УДК 341 ББК 67.9
РЕШЕНИЯ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА В ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКЕ ОРГАНОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ
НАТАЛЬЯ ВЛАДИМИРОВНА МАКЕЕВА,
доцент кафедры предварительного расследования Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя,
кандидат юридических наук, доцент E-mail: mnv-sam03@mail.ru Научная специальность 12.00.10 — международное право; европейское право
Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН
Аннотация. Проводится анализ решений Европейского Суда по правам человека и определяется их влияние на действующее уголовно-процессуальное законодательство, и нормы, регулирующие ход предварительного расследования.
Ключевые слова: Решения Европейского Суда по правам человека, Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод, потерпевший, свидетель, обвиняемый, предварительное расследование, меры безопасности.
Annotation. The article analyses the decisions of the European Court of human rights and determines their impact on existing criminal procedural legislation and rules governing preliminary investigation.
Keywords: The decisions of the European Court of human rights, the European Convention for the protection of human rights and fundamental freedoms, victim, witness, accused, preliminary investigation and security measures.
Основными нормативными правовыми актами, определяющими пределы деятельности органов предварительного расследования, являются Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы РФ, а также решения Конституционного Суда РФ и Постановления Пленума Верховного Суда РФ. Между тем важнейшим элементом в механизме защиты прав участников предварительного расследования являются решения Европейского Суда по правам человека.
28 февраля 1996 г. Российская Федерация вступила в Совет Европы и присоединилась к Уставу этой организации, 30 марта 1998 г. нашей страной была ратифицирована Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Принята 4 ноября 1950 г. в Риме Комитетом министров Совета Европы, Протоколов №1, 4, 7, 9, 10 и 11 к ней) и признана юрисдикция Европейского Суда Российской Федерацией. Эти события, в свою очередь, существенно повлияли на правовую систему России в целом и на правовые акты, регулирующие пред-
варительное расследование в частности. Прежде всего, такое заключение следует из ст. 1 Европейской Конвенции, в которой установлено, что «Высокие Договаривающиеся Стороны обеспечивают каждому, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в разделе I настоящей Конвенции», это констатация того, что государства, ратифицирующие Конвенцию, автоматически должны:
«- обеспечить соответствие их национального законодательства Конвенции;
- ликвидировать какие бы то ни было имеющиеся нарушения защищаемых Конвенцией основных прав и свобод» [1].
Российская Федерация, как участник Европейской Конвенции, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения положений этих договорных актов (ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ
«О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение Европейской Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание нарушения ее статей.
Таким образом, деятельность органов предварительного расследования, их решения и процедуры принятия решений не должны противоречить положениям Европейской Конвенции.
Между тем, основным закон государства имеющим высшую юридическую силу на территории Российской Федерации является Конституция РФ. Закрепленные в ней права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл и содержание законов и подзаконных актов. Правосудие на сегодняшний день остается самым действенным инструментом защиты прав и свобод человека. На Конституционное правосудие возложена обязанность по защите прав и свобод человека и гражданина путем конституционного судопроизводства.
Конституционный Суд Российской Федерации (далее — Конституционный Суд), будучи высшим судебным органом, осуществляющим контроль конституционности нормативных правовых актов и компетенции государственных органов, принимает решения, оценивая как буквальный смысл проверяемого акта, так и смысл, придаваемый ему официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из его места в системе правовых актов [2].
Так, в одном из своих решений Конституционный Суд РФ подтвердил, что каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (ч. 3 ст. 46 Конституции РФ), при этом международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы [3].
Конституционный Суд РФ также указал, что окончательное решение Европейского Суда по правам человека, принятое по результатам рассмотрения жалобы лица, которое утверждало, что
является жертвой нарушения со стороны Российской Федерации его прав, признанных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод или Протоколами к ней, в части, констатирующей соответствующее нарушение в отношении данного лица и присуждающей ему в случае необходимости справедливую компенсацию, подлежит исполнению [4].
Граждане Российской Федерации вправе обратиться в Европейский Суд после прохождение всех судебных инстанций в России. При этом Европейский Суд не является высшей судебной инстанцией по отношению в судебной системе России. Закрепленные в Конвенции минимальные права граждан, в том числе участвующих в предварительном расследовании, потребовало от Российской Федерации урегулировать уголовно-процессуальное законодательство с той точки зрения, чтобы в нем было в полной мере отражены права личности и четко определены пределы деятельности органов предварительного расследования, не нарушающие права участников предварительного расследования.
