Научная статья на тему 'Родной язык и этническое сознание русинов Молдавии'

Родной язык и этническое сознание русинов Молдавии Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
142
27
Поделиться
Журнал
Русин
Scopus
ВАК
ESCI
Ключевые слова
русин / даниил галицкий

Текст научной работы на тему «Родной язык и этническое сознание русинов Молдавии»

Юрий ИВАНОВ

РОДНОЙ ЯЗЫК И ЭТНИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ РУСИНОВ МОЛДАВИИ

Отрадно, что в последнее время авторитетные ученые мужи и общественные деятели всерьез заговорили об этнокультурном возрождении русинов Молдавии. Более того, в этом направлении уже сделаны практические шаги: создана Республиканская общественная организация «Русь», организованы публикации по русинской проблематике в периодических и научных изданиях Молдавии и зарубежных стран, выпущена монография Сергея Суляка «Осколки Святой Руси. Очерки этнической истории руснаков Молдавии», начат выпуск международного исторического журнала «Русин», проведена первая в истории Молдавии международная научно-практическая конференция по русинской проблематике «Князь Даниил Галицкий и судьбы Западной Руси»1.

Исследователи справедливо отмечают огромную роль русского языка в спасении потомков русинов от окончательной утраты славянской национальной идентичности и памяти о своем русинском происхож-дении2, но пока еще очень мало сказано о языке самих русинов. А именно владение им, как показали наши изыскания, является той последней чертой, за которой потомки русинов утрачивают русинское национальное самосознание. Говоря о родном языке русинов севера Молдавии, надо понимать, что это язык, получивший свое развитие от одного из диалектов древнерусского языка.

Проблема «язык и культура» давно интересует не только языковедов. Многие выдающиеся собиратели фольклора, этнографы, историки пользовались и пользуются духовным богатством, накопленным в национальных языках, с целью выяснения истоков национальной культуры, бытовых представлений, прочтения скрижали забытого прошлого. В наши дни проблема соотношения языка и культуры приобрела особую актуальность в связи с вступлением человечества в эпоху мировой глобализации. Сознаем ли мы ее последствия для нашей культуры? Первый результат - всеобщее размывание морали и тех духовных устоев, на которых мировая цивилизация была построена и, несмотря на все исторические и природные катаклизмы, развивалась на протяжении целых тысячелетий! Национальная история, культура и

язык всегда были, есть и будут охранной грамотой любого народа при его историческом движении вперед.

Сохранение родного языка потомков русинов Молдавии есть проблема сохранения их национально-культурной идентичности и этнического самосознания, никак не меньше! Утратят русины свой родной язык - можно будет закрыть «русинский вопрос» в Молдавии. И надо отдавать себе отчет, что существуют реальные силы, преследующие данные цели3. Введение предмета «Украинский язык» и преподавание на украинском языке в школах некоторых населенных пунктов Молдавии, где большинство жителей составляют потомки русинов, есть практическая реализация этих задач, и в защиту русинского языка и сознания сделано пока очень мало.

А между тем язык местных русинов специфичен и хранит в себе немало тайн и загадок, расшифровка которых могла бы обогатить наши знания о культуре Древней Руси и этногенезе восточнославянской общности. Уже год назад, во время дискуссии, состоявшейся на конференции, посвященной памяти Даниила Галицкого, используя языковой «ключ», мы раскрыли загадку термина «толковины», упомянутого в «Повести временных лет». Уникальность русинского языка отметили уже первые исследователи русинов, такие как А.С. Афанасьев-Чуж-бинский, П.А. Нестеровский, Л.С. Берг4. Сохранение русинами-рус-наками языковой специфики современный исследователь Сергей Су-ляк объясняет тем, что «руснаки в основном избежали процесса «украинизации», точнее, полонизации, которому был подвергнут в начале ХХ столетия язык малороссов и особенно галичан. Это позволило русинам сохранить больше древнерусских языковых форм, чем это удалось украинцам»5.

