Научная статья на тему 'Славный сын Дона Цезарь Куников'

Славный сын Дона Цезарь Куников Текст научной статьи по специальности «История и археология»

CC BY
230
20
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Славный сын Дона Цезарь Куников»

© 2003 г. В.И. Савченко

СЛАВНЫЙ СЫН ДОНА ЦЕЗАРЬ КУНИКОВ*

14 февраля 1943 г., в день освобождения города Ростова от немецко-фашистских захватчиков, перестало биться сердце славного сына Дона, отважного командира десантного отряда морских пехотинцев Черноморского флота Цезаря Львовича Куникова.

Он родился 23 июня 1909 г. в Ростове-на-Дону. Участник боев за Ростов, Азов, Ейск, Темрюк, Тамань и Новороссийск. Награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Александра Невского и медалью «За трудовое отличие». Звание Героя Советского Союза присвоено Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17.04.1943 г.

Отец Цезаря, Лев Моисеевич, в раннем детстве оставшийся без родителей, всего в жизни добивался упорным трудом и с 1898 г. смог окончить Харьковский машиностроительный институт. Работал механиком в отделениях фирмы «Сименс-Шукерт» в Харькове, на Донбассе, в Ростове, семейство часто меняло местожительство.

В Ростове-на-Дону семья инженера Льва Куникова снимала квартиру в особняке на улице Баумана, 35, на стене которого сегодня висит мемориальная доска с текстом: «В этом доме родился и жил детские годы командир легендарного десантного отряда на «Малую землю» Герой Советского Союза Цезарь Львович Куников. Родился в 1909 г., погиб в 1943 г.».

Рос Цезарь в трудолюбивой семье, где детям прививалось уважение к труду. Иначе и не мог поступать глава семейства, сохранивший доброту и редкое чувство собственного достоинства, несмотря на трудное детство.

В 1924 г. на Макеевском металлургическом заводе началась трудовая биография 15-летнего Цезаря. Работая в заводской химлаборатории, он одновременно учился в вечерней школе. В 1925 г. стал комсомольцем.

В Москве, куда отца направили ведущим специалистом в Государственный институт по проектированию металлургических заводов, Цезарь работал резчиком на карандашной фабрике «Союз», усиленно занимался самообразованием и экстерном сдал экзамены по программе средней школы. В 20-летнем возрасте был назначен начальником цеха, возглавлял производственное совещание фабрики, активно работал в комсомольской организации.

В начале 30-х гг. Цезарь Куников был секретарем комитета комсомола на тормозном заводе, затем заведующим сектором военной промышленности Московского горкома комсомола. Являлся делегатом IX съезда ВЛКСМ. В 1933 г. поступил в Промышленную академию и одновременно (по совету отца) на вечернее отделение машиностроительного института

* В статье использовались материалы из архива семьи Ц. Куникова.

24

им. Баумана, осенью 1935 г. защитил два диплома: инженера - организатора машиностроения в Промакадемии и инженера-механика в институте.

По распределению он был направлен на Московский завод шлифовальных станков. Диплом Промакадемии давал Цезарю Львовичу право занять высокую руководящую должность, но 26-летний инженер пожелал начать с самой нижней ступени - сменного мастера токарного отделения. В эти годы по стране нарастало стахановское движение. Назначенный начальником токарного отделения молодой инженер Куников, убежденный, что с получением диплома учение не заканчивается, настойчиво искал пути увеличения скорости резания металла и сменной производительности токарного станка. Совместно с токарем-скоростником Павлом Борисовичем Быковым в отделении опробовали резец, оснащенный твердым сплавом «победит». Массовое внедрение этого новшества позволило почти вдвое повысить производительность труда токарей, а отделение вывести в лидеры соцсоревнования по заводу. Впоследствии П.Б. Быков был награжден орденом, а Цезарь Куников медалью «За трудовое отличие».

Около четырех лет Цезарь Львович Куников проработал на заводе шлифовальных станов в должностях сменного мастера, начальника отделения и цеха, главного технолога завода.

