Всероссийской научной конференции молодых ученых и студентов «Реформы в России и проблемы управления - 2000» Москва, 2000. - С. 188189
9. Жирнов, А.В. Риск-предикторный анализ финансовой составляющей предпринимательской деятельности /А.В. Жирнов // Экономика и предпринимательство. - 2016. - № 1-1 (66-1). - С. 926-931.
10. Иванова Н. Оценка кредитоспособности заемщика // Бухгалтерия и банки. - 2011. - № 8 - С. 35-37
11. Лапшина, Г.В. О направлениях государственной поддержки малых форм хозяйствования на селе / Г.В. Лапшина, Ю.А. Лапшин // Вестник Федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Московский государственный агроинженерный университет им. В.П. Горячкина». -2012. - №1 (52). - С. 111-112.
12. Опарина Н. И. Использование скоринговых моделей для оценки кредитоспособности заемщика // Банковское кредитование. - 2009. - № 5. -С. 32-33
13. Рыкова И.Н. Методика оценки кредитоспособности заемщиков // Банковское кредитование. - 2010. - № 6. - С. 37-39
Макарова А.О. менеджер ООО «ВЭД-ДВ» Россия, г. Владивосток РОЛЬ РОССИЙСКОГО ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА В ЭКОНОМИЧЕСКОМ СОТРУДНИЧЕСТВЕ РОССИИ И КИТАЯ Аннотация
В статье обсуждается роль Дальнего Востока России в развитии российско-китайского экономического сотрудничества. С открытием в субъектах Дальнего Востока России особых экономических зон появляются новые импульсы расширения всестороннего сотрудничества между предпринимательскими структурами России и Китая.
Ключевые слова: Россия в АТР, Дальний Восток России, российско-китайские отношения, экономическое сотрудничество
Role of Russian Far East in economic cooperation of RUSSIA and
China Abstract
The article discusses a role of the Russian Far East in development of the Russian-Chinese economic cooperation. With opening in the regions of Russian Far East of special economic zones new impulses of expansion offull cooperation between enterprises structures of Russia and China appear.
Key words: Russia in APR, Far-East of Russia, Russian-Chinese relations, economic cooperation
Стратегия Российской Федерации в АТР как евразийской державы
определяется совокупностью национальных интересов в сферах безопасности, социально-экономического развития регионов Дальнего Востока, политических, внешнеэкономических и межцивилизационных отношений со странами АТР, в первую очередь с Китаем.
Роль всестороннего сотрудничества между Россией и Китаем в настоящее время приобретает особое звучание. Официально современный период российско-китайских отношений называется «Новый этап отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия» [1]. Так называемый «поворот на Восток» - долгосрочная стратегия России, вызванная фундаментальными причинами российско-китайского сближения. Китай также заинтересован в том, чтобы российский поворот на Восток способствовал диверсификации наших торговых и инвестиционных отношений, чтобы они стали более сбалансированными и рациональными. Главная особенность современного этапа - повышение открытости в экономической сфере, осуществление и подготовка важных проектов. Среди них соглашение по поставкам природного газа, рассчитанное на 30 лет, сотрудничество по космическим технологиям, строительство высокоскоростных железных дорог, совместная разработка и производство широкофюзеляжных самолетов для дальних магистралей и тяжелых вертолетов и другие Появление таких масштабных проектов является отражением развития российско-китайского стратегического партнерства [2].
Наряду с рыночными инструментами Россия и Китай используют политические и институциональные механизмы стратегического партнерства (три межправительственные комиссии на уровне вице-премьеров, 19 отраслевых подкомиссий) для решения возникающих проблем (конфликты коммерческих интересов, конкуренция транспортных и иных проектов) [3].
Все официальные инициативы (и со стороны Китая, и со стороны России) расширяют рамки возможностей для двустороннего торгового и инвестиционного сотрудничества. Важно, чтобы российские регионы и бизнес сумели использовать эти возможности современного этапа российско-китайских отношений для привлечения технологических инвестиций из Китая в приоритетные сектора экономики [4].
Наряду с совместной реализацией крупномасштабных энергетических и транспортных проектов, российские регионы особенно заинтересованы в китайских инвестициях в промышленные производства, в аграрную сферу и рыбопереработку, в инфраструктуру туризма, в строительство и жилищно-коммунальную инфраструктуру, в производство строительных материалов, причем с применением новых высоких технологий. Это далеко не полный перечень сфер, где могут развиваться взаимовыгодные проекты. Необходимо, чтобы субъектами такого инвестиционного сотрудничества с китайским бизнесом становились не только крупные компании, но и частные российские предприятия среднего и малого бизнеса [2].
Главными приоритетами экономической деятельности китайского
бизнеса на Дальнем Востоке России являются разработка сельское хозяйство, рыбная отрасль, лесное хозяйство, производство потребительских товаров, торговля, строительство.
