Ефремова Наталья Евгеньевна Efremova Natalia Evgenyevna
преподаватель кафедры теории и истории государства и права Нижегородская правовая академия (603134, Нижний Новгород, ул. Костина, 2Б)
lecturer of chair of the theory and history of state and law
Nizhny Novgorod legal academy (2b Kostina str, Nizhny Novgorod, 603134)
E-mail: uruinimgina2010@mail.ru
Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года
Reforming of volost courts in Russia in Law about zemsky district chiefs
of July 12th, 1889
В данной статье рассмотрены преобразования в организации и деятельности волостного суда в связи с принятием Закона о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года.
Ключевые слова: обычное право, волостной суд, организация волостного суда, земские участковые начальники.
Transformation in the organization and activity of volost court in connection with passing a Law about zemsky district chiefs of July 12th, 1889 are considered in the article.
Keywords: common law, volost court, the organization of volost court, zemsky district chiefs.
Волостные суды были созданы в 1861 году в ходе крестьянской реформы и функционировали на основе Общего положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости [1] почти три десятилетия назад. Они не входили в общую судебную систему и действовали на основе обычного права. «Обычное право — совокупность правил поведения (обычаев), сложившихся в результате их неоднократного применения и санкционированных государством» [2, с. 474]. Впервые в российской истории у крестьян появились привилегии.
Так как вместе с отменой крепостного права исчез суд помещиков, появилось такое количество дел, с которым не могла справиться существовавшая судебная система. Чтобы решить эту проблему, ввели сословный волостной суд, который был понятен и доступен крестьянам. На самом деле законодатель лишь узаконил то, что фактически было в России. Исстари крестьяне судились своим собственным судом [3, с. 379], так, существовал «суд стариков», старосты. В результате реформы в России сложилось два вида судов: один существовал в рамках писаного права и основывался на единых для всех законах, другой суд — крестьянский — действовал на основе обычного права.
Волостные суды расценивались реформаторами как временное явление, в дальнейшем предполагалось постепенное сближение крестьян с другими сословиями и полное подчинение их общегражданским законам.
С момента создания у волостного суда были сторонники и противники. За полное уничтожение
волостных судов выступал В. Кротков [4]. Сторонником сохранения волостного суда при ограничении его подсудности был М.И. Зарудный [5]. Самостоятельность волостного суда отстаивал И.Г. Оршанский [6].
Период 70—80-х годов XIX века — время кризиса российской судебной системы. Следует согласиться с А.А. Демичевым, который рассматривает кризис как «период трансформации, перехода из одного качественного состояния в другое» [7, с. 70]. Изменения в это время коснулись и волостных судов.
К концу 1880-х годов изменились экономические условия жизни, представления крестьян о правовых ценностях, изменилась и политическая ситуация.
Изменение в правовом самосознании российского пореформенного крестьянства выразилось в том, что традиционные ценности, такие как почитание воли родителей, уважение к принятым решениям мирского схода, стали необязательными. Как отмечает Е.В. Беляев, «крестьяне постепенно вовлекались в такую систему отношений, при которых ведущую роль играл не обычай, а единый для всех граждан закон» [8, с. 52]. На изменение отношения крестьян к традиционным ценностям играло отходничество. В конце XIX века в 50-ти губерниях Европейской России побочными промыслами занимались 5029,9 тысяч человек, что составляло 7,2% общей численности населения [9, с. 103]. Отходничество способствовало привнесению новых, не известных ранее городских культурных традиций, политических и религиозных учений и взглядов.
Ефремова Н.Е. Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года
Ефремова Н.Е. Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года
В конце 1880-х годов был взят курс на усиление сословной опеки над крестьянством, что связано с необходимостью искоренить революционное движение 70-80-х годов. Для усиления провинциальной власти требовалось большое число дво-рян-попечителей как главной социальной опоры самодержавия и объединение в их руках административной и судебной власти.
Законодательными актами, внесшими изменения в деятельность волостных судов, стали законы, утвержденные Александром III 12 июля 1889 года: «Положение о земских участковых начальниках»; «Правила об устройстве судебной части в местностях, в которых введено означенное положение»; «Временные правила о волостных судах в тех же местностях»; «Правила о порядке приведения в действие Положения о земских участковых начальниках» [10].
В данной статье мы попытаемся проанализировать устройство волостных судов по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года.