Опустошения и перемещения населения на юге Руси после монголо-татарского нашествия, полагал советский историк В. Мавродин, привели к исчезновению древних местных диалектных форм языка, однако они еще долгое время сохранялись на севере Руси, а также в Прикарпатье и Закарпатье6. Этот вывод историка верен и для языка потомков русинов-руснаков Молдавии, пока еще верен. Несмотря на то, что за последние полвека он подвергся глобальному воздействию со стороны государства и претерпевает значительные изменения, в нем еще можно выделить древние языковые формы. Еще живы представители поколений, которые владеют «нэзамутнэнэм» языком своих предков. Излишне говорить, насколько важна задача сохранения этих знаний...

Летом-осенью 2005 года мной был проведен опрос среди потомков русинов Рышканского района с целью выявления роли и места родного языка в национальном самосознании. Было опрошено 336 респон-

дентов, проживающих нынче в Рышканском районе, в возрасте от 50 до 90 лет. 48 человек из опрошенных родились и проживали определенное время за пределами Рышканского района: 31 человек в других районах севера Молдавии - Глодянском, Сорокском, Единецком, Дон-дюшанском, Окницком; 12 человек проживали в центральных и южных районах республики; 5 человек - в районах Республики Украины, прилегающих к северу Молдавии.

По ряду причин я не мог позволить себе опрашивать каждого встречного, поэтому мне необходимо было найти иной путь для определения принадлежности опрашиваемого к русинскому этносу. Этим «проводником» стало мое знание, как человека, родившегося и выросшего в русинском селе, местного диалекта русинского языка. Несмотря на то, что язык одного русинского села севера Молдавии несколько отличается от языка другого русинского села в силу длительной культурной консервации компактных этнических групп7, никогда русин из любого из этих сел не спутает по языку русина из соседнего села (да и вообще - русина из любого русинского села Молдавии) с украинцем из Киева или, например, Чернигова8. За своего по языку, как показал опрос (те 5 человек из районов Украины, прилегающих к северу Молдавии ), русин воспринимает потомков русинов из русинских сел бывшего Хотинского уезда Бессарабской губернии. Кстати, это обстоятельство помогало мне сразу отсеять украинцев с Украины - их было 11 человек9. Я их не включил в общее количество опрошенных, ибо меня интересовали именно потомки русинов.

Следуя этой логике, из 336 опрошенных в определении принадлежности к русинскому этносу я ошибся только в 8 респондентах. Они были другой национальности, но владели диалектами русинского языка по причине смешанных браков или длительного проживания в русинской среде, или сочетания этих факторов.

Из 336 опрошенных на вопрос «Кто вы по национальности?», 328 респондентов ответили, что они украинцы (кроме указанных выше восьми; в дальнейшем я буду говорить о 328 опрошенных ). Из 328 опрошенных 32 человека объявили, что в паспорте они записаны как представители других национальностей (по национальности одного из родителей или в силу других обстоятельств). Из этих 32 человек 14 указали, что во времена румынской оккупации (до 1944 г.) им выдали метрические документы, в которых независимо от их желания было указано, что они румыны. В послевоенное время их таким же насильственным образом записали как молдаван. Однако они хорошо помнят свое русинское происхождение.

Очень интересен пример жителя города Рышканы Василия Лукьяновича Ворощука, родившегося в 1925 г. в селе Барабой Бельцкого

уезда. Он прекрасно помнит, что его родителей, которые родились в селе Кельменцы Хотинского уезда Бессарабии10, румыны называли «рутенами» или «руснаками». Несмотря на это при переезде в село Барабой им выдали документы, в которых они уже фигурировали как молдаване. Сам Василий Лукьянович в паспорте тоже значится молдаванином. Василий Лукьянович рассказал11, что его родители считали себя потомками древних тиверцев-толковинов и уличей12. Он дал свою полученную от родителей расшифровку этих этнонимов (я надеюсь опубликовать эту информацию).

На мой вопрос: «Считаете ли вы себя этническими украинцами, абсолютно идентичными современным украинцам, проживающим в Республике Украина?» от 328 респондентов я получил следующие ответы : 26 человек ответили «да», 34 человека ответили «нет», 268 человек выразили ту или иную степень неуверенности. Рассмотрим каждую группу в отдельности.

