ВЕСТНИК Екатеринбургской духовной семинарии. 2021. № 34. 149-165
УДК 821.16Г01"5"
Б01: 10.24412/2224-5391-2021-34-149-165
Л. И. Журова
«СКАЗАНИЕ 3-й ПЕСНИ АННЫ ПРОРОЧИЦЫ»
в литературной традиции сочинений
ПРП. МАКСИМА ГРЕКА ПРОТИВ ЗВЕЗДОЧЕТЦЕВ
Аннотация. В обширном рукописном наследии Максима Грека насчитывается 10 посланий и трактатов против астрологии, написанных в разные периоды его творчества. Это самая большая тематическая группа произведений писателя. Одним из устойчивых элементов в строении полемической речи следует признать благодарственную молитву Анны Пророчицы, выполнявшую функцию доказательства Божественной воли в судьбе человека и тем самым опровергавшую учение звездочетцев. Наряду с двумя ранними посланиями дипломату Ф. И. Карпову и 4-мя главами прижизненного кодекса публициста, исследованными и опубликованными, большое значение для понимания истории складывания цикла имеют 3 текста из уникального Румянцевского сборника (РГБ. Ф. 256. Собрание Румянцева. № 264. Середина XVI в. Л. 14-18, 22-26 об.), названные как «Сказание от части 3-й песни Анны Пророчицы». Термин «сказание» надо понимать как толкование, а не как жанровое определение. Румянцевские сочинения подготовлены к научному изданию на основе текстологического анализа. Предмет настоящего исследования — определение места и роли этих сочинений в антиастрологическом цикле Максима Грека и развитии авторского замысла средневекового публициста. Одно Сказание (л. 11 об. - 14 об.) состоит из 3-х примеров толкования 2-х стихов молитвы Анны Пророчицы (1 Цар 2. 4-5), и это стало главной особенностью произведения. Анализ позволяет видеть саму практику работы Максима Грека как «толковника» библейского текста. Важно отметить, что ее результаты не использованы публицистом в сочинениях цикла, тогда как интерпретация следующих стихов ветхозаветного текста (1 Цар 2. 6-8) вошла в структуру почти всех слов ученого монаха против астрологии и стала некоей константой повествования. Извлечь смысл из слов Пророчицы ставит публицист своей целью в другом румянцевском Сказании (л. 14 об. - 18). В истории складывания антиастрологического цикла Максима Грека проявилась тенденция к усилению роли псалмов Давида и элиминированию молитвы Анны, и в истории текста 2-го Сказания зафиксирован момент перехода публициста от опыта интерпретации песни Пророчицы к системному подходу изложения аргументов в полемических трактатах 30-40-х гг. XVI в. Межтекстовый анализ позволяет опре-
© Л. И. Журова, 2021
149
делить близость сочинения из Румянцевского сборника к «Слову о Промысле» (13-я глава Иоасафовского собрания), составленному на завершающем этапе работы Максима Грека над сочинениями против звездочетцев. 3-е сочинение антиастрологического цикла в составе Румянцевского сборника (л. 22-26 об.) к благодарственной молитве Анны не обращено, и имя Пророчицы в нем не упомянуто. Заголовок приписан книжником. Автор здесь предлагает «любезнейшим мужам» еще одно «краткое писание на обличение лжи», ссылаясь на свои прежние труды. Концепт «самовластного дара», заимствованный Максимом Греком у Иоанна Дамаскина и включенный в ряд сочинений, определяет основную идею текста, составленного, вероятно, в начале 50-х г. XVI в.
Ключевые слова: преподобный Максим Грек, Священное Писание, антиастрологический цикл, трактат, послание, Анна Пророчица, авторский кодекс, интерпретация.
Цитирование. Журова Л. И. «Сказание 3-й песни Анны Пророчицы» в литературной традиции сочинений прп. Максима Грека против звездочетцев // Вестник Екатеринбургской духовной семинарии. 2021. № 34. С. 149-165. DOI: 10.24412/2224-5391-2021-34-149-165
Сведения об авторе. Журова Людмила Ивановна — доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник сектора археографии Института истории Сибирского отделения Российской академии наук. (Россия, г. Новосибирск). E-mail: zhurova@ngs.ru
Поступила в редакцию 02.10.2020 Принята к публикации 02.02.2021
Распространение астрологических учений в Европе и на Руси в эпоху Средневековья было заметным общественным явлением, породившим острую полемику1. Максим Грек познакомился с трудами звездочетцев, находясь еще в Италии (1492-1506 гг.). В Послании Ф. И. Карпову (1523 г.) он вспоминал Венецию, где были в ходу списки «лестных хитростей звездоблазнителей», которые продавались на торжищах. В. С. Иконникову принадлежит очерк о распространении астрологии на Руси, он же полагал, что Михаил Триволис (мирское имя Максима Грека) увлекался астрологией2. Е. Е. Голубинский дал оценку, закрепившуюся в науке, о деятельности афонского монаха, направленной против латинян3.
1 Соболевский А. И. Переводная литература Московской Руси XIV-XVII веков. Библиографические материалы. СПб., 1903. С. 124-148; Бибиков М. В. Византийские астрономические и астрологические системы и их рецепция на Руси (по рукописным материалам) // Вторые чтения памяти профессора Николая Федоровича Каптерева (Москва, 28-29 октября 2004 г.). Материалы. М., 2004. С. 3-7.
2 Иконников В. С. Максим Грек и его время: исторические исследования. Киев, 1915. С. 260-360.
3 Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. М., 1911. Т. 2. С. 675 (2-я половина тома).
В рукописном наследии Максима Грека насчитывается 10 произведений против астрологии: 2 послания Федору Ивановичу Карпову (1523-1524 гг.)4; Слово по поводу всемирного потопа 1524 г.5; 4 главы Иоасафовского собрания (главы 13, 14, 36 и 37)6 и 3 пока неизданные сочинения в рукописном сборнике, составленном в начале 50-х гг. XVI в.: РГБ. Ф. 256. Собр. Румянцева. № 264. Л. 11 об. - 18, 18 об. - 22 (далее: Румянцевский сборник)7. Обзор этих сочинений дан Н. В. Синицыной8. Объектом изучения в настоящей работе стали
3 текста прижизненного Румянцевского собрания, уникального по своему составу, сохранившего архив писателя9. Предмет исследования — определение места и роли этих статей в антиастрологическом цикле Максима Грека и развитии авторского замысла сочинений против звездочетцев.
