Научная статья на тему 'Развитие и жанровое своеобразие кумыкской литературной сказки'

Развитие и жанровое своеобразие кумыкской литературной сказки Текст научной статьи по специальности «Языкознание и литературоведение»

CC BY
156
37
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Ключевые слова
КУМЫКСКАЯ ЛИТЕРАТУРНАЯ СКАЗКА / АВТОРСКАЯ СКАЗКА / А. АДЖИЕВ / АТКАЙ / А.-В. СУЛЕЙМАНОВ

Аннотация научной статьи по языкознанию и литературоведению, автор научной работы — Абдурахманова Разия Даниловна

Статья посвящена актуальной проблеме современного литературоведения развитию и жанровому своеобразию кумыкской литературной сказки. Рассматриваются сюжет и композиция авторской сказки. В статье проанализированы сказки известных кумыкских поэтов А. Аджиева, Аткая, А.-В. Сулейманова.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Текст научной работы на тему «Развитие и жанровое своеобразие кумыкской литературной сказки»

РАЗВИТИЕ И ЖАНРОВОЕ СВОЕОБРАЗИЕ КУМЫКСКОЙ ЛИТЕРАТУРНОЙ СКАЗКИ

© 2008 Абдурахманова Р.Д. Дагестанский государственный педагогический университет

Статья посвящена актуальной проблеме современного литературоведения - развитию и жанровому своеобразию кумыкской литературной сказки. Рассматриваются сюжет и композиция авторской сказки. В статье проанализированы сказки известных кумыкских поэтов А. Аджиева, Аткая, А.-В. Сулейманова.

This article is devoted to the urgent problem of modern literary criticism, i.e. development and genre peculiarities of Kumyk literary fairy tale. The plot and composition of authors’ fairy tales have been studied. The well-known Kumyk poets’ (A. Adzhiev, Atkay, A.-V. Suleymanov) tales had been analyzed in the article.

Ключевые слова: кумыкская литературная сказка, авторская сказка, А. Аджиев, Аткай, А.-В. Сулейманов.

Keywords: Kumyk literary fairy tale, author's fairy tale, A.Adzhiev, Atkay, A.-V. Suleymanov.

Во второй половине 40-х годов ХХ столетия наблюдается особенный интерес к сказочному жанру у кумыкских поэтов А.-В. Сулейманова, А. Аджиева, А. Аджаматова, К. Султанова. Используя как готовые сюжеты, так и мотивы, образы дагестанского, в частности кумыкского, фольклора, они создают сказки, в которых прославляются трудолюбие, ум, мастерство, порицаются глупость, болтливость, лень,

безнравственность.

В цикле сказок А.-В. Сулейманова, помещенном в сборнике «Искатель счастья», поэт обращается к кумыкской народной сказке. Вообще в фольклоре народов России сюжет о человеке, пустившемся в путь с какой-то определенной целью (поиска истины, невесты, счастья и т.д.), довольно известен. Обычно это положительный герой. В кумыкской же народной сказке это лентяй, полагающийся только на судьбу. Сулейманов сохраняет подобную трактовку образа, основную сюжетную канву и создает занимательную оригинальную сказку для детей.

Главный герой - лентяй, спустивший свое состояние и прикрывающий безделье фаталистическими

рассуждениями о тщетности

человеческих деяний:

А вы сами понимаете -«Кто не работает, тот не ест».

Не дождавшись «манны небесной», герой отправляется на поиски хозяина счастья, чтобы тот осчастливил его. Каждое действующее лицо,

встречающееся на пути, просит передать и его просьбу хозяину счастья. В этих просьбах раскрываются характеры сказочных персонажей: пахаря,

богомольца и охотника. Характеристика дополняется описанием их действий, подчеркивающих доброту и сердечность простого народа, лицемерие и жадность служителя религии. Соответствующие решения принимает и хозяин счастья, дав дельные советы каждому из них.

В народной сказке нет образа богомольца, охотника, вместо них герою встречается огородник. Замена персонажа социально изменила сказку, сообщив ей антирелигиозную окраску, позволила создать новые сюжетные перипетии.

Хозяин счастья - олицетворение мудрости народа, его опыта. В диалоге с главным героем, оформленном в виде поэтического параллелизма, проявляются ум, меткость, образность народного слова:

Г ьавчуну къаз-къув дерти, тирменчини сув дерти, инсан болмакъдан артыкъ насип боларму герти?

Дуньяда гьр бир жанны бар яшавда бир елу.

Тек барындан да уллу инсанны эки къолу.

Забота охотника - о дичи, забота мельника - о воде, превыше, чем быть человеком, есть ли истинное счастье?

На свете у каждого существа есть в жизни своя дорога, но ценнее всего две руки человеческие.

