УДК 343 ББК 67
DOI 10.24411/2073-3313-2020-10154
СОСТОЯНИЕ, СТРУКТУРА, ДИНАМИКА И УРОВЕНЬ ПРЕСТУПНОСТИ В АЗЕРБАЙДЖАНЕ
Региональные особенности
Аннотация. В статье проведено статистико-криминологическое исследование состояния, структуры, динамики и уровня преступности, в том числе умышленного убийства, причинения тяжкого вреда здоровью, ограбления, незаконного оборота наркотиков, мошенничества и других видов преступности в районах, отдельных экономических регионах и больших городах Азербайджана, выявлены специфические тенденции, характеризующие региональную преступность в наше время.
Ключевые слова: Азербайджан, экономические регионы, преступность, региональная преступность, городская преступность, состояние, структура, динамика, уровень, специфические тенденции преступности.
Annotation. Statistic-criminological study of condition, structure, dynamics and level of criminality, including homicide, causing harm which endangers life, robbery, drug trafficking, fraudulence and its other types in regions, different economical regions and big cities of Azerbaijan was conducted in the article, peculiar tendencies characterizing regional criminality in recent period were revealed.
Keywords: Azerbaijan, economical regions, criminality, regional criminality, urban criminality, condition, structure, dynamics, level, peculiar tendencies of criminality.
С ложный и противоречивый процесс глобализации обусловливает необходимость систематизированного и детального криминологического анализа ряда рисков мирового масштаба, негативных явлений, угрожающих всему миру, в том числе необходимость изучения международных и региональных проблем преступности. Под влиянием процессов глобализации произошел ряд изменений в структуре и динамике преступности, в ее количественных и качественных параметрах; преступность стала более совершенной, она приобрела транснациональный, коррумпированный и интеллектуальный харак-тер [14, 32, 38]. Наблюдаются опасные тенденции в структуре и динамике преступности, появляются новые формы и виды транснациональной организованной преступной деятельности (кибертерроризм, ки-берпреступность, торговля людьми, незаконная
Назим Талат оглы АЛИЕВ, начальник Академии полиции Министерства внутренних дел Азербайджанской Республики, доктор юридических наук E-mail: m rashad@mail.ru
миграция, экстремизм и т.д.) [18, с. 74—78; 21, с. 82—98].
По этому поводу профессор Д.А. Шестаков справедливо отмечает, что в «современных условиях продолжения и интенсификации процесса глобализации коммуникаций, экономики и финансов преступность как составная часть событий, происходящих в обществе, и совокупный результат криминальной деятельности людей и организованных структур приобретает отличительную структуру. Новое качество планетарно развивающейся преступности постепенно осознается и в криминологии» [47, с. 331].
Таким образом, в условиях глобализации и регионализации вопросы борьбы с этим негативным социально-правовым явлением приобрели особую актуальность, возникла необходимость разработки новых научно-методологических подходов к криминологическому анализу преступности [41].
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
В последние годы в качестве одного из важных подходов к статистико-криминологическому анализу преступности сформировался региональный подход, суть которого заключается в статистико-кримино-логичес-ком анализе преступности и отдельных ее наиболее распространенных видов с географической точки зрения. В рамках криминологического исследования региональных аспектов преступности, на основе системно-структурного подхода осуществляется комплексный анализ состояния, структуры, динамики и уровня региональной преступности, существующей в регионе социально-экономической и демографической ситуации, эффективности деятельно -сти правоохранительных органов, особенностей социальной и национальной психологии, национальных, религиозных и семейно-бытовых традиций и обычаев и ряда других факторов [1].
Следует отметить, что идея изучения региональных особенностей преступности не нова. Люди с древних времен пытались понять, существует ли какая-то зависимость между специфическими особенностями географической среды, экономическими, политическими, социальными условиями, существующими в определенной территориальной единице, городе или сельском населенном пункте, с одной стороны, и характером, поведением, в том числе преступном поведением, людей, населяющих данную территориальную единицу, — с другой стороны.
О влиянии географической среды на преступность философы (Платон, Цицерон и др.) говорили еще в древние времена. Однако фактическое становление данного направления науки криминологии, более систематизированное изучение преступности на региональном уровне, с учетом территориально-географического фактора, началось в Х1Х в. С этого времени юристы, социологи, антропологи и представители других отраслей науки (например, А. Герри, А. Кетли, Г. Тард, Ч. Ламброзо, Э. Ферри, Е. Дюркгейм и др.) заметили наличие значительных различий в состоянии, структуре, динамике на уровне преступности в соседних странах, в отдельных регионах территории данной страны, ее городах и селах и пытались выяснить причины возникновения этих различий.
Тем не менее научно-теоретические и эмпирические криминологические исследования по изучению структуры и уровня преступности в отдельных странах, в различных административно -территориальных единицах, крупных городах и сельских населенных пунктах страны, причин и условий, вызывающих преступность и ее отдельные виды, и проблем предупреждения и профилактики преступности в этих географических пространствах проводятся лишь с середины XX в.
В 70-е — 80-е годы ХХ в. растет число социально-криминологических исследований на региональном уровне, существенно повышается внимание к этой сфере, во многих странах, особенно в США, Германии, Франции, а также в бывшем СССР, начинают проводиться исследования преступности на региональном уровне, комплексные исследования, основанные на научно-теоретической и эмпирической базе, по выяснению причин и обстоятельств, обусловивших возникновение территориальных различий в структуре, динамике и уровне преступности.
В исследованиях В.А. Серебрякова, А.С. Шляпочникова, В.К. Звируля, М.М. Бабаева, А.Б. Сахарова, А.И. Долговой, О.М. Миньковского, А.А. Габиани, Р.Г. Га-чечиладзе, А.В. Заварзина, Г.И. Забрянско-го, С.П. Лукницкого, А. Лепса, Е.М. Мазина, Э.Э. Раски, Э.Н. Дзениса, Г.Г. Минберга, А.З. Януаскаса, Я.И. Гилинского, В. Фокса, Э. Шура и других криминологов рассмотрены теоретические и методологические вопросы влияния отдельных социальных факторов на преступность; было установлено существование определенных корреляционных зависимостей между процессами урбанизации и миграции, возрастно-поло-вым и социально-профессиональным составом населения, типами населенных пунктов, степенью их заселенности, существующей социальной средой и другими факторами, с одной стороны, и преступностью — с другой стороны.
Именно названными выше учеными и были заложены основы нового направления в криминологии — территориально-географического, регионального подхода к изучению преступности [12; 13, с. 20—22; 22, с. 60—64; 23, с. 3—13; 24, с. 42—51; 25; 26; 35 с. 206—223; 37, с. 50; 34; 41, с. 34—63; 41, 3— 18; 46; 50, с. 228—231; 51].
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
Конец XX — начало XXI в. можно отметить как время дальнейшего повышения внимания к вопросам территориально-географического криминологического анализа, прогнозирования и профилактики преступности на региональном уровне, интенсификации фундаментальных научно-теоретических исследований в этой сфере, формирования в науке криминологии нового направления — региональной криминологии, занимающейся вопросами анализа, прогнозирования и предотвращения региональной преступностью, изучением состояния, структуры и динамики преступности и отдельных видов преступлений в различных регионах мира, отдельных административно-территориальных единицах, городах и селах страны, изучением комплекса причин, приводящих к росту преступности в регионах, путей предотвращения криминальных действий на региональном уровне и других проблем криминологии.
Именно в эти годы началось проведение научных исследований по определению целей и задач, предмета и объекта нового направления в криминологии — регионального (территориально-географического) исследования, прогнозирования и профилактики преступности [2; 15; 19; 33; 36, с. 31— 33; 39, с. 3—9; 43].
Проблема региональных (территориальных) особенностей преступности постоянно привлекает внимание криминологов и в настоящее время. Криминологи, указывая на необходимость теоретического обоснования регионального подхода, особо отмечают его практическую значимость, т.е. возможность дифференцированной борьбы с преступностью с учетом полученной информации [5, с. 13—22; 6, с. 43—47; 16 с. 28—36; 17, с. 32— 39; 20, с. 40—48; 42, с. 286—293].
Появились монографические, диссертационные исследования в данном направлении (работы К.Р. Абызова, А.Д. Бадова, Б.В. Баринова, Д.Е. Ваничкина, А.Б. Васильева, В.И. Каныгина, А.В. Корниенко, А.В. Кулагина, К.Т. Ростова, Ю.А. Токарева, С.А. Шоткинова, Е.А. Шукиной и др.).
Азербайджанские ученые также обратили внимание на проблемы, связанные с географией преступности, изучением территориальных различий преступности.
Так, в середине 90-х годов XX в. Я.С. Абдуллаев и М.Р. Казымов обратились к этому направлению науки криминологии,
обосновали роль и значение «географического» исследования преступности, необходимость проведения региональных криминологических анализов. Они, изучив сложившуюся ситуацию в сфере географического исследования преступности с историко-правовой точки зрения, проанализировали исследования причин возникновения территориальных различий в структуре и динамике преступности. В книге этих авторов, изданной под названием «География преступности: историко-правовой взгляд», проанализировано возникновение и развитие этого направления науки криминологии. В этой книге, наряду с вышеотмеченным, проанализированы криминологические исследования регионально-геогра-фической направленности, проведенные в бывших республиках СССР — в Латвии, Грузии, России и Азербайджане, а также в США [27].
Видные представители азербайджанской юридической науки (И. Рагимов, Х. Алик-перов, Ф. Самандаров, Х. Гурбанов, Б. Заи-дов и др.) отметили роль и значение «географического», регионального криминологического исследования преступности в прогнозировании преступности, в организации и осуществлении комплексной и научно обоснованной борьбы с преступностью. Эти авторы, подчеркивая важность и значение исследования состояния, структуры и динамики преступности на региональном уровне, в отдельных административно-территориальных единицах, в пределах городов и районов, значение исследования причин и обстоятельств, детерминирующих региональную преступность, комплекса факторов социального, экономического, демографического, организационного, технического и иного характера, показали, что на современном этапе исследование региональной преступности стало одним из основных направлений науки криминологии [4].
Следует отметить, что профессор Х. Алик-перов, учитывая важность этого направления криминологических исследований, осуществил интересное исследование структуры и динамики преступности, проанализировал существующую криминологическую ситуацию в отдельно взятом регионе Азербайджана, а именно, в Нахчыванском экономическом районе.
На международной научно-практической конференции на тему «Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности», состояв-
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
шейся 18 декабря 2013 г., профессор Х. Аликперов изложил собственное видение состояния, структуры и динамики преступности в Нахчыванском регионе Азербайджана. При этом следует отметить, что криминологические исследования региональной направленности, проведенные профессором Х. Аликперовым, охватывали лишь один экономический район Азербайджана [7].
Таким образом, в Азербайджане проведено не так много криминологических исследований, посвященных вопросам анализа прогнозирования и профилактики преступности на региональном уровне. Поэтому все еще остается реальная необходимость в научных исследованиях и теоретическом познании многих проблем, связанных с региональной преступностью.
Учитывая данное обстоятельство, для определения основных криминологических тенденций, характерных для каждого экономического района и крупного города Азербайджана, нами проведен статистико-криминологический анализ динамики состояния, структуры и уровня преступности, а также отдельных видов преступлений (умышленное убийство, умышленное нанесение тяжкого вреда здоровью, кражи, мошенничество, незаконный оборот наркотических средств и других видов преступлений) в Апшеронском, Гянджа-Газахском,
Шеки-Загатальском, Лянкяранском, Аран-ском, Губа-Хачмазском, Горно-Ширван-ском, Кяльбяджар-Лачинском, ВерхнеКарабахском и Нахчыванском экономических районах Азербайджана, а также в таких крупных городах республики, как Баку, Гянджа, Сумгаит, Ширван и Мингячевир.
Статистико-криминологический анализ коэффициента преступности за 2009 — 2015 годы, отражающего уровень преступности по экономическим районам Азербайджана, т.е. число преступлений, приходящихся на каждые 100 тыс. человек населения, показывает, что средний уровень преступности за семилетний период только в Апшеронском районе (313) был выше соответствующего усредненного показателя по республике (253,1). Самый низкий уровень преступности наблюдается в Нахчы-ванском (6,1) и Кяльбяджаро-Лачинском экономическом районах (7,9), а самый высокий уровень преступности, наряду с Ап-шероном, — в Лянкяранском (191,1), Аранском (187,8) и Губа-Хачмазском (179,3) районах (таблица 1).