1) 26 человек, ответивших «да» .

В ходе дальнейшей беседы из 26 респондентов 22 все же начали говорить о некоторых различиях между ними и этническими украинцами. Эти различия они отметили в области культуры, быта, этнопсихологии, мировоззрения и языка. 4 человека не признали никаких различий. Однако, все 4 привели такие данные из своего прошлого, которые позволяют признать их потомками русинов.

Интересен пример жительницы города Рышканы Клевчук (Бабюк) Полины Парфентьевны, 1928 г. рождения13. Она вспомнила, что до войны жители ее «украинского» родного села14 крайне редко вступали в браки с жителями молдавских сел : «Дэ вэ бачилэ, шоб руска диука пишла на грунт (пошла жить) до молдован!... Сэло було руске. Мол-дованэ казалэ, шо мэ руски...».

Еще более интересен пример жительницы города Рышканы Грыу (Мартынюк) Александры Дмитриевны, 1932 г. рождения15. Начисто отрицая свое отличие от украинцев, она привела поразительные данные о своих предках - толковинах, которые позволяют довольно убедительно расшифровать этот загадочный этноним.

Все 26 опрошенных признали существование определенных различий между государственным языком Украины и своим родным.

2) 34 человека, ответивших «нет».

Эти опрошенные не считают себя украинцами, так как помнят свое русинское происхождение. 16 человек знают, что их предки именовали себя «руснакамэ». Остальные 18 просто считают себя и своих предков «рускимэ», «рускимэ людьмэ». У этой категории обнаруживаются

наиболее глубокие знания о своем родном, т.е. русинском, языке. Именно родной язык, по их представлению, в первую очередь свидетельствует об их этническом отличии от тех же украинцев.

3) 268 человек, выразивших сомнение.

Наиболее многочисленная группа. По их представлениям, они в той или иной степени отличаются от этнических украинцев. Эти различия проходят в области культуры, быта, этнопсихологии и т.д.

Все 268 опрошенных признали отличие их родного языка от государственного языка Украины.

Из результатов опроса следует, что все 328 респондентов признали, в той или иной мере, что их родной язык не соответствует украинскому языку. В чем же, по мнению потомков русинов, заключаются эти различия? Вот наиболее типичные ответы : «Наш язэк май простэй», «наш язэк май яснэй», «наш язык блэще до русского та белорусиу», «наш язэк нэ такий запутаннэй», «наш язэк май понятный». Однако, этими ответами не исчерпываются все представления потомков русинов о своем языке. Как уже отмечено, наиболее глубокое и обоснованное понимание уникальности родного языка существует у тех из опрошенных, кто помнит о своем русинском происхождении.

Вот что, например, говорит житель села Нагоряны Рышканского района Никифор Павлович Шевчук, 1922 г. рождения16: «Наш язык -рускей, - самэй правильнэй, самэй пэрвэй зо усих язэкиу. Вин май пэрвэй, чем украинский та рускей17. Бо Бог дау его нам раньчи, чем другим словянам. Вин дау его правиднэм старэм людям. Наш язэк -самэй точнэй, бо як скажешь слово на ним, то так и е. Це вид Бога нам зроблэно и дано. Други нэ люблят наш язык за прауду, украинци -тожэ. Румунэ дужэ бэлэ злэ за наш язэк, бо вин им нэ нравэуса за прауду и шо вин вид Бога».

У многих русинов, особенно старшего поколения, есть тревога за судьбу родного языка, за молодое поколение, которое стремительно забывает традиции предков, утрачивает духовную связь со своими корнями. Язык, по их мнению, это тот последний рубеж, за которым наш древний народ ждет полное забвение. Об этом очень проникновенно говорит все тот же Никифор Павлович: «Зарэ нэ хтят знатэ за наш язэк, а траба шоб дитэ его учелэ, бо вин достауся нам вид вэлэких старэх людэй, вид самого Бога. И уси руски народы - украинци, билорусэ та руски, уси словянэ, уси учелэса вид нас. Цэ мало хто зарэ знаэ, и мало хто хоче знатэ, добрэ шо хоть тэ спэтау. А я знаю, знаю вид старэх людэй - толковэниу. И стари людэ - толковэнэ дауно сказалэ, шо колэ пропадэ наш язэк, то пропадут уси руски народэ. Пазьтэ наш язэк! Заким вин е, - то будэм и мы, - руски людэ на билим свити!»18.