Труд, ум, мастерство - вот слагаемые счастья человека. Такова основная мысль произведения. Но герой не обладает ни одним из этих качеств, он отказывается от счастья, к которому нужно идти через труд, и в результате чуть ли не лишается жизни.

Если в народной сказке глупость героя приводит его к бесславной гибели, то здесь автор оставляет его живым, «дает возможность» исправиться.

Сказка А.-В. Сулейманова «Искатель счастья», раскрывающая тему труда в народном духе и понимании, имела большую художественную и

воспитательную ценность. Написана она живым разговорным языком, близким детям, с использованием фольклорных изобразительных средств, народных пословиц и поговорок.

А.-В. Сулейманов неспроста оставил «искателя счастья» в живых. Через год, в 1947 году, он создает сказку «Труд, ум и счастье», являющуюся продолжением предыдущей. Автор задался целью показать, в чем истинное счастье человека. Воплощая эту идею, он использует бродячие сказочные мотивы о споре между Умом и Счастьем, рассматривая

эти категории не сами по себе, а в связи с трудом.

Поэт строит сюжет, по-новому осмысливая сказочную поэтику. Так, в традиционное представление о труде как основе существования отдельного человека он вносит новое понятие о взаимопомощи и поддержке: прослышав о том, что Мамак, герой сказки, продолжает свою жизнь, уповая на везение, пахарь забирает его к себе и заставляет работать вместе с ним. В результате герой исправляется. Чтобы такое решение не было однозначным, А.-В. Сулейманов придумывает новый виток сюжета, где героя ждет испытание, так как он воочию должен убедиться, что нельзя полагаться только на удачу и что человек сам «кузнец своего счастья».

В построении сюжета А.-В. Сулейманов последователен в деталях, находчив и логичен. Воплощение понятий, явлений в фантастические образы, являющееся одним из законов сказочного жанра, с успехом применяется поэтом как один из элементов построения сюжета. События, случившиеся с героем в волшебной стране, помогают ему понять, что все, дающееся без труда, легко может быть и отнято, причем вместе с головой. Счастливый конец сказки - возвращение героя в реальность выглядит естественно, непринужденно. Подлинные чувства и настоящее счастье, утверждает сказка, добываются в труде и реальной жизни.

Те, чье детство пришлось на 20-е, 30-е, 40-е годы ХХ в., и сегодня не забывают такие сказки, как «Искатель счастья» А.-В. Сулейманова, «Болтливая белая утка», «Шинель, конь и я», «Рассвет» А.

Аджиева.

Стихотворные сказки А. Аджиева, опубликованные в его сборнике «Боевые ребята», самостоятельны в сюжетном отношении. На их тематику оказали влияние отгремевшие военные события. Так, сказка «Сестры нарта» является попыткой аллегорического сказочного повествования об освобождении европейских стран от фашистского ига. Образы в ней заимствованы Аджиевым из народной сказки: нарт - освободитель,

его сестры, коршун, забирающий их в плен и т.д. Поэт восхваляет смелость, противодействие злым силам.

Сказки «На рассвете» и «Болтливая белая утка» посвящены теме

бдительности. В первой - переплетаются реальные и фантастические элементы. Реалистичен образ главного героя -чабана Атака, стерегущего колхозное стадо, и сказочен образ волка, задумавшего обмануть его и украсть овец. Поэт изображает волка в маске благочестивца, замолившего свои грехи поездкой в Мекку. Конфликт завершается разоблачением его «святого» облика. Сюжет «Болтливой белой утки», как и предыдущих сказок, оригинален,

персонажи напоминают обитателей сказочно-реального птичьего двора Г. Х. Андерсена в его знаменитой сказке «Гадкий утенок». Оба произведения А. Аджиева являются результатом поисков поэтом наиболее приемлемых форм литературной сказки, причем наиболее гармоничное решение найдено поэтом во второй сказке.

«Болтливая белая утка» -

занимательная сказка для самых маленьких, увлекающая сюжетными перипетиями, нарастающей

напряженностью. Скромность,

сдержанность, строгость в изъявлении чувств, в поведении - эти исконно национальные черты дагестанского народа возводятся поэтом в идеал посредством создания образа, обладающего противоположными

чертами. Отталкиваясь от противного, Аджиев говорит с детьми о серьезных предметах, учит их самовоспитанию и достигает успеха, так как делает это, основываясь на увлекательном сказочном материале, близком и понятном детям, используя традиционный прием путешествия главного героя и встречи его с различными сказочными персонажами. Образ белой утки становится синонимом болтливого, недалекого человека в кумыкской поэзии. Образ глупой болтушки-утки выписан ярко, колоритно.