Статьи надписаны составителем Румянцевской рукописи, как «Сказание от части 3-й песни Анны Пророчици». Вероятно, сочинения Максима Грека против звездочетцев в рецепции редактора сборника ассоциировались со стихами ветхозаветной жены, которые ученый монах активно использовал в своей полемике. Благодарственная молитва Анны, матери пророка Самуила (1 Цар 2. 1-10), входит в состав 3-й песни канона на утрене ежедневного богослужения. Тот факт, что это же название имеют тексты, в которых имя Анны не упоминается, позволяет считать, что оформление заголовков в Румянцев-ском сборнике принадлежит книжнику, а не автору. Именно редактор мог дать название, заимствованное из литургического текста.
Сказания Румянцевского сборника в научном описании Н. В. Синицыной представлены под № 3 и 610. На самом деле под № 3 помещены 2 текста, о чем писал В. Ф. Ржига11:
[3] л. 11 об. - 14 об. «Сказание от чясти 3 песни Анны Пророчици» (далее: Р-3а);
л. 14 об. - 18 Без названия (далее: Р-3б); [6] л. 22-26 об. «Сказание от чясти тое же 3 песни Анны Пророчици» (далее: Р-6).
4 Преподобный Максим Грек. Сочинения: в 2-х т. / отв. ред. Н. В. Синицына. М., 2008. Т. 1. С. 255-294, 311-334.
5 Там же. С. 359-372.
6 Преподобный Максим Грек. Сочинения. М., 2014. Т. 2. С. 150-175, 298-307.
7 Публикация этих текстов предполагается в 3-м томе издания «Преподобный Максим Грек. Сочинения» согласно Проекту Н. В. Синицыной: Синицына Н. В. Проект издания сочинений Максима Грека / Offprint from Cyrillomethodianum XVII-XVIII. Thessalonique, 1993-1994. С. 135-136.
8 Синицына Н. В. Максим Грек в России. С. 87-103.
9 Там же. С. 175-189.
10 Там же. С. 249.
11 Ржига В. Ф. Неизданные сочинения Максима Грека // Byzantinoslavica. 1935-1936. Т. 4. С. 89-90.
А. И. Иванов и Н. В. Синицына относили составление этой группы сочинений к раннему периоду творчества Максима Грека в России, до 1525 г.12 Иванов считал, что они адресованы Ф. И. Карпову. А. А. Зимин писал, что «точно датировать их пока не представляется возможным»13. Распространение астрологии в Московской Руси в 20-е гг. XVI в. Николаем Булевым послужило для исследователей главным аргументом в определении времени создания текстов ученого монаха против звездочетцев. Но бесспорно и другое: Максим Грек обращался к теме астрологии в 1540-е гг., когда полемика со звездочетцами и латинянами затихла, и для Иоасафовского кодекса специально составил 2 трактата: «Слово о том, яко Промыслом Божиимъ, а не звездами и колесом счястия вся челов-Ьческаа устраяються» (13-я глава; далее: «Слово о Промысле») и «БесЬда Души и Уму, по вопросу и ответу, о еже откуду страсти ражаются в них; в том же и о божествен-Ьмъ Промысле» (14-я глава; далее «Беседа Души и Ума»).
Все три Сказания Румянцевского сборника автономны, несмотря на дублирование заголовка. На самостоятельность Р-3а и Р-3б указывает независимая рукописная история этих текстов. Кроме Румянцевского сборника, они сохранились в разных рукописях, 1-е Сказание вошло в состав сборника начала XVII в.: РГИА. Ф. 834. Оп. 4. № 1622. Л. 100-105 об. (1-я четверть XVII в. 341 л>, 2-е — в знаменитый Алтайский сборник, сохранивший «Судные списки Максима Грека и Исака Собаки»15: ГПНТБ. ОРиРК. Б. IV. 3. 1590 г. Л. 183 об. - 187, где оно имеет заголовок «Сказание от части 3 п-Ьсни Пророчицы Анны, и на звездочетцев» и ряд уникальных чтений, авторских по своему характеру16.
Под термином «сказание» (греч. оиукр1ца) нужно понимать «объяснение, истолкование», а не жанровое определение17. Такое именование раскрывает замысел писателя. Содержание Р-3а и Р-3б составили интерпретации отдельных стихов благодарственной молитвы Анны: в 1-м Сказании Максим Грек извлекает нужный ему смысл из 4-го и 5-го стихов, во 2-м ставит целью «разгнути силу» 3-го, 6-го, 7-го и 8-го стихов. Каждый фрагмент толкования писатель
12 Иванов А. И. Литературное наследие Максима Грека. Характеристика, атрибуции, библиография. Л., 1969. С. 124; Синицына Н. В. Максим Грек в России... С. 55.
13 Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени (Очерки политической истории первой трети XVI в.). М., 1972. С. 327.
14 Журова Л. И. Румянцевский сборник и рукописная традиция литературного наследия Максима Грека // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2013. № 4. С. 64-75, 68-70.
15 Судные списки Максима Грека и Исака Собаки / подг. Н. Н. Покровский под ред. С. О. Шмидта. М., 1971.
16 Журова Л. И. Комплекс сочинений Максима Грека из Алтайского (Сибирского) сборника в рукописной традиции авторского текста // Археографические исследования отечественной истории: текст источника в литературных и общественных связях. Сб. научн. тр. Новосибирск, 2009. С. 14-16.
17 Н. В. Синицына рассматривала эти сочинения с точки зрения жанровой природы, см.: Сини-цына Н. В. Максим Грек в России. С. 89.
отграничивает маркерами, например: «Но сиа убо сице». Но если в Р-3а богослов предлагает только толкования отдельных понятий, то в Р-3б он дает интерпретации смыслов, извлеченных из библейского текста, на которых строит критику звездочетства.
Вступление в Р-3а обращает на себя внимание тем, что автор апеллирует к властителям («сущим въ властех»), что характерно для его сочинений 2-го периода творчества (после 1531 г.). И в то же время сочинение направлено знатному лицу: «Познавъ убо азъ пресвЪтлое твое благородие.», но полагать, что им был Федор Карпов, как считал А. И. Иванов, безосновательно, поскольку прямых обращений в Сказании нет, а в посланиях Карпову Максим Грек величал: «премудрыи Феодоре», «твоя светлость», «прелюбезнЪишея ми глава», «честнЪишии муж»18.