Древнее пророчество звучит предостерегающе. Родной язык потомков русинов Молдавии необходимо сохранить, и надеюсь, что мой скромный труд будет способствовать решению этой благородной и столь неотложной задачи. В «Приложении» к докладу нами предпринята попытка решить при посредстве языка русинов одну из загадок древнерусского языка, получивших отражение в знаменитом памятнике нашей литературы - «Слове о полку Игореве».

ЛИТЕРАТУРА

1. Наиболее подробно этапы русинского возрождения в Молдавии освещены в международном историческом журнале «Русин» №2 (2). Кишинев, 2005. 240 стр.

2. См.: Шорников П. Парабола забвения: этническое самосознание русинов Молдавии в ХХ - начале XXI века. Русин. №2 (2). Кишинев, 2005. С. 151177; Суляк С. Проблемы русской культуры и языка в Молдавии. Нить времен. Материалы научно-практической конференции «Русское население Молдавии: история и современность. К юбилею Великой Победы». Кишинев, 2006. С. 56-60.

3. См. подробнее: Иванов Ю. Национальное самосознание потомков русинов Молдавии // Русин. № 2 (2). Кишинев, 2005. С. 117-123.

4. Суляк С.Г. Осколки Святой Руси. Очерки этнической истории руснаков Молдавии. Кишинев, 2004. С. 108-109.

5. Там же. С. 109.

6. Мавродин В.В. Происхождение русского народа. Л., 1978. С. 92. Цит. по: Суляк С.Г. Осколки Святой Руси. Очерки этнической истории руснаков Молдавии. С. 109.

7. На это обстоятельство обращает внимание исследователь фольклора севера Молдовы В.Д. Панько в своей работе «Записки фольклориста»: «Каждое село на протяжении своей истории функционировало как некий самостоятельный административно-хозяйственный организм. Этот его статус подкреплялся и культурной самобытностью, индивидуальным выражением его фольклора» (Панько В.Д. Записки фольклориста. Т.1. стр. 107 (рукопись)). Это наблюдение В.Д. Панько выделяет и В.П. Степанов в своей вступительной статье в книге В.Д. Панько «Заговоры севера Молдовы» (Бельцы, 2002. С. 7).

8. В публикации „Национальное самосознание потомков русинов Молдавии” я рассказывал, какие трудности при освоении местного диалекта русинского языка испытывала моя мать - уроженка города Чернигова (Иванов Ю. Национальное самосознание потомков русинов Молдавии. Русин. № 2 (2). Кишинев, 2005. С. 120-121).

9. Полагаю, что эти данные подтверждают мои выводы, сделанные на основании анализа результатов переписи населения 1989 г. о небольшом проценте этнических украинцев в общем количестве „украинцев”, проживающих в Молдавии. На самом деле они в подавляющем большинстве являются потомками русинов. (Там же. С. 119-120).

10. Фотография малорусского села Кельменцы Хотинского уезда приводится в переиздании книги Берга Л.С. Бессарабия. Страна - люди - хозяйство. Кишинев, 1993. С.196.

11. Рассказ был записан мной в городе Рышканы 10.10.2005 г.

12. В публикации «Национальное самосознание потомков русинов Молдавии» я уже приводил некоторые данные о том, что память о тиверцах и уличах у потомков русинов дожила до наших дней. (Иванов Ю. Национальное самосознание потомков русинов Молдавии. Русин. №2 (2). Кишинев, 2005. С. 118.

13. Рассказ был записан мной в городе Рышканы 15.12.2005 г.

14. Она родилась в 1928 году в нынешнем селе Берлинцы Бричанского района.

15. Рассказ был записан мной в городе Рышканы 08.07.2005 г.