Согласно «Временным правилам о волостных судах в тех же местностях» волостной суд должен был состоять из 4-х судей, один из которых по решению Уездного съезда назначался председателем. Также съезд мог возложить обязанности председателя на местного волостного старшину (ст. 1). От каждого сельского общества выбиралось по одному кандидату в волостные судьи. Их число должно было быть не меньше восьми. Недостающее число кандидатов избиралось теми обществами, которым Уездный съезд предоставлял такую возможность. Из этих кандидатов земский участковый начальник утверждал в должности волостных судей четырех человек сроком на 3 года, оставшиеся являлись кандидатами на тот же срок. В случаях выбытия волостных судей из должности в течение этого периода или временного отсутствия, их замещали кандидаты. Порядок и очередь устанавливались земским начальником (ст. 2). Как и прежде, суд должен был собираться не менее двух раз в месяц, преимущественно по воскресным и другим праздничным дням. В случае необходимости волостной старшина мог созывать его чаще и в другие дни (ст. 8).
Вводилось денежное содержание для волостных судей. Его размер и способ вознаграждения из него кандидатов за исполнение ими обязанностей судей определял уездный съезд (ст. 7). Временные правила устанавливали и предельный максимум, так, «годовой оклад содержания не должен был превышать: для председателя волостного суда — ста рублей, а для волостного судьи — шестидесяти рублей. Положения съезда утверждались губернским присутствием. В случае осуществления волостным старшиной функций председателя суда, он не получал за это «особого вознаграждения».
Статья 93 «Общего положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» предоставляла возможность волостному сходу ежегодно выбирать от 4-х до 12-ти очередных судей. Правом
увеличивать число судей до 12-ти пользовались в основном многолюдные волости из-за большого количества судебных дел. Законодателем это право предоставлялось сходу для того, чтобы облегчить крестьянам отправление обязанностей волостного судьи, так как «эта служба, по общему правилу, считалась бесплатной» [11, с. 20]. В то же время четырех опытных и способных судей гораздо легче найти, чем двенадцать. Крестьяне же в новой организации суда видели и негативные стороны. Раньше, сразу после воли, были «“чередные судьи”, и было нисколько не хуже... Мы не знали, кто будет судьей, а теперь все они известны, и их подкупить можно.» [12, с. 146].
Временные правила изменяли прежний порядок избрания волостных судей: 1) избрание с волостного схода было перенесено на сельские сходы; 2) получение места судьи кандидатом зависело от расположения земского начальника и не регулировалось никакими правилами. Увеличение срока службы с одного года до трех лет должно было способствовать приобретению знаний и опыта судьями.
Согласно статье 3 на должность волостного судьи избирались крестьяне — домохозяева, достигшие 35-ти лет, по возможности грамотные. По прежнему законодательству судьями могли стать крестьяне, достигшие 25-ти лет. Увеличение возрастного ценза связано с тем, что государству были необходимы надежные граждане, имеющие свою твердую позицию. А зрелые люди являются более стойкими по отношению к революционным идеям и выступают за сохранение традиционных устоев.
Законодатель также отметил перечень лиц, которые не могли быть избраны в волостные судьи:
1) лица, судившиеся за кражу, мошенничество, присвоение или растрату чужого имущества и не оправданные судебными приговорами, а равно подвергшиеся по суду телесному наказанию, заключению в тюрьму или иному более строгому наказанию; 2) содержатели трактиров и питейных заведений; 3) лица, занимающие другие должности по волостному или сельскому управлению.
Судьи приводились к присяге (ст. 5), вводился специальный знак, который должны были носить судьи при отправлении ими своих обязанностей, а у волостного суда появляется печать (ст. 12). С помощью этих нововведений планировалось поднять авторитет крестьянского суда.
При рассмотрении дела должны были участвовать не менее трех судей, считая и председателя. Появилась практика отвода судей от дел, касающихся их самих или неотделенных членов их семьи. В связи с этим положением появилась юридическая аномалия, так как согласно временным правилам, волостной судья мог обсуждать дела родных сыновей и братьев, лишь бы они жили отдельно. Так как гарантией правильности и беспристрастности суда является его законный состав, должно быть введено правило, что «волостные судьи должны устранять себя или могут быть отведены тяжущимися,
когда имеют участие в деле сами они, их жены, родственники до четвертой степени, свойственники до третьей или когда волостной судья имеет тяжбу с истцом или ответчиком» [13, с. 189].
