAM-практики технологического образования». Данный Ресурсный центр призван выполнять следующие функции:
• формирование и развитие научно-образовательного кластера в сфере технологического и инженерно-математического образования в Калининградской области в целях повышения эффективности практико-ориентированной подготовки будущих специалистов;
• разработка и реализация совместных программ и проектов в сфере инженерного образования в Калининградской области, проведение различных видов практик;
• внедрение научных разработок в практическую деятельность;
• привлечение студентов к научной работе и инновационной деятельности;
• участие в системе взаимодействия образовательных учреждений в целях координации усилий по предпрофильной подготовке и профессиональной ориентации школьников путем организации профессиональных проб и профессионально ориентированных проектов;
• создание условий для самореализации обучающихся, организация и проведение профессиональных конкурсов, соревнований для студентов и школьников в рамках региональных чемпионатов WorldSkills и WordSkills Junior, международных молодежных соревнований робототехнических команд «Евробот», олимпиады кружкового движения (НТИ).
На третьем этапе в ходе промежуточной диагностики мы объединили результаты SWOT анализа в несколько групп:
• сильные стороны (взаимоотношения строятся на основе объединения различных ресурсов; происходит трансфер технологий; развиваются образовательные
инновации; обозначены цели и перспективы функционирования Ресурсного центра);
• слабые стороны (не всегда четко определены виды деятельности каждого участника; возникают сложности в сроках выполнения мероприятий; требуется дополнительная подготовка в «узком, специальном» вопросе);
• перспективные возможности (создание высокопрофессиональной образовательной среды; увеличение количества профессиональных сообществ; повышение конкурентоспособности будущих специалистов; возможность расширения сотрудничества с международными организациями);
• трудности (организационные трудности, обусловленные формально-нормативными документами; содержательные трудности, обусловленные недостаточной информационной и методической грамотностью; личностные трудности как результат сформированных установок).
_Обсуждение результатов
При проведении эмпирического исследования, связанного с характеристикой установок калининградской молодежи из числа учащихся 10-11 классов к получению профессионального инженерного образования, было выдвинуто предположение о том, что:
• будет наблюдаться отрицательная установка к получению данного вида образования у юношей и девушек;
• различия установок у юношей и девушек будут проявляться в выраженности когнитивного компонента (у юношей - информативный и содержательный характер, у девушек - ассоциативный и образный).
Данное предположение мы последовательно проверяли при диагностике каждого из трех компонентов установки.
Количественные и качественные выводы по результатам диагностики когнитивного компонента установки позволяют отметить, что наиболее распространенными образами являются «точные науки» (физика, математика) - 42,8% ответы юношей и 54,3% девушек; «работа руками» (физический труд) - 14,2% юноши и 8,6% девушки; «особые качества ума» (рациональность, логика, математический склад) - 17,1% мнение юношей и 12,9% девушек; «техника и механизмы» (в том числе, высокоточные, роботизированные) - 11,4% и 17,1% соответственно. Эти образы являются общими у юношей и девушек. Очевидно, что знания об инженерном образовании здесь отражают его самые общие черты.
У девушек, в отличие от юношей, в установках также представлены такие когнитивные элементы, как «технические знания» (проектирование, конструирование, инженерия) - 40%, а также «экономические преимущества» (быстрое трудоустройство, хороший заработок, возможность карьерного роста) - 11,4%. В данном случае имеется тенденция к большему пониманию специфики инженерного образования и наличию знаний о его социальных аспектах. Таким образом, в установках у девушек просматривается большая степень информированности и определенности знаний о профессиональном образовании.
В любом случае, ведущей когнитивной характеристикой установок к инженерному образованию является представление старшеклассников о нем, как о системе знаний,
основанных на точных науках, а также специальных компетенциях (технических, конструкторских), что согласуется с уже имеющимися исследованиями [29].
Как показали результаты, отражающие образы людей с профессиональным инженерным образованием, наиболее распространены «трудолюбивые, не сидящие без работы» - 17,1% ответы юношей и 18,6% девушек; «интеллектуалы (умные и образованные) - 14,3% юноши и 17,1% девушки; «не имеющие гуманитарных интересов» (не будут работать в библиотеке) - 10% юноши и 11,4% девушки; «успешные специалисты» (востребованные в профессии) - 8,6% и 15,7% соответственно.