16. Было записано мной в селе Нагоряны 27.08.2005 года.

17. Никифор Павлович здесь говорит о русском литературном языке.

18. Это древнее пророчество, которое я впервые услышал в конце 60-х годов от моего деда Иванова Василия Константиновича (1906-1980) и его родного дяди Ротаря Василия Яковлевича (1898-1983). По их словам, ему много сотен лет, и принадлежит оно мифическому Словяну - праотцу всех славян и молдавских русинов.

Приложение

ДРЕВНЕРУССКИЕ ЯЗЫКОВЫЕ ФОРМЫ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ» В СВЕТЕ ЯЗЫКА ПОТОМКОВ РУСИНОВ МОЛДАВИИ

Несомненно, современный язык русинов Молдавии произошел от древнерусского языка. В этом можно убедиться и сегодня.

Общеизвестно, какое огромное влияние оказало «Слово о полку Игореве» на изучение языка и культуры Древней Руси. Однако, далеко еще не все нам ясно, хотя бы и в том же «Слове...». Причин тому много. Хотя «Слову о полку Игореве» за два века после первой публикации посвящены тысячи исследований, перечислять эти причины нет смысла. Но на одну из них все же следует обратить внимание в связи с наличием древнерусских языковых форм в языке русинов Молдавии.

Неясности в прочтении некоторых мест в «Слове..» связаны еще и с тем, что оно насыщено образами русской народной поэзии и древними языковыми формами, которые ко времени публикации уже были утрачены. Поиски забытой истины заставили исследователей вернуться к первоисточнику - народу и его языку. Многое уже прояснилось, од-

нако, еще не все. Слишком большим оказался временной разрыв. Приведем конкретный пример: 83-85 строки «Слова...»1:

А половци неготовами дорогами побегоша къ Дону великому;

Крычатъ телегы полунощы, рци, лебеди роспужени.

Игорь къ Дону вой ведетъ2.

Неясностью в этом отрывке является слово «крычатъ». Из-за него есть некоторая двусмысленность, натянутость в истолковании, которая давала возможность исследователям делать различные трактовки и переводы. Академик Д.С. Лихачев переводит отрывок так: «А половцы непроторенными дорогами устремились к Дону великому: скрипят телеги в полуночи, словно лебеди встревоженные. Игорь к Дону войско ведет»3. Академик В.И. Стеллецкий дает иной перевод: «.кричат телеги в полуночи, словно лебеди распуганные.. .»4, а в другом месте : «... галдят телеги в полуночи, словно лебеди распуганные.»5. И далее, В.И. Стеллецкий разъясняет это место: «.принято давать такое истолкование: скрип или визг половецких телег напоминает крик лебедей».

Но этим сочетание «крычать телегы» еще не объясняется. В самом деле, необходимой предпосылкой такого оборота в «Слове..» должно было явиться его наличие в живой народной речи как вполне привычного, вполне обыкновенного. В связи с этим особый смысл приобретает одно из явлений близких к месту события курско-орловских говоров. Глагол кричать в этих говорах обладает большой семантической емкостью. Для курско-орловской диалектной среды этот глагол приемлем и в таких речевых ситуациях, в каких литературный язык его не допускает. Во многих местах говорят, например : ,, кричать лягушки (овцы, кошки, гуси ). В с. Меньше-Колодезь Долгоруковского района было зарегистрировано: «кура кричить» (С.И. Котков. Указ. соч., стр.

11)6.

Выводы В.И. Стеллецкого о большой семантической емкости глагола кричать верны и для языка русинов Молдавии (интересная тема для исследований в будущем). И теперь в русинских селах можно слышать такие речевые обороты: «. ады як жабэ (лягушки) крэчат, ады як курка крэчэт, а шо це так курэ роскрэчалэса ?...». Однако, я не помню, чтобы глаголом кричать (в русинском языке - крэчатэ) характеризовались действия неодушевленных предметов. Кстати, В.И.Стел-лецкий тоже не приводит нам таких примеров. Вероятно, семантическая емкость глагола кричать не так уж и велика.

Этот момент мне разъяснила старейшая жительница города Рышканы Агафья Андреевна Войтик (Ткач), 1915 года рождения, русинка по происхождению. На мой вопрос: «Может ли кричать телега? (в ру-

синском - каруца, как и в молдавском)», - она дала точный ответ. По ее мнению: «Каруца нэ можэ крэчатэ, бо у нэи нэма дущи... Крэчэт лэшь то, шо мае жэву душу. Крэчат жабэ вэчэром, крэчат курэ колэ нэсут-ца чи колэ хтос до нэх зализэ, крэчат коровэ нэгудованни и нэпоини, крэчэт разна птэца. А каруци и тэлэги ( в данном случае - русизм) нэ крэчат, вонэ скрэплят, колэ идут тэхо, и тарахкотят як коробки, колэ идут скоро.»7.

Довольно полный и точный ответ. Действительно, телеги скрипят на небольшой скорости, а на большой скорости они издают массу других звуков: дребезжание досок, лязг металла, «тарахкотят як коробки» (очень точное русинское выражение). К этому надо добавить топот и ржание лошадей, выкрики возниц и т.д. А представить массовое движение десятков или сотен телег невообразимый шум (ведь половцы «побегоша к Дону великому»), который не назовешь только скрипом, и нельзя охарактеризовать глаголом кричать. Да и на каком расстоянии может услышать скрип половецких телег, движущееся войско? Максимум - сотни метров.

Этот вопрос тонко прочувствовал академик Б.А. Рыбаков. В своем капитальном труде «Петр Бориславич: поиск автора ,,Слова о полку Игореве”»8 он посвятил этой теме несколько страниц9. Однако, вероятно, чувствуя некоторую неудовлетворенность и собственными выкладками, академик все же говорит о склонности автора к поэтическим гиперболам и подъемам «на нереальную, мифологическую высоту»10. Но мы увидим в дальнейшем, что автор «Слова...» удивительно точен и конкретен в описании как и явлений природы, так и реальных исторических событий (что, кстати, непрерывно доказывает и сам Б.А.Ры-баков на протяжении всей своей монографии).

Данная проблема вполне разрешима. В современном языке потомков русинов Молдавии существует глагол «крычат» (с ударением на первом слоге), который полностью проясняет трудное место в «Слове...». Это слово, знакомое автору с раннего детства, теперь почти не применяется потомками русинов, однако, его хорошо помнят представители старшего поколения. Вот что говорит жительница Рышкан, русинка по происхождению Мария Александровна Гонческу (Перуцс-кая): «Да я знаю цэ слово. Крычат гусэ, колэ их напудэшь. Гусэ крычат колэ их вэпускаешь на воду. Крыче гусак до гуски, колэ заба-че чужэх гусэй. На хлопциу тожэ казалэ, шо вонэ крычат, колэ вонэ биглэ за диукамэ у стави чи у ричци : ,, Ады як вин до нэи крыче - як гусак до гуски”. Чи колэ вид когос тикалэ, тожэ казалэ шо крычат.»11.

Я не буду утомлять дальше читателей русинской терминологией тети Маруси и дам ее разъяснения на общерусском языке. В понимании Марии Александровны, слово «крычат» означает напряженный бег

испуганных гусей, когда те внезапно кем-то или чем-то напуганы. Гусь - птица тяжелая, поэтому, если внезапно ее напугать, она не может сразу взлететь, ей нужна длительная пробежка. Да и вообще домашний гусь редко летает. Именно эта пробежка, когда птица бежит, не разбирая дороги, и характеризуется словом «крычат». Это может происходить как на суше, так и на воде. Точно так же ведут себя гуси, если их выпустить из загона на речку: они бегут сломя голову, галдят, перекликаются друг с другом, размахивают крыльями, поднимая целые тучи пыли. Это действо также называется словом «крычат». Точно так же говорят, когда гусь, завидев гусыню из соседнего стада, бежит к ней, не разбирая дороги, задирая соседей гусаков-вожаков.