Председатель руководил открытием и закрытием заседания, судебным разбирательством и наблюдал «за сохранением благочиния» в заседании. Дела решались большинством голосов судей, в случае их разделения поровну склонялись к мнению председателя (ст. 9).
Новым было то, что волостной суд стал разбирать дела не только в месте постоянного его пребывания, но в случае необходимости на месте, где дело возникло (ст. 10). Что касается делопроизводства волостного суда, то оно возлагалось на одного из волостных судей или волостного писаря под наблюдением председателя суда (ст. 11).
Надзор за волостными судами возлагался на местного земского начальника, который был обязан производить ревизию каждого суда на его участке не менее двух раз в год.
По Временным правилам расширились пределы ведомства и власти волостного суда. Статья 15 выделила следующие гражданские дела, подведомственные волостному суду:
1) споры и тяжбы между крестьянами о недвижимом имуществе, входящем в состав надела;
2) ценою до трехсот рублей, исключение составляли иски о праве собственности или о праве на владение недвижимостью, которое было основано на крепостных или явочных актах;
3) споры и тяжбы, указанные в пункте 2, если потерпевшими от проступка являлись лица, хотя и не подведомственные волостному суду, но желавшие разбирать дело в волостном суде;
4) дела по наследованию и разделам между наследниками крестьянского имущества: а) без ограничения суммы, если наследственное имущество входило в состав крестьянского надела, а движимое имущество принадлежало данному наделу; б) наследственное имущество, находившееся в пределах волости и не входящее в пределы крестьянского надела, если его ценность не превышала пятьсот рублей. По новому законодательству наряду с крестьянами ведомству волостного суда были подчинены: мещане, посадские, ремесленники и цеховые, имеющие постоянное жительство в селениях.
В случаях когда иски касались недвижимого имущества, они предъявлялись суду той волости, в пределах которой находилось спорное имущество. Иски по делам о движимом имуществе, по различным сделкам и обязательствам разбирались судом волости по месту жительства или временного пребывания ответчика (ст. 16 Временных правил).
Наряду с гражданскими делами, волостной суд занимался рассмотрением уголовных дел, определенных рядом статей Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. Спектр уголовных дел, рассматриваемых волостным судом, сужался определенными критериями: 1) цена похищенного
или присвоенного имущества не превышала 50-ти рублей; 2) если при этом кража и мошенничество совершены не более двух раз. Также разбирательству волостного суда подлежали следующие проступки: а) нарушение рабочим договора найма, заключенного без договорного листа; б) «мотовство и пьянство», если они вели к расстройству хозяйства (ст. 17).
Статья 18 Временных правил о волостном суде допускала различную подсудность за один и тот же проступок. Если потерпевший не принадлежал к числу лиц, подведомственных волостному суду, он по своему усмотрению мог обращаться в волостной суд или к земскому начальнику. Как следствие этого отличалось и само наказание. Так, виновного в краже земский начальник заключал в тюрьму сроком до 12-ти месяцев (ст. 170 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями), а волостной суд мог приговорить к аресту до 30-ти дней (ст. 38 Временных правил). И, наоборот, за ссору в публичном месте земский начальник мог приговорить к аресту до 7 дней (ст. 38 Устава о наказаниях, в то время как волостные суды — к аресту до 30 дней (ст. 33 Временных правил) или даже к наказанию розгами (ст. 36 тех же правил) [14, с. 667].
Таким образом, волостному суду отданы почти все проступки, караемые Уставом о наказаниях, но, как отмечал В. Ефимов, «по несложности крестьянской жизни, сравнительно немногие из этих проступков поступают на рассмотрение волостного суда: кражи, мошенничества, самоуправство, буйство и драки, личные оскорбления всякого рода, изредка нарушения строительного устава» [15, с. 583].
Статья 19 Временных правил определила перечень проступков, не подлежащих ведомству волостного суда. В их число вошли:
1) кража крупного рогатого скота;
2) утайка найденного ценою свыше ста рублей, если хозяин находки известен;
3) необъявление о находке ценою свыше трехсот рублей;
4) нарушение условий найма, заключенного по договорному листу.
Право восстановления надлежащей подсудности по делам, которые волостной суд неправильно принял к своему рассмотрению, принадлежало земскому начальнику, который направлял дела по принадлежности. Земский начальник мог останавливать исполнение решения по делу о проступке, если постановления волостного суда нарушали пределы его власти или были неправосудны. Тогда дело передавалось уездному съезду даже при отсутствии жалобы лиц, участвующих в деле.
