УДК 94(4)
А. А. Сагомонян
доктор исторических наук, профессор кафедры истории ИМО и СПН МГЛУ; e-mail: scobochka@mail.ru
РОССИЯ И СССР В ДВУХ МИРОВЫХ ВОЙНАХ:
ПРИНЦИПЫ ВОЕННО-ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ
В статье рассматривается проблема организации эффективной системы военно-государственного управления в Российской империи и в СССР в период Первой мировой и Великой Отечественной войн. Именно подход руководства государства к решению этой проблемы во многом предопределил итог этих войн для страны.
Ключевые слова: Первая мировая война; Вторая мировая война; Верховное главнокомандование; Ставка; Государственный Комитет Обороны.
Sagomonyan A. A.
Advanced Doctor (History), Professor, Department of History, Institute of International Relations and Social and Political Sciences, MSLU; e-mail: scobochka@mail.ru
RUSSIA AND USSR IN TWO WORLD WARS: PRINCIPLES OF STATE MILITARY GOVERNMENT
The article covers the problem of organization of an effective system of military governance in the Russian Empire and in the Soviet Union during World War I and the Great Patriotic War. It is the country's leadership approach to solving this problem that largely predetermined the outcome of these wars for the state.
Key words: World War I; World War II; General Headquarters; the State Defense Committee.
Опыт двух мировых войн ХХ в. показал, что важнейшим условием победы в них было создание эффективной системы руководства страной в условиях военного времени. Так, одной из важных причин неудач России в Первой мировой войне были серьезные просчеты именно в этой сфере.
Хотя, согласно новой редакции Основных законов Российской империи (1906), «государь император есть державный вождь российской армии и флота. Ему принадлежит верховное начальствование над всеми сухопутными и морскими силами Российского государства», реальная ситуация с начала войны была иной. Вся территория
России разделялась на две части - театр военных действий и внутренние области страны, т. е. на фронтовую зону и тыл. На фронте неограниченные права имел Верховный главнокомандующий великий князь генерал-адъютант Николай Николаевич, возглавлявший Ставку Верховного главнокомандующего. Он был подчинен исключительно императору, и ни один правительственный орган не имел права давать ему никаких распоряжений и приказов. Но власть Ставки ограничивалась лишь пределами театра военных действий.
Во внутренних областях всеми воинскими силами и учреждениями руководил военный министр В. А. Сухомлинов, не подчинявшийся Верховному главнокомандующему, но только императору. В состав Военного министерства входили, в том числе, и главные управления: артиллерийское, интендантское, военно-техническое, по довольствию войск и др. То есть Главковерх не мог напрямую осуществлять руководство боевым снабжением армии, довольствием, резервами. Новое Положение о полевом управлении 1914 г., принятое уже после начала войны, хотя и содержало важные меры по управлению тылом, но оставляло центральные органы снабжения армией в ведении Военного министерства [10, с. 26]. Вместе с тем император был несколько ограничен в своих управленческих возможностях: он не мог свободно распоряжаться денежными средствами без санкции Бюджетной комиссии Государственной Думы.
Надо сказать, что еще Русско-японская война выявила существенные недостатки в организации военно-государственного управления. Одной из самых серьезных проблем оказалось то, что оба вида вооруженных сил - армия и флот - руководились независимыми друг от друга органами: Военным министерством и Морским министерством. В марте 1905 г. в Царском Селе под председательством Николая II прошло совещание высших руководителей армии и флота, где обсуждалась данная ситуация. По предложению великого князя Николая Николаевича было принято решение незамедлительно образовать Совет государственной обороны. Этот орган должен был объединить деятельность Военного и Морского министерств и согласовывать ее «с деятельностью правительственных учреждений, по вопросам, относящимся к безопасности государства» [8, с. 28]. Номинальным главой Совета был сам император, а фактическим - вел. кн. Николай Николаевич. Председатель Совета был облечен огромными властными полномочиями. Он считался главным ответственным за дело обороны
страны и имел право обращаться с запросами во все учреждения по любому вопросу, имеющему отношение к государственной обороне. Военное и Морское министерства обязаны были сообщать ему обо всех своих важных предприятиях и планах. Министр иностранных дел обязан был информировать обо всем, что имело отношение к обороне страны.