В октябре 1938 г. его назначили начальником технического отдела Наркомата машиностроения, затем в Наркомате тяжелого машиностроения (Нарком В. А. Малышев), который объединял оборонную промышленность страны, включая танковую и артиллерийскую, 29-летнему инженеру было поручено руководить технической политикой такого гиганта. Куников в первую очередь сосредоточил внимание на узловых вопросах рациональной организации труда, ритмичного процесса производства, самой его современной формы - потока.

Через полгода он возглавил Научно-исследовательский институт технологии машиностроения и по совместительству редакцию ведомственного журнала «Машиностроитель». Вскоре, сам удивляясь, Цезарь объявил близким и друзьям, что журналистика для него второе призвание.

В августе 1939 г. 30-летний инженер Куников решением ЦК ВКП(б) утверждается ответственным редактором общесоюзной газеты "Машиностроение" - печатного органа 8 Наркоматов машиностроения. Сотрудники редакции рассказывали, что им приходилось видеть своего редактора при весьма сложных обстоятельствах, когда люди, наделенные полномочиями, повышали голос, доходили до грубостей, нередко до угроз. Но не было случая, чтобы Цезарь Львович ответил тем же.

Грянула Великая Отечественная война... Куников без промедления добился направления в действующую армию, и не военным корреспондентом, а строевым офицером.

Из воспоминаний его жены Натальи Васильевны :

"... Две недели Цезарь Львович буквально "атаковал" сотрудников ЦК, убеждая отпустить его на фронт. Ему предлагали назначение на пост заместителя Наркома по боезапасам, о чем ходатайствовал Нарком П.К. Горемыкин.

- Какой я, к черту, замнаркома, да еще по боезапасам, если сам не нюхал пороха? - так он ответил на это предложение... "

Добившись "снятия брони" и освобождения от работы редактора газеты, старший политрук запаса Ц.Л. Куников получил задание сформировать отряд катеров на Химкинском водохранилище, с которым через два месяца отправился на фронт.

Уже в октябре 1941 г. 14-й отряд водных заграждений (такое наименование получил отряд катеров Куникова) под его командованием в составе Донского отряда сторожевых кораблей Азовской военной флотилии участвовал в боевых операциях под Ростовом. Экипажи катеров перевозили войска в верховьях Дона и в акватории Таганрогского залива, совершали огневые налеты по вражеским гарнизоном и высаживали разведывательные и диверсионные группы в тылы противника.

После ожесточенных боев на Таганрогском боевом участке, где фашисты потеряли около 35 тыс. убитыми и ранеными, под натиском подошедших механизированных соединений противника наши войска оставили город Таганрог. Враг докатился до устья Дона. Его дельта с большими и малыми гирлами и протоками стала пристанищем для малых катеров отряда Куникова. Рядом с куниковцами, так их стали называть, плавни укрыли и неклиновских партизан отряда «Отважный - I» (командир Н.П. Рыбальченко, комиссар А.П. Даниловский).

Железнодорожная магистраль Таганрог - Ростов в районе станции Синявская близко подходит к плавням. Моряки Куникова и партизаны Ры-бальченко неоднократно совершали ночные налеты на синявский фашистский гарнизон, нанося противнику ощутимый урон в живой силе и военной технике, взрывали мосты, нарушали проводную связь.

Из письма Наталье Васильевне от 22 ноября 1941 г.:

"...В течение последнего месяца участвовали в боевых действиях на ростовском направлении, выполняя приказ командования, на нашем участке немцев не пропустили... Вчера, после ожесточенных боев, наши войска оставили Ростов. Тяжело и обидно..."

Зима 1941-1942 гг. была особенно сурова. Дон и Таганрогский залив рано покрылись сплошным льдом. Катера стало невозможно использовать по назначению. Согласно приказу командующего Азовской военной флотилией контр-адмирала С. Г. Горшкова, из экипажей кораблей Донского отряда был сформирован отряд морской пехоты, командиром которого назначили старшего политрука Ц.Л. Куникова, ему поручалась береговая оборона южного побережья Таганрогского залива и совместно с некли-новскими партизанами ведение разведывательной и диверсионной деятельности на северном побережье залива.

