14. Petrova, I. A. Otsrochka otbyvaniya nakazaniya beremennym zhenshchinam i zhenshchinam, imeyushchim maloletnikh detey [Deferral of punishment for pregnant women and women with young children] : the candidate of law thesis. Moscow, 2005. 221 p.
15. Skobelin, S. Yu., Lukyanova, I. M. Otsrochka otbyvaniya nakazaniya [Deferral of Punishment]. Moscow, Yurlitinform, 2012. 192 p.
16. Stenichkin, G. A. Otsrochka otbyvaniya nakazaniya beremennym zhenshchinam i zhenshchinam, imeyushchim maloletnikh detey, kak ugolovno-pravovaya mera, ne svyazannaya s izolyatsiyey ot obshchestva [Postponement of serving a sentence to pregnant women and women with young children, as a criminal law measure not related to isolation from society] : abstract of the candidate of law thesis. Moscow, 2003. 20 p.
17. Ugolovnoye pravo Rossiyskoy Federatsii. Obshchaya chast' [The criminal law of the Russian Federation. General Part] / ed. B. V. Zdravomyslov]. Moscow, Yurist, 1996. 509 p.
18. Khomich, V. M. Kontseptsiya sovershenstvovaniya sistemy mer ugolovnoy otvetstven-nosti i poryadka ispolneniya ugolovnykh nakazaniy v Respublike Belarus' [The concept of improving the system of criminal liability measures and the procedure for the execution of criminal sentences in the Republic of Belarus] // Ugolovnoye pravo: istoki, realii, perekhod k ustoychivomu razvitiyu [Criminal law: origins, realities, transition to sustainable development] : materials of VI Rus. Congress of Criminal Law (May 26-27, 2011)]. Moscow, Prospect, p. 794-797.
Сведения об авторе
Степашин Виталий Михайлович: ФГБОУ ВО «ОмГУ им. Ф. М. Достоевского» (г. Омск, Российская Федерация), доцент кафедры уголовного права и криминологии, кандидат юридических наук, доцент. E-mail: stivomsk@rambler.ru
Information about the author
Stepashin Vitaliy Mikhaylovich: the Omsk State University them. F. M. Dostoevsky (Omsk, Russia), associate professor of the Chair of Criminal Law and Criminology, candidate of law, associate professor. E-mail: stivomsk@rambler.ru
УДК 343.848
А. А. Тит
РЕСОЦИАЛИЗАЦИЯ КАК ЦЕЛЬ НАКАЗАНИЯ (НА ПРИМЕРЕ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ)
Рассматриваются вопросы повышения эффективности исполнения наказаний в Республике Беларусь. Автором обосновывается, что закрепленные в уголовном законодательстве Республики Беларусь цели наказания не в полной мере соответствуют сложившейся правоприменительной практике. Решение указанной проблемы предлагается осуществить посредством установления новой цели наказания — ресоциализа-ции. Автор предлагает включить в содержание ресоциализации две составляющие: 1) исправление осужденного и 2) его социальной адаптации.
Ключевые слова: исполнение наказания; цели уголовной ответственности; социальная адаптация; ресоциализация.
© Тит А. А., 2020 © Tit A. A., 2020
A. A. Tit
RESOCIALIZATION AS A GOAL OF PUNISHMENT (ON THE EXAMPLE OF THE REPUBLIC OF BELARUS)
The issues of improving the efficiency of the execution of sentences in the Republic of Belarus are considered. The author points out that the goals of punishment stipulated in the criminal legislation of the Republic of Belarus do not fully correspond to the established law enforcement practice. It is proposed to solve this problem by establishing a new goal of punishment-re-socialization. The author suggests including two components in the content of resocialization: 1) correction of the convicted person and 2) his social adaptation.
Keywords: the execution ofpunishment the purpose of criminal responsibility; social adaptation; socialization.