В сельском хозяйстве сотрудничество развивается в основном по линии муниципалитетов, земля зачастую берётся в субаренду у российских физических и юридических лиц. Не существует единого учёта площадей, обрабатываемых гражданами КНР в приграничных регионах Дальнего Востока России [5].
Усиливается и фактическое присутствие китайского (прежде всего, гонконгского) капитала в рыбодобывающей отрасли Дальнего Востока, что крайне негативно сказывается на стимулировании внутреннего потребления в дальневосточных регионах и доступности рыбопродукции для населения [6].
В лесной отрасли обычно китайская сторона традиционно заинтересована в увеличении поставок лесоматериалов минимальной степени обработки. Размещения деревообрабатывающих предприятий на территории приграничных субъектов российского Дальнего Востока на основе китайских инвестиций не произошло во многом из-за непоследовательной торговой политики РФ [5].
Интересным примером является создание в Приморском крае при содействии китайского капитала двух «зон экономического роста» на основе китайского капитала («Канцзи» и «Юаньдун»).
«Канцзи» - в г. Уссурийске учреждена при содействии корпорации «Каннай» (пр.Чжэцзян) в 2006 году. На территории работают 25 компаний из г. Дуннин, выпускается продукция лёгкой промышленности (одежда, обувь), перерабатывается древесина. По китайским оценкам, общий объём производства и сбыта после запуска всех мощностей составит 4 млрд. долларов в год [7].
Зона «Юаньдун» - заложена в Михайловском районе Приморского края в 2011 году китайской госкорпорацией «Гуандун Инвестмент», основная масса компаний - из провинции Хэйлунцзян. При этом в двух данных промышленных зонах, по утверждению китайских представителей создано около 7 000 рабочих мест для жителей Приморского края [8]. Наблюдатели отмечают, что в настоящее время нет возможностей для расширения номенклатуры производства на данных объектах, во многом из-за неготовности китайской стороны вести полностью «белый» и прозрачный бизнес (например, не использовать полулегальные схемы ввоза), равно как и конкурировать по объёмам и качеству произведённых товаров с крупными импортёрами. Будущее зон достаточно туманно также из-за переориентации китайских предпринимателей на удовлетворение внутреннего спроса в КНР за счёт расширения бизнеса внутри страны и отказа от зарубежных проектов
[9].
В то же время, в связи с созданием в субъектах Дальнего Востока, и прежде всего в Приморском крае, территорий опережающего социально-
экономического развития и Свободного порта Владивосток, появляются новые импульсы расширения всестороннего сотрудничества между предпринимательскими структурами России и Китая.
Использованные источники:
1. Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о новом этапе отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия. 20 мая 2014 г. / Администрация Президента России: офиц.сайт. - Режим доступа: http: //www.news .kreml in.ru/ref_notes/1642
2. Жилина Л.Н. Россия в системе интересов китайского бизнеса / Л.Н. Жилина, А.О. Строганов // Фундаментальные исследования. - 2015. - № 11 (7). - с. 1425 - 1430.
3. Российско-китайский диалог: модель 2015: доклад № 18/2015 / Российский совет по международным делам (РСМД). - М.: Спецкнига. - 2015. - 32 с.
4. Осипов В.А. Прибыль как источник инновационного развития предприятий региона // Экономика и предпринимательство № 10 (51), 2014. с. 738-741.
5. Губин А.В. Китайский вызов для Приморского края: новое измерение / А.В. Губин [Электронный ресурс] / Ойкумена. Регионоведческие исследования журнала, 2013, №1 (24).
6. Особенности гонконгской рыбалки // Радио «Голос России»: интернет-сайт. 2012. 21 августа. [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://rus.ruvr.ru/2012_08_21/Pacific-Andes-osobennosti-gonkongskoj-ribalki/
7. Сюй Чи. Политика и стратегии КНР в отношении вывоза капитала / Сюй Чи, Л.Н. Жилина // Территория новых возможностей. Вестник ВГУЭС. -2012. - №1. С.14-21.
8. Администрация Михайловского муниципального района: интернетсайт. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http: //mo .primorsky.ru/mikhaylovsky/print.php?id= 19
9. Уссурийская зона сотрудничества привлекла внимание прессы // CNTV-Россия: интернет-сайт. - 2013. 6 сентября. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.cntv.ru/2012/09/06/ARTI1346899541096610.shtml
Максютова Л.А. магистр
ФГБОУВО «Башкирский ГАУ»
Россия, г. Уфа ОРГАНИЗАЦИЯ И ВЕДЕНИЕ ДИСКУССИЙ Аннотация: Статья посвящена организации и ведению дискуссий. Рассмотрены основные правила поведения в дискуссии для критикующей и критикуемой стороне. Также в данной статье приведены принципы, по которым должны проходить дискуссии.
Ключевые слова: деловое общение, деловая дискуссия, оппонент, критика.