В канун наступления войск 56-й армии на Ростов, 27 ноября, отряд моряков под командованием Куникова совершил дерзкий налет на гарнизон Синявской. В течение ночи моряки удерживали станцию и поселок, взорвали железнодорожное полотно, мост, повредили связь, уничтожили до 200 солдат и офицеров противника и отошли в Рогожкино. А 28 ноября соединения 56-й армии, перейдя по тонкому льду Дон, ворвались в Ростов, к концу дня очистили его от фашистских захватчиков.

30 ноября, пройдя более 20 километров по льду через залив, отряд Куникова с партизанами и подразделениями 62-й кавдивизии вторично заняли станцию Синявская и поселок, на сутки преградили фашистам продвижение по железной и автомобильной дорогам со стороны Таганрога.

Из письма Наталье Васильевне от 2 декабря 1941 г.:

"... Вчера окончился еще один этап боев и походов. Ты знаешь о разгроме группы фашистского генерала Клейста под Ростовом. Мы участвовали в этом красивом деле..."

Фронт под Ростовом стабилизировался. Противник предпринимал попытки засылать в тыл наших войск разведчиков к диверсантов через залив. Несшему береговую оборону малочисленному отряду Куникова не всегда удавалось закрывать все бреши, особенно в плавнях. И тут выручила смекалка командира - он поставил отряд на коньки, собранные по его просьбе молодежью станиц и хуторов Азовского района.

Моряки-конькобежцы несли дозорную службу, совершали разведывательные и диверсионные набеги на северное побережье залива. Мобильность отряда сделала охраняемую береговую линию менее проницаемой для агентов врага. "Крылатыми призраками" прозвали моряков пойманные вражеские лазутчики.

В этот период Цезарь Львович писал родным: «Катаемся на коньках, ходим в разведку, постреливаем по немцам, они по нас...» А в марте 1942 г. он сообщил: «...У меня новость. Приказом по Южному фронту мне присвоено звание «майор», говорят, что представили к награждению орденом...".

В апреле 1942 г. из прибывших после ремонта катеров майор Куников сформировал 13-й дивизион сторожевых кораблей Азовской военной флотилии, который совместно с партизанским отрядом "Отважный" продолжал охрану южного побережья залива и дельты реки Дон.

Летом 1942 г. на южном фланге развернулось грандиозное сражение. Усилив свою группу армий "Юг" танковыми и механизированными дивизиями, прорвав оборону наших войск Южного фронта и овладев промышленным Донбассом, противник устремился к Сталинграду и Дону. Падение Ростова открывало ему дорогу на Северный Кавказ.

Из письма Цезаря Львовича Наталье Васильевне : «От Азова до Тамани, с боями несколько раз выходя из окружения, мы шли на наших маленьких катерах. Шторм 5-6 баллов. Часть утонуло. Большинство выдержало. Затем меня назначили командиром батальона морской пехоты - ребята только с кораблей. Сутки дали на формирование, а уже через 16 ч бросили в бой. Мы приняли бой с дивизи-

ей, и она не прорвала нашей линии обороны. Мы отходили из-за общей обстановки по приказу командования...".

Из воспоминаний бывшего начальника штаба батальона морпехоты, после войны заслуженного архитектора России Вениамина Сергеевича Богословского:

"...Вечером 2-го августа 1942 г., когда фашистские войска окружили город Азов, наш дивизион кораблей получил приказ отходить к Ейску. В нашем составе было 13 катеров и два сейнера "Орел" и "Стрела". На них мы разместили некли-новских партизан. Переход был очень тяжелым из-за погодных условий, притом дважды подвергались налетам вражеских бомбардировщиков. Придя в Ейск, приняли участие в его обороне, поддерживая артогнем оборонявший город батальон морпехоты. Оставив Ейск, перебазировались в станицу Приморско-Ахтарскую, где также принимали участие в ее обороне, после прибыли в город Темрюк, где вошли в состав Темрюкской военно-морской базы.