Как «брашно некое и. духовную трапезу» предлагает Максим Грек воспринимать песню Анны Пророчицы. Содержание Р-3а составляет авторская интерпретация 2-х стихов ее молитвы, прославляющей Бога за дарованного сына: 1 Цар 2. 4-5. Максим Грек в самом начале противопоставляет жену Ветхого Завета «глаголющим неправду на Владыку», «лестьцамъ людскымъ, звездочетцамъ». Семантика текста построена на толковании стиха «Лукъ сил-ных^ изнеможе, и немощнии препоасяшяся силою» (1 Цар 2. 4). Публицист комментирует понятие «лук» как поклонение идолам: «Лукъ убо именующи самое богомръзкых идолъ служение же и покланяние, имже, акы луком нЪкым и всячьскыми стрелами, силнии... лукавии бЪси тогдашних^ человек душя убивающе, в темных пропастех адскых затворяху» (л. 12)19.
Этому злу публицист противопоставляет пришедшего в мир Спаса, сокрушившего идолослужение и принесшего «богоданный свет неблазненаго нам, христианом, богочестиа». Примечательно, что церковный писатель предлагает еще одну версию: лук — враждебность («неистовство») гонителей христианства: «Есть же и инако сие разумЪти. Силных убо бывших дотоле царя рим-скыя, лукъ же — неистовьство их, имже неистовьствовашя и, якоже пси беше-ни, възбесишяся на Спаса Христа, гонивше языкъ благочестивых^ христианъ лет 300 и 18 даже до еже с небесе званиа великаго Константина, перваго царя христианскаго» (л. 12 об.).
Христиане победили нечестивых, «препоясашяся силою, сирЪчь цари благочестивыми и крЪпкыми». На прославлении христианства построил свое прочтение ветхозаветного текста Максим Грек.
В следующем стихе: «Исплънени хлебъ лишишяся, и алчющеи оставишя землю» (1 Цар 2. 5) — Максим Грек услышал предвестие «неистощаемых даро-
18 Преподобный Максим Грек. Сочинения. М., 2008. Т. 1. С. 176, 198, 173, 181 соответственно.
19 Сочинения Румянцевского сборника цитируются по рукописи: РГБ. Ф. 256. Собр. Румянцева. № 264 (сер. XVI в., всего 322 л.). Листы указаны в круглых скобках.
вании Всесвятаго Духа», которых лишились «евреистии сынове», проявившие бесчеловечие к Христу. Смысл слов Анны — «исплъненых хл-бъ» — Максим Грек увидел в том, что верующие в Него — «алчющие», — которые дотоле были лишены «богочестиа и разума божественаго», приняли от апостолов учение о Параклите, наполненное «всякыа премудрости и разума божественаго». Выражение «оставишя землю» Максим Грек трактует как отступление от заблуждений «лъжеименных премудростей» и насыщение верующих «богатством премудрости и разума лучшаго». Приемшие Владыку и уповающие на Него, заключает богослов, возвеселятся. Снова прославлением Христа заканчивает Максим Грек очередной период своей богословской речи.
Последний фрагмент того же 5-го стиха 1-й Книги Царств: «...яко неплоды роди седмь, и многаа въ чадех изнеможе» — Святогорец предлагает понимать иносказательно. Не о себе говорит здесь Пророчица, предупреждает автор, а о Церкви. «Ветхыи сънм иудеискыи» изнемог, «сиречь патриарси и проро-чи, и праведни», жившие по закону Моисееву, а Соборная Церковь избрана Христом и Святым Духом. Род человеческий, служивший идолам и лукавым бесам, уподобляется «жене неплодной», но «неплоды рождьшая седмь», заключает ученый монах, породила «бесчисленых праведных, боголЬпно живших».
Таким образом, «Сказание» состоит из 3-х примеров толкования 2-х стихов молитвы Анны Пророчицы, а именно 4-го и 5-го (1 Цар 2. 4-5). Но самое удивительное, что Максим Грек не использовал этот свой опыт в составлении других антиастрологических сочинений, в них нет упоминания этих стихов и не приведены их толкования, тогда как следующие строки песни войдут во многие тексты его посланий и трактатов.
Интенция другого сочинения Румянцевского сборника, Р-3б, та же, а именно — толкование библейской песни. Максим Грек представляет свое сочинение как слово о благочестии и ставит своей целью «разгнути и изъяснити силу» слов Пророчицы, «реченых Святым Духом».
В 1-й части публицист рассуждает о смысле 3-го стиха песни: «"Не хва-литеся, ниже глаголите высокаа въ гордыни; ниже да исходит велеречие изъ устъ ваших...". — Чесо ради, о блаженаа Пророчица Анно? — "зане, рече, Богъ разумом^ Господь, и Богъ уготовляа начинаниа Своя"» (1 Цар 2. 3). Имя Анны в начале не названо: «.уставляема блаженою сею Пророчицею», поэтому есть основание предположить, что данный текст есть продолжение какого-то сочинения. И начало произведения с противительного союза «Но» указывает на то же. А. И. Иванов полагал, что Р-3б является продолжением Р-3а20.
В Р-3б среди первообретателей «богопротивной прелести родословных» публицист называет халдеев, аравлян и язычников эллинов: «.. .отступимъ всякыа прелести и заблужениа халдеовъ и аравлянъ, и еллинъ, глаголю же, лъжи
20 Иванов А. И. Литературное наследие Максима Грека . С. 123.
насаждаемыа по вся дни въ мыслехъ нашихъ отъ злочестивых звЬздочетцовъ, ихже нЬции докторовъ именуют» (л. 14 об.).
Под «доктором» Максим Грек явно подразумевает Николая Булева, врача Василия III, занимавшегося распространением астрологических учений в Московской Руси в 1-й трети XVI в.21. В Р-3б Максим Грек добавляет к этнонимиче-скому ряду немцев и ляхов, примкнувших к заблужениям «халдеов»: «...таци же суть приходящии к намъ нЬмци и ляхи» (л. 14 об.).