По соглашению Министерства внутренних дел с Министерством юстиции в случае нарушения подсудности по гражданским делам земский начальник не мог передавать их в уездный съезд «помимо жалобы заинтересованных лиц», за исключением дел со смешением гражданского и уголовного производств [16, с. 10].
Ефремова Н.Е. Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года
Ефремова Н.Е. Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года
Подсудность дела по роду преступлений определялась внешними признаками преступления, которые были выяснены при возбуждении дела при поступлении его в суд. Следует отметить, что раскрытие новых обстоятельств только тогда изменяло подсудность, когда они указывали на подведомственность дела другому судебному установлению высшего разряда. Если оказывалось, что дело подсудно низшему суду, в частности волостному, оно уже не передавалось по подсудности и оканчивалось приговором суда, в который первоначально поступило [14, с. 668].
Такое определение подсудности имело определенные недостатки: 1) потерпевший мог намеренно завысить суму ущерба; 2) лицо, подозреваемое в нескольких преступлениях, на деле оказывалось виновным лишь в одном из них, дело оставалось на рассмотрении суда высшей инстанции, а это, как правило, значило и более серьезные наказания.
Порядок производства и решения дел по новым правилам в основном оставался таким же, что и в Общем положении о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости. Особенности и нововведения касались замены сторон представителями (поверенными) на суде, порядка вызова на суд свидетелей и замены наказаний или отсрочки их выполнения.
Итак, к разбору дел волостной суд приступал по просьбам и жалобам, которые приносились суду, волостному старшине или земскому участковому начальнику как в письменной, так и в устной форме. В делах о проступках разбор дел мог начаться также по предписаниям земского начальника, по сообщениям полиции, сельских и других властей.
Лица, подведомственные волостному суду, должны были лично являться для разбирательства в назначенный день. В случае проживания за пределами волости и свыше 15 верст от места нахождения суда, у них было право заменить себя представителем из числа своих родных домашних и односельчан, если данные представители не занимались ходатайством по чужим делам за вознаграждение. Суд мог разрешить такую замену и другим лицам, если существовала уважительная причина неявки на разбирательство. Лица, не подведомственные волостному суду и являвшиеся истцами или потерпевшими от преступных действий, могли заменить себя своими управляющими, приказчиками, старостами и другими лицами, заведующими у них хозяйством, либо сообщали суду свои заявления письменно (ст. 23).
Для разъяснения обстоятельств дела волостной суд мог вызывать свидетелей. Свидетели, подведомственные волостному суду, были обязаны являться в суд лично. Лица, проживавшие за пределами волости и на расстоянии свыше 15-ти верст от места нахождения суда, а также имевшие другие уважительные причины для неявки, допрашивались: а) в городских поселениях — местной полицией; б) в сельских — местным волостным старшиной. После допроса показания отправлялись в суд.
Если свидетели относились к лицам, не подсудным волостному суду, они не были обязаны лично являться в суд. Для истребования с этих лиц письменных показаний, волостной суд обращался к земскому начальнику с представлениями (ст. 24). Согласно Общему положению о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, в делах о проступках волостной суд мог сам производить дознание, а при рассмотрении тяжбы осмотр местности и проверку доказательств — только по просьбе тяжущихся.
При разборе споров и тяжб между крестьянами (особенно если рассматривались дела о разделе крестьянского наследства) суд руководствовался местными обычаями. По всем подведомственным ему делам в случае необходимости волостной суд мог производить осмотры местности. По делам о проступках у обвиняемых могли быть проведены обыски и выемки (ст. 25).
При рассмотрении споров и тяжб суд старался склонить стороны к примирению и мог выступать в качестве третейского суда. Правила о третейском суде, изложенные в статьях 99 и 100 Общего положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, оставались в силе. По окончанию разбирательства тяжебных дел, по которым не состоялось примирение, а также дел о проступках суд выносил свое решение. Это решение записывалось в специальную книгу и после этого объявлялось сторонам в том же заседании (ст. 26).
Статья 27 Временных правил определяла, что решение суда должно содержать в себе: 1) год, месяц и число, когда оно постановлено; 2) имена и фамилии судей; 3) звания, имена и фамилии истцов и ответчиков или обвиняемых и потерпевших, а также свидетелей; 4) краткое изложение обстоятельств дела, на которых основано решение; 5) сущность решения.