Все эти варианты применения глагола «крычат» в русинском языке сохранились как для характеристики поведения других птиц и животных, так и панических действий людей. Вот пример, максимально сближающий нас со «Словом о полку Игореве». Та же Агафья Андреевна, вспоминая преследование немецким самолетом бегущих жителей родного села в начале войны в 1941 г., говорит: «.Нимци за намэ на са-молети, а мэ - крычэм на каруцах хто куда, як роспужени гусэ вид скаженного (бешеного -Ю.И.) пса!».

То, что русины говорят «крычат» в большинстве случаев применительно к гусям, ничего не меняет, ибо гуси и лебеди самые близкие родственники, размеры и динамика их движений почти идентичны. Да и, как говорили старики-русины, когда-то в Молдавии было много диких лебедей. По их рассказам, лебеди часто плавали в сельских прудах и речках вперемешку с домашними гусями. Это породило, кстати, чарующие легенды о вещем, волшебном гусе-лебеде, однако это тема другой публикации.

Вернемся к «Слову о полку Игореве». Теперь становится ясным, что вовсе не скрип половецких телег напомнил автору испуганных лебедей, а именно беспорядочный бег половцев напропалую, не выбирая дороги («неготовами дорогами»), от надвигающихся Игоревых полков!...

Как известно, с рукописи «Слова...» было сделано два списка. Первый вышел под редакцией А.Ф. Малиновского и Н.Н. Бантыш-Камен-ского в 1800 г., он носит название Мусин-Пушкинского текста. Второй был переписан писцами в девяностых годах ХУШ в. для Екатерины II, он получил название Екатерининской копии12. В обоих этих списках, в отличие от современного, вместо слова лебеди «роспужени» дано более понятное переписчикам слово «роспущени»13. Оба слова есть и в современном русинском языке. Первое обозначает напуганных птиц, а второе - птиц, выпущенных на волю. Из приведенных мною выше русинских фразеологизмов понятно, что русинский глагол «крычат»

применим в обоих случаях. Можно только еще и еще раз поразиться удивительной точности и наблюдательности гениального автора «Слова о полку Игореве», его чудесному умению применять народные образы и язык в высокой поэзии своего времени!

Теперь нетрудно понять и то, как возникла данная сложность в переводе оригинала на современный язык. Как известно, в рукописи «Слова...», по свидетельству видевших ее, текст был написан в сплошную строку, без разделения на слова, без знаков препинания и ударе-ний14. Работа над обозначением ударений на каждом слове велась на протяжении многих лет15. Однако к этому времени глагол „крычат” (ударение на первом слоге) исчез из русского и других славянских языков. Возможно, что его уже не знал последний переписчик «Слова...» в XVI в.16. Оставались только русины Молдавии, но о их существовании заговорили открыто всего лишь три года назад.

Приведенный пример, когда с помощью древнерусских языковых форм языка русинов Молдавии можно прояснить трудные места в «Слове о полку Игореве», далеко не единичен. Автор надеется продолжить исследования этой темы.

ЛИТЕРАТУРА

1. См.: Стеллецкий В.И. Слово о полку Игореве. М., 1965.

2. Памятники литературы Древней Руси: XII век. Под ред. Д.С.Лихачева. М., 1980. С. 44.

3. Стеллецкий В.И. Слово о полку Игореве. С. 375.

4. Там же. С. 82.

5. Там же. С. 66.

6. Там же. С. 131.

7. Беседа записана 17.05.2006 г. в городе Рышканы.

8. Рыбаков Б.А. Петр Бориславич: поиск автора «Слова о полку Игореве». М., 1991.

9. Там же. С. 70-79.

10. Там же. С. 75.

11. Беседа записана 30.08.2005 г. в городе Рышканы.

12. Памятники литературы Древней Руси: XII век. С. 32-37.

13. Там же. С. 44.

14. Лихачев Д.С. «Слово о полку Игореве» - героический пролог русской литературы. Л., 1967. С. 105.

15. Памятники литературы Древней Руси. С. 36.

16. Д.С. Лихачев относит этот список к XVI веку. См.: Памятники литературы Древней Руси: XII век. С. 100.