Если «немци» — популярные персонажи трактатов Святогорца (Николай Булев есть немчин), против них обращены все его обличительные слова, то «ляхи» появляются только в одном антиастрологическом сочинении — Р-3б. Еще одно упоминание ляхов находим в 1-м Послании митр. Макарию (1546 г.)22, причем чтение сохранилось в рукописях конца XVI в.: ГИМ. Синодальное собр. № 491 и Paris. Man. Slave. № 123, отразивших, по последней версии Н. В. Си-ницыной, архетип собрания сочинений Максима Грека23: «Не точию здЬ, у вас <...> но еще и пред самими вельможами, глаголемых лях, нашу православную вЬру свЬтлЬ и без обиновениа воспроповЬдах.. ,»24.
А. В. Горский заметил, что слово «лях» может указывать «на неизвестные сношения Максима Грека с поляками»25. Установить мотивы появления этого этнонима в сочинениях Максима Грека пока не удалось.
В Р-3б виновники богопротивной лести, которые в настоящее время соблазняют христиан, — «сынове латынстии и немецтии, иже вездЬ начинают^ прелщати православныи язык». О латинянах и немцах (германцах) писатель ведет речь в «Слове поучительном, вкупЬ же и обличительном прелести зв-здочетст-и, ут-Ьшительном живущим въ скръб-х» (36-я глава Иоасафов-ского собрания): «Латыномъ зловернымъ и немцомъ прегръдым бляди сия и мудрования отъ еллинъ...», в «Слове о Промысле» (13-я глава Иоасафовского собрания): «вкупЬ с нЬмцы мудрствуютъ преданиа халд-иска»; «...загражаю-ще бездвернаа уста латиномудреных герман». Этих именований лжеучителей нет в ранних посланиях Ф. И. Карпову, что позволяет время составления Р-3б сближать с историей складывания трактатов и относить ко 2-му периоду твор-
21 Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени. С. 351-357; Буланин Д. М. Булев Николай // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2 (вторая половина XIV — XVI в.). Часть 1. Л., 1988. С. 101.
22 Журова Л. И. Послания Максима Грека митрополиту Макарию в контексте эпистолярного наследия писателя // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2020. № 3. С. 8.
23 Синицына Н. В. Творчество преподобного Максима Грека 30-50 гг. XVI в. и собрание избранных сочинений из 47 глав // Преподобный Максим Грек. Сочинения. Т. 2. М., 2014. С. 33-45.
24 Сочинения преподобного Максима Грека. Казань. 1860. Ч. 2. C. 364; Произведения Максима Грека. Рукопись из Славянского собрания Парижской национальной библиотеки. М., 2009. С. 108.
25 Горский А. В. Максим Грек, святогорец // Прибавления к изданию творений святых отцов. М., 1859. Ч. 18. Т. 2. С. 170.
чества Максима Грека (30-40-е гг. XVI в.). Богослова больше всего беспокоит, почему православные люди принимают «таковых богоборцев» и внимают их хитрословиям. Нечестивым называет он учение звездочетцев, когда вместо признания Содетеля Творцом астрологи возлагают право устроения мира на колесо счастия и «сплетение» звезд.
В Р-3б в качестве примеров об отказе от «лживой премудрости» публицист вспоминает философа Леонида Александрийского и цитирует его четверостишие о волховании26, и Платона, осудившего «лживых прелестников», и делает вывод: если «внешние мудрецы» отошли от «лжесловцев», то «множае паче длъжни есме мы, благочестивии и единыа божественыа и небесныа философии рачителе, гнушатися и вседушно отвращатися таковыа богомръзкыа и ду-шетлителныа прелести» (л. 15). Имена этих философов не встретились в других сочинениях писателя.
2-я половина сочинения посвящена обсуждению следующих строк песни Анны Пророчицы: «Господь мертвить и живит, низводит въ адъ и възводит; Господь убожит и богатит, смиряет и възвышает. Възставляеть от земли нища и от гноища въздвизает убога, да посадитъ его съ силными людскыми и престолом славы наследника являя его.» (1 Цар 2. 6-8). Цитата стала ключевой в сочинениях Максима Грека против звездочетцев. Эти слова ветхозаветной жены приведены публицистом XVI в. в посланиях и трактатах и в виде прямой цитаты, и в форме косвенной речи автора, и в реплике героя повествования («Души»)27. Они поставлены в системные отношения с песнями Давида (Пс 112. 7-8)28.
В результате текстологического анализа обнаружена одна важная вставка в списке Алтайского сборника Р-3б29. Она представляет собой введение псалмов Давида, построенных на реминисценции стихов Пророчицы: «ТЬм согласная являет святыи пророкъ и царь Давидъ въ 112-м псалмЬ: "Кто, якоже Господь Богъ нашъ, (и помалЬ) вздвизая от земли убога и от гноища вознося нища, посадити его со князи, со князи людии своих" (Пс 112. 5-8); и паки тои же инде: "яко Богъ Судии есть: сего смиряет, а сего возносит"» (Пс 74. 8)30.
Вставка слов Давида, видимо, появилась на стадии редактирования текста Р-3б автором. Введение цитаты с точным указанием источника свидетельствует о начальном этапе обращения Максима Грека к 112 псалму. В дальнейшем
26 Буланин Д. М. Переводы и послания Максима Грека. Неизданные тексты / отв. ред. акад. Д. С. Лихачев. Л., 1984. С. 18-19.
27 Преподобный Максим Грек. Сочинения. М., 2014. Т. 2. С. 167.
28 Журова Л. И. Антиастрологический дискурс Максима Грека и вопросы формирования авторского кодекса писателя // Критика и семиотика. 2020. № 1. С. 243-244.
29 Журова Л. И. Комплекс сочинений Максима Грека из Алтайского (Сибирского) сборника. С. 14-15.
30 Цитируется по рукописи ГПНТБ СО РАН. ОРиРК. Б. IV. 3. Л. 185 об.
публицист выбирает более свободные формы его представления. Так, упоминание Псалмопевца вместе с Пророчицей Анной находим в «Послании некоему иноку» (37-я глава): «...исповЪдуи прям- и чистЬ съ богодухновеными Давидомъ и Пророчицею Анною, глаголющими.»31.