В этот период 144-й и 305-й батальоны морской пехоты с большим трудом сдерживали натиск противника под станицами Анастасиевская и Старотита-ровская.

По приказу командующего Азовской военной флотилией С.Г. Горшкова из разрозненных подразделений гарнизона и экипажей поврежденных кораблей базы стали формировать Азовский батальон морпехоты, командиром которого назначили Ц.Л. Куникова, комиссаром - В.П. Никитина, меня - начальником штаба.

Уже 21 августа наш батальон принял бой с кавалерийским румынским полком и успешно отразил две его атаки, нанеся противнику значительные потери. И все же обстановка для батальона складывалась неблагоприятно. Противник стал обходить наши оборонительные позиции с флангов. Мы получили приказ и ночью отошли к восточной окраине города Темрюка, где были удобные для обороны высоты и кирпичные здания.

С утра 24 августа начался методичный обстрел наших позиций минометным и артиллерийским огнем. Снова началась атака противника, но теперь уже в составе кавдивизии, поддерживаемой танками. Однако мы устояли, подбив 4 танка и уничтожив более 300 вражеских всадников. Противник многократно возобновлял атаки, но безуспешно.

В течение 4-х дней, вплоть до 23 августа, дрался под Темрюком наш батальон, отбивал атаки противника, нанося ему потери в живой силе и боевой технике.

В этих боях нам очень помогали наши "эрзац-танки". По предложению Цезаря Львовича, на автомашины с платформами под прожекторные установки (днища кузовов которых были покрыты стальным листом, иначе деревянный настил раскололся бы при отдаче орудия при стрельбе) были установлены на станинах 45 мм корабельные пушки, снятые с поврежденных кораблей флотилии. Моряки-артиллеристы на автомашинах скрытно выдвигались к передовому краю обороны подразделений батальона, расстреливали прямой наводкой фашистские танки, затем быстро меняли позиции.

А потом обстановка на других рубежах обороны наших войск изменилась. 31 августа фашисты овладели городом Анапа и тем самым отрезали от наших войск в районе Новороссийска оборонявшиеся на Таманском полуострове части Темрюкской и Керченской военно-морских баз (морскую пехоту и артдивизионы).

К 4 сентября немецкое командование переправило с Крыма на Таманский полуостров около двух дивизий подкрепления. Это уже грозило нам полным окру-

жением. Поэтому 5-го числа поступил приказ на эвакуацию. С наступлением темноты подошли плавстредства под погрузку отходящих частей. Наш батальон осуществлял прикрытие эвакуации, отходил последним, и его личный состав был доставлен в порт Геленджика утром 6-го сентября».

Стойкость и мужество защитников Темрюка высоко оценил Военный Совет Северо-Кавказского фронта. Маршал С.М. Буденный прислал командующему Азовской военной флотилией контр-адмиралу С.Г. Горшкову телеграмму следующего содержания:

«Объявите всему личному составу, что оборона Темрюка войдет в историю Отечественной войны. За героизмом, проявленным личным составом, следит вся страна, как в свое время следила за героями Севастополя».

Многие моряки были отмечены правительственными наградами. Цезарь Львович Куников стал одним из первых флотским кавалером ордена Александра Невского.

Фашистское командование бросило на штурм Новороссийска части двух свежих дивизий. С утра 7 сентября вражеские танки с десантом автоматчиков прорвались к Цемесской бухте в районе холодильника, в восточной части города потеснили наши подразделения морской пехоты к цементным заводам.

По прибытии в Геленджик майор Куников приказом командования Новороссийским оборонительным районом назначается командиром 2-й бригады морской пехоты Черноморского флота.

Заместитель командующего Новороссийского оборонительного района по морской части контр-адмирал С.Г. Горшков, на которого непосредственно возлагалась ответственность за оборону города, приказал майору Куникову пополнить батальоны личным составом и боеприпасами и выступить на оборону Новороссийска. Приняв пополнение в количестве 700 чел., уже вечером 7 сентября подразделения батальона погрузились на автомашины и выступили на выполнение боевого задания.