Подлежащие обжалованию решения записывались с теми подробностями, которые были необходимы для разъяснения сущности обвинения или спора и решения. Стороны имели права прочитывать решение и бесплатно получать его копии.
Если разбирательство между сторонами заканчивалось примирением, его записывали в книгу решений (ст. 28).
Решение волостного суда вступало в законную силу, если не было обжаловано в установленный срок или было оставлено в силе при разрешении принесенной на него жалобы. По распоряжению волостного старшины оно немедленно приводилось в исполнение (ст. 29). При наличии уважительных причин волостной суд мог отсрочить до шести месяцев исполнение решения для лица, присужденного к аресту. Это связано с тем, что подобное наказание, выполняемое в течение летнего времени, могло нанести непоправимый ущерб хозяйству крестьянина. В то время как исполнение этого наказания осенью или зимой могло сохранить хозяйство от тяжелых убытков. Статья 29 также предоставляла земскому начальнику возможность заменить телесное наказание арестом или штрафом. Теле-
сные наказания из-за их унизительности негативно влияли на психику наказанных. А. Тютрюмов отмечал, что «публичная волостная порка была последним толчком крестьянина на путь бесшабашности, пьянства и разорения» [11, с. 28]. После нее нередко были случаи самоубийства.
Некоторые уездные земства Полтавской губернии подняли «вопрос об изменении статьи 29 временных правил о волостном суде в смысле предоставления лицам, осужденным этим судом, права отбывать наказание в том месте, где их застанет вступление приговора в законную силу» [17, с. 822]. Это связано с тем, что на практике такие пересылки осуществлялись достаточно часто. Практиковавшийся способ препровождения крестьян в волость на деле являлся или прибавлением к аресту другого наказания — высылки из места жительства, а к телесному наказанию даже двух других — высылки и лишения свободы. Хотя в самой статье 29 Временных правил не указывалось, что исполнение приговора волостного суда должно осуществляться в месте его постановления и что именно местный волостной старшина должен приводить приговор в исполнение.
Порядок обжалования решения волостных судов был следующий: в течение 30 дней со дня объявления решения участвующие в деле лица могли принести жалобы земскому начальнику на решение волостного суда. Жалоба приносилась через волостной суд, решивший дело.
Волостной суд уведомлял об этом противоположную сторону. Жалоба предоставлялась земскому начальнику вместе с точной выпиской из книги решения и всеми представленными сторонами документами. Затем земский начальник в течение двух недель со дня получения предоставлял жалобу уездному съезду. Жалобы делились на два вида: 1) по делам о проступках, за которые виновный приговорен к аресту на время свыше трех дней, к телесному наказанию или к денежному взысканию свыше пяти рублей, а также по спорам и тяжбам, по которым присуждено более тридцати рублей; 2) на все прочие решения, в случае если они постановлены с нарушением власти суда или оказываются явно неправосудными (ст. 31).
Наказания за проступки были определены статьей 33 Временных правил: 1) выговор в присутствии суда; 2) денежное взыскание от двадцати пяти копеек до тридцати рублей; 3) арест до пятнадцати дней, простой или строгий (с содержанием на хлебе и воде), а в случае, предусмотренном статьей 15, — до тридцати дней; 4) лицам, не изъятым от телесных наказаний, наказание розгами до двадцати ударов. За проступки, которые влекли за собой денежное взыскание или арест, волостной суд имел право при обстоятельствах, уменьшающих вину, назначить вместо ареста денежное взыскание или заменить наказания выговором (ст. 34).
Денежные взыскания, налагаемые волостным судом за проступки, обращались в пользу мирских сумм той волости, где происходил суд (ст. 42).
Согласно Временным правилам в руках земских начальников находилась огромная власть по отношению к волостному суду. Волостных судей выбирал земский начальник из кандидатов, предложенных сельским обществом (ст. 2). На земского начальника возлагался надзор за деятельностью волостного суда (ст. 13). Восстановление надлежащей подсудности по еще не разрешенным делам, приостановление решения волостного суда по делу о проступке, нарушающего пределы его власти или явно неправосудного также было возложено на земских начальников (ст. 20). Телесные наказания применялись только с разрешения земского начальника (ст. 29).