Говоря о целях наказания в уголовном законодательстве Республики Беларусь, необходимо отметить, что оно содержит положения, схожие с целями наказания, содержащимися в уголовном законодательстве Российской Федерации. Уголовный кодекс Российской Федерации (далее — УК РФ) содержит в ч. 2 ст. 43 УК РФ следующие цели наказания: 1) восстановление социальной справедливости; 2) исправление осужденного и 3) предупреждение совершения новых преступлений. В отличие от УК РФ Уголовный кодекс Республики Беларусь (далее — УК РБ) также содержит цели наказания, которые опосредуются через цели уголовной ответственности. В соответствии с ч. 2 ст. 44 УК РБ уголовная ответственность имеет целью исправление лица, совершившего преступление, и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и другими лицами. Помимо этого, в соответствии с ч. 3 ст. 44 УК РБ уголовная ответственность призвана способствовать восстановлению социальной справедливости. В соответствии со ст. 46 УК РБ одной из форм реализации уголовной ответственности выступает применение назначенного наказания, в результате чего цели уголовной ответственности выступают целями наказания. При этом, цели наказания содержатся также в ч. 1 ст. 7 Уголовно-исполнительного кодекса Республики Беларусь (далее — УИК РБ). Указанные факты свидетельствуют о том, что уголовное законодательство России и Беларуси имеет схожие цели.
В последнее время научным сообществом и практическими работниками правоохранительных органов поднимается вопрос о недостаточной эффективности исполнения наказаний, назначенных по приговору суда, и необходимости пересмотра действующего порядка его реализации. Отмечается, что исполнение приговора суда не всегда позволяет достичь целей наказания, одной из которых является превентивное воздействие на уровень рецидивной преступности. Особенно актуален этот вопрос при исполнении наказаний, связанных с изоляцией осужденного от общества. Данное обстоятельство обусловлено десоциализацией осужденного в период нахождения последнего в местах лишения свободы, актуализируя таким образом проблему интеграции в общество осужденного, отбывающего наказание как в период отбывания наказания, так и после отбытия наказания. Проведенное представителями управления надзорно-исполнительной деятельности МВД Республики Беларусь (далее — УНИД МВД) масштабное анкетирование в исправительных учреждениях лиц, имеющих две и более судимости, показало, что в большинстве случаев рецидива можно было бы избежать при условии успешной интеграции в общество осужденных после первого освобождения, если освободившимся была бы своевременно оказана помощь по интеграции в общество [3, с. 7]. По данным «Белорусского документационного центра», 84,9 % опрошенных респондентов из числа лиц, осужденных к лишению
свободы, нуждаются в какой-либо социальной помощи после освобождения [9]. Указанный факт свидетельствует о необходимости научного переосмысления существующих подходов реализации наказания, в первую очередь — в виде лишения свободы, и смещения акцентов с карательного на ресоциализационный посредством выстраивания системы интеграции в общество лиц, осужденных к наказанию и обязательным постпенитенциарным их сопровождением, направленным на проведение не только контрольных мероприятий, но и социально-адаптационных.
Одним из первых советских ученых на проблему устранения негативного влияния длительной изоляции от общества в период отбывания наказания и оказания помощи по интеграции в общество указанной категории лиц указал И. В. Шмаров, по мнению которого, закрепление в законодательстве общих начал и правил социальной адаптации способно оказать существенное влияние на снижение уровня рецидивной преступности [13, с. 74]. По мнению В. Е. Бурого, осужденный после освобождения от наказания в виде лишения свободы сталкивается с большим количеством социально-бытовых проблем, в результате чего «программы исправления должны охватывать не только период отбывания наказания осужденным, но и постпенитенциарный (после освобождения из ИУ)»[2, с. 79]. Несмотря на то, что проблеме постпенитенциарного сопровождения лиц, освобожденных от наказания в виде лишения свободы, уделяется внимание не только практическими работниками, но и учеными, данный вопрос не нашел однозначного разрешения как в законодательстве Республики Беларусь, так и в научном сообществе.
Решение указанной проблемы осложняется не только дефицитом организационно-правовых мер. Необходимо учитывать также и психологический аспект, так как после освобождения от наказания в виде лишения свободы осужденному необходимо снова при-
учаться к ответственности за свои действия и поступки, продиктованные уже не режимными требованиями исправительных учреждений, а индивидуальными потребностями, которые необходимо удовлетворять, не нарушая при этом правил поведения в социуме. Установлено, что во время нахождения осужденного в условиях вынужденной изоляции от общества, а также в результате специфики оказываемого на него исправительного воздействия личность осужденного подвергается достаточно сильной деформации, детерминированной ориентацией на ценности, обеспечивающие его внесоци-альное, индивидуальное существование, а ценности, отражающие общесоциальную сущность человека, отходят на второй план [5, с. 32-33].