Автомашины двигались, строго соблюдая светомаскировку, по серпантину горной дороги от поселка Кабардинка. Стоя на левом подкрылке автомашины, майор Куников помогал водителю в расхождении со встречным транспортом на узкой горной дороге. И тут он получил серьезную травму позвоночника от удара, который нанес идущий со стороны Новороссийска автомобиль, транспортировавший раненых.

Командование батальоном принял начальник штаба капитан В.С. Богословский. Личный состав батальона, прибывший в распоряжение командира Новороссийской военно-морской базы капитана 1-го ранга Г.Н. Холостякова, занял оборонительный рубеж между территориями цемзаводов "Пролетарий" и "Октябрь", где с другими подразделениями моряков на протяжении трех недель героически сдерживали натиск фашистов, пытавшихся продвинуться по Сухумскому шоссе вдоль Черноморского побережья в Закавказье. Но дальше враг не прошел.

Находившийся в сочинском госпитале Цезарь Львович пишет жене: «... Мне стыдно, что я по пустякам выбыл из строя. Я даже не ранен, а просто был прижат кузовом машины и контузия позвонка. И вот, Ната, как ты заклинала - ни волны, ни пули, ни осколки меня не тронули, а ЗИС-5 покорежил... Меня назначили командиром бригады морской пехоты, замечательный народ - цвет флота, всего сутки при новой должности и госпиталь...».

По возвращении из госпиталя в Геленджик майор Куников свою часть не нашел, ее поглотили бои и переформирования под Новороссийском. Назначили его командиром 3-го боевого оборонительного участка (БОУ) противодесантной обороны (ПДО) Новороссийской военно-морской базы (НВМБ). Это нисколько не удовлетворяло неугомонную натуру Цезаря Львовича, он был нацелен на активную боевую деятельность и подавал командованию рапорты об отправке в действующую часть.

В это время он пишет Наталье Васильевне: "Яумею и хочу воевать более активно, я свою роль на войне никогда не видел в том, чтобы "откопать" потише местечко. Ради этого не стоило ходить на войну. Впрочем, навоевался не мало, более года на фронте, сотни боевых дел, на многое гляжу глазами искушенными. Опыт войны - это то, что не заменишь никакими академиями и чинами. Надеюсь, что я еще пригожусь на поле брани...".

И еще одно письмо жене от 26 ноября 1942 г.: «...Сообщаю, что я жив и здоров. Командую Н-ской частью морской пехоты и живу надеждой вновь сразиться с фашистами за Родину, за родной Дон, за погибших товарищей... Большие надежды у нас вызвало удачно начавшееся наступление наших войск под Сталинградом. Руки чешутся бить проклятых извергов. Надеюсь в недалеком написать тебе с Дона. Раз уже брал Ростов, надо брать и второй раз... Честь моя командирская не запятнана, за всю войну ни разу не отступил без приказа. Надеюсь, и до конца не осрамлю ни тебя, ни сына, ни матери своей...».

И вскоре его желание о встрече с фашистами на поле брани сбудется. Командованием Закавказского фронта и Черноморского флота разрабатывался план большого наступления на Краснодар и Тамань, который подразделялся на взаимодействующие части «Горы» и «Море». Во второй части стратегической операции «Море» намечалась высадка десантов на кавказском побережье Таманского полуострова от Новороссийска до Тамани.

Из воспоминаний бывшего командира Новороссийской военно-морской базы, вице-адмирала в отставке, Героя Советского Союза Георгия Никитича Холостяко-ва:

«Командование Черноморского флота готовило высадку основного десанта в составе двух бригад морской пехоты западнее Новороссийска в районе селения Южная Озерейка. Новороссийской ВМБ поручалось подготовить вспомогательный (демонстративный) десант на западное побережье Цемесской бухты в Станичку (южная окраина города Новороссийска), для чего рекомендовано сформировать штурмовой отряд численностью 250 чел.