По утверждению С. Ю. Витте, «дело сводилось к тому, что Великий князь Николай Николаевич был назначен под видом председателя Совета государственной обороны начальником как Военного, так и Морского министерства» [1, с. 343]. Создание Совета вызвало недовольство со стороны высшей военной иерархии. С критикой этого органа выступили тогдашний военный министр В. В. Сахаров, а также будущий глава военного ведомства (в тот период командующий войсками Киевского военного округа) В. А. Сухомлинов.
Крайне негативную роль в судьбе Совета государственной обороны сыграли острые противоречия в правящих кругах Российской империи по поводу приоритетных направлений развития вооруженных сил, т. е. определения того, какому из двух их видов - армии или флоту - уделить первостепенное внимание и, соответственно, направить основное финансирование.
Вел. кн. Николай Николаевич считал, что прежде всего необходимо укреплять сухопутные войска, и только потом, по мере возможности, восстанавливать военно-морской флот, понесший серьезные потери в войне с Японией. Царя же убедили в обратном: сначала флот, а затем сухопутные силы. Все это, в конечном счете, предопределило вначале отставку председателя, а затем и ликвидацию самого Совета в августе 1909 г.
Следование тому же курсу - разделения полномочий - сыграет пагубную роль в годы Первой мировой войны. Отсутствие единого органа, в котором была бы сосредоточена вся военная и государственная власть, станет одной из важнейших причин поражений русской армии в 1914-1915 гг. Уже в ходе войны принцип отделения фронтовой зоны от тыла государства стал подвергаться жесткой критике. Так, депутат IV Государственной думы В. В. Шульгин в феврале 1916 г. составил проект «пожеланий», где в пункте 1 подчеркивалось, что разделение страны на две части, управление которыми осуществляется различными властями и трудно поддается согласованию, не соответствует требованиям современной войны. Это положение «не может не
отражаться в высшей степени отрицательно на обороне государства, требующей прежде всего единства действий на всем пространстве империи»1.
Стоит ли говорить, что именно военного министра Сухомлинова и правительство в целом Ставка и ее Глава считали основными виновниками военных поражений. Его обвиняли в нехватке снарядов и вооружений. Так, плохое снабжение войск составляло главный предмет жалоб Главковерха императору во время его посещений Ставки весной 1915 г. Вместе с тем и власть Сухомлинова не была полной, поскольку ему подчинялись лишь военные учреждения тыла, а гражданские министерства оставались вне его компетенции. Многие высокопоставленные военные понимали необходимость «восстановления в тылу единой твердой власти».
15 июня 1916 г. начальник Штаба Верховного главнокомандующего генерал от инфантерии М. В. Алексеев в докладной записке Николаю II предложил сосредоточить всю власть «во всех внутренних областях империи» в руках одного полномочного лица, которое именовалось бы «верховным министром государственной обороны». Ему, по мнению Алексеева, «необходимо предоставить объединять, руководить и направлять единой волей деятельность всех министров, государственных и общественных учреждений, находящихся вне пределов театра военных действий». Распоряжения верховного министра государственной обороны должны исполняться внутри империи всеми государственными учреждениями и общественными организациями. Однако это предложение было в штыки встречено министрами во главе с председателем Совета Министров Б. В. Штюрмером и не было поддержано царем [9, с. 117-122].
Не смогло изменить ситуацию и назначение Николаем II себя самого на должность Главковерха в августе 1915 г. Как писал В. В. Де-гоев, это было одним из самых неудачных «кадровых» решений царя: «Будь на его месте жесткий и решительный политик, диктаторского склада, возможно, этот шаг принес бы успех. Но поскольку Николай II не принадлежал к категории сильных личностей, его жест воспринимался как фарс, жест отчаяния или глупая прихоть» [4, с. 450]. Действительно, после этого в глазах почти всех слоев общества Николай II стал восприниматься как главный виновник всех поражений.