Таким образом, длительное нахождение осужденного в исправительном учреждении приводит к тому, что осужденный привыкает жить «для себя», ориентируясь исключительно на удовлетворение своих индивидуальных потребностей. Освобождая же от наказания осужденного, происходит его возвращение в социум, однако с устоявшимися ценностями, принятыми им в исправительном учреждении (далее — ИУ), особенно в случае освобождения после отбытия длительных сроков наказаний.
В Республике Беларусь основы интеграции осужденных в общество заложены в УИК РБ. В соответствии со ст. 2 УИК РБ уголовно-исполнительное законодательство имеет в качестве одной из своих задач социальную адаптацию осужденных в процессе реализации уголовной ответственности [10]. Для реализации указанной задачи законодательство устанавливает достаточно скудный механизм его реализации. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 192 УИК РБ службой социальной адаптации ИУ уголовно-исполнительной системы (далее — УИС) проводится воспитательная работа, которая должна быть направлена на подготовку к освобождению осужденного, а также на разъяснение их прав и обязанностей после освобождения. При этом
деятельность администрации ИУ по социальной адаптации осужденных регламентируется Инструкцией о порядке оказания администрацией учреждения УИС МВД Республики Беларусь помощи осужденным к ограничению свободы с направлением в ИУОТ или к лишению свободы в трудовом и бытовом устройстве, утвержденной постановлением МВД Республики Беларусь от 15.01.2014 № 15 (далее — инструкция по ТБУ) [12, с. 178]. В числе мероприятий, которые необходимо проводить администрации ИУ по трудовому и бытовому устройству осужденного, п. 5 Инструкции по ТБУ выделяет пять основных направлений, основной акцент которых сориентирован на содействие осужденному в поиске работы и жилья.
В развитие положений УИК РБ, помимо мер по трудовому и бытовому устройству осужденного, правовая регламентация проводимых социально-адаптационных мероприятий охватывается постановлением Министерства внутренних дел Республики Беларусь от 30.03.2012 № 47/93 «Об утверждении инструкции о порядке взаимодействия органов по труду, занятости и социальной защите, территориальных центров социального обслуживания населения, территориальных органов внутренних дел и администрацией исправительных учреждений по трудовой и социальной реабилитации лиц, освобожденных из учреждений уголовно-исполнительной системы» (далее — Постановление 47/93) [6].
Детальный анализ указанных нормативных актов показывает, что в основе взаимодействия между субъектами, ответственными за проведение социально-адаптационных мероприятий, лежит преимущественно обмен информацией о нуждаемости осужденного в какой-либо социальной услуге, а сами Инструкция по ТБУ и Постановление 47/93 не содержат четких императивных указаний на алгоритм действий заинтересованного субъекта в вопросе обеспечения социальной услуги. Размытость правовых норм в части взаимодействия органов, исполняю-
щих наказание, а также поведение осужденного после освобождения от наказания в постпенитенциарный период не позволяет наладить гарантированное взаимодействие отраслевых органов исполнительной власти и органов исполняющих наказание, что требует законодательного обеспечения, способного на должном уровне регулировать указанную сферу общественных отношений. «Принципиально важно одно: эти меры должны стать именно уголовно-правовыми, то есть они должны стать императивными» [8, с. 151]. Говоря об императивности, необходимо отметить, что исходя из анализа законодательства Республики Беларусь на предмет закрепления дефиниции «социальная адаптация», видно, что указанный термин используется только для социально уязвимых категорий населения, например, инвалидов, а также лиц, страдающих алкоголизмом, наркоманией, токсикоманией, что лишь косвенным образом связано с интеграцией в общество освобожденных от наказания и не устанавливает императивных требований в реализации мер, направленных на социальную адаптацию осужденных, не относящихся к категории социально уязвимых групп населения, а в уголовном законодательстве не закреплен термин «социальная адаптация», обуславливая тем самым различное толкование законодательных положений органами и учреждениями, исполняющими наказание, назначенное по приговору суда в части реализации социально-адаптационных мероприятий. Учитывая вышесказанное, под термином «социальная адаптация» применительно к общественным отношениям в сфере исполнения наказаний необходимо понимать совокупность мер, создающих условия для ведения правопослуш-ного образа жизни осужденного после освобождения от наказания».