По сравнению с 2009 г. в 2015 г. во всех экономических районах, а также в целом по Азербайджану, за исключением Губа-Хачмазского и Нахчыванского экономических районов, уровень (коэффициент) преступности повысился.
Таблица 1
Состояние преступности и коэффициент преступности (число преступлений, приходящихся на каждые 100 тыс. человек населения) в экономических районах Азербайджана за 2009 — 2015 годы
Регион / Годы 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015
По Азербайджану 22 830 254 23 010 252 24 263 263 21 897 234 22 381 236 24 607 256 26 916 277
По Баку 11 108 538,0 11 096 530,0 11 724 552,0 10 018 466,0 10 984 503,0 12 286 557,0 12 693 570,0
В том числе по экономическим районам:
1. Апшерон 1 516 293,0 1 761 337,0 1 726 326,0 1 571 292,0 1 622 298,0 1 555 282,0 2 023 363,0
2. Гянджа-Газах 2 046 173,0 1 909 160,0 2 077 172,0 1 986 163,0 1 793 147,0 2 042 165,0 2 412 192,0
3. Шеки-Закатала 601 105,0 611 106,0 687 118,0 689 117,0 854 144,0 814 136,0 1062 175,0
4. Лянкяран 1 599 192,0 1 664 197,0 1 768 207,0 1 459 168,0 1 390 156,0 1 723 193,0 2 053 227,0
5. Губа-Хачмаз 1 041 211,1 995 200,0 916 181,0 923 180,0 755 146,0 814 155,0 968 182,0
6. Аран 3 562 196,0 3 691 201,0 3 838 206,0 3 687 195,0 3 432 179,0 3 684 190,0 3 971 204,0
9. Горный Ширван 374 132,0 357 124,0 378 129,0 343 116,0 302 101,0 330 108,0 442 143,0
10. Нахчыван 236,0 184,0 338,0 235,0 235,0 399,0 296,0
11. Верхний Карабах 331 54,0 371 59,0 434 69,0 452 71,0 343 53,0 446 68,0 525 79,0
12. Кельбаджар-Лачин 2210,0 136,0 229,0 156,0 187,0 166,0 2711,0
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
В 2013 — 2015 гг. в экономических районах Азербайджана наблюдался рост числа зарегистрированных преступлений.
В 2015 г. в структуре преступлений, зарегистрированных в Апшеронском экономическом районе, кражи составили 25%, мошенничество — 8,6%, уклонение от уплаты налогов — 9,3%, преступления, связанные с изготовлением, производством, хранением, ношением, пересылкой либо сбытом наркотиков и психотропных веществ, — 13,44%, нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств — 7,7%.
В последние годы доля Апшеронского экономического района в структуре зарегистрированных преступлений по Азербайджану возросла и составила 7,5%. Средний коэффициент преступности в Апшерон-ском экономическом районе за последние семь лет составил: в Сумгаите — 297.7, а в Апшеронском районе — 342.4.
Как видно, самым криминогенным регионом в этом экономическом районе является Апшеронский район, где уровень преступности выше общереспубликанского уровня.
В 2015 г. «доля» Гянджа-Газахского экономического района от общего числа зарегистрированных преступлений по Азербайджану составила 8,9%. В структуре преступлений, зарегистрированных в этом экономическом районе, кражи составили 20,4%, мошенничество — 11,8%, уклонение от уплаты налогов — 6,7%, преступления, связанные с изготовлением, производством, хранением, ношением, пересылкой либо сбытом наркотиков и психотропных веществ, — 5,0%.
Средний уровень преступности по данному экономическому району составил 170. Средний коэффициент преступности в Гяндже был 196,6, в Газахе — 198, а в Ге-ранбое — 196,1, что выше среднего показателя по данному экономическому району.
Коэффициент преступности по всем районам и городам, входящим в состав данного экономического района, ниже соответствующего общереспубликанского показателя. Самыми криминогенными регионами в этом экономическом районе оказались Гянджа и Геранбой, а Нафталан (21,1) и Дашкесан (66,1) были территориями с самым низким уровнем криминогенности.
«Доля» Шеки-Загатальского экономического района в общем числе зарегистрированных в Азербайджане преступлений в 2009 г. составила 3,7%, а в 2015 г. — 3,9%.
В структуре преступлений, зарегистрированных в этом экономическом районе, кражи составили 16,1%, мошенничество — 13,6%, уклонение от уплаты налогов — 10,2% преступления, связанные с изготовлением, производством, хранением, ношением, пересылкой либо сбытом наркотиков, — 9,7%, нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств 3 5,7%.
Средний коэффициент преступности в Шеки-Загатальском экономическом районе за 2009 — 2015 гг. составил 128,7.
Уровень преступности по всем районам данного региона и в целом по данному экономическому району значительно ниже общереспубликанского уровня. В то же время уровень преступности по Балакен-скому (176,6) и Гахскому району (147,7), входящим в этот экономический район, выше общего уровня по экономическому району. Самым криминогенным регионом в этом экономическом районе оказался Ба-лакен, с самым низким уровнем кримино-генности был Шеки (106,6).
В 2009 г. удельный вес преступлений, зарегистрированных в Лянкяранском экономическом районе, составил 7,59% от общего числа преступлений, зарегистрированных в Азербайджане, а в 2015 г. — 7,63%.
В структуре преступлений, зарегистрированных в этом экономическом районе, кражи составили 17,51%, мошенничество — 12,8%, уклонение от уплаты налогов — 8,4%, хулиганство — 3,3%, преступления, связанные с изготовлением, производством, хранением, ношением, пересылкой либо сбытом наркотиков, — 16,8%, нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств — 3,65%.
Средний коэффициент преступности в Лянкяранском экономическом районе (191,1) меньше соответствующего общереспубликанского показателя. Из всех районов, входящих в данный экономический район, только в Астаре уровень преступности (338,3) превысил общереспубликанский уровень.
В других регионах данного экономического района уровень преступности ниже
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
соответствующего показателя как по республике, так и по экономическому району.
В 2006 г. удельный вес преступлений, зарегистрированных в Губа-Хачмазском экономическом районе, составлял 5,4% в структуре преступлений, зарегистрированных по республике, а в 2015 г. — 3,6%.