В «Слове о Промысле» псалмы Давида заняли лидирующие позиции по сравнению с песней Анны в критике звездочетства32. В «Беседе Души и Ума» (14-я глава) ветхозаветных стихов нет, но дана оценка «словесам» Анны и Давида: «...глаголюще честнЬи Пророчици АннЬ и скыпетродръжцу божестве-ному пЬснопЬвцу, о тЬхже таяжде и обоимъ уставившим, якоже лЬт есть на-выкати въ божественых словесех сих»33.
Таким образом, в истории складывания антиастрологического цикла Максима Грека нужно отметить тенденцию к усилению роли псалмов Давида и элиминированию молитвы Анны, и текстология Р-3б зафиксировала момент перехода публициста от практики интерпретации песни Пророчицы к системному подходу изложения аргументов в полемических трактатах 30-40-х гг. XVI в.
Для антиастрологических сочинений Максима Грека характерно обращение автора к историческим и библейским сюжетам, служащим доказательством Провидения в судьбах героев, а не влияния фортуны. Самыми популярными были истории Саула и Давида, Константина Великого. В Р-3б Максим Грек приводит «показание извЬстнЬише намъ»: истории Моисея, Давида и Саула, Иосифа, ставшие примерами непостижимости Божиих судеб, а не лжеучений астрологов.
Сочинение Р-3б практически не имеет оформленной концовки и завершается призывом к апологетам звездочетства признать непостижимость Божиих судеб и угрозой наказания соблазнившимся «бесовской лестью»: «И аще не отступите таковыа лъжи вашея, истреблени будете всяко отъ погубляющаго вся, глаголющаа лъжу» (л. 18).
Отсутствие четко выраженных внешних границ сочинения Р-3б (что не характерно для письменной культуры Максима Грека) позволяет предположить, что этот текст может представлять часть не дошедшего до нас трактата. Поставленное в контекст глав Иоасафовского кодекса, оно может претендовать на положение подготовительного этапа в работе над ними.
Третье сочинение антиастрологического цикла в составе Румянцевского сборника с заголовком «Сказание от чясти тое же 3 песни Анны Пророчици» (л. 22-26 об., далее Р-6) к благодарственной молитве Анны не обращен, и имя Пророчицы в нем не упомянуто, интерпретаций библейских стихов нет. Название сочинения, видимо, приписано составителем Румянцевского сборни-
31 Преподобный Максим Грек. Сочинения. М., 2014. Т. 2. С. 305.
32 Там же. С. 150-151.
33 Там же. С. 173-174.
ка, определившего по принципу подобия общую тему Р-6 со статьями Р-3а и Р-3б — критика звездочетцев. Текст Р-6, сохранившийся в единственном списке, находится в другой тетради рукописи, нежели Р-3а и Р-3б34, и, видимо, таким местоположением можно объяснить желание составителя сборника озаглавить анонимное сочинение. Следующая за ним статья (л. 26 об. - 30) тоже надписана: «Тое же песни 3-й Анны Пророчици», но представляет собой особый список «Послания к некоему иноку».
Мотив болезни телесной и недуга душевного, вызванного отпадением человека от благочестивой истины евангельского и апостольского учения и увлечением «чужими учительствами», сближает Р-3б со «Словом поучительном. и утешительном живущим въ скръбЪхъ»35.
Примечательна оговорка автора Сказания (Р-3б), позволяющая определить место этого сочинения в его творчестве: «Понеже убо и иногда немалыми сло-весы, ихже списах на таковую прелесть, потщахся отставити ихъ сея» (л. 22 об.).
Под «немалыми словесами» можно понимать практически все известные послания и трактаты Максима Грека против звездочетцев. Настоящее сочинение (Р-6) автор предлагает как еще одно «краткое писание на обличение лъжи». Обращение к аудитории — «любезнЪишыи мужие», довольно редкое в сочинениях Максима Грека, — носит подчеркнуто этикетный характер, за которым может скрываться раздражение автора, недовольного тем, что его многочисленные слова не были достойно приняты. Ученый монах напоминает, что им уже были предложены «крепкие показания», и настоящее слово он посвящает сомневающимся и «внимающим богопротивную прелесть» и предлагает душеполезную беседу. Максим Грек обсуждает вопрос, задаваемый «по-луверними»: «...откуду имут таковую силу звезды и зодие?... От себе ли имут сицевое дЪиство или ота Създавшаго ихъ прияша е?» (л. 23).
Нечестивейшей хулой называет проповедник приписывание Творцу злотворного действия звезд и выстраивает ряд апелляций к Владыке от лица сомневающегося: «И како въсхощу и послушаю Тебе, Судию праведнЪишыи и человеколюбнЪишыи Владыко!» (л. 23 об.).
Личные обращения к Владыке, по замыслу автора, должно было бы произносить христианину, он разыгрывает роль грешника, которому необходимо признаться: «Якоже богоборнии звездочетци хулят въ планитах и зодиахъ, крепкою нужею влекомъ бываю и не хотя къ съдЪанию злыхъ, немощенъ сыи азъ и бесчисленымъ нужам телеснымъ подлежя» (л. 23 об.).
Исповедальный тон разговора провоцирует человека на покаяние: «Аще убо от нужды звезды некыа злыа влекомъ есмь къ съдеанию злыхъ, акы некыи скотъ безсловесенъ обротию обводимъ отъ господина своего, но азъ николи
34 Синицына Н. В. Максим Грек в России. С. 177.
35 Преподобный Максим Грек. Сочинения. М., 2014. Т. 2. С. 298.
же сложуся, Владыко, богомръзкому сему учительству безумных звездочет-цовъ, лишающему мене самовластного дара» (л. 23 об.).
Соблазняющимся лжесловием богослов противопоставляет истинных христиан: «Мы же, благочестивии, учими бываемъ всегда всякымъ богодухно-веным^ Святымъ Писанием.» — и предлагает преклониться перед Творцом. Прямые обращения к Нему («Ты еси Единъ Благъ, Ты — Единъ Праведенъ. Ты еси, Владыко, — Податель преизообилен. Ты, Владыко, — Единъ исправляющими убо нам. даешь намъ богатно вся благаа») выстроены ритмически организованными рядами и выполняют суггестивную функцию. Максим Грек старается убедить, что Владыка спасает человека от всех видимых и невидимых врагов, и «мы сами себе. виновни есмы по многу нашему безумию, а не звезды добраа, Твоя творениа, ниже колесо счастиа» (л. 24-24 об.).