В научных кругах проблему интеграции в общество лица осужденного наказанию ряд ученых предлагает решить посредством выстраивания системы исполнения наказаний, ориентированных, в первую очередь, на ресоциализацию лиц,
совершивших преступления. Термин «ре-социализация» на данный момент — относительно молодой и недостаточно разработанный в отечественной научной литературе, о чем свидетельствует отсутствие единого подхода к пониманию данного процесса. Так, И. И. Евтушенко под «ресоциализацией» понимает «совокупность правовых, организационных, педагогических, психологических, воспитательных и иных мер воздействия на осужденных, применяемых с целью изменения их негативных ценностных ори-ентаций, устранения отрицательных последствий изоляции осужденных, закрепления результатов исправления, включения их в позитивные социальные связи и оказания им постпенитенциарной помощи» [4, с. 138]. Схожей точки зрения придерживается И. М. Усманов [11, с. 65-66] и В. Е. Бурый. В частности, В. Е. Бурый отмечает, что термин «ресо-циализация является сущностью исправления осужденных, и от того, насколько правильно понимается эта дефиниция, зависит качество построения исправительного процесса в ИУ» [2, с. 78]. По мнению В. М. Бочарова, это процесс, начинающийся в исправительном учреждении, суть которого заключается в подготовке к жизни на свободе, а после освобождения — постпенитенциарной помощи [1, с. 9]; по мнению В. С. Шаба-ля, ресоциализация — это «специально организованный процесс по созданию условий для возвращения осужденного к самостоятельной законопослушной жизни в обществе, который осуществляется посредством трудового и бытового устройства, восстановления документов, превентивного надзора и профилактического наблюдения в пределах срока судимости, и применения исправительных и профилактических мероприятий в период УДО, при переводе из ИК (исправительной колонии) в ИКП (исправительную колонию-поселение), ЗНБМ (замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания)» [12, с. 8].
В целом можно отметить, что превалирующее число исследователей подра-
зумевают под ресоциализацией процесс деятельности специально уполномоченных субъектов, направленный на интеграцию в общество осужденных. При этом указанный процесс содержит в своей основе две ступени: 1) процесс отбывания наказания и 2) постпенитенциарный период.
Говоря о разработке мероприятий, имеющих своей целью интеграцию в общество осужденных, необходимо учитывать, что в данном случае подразумеваются именно уголовно-правовые меры по интеграции в общество осужденных. Само по себе уголовное и уголовно-исполнительное право не может заниматься интеграцией в общество осужденных. Эти мероприятия относятся к иным сферам жизнедеятельности общества, например, здравоохранения, социальной и коррекционной педагогики, образования и т. д. Главная задача уголовного и уголовно-исполнительного права заставить осужденного участвовать в мероприятиях, направленных на интеграцию его в общество [8, с. 150-151]. Поэтому, учитывая широкий круг субъектов, участие которых необходимо для успешной интеграции осужденных в общество, целесообразна установка в уголовном законодательстве в качестве цели наказания интеграции осужденного в общество, его ресоциализации, которая должна быть достигнута после вынесения приговора суда и которая будет содержать в своей основе две подцели процесса реализации приговора суда: 1) исправление осужденного и 2) социальной адаптации осужденного. Закрепление указанных целей в уголовном законодательстве позволит придать императивный характер не только процессу исправления осужденного в процессе отбывания наказания, но также и процессу социальной адаптации, обязав тем самым заинтересованных субъектов в реализации мер, способствующих вести осужденному правопослушный образ жизни после освобождения от наказания.
Для наглядности укажем на распространенную в правоприменительной практике ситуацию, когда осужденный
освободился от наказания, не достигнув исправления (например, если у него есть несколько непогашенных дисциплинарных взысканий). В соответствии с ч. 2 ст. 7 УИК РБ под исправлением осужденных понимается «формирование у них готовности вести правопослушный образ жизни». Тогда у него не сформирована готовность к ведению правопослушного образа жизни, как того требует ст. 7 УИК РБ. Возникает вопрос: как данное лицо пройдет процесс социальной адаптации, если оно не готово вести правопослушный образ жизни? В данном случае процесс исправления в большей мере зависит от активной жизненной позиции осужденного, обусловленной внутренними, субъективными причинами позитивного поведения в процессе отбывания наказания.