Когда пришло это указание, ядро такого отряда уже имелось - рота разведки базы и боевые оборонительные участки ПДО. Надо было решать о командире, и мы приглашали в штаб на беседу нескольких боевых офицеров. Вызвали и ко-

мандира 3-го боевого участка майора Куникова. Когда после беседы он ушел, мой заместитель капитан Iранга Иван Григорьевич Бондаренко заявил:

- Как хочешь, Георгий Никитич, а по-моему, этот человечина - самый подходящий командир штурмового отряда!

Спорить я не собирался, ибо к тому же выводу приходил и сам. Прежде всего интересовали нас боевая опытность командира будущего отряда и его личные качества, выявившиеся на войне. Мне было известно, что командир он не кадровый, по образованию инженер, не кончавший военных учебных заведений, но отличившийся в боевых операциях в Приазовье и на Тамани. "Мои военные университеты - боевые действия", - говорил он. В этом спокойном и немногословном офицере чувствовался ум; воля, житейский опыт, боевой опыт говорили в пользу его назначения командиром штурмового отряда».

Майор Куников получил право отбора в отряд особого назначения, как его стали называть, кандидатов во всех подразделениях базы. Он лично беседовал с каждым бойцом и командиром. В основном в отряд зачислялись добровольцы из числа защитников Одессы, Севастополя, Таманского полуострова, а также участники десантных операций в Крыму.

К 10 января 1943 г. отряд был сформирован. Всего было зачислено 190 краснофлотцев, 70 старшин и сержантов, 16 чел. командного и политического состава. Делился отряд на 5 боевых групп по 50 чел. в каждой. Командирами групп назначены: старший лейтенант А.В. Тарановский, лейтенанты А.Ф. Бахмач, В.М. Пшеченко, Г.В. Слепов и младший лейтенант С.И. Пахомов.

Своим заместителем по политчасти Куников пригласил старшего лейтенанта Н.В. Старшинова, политрука разведроты базы. Начальником штаба был назначен капитан Ф.Е. Котанов, участник обороны Севастополя, где командовал батальоном морской пехоты. Оба они впоследствии были удостоены звания Героя Советского Союза.

Три недели подготовки к десанту майором Куниковым, его малочисленной штабной группой и командирами боевых групп были использованы с полной нагрузкой. Как вспоминали ветераны-куниковцы: «Наша учеба была беспощадной по затратам энергии, но пользу в боях принесла максимальную».

Достаточно сказать, что отряд в полном составе с оружием и снаряжением трижды высаживался с катеров в обжигающе холодную январскую воду в ночное время на необорудованный берег, ведя огонь из всех видов вооружения. А этому предшествовали ночные и дневные тренировки в составе боевых групп, отделений, расчетов, отдельно бойцами. Особое внимание уделялось метанию холодного оружия (кинжалов и финок) по целям. Большое внимание командир отряда отводил изучению вооружения противника, начиная с личного оружия, кончая минометами и орудиями, их применению в боевой обстановке днем и ночью.

В отряде наизусть знали составленную майором Куниковым «Памятку десантнику», где содержались предельно короткие советы - как вести се-

бя при посадке и высадке, в бою за овладение плацдармом. Были там и афоризмы, вносящие поправки в известные пословицы. Например: «В десанте - и один в поле воин!».

По предложению майора Куникова и по его методике проводилась подготовка к десанту и личных составов боевых участков ПДО базы. Он получил право контроля и обеспечение надлежащих условий для их тренировок. Усиленные роты от трех боевых участков под командованием капитана И.М. Ежеля, старших лейтенантов И.В. Жернового и В. А. Боты-лева в ночь на 4 февраля вторым эшелоном высаживались на отвоеванный у противника плацдарм.

Вечером 2 февраля 1943 г. сообщение Совинформбюро донесло радостную весть о победном завершении Сталинградской битвы. В отряде состоялся митинг. Здесь же, после митинга, десантники подписали клятву: «Мы получили приказ командования - нанести удар по тылам врага, опрокинуть и разгромить его. Идя в бой, мы даем клятву Родине в том, что будем действовать стремительно, смело, не щадя своей жизни ради победы над врагом. Волю свою, силы свои и кровь свою, капля за каплей, мы отдадим за жизнь и счастье нашего народа, за тебя, горячо любимая Родина... Нашим законом есть и будет движение только вперед! Мы победим! Да здравствует наша победа!». Под текстом клятвы поставили подписи все командиры и бойцы отряда Куникова.