В структуре преступлений, зарегистрированных в этом экономическом районе, кражи составили 18,2%, мошенничество — 6,9%, уклонение от уплаты налогов — 13,0%, хулиганство — 3,8%, преступления, связанные с изготовлением, производством, хранением, ношением, пересылкой либо сбытом наркотиков, — 9,2%, нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств — 8,8%.
Уровень преступности в данном экономическом районе и в административно-территориальных единицах, входящих в его состав, ниже соответствующего среднего показателя по Азербайджану. В то же время уровень преступности по Гусарскому (189,6), Хачмазскому (185,1) и Сиязаньско-му (231,4) районам был выше общего уровня преступности по экономическому району. Наиболее криминогенной территорией в данном экономическом районе оказался Сиязаньский район, а регионами с самым низким уровнем преступности были Шаб-ран (161,6) и Губа (162,8).
Удельный вес зарегистрированных преступлений в Аранском экономическом районе в структуре преступности по Азербайджану в 2006 г. составлял 16,2%, а в 2015 г. — 14,7%.
В структуре преступлений, зарегистрированных в этом экономическом районе, кражи составили 19,1%, мошенничество — 9,6%, уклонение от уплаты налогов — 8,7%, хулиганство — 4,7%, преступления, связанные с изготовлением, производством, хранением, ношением, пересылкой либо сбытом наркотиков, — 14,75%, нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств — 15,7%.
Средний коэффициент преступности в данном экономическом районе (187,8) ниже соответствующего показателя по республике, однако в некоторых районах, входящих в данный экономический район, значение этих коэффициентов, т.е. уровень преступности, выше по сравнению с соответствующими показателями как по эконо-
мическому району, так и по республике. Это Билясуварский район (359,7) и город Ширван (341,8).
Средний уровень преступности в Агд-жабединском (193,7), Бардинском (191,3), Сальянском (237), Евлахском (218), Мин-гячевирском (228), Сабирабадском (192,6) и Гаджигабульском районах, входящих в состав данного экономического района, был выше общего среднего уровня по экономическому району. Наиболее криминогенными регионами в данном экономическом районе оказались Билясувар и Ширван, а самый низкий уровень криминогенности зарегистрирован в Агдаше (117,1).
Удельный вес преступлений, зарегистрированных в 2006 г. в Горно-Ширванском экономическом районе, составил 2,04%, а в 2015 г. — 1,64% от общего числа зарегистрированных преступлений в Азербайджане.
В 2015 г. в структуре зарегистрированной преступности в этом экономическом районе кражи составили 21,5%, уклонение от уплаты налогов — 26,7%, хулиганство — 3,4%, преступления, связанные с изготовлением, производством, хранением, ношением, пересылкой либо сбытом наркотиков, — 5,4%, нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств — 8,8%, мошенничество — 1,58%.
Уровень преступности в данном экономическом районе в целом, а также в районах, входящих в его состав, значительно (более чем в два раза) ниже соответствующего показателя по Азербайджану. Только в Исмаиллинском районе общий уровень преступности (139,4) был выше уровня по экономическому району (121,8).
Из всех экономических районов только по Апшерону средний коэффициент преступности (313) был выше соответствующе -го показателя по Азербайджану (253). Из всех городов и районов, входящих в экономические районы республики (за исключением Баку), наиболее криминогенными регионами страны, где уровень преступности выше общереспубликанского уровня, являются Билясуварский (359,7), Апшерон-ский (342.4) и Астаринский (338,3) районы, а также города Ширван (341,8) и Сумгаит (297.7).
Особо важное значение в криминологических исследованиях региональной направленности имеют криминологический
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
анализ городской преступности, системный анализ состояния, структуры и динамики преступности в этих административно -территориальных единицах. В частности, именно в крупных городах удельный вес зарегистрированных преступлений в структуре преступности по стране, как правило, бывает более высоким. Такая тенденция характерна и для Азербайджана. Об этом наглядно свидетельствует анализ состояния, структуры и динамики преступности в таких городах страны, как Баку, Сумгаит, Гянджа, Мингячевир и Ширван.
В 2009 г. уровень преступлений, т.е. коэффициент преступности (число преступлений, приходящихся на каждые 100 тыс. человек населения), в столице страны составлял 538, а в 2015 г. — 570. Это означает, что уровень преступности в городе Баку более чем в два раза выше обще-республиканского уровня.
Вызывает беспокойство также тот факт, что в 2015 г. уровень преступности в Баку был выше по сравнению с уровнем 2006 г., и в особенности по сравнению с уровнем 2012 и 2013 гг. Анализ статистических данных, отражающих уровень преступности (коэффициент преступности) за 2009 — 2015 гг., показывает, что коэффициент преступности во многих административных районах города Баку был выше общереспубликанского уровня, а в некоторых районах — даже выше коэффициента преступности по Баку.
Так, в 2009 г. коэффициент преступности в Сабаильском (861), Наримановском (744), Насиминском и Низаминском (552) районах Баку был в значительной степени выше соответствующих показателей по Баку. При этом коэффициент преступности в Хазарском (459), Гарадагском (481), Бина-гадинском (468), Сабунчинском (476), Яса-мальском (511), Сураханском (408) и Хатаин-ском районах (423) столицы был ниже уровня коэффициента преступности по Баку.
В 2009 г. самым криминогенным административным районом столицы был Саба-ильский район, наибольшее число преступлений было зарегистрировано в Насимин-ском (1536), а наименьшее — в Гарадагском районе (522).
Уровень преступности в Баку и его административных районах в 2015 г. также был выше республиканского уровня. При
этом самые высокие коэффициенты преступности были зарегистрированы в Саба-ильском (727,4) и Гарадагском районах (727), а самые низкие были характерны для Пираллахинского (295), Сураханского (409) и Сабунчинского (420) районов. Наибольшее число преступлений было зарегистрировано в Насиминском (1448), Ясамаль-ском (1470) и Хатаинском районах (1554), а наименьшее — в Пираллахинском (59) и Сабаильском районах (731) (см.: табл. 2).
Исходя из средних коэффициентов преступности за 2009 — 2015 гг., рассчитанных на основе сравнительно-криминологического анализа статистических данных, мы можем утверждать, что самыми криминогенными районами (с более высоким уровнем преступности) города Баку были Саба-ильский (средний коэффициент преступности 727.7), Насиминский (651), Наримановский (619) районы, а районами с относительно невысоким уровнем преступности являются Сураханский (385), Сабунчин-ский (465), Хазарский (504.3), Бинагадин-ский (507,6) и Хатаинский район (451.1).
Отметим, что в Хазарском, Бинагадин-ском, Сабунчинском, Сураханском и Хатаинском районах средний коэффициент преступности был ниже соответствующего показателя по Баку (530.8).
На основе анализа статистических данных, отражающих среднегодовое число преступлений в 2009 — 2015 гг., мы можем отметить, что в отношении данного параметра за эти годы наблюдалась несколько иная ситуация. Так, среди районов Баку наибольшее число преступлений были зарегистрировано в Насиминском (среднегодовое число преступлений 1397), Ясамальском (1368), Бинагадинском (1276) и Хатаинском (1186) районах, а наименьшее число преступлений — в Гарадагском (646), Сабаильском (691) и Хазарском районах (833).
Статистические данные свидетельствуют о том, что за последние несколько лет в городе Баку наблюдается рост числа преступлений, совершенных трудоспособными лицами, которые нигде не работают и не учатся; преступлений, произошедших в состоянии алкогольного опьянения; групповых преступлений; криминальных действий, совершенных иностранными гражданами; а также рост числа преступлений, совершенных женщинами.
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
Таблица 2
Зарегистрированные преступления и коэффициент преступности (число преступлений, приходящихся на каждые 100 тыс. населения) в городе Баку
и его районах в 2009 — 2015 гг.
Регион / Годы 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2105
По Азербайджану 22 830 23 010 24 263 21 897 22 381 24 607 26 916
254,0 252,0 263,0 234,0 236,0 256,0 277,0
В том числе:
По Баку 11 108 11 096 11 724 10 018 10 984 12 288 12 693
538,0 530,0 552,0 466,0 503,0 557,0 570,0
В том числе районы:
Хазарский 782 782 939 828 815 808 880
459,0 454,0 538,0 523,0 509,0 504,0 543,0
Сабаильский 784 734 724 565 599 700 731
861,0 794,0 772,0 597,0 623,0 699,0 727,4
Гарадагский 522 635 639 553 545 755 876
481,0 575,0 567,0 483,0 467,0 637,0 727
Бинагадинский 1 127 1 149 1 216 1 152 1 414 1 504 1373
468,0 471,0 491,0 459,0 554,0 583,0 527,0
Сабунчинский 1 060 476,0 1 127 500,0 1 133 496,0 1 002 433,0 1 042 445,0 1 148 485,0 1 004 420,0
Наримановский 1 211 744,0 1 048 634,0 1 025 611,0 926 546,0 907 528,0 1 080 624,0 1 133 648,0
Насиминский 1 536 1 316 1 456 1 314 1 227 1 483 1 448
733,0 622,0 683,0 609,0 565,0 682,0 663,0
Низаминский 990 1 001 993 781 1 059 1 202 1 234
55,2 55,0 53,7 41,5 55,0 62,0 63,1
Ясамальский 1 194 1 498 1 524 1 290 1 278 1 325 1 470
511,0 635,0 640,0 537,0 527,0 544,0 600,0
Сураханинский 811 408,0 818 406,0 878 429,0 672 325,0 688 321,0 849 400,0 878 409,0
Хатаинский 1 050 954 1 155 910 1 340 1 344 1 554
423,0 378,0 449,0 347,0 501,0 496,0 564,0
Пираллахинский - - - - 29158,0 54271,0 59295,0
В 2006 г. самый большой удельный вес в структуре зарегистрированных преступлений в городе Баку приходится «на долю» таких деяний, как кража (11,4%); незаконное изготовление, производство, приобретение, хранение, ношение, пересылка или сбыт наркотических средств и психотропных веществ (13%), нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (9,2%), мошенничество (8,8%), нанесение легкого вреда здоровью (7,5%) и хулиганство (5,9%).
В 2015 г. в структуре преступлений по городу Баку удельный вес краж (28,8%), мошенничества (17,4%), уклонения от уплаты налогов (5,9%) возрос, соответственно, в 2, 2.5 и 19 раз, при этом удельный вес таких деяний, как хулиганство, нарушение Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также удельный вес преступлений, связанных с неза-
конным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сократился.
Среднегодовой коэффициент преступности за 2009 — 2015 гг. по городам республики (т.е. среднее значение коэффициента преступности за последние семь лет) составил: в Баку — 536, Гяндже — 196, Сумгаите — 297, Мингячевире — 228, а в Ширване — 275.
За указанный период средний уровень преступности в Азербайджане составил 253. Таким образом, уровень преступности в Баку, Сумгаите и Ширване выше общереспубликанского уровня. Среди городов республики самый низкий коэффициент преступности характерен для Гянджи и Мингячевира. Несмотря на то что численность населения города Гянджи в четыре раза больше населения Ширвана, коэффициент преступности в Ширване выше, чем в Гяндже. Точно так же, несмотря на то, что численность населения Гянджи и Сумгаита примерно одинакова (в
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
2015 г. в Гяндже зарегистрировано 330,1 тыс., а в Сумгаите 336,2 тыс. человек), уровень преступности в Сумгаите был в 1,5 раз выше соответствующего показателя для Гянджи (см. табл. 3).
Существенные различия между городами имеются также по коэффициенту преступности по отдельным видам преступлений. Так, «лидерами» по коэффициенту умышленных убийств являются Баку (4,6) и Гянджа (4,4). Последующие места по этому показателю занимают города Ширван и Сумгаит. Как видно, уровень такого рода преступлений в Гяндже значительно выше, чем в Сумгаите. Аналогичная ситуация наблюдается и на уровне деяний умышленного нанесения вреда здоровью. Так, наибольшие значения среднего коэффициента преступности за 2009 — 2015 гг. по такого рода преступлениям зарегистрированы в Баку (7,6) и Гяндже (6,8). Уровень такого
Уровень преступлений, связанных с незаконным изготовлением, производством, приобретением, хранением, ношением, пересылкой или сбытом наркотических средств и психотропных веществ, характеризовался следующими тенденциями. Коэффициент этого вида преступности в 2009 и 2015 гг. по Азербайджану составлял, соответственно, 33.6 и 30.4, по Баку — 71.1 и 55.1, по Гяндже — 29.6 и 16.4, по Сумгаиту — 50.4 и 47.6, по Мингя-чевиру — 32 и 38.1, по Ширвану — 91.2 и 60.7.
Таким образом, наиболее высокий коэффициент данного вида преступности как
рода преступлений в Ширване составил 5,1, а в Сумгаите — 4.
Таким образом, по уровню деяний умышленного убийства и нанесения тяжкого вреда здоровью Баку и Гянджа характеризуются более высокой криминогенностью.
Анализ средних за 2009 — 2015 гг. коэффициентов преступности, связанной с совершением краж, показывает, что среднегодовой показатель уровня краж по Азербайджану составил 51,6, по Баку — 139,7, по Гяндже — 29,9, по Сумгаиту — 48,7, по Мингячевир — 39,3, по Ширвану — 42,4.
Итак, по уровню краж самым криминогенным регионом страны оказался город Баку. Здесь уровень краж был в 3,7 раз выше общего уровня краж по Азербайджану и в 4,6 раза выше уровня краж по Гяндже. На втором месте с точки зрения криминогенности стоит Сумгаит, а на третьем — Ширван.
По сравнению с другими городами в Гяндже уровень краж значительно ниже.
Таблица 3
человек
в 2009 г., так и в 2015 г., был зарегистрирован в Ширване. За эти годы уровень данного вида преступности в Азербайджане, в Баку, Гяндже, Сумгаите и Ширване сократился, а в Мингячевире увеличился. Средний коэффициент данного вида преступности за семь лет (с 2009 г. по 2015 гг.) в Азербайджане составил 29.9, в Баку — 51.4, в Гяндже — 23.8, в Сумгаите — 39.6, Мингячевире — 31.7, в Ширване — 81.6 (в 2,7 раза больше среднего показателя по республике).
Итак, по уровню данного рода преступлений самым криминогенным городом был
Количество зарегистрированных преступлений и коэффициент преступности (число преступлений, приходящихся на каждые 100 тыс. населения) в больших городах Азербайджана в 2009 — 2015 годы
Регион / Годы 2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015
По Азербайджану: 22 830 254,0 23 010 252,0 24 263 263,0 21 897 234,0 22 381 236,0 24 607 256,0 26 916 277,0
В том числе:
Баку 11 108 538,0 1 1096 530,0 1 1724 552,0 1 0018 466,0 1 0984 503,0 1 2288 597,0 1 2693 570,0
Гянджа 693 222,0 599 189,0 597 186,0 597 185,0 569 176,0 642 195,0 739 224,0
Сумгаит 960 308,0 1 033 328,0 1 051 330,0 935 287,0 918 279,0 796 239,0 1 054 313,0
Мингячевир 153 158,0 194 198,0 236 238,0 183 183,0 229 228,0 294 289,0 309 302,0
Ширван 323 415,0 349 443,0 289 361,0 232 287,0 223 273,0 214 258,0 299 356,0
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
Ширван, а последующие два места занимают Баку и Сумгаит.
Статистические данные, характеризующие состояние и динамику преступности в крупных городах Азербайджана за десятилетний период (2006 — 2015), позволили выявить ряд тенденций, характерных для городской преступности. В первую очередь отметим, что за эти годы во всех городах страны наблюдался рост числа преступлений.
Так, в 2009 г. общее число зарегистрированных преступлений в Баку, по сравнению с аналогичным показателем за 2006 г., возросло на 47.6%, в Гяндже — на 74.7%, в Сумгаите — на 23.8%, в Мингячевире — на 21.6%, а в Ширване — на 24.1%.
Что касается удельного веса числа совершенных преступлений, зарегистрированных в отдельных городах страны, в структуре всех совершенных преступлений, зарегистрированных в Азербайджане, можем констатировать, что в 2006 г. удельный вес числа преступлений, зарегистрированных в Баку, составил 45.1% от общего числа преступлений, зарегистрированных в Азербайджане.
Значение аналогичного показателя по городу Гянджа составило 2.22%, по Сумгаи-
ту — 4.47%, по Мингячевиру — 1.33%, по Ширвану — 1.26%.
Как видно, удельный вес Сумгаита в структуре преступлений, зарегистрированных в республике, в два раза больше удельного веса Гянджи. В 2015 г. удельный вес Баку в структуре преступлений, зарегистрированных в республике, составил 47.1%. Значение аналогичного показателя по городу Гянджа составило 2.74%, по Сумгаиту — 3.92%, по Мингячевиру — 1.15%, по Ширвану — 1.11%.
В 2015 г. удельный вес Баку в общем количестве преступлений, по сравнению с 2006 г., возрос, а удельные веса Гянджи, Сумгаита, Мингячевира и Ширвана сократились.
Вместе с тем следует отметить, что по сравнению с другими странами СНГ уровень преступности в Азербайджане не так уж и высок.
Сравнительный анализ состояния и уровня преступности (коэффициента преступности, указывающего число преступлений на каждые 100 тыс. человек населения) в Азербайджане и в других странах СНГ в 2009 — 2013 гг. также позволил выявить ряд характерных особенностей, тенденций и закономерностей (см. табл. 4).
Таблица 4
Сравнительные показатели состояния преступности и коэффициента преступности в Азербайджанской Республике и в других государствах СНГ
в 2009 - 2013 гг.
Страна / Годы 2009 2010 2011 2012 2013
Азербайджан 22 830 257,2 23 010 255,9 24 263 235,6 21 897 266,2 ♦22 381 237,7
Российская Федерация 29 948 20 2 110,5 26 287 991 852,4 23 021 68 1 609,3 24 048 07 1 694,5 11 062 49 1 539,1
Беларусь 1 512 93 1 564,3 1 409 20 1 458,0 1 021 27 1 078,1 1 320 52 1 391,4 966 76 1 021,5
Узбекистан 89 398 320,8 90 050 321,6 90 660 302,6 90 617 311,1 90 152 298,1
Казахстан 121 667 766,2 131 896 808,8 2 876 81 1 713,8 206801 1 249,6 3 598 44 2 113,3
Молдова 25 655 693,2 33 402 902,5 36 615 989,3 35 124 949,0 38 157 1031,0
Кыргызстан 29 715 560,7 33 528 618,8 28 847 532,4 30 520 549,8 27 217 480,6
Таджикистан 12 408 237,5 14 542 278,4 16 593 209,6 16 884 218,5 18 336 226,3
Так, в 2009 г. среди вос ьми стран СН Г ко- ско й Федерации по сравнени то с Азербай
эффициент преступности в Азербайджане был выше лишь по сравнению с Таджикистаном. Коэффициент преступности в Россий-
джаном был выше в 8,2 раза, в Беларуси — в 6,1 раз, в Казахстане — в 3 раза, в Молдове — в 2,7 раза, в Кыргызстане — в 2.2 раза.
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
В 2013 г. уровень преступности в Азербайджане составил 237.7, в России — 1539.1, в Беларуси — 1021.5, в Узбекистане — 298.1, в Казахстане — 2113.3, в Молдове — 1031, в Кыргызстане — 480.6, а в Таджикистане — 226.3.
Таким образом, по сравнению с 2009 г. уровень преступности в Азербайджане, Российской Федерации, Беларуси, Узбекистане, Киргизии и Таджикистане понизился, а в Казахстане и Молдове — повысился, соответственно, в 2.2 раза и на 48.71%.
Наряду с другими обстоятельствам это еще раз подтверждает, что правоохранительные органы нашей страны ведут серьезную и решительную борьбу с преступностью, ее наиболее опасными формами и видами.
Проведенный нами криминологический анализ по экономическим районам и крупным городам Азербайджана позволяет отметить ряд криминологических характеристик, специфических особенностей и характерных тенденций преступности в целом, а также ее отдельных видов.
Анализ региональной преступности позволил выявить ее следующие основные характеристики и тенденции:
■ относительно невысокий коэффициент преступности (число преступлений, приходящихся на каждые 100 тыс. человек населения);
■ годовые темпы роста количества преступлений по стране за период 2010 — 2015 гг. выше аналогичного показателя за период 2005 — 2009 гг.;
■ в последние годы в структуре региональной преступности наблюдается рост удельного веса краж и мошенничества, криминальных деяний, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, а также преступлений, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств;
■ усиливаются тенденции феминизации преступности, в структуре преступлений, совершенных женщинами, наблюдается рост удельного веса тяжких и особо тяжких преступлений, повышение социальной опасности таких преступлений;
■ по сравнению с 2006 г. в 2015 г. сократилось количество преступлений, совер-
шенных иностранцами и против них. Вместе с тем начиная с 2011 г. наблюдается рост числа преступлений, совершаемых иностранными гражданами;
■ увеличение числа преступлений, совершаемых в групповой форме, и удельного веса криминальных действий, совершаемых организованными преступными группировками, в структуре данного вида преступности;
■ по сравнению с 2006 г. в 2015 г. сократилось количество преступлений, совершенных трудоспособными лицами, которые нигде не работают и не учатся. Вместе с тем в 2012 — 2015 гг. наблюдается рост числа криминальных действий подобного рода;
■ удельный вес преступлений, совершаемых подростками, относительно невысок; среди преступлений, совершаемых подростками, повысился уровень групповых преступлений и криминальных действий, сопровождаемых насилием;
■ в последние годы, наряду с ростом удельного веса таких традиционных преступлений против собственности, как кража и хулиганство, наблюдается рост количества преступлений экономической направленности;
■ в структуре преступности отдельных экономических районах уровень преступлений против собственности, в первую очередь краж, значительно превышает соответствующие показатели уровня данного вида преступлений по стране;
■ в последние годы произошли серьезные изменения в количественно-качественных параметрах мошенничества, заметно повысились уровень и удельный вес мошенничества;
■ значительная часть преступлений (в частности грабеж, разбой, уклонение от уплаты налогов, хулиганство, угон автотранспортных средств и др.) со-вершаетс, в основном в городах и поселках городского типа.
Библиографический список
1. Абызов К.Р. Проблемы криминологического прогнозирования и предупреждения региональной преступности (по матер. Сибирского федерального округа): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004.
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
2. Аврутин Ю.Е., Гилинский Я.И. Криминологический анализ преступности в регионе (методология, методика, техника): Учеб.-метод. пособие. Л., 1991.
3. Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности: Матер. междунар. науч.-практ. конф. Бакы, 2014;
4. Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности: Матер. междунар. науч.-практ. конф. Бакы, 2015.
5. Алиев Н. География преступности как новое направления в криминологии: значение, становление и развитие: Междунар. науч.-популярный журнал «Наука и жизнь Казахстана». 2015. № 5 (32). С.13—22.
6. Алиев Н. Научно-практическое значение и основные направления регионального криминологического анализа и предупреждения преступности // «Черные дыры» в российском законодательстве. 2013. № 3. С. 43—47.
7. Аликперов Х. Феномен преступности на эксклавной территории Азербайджана (постановка проблемы) // Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности: Матер. Междунар. науч.-практ. конф. Баку, 2014.
8. Бадов А.Д. География преступности в России в постсоветский период: Автореф. дис. ... д-ра географ. наук. Краснодар, 2009.
9. Баранов Б.В. Предупреждение преступности в сверхкрупном городе с учетом ее территориальных различий (на матер. г. Москвы): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005.
10. Ваничкин Д.Е. Криминологическая характеристика и предупреждение преступности в регионе (на матер. Ставропольского края): Дис. ... канд. юрид. наук. Ставрополь, 2004.
11. Васильев АБ. Криминологическая характеристика и предупреждение насильственных преступлений против личности, совершаемых в условиях крупного города (на матер. г .Москвы): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003.
12. Габиани А.А., Гачечиладзе Р.Г. Некоторые вопросы географии преступности: По матер. Грузинской ССР. Тбилиси, 1982.
13. Гилинский Я. И. Методологические проблемы исследования территориальных различий преступности // Теоретические проблемы изучения территориальных различий в преступности / Уч. зап. Тар. ГУ. Тарту, 1985. С. 20—22.
14. Гилинский Я.И. Преступность в постсовременном мире //www.ng.ru
15. Гладких В.И. Проблемы предупреждения органами внутренних дел преступности в сверхкрупном городе: Дис. ... д-ра. юрид. наук. М., 1997.
16. Голик Ю. К вопросу об особенностях региональной преступности // Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности: Матер. Междунар. науч.-практ. конф. Бакы, 2014. С. 28—36.
17. Голик Ю. Региональная преступность — часть общей преступности // Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности». Матер. III Междунар. науч.-практ. конф. Баку, 2016. С. 32—39.
18. Гурбанов Щ. Глобаллашма шяраитин-дя жинайяткарлыьын криминоложи тядги-гинин актуал проблемляри // Реэионал жинайяткарлыьын криминоложи тядгигинин актуал проблемляри». ЫЫ Бейнялхалг ел-ми-практик конфрансын материаллары. Бакы, 2015. С. 74—78.
19. Гуцериев М.С. Преступность в крупнейших городах: состояние и проблемы профилактики (на матер. Москвы и Санкт-Петербурга): Дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 1996.
20. Джатиев В. О методике изучения региональной преступности // Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности: Матер. III междунар. науч.-практ. конф. Баку, 2016. С. 40—48.
21. Дзенис Э.Н, Менберг Г.Г. Социально-географические аспекты изучения преступности в Латвийской ССР // Криминологич. исслед. Вып. 1. Рига, 1974. С. 60—64.
22. Жавадов Ф., Абдуллаев И. Глобалла-шан дцнйада трансмилли жинайяткарлыгла мцбаризянин бейнялхалг вя реэионал проблемляри: криминоложи аспектляр // Реэионал жинайяткарлыьын криминоложи тядгигинин актуал проблемляри». ЫЫЫ Бейнялхалг елми-практик конфрансын материаллары. Бакы, 2016. С. 82—98.
23. Долгова А.И. Теоретические посылки и общие итоги изучения территориальных различий преступности и их причин // Территориальные различия преступности и их причины. М., 1988. С. 3—13.
24. Забрянский Г.И. Криминологическая классификация регионов Российской Федерации // Вестник Моск. ун-та. Сер 11: Право. 1993. № 2. С. 42—51.
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020
25. Заварзин А.В. Предупреждение правонарушений на селе. Воронеж, 1983.
26. Звирбуль В.К., Сахаров А.Б., Серебряков В.А., Бабаев М.М. и др. Влияние социальных условий на территориальные различия в преступности. М., 1977.
27. Казымов М.Р., Абдуллайев Й.С. Жи-найятлярин «жоьрафийасы»: тарихи: щцгу-ги бахыш. Бакы, 1996.
28. Каныгин В.И. Проблемы комплексного анализа и предупреждения преступности в регионе (по матер. Приволжского федерального округа): Дис. ... канд. юрид. наук. Н.Новгород, 2002.
29. Корниенко А.В. Криминологическая характеристика и предупреждение преступности в регионе (по матер. Брянской обл.): Дис. ... канд. юрид. наук. Рязань, 2005.
30. Кулагин А.В. Территориальная дифференциация преступности в субъекте Российской Федерации на примере Самарской обл.: Автореф. дис. ... канд. географ. наук. Воронеж, 2009.
31. Лукницкий С.П. География преступности в РСФСР (Опыт социально-географического исследования): Автореф. дис.. канд. географ. наук. Л., 1989.
32. Лунеев В.В. Глобализация, организованная преступность, терроризм // www.crime.vl.ru
33. Лунеев В.В. Преступность ХХ века (мировые, региональные и российские тенденции): Мировой криминологический анализ. М., 1999.
34. Мазин Е.Н. Основные направления исследований территориальных различий преступности: Сб. науч. тр. Вильнюс, 1980. Вып. 6. С. 206-223.
35. Методика изучения территориальных различий преступности и их причин: Метод. пособие / Отв.ред. А.И. Долгова. М., 1989.
36. Минаев В.А. Основные принципы и факторы математических моделей региональных криминологических процессов / Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях: Матер. Междунар. науч.-практ. конф. 24—26 мая 1995 г. Ч. 2. Иркутск, 1995. С. 31—33.
37. Миньковский Г.М. Об учете крупного и особо крупного города при изучении правонарушений среди несовершеннолетних и молодежи // Методологические и методические вопросы изучения и профилактики преступности в крупных городах. М., 1979. С. 50.
38. Номоконов В.А. Глобализация — криминологические аспекты // www.crime.vl.ru
39. Общие тенденции преступности и ее различия в регионах России // Преступ-
ность в России и борьба с ней / Под ред. А.И. Долговой. М., 2003. С. 3—9.
40. Раска Э.Э. Процедуры территориального исследования социальной обусловленности преступности // Теоретические проблемы изучения территориальных различий преступности? Уч. зап. Тартуского ун-та: Тр. по криминологии. Тарту, 1985. Вып. 725. С. 34—63.
41. Ростов К.Т. Методология регионального анализа преступности в России: Дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 1998.
42. Сосновский В.В. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений в регионе (на матер. Моск. обл.): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 1999.
43. Спиридонов Л., Лепс А. Теоретические вопросы изучения территориальных различий преступности // Теоретические проблемы изучения территориальных различий преступности. Уч. зап. Тартуского ун-та: Тр. по криминологии. Тарту, 1985. Вып. 725. С. 3—18.
44. Токарев Ю.А. Методология статистического исследования территориальной дифференциации преступности в Российской Федерации и ее факторов: Автореф. дис. ... канд. эконом. наук. Самара, 1999.
45. Тошпулатов А., Пулатов Ю. Региональная преступность как предмет исследования // Актуальные проблемы криминологического исследования региональной преступности: Матер. междунар. науч.-практ. конф. Бакы, 2014. С. 286—293.
46. Фокс В. Введение в криминологию. М., 1985.
47. Шестаков Д.А. Глобально американизированная преступность и постлиберальная криминология // Рос. криминологический взгляд. 2010. № 1. С. 331.
48. Шоткинов С.А. Преступность крупного города Восточной Сибири как объект криминологического исследования: Дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2003.
49. Шур Э. Наше преступное общество. М., 1977.
50. Шукина Е.А. Особенности преступности в сельской местности и ее предупреждение: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2014.
51. Янаускас А.А. Некоторые результаты сравнительного исследования уровня, динамики и структуры преступности по городам Литовской ССР // Матер. науч.-практ. конф. по проблемам борьбы с преступностью в городах областного подчинения. Липецк, 1970. С. 228—231.
ЗАКОН И ПРАВО • 04-2020