Но возможен второй вариант, который достаточно часто встречается в правоприменительной практике: лицо во время отбывания наказания исправилось, как того требует ст. 7 УИК РБ, но оно не смогло адаптироваться к жизни в социуме по объективным обстоятельствам (например, не нашло работу, возникли семейные и бытовые неурядицы обусловленные отбытием наказания), в результате чего совершило преступление.
В данном случае важно оказать помощь, если лицо попросило о помощи у государственных органов для решения проблем, накопившихся в процессе отбывания наказания. Вместе с тем проведение социально-адаптационных мероприятий не обязательно должно подразумевать под собой добровольную основу волеизъявления освобождаемого лица. Выполнение социально-адаптационных мероприятий может быть назначено лицу либо как обязательное условие для применения института досрочного освобождения от наказания, а также может быть назначено изначально и по приговору суда. Вместе с тем, как представляется, реализация указанных положений весьма затруднительна без их законодательного закрепления в уголовном законодательстве.
Изучение целесообразности введения какого-либо правового явления будет не-
полным, если не провести сравнительного анализа с существующими зарубежными аналогами. Довольно интересным для изучения рассматриваемой сферы общественных отношений представляется опыт Российской Федерации, где положительной тенденцией можно выделить принятие Федерального закона от 23.06.2016 № 182-ФЗ «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» (далее — ФЗ № 182) и изложенном в ст. 25 указанного нормативного акта понятии «ресоциализация».
В соответствии с указанной нормой под ресоциализацией понимается «комплекс мер социально-экономического, педагогического, правового характера, осуществляемых субъектами профилактики правонарушений в соответствии с их компетенцией и лицами, участвующими в профилактике правонарушений, в целях реинтеграции в общество лиц, отбывших уголовное наказание в виде лишения свободы и (или) подвергшихся иным мерам уголовно-правового характера».
Как видно из приведенного определения ресоциализации, указанная мера интеграции лица в общество направлена на лиц, освобожденных от наказания в виде лишения свободы, а также лиц, подвергшихся иным мерам уголовно-правового характера. В отношении же лиц, отбывающих уголовные наказания, не связанные с лишением свободы, применяются меры по «социальной адаптации», под которыми, в соответствии со ст. 24 ФЗ № 182, понимается «комплекс мероприятий, направленных на оказание лицам, находящимся в трудной жизненной ситуации, содействия в реализации их конституционных прав и свобод, а также помощи в трудовом и бытовом устройстве».
Вместе с тем дискуссионным представляется разделение мер по «социальной адаптации» и «ресоциализации» в зависимости от вида назначенного наказания, так как большинство ученых видят социальную адаптацию все же элементом ресоциализации. Процесс подготовки осужденного к социуму происходит уже
при поступлении осужденного в ИУ, а исходя из логики ФЗ № 182, процесс ре-социализации должен происходить только после освобождения от наказания.
Вместе с тем, принятый ФЗ № 182 в научных кругах приняли позитивно. По мнению криминологов, данный нормативный акт является важным элементом криминологического законодательства, которое на данный момент находится в стадии становления, что позволит выстроить в целом эффективную систему, ориентированную на предупреждение совершения преступлений, в том числе и рецидивных [5, с. 8-9]. ФЗ № 182 содержит не только понятия, относящиеся к интеграции в общество лиц, отбывших наказание в виде лишения свободы, но и перечень субъектов, ответственных за социальную адаптацию, а также перечень социально-адаптационных мероприятий.
В Республике Беларусь на данный момент нет единого научного и законодательного подхода к пониманию термина «ресоциализация». Если исходить из того, что «ресоциализация» включает в себя такие категории, как исправление и социальная адаптация осужденного, то необходимо указать, что понятие «исправление» в законодательстве Республики Беларусь разработано на фундаментальном уровне, а понятия «ресоциализа-ция» и «социальная адаптация» отсутствуют. Таким образом, под ресоциали-зацией необходимо понимать двухступенчатый процесс, разделенный на две стадии, где в качестве первой стадии выступает цель — исправление осужденного, которая протекает в период отбывания осужденным наказания, а в качестве цели второй стадии — социальная адаптация лица, которая преимущественно реализуется после освобождения от наказания и под которой необходимо понимать совокупность мер, создающих условия для ведения правопослушного образа жизни осужденного после освобождения от наказания». Реализация социально-адаптационных мероприятий позволит создать условия для наиболее эффективной интеграции в социум лица, которое
освободилось от наказания. Из этого вытекает, что обе стадии ресоциализации друг от друга зависят. Сказанное требует закрепления в уголовном и уголовно-исполнительном законодательстве понятия и алгоритма реализации ресоциали-зационных мероприятий.
Таким образом, как уже было сказано выше, в уголовном законодательстве Республики Беларусь императивных норм об интеграции осужденных после отбытия наказания не закреплено, в связи с чем предлагается рассмотреть решение указанной проблемы следующими способами:
1) В качестве первоначального шага, служащего отправной точкой для формирования полноценного института ресоци-ализации лиц, совершивших преступления, необходимо внести в УК РБ следующие изменения: в ч. 2 ст. 44 слово «исправление» заменить словами «ресоциа-лизацию (исправление и социальную адаптацию)».
2) В названии статьи, а также в ч. 1 ст. 7 УИК РБ слово «исправление» заменить словами «ресоциализацию (исправление и социальную адаптацию)».
3) Дополнить ст. 7 УИК РБ частью 21 следующего содержания: «социальная адаптация — совокупность мер, создающих условия для ведения правопослушно-го образа жизни осужденного после освобождения от наказания», что позволит закрепить в уголовно-исполнительном законодательстве понятие социальной адаптации и исключить его субъективное толкование заинтересованными субъектами.
4) Для синхронизации деятельности органов, учреждений, предприятий как государственной, так и негосударственной формы собственности по проведению ре-социализационных мероприятий необходимо принятие Закона Республики Беларусь «О ресоциализации». В данном нормативном акте необходимо очертить круг лиц, ответственных за ресоциализацию лиц осужденных по приговору суда; перечень социально-адаптационных мероприятий; алгоритм проведения социально-адаптационных мероприятий; степень
участия в их проведении указанных субъектов; порядок финансирования.
Необходимо отметить, что предложенные законодательные изменения ввиду схожих целей наказания, а также концептуальных основ исполнения наказаний могут быть экстраполированы в уголовное законодательство Российской Федерации.
5) Таким образом, закрепление предложенных изменений позволит на основе существующей в Республике Беларусь си-
стемы органов и учреждений начать процесс создания нового направления в реализации целей наказания — ресоциализа-ции (исправления и социальной адаптации) лиц совершивших преступления.
Успешная ресоциализация лица, совершившего преступление, позволит реализовать одну из актуальных проблем и важных целей уголовной ответственности — предупреждения совершения новых преступлений.
Литература
1. Бочаров, В. М. Уголовно-исполнительные и криминологические аспекты социальной реабилитации освобожденных из исправительных учреждений : автореф. ... канд. юрид. наук. — Краснодар, 2001. — 25 с.
2. Бурый, В. Е. Ресоциализация и социальная адаптация осужденных к лишению свободы : дис. ... канд. юрид. наук. — Минск, 2010. — 265 л.
3. Горлач, Т. Рецидив лечится участием // На страже. — 2019. — 18 янв. — С. 7.
4. Евтушенко, И. И. Условно-досрочное освобождение осужденных к лишению свободы и их ресоциализация : монография. — Волгоград, 2005. — 174 с.
5. Кузнецов, М., Казанцев, В. Социальная деятельность как важнейшая задача пенитенциарной системы Швейцарии / М. Кузнецов, В. Казанцев // Ведомости уголовно-исполнительной системы. — 2001. — № 6. — С. 32-36.
6. Об утверждении Инструкции о порядке взаимодействия органов по труду, занятости и социальной защите, территориальных центров социального обслуживания населения, территориальных органов внутренних дел и администрацией исправительных учреждений по трудовой и социальной реабилитации лиц, освобожденных из учреждений уголовно-исполнительной системы: утв. совместным постановлением М-ва труда и социальной защиты Респ. Беларусь, М-ва внутр. дел Респ. Беларусь, 30.03.2012, № 47/93 // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2020.
7. Орлов, В. Н. Основы криминологического права : учебник / В. Н. Орлов ; Моск. гос. юрид. ун -т им. О. Е. Кутафина (МГЮА); журнал «Российский криминологический взгляд». — М.: Криминологическая библиотека; Ставрополь : АГРУСС Ставропольского гос. аграрного ун-та, 2016. — 668 с.
8. Ресоциализация и реальное включение в гражданское общество осужденных : монография / под. ред. д-ра юрид. наук, проф. Т. В. Кленовой. — М.: Юрлитинформ, 2019. — 432 с.
9. Республика Беларусь: ресоциализация заключенных и освобожденных из мест лишения свободы (Пособие для тех, кому важны права человека в местах лишения свободы) // Сайт публичного учреждения «Белорусский документационный центр». — URL: https://bydc.info/edition/920-respublika-belarus-resotsializatsiya-zaklyuchennykh-i-osvobozhdennykh-iz-mest-lisheniya-svobody-posobie-dlya-vsekh-komu-vazhny-prava-cheloveka-v-mestakh-lisheniya-svobody (дата обращения: 27.10.2019).
10. Уголовно-исполнительный кодекс Республики Беларусь: 11.01.2000, № 365-3: принят Палатой представителей 14.12.1999: одобр. Советом Респ. 22.12.1999 // КонсультантПлюс. Беларусь / ООО «ЮрСпектр», Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. — Минск, 2020
11. Усманов, И. М. Условно-досрочное освобождение осужденных к лишению свободы по законодательству России и практика его применения в Татарстане : дис. . канд. юрид. наук. — Казань, 2014. — 215 с.
12. Шабаль, В. С. Правовое обеспечения реализации средств исправления осужденных к лишению свободы: теория и практика : дис. ... канд. юрид. наук. — Минск, 2017. — 278 л.
13. Шмаров, И. В. Предупреждение преступлений среди освобожденных от наказания. Проблема социальной адаптации. — М.: Юрид. лит., 1974. — 136 с.
References
1. Bocharov, V. M. Ugolovno-ispolnitel'nye i kriminologicheskie aspekty social'noj reabili-tacii osvobozhdennyh iz ispravitel'nyh uchrezhdenij [Penal and criminological aspects of social rehabilitation of those released from correctional institutions] : abstract of the candidate of law thesis. Krasnodar, 2001. 25 p.
2. Buryj, V. E. Resocializaciya i social'naya adaptaciya osuzhdennyh k lisheniyu svobody [Resocialization and social adaptation of convicts to deprivation] : the candidate of law thesis. Minsk, 2010. 265 p.
3. Gorlach, T. Recidiv lechitsya uchastiem [Relapse is treated with participation] // Na strazhe [On guard], 2019, Jan. 18, p. 7.
4. Evtushenko, I. I. Uslovno-dosrochnoe osvobozhdenie osuzhdennyh k lisheniyu svobody i ih resocializaciya [Parole of convicts to deprivation of liberty and their resocialization]. Volgograd, 2005. 174 p.
5. Kuznecov, M., Kazancev, V. Social'naya deyatel'nost', kak vazhnejshaya zadacha peniten-ciarnoj sistemy Shvejcarii [Social activity as the most important task of the penal system of Switzerland] // Vedomosti ugolovno-ispolnitel'noj sistemy [Papers of the Penal System], 2001, no. 6, p. 32-36.
6. Orlov, V. N. Osnovy kriminologicheskogo prava [Fundamentals of criminological law]. Moscow, Criminological Library; Stavropol, Stavropol State Agricultural Universuty Press, 2016. 668 p.
7. Resocializaciya i real'noe vklyuchenie v grazhdanskoe obshchestvo osuzhdennyh [Reso-cialization and real inclusion in civil society of convicts] / ed. dr. of law, prof. T. V. Klenovoj. M., Yurlitinform, 2019. 432 p.