В этом сочинении названы только первые «обрЬтатели богопротивныя прелести родословных» — эллины и халдеи, но не упомянуты латиняне и немцы. Ощущение остроты полемики, видимо, спало после смерти Николая Булева в 1548 г., что можно учитывать при датировке Р-6.
Установленные межтекстовые связи настоящего «Сказания» со «Словом о Промысле» тоже позволяют относить Р-6 к последним годам творчества писателя. Так, в обоих сочинениях Максим Грек приводит пророчество Исаии о погублении Вавилонского царства, причем в «Сказании» он отметил, что в Вавилоне и Египете «наипаче преумножашеся такова прелесть». Но библейская цитата (Ис 47. 12-14) в них представлена по-разному: в Р-6 приведен только один стих: «"Се вси, якоже хврастие, въ огни съжжени будут и не из-мут душя своя от пламени", яко углие огнени, възвратятся на них» (л. 25 об.) и продолжение текста (подчеркнуто), отражающее рецепцию ученого монаха, свидетельствует о новом обращении Максима Грека к словам Исаии. В других сочинениях противоастрологического цикла этой цитаты нет.
Еще один концепт антиастрологического цикла — «самовластный дар» человека. Публицист всегда подчеркивал, что дар самовластия дан человеку Богом. Этот тезис появился в 1-м Послании Ф. И. Карпову в пространной выписке из «Точного изложения православной веры» Иоанна Дамаскина (глава 21): «.мы бо, самовластны от СодЬтеля бывъше, господини нашимъ есмя дЬаниемъ»36.
Эта же цитата отца Церкви VIII в. в более полном виде представлена в «Беседе Души и Ума», и можно отметить вариативные чтения перевода самого Максима Грека: «Мы бо, самовластни бывше Творцемъ, властели есми своим дЬлом»37.
Лексема «властели» станет основной в его речи. В последующих своих сочинениях выражение о самовластии («мы — властители своих дел») встроено в различные контексты. Так, в «Слове поучительном. и утешительном, живу-
36 Преподобный Максим Грек. Сочинения. М., 2008. Т. 1. С. 292.
37 Преподобный Максим Грек. Сочинения. М., 2014. Т. 2. С. 164.
щим в скорбях» («Мы бо, самовластни изначала от СъдЬтеля създани бывше, властели есме своихъ дЬлъ и благыхъ, и лукавых, и никто же над нами вла-стель есть, развЬ Създавшего нас, ни аггелъ, ни бЬсъ, ни звЬзда.»38) и в «Слове о Промысле» («мы сами властели есме своих помыслъ и дЬании, и яко к добрым убо дЬлом от божественаго аггела наставляеми есме невидимо и съблюдаемся; к лукавым же пакы и безаконным дЬаниемъ лукавым бЬсомъ подвигаемся»39) оно служит развитию мысли о благих и лукавых делах. В «Беседе Души и Ума» концепт о самовластном даре переходит от аллюзии на слова Иоанна Дамаски-на в собственно авторскую речь проповедника, направленную на утверждение воли и достоинства человека: «.и самоизволно и самовластное дарование наше. и Самому. уподобляемся Създавшему нас по своему образу»40.
Заканчивает повествование Максим Грек («Ум») ответом на вопрос Души: «Да каковъ вред благовЬрию, от еже мнЬти силами звЬздными бывати благым и злым?». Приведя систему доказательств вреда звездочетства, публицист заключает: «ЗвЬзды же вся работны тебЬ, тебе бо ради създана быша вся, да ра-ботаютъ тебе, а не владЬютъ. Самовластныи даръ свои познаваи!»41.
В этом призыве можно слышать отзвуки гуманистических воззрений, с которыми ученый грек познакомился в Италии.
Сказание (Р-6) реминисценции слов Дамаскина не содержит. Концепт о самовластном даре укоренился в богословии Максима Грека и занял позицию поддерживающего элемента в конструкции суждений о природе человека: «Како же и вмЬнюся прочее, по образу Твоему божественому и подобию създанъ, сирЬчь самовластнымъ почтенъ дарованиемъ.» (л. 23 об.); «азъ николи же сложуся, Владыко, богомръзкому сему учительству безумных^ звЬздочетцовъ, лишающему мене самовластного дара» (л. 23 об.); «И человека персть вземъ от земля, създалъ еси по образу Твоему и подобию, сирЬчь самовластна и свободна и выше всякыа тли и мръзости» (л. 24).
Эти наблюдения позволяют считать, что Сказание представляет последнее звено в антиастрологическом цикле Максима Грека и было составлено после формирования Иоасафовского кодекса, в последние годы жизни публициста, в середине 50-х гг. XVI в.
Таким образом, установленные функции общих мотивов 3-х Сказаний Ру-мянцевского сборника и глав прижизненного кодекса Максима Грека позволяют относить время их составления ко 2-му периоду творчества писателя, к 30-40-м гг. XVI в. Первые 2 сочинения, построенные на авторской интерпретации отдельных стихов молитвы Анны Пророчицы, отражают экзегетические
38 Преподобный Максим Грек. Сочинения. С. 300.
39 Там же. С. 156.
40 Там же. С. 162.
41 Там же. С. 175.
опыты публициста, которые не были им использованы в дальнейшем. Только строки 1 Цар 2. 7-8, которые, по словам самого автора, не требуют «велеумно-го толковника», стали ключевой цитатой во всех посланиях и трактатах против звездочетцев, начиная с раннего Послания Ф. Карпову (1523 г.) и заканчивая «Словом о Промысле» (конец 40-х гг. XVI в.). «Сила слов» других стихов ветхозаветной жены (1 Цар 2. 3-6) изложена только в уникальных румянцев-ских текстах, и к этой «части 3-й песни Анны Пророчицы» автор больше никогда не обращался. 3-е Сказание, в котором автор ссылается на свои прежние «крепкие показания», представляет последнее слово Максима Грека в прениях о «многолетнем душегубном» учении астрологов. В нем концепт о самовластном даре человека, послуживший сквозным мотивом в сочинениях антиастрологического цикла, получил гимнографическое звучание.
Источники
1. Государственная публичная научно-техническая библиотека Сибирского отделения Российской академии наук (ГПНТБ СО РАН). ОРиРК. Б. IV. 3.
2. Преподобный Максим Грек. Сочинения: в 2-х т. / отв. ред. Н. В. Синицына. М., 2008. Т. 1; М., 2014. Т. 2.