Вследствие реформирования уголовно-процессуального законодательства большое внимание стало уделяться его соответствию установленным нормами международного права, а также ратифицированным Россией международным договорам. Порядок их защиты, регулируется национальным законодательством с учетом особенностей процедуры производства по уголовному делу. Юридические решения Европейского Суда, обязательны для государств-ответчиков по делу, а неисполнение решений может привести даже приостановлению членства государства.
Поэтому, чтобы избежать повторенных обращений со стороны граждан в Европейский Суд, необходимо исправление уже, однажды, выявленных Судом уязвимых положений национальных нормативных актов.
В частности, практика Европейского Суда получила свое отражение в российском законодательстве, регулирующем обеспечение личной безопасности участников уголовного судопроизводства. Во многом именно опыт Европейских государств был использован в формировании указанного правового института в уголовно-процессуальном законодательстве, поскольку в той или иной степени он был
проверен правоприменительной практикой стран-участников Конвенции.
В соответствии с ч. 3 ст. 11 УПК РФ к участникам уголовного судопроизводства в целях обеспечения их личной безопасности в ходе предварительного расследования могут применяться мер безопасности, установленные ч. 9 ст. 166 УПК РФ, ч. 2 ст. 186 УПК РФ, ч. 8 ст. 193 УПК РФ, ч. 1 ст. 217 УПК РФ. Указанные нормы позволяют допросить свидетеля, потерпевшего под псевдонимом; осуществить контроль и запись телефонных и иных переговоров; произвести опознание в условиях, когда опознаваемого подозреваемый не видит опознающего. Кроме вышеизложенного, законодатель предоставил право потерпевшему, свидетелю, подозреваемому (обвиняемому), с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, ходатайствовать о применении в отношении них указанных мер безопасности (п. 21 ч. 2 ст. 42, п. 7 ч. 4 ст. 56, п. 5 ч. 4 ст. 46, п. 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ).
Европейским Судом неоднократно рассматривался вопрос о правомерности использования показаний анонимных свидетелей в качестве доказательств.
Так, при рассмотрении дела Куруп против Дании Суд не нашел нарушений ст. 6 Европейской Конвенции, устанавливающей право обвиняемого иметь достаточно время и возможности для подготовки своей защиты, решая вопрос о допустимости нераскрытия для подсудимого личности свидетелей, допрошенных в его отсутствие, тогда как сведения об их личности были раскрыты его защитнику «под обязательство сохранять тайну». Указанный способ обеспечения личной безопасности свидетеля в ходе допроса, по мнению Европейского Суда, не нарушает Конвенцию, «поскольку национальный суд обоснованно защищает интересы свидетеля, который опасается ответных мер со стороны обвиняемого, и поскольку защитнику было разрешено обсуждать с заявителем суть свидетельских показаний» [5, с. 100—101].
Тем самым, Европейский Суд поддерживает практику использования показаний анонимных свидетелей. С тем условием, что в дальнейшем в судебном разбирательстве подсудимому и его защитнику будет предоставлена возможность участвовать в допросе такого свидетеля.
По делу № 34209/96 С.Н. против Швеции Европейский Суд высказал несколько иную позицию, по его мнению, «нельзя считать, что подпункт d п. 3 ст. 6 Конвенции требует во всех случаях, чтобы вопросы задавались непосредственно обвиняемым или его адвокатом путем допроса стороной защиты... Воспроизведение видео- и аудиозаписей или оглашение протоколов необходимо считать достаточным, чтобы дать возможность оспаривать утверждения свидетеля или ставить под сомнение его показания». Тем самым Суд считает допустимым оглашение в суде показаний свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства (даже при условии их анонимности), полученных, в том числе в ходе предварительного расследования, в том случае, если подсудимому было предоставлено право задать вопросы через допрашивавших его лиц.
Согласно ч. 9 ст. 166 УПК РФ, в ходе предварительного расследования могут быть закрыты личные данные свидетеля или потерпевшего, в целях обеспечения их личной безопасности. Для чего реальные данные о них, изложенные в постановлении, помещаются в конверт, который опечатывается и приобщается к материалам уголовного дела. По окончании предварительного расследования при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела, конверт с анкетными данными засекреченного лица не предъявляется обвиняемому и его защитнику (ч. 1 ст. 217 УПК РФ).