Автор вводит пейзажные картинки, напоминающие красочный детский рисунок, оживляет повествование и

такими детскими сравнениями, отражающими современность, как сравнение храпа медведя с пыхтением паровоза. Животные в сказке обладают традиционными чертами: медведь -

увалень, любитель меда, волк - хищник, еж - умница.

Написанная с большим юмором, прекрасным языком, со знанием специфики детской поэзии сказка «Болтливая белая утка» прививала детям чувство родного слова, учила понимать и ценить юмор, эстетически развивала их.

Исследование стихотворной

литературной сказки 40-50-х годов ХХ века показывает, что в дагестанской детской поэзии этого периода она является наиболее своеобразной и художественно полноценной областью. В ней

развиваются свои традиции, связанные с фольклорными, но в то же время заметно трансформированные. Многие из сказок созданы по мотивам народных произведений, с использованием фольклорно-сказочной поэтики,

некоторые представляют собой литературную обработку народных сказок. В творчестве А.-В. Сулейманова, А. Аджиева рамки традиционного жанра расширяются, обогащаются в

содержательном и формальном отношениях, углубляется идейный замысел произведений, в них

переплетаются традиционное и

новаторское, сочетаются реальное и фантастическое. Развитие именно

стихотворной формы дагестанской сказки, возможно, объясняется

востребованностью этой формы детьми, близостью ее к особенностям детского восприятия. «Ребенок воспринимает

стихотворный текст как поэзию, как живое поэтическое слово в органическом единстве его формы и содержания» [4]. Однако преимущественное развитие стихотворной сказки свидетельствует об определенной односторонности

литературного процесса.

Литературные сказки Аява Акавова, содержанием которых являлась современная героическая

действительность, были первым и наиболее удачным опытом создания

авторской прозаической сказки в дагестанской детской литературе. Основываясь на фольклорной традиции, писатель сумел отразить реалистические явления действительности советского времени в сказочной форме.

В 60-70-е годы ХХ века в советском литературоведении сказка в различных ее аспектах становится предметом острой полемики и заинтересованных обсуждений. Оживление интереса к сказке и ее проблемам, к сожалению, не коснулось дагестанского

литературоведения и критики. Кроме редких рецензий на вышедшие из печати сказки и статьи А. Г. Гусейнаева «Воспитание поколений», публикаций на эту тему не имеется [5]. Отличительной особенностью дагестанских

стихотворных сказок является следование традициям устного народного творчества. Большая часть их основывается на фольклорно-сказочной системе образов и представляет собой литературную обработку народных сказок или сказку по фольклорным мотивам.

Сказки, созданные по народным мотивам, сохраняя народную основу, наследуют ценные, отшлифованные веками традиции фольклорного произведения, которые

переосмысливаются на основе нового социального, нравственного опыта, обогащаются идейно и художественно. Используя неистощимое богатство сказки, накопленное народом, писатель, обращающийся к народному творчеству в поисках сюжетов, образов, тем, ставит своей целью не повторение известных образцов, а создание новых произведений, в которых образы и мотивы трансформируются в

соответствии с замыслом писателя, с задачами современности. В стихотворной волшебной сказке «Белый голубь» [2] Аткай использовал бродячий народный сюжет, известный и в Дагестане, сообщив ему новое значение, расширив контекст,

углубив развитие образов. Намек, заложенный в народном произведении, превращается в картину, которая обогащается деталями, дается мотивация поступкам. Структурообразующий

принцип выдержан по образцу композиции волшебной сказки, обеспечивающей стройность, логичность построения.

Все звенья сказочной структуры, функции действующих лиц связаны с главным персонажем - белым голубем, через отношение к нему раскрываются остальные, которые помогают ему или причиняют вред. В этих действиях проявляются и их душевные качества. С высокими нравственными нормами соотносится поступок бедной вдовы: подобрав подбитую птицу, она отказалась от платы серебром, предложенной за нее злой соседкой. Разработка образа вдовы, данная в этой ситуации, приобретает психологическую окраску, не

свойственную народной сказке.

Создание литературной сказки - одно из условий творческого обогащения литературы. «Наличие в литературе

каждого народа широко развитого жанра сказки - это, прежде всего, свидетельство деятельного, активного процесса народного мышления» [3. С. 3]. Связь с фольклорной традицией, а также восточной классикой, выразившаяся в использовании сюжетов, образов, тем, художественно-изобразительных средств и приемов, послужила почвой для возникновения целого ряда литературных сказок Г. Цадасы, А. Аджиева, А.-В. Сулейманова. Вместе с тем фольклорная и литературная основы обогащались и углублялись новыми политическими, идейными и нравственными установками, отражавшими социальные изменения, происходившие в горном крае: сюжетные коