10.01.01 - РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА (ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ), 10.01.03 - ЛИТЕРАТУРА НАРОДОВ СТРАН ЗАРУБЕЖЬЯ (С УКАЗАНИЕМ КОНКРЕТНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ) (ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ) 10.01.01 - RUSSIAN LITERATURE (PHILOLOGICAL SCIENCES), 10.01.03 - LITERATURE OF THE PEOPLES OF FOREIGN COUNTRIES (WITH INDICATION OF SPECIFIC LITERATURE) (PHILOLOGICAL SCIENCES)
УДК 821 ДУДКО А.Э.
доцент кафедры иностранных языков, Орловский институт культуры (ОГИК) E-mail: dudko-88@inbox.ru
UDC 821 DUDKO A.
Associate Professor at the Department of Foreign Languages, Orel State Institute of Culture E-mail: dudko-88@inbox.ru
СОНЕТЫ П.Б. ШЕЛЛИ В ПЕРЕВОДЕ К. Д. БАЛЬМОНТА С ПОЗИЦИЙ СРАВНИТЕЛЬНОГО СТИХОВЕДЕНИЯ.
СТАТЬЯ 1*
P.B. SHELLEY'S SONNETS TRANSLATED BY K. D. BALMONT FROM THE COMPARATIVE PROSODY PERSPECTIVE
ARTICLE 1
В статье анализируются переводы К.Д. Бальмонтом сонетов П.Б. Шелли как пример реализации проекта по созданию антологии мировой поэзии. Постепенное приближение к оригиналу на уровне стиля и формы позволяет говорить об усилении имагологического аспекта этого уникального генетического культурного контакта.
Ключевые слова: сонет, поэтический перевод, русско-английские литературные связи, ритм, система рифмования.
In the article K.D. Balmont's translations of P.B. Shelley's sonnets as an example of world poetry anthology implementation are examined. The gradual approach to the original at the level of style and form allows us to point out the imagological aspect strengthening of this unique genetic and cultural contact.
Keywords: sonnet, poetic translation, Russian-English literary connections, rhythm, system of rhyming.
Сонетиана Шелли К.Д. Бальмонта представляет собой грандиозный проект по созданию поэтической антологии. И в этом отношении даже пресловутая бальмонтовская «водянистая искусственность», избыточная метафоричность и амплификационность его переводов, балансирующих на грани метаперевода, не отменяют того факта, что «русским Шелли был и остался трехтомный бальмонтовский» (Б.Л. Пастернак). Этот переводческий подвиг, не оцененный по достоинству современниками, создал уникальный прецедент для оформления концепции единства переводного стиля, когда «горизонт перевода» полностью сходится с «горизонтом интерпретатора», образуя гармоническое единство и способствуя безболезненной интериоризации экспериментального сонетного кодекса Шелли в русской поэтической традиции ХХ столетия. И если перевод сонета «To Wordsworth» еще трансформирует форму оригинала, передавая ее четверостишиями с перекрестной рифмовкой (AbAb CdCd и т. д.) [4, с.137], то в переводах других сонетов Бальмонт проявляет интерес к имагологическому аспекту своей работы, особенно показательный в контексте проблем складывающегося на грани XIX -ХХ столетий сравнительного стиховедения.
Сонет «Feelings of a Republican on the Fall of Bonaparte» («Чувства республиканца при падении Бонапарта») был написан в связи с возвращением Наполеона с Эльбы 26 февраля 1815 года, реставрацией
его режима, получившим название «Сто дней». Отношение к этим событиям и выразил Шелли с позиций республиканского мироощущения, которое напоминало о временах Французской республики. Возможно, что в этом политическом событии, всколыхнувшем всю Европу он увидел возможность возвращения к былым идеалам, преданным в результате государственного переворота 18 брюмера (9 ноября 1799 года).
Об отношении Шелли к Наполеону в критической литературе написано много, но, пожалуй, никто из комментаторов не задавался вопросом: почему для своей политической инвективы английский романтик избрал именно сонетный канон, тогда как остальные обращения к этой теме («Строки, написанные при известии о смерти Наполеона» (1821), поэма «Триумф жизни» (1822)), как правило, тяготеют к большому лирическому объему. Причины обращения к жанрам малой лирики некоторые исследователи видят в ослаблении интереса Шелли к социально-политической проблематике в 10-х годах XIX века: «...в поэтическом творчестве Шелли чувствуется охлаждение к общественно-политическим проблемам. Единственным его откликом на события в мире, непосредственно не касающиеся поэта лично, стал сонет «Feelings of a republican on the fall of Bonaparte» («Чувства республиканца по поводу падения Бонапарта»), написанный в 1815 г. В следующем году Шелли не написал ни одного стихотворения подобного рода» [3, с.127]. И.Г. Неупокоева считает, что появление
* Статья является продолжением нашей работы: см. Дудко А.Э. Сонет П.Б. Шелли «To Wordsworth» в переводе К.Д. Бальмонта с позиций сравнительного стиховедения» [4].
© Дудко А.Э. © Dudko A.
этого сонета свидетельствует о жанрово-тематической перестройке в лирике поэта: «Стремлению как можно более полно и непосредственно выразить свое гневное чувство к тирану, бросить ему в лицо свои обвинения, подчинен весь образный строй стихотворения, написанного в столь характерном для политической лирики Шелли последующих лет жанре политической филиппики» [7, с.109].
Стихотворение представляет собой классический тип шекспировского сонета, за исключением только лишь первого катрена, в котором использован кольцевой тип рифмовки. Сложная система анжамбманов, контрастирующая с простыми и с основном полноударными ритмическими формами 5-ст. ямба, придает этому стихотворению специфическое звучание, напоминающее политические декларации самого Шелли:
I hated thee, fallen tyrant! I did groan a contre-rejet
To think that a most unambitious slave, b
Like thou, shouldst dance and revel on the grave b rejet
Of Liberty. Thou mightst have built thy throne a
Where it had stood even now: thou didst prefer c contre-rejet
A frail and bloody pomp which Time has swept d double-rejet
In fragments towards Oblivion. Massacre, c contre-rejet
For this I prayed, would on thy sleep have crept, d
Treason and Slavery, Rapine, Fear, and Lust, e
And stifled thee, their minister. I know f contre-rejet
Too late, since thou and France are in the dust, e
That Virtue owns a more eternal foe f contre-rejet
Than Force or Fraud: old Custom, legal Crime, g
And bloody Faith the foulest birth of Time g [11, c.291].
В переводе Бальмонта эти особенности сонета Шелли проигнорированы: перевод выполнен 6-ст. ямбом с довольно сложными ритмическими вариациями и практически без анжамбманов:
Я проклинал тебя, низвергнутый тиран! a
Сознаньем мучился, что, раб ничтожный, годы B
contre-rejet
Над трупом ты плясал погубленной Свободы. B
Ты мог царить всегда: ты предпочел обман, a
Превратность пышности кровавого мгновенья, C
И время бросило весь этот хлам в забвенье. C
Пусть на тебя, в твой сон - так небо я молил - d
Убийство наползет, пусть встанут привиденья, C
Измена, Рабство, Страх, Грабеж и Вожделенье, C
Чтоб ты, прислужник их, задушен ими был. d
Теперь, когда и ты, и Франция - лишь тени, E
Как поздно я узнал, что есть враги страшней, f
Чем сила и обман: Обычай старых дней, f
Уродство дерзкое законных преступлений, E И Палачи-Ханжи, исчадья - всех грязней [1, с.573]. f
Даже в тех случаях, когда у Шелли возникает значимый перенос слова (например, «Свобода» в начале 4-й строки), Бальмонт предпочитает «выравнивать» текст и при этом еще и вводит в него избыточные по отношению к прототипу описательные метафорические конструкции: «Превратность пышности кровавого мгновенья...», «Уродство дерзкое законных преступлений...» Как отмечает А.С. Иванова, такие
«дополнения к оригиналу появлялись тогда, когда Бальмонт внутренне полемизировал с английским романтиком» [5, с.106]. В рамках этой концепции совершенно не удивительным оказывается тот факт, что Бальмонт добавляет к своему переводу лишнюю 15-ю строку, что при общей композиционной усложненности структуры (согласно порядку рифменных цепей в его тексте выделяются: четверостишие - abba, шестистишие тернарного типа - ccdccd и пятистишие - effef) создает эффект непредсказуемого расширения художественного пространства.
В то же время стремление передать максимально выразительно основную мысль шеллиевского памфлета не помешало Бальмонту практически дословно воспроизвести некоторые формулы оригинала, ср.:
.. .Massacre,
For this I prayed, would on thy sleep have crept, Treason and Slavery, Rapine, Fear, and Lust, And stifled thee, their minister.
[Резня,
Во имя этого я молился, будет красться в твоем
сне,
Измена и рабство, грабеж, страх и жажда, И задушат тебя, своего министра]
.I know
Too late, since thou and France are in the dust, That Virtue owns a more eternal foe Than Force or Fraud: old Custom, legal Crime, And bloody Faith the foulest birth of Time.
[Я узнал
Слишком поздно, так как ты и Франция находитесь в пыли,
Что добродетель имеет, более извечного врага, Чем Сила или Обман: старый Обычай, легализованное Преступление,
И кровавая Вера - самое грязное порождение Времени].
Уникальность этого сонета состоит в том, что он как бы располагается между двумя тенденциями в переводческой теории Бальмонта: с одной стороны, в нем сильно влияние вольного перевода, выражающееся в нарушении принципа эквилинеарности, произвольном изменении строфики и системы рифмования, с другой - переводчик проявляет почти что буквалистскую точность в передаче особо значимых, концептуальных образов-символов, усиливая их амплификационными вставками.
Еще больший интерес представляет перевод Бальмонтом сонета «To The Nile». Комментаторы отмечают, что этот сонет был написан 4 февраля 1818 года в результате поэтического состязания с Джоном Китсом и Ли Хантом: «Вероятно, друзья договорились в самых общих чертах не только о теме, но и о направлении ее разработки: раскрыть в форме сонета противоречивый образ Нила, несущего людям и добро, и зло. Такая идея просматривается у всех трех авторов, но каждый ее
10.01.01 - РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА (ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ), 10.01.03 - ЛИТЕРАТУРА НАРОДОВ СТРАН ЗАРУБЕЖЬЯ (С УКАЗАНИЕМ КОНКРЕТНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ) (ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ) 10.01.01 - RUSSIAN LITERATURE (PHILOLOGICAL SCIENCES), 10.01.03 - LITERATURE OF THE PEOPLES OF FOREIGN COUNTRIES (WITH INDICATION OF SPECIFIC LITERATURE) (PHILOLOGICAL SCIENCES)
раскрывает по-своему. Джон Китс видит противоречие в несовпадении внешнего, кажущегося облика реки и ее действительной роли в жизни людей <...> В сонете Ли Ханта Нил представлен как воплощение вечности. <.> И образ Нила, представший воображению лирического героя во всем своем историческом величии, становится аллегорическим примером для подражания. <...> В отличие от Китса и Ханта, Шелли в своем сонете вскрывает противоречивую природу самого Нила, который является источником и блага, и зла, и жизни, и смерти» [3, с. 121-122].
Тематически этот сонет примыкает к «Озимандию», развивая экзотическую для английской поэзии «египетскую тему». Л.Г. Панова отмечает, что «в английской поэзии Нил появился благодаря поэтическому турниру, устроенному 4 февраля 1818 г. Джоном Китсом, Перси Биши Шелли и Ли Хантом. За 15 минут каждый из них должен был написать сонет «К Нилу»»[8, с. 58]. Но при этом показательно, что сонет «К Нилу» выполнен по специфической модели, напоминающей переходные формы дошекспировского сонета, в которых сохраняется итало-французский тип октета (abbaabba) и шекспировский тип секстета (СdСdее):
To The Nile
Month after month the gathered rains descend a
Drenching yon secret Aethiopian dells, b
And from the desert's ice-girt pinnacles b
Where Frost and Heat in strange embraces blend a rejet
On Atlas, fields of moist snow half depend. a
Girt there with blasts and meteors Tempest dwellsb
By Nile's aereal urn, with rapid spells b rejet
Urging those waters to their mighty end. A contre-rejet
O'er Egypt's land of Memory floods are level C
And they are thine, O Nile - and well thou knowest d contre-rejet
That soul-sustaining airs and blasts of evil C
And fruits and poisons spring where'er thou flowest. d
Beware, O Man - for knowledge must to thee, e
Like the great flood to Egypt, ever be [1, с.374]. e
Сонет Шелли, как и сонеты его соперников, наполнен античными названиями и реминисценциями: горы Атласа, которые называют «холодной страной с горячим солнцем», река Нил, название которой происходит от греческого названия «Нейлос» (NeiXo^) и связывается с мифом о смерти Осириса [6, с. 267]. Образ «Nile's aereal urn» [воздушная урна Нила] был почерпнут Шелли из мифа о том, как Сет и его прислужники выбросили саркофаг с телом Осириса в воды Нила. В английском языке до сих пор сохранилось устойчивое выражение - «steal Neal's Urn» [украсть урну Нила].
Все это не вызвало особых трудностей у К.Д. Бальмонта, который был прекрасно знаком со всеми тремя сонетами и в своих комментариях пометил: «Лучшее обращение к Нилу принадлежит Лей Генту» [10, с. 389]. В его переводе Шелли ощущается влияние сонета-победителя:
День ото дня потоки дождевые A
Поят Эфиопийскую страну. b
Мороз и Зной, обнявшись, как живые, A
На Атласе, рождают их волну. b
Там дышат влагой глыбы снеговые; A
В высотах нарушают тишину, b
Близ урны Нила. Вихри грозовые, A
Веля дождям покинуть вышину. b
Над памятным Египтом ровны воды, C
Они твои, о, многоводный Нил; d
Целебный воздух, все бичи Природы - C
Везде, куда свой путь ты устремил. d
Вниманье, Смертный! Знанья мир столикий - E
Как двойственность, как мощь реки великой [1, с. 581]. E
Изменив систему рифмования в октете на перекрестную, Бальмонт сохранил все элементы образной структуры, слегка нарушив их построчное местоположение в начале текста за счет трансформации временной конструкции «Month after month» [месяц за месяцем]. Это семантическое сужение, как и отказ от воспроизведения описательной конструкции «And from the desert's ice-girt pinnacles», - вынужденные меры для того, чтобы сохранить эквиметричность перевода: он выполнен 5-ст. ямбом с женскими и мужскими окончаниями и вследствие этого его словоемкость намного ниже, чем у оригинала.
Но к середине сонета Бальмонт умудряется «выправить» свой перевод за счет довольно точного воспроизведения и системы описаний, и обращений к Нилу и человеку. Образы этой части перевода семантически несколько сужены: вместо бури у него «вихри», вместо поддерживающего душу воздуха - «целебный воздух», вместо Человека - «Смертный». Но некоторые строчки удивительны по точности. Ср.:
«Where Frost and Heat in strange embraces blend / On Atlas.» [Где Мороз и Жара смешиваются в странных объятиях / На Атласе] - «Мороз и Зной, обнявшись, как живые, / На Атласе.»;
«O'er Egypt's land of Memory floods are level / And they are thine, O Nile - and well thou knowest» [По земле Египетской Память о том, что наводнение равняет /И они твои, О Нил - и хорошо ты знаешь] - «Над памятным Египтом ровны воды, / Они твои, о, многоводный Нил» и т. д.
Таким образом, можно говорить о том, что Бальмонту удалось передать не только смысл сонетов Шелли, но и некоторые особенности его стиля. И, несмотря на то, что степень волюнтативности в переводах русского символиста довольно велика, все же нельзя переоценить значение этого уникального опыта по целенаправленному воссозданию и переосмыслению творческого портрета одного из самых проникновенных английских романтиков.
Библиографический список
1. Английский сонет XVI-XIX веков: сб. / Сост. А.Л. Зорин. М.: Радуга, 1990. 698 с.
2. Гусманов И.Г. Лирика Шелли. II. (1811-1817 гг.). Орел: Издательский дом «Орлик». Издатель Александр Воробьев. 2007. 280 с.
3. Гусманов И.Г. Лирика Шелли (1818-1820) Орел: Издатель Александр Воробьев. 2007. 250 с.
4. Дудко А.Э. Сонет П.Б. Шелли «To Wordsworth» в переводе К.Д. Бальмонта с позиций сравнительного стиховедения // Ученые записки Орловского государственного университета. 2018. №4. С.135-138.
5. Иванова А.С. К.Д. Бальмонт - переводчик английской литературы. Иваново; СПб: издатель Епишева О.В., 2009. 192 с.
6. Мифы народов мира. Энциклопедия: В 2 т. / 2 изд.. М.: Советская энциклопедия, 1992. Т. 2. 719 с.
7. НеупокоеваИ.Г. Революционный романтизм Шелли. М.: ГИХЛ, 1959. 471 с.
8. Панова Л.Г. Русский Египет. Александрийская поэтика Михаила Кузмина. М.: Водолей; Publishers; Прогресс-Плеяда, 2006. Кн. I. 680 с.
9. Пастернак Б. Заметки переводчика // Литературная Россия. 1965. № 13. С. 18.
10. Шелли П.Б. Великий Дух: Стихотворения / Пер. с англ. К.Д. Бальмонта. М.: ТОО Летопись, 1998. 411 с. (Мир поэзии)
11. Poetry and Prose by Percy Bysshe Shelley / Сост., автор предисл. и коммент. И.Г. Неупокоева. Moscow: Foreign languages publishing house, 1959. 460 с.
References
1. English sonnet of the XVI-XIX centuries: compilation/Comp. by A.L. Zorin. M.: Raduga, 1990. 698 p.
2. Gusmanov I.G. Lirika Shelley. II. (1811-1817). Orel: Orlik Publ. House Publ. by Alexander Vorobyov. 2007. 280 p.
3. Gusmanov I.G. Lyrica Shelley (1818-1820) Orel: Publ. by Alexander Vorobyov. 2007. 250 p.
4. Dudko A.E. P.B. Shelley's sonnet "To Wordsworth" in K.D. Balmont's translation from the comparative study of verse meter and rhythm positions // Scientific notes of Orel state University. 2018, №4. Pp. 135-138.
5. Ivanova A. S. K.D. Balmont as English literature translator. Ivanovo; SPb: publisher Episheva O.V., 2009. 192 p.
6. Myths of the peoples of the world. Encyclopedia: In 2 vols ./2 ed. M.: Soviet Encyclopedia, 1992. V. 2. 719 p.
7. Neupokoeva I.G. Shelley's revolutionary romanticism. M.: GIHL, 1959. 471 p.
8. Panova L.G. Russian Egypt. Alexandrian poetics by Mikhail Kuzmin. M .: Aquarius; Publishers; Progress-Pleiade, 2006. Book. I. 680 p.
9. PasternakB. Translator's Notes // Literary Russia. 1965. No. 13.p. 18.
10. Shelley P.B. Great Spirit: Poems /Transl. from English. K. D. Balmont. M .: LLP Letopis, 1998.411 p. (World of poetry)
11. Poetry and Prose by Percy Bysshe Shelley / Comp., author of the foreword and comments by I.G. Neupokoeva. Moscow: Foreign languages publishing house, 1959. 460 p.