3. Российская государственная библиотека (РГБ). Ф. 256. Собр. Румянцева. № 264.
4. Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 834. Оп. 4. Д. 1622.
5. Сочинения преподобного Максима Грека. Казань, 1860. Ч. 2.
6. Судные списки Максима Грека и Исака Собаки / подг. Н. Н. Покровский под ред. С. О. Шмидта. М., 1971.
Литература
1. Бибиков М. В. Византийские астрономические и астрологические системы и их рецепция на Руси (по рукописным материалам) // Вторые чтения памяти профессора Николая Федоровича Каптерева (Москва, 28-29 октября 2004 г.). Материалы. М., 2004. С. 3-7.
2. Буланин Д. М. Булев Николай // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2 (вторая половина XIV — XVI в.). Часть 1. Л., 1988. С. 101-103.
3. Буланин Д. М. Переводы и послания Максима Грека. Неизданные тексты / отв. ред. академик Д. С. Лихачев. Л., 1984.
4. Голубинский Е. Е. История Русской Церкви. М., 1911. Т. 2.
5. Горский А. В. Максим Грек, святогорец // Прибавления к изданию творений святых отцов. М., 1859. Ч. 18. Т. 2. С. 144-192.
6. Журова Л. И. Антиастрологический дискурс Максима Грека и вопросы формирования авторского кодекса писателя // Критика и семиотика. 2020. № 1. С. 236-248. БОГ 10.25205/2307-1737-2020-1-236-248
7. Журова Л. И. Комплекс сочинений Максима Грека из Алтайского (Сибирского) сборника в рукописной традиции авторского текста // Археографические исследования отечественной истории: текст источника в литературных и общественных связях. Сб. научн. тр. Новосибирск, 2009. С. 5-27.
8. Журова Л. И. Послания Максима Грека митрополиту Макарию в контексте эпистолярного наследия писателя // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2020. № 3. С. 4051. DOI: 10.25986/IRI.2020.91.92.004
9. Журова Л. И. Румянцевский сборник и рукописная традиция литературного наследия Максима Грека // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2013. № 4. С. 64-75.
10. Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени (Очерки политической истории первой трети XVI в.). М., 1972.
11. Иванов А. И. Литературное наследие Максима Грека. Характеристика, атрибуции, библиография. Л., 1969.
12. Иконников В. С. Максим Грек и его время: Исторические исследования. Киев, 1915.
13. Произведения Максима Грека: рукопись из Славянского собрания Парижской национальной библиотеки. М., 2009.
14. Ржига В. Ф. Неизданные сочинения Максима Грека // Byzantinoslavica. 1935-1936. Т. 4. C. 85-108.
15. Синицына Н. В. Максим Грек в России. М., 1977.
16. Синицына Н. В. Проект издания сочинений Максима Грека / Offprint from Cyril-lomethodianum XVII-XVIII. Thessalonique, 1993-1994. С. 93-141.
17. Соболевский А. И. Переводная литература Московской Руси XIV-XVII веков. Библиографические материалы. СПб., 1903.
Liudmila I. Zhurova
"INTERPRETATION OF THE THIRD ODE, PRAYER OF ANNA THE PROPHETESS" IN THE LITERARY TRADITION OF MAXIMOS THE GREEK'S WORKS AGAINST ASTROLOGISTS
Abstract. The research surveys 3 works by Maximos the Greek from the unique Rumyant-sev Collection (RSL. F. 256. Rumyantsev's collection № 264. Middle of 16th century. F. 14-18, 22-26v) named by the editor Interpretation of the Third Ode, Prayer of Anna the Prophetess. They are neither published nor widely studied but relevant to understand the creative work of the medieval writer. The subject of the present study is to define the place and the role of these pieces in the development of the authorial intent and the forming of the publicist's anti-astrological cycle which counts 10 epistles and treatises. Dating of the texts has been revised and some semantic features have been defined. The exegesis of some verses of Anna the Prophetess' thanksgiving prayer comprises the contents of the 2 articles. One Interpretation (f. 11v-14 v) contains 3 examples of interpreting an Old Testament ode (1 Samuel 2: 4-5). The analysis allows seeing the very working practices of Maximos the Greek as an interpreter
of a Bible text. It is noteworthy that its results were not used by the publicist in the other works of the cycle whereas the exegesis of the next verses of the Old Testament text (1 Samuel 2: 6-8) has entered the structure of almost all speeches of the learned monk against as-trologists and become a certain predominant in the polemic narrative. To derive meaning from the Prophetess' words is the goal set by a coenobite of the Holy Mountain in the other Interpretation from Rumyantsev Collection (f. 14v-18). It has been established that in the history of Maximos the Greek's anti-astrological cycle there appears a tendency to strengthen the role of David's Psalms and eliminate the prayer of Anna in the treatises of 1540s. The 3rd work in the Rumyantsev Collection (f. 22-26v) is not addressed to the thanksgiving prayer of Anna and the Prophetess's name is not mentioned there. The concept of the "autocratic gift", borrowed by Maximos the Greek from John of Damascus and included by him in some works, defines the core idea of the text drafted probably in the beginning of 1550s. The works are prepared for a scholarly publication.
Keywords: Maxim the Greek, anti-astrological cycle, treatise, epistle, Anna the Prophetess, author's code, interpretation.
Citation. Zhurova L. I. «Skazanie 3-i pesni Anny Prorochitsy» v literaturnoi traditsii sochine-nii Maksima Greka protiv zvezdochettsev [''Interpretation of the Third Ode, Prayer of Anna the Prophetess" in the Literary Tradition of Maximos the Greek's Works Against Astrolo-gists]. Vestnik Ekaterinburgskoi dukhovnoi seminarii — Bulletin of the Ekaterinburg Theological Seminary, 2021, no. 34, pp. 149-165. DOI: 10.24412/2224-5391-2021-34-149-165
About the author. Zhurova Liudmila Ivanovna — Dr. hab. (Philology), Leading Researcher of the Archaeography and Sources Sector of the History Institute of the Siberian Branch of the Russian Academy of Science (Russia, Novosibirsk). E-mail: zhurova@ngs.ru
Submitted on 02 October, 2020 Accepted on 02 February, 2021
References
1. Bibikov M. V. Vizantiiskie astronomicheskie i astrologicheskie sistemy i ikh retseptsiia na Rusi (po rukopisnym materialam) [The Byzantine Astronomical and Astrological Systems and Their Reception in Rus' (Based on Manuscripts)]. Vtorye chteniiapamiatiprofessoraNiko-laia Fedorovicha Kaptereva (Moskva, 28-29 oktiabria 2004 g.). Materialy [The Second Readings in Memory of Professor Nikolai Fedorovich Kapterev (Moscow, October 28-29, 2004). Materials]. Moscow, 2004, pp. 3-7.