Анализ статей временных правил позволяет утверждать, что был сделан значительный шаг по усовершенствованию волостного судопроизводства. В то же время усложнение законодательства привело к появлению новых вопросов. В литературе того периода делались попытки разъяснить те или иные положения временных правил. В связи с этим вышел циркуляр министра внутренних дел по поводу применения волостными судьями статей Устава гражданского судопроизводства (№ 4436 от 31 октября 1891 г.), который охарактеризовал цель и значение волостного суда: «По основной задаче своей и той постановке, какая дана ему в законе, волостной суд является судом, учрежденным для разрешения простейших дел, возникающих в сельском быту, и составляется из лиц, для которых не установлено даже требование грамотности» [13, с. 185]. В гражданских делах волостной суд должен был руководствоваться только временными правилами, а в делах о проступках — еще и некоторыми статьями Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. Любая регламентация подробностей рассмотрения и разрешения этих дел признавалась «не отвечающей патриархальному характеру» волостного суда.
Таким образом, основной мыслью этого циркуляра было освобождение волостных судов от излишнего формализма и регламентации, возможность при разборе гражданских дел пользоваться местными обычаями, что является вполне справедливым для истинно народного суда.
После преобразования крестьянских и судебных учреждений по закону 12 июля 1889 года выявились значительные недостатки нового судопроизводства и несовершенство временных правил о волостном суде. Об этом свидетельствуют многочисленные статьи и заметки в газетах и журналах того времени.
Так, Б. Филатов называл неудачными и закон о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года и сами Временные правила, так как они создавались в спешном порядке. А правила о рассмотрении судебных дел земским начальником «представляли собой лишь выборку и переделку из судебных уставов 1864 г. с неизбежными при этом упущениями и несогласованиями» [14, с. 667]. В. Ефимов также негативно отзывался о крестьянском суде:
Ефремова Н.Е. Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года
Ефремова Н.Е. Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года
«современный волостной суд представляет собой такое судилище, которое, будучи по своему невежеству и неразвитости далеко ниже возложенной на него задачи, не обладает никаким другим критерием для разрешения дел, кроме совести судей — критерия слишком субъективного и неустойчивого» [15, с. 590].
П. Дашкевич выступал за расширение карательных мер волостного суда, также предлагал узаконить существовавшее на практике и более гуманное наказание (замечание, выговор и строгий выговор в присутствии суда), а для «поднятия народной нравственности» отменить наказание розгами [18, с. 569].
Также было необходимо ознакомить народ с действующим законодательством, что способствовало бы укреплению порядка и законности и «стало бы заметным даже для самых закоренелых скептиков, признающих, что порядок и законность в деревне могут быть поддерживаемы только при помощи розги» [19, с. 111].
С целью оценки деятельности волостного суда в июне 1902 года была создана специальная редакционная комиссия по пересмотру законоположений о крестьянах. Она стремилась создать из волостного суда «властный и авторитетный орган, призванный ко всемерной защите попранного права и обязанный оказывать содействие к торжеству этого права» [20, с. 435]. Неудовлетворительность результатов деятельности волостного суда комиссия объясняла вредным влиянием на него волостных писарей и уездных съездов. Также установила, что съезды отменяли правильные по существу решения волостных судей, так как не знали обычаев и были привержены закону.
Подводя итоги статьи, сделаем следующие выводы.
Введение института земских начальников и объединение в их руках административных и судебных функций было связано с необходимостью создания сильной власти на местах, способной противостоять революционному движению.
Временные правила внесли существенные изменения в организацию и деятельность волостного суда. По новому законодательству расширилась подсудность суда, появилась возможность замены сторон представителями, фиксировались нормы вынесения наказаний. Хотя сохранилось многое из того, что составляло суть народного обычного права: приоритет примирения, трудовое начало и семейная собственность, учет личных качеств участников процесса.
Примечания
1. ПСЗ РИ 2. Т. XXXVI. № 36657. 1861. СПб., 1863.
2. Большой юридический словарь / под ред. А.Я. Сухарева. 3-е изд., доп. и перераб.М., 2006.
3. Пахман С.В. Обычное гражданское право в России: Юридические очерки. СПб., 1877. Т. 1.
4. Кроткое В. Волостные суды // Отечественные записки. 1873. № 5, 7, 8.
5. Зарудный М.И. Законы и жизнь. Исследования крестьянских судов. СПб., 1874.
6. Оршанский И.Г. Исследования по русскому праву. СПб., 1892.