Наиболее выраженным и распространенным в установках старшеклассников является отличие инженерного образования от гуманитарного - 31,4% мнение юношей и 25,7% девушек. На наш взгляд, это противопоставление соответствует распространенной в обществе тенденции и формируемой в школе установки на четкое разделение профильных классов с сокращением «менее значимых» учебных предметов [16].
Наиболее распространенными знаниями, составляющими когнитивный элемент установок старшеклассников, являются убеждения в том, что инженерное образование в современном обществе важно (22,9% юноши и 21,4% девушки), необходимо и востребовано (22,9% и 11,4% соответственно). Достаточно часто встречаются близкие по смыслу суждения о том, что такое образование упрощает жизнь (юноши - 8,6% и девушки 11,4%), выступая источником прогресса и повседневного комфорта современного человека (8,6% и 11,4% соответственно).
В целом, установки у юношей и девушек данной выборки не различаются, обладают достаточно однородным содержание когнитивного компонента.
Интересные результаты были получены при диагностике эмоционального компонента установки. Выявлено наличие у старшеклассников отрицательных эмоций (10% юношей и 11,4% девушек) к получению инженерного образования, но при этом отсутствуют достоверные различия установок у девушек и юношей, несмотря на наличие некоторых тенденций к различиям. Полученные результаты согласуются с мнением Е.А. Коган [11] о том, что отрицательная эмоциональная установка к конкретной профессиональной деятельности может рассматриваться в качестве одной из проблем, связанных с профессиональным выбором молодежи.
Диагностика поведенческого компонента установки показала, что у большинства старшеклассников преобладающим типом поведенческой готовности является готовность действовать «за» инженерное образование (75,7% респондентов). Это говорит о том, что старшеклассники, в основном, готовы рекомендовать получение данного образования сверстникам (22,9% юноши и 15,7% девушки); поддерживают идею о необходимости большого количества лиц с таким образованием в обществе (25,7% юноши и 32,9% девушки); а также считают возможным получение данного образования для себя (5,7% юноши и 2,9% девушки). Различий между показателями поведенческой готовности у юношей и девушек нет.
Гипотеза исследования подтвердилась частично. Данный вывод согласуется с имеющимися в научной литературе данными о наличии в установках молодежи некоторых когнитивных особенностей образа инженерного образования, которые могут быть обозначены как «проблемные» области, так как отражают довольно узкое понимание данного вида образования как явления [19]. В частности, его понимание преимущественно сводится к ассоциациям с точными науками, изучаемыми в школе и его противопоставление гуманитарному образованию, что также отражает наиболее стереотипное противопоставление данных феноменов в общественном сознании.
Полученные нами результаты, подтверждающие влияние социальных установок старшеклассников как субъективных образов реальной действительности на их профессиональное самоопределение, согласуются с позицией российских исследователей [2; 15] о важности внешнего плана этого процесса. Во внешнем плане профессиональное самоопределение проявляется как один из аспектов социального поведения личности. Для формирования социального поведения важны общественные отношения личности с социальной средой [3].
В рамках нашего исследования мы рассматривали общественные отношения в аспекте получения инженерного образования. Развитие цифровой экономики России позволяет наблюдать тенденцию к возрождению престижа инженерного образования, изменяя его содержание в соответствии с новыми запросами [7; 14]. Мы соглашаемся с уже представленными в научных трудах международными требованиями к подготовке современного инженера, где выдвигается идея интегративного единства ценностно-смыслового и профессионально-технологического компонентов [4; 27; 32].
Мы понимаем, что системность такой международной инициативы будет ориентироваться на создание условий для ранней профориентации и самоопределения в деятельности, требующей инженерного образования. Данная задача может быть решена в Ресурсных центрах, поскольку их ключевая миссия связана с поиском новых форм функционирования системы образования на основе объединения, интеграции и концентрации различных ресурсов [30]. Ресурсные центры Балтийского федерального университета им. И. Канта являются инновационной и автономной практикой взаимодействия субъектов подготовки будущих специалистов в соответствии с требованиями социальных партнеров.
Использование метода SWOT анализа позволило нам получить результаты, описывающие сильные и слабые стороны Ресурсного центра «Инженерная школа. STEAM-практики технологического образования». Проведенное исследование обозначило проблемную зону, связанную с необходимостью совершенствования деятельности Ресурсного центра. Данное заключение согласуется с современными исследованиями, где в качестве современной платформы интеграции ресурсов образовательных партнеров предлагается использовать цифровой кластер [36]. Цифровой кластер позволяет объединять инструментальные, технические и дистанционные технологии, что созвучно идеям международных проектов реформирования инженерного образования [5].
В этой связи, особое внимание следует уделять сетевому партнерству - школа, университет, органы управления образованием, работодатели, поскольку возможно сформировать компетентностную модель, понятную для современных старшеклассников. Данный вывод созвучен обозначенным стратегическим приоритетам, учитывающим общие для страны и конкретные региональные условия и задачи развития [24].
Полученные на каждом этапе исследования промежуточные количественные и качественные выводы позволяют нам обозначить ряд общих выводов:
• социальные установки личности как субъективные регуляторы способствуют профессиональному самоопределению;
• социальные установки молодежи на выбор «престижных» профессий обусловлены недостаточным объемом адекватной информации об инженерно-технических специальностях и собственных возможностях их получения;
• ранняя профориентация старшеклассников может рассматриваться как один из факторов регулирования рынка труда в контексте комплексной проблемы
переизбытка кадров и социально-психологической неудовлетворенности профессиональной деятельностью; • функциональные возможности Ресурсного центра позволяют обозначить новую образовательную стратегию, связанную с моделированием критического мышления, работой со сложностями, формированием пакета карьерной траектории будущего инженера.
Заключение
В основе изменений мировых процессов подготовки инженеров лежит комплексный подход, ориентированный на использование информационных технологий, углубленную экономическую и организаторскую компетентность в сочетании с практико-ориентированными навыками. Вместе с тем, во многом первичный выбор инженерной профессии будет связан с субъективным регулятором - социальной установкой, включающей систему оценок предстоящей деятельности, эмоциональные переживания и тенденции действовать в заданном формате.
Наше исследование показало, что на социальные установки молодежи влияют недостаточный объем адекватной информации об инженерно-технических специальностях, возможностях их получения, а также сложившиеся стереотипы в общественном сознании. Так, для когнитивного компонента установки старшеклассников свойственно неполное и стереотипное понимание содержания современного инженерного образования и его противопоставление гуманитарному: у юношей информативно-содержательный, а у девушек - ассоциативно-образный характер выраженности данного компонента. На фоне эмоционально положительной тенденции к получению инженерного образования, вместе с тем, одна пятая часть респондентов продемонстрировала наличие отрицательной установки. Диагностика поведенческого компонента установки показала, что для большинства старшеклассников преобладающим типом является готовность действовать «за» инженерное образование, однако в качестве будущей профессии ее рассматривает только одна десятая часть респондентов.
Проведенное исследование подтвердило актуальность стратегии ранней профориентации молодежи в условиях Ресурсного центра, которая способна оптимизировать установки молодежи к получению инженерного образования.
В качестве перспективного направления мы рассматриваем возможность изучения и реализации в условиях Ресурсного центра новых образовательных практик формирования у старшеклассников кроссконтекстных навыков, актуальных для использования в более широких сферах будущей профессиональной деятельности.
ЛИТЕРАТУРА_
1. Алтунина В. В., Алтунина А. И. К вопросу об изменении экономического поведения и предпочтений современной молодежи // Бизнес. Образование. Право. 2019. № 4 (49). С. 71-75. DOI: 10.25683/ VOLBI.2019.49.475.
2. Андреева Г. М., Богомолова Н. Н., Петровская Л. А. Зарубежная социальная психология XX столетия. М.: Аспект-Пресс, 2001. 288 с.
3. Асмолов А. Г. Психология личности. Культурно-историческое понимание развития человека. М.: Смысл, 2019. 448 с.
4. Гафурова Н. В., Осипова С. И., Шубкина О. Ю. Интеграция идей устойчивого развития и всемирной инициативы
CDIO в подготовке инженеров будущего // Перспективы науки и образования. 2020. № 2 (44). С. 69-82. DOI: 10.32744/pse.2020.2.6.
5. Долженко Р. А. Концепция CDIO как основа инженерного образования: промежуточные итоги и направления дальнейшего использования в России // Известия Уральского государственного горного университета. 2017. № 2 (46). С. 104-108. DOI: 10.21440/2307-2091-2017-2-104-108.
6. Зеер Э. Ф. Психология профессий. М.: Академический Проект, Фонд «Мир», 2008. 336 с.
7. Зимин В. Н., Цибизова Т. Ю., Чернега Е. В., Сергеев Д. А., Августан О. М. Подготовка инженерных кадров для цифровой экономики России: монография. М.: Изд-во МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2017. 176 с.
8. Зубаревич Н. В. Развитие российского пространства: барьеры и возможности региональной политики // Мир новой экономики. 2017. № 11(2). С. 46-57.
9. Климов Е. А. Психология профессионального самоопределения. М.: Академия, 2010. 304 с.
10. Коган Е. А. Профориентационная работа со школьниками: проблемы и пути их решения // Социология образования. 2018. № 2. С. 4-11.
11. Личность и профессия: психологическая поддержка и сопровождение / Под ред. Л. М. Митиной. М.: Академия, 2005. 336 с.
12. Лошкарева Е., Лукша П., Ниненко И., Смагин И., Судаков Д. Навыки будущего: что нужно знать и уметь в новом сложном мире: Доклад Global Education Future и WorldSkills Russia. М.: Центр трансформации образования Московской школы управления Сколково. 2017. 10 с. URL: https://worldskills.ru/assets/docs/ media/WSdoklad_12_okt_rus.pdf.
13. Мягков А. Ю. Студенты технического вуза: профессиональные компетенции и ожидания на рынке труда // Социологические исследования. 2016. № 6 (386). С. 102-109.
14. Ольховая Т. А., Пояркова Е. В. Новые практики инженерного образования в условиях дистанционного обучения // Высшее образование в России. 2020. Т. 29. № 8/9. С. 142-154. DOI: 10/31992/0869-3617-202029-8-9-142-154.
15. Поваренков Ю. П. Уточненная классификация основных подходов к периодизации профессионального становления личности // Взаимодействие академической и практико-ориентированной психологии в сфере образования: материалы II науч.-практ. конф. с междунар. участием, 17-18 мая 2019 г., Ярославль, Ярославский государственный педагогический университет им. К.Д. Ушинского, Международная академия Психологических Наук. Ярославль, 2019. С. 59-65.
16. Прохоров В. А. Основные положения системы профессионального технического образования // Модернизация инженерного образования: российские традиции и современные инновации: материалы междунар. науч.-практ. конф. Якутск, 2017. С. 53-60.
17. Пряжников Н. С. Профессиональное самоопределение: теория и практика. М.: Академия, 2008. 320 с.
18. Психологическая зрелость личности / Под ред. Л.А. Головей. СПб.: Скифия-принт, СПбГУ, 2014. 240 с.
19. Розин В. М. Приоритеты инженерного образования, ориентированного на инновационную экономику России // Педагогика и просвещение. 2019. № 4. C. 59-64. DOI: 10.7256/2454-0676.2019.4.31211
20. Рудаков В. Н. Региональные различия результативности трудоустройства выпускников вузов // Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики». 2021. № 2.
21. Рязанцева И. В. Влияние рынка труда на профессиональную ориентацию молодежи // Вестник СГУГиТ. 2013. № 2 (22). С. 141-146.
22. Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности: Диспозиционная концепция. М.: ЦСПиМ, 2013. 376 с.
23. Саудабаева Г. С. Профессиональное самоопределение личности школьника // Современные проблемы науки и образования. 2012. № 1. URL: htpps://science-education.ru/ru/article/view?id=5609 (дата обращения: 13.09.2021).
24. Указ Президента РФ от 01.12.2016 г. № 642 (ред. от 15.03.2021) «О Стратегии научно-технологического развития Российской Федерации». URL: http://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/71451998/.
25. Шафранов-Куцев Г. Ф., Гуляева Л. В. Профессиональное самоопределение как ведущий фактор развития конкурентоориентированности и конкурентоспособности старшеклассников // Интеграция образования. 2019. Т. 23, № 1. С. 100-118. DOI: 10.15507/1991-9468.094.023.201901.100-118.
26. Alonso-García, M., de-Cózar-Macías, Ó. D. & Blazquez-Parra, E. B. Viability of competencies, skills and knowledge acquired by industrial design students. Int J Technol Des Educ 31, 2021, 545-563. DOI: 10.1007/s10798-020-09561-6
27. Khoo E., Zegwaard K., Adam A. Employer and academic staff perceptions of science and engineering graduate competencies. Australasian Journal of Engineering Education. 2020. Vol. 25. No.1. Pp. 103-118. URL: https://doi.or g/10.1080/22054952.2020.1801238.
28. Lamanauskas V., Augiené D. Lithuanian Gymnasium Students' Career Education: Professional Self-Determination Context. Psychological Thought. 2019. Vol. 12. No 2. Pp. 241-264. DOI: 10.5964/psyct.v12i2.374
29. Mingaleva, Z. A., Vukovic N. A. Development of engineering students competencies based on cognitive technologies in conditions of industry 4.0. International Journal of Cognitive Research in Science, Engineering and Education (IJCRSEE). 2020. Vol. 8. Special issue of Current Research and Trends in Cognitive Science. Pp. 93-101. DOI: 10.23947/2334-8496-2020-8-SI-93-101.
30. Mychko E. I., Zelko A. S. The resourse center capabilities in the network interaction while preparing of future teachers // The European Proceeding of Social & Behavioural Science EpSBS. 2016. P. 446-451.
31. Rizwan A., Alsulami H., Shahzad A., Elnahas N., Almalki S. Perception Gap of Employability Skills between Employers and Female Engineering Graduates in Saudi Arabia. International Journal of Engineering Education. 2021. Vol. 37. No. 2. P. 341-350.
32. Satpathy S., Dash K. K., Mohapatra M. A Study on the New Design Thinking for Industrial Revolution 4.0, Requirements and Graduate Readiness. Rupkatha journal on Interdisciplinary Studies in Humanities. 2020. Vol. 12, No4, July-September. P. 1-11. DOI: 10.21659/rupkatha.v12n4.09.
33. Smith M. B. Attitude Change // International Encyclopedia of the Social Sciences / Ed. By D.L. Sills. Crowell, 1986.
34. Super D. E. "Career Patterns as a Basis for Vocational Counseling". Journal of Counseling Psychology, 1: 12-20, 1953.
35. Valitova E., Starodubtsev V., Goryanova L. Formative personalization of student's self-determination and employability // Procedia-Social and Behavioral Sciences. 2015. Vol. 214. P. 739-747. URL: http://www. sciencedirect. com/science/article/pii/S1877042815060619.
36. Zeer E. F., Zinnatova M. V., Tretyakova V. S., Scherbina E. Yu., Bukovey T. D. Staff For Degital Economy: Transprofessionalism Formation // GCPMED 2018 - International Scientific Conference "Global Challenges and Prospects of the Modern Economic Development". Samara, 06-08 December 2018. P. 14-19. URL: https://www. futureacademy.org.uk/files/images/upload/GCPMED%202018F002.pdf.
REFERENCES
1. Altunina V. V., Altunina A. I. On the issue of changing economic behavior and preferences of modern youth. Business. Education. Law, 2019, vol. 49, no. 4, pp. 71-75. DOI: 10.25683/VOLBI.2019.49.475. (in Russ.)
2. Andreeva G. M., Bogomolova N. N., Petrovskaya L. A. Foreign social psychology of the XX century. Moscow, Aspect-Press Publ., 2001. 288 p. (in Russ.)
3. Asmolov A.G. Psychology of the personality. Cultural-historical understanding of human development. Moscow, Meaning Publ., 2019. 448 p. (in Russ.)
4. Gafurova N. V., Osipova S. I., Shubkina O. Y. Integration of ideas of sustainable development and the world CDIO initiative in training engineers of the future. Perspectives of science and education, 2020, no. 2 (44), pp. 69-82. DOI: 10.32744/pse.2020.2.6. (in Russ.)
5. Dolzhenko R. A. CDIO concept as the basis for engineering education: intermediate results and directions of further use in Russia. Proceedings of Ural State Mining University, 2017, no. 2 (46), pp. 104-108. DOI: 10.21440/23072091-2017-2-104-108. (in Russ.)
6. Zeer E. F. Psychology of professions. Moscow, Academic Project, Mir Foundation, 2008. 336 p. (in Russ.)
7. Zimin V. N., Tsibizova T. Yu., Chernega E. V., Sergeev D. A., Avgustan O. M. Engineering personnel training for digital economy of Russia: monograph. Moscow, Publishing house of Bauman Moscow State Technical University, 2017. 176 p. (in Russ.)
8. Zubarevich N. V. Development of Russian space: barriers and opportunities of regional policy. The World of New Economy, 2017, no. 11(2), pp. 46-57. (in Russ.)
9. Klimov E. A. Psychology of professional self-determination. Moscow, Academy Publ., 2010. 304 p. (in Russ.)
10. Kogan E. A. Vocational guidance work with schoolchildren: problems and ways of their solutions. Sociology of Education, 2018, no. 2, pp. 4-11. (in Russ.)
11. Personality and profession: psychological support and accompaniment / Ed. by L. M. Mitina. Moscow, Academy Publ., 2005. 336 p. (in Russ.)
12. Loshkareva E., Luksha P., Ninenko I., Smagin I., Sudakov D. Skills of the future: what you need to know and be able to in the new complex world: Report Global Education Future and WorldSkills Russia. Moscow, Center for Education Transformation of the Moscow School of Management Skolkovo, 2017. 10 p. Available at: https://worldskills.ru/ assets/docs/media/WSdoklad_12_okt_rus.pdf. (in Russ.)
13. Myagkov A. Yu. Technical university students: professional competences and expectations in the labor market. Sociological Studies, 2016, no. 6 (386), pp. 102-109. (in Russ.)
14. Olkhovaya T. A., Poyarkova E. New practices of engineering education in the conditions of distance learning. Higher Education in Russia, 2020, vol. 29, no. 8/9, pp. 142-154. DOI: 10/31992/0869-3617-2020-29-8-9-142-154. (in Russ.)
15. P. Refined classification of the main approaches to the periodization of the professional formation of personality.
Interaction of academic and practice-oriented psychology in education: materials II nauch.-prakt. conf. with international participation, May 17-18,2019. Yaroslavl, Yaroslavl State Pedagogical University named. K.D. Ushinsky, International Academy of Psychological Sciences. Yaroslavl, 2019, pp. 59-65. (in Russ.)
16. Prokhorov V. A. Basic provisions of the system of professional technical education. Modernization of engineering education: Russian traditions and modern innovations: proceedings of international scientific-practical conference. Yakutsk, 2017, pp. 53-60. (in Russ.)
17. Pryazhnikov N. S. Professional self-determination: theory and practice. Moscow, Academy Publ., 2008. 320 p. (in Russ.)
18. Psychological maturity of the personality / Ed. by L.A. Golovey. SPb., Scythia-print, SPbSU Publ., 2014. 240 p. (in Russ.)
19. Rozin V. M. Priorities of engineering education focused on the innovation economy of Russia. Pedagogy and enlightenment, 2019, no. 4, pp. 59-64. DOI: 10.7256/2454-0676.2019.4.31211 (in Russ.)
20. Rudakov V. N. Regional differences in the employment performance of university graduates. National Research University "Higher School of Economics", 2021, no. 2. (in Russ.)
21. Ryazantseva I. V. The influence of the labor market on the professional orientation of young people. Bulletin of SGUHiT. 2013, no. 2 (22), pp. 141-146. (in Russ.)
22. Self-regulation and prediction of personal social behavior: The dispositional concept. Moscow, CSPiM Publ., 2013. 376 p. (in Russ.)
23. Saudabaeva G. S. Professional self-determination of a schoolchild. Modern problems of science and education, 2012, no. 1. Available at: htpps://science-education.ru/ru/article/view?id=5609 (accessed 13 September 2021).
24. Decree of the President of the Russian Federation from 01.12.2016 № 642 (ed. from 15.03.2021) "On the Strategy of scientific and technological development of the Russian Federation". Available at: http://www.garant.ru/ products/ipo/prime/doc/71451998/.
25. Shafranov-Kutsev G. F., Gulyaeva L. V. Professional self-determination as a leading factor in the development of competitiveness and competitiveness of high school students. Education Integration, 2019, vol. 23, no. 1, pp. 100118. DOI: 10.15507/1991-9468.094.023.201901.100-118.
26. Alonso-García, M., de-Cózar-Macías, Ó. D. & Blazquez-Parra, E. B. Viability of competencies, skills and knowledge acquired by industrial design students. Int J Technol Des Educ, 2021, vol. 31, pp. 545-563. DOI: 10.1007/s10798-020-09561-6
27. Khoo E., Zegwaard K., Adam A. Employer and academic staff perceptions of science and engineering graduate competencies. Australasian Journal of Engineering Education, 2020, vol. 25, no. 1, pp. 103-118. DOI: 10.1080/22054952.2020.1801238.
28. Lamanauskas V., Augiené D. Lithuanian Gymnasium Students' Career Education: Professional Self-Determination Context. Psychological Thought, 2019, vol. 12, no 2, pp. 241-264. DOI: 10.5964/psyct.v12i2.374
29. Mingaleva, Z. A., Vukovic N. A. Development of engineering students competencies based on cognitive technologies in conditions of industry 4.0. International Journal of Cognitive Research in Science, Engineering and Education (IJCRSEE), 2020, vol. 8. Special issue of Current Research and Trends in Cognitive Science, pp. 93-101. DOI: 10.23947/2334-8496-2020-8-SI-93-101.
30. Mychko E. I., Zelko A. S. The resourse center capabilities in the network interaction while preparing of future teachers. The European Proceeding of Social & Behavioural Science EpSBS, 2016, pp. 446-451.
31. Rizwan A., Alsulami H., Shahzad A., Elnahas N., Almalki S. Perception Gap of Employability Skills between Employers and Female Engineering Graduates in Saudi Arabia. International Journal of Engineering Education, 2021, vol. 37, no. 2, pp. 341-350.
32. Satpathy S., Dash K. K., Mohapatra M. A Study on the New Design Thinking for Industrial Revolution 4.0, Requirements and Graduate Readiness. Rupkatha journal on Interdisciplinary Studies in Humanities, 2020, vol. 12, no. 4, July-September, pp. 1-11. DOI: 10.21659/rupkatha.v12n4.09.
33. Smith M. B. Attitude Change // International Encyclopedia of the Social Sciences / Ed. By D.L. Sills. Crowell, 1986.
34. Super D. E. "Career Patterns as a Basis for Vocational Counseling". Journal of Counseling Psychology, 1952, no. 1, pp. 12-20.
35. Valitova E., Starodubtsev V., Goryanova L. Formative personalization of student's self-determination and employability. Procedia-Social and Behavioral Sciences, 2015, vol. 214, pp. 739-747. Available at: http://www. sciencedirect.com/science/article/pii/S1877042815060619.
36. Zeer E. F., Zinnatova M. V., Tretyakova V. S., Scherbina E. Yu., Bukovey T. D. Staff For Degital Economy: Transprofessionalism Formation. GCPMED 2018 - International Scientific Conference "Global Challenges and Prospects of the Modern Economic Development". Samara, 06-08 December 2018. pp. 14-19. Available at: https:// www.futureacademy.org.uk/files/images/upload/GCPMED%202018F002.pdf. (accessed 13 September 2021).
Информация об авторах Алтунина Варвара Викторовна
(Россия, г. Калининград) Доцент, доктор педагогических наук, директор института экономики, управления и туризма Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта E-mail: VAltunina@kantiana.ru ORCID ID: 0000-0002-2167-5213 Scopus Author ID: 57220835920
Мычко Елена Иосифовна
(Россия, г. Калининград) Доктор педагогических наук, профессор Института образования Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта E-mail: EMychko@kantiana.ru ORCID ID: 0000-0002-5876-5108 Scopus Author ID: 57208628115
Панькина Инга Юрьевна
(Россия, г. Калининград) Кандидат юридических наук, доцент Юридического Института Балтийский федеральный университет имени Иммануила Канта E-mail: iupanjkina@yandex.ru ORCID ID: 0000-0001-8785-2991
Information about the authors Varvara V. Altunina
(Russia, Kaliningrad) Associate Professor, Doctor of Pedagogy, Director of the Institute of Economics, Management and Tourism
Immanuel Kant Baltic Federal University E-mail: VAltunina@kantiana.ru ORCID ID: 0000-0002-2167-5213 Scopus Author ID: 57220835920
Elena I. Mychko
(Russia, Kaliningrad) Doctor of Pedagogy, Professor of the Institute of Education Immanuel Kant Baltic Federal University E-mail: EMychko@kantiana.ru ORCID ID: 0000-0002-5876-5108 Scopus ID: 57208628115
Inga U. Pankina
(Russia, Kaliningrad) PhD in Sciences (Law) Associate Professor of the Law Institute Immanuel Kant Baltic Federal University E-mail: iupanjkina@yandex.ru ORCID ID 0000-0001-8785-2991