2. Bulanin D. M. Bulev Nikolai [Bulev Nikolay]. Slovar' knizhnikov i knizhnosti Drevnei Rusi [Dictionary of Scribes and Booklore of Ancient Rus']. Issue 2 (2-nd half of 14-16 cc.), part 1. Leningrad, 1988, pp. 101-103.
3. Bulanin D. M. Perevody i poslaniia Maksima Greka. Neizdannye teksty [Translations and Epistles by Maximos the Greek. Unpublished Texts]. Ed. D. S. Likhachev. Leningrad, 1984.
4. Golubinskii E. E. Istoriia Russkoi Tserkvi [History of Russian Church]. Moscow, 1911, vol. 2.
5. Gorskii A. V. Maksim Grek, sviatogorets [Maximos the Greek, a Hagioritej. Pribavleniia k izdaniiu tvorenii sviatykh ottsov [Additions to the Publication of the Works of the Holy Fathers]. Moscow, 1859, part 18, vol. 2, pp. 144-192.
6. Ikonnikov V. S. Maksim Grek i ego vremia: istoricheskiia issledovaniia [Maximos the Greek and His Time: A Historical Studyj. Kiev, 1915.
7. Ivanov A. I. Literaturnoe nasledie Maksima Greka. Kharakteristika, atributsii, bibliografiia [Literary Heritage of Maximos the Greek: Characteristic, Attribution and Literature References]. Leningrad, 1969.
8. Prepodobnyi Maksim Grek. Sochineniia: v 2-kh t. [Venerable Maximos the Greek. Writings: in 2 vols.]. Ed. N. V. Sinitsyna. Moscow, 2008, vol. 1; Moscow, 2014, vol. 2.
9. Proizvedeniia Maksima Greka: rukopis' iz Slavianskogo sobraniia Parizhskoi natsional'noi biblioteki [Works of Maximos the Greek. Manuscript from the Slavic Collection of the National Library of Parisj. Moscow, 2009.
10. Rzhiga V. F. Neizdannye sochineniia Maksima Greka [Unpublished Works of Maximos the Greekj. Byzantinoslavica, 1935-1936, vol. 4, pp. 85-108.
11. Sinitsyna N. V. Maksim Grek v Rossii [Maximos the Greek in Russia]. Moscow, 1977.
12. Sinitsyna N. V. Proekt izdaniia sochinenii Maksima Greka [Project of Publishing the Works of Maximos the Greek]. Offprint from Cyrillomethodianum XVII-XVIII. Thessalonique, 1993-1994, pp. 93-141.
13. Sinitsyna N. V. Tvorchestvo prepodobnogo Maksima Greka 30-50 gg. XVI v. i sobranie izbrannykh sochinenii iz 47 glav [The Writings of Venerable Maximos the Greek in the 30-50s of the 16th Century and Selected Writings in 47 Chapters]. Prepodobnyi Maksim Grek. Sochineniia [Venerable Maximos the Greek. Writings]. Moscow, 2014, vol. 2, pp. 12-45.
14. Sobolevskii A. I. Perevodnaia literatura Moskovskoi Rusi XIV-XVII vekov. Bibliogra-ficheskie materialy [Translated Writings of the 14th-17th Centuries. Bibliographic Materials]. Saint Petersburg, 1903.
15. Sochineniiaprepodobnogo Maksima Greka [Works of Venerable Maximos the Greek]. Kazan, 1860, part 2.
16. Sudnye spiski Maksima Greka i Isaka Sobaki [The Documents of Trials Against Maxim the Greek and Isaac Sobaca]. Eds. N. N. Pokrovsky, S. O. Schmidt. Moscow, 1971.
17. Zhurova L. I. Antiastrologicheskii diskurs Maksima Greka i voprosy formirovaniia avtor-skogo kodeksa pisatelia [The Anti-Astrological Discourse of Maximus the Greek and Formation of Author's Code in His Writings]. Kritika i semiotika — Critics and semiotics, 2020, no. 1, pp. 236-248. DOI: 10.25205/2307-1737-2020-1-236-248
18. Zhurova L. I. Kompleks sochinenii Maksima Greka iz Altaiskogo (Sibirskogo) sbornika v rukopisnoi traditsii avtorskogo teksta [The Complex of Works of Maximos the Greek from the Altaiskii (Sibirskii) Collection in the Manuscript Tradition of the Author's Text]. Arkheo-graficheskie issledovaniia otechestvennoi istorii: tekst istochnika v literaturnykh i obshchestven-nykh sviaziakh. Sb. nauchn. tr. [Archeographical Research of National History: Source Text in Literary and Public Relations. Collection of Scientific Works]. Novosibirsk, 2009, pp. 5-27.
19. Zhurova L. I. Poslaniia Maksima Greka mitropolitu Makariiu v kontekste epistoliarnogo naslediia pisatelia [Epistles from Maximus the Greek to Metropolitan Macarius in the Context of the Writer's Epistolary Heritage]. Drevnyaya Rus'. Voprosy medievistiki — Old Russia. The Questions of Middle Ages, 2020, no. 3, pp. 40-51. DOI: 10.25986/IRI.2020.91.92.004
20. Zhurova L. I. Rumiantsevskii sbornik i rukopisnaia traditsiia literaturnogo naslediia Maksima Greka [Collected Works in Memory of Prof. Rumyantsev and the Manuscript Tradition of the Literary Heritage of Maximos the Greek]. Drevnyaya Rus'. Voprosy medievistiki — Old Russia. The Questions of Middle Ages, 2013, no. 4, pp. 64-75.
21. Zimin A. A. Rossiia na poroge Novogo vremeni (ocherki politicheskoi istorii pervoi treti XVI v.) [Russia on the Brink of a New Age (Essays on Political History of the First Third of the 16th Century)]. Moscow, 1972.