Особо следует заметить, что статьей 6 Европейской Конвенции, устанавливается право обвиняемого иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты. В связи с чем в положениях ст.ст. 166, 217 УПК РФ можно усмотреть не предоставление достаточной возможности для подготовки обвиняемым своей защиты. Тем не менее, Европейский Суд разъяснил, что «при определенных обстоятельствах из статьи 6 (3) Ь) можно вывести право на разумный доступ к документации обвинения... Хотя обвинение может предоставлять защитнику в разумных пределах доступ к своим документам, оно не обязано уведомлять его о всех доказательствах, которые оно намерено представить суду. Европейская комиссия постановила, что государство может налагать разумные ограничения на доступ к документам обвинения»
[6]. То есть установленное ст. 166 УПК РФ такое ограничение в качестве меры безопасности участников уголовного судопроизводства не является нарушением прав обвиняемого, должно восприниматься как одно из средств, используемых для защиты свидетеля, потерпевшего, а также их родных и близких.
Российской судебной практикой на сегодняшний день выработана процедура, соответствующая требованиям, в том числе Европейской Конвенции, в полной мере гарантирующая защиту прав и свобод человека и гражданина, участвующего в деле в качестве свидетеля [7].
Так, в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 11, ч. 9 ст. 166 УПК РФ в целях обеспечения безопасности свидетеля его анкетные данные по поступившему от него заявлению в органы предварительного расследования должны быть изменены, о чем следователем должно быть вынесено мотивированное постановление. Затем, в соответствии с положениями ч. 5 ст. 278 УПК РФ, при необходимости обеспечения безопасности свидетеля, суд без оглашения подлинных данных о личности проводит его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства. Свидетель как в ходе предварительного, так и судебного следствия предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Допрос в судебном заседании свидетеля в условиях, исключающих его визуальное наблюдение другими участниками судебного разбирательства, должен быть осуществлен на основании соответствующего постановления, вынесенного судом в порядке ч. 2 ст. 256 УПК РФ. В обязательном порядке у подсудимого его защитника выясняют, не возражают ли они против допроса свидетеля в условиях, исключающих его визуальное наблюдение. Перед началом допроса судом устанавливается личность свидетеля путем сличения документов свидетеля и данных, имеющихся в закрытом пакете. У сторон выясняется, будет ли заявлено ходатайство о раскрытии подлинных сведений о лицах, дающих показания, в связи с необходимостью осуществления защиты подсудимого либо установления каких-либо существенных для рассмотрения уголовного дела обстоятельств, как того требует ч. 6 ст. 278 УПК РФ, стороной защиты. При допросе свиде-
теля в судебном заседании участникам процесса в обязательном порядке должна быть предоставлена возможность задавать вопросы и получать ответы на них.
Существует еще определенный потенциал, неиспользованные резервы, которые могут быть учтены в процессе дальнейшего реформирования уголовно-процессуального законодательства России. Несмотря на то, что юридически решение, вынесенное Европейским Судом, обязательно лишь для государства-ответчика по делу, тем не менее, значимые решения Европейского Суда, вынесенные в отношение третьих стран, должны учитываться в правоприменительной практике Российской Федерации.
Литература
1. Егоров С.Е. Права человека в уголовном процессе: международные стандарты и российское законодательство. М., 2006.
2. Информация Конституционного Суда РФ. Развитие судебной системы Российской Федерации: конституционно-правовые аспекты (на основе решений Конституционного Суда РФ 2012—2013 годов). // URL:// http://www.ksrf.ru/ru/Info/Maintenance/ Informationks/Pages/Aspects.aspx
3. Постановление Конституционного Суда РФ от 14.07.2015 г. № 21-П // Российская газета. 2015. № 6734.
4. Постановление Конституционного Суда РФ от 6.12.2013 г. № 27-П // Российская газета. 2013. № 6261.
5. Укрепление механизмов защиты адвокатской тайны в Российской Федерации. Методические материалы // Вестник Федеральной палаты адвокатов РФ. 2011. № 3 (33).
6. Добавление к третьему докладу Комиссии по правам человека ЭКОСОС ООН Право на справедливое судебное разбирательство: признание в современных условиях и меры по его укреплении. // Док.Е/СК4/5иЬ.2/1992/24МЖ1, 15 may, 1992. P. 27.
7. Решение по делу 22-15158/2015 (24.12.2015, Верховный Суд Республики Башкортостан (Республика Башкортостан); Решение по делу 22-112/2016 (03.02.2016, Кемеровский областной суд (Кемеровская область).