8. Respublika Belarus': resocializaciya zaklyuchennyh i osvobozhdennyh iz mest lisheniya svobody (Posobie dlya tekh, komu vazhny prava cheloveka v mestah lisheniya svobody) [Republic of Belarus: Resocialization of prisoners and those released from places of detention (Manual for those who care about human rights in places of deprivation of liberty)] // URL: https://bydc.info/edition/920-respublika-belarus-resotsializatsiya-zaklyuchennykh-i-osvobozhdennykh-iz-mest-lisheniya-svobody-posobie-dlya-vsekh-komu-vazhny-prava-cheloveka-v-mestakh-lisheniya-svobody (accessed 10/27/2019).
9. Shabal' V.S. Pravovoe obespecheniya realizacii sredstv ispravleniya osuzhdennyh k lisheniyu svobody: teoriya i praktika [Legal support for the implementation of means of correcting prisoners to imprisonment: theory and practice] : the candidate of law thesis. Minsk, 2017. 278 p.
10. Shmarov, I. V. Preduprezhdenie prestuplenij sredi osvobozhdennyh ot nakazaniya. Problema social'noj adaptacii [Prevention of crimes among those exempted from punishment. The problem of social adaptation]. Moscow, Law Litetature, 1974. 136 p.
11. Usmanov, I. M. Uslovno-dosrochnoe osvobozhdenie osuzhdennyh k lisheniyu svobody po zakonodatel'stvu Rossii i praktika ego primeneniya v Tatarstane [Parole of convicts sentenced to imprisonment under Russian law and the practice of its application in Tatarstan] : the candidate of law thesis. Kazan', 2014. 215 p.
Сведения об авторе
Тит Александр Александрович: учреждение образования «Академия Министерства внутренних дел Республики Беларусь» (г. Минск, Республика Беларусь), старший преподаватель кафедры уголовно-исполнительного права уголовно-исполнительного факультета, кандидат юридических наук. E-mail tsitalex@tut.by
Information about the author
Tit Alexander Alexandrovich: Educational institution "Academy of the Ministry of Internal Affairs of the Republic of Belarus» (Minsk, Belarus), senior lecturer of the Chair of Penal law of the Penal Faculty, candidate of law. E-mail: tsitalex@tut.by
УДК 343.24
А. А. Урусов
ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЗАМЕНЫ НЕОТБЫТОЙ ЧАСТИ НАКАЗАНИЯ БОЛЕЕ МЯГКИМ ВИДОМ НАКАЗАНИЯ
В статье устанавливается ряд проблем уголовно-правового регулирования института замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания, имеющих теоретическое и правоприменительное значение. В рамках статьи исследованы различные точки зрения ученых относительно исследуемой проблемы, проанализирована судебная практика о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. Проведен сравнительный анализ двух видов досрочного освобождения от наказания (условно-досрочного освобождения и замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания). Основное внимание уделяется исследованию возможности повторного применения к осужденному правил УК РФ о досрочном освобождении. Анализ реализации исследуемых видов досрочного освобождения показал, что ранее они не имели широкого распространения, но в последние годы не только прочно заняли свое место в юридической практике, но и, более того, демонстрируют отчетливую тенденцию к расширению применения. Аргументируется необходимость законодательного закрепления условного характера замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания как вида досрочного освобождения от отбывания наказания. В ст. 80 УК РФ следует установить определенные условия, несоблюдение которых может повлечь отмену замены наказания. В этом случае осужденный должен быть направлен для отбывания первоначально назначенного ему вида наказания. Предложенные в статье изменения уголовного законодательства в области реализации замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания будут способствовать эффективному применению данного поощрительного института, повышению качества предупредительного и исправительного воздействия на правонарушителей.
Ключевые слова: замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания; ходатайство осужденного; освобождение от наказания.
A. A. Urusov
PROBLEMS OF CRIMINAL LAW REGULATION OF REPLACEMENT OF THE UNSERVED PART OF THE SENTENCE WITH A MILDER TYPE OF PUNISHMENT
The article identifies a number of problems of criminal law regulation of the institution of replacing the unserved part of the sentence with a milder type ofpunishment, which have theoretical and law enforcement significance. The article examines the various points of view of
© Урусов А. А., 2020 © Urusov A. A., 2020