7. Демичев А.А. Судебная контрреформа или кризис судебной системы России в 70—80-е годы XIX в. (Новый взгляд на решение старой проблемы) // Государство и право. 2012. № 10.
8. Беляев Е.В. О некоторых изменениях правового сознания пореформенного крестьянства (1861—1889 гг.) // Известия РГПУ им. А.И. Герцена. 2008. № 74-1. С. 52.
9. Безгин В.Б. Крестьянская повседневность (традиции конца XIX — начала XX века). М.; Тамбов, 2004.
10. ПСЗ РИ 3. Т. IX. № 6196. 1889. СПб., 1891.
11. Тютрюмов А. Некоторые вопросы реформируемого волостного суда // Журнал гражданского и уголовного права. 1890. Кн. 1.
12. Фаресов А. Настроение современной деревни // Исторический вестник. 1906. № 3.
13. Тютрюмов А. Гражданское судопроизводство волостных судов // Юридический вестник. № 5—6. 1892.
14. Филатов Б. Еще о недостатках временных правил о волостном суде // Право. 1899. № 13.
15. Ефимов В. Волостной суд: в виду предстоящей реформы местной юстиции // Вестник Европы. 1896. Кн. VIII.
16. Волостной суд по закону 12 июля 1889 года: сборник узаконений и распоряжений, относящихся к волостным судам, действующим в местностях, где учреждены земские участковые начальники // сост. И.Н. Аристов. Казань, 1893.
17. Лазаревский Н. Статья 29 временных правил о волостном суде и разъяснения Министерства внутренних дел // Право. 1899. № 16.
18. Дашкевич П. Волостной суд и кассационная инстанция // Юридический вестник. 1892. № 12.
19. Стиваль М. Суд и юридическое образование народа // Северный вестник. 1895. № 12.
20. Ефимов В. О новой организации волостного суда // Судебное обозрение.1904. № 21.
Notes
1. Full Collection of laws of Russian Empire. 2nd collection. Vol. XXXVI. № 36657. 1861. St. Petersburg, 1863.
2. Big legal dictionary / ed. by A.Ya. Sukharev. 3rd edition enlarged and revised. Moscow, 2006.
3. Pakhman S.V. Usual Civil Law in Russia: Legal essays. St. Petersburg, 1877. Vol. 1.
4. KrotkovV. Volost courts // Home notes.1873. № 5, 7, 8.
5. Zarudny M.I. Laws and life. Researches of peasant courts. St. Petersburg, 1874.
6. OrshanskyI.G. Researches on the russian right. St. Petersburg, 1892.
7. DemichevA.A. Judicial counter reform or crisis of judicial system of Russia in the 70—80th years of the 19th century (New view on the solution of an old problem) // State and law. 2012. № 10.
8. Belyaev E.V. About some changes of legal consciousness of the postreform peasantry (1861—1889) // News of
the Russian state pedagogical university by A.I. Herzen. 2008. № 74-1.
9. Bezgin V.B. Peasant daily occurrence (traditions of the end of the 19th — beginning of the 20th century). Moscow; Tambov, 2004.
10. Full collection of laws of Russian Empire. The 3rd Collection. Vol. IX. 1889. St. Petersburg, 1891.
11. Tyutryumov A. Some questions of reformed volost court // Magazine of civil and criminal law. 1890. Book 1.
12. Faresov A. Mood of modern village // Historical bulletin. 1906. № 3.
13. Tyutryumov A. Civil legal proceedings of volost courts // Legal bulletin. 1892. № 5—6.
14. Filatov B. About shortcomings of professional rules about volost court // Right. 1899. № 13.
15. Efimov V. Volost court. In a type of the forthcoming reform of local justice // Bulletin of Europe. 1896. Book VIII.
16. Volost court in law July 12th 1889: the collection of statutes and orders relating to volost court operating in areas where established zemsky district chiefs / comp. I.N. Aristov. Kazan, 1893.
17. Lazarevsky N. Article 29 of provisional rules about volost court and explanations of the Ministry of international affairs // Right. 1899. № 16.
18. Dashkevich P. Volost court and cassation instance // Legal bulletin. 1892. № 12.
19. Stival M. Court and legal education of the people // Northern bulletin. 1895. № 12.
20. EfimovV. About the new organization of volost court // Judicial review. 1904. № 21.
Ефремова Н.Е. Реформирование волостных судов в России по Закону о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 года