В 18 ч 3 февраля личный состав десантного отряда майора Куникова был построен вблизи места посадки на катера, и командир обратился с краткой речью. Напомнил, что в ближайшие часы отряд войдет в соприкосновение с превосходящими силами врага. Для высадки выбран участок побережья, лишенный воды, ни ручья, ни грунтовых вод, такие участки противником охраняются несколько слабее. Но это в первый момент, потом фашисты навалятся всеми силами. Отступать на плацдарме некуда. Среди тех, кто сейчас стоит в строю, будут раненые и убитые. «Надо смотреть правде в глаза и не тешить себя надеждой на «авось повезет», а сражаться, и сражаться упорно. Уверен, что каждый из вас поступает сознательно, что не лихость и не драчливость, а святая любовь к Родине и священная ненависть к врагу ведет вас в бой».

Ненастной была ночь на 4 февраля 1943 г. Море штормило, накрапывал дождь. У северной пристани Геленджикской бухты производилась посадка на катера дивизиона морских охотников старшего лейтенанта Н.И. Сипягина, боевых групп отряда майора Куникова, составлявшего демонстративный десант. На центральных пирсах порта на корабли принимались батальоны 255-й бригады под командованием полковника А. С. Потапова и 563-го отделъного танкового батальона, предназначавшихся для основного десанта в районе Южной Озерейки. Для подкрепления основного десанта на кораблях из порта Туапсе шли части 83-й бригады морской пехоты под командованием подполковника Д.Е. Красникова.

Во время, назначенное плановой таблицей штаба, для высадки десанта плавсредства вышли из Геленджикской бухты.

Дивизион катеров Сипягина с куниковцами на борту в назначенное время прибыл в точку развертывания в Цемесской бухте. Началась артиллерийская и авиационная обработка порта Новороссийска и места высадки десанта на южной окраине города.

Два торпедных катера поставили дымовую завесу, прогремел залп морских катюш с борта сейнера «Скумбрия», и катера Сипягина помчались к западному побережью Цемесской бухты на высадку куниковского отряда. В холодную февральскую воду под пулеметно-минометным и артиллерийским обстрелом десантники выбросились на необорудованный берег в течение 5 мин. Как доносил штаб отряда, при высадке один боец погиб и три ранено.

Преодолевая яростное сопротивление фашистов, куниковцы шаг за шагом продвигались вперед, отвоевывая у врага квадратные метры каменистой, но родной новороссийской земли. Зацепившись за берег, Куников приказал радисту, ростовчанину Сергею Ревякину, передать штабу высадки радиограмму: «Закрепился на берегу. Высылайте второй эшелон», о чем начальником штаба капитаном Котановым в 2 ч 40 мин была внесена запись в журнал боевых действий отряда.

Воспользовавшись замешательством противника, куниковцы продолжали расширять плацдарм, выбили фашистов из здания рыбзавода, очистили до трех километров железнодорожного полотна от завода к военному лагерю. Отбили несколько арторудий и развернули их против врага, заняли несколько кварталов поселка Станичка.

К 6 ч утра катера Сипягина на подмогу отряду Куникова высадили 2-й и 3-й эшелоны общей численностью до 600 морских пехотинцев боевых участков Новороссийской базы. Незначительные потери при высадке увеличивались по мере продвижения в глубь плацдарма.

Двое суток куниковцы дрались на отвоеванном клочке земли новороссийской, в последние сутки уже используя в основном трофейное вооружение и боеприпасы. За это время было уничтожено до 1,5 тыс. фашистов, 6 танков, 14 орудий, а 9 орудий противника, объединенные в «трофейный дивизион», громили оккупантов. Потери отряда составили около 100 чел. убитыми, более 200 ранеными. Все легко раненые оставались в боевом строю.

Высадка основного десанта в районе Южной Озерейки потерпела неудачу. Противник встретил десантников организованной обороной, сосредоточив здесь значительные силы. Командованием флота было принято решение части морских бригад высадить на плацдарм, отвоеванный у фашистов отрядом Куникова, превратив его из демонстративного в основной.

В течение 5 сут на плацдарм, составлявший 10 км2, высаживались батальоны трех бригад и расширили его до 30 км2. Этот плацдарм под Новороссийском получил наименование «Малая земля».

Передав полномочия командира десанта полковнику Потапову, майор Куников по приказу командования приступил к исполнению обязанностей старшего морского начальника плацдарма, в полномочия которого входила организация приема кораблей, доставлявших сюда пополнения личного состава, боевой техники, боеприпасов, продовольствия, и отправка раненых и больных.

Часть личного состава боевых групп отряда особого назначения была оставлена в его распоряжении для охраны побережья и наведения порядка на плацдарме, несколько боевых групп были на передовых позициях в батальонах потаповцев.

Исполняя обязанности старморнача, майор Куников в ночь на 12 февраля уже в третий раз направлялся к причалам у основания Суджукской косы для организации приема с подходивших плавсредств грузов, в этот раз танков. Противник вел беглый артиллерийский обстрел по всей территории западного побережъя Цемесской бухты, занятый нашими десантными войсками. Тропинка к берегу пролегала через охранное минное поле. От вражеского снаряда сдетонировало несколько мин, их осколками был убит ординарец командира москвич Леонид Хоботов, а Цезарь Львович получил несколько ранений в области поясницы.

Днем 12 числа на присланном командиром Новороссийской ВМБ контр-адмиралом Холостяковым торпедном катере раненый командир легендарного десанта майор Куников был доставлен в 43-й морской госпиталь г. Геленджика. Двое суток врачи боролись за жизнь отважного командира, но безуспешно. Не приходя в сознание, Цезарь Львович скончался 14 февраля.

С отданием воинских почестей и при участии представителей всех частей и кораблей Новороссийской ВМБ и 47-й армии славный сын Дона был похоронен на кладбище 43-го госпиталя в Геленджике. Впоследствии его прах был перенесен в могилу на площадь Героев в Новороссийске.

В конце марта 1943 г. личный состав отряда особого назначения под командованием старшего лейтенанта Ивана Васильевича Жернового был отозван в Геленджик. Впоследствии на его основе сформирован 393-й отдельный батальон морской пехоты под командованием капитан-лейтенанта Василия Андреевича Ботылева. Сам командир и весь личный состав батальона с гордостью называли себя куниковцами и доблестно сражались в сентябрьские дни 1943 г. под Новороссийском. Приказом Верховного Главнокомандующего от 16 сентября 1943 г. 393-му отдельному батальону морской пехоты присвоено почетное наименование «Новороссийский».

С именем своего славного командира Героя Советского Союза Цезаря Львовича Куникова 393-й Новороссийский батальон участвовал в освобождении городов Керчи и Севастополя, портов Констанца (Румыния), Варна и Бургас (Болгария), впоследствии ему официально присвоено имя Куникова. Его полное наименование: «393-й Новороссийский Краснознаменный отдельный батальон морской пехоты имени Куникова».

Приказом Министра обороны СССР имя Цезаря Львовича Куникова навечно внесено в списки личного состава батальона бригады морской пехоты Черноморского Флота.

Бороздит воды морей и океанов танкер «Цезарь Куников», его имя присвоено большому десантному кораблю Черноморского флота. Одна из площадей в Москве носит имя Куникова.

В городе Новороссийске его именем названы пригородный поселок, проспект и школа, а в Ростове и Азове - улицы и школы.

На Черноморском флоте продолжает звучать песня куниковцев:

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

«Море за кормою яростно ревет,

Катера с отрядом держат путь вперед.

Ночью над Мысхако шел девятый вал -Куников с отрядом берег штурмовал...»

Украина 3 марта 2003 г.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.