1 Цит. по: [9, с. 116].
В отсутствие жесткого контроля, снабжение действующей армии всем необходимым было организовано неэффективно. Созданные четыре Особых совещания - по обороне государства, по перевозкам, топливу, продовольствию - изначально были органами громоздкими, а вскоре обросли еще и бесчисленными комитетами. В этой ситуации производители-частники могли навязывать свои условия правительству.
Закончились неудачей даже попытки объединить в масштабе государства работу такой важнейшей отрасли, как железные дороги. Впоследствии начальник управления железных дорог Министерства путей сообщения Э. Б. Войневский-Кригер вспоминал: «Большое неудобство заключалось и в разделении всей сети на две части, одна подчинялась Министерству путей сообщения, а другая находилась в ведении Управления путей сообщения, органа Штаба Верховного главнокомандующего; это приводило зачастую к несогласованным распоряжениям и действиям» [9, с. 99]. Однако его непосредственный начальник, министр путей сообщения А. Ф. Трепов так не считал. Выступая в августе 1915 г. на заседании Государственной Думы, он заявил, что «полное объединение военных и гражданских перевозок империи в руках одной власти представляется во время войны недопустимым» [8, с. 341].
Историк Н. Н. Яковлев сделал справедливый вывод: «Бескомпромиссное разделение на фронт и тыл, вопреки логике вооруженной борьбы и здравому смыслу, обернулось для России самыми тяжкими последствиями» [11, с. 34].
Все это было следствием самой природы российской самодержавной власти, когда слишком многое зависело от личности того, кто находился на престоле, особенно в условиях войны. Сильный, жесткий монарх, такой как Петр I, подавлял деструктивную деятельность различных групп влияния. При более мягком правителе, например Александре I, пышным цветом расцветало интриганство и борьба придворных группировок. Подобная ситуация проявилась еще в Отечественную войну 1812 г., когда снабжение армии и обеспечение ее резервами находились вне сферы контроля Главнокомандующего М. И. Кутузова. Это, конечно, имело негативные последствия, но не такие трагические, как в условиях тотального мирового конфликта.
Даже тогдашние демократические страны ради победы оперативно прибегли к жестким мерам по централизации военно-политического
руководства. Так, в Англии с началом войны также проявились недостатки в снабжении вооруженных сил боеприпасами, продовольствием и др., что стало сказываться на ходе военных действий. В 19141915 гг. были приняты законы о «защите королевства», утверждавшие безусловный приоритет общегосударственных интересов над частными. Они должны были юридически обосновать действия властей по объединению всех сил для достижения победы над врагом. Законы санкционировали установление государственного контроля над предприятиями, выпускавшими военную продукцию, железными дорогами, флотом, стратегическими материалами и др. Государство имело право конфисковывать на время войны любое предприятие, продукция которого имела стратегическое значение. К концу войны под контролем государства находилось более 80 % промышленности Англии. Ставший в декабре 1916 г. премьер-министром Д. Ллойд-Джордж создал в рамках правительства военный кабинет из пяти членов, который сконцентрировал в своих руках все функции военного и гражданского управления страной на время войны (либералы в знак протеста вышли из правительства). Подобные меры принимались во Франции и в других странах. Они во многом способствовали перелому ситуации на фронтах.
Надо сказать, что пришедшие в октябре 1917 г. к власти большевики в значительной степени учли просчеты царского правительства. Столкнувшись с суровой реальностью гражданской войны и военной интервенции, они предприняли ряд чрезвычайных мер по централизации деятельности фронта и тыла. Слова Ленина: «.. .Раз дело дошло до войны, то всё должно быть подчинено интересам войны, вся внутренняя жизнь должна быть подчинена войне, ни малейшее колебание на этот счет не допустимо» [7, с. 117] становятся практической программой их деятельности. Советская республика действительно превращается в «единый военный лагерь» . Все это стало важнейшей причиной победы красных над разрозненными, не имеющими единого руководства силами белого движения и интервентов.
С началом Великой Отечественной войны ситуация в руководстве страной несколько напоминала положение России в 1914 г. Можно даже говорить о кризисе в управлении. Так, наркому обороны СССР С. К. Тимошенко не подчинялся Военно-морской флот, которым руководил нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов. Не были ему подчинены и пограничные войска, и воинские части НКВД. Нарком обороны не мог
распоряжаться железнодорожными перевозками, эвакуацией объектов, не мог отдавать приказов гражданским и партийным учреждениям, не ведал вопросами снабжения и резервов. Режим личной власти И. В. Сталина в основном справлялся с задачами предвоенного времени, но после нападения Германии стране была жизненно необходима система эффективного управления.
Такая система была создана, ей посвящена значительная по объему научная литература [2; 3]. Был учтен и использован опыт гражданской войны. Созданы Ставка Верховного Главнокомандования (окончательное название) и Государственный Комитет Обороны, обладавший всей полнотой военной и государственной власти, предпринят целый ряд других чрезвычайных мер.
По-видимому, в условиях, когда высшее руководство СССР осознавало неизбежность нападения Германии, подобная система должна была быть создана и функционально отработана заранее, а не после того, как война стала свершившимся фактом [6, с. 36]. По мнению Г. К. Жукова, «.. .отсутствие у нас высшего органа военного руководства ... в момент нападения фашистской Германии, естественно не могло вначале не отразиться на управлении войсками, результатах первых операций и общей оперативно-стратегической обстановке» [5, с. 67].
Созданная после начала войны эта система руководства и управления постоянно дорабатывалась и совершенствовалась, и уже к 1943 г. показала свою эффективность, что позволило добиться сначала коренного перелома, а затем и окончательной победы. История подтвердила слова Г. К. Жукова: «.никакое военно-политическое руководство любой другой страны не выдержало бы подобных испытаний и не нашло бы выхода из создавшегося крайне неблагоприятного положения» [там же, с. 69].
Таким образом, советское руководство, столкнувшись при вступлении в мировую войну с кризисом военно-государственного управления, сумело, в отличие от николаевского правительства, оперативно осознать его, преодолеть и добиться победы.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Витте С. Ю. Воспоминания. Царствование Николая Второго. - М. :
Алекс, 1994. - 576 с.
2. ГорькоеЮ. А. Кремль. Ставка. Генштаб. - Тверь : РИФ ЛТД, 1995. - 384 с.
3. Горьков Ю. А. Государственный Комитет Обороны постановляет (19411945). - М. : Олма-Пресс, 2002. - 576 с.
4. ДегоевВ. В. Внешняя политика России и международные системы: 17001918 гг. - М. : РОССПЭН, 2004. - 496 с.
5. Жуков Г. К. Воспоминания и размышления: в 3 т. - Т. 2. - М. : АПН, 1985. -328 с.
6. Ивашов Л. Г. Геополитика Второй мировой войны // Международные отношения. Страноведение - М. : ФГБОУ ВПО МГЛУ, 2011. - С. 32-44. -(Вестн. Моск. гос. лингвист. ун-та; вып. 2 (608). Сер. Исторические науки).
7. Ленин В. И. Речь на соединенном заседании ВЦИК, Московского совета профессиональных союзов и фабрично-заводских комитетов // ПСС. -Т. 41. - М. : Политиздат, 1981. - С. 112-118.
8. РостуновИ. И. Русский фронт Первой мировой войны. - М. : Наука, 1976. -390 с.
9. Сенин А. С. Железнодорожный транспорт России в эпоху войн и революций: 1914-1922. - М. : УМЦО на железнодорожном транспорте, 2009. -320 с.
10. Терентьев М. И. Организационно-правовые основы государственного управления тылом и снабжением российской армии (XIV - начало XX века) // Журнал российского права. - 2001. - № 11. - С. 3-36.
11. ЯковлевН.Н. Последняя война старой России. - М. : Просвещение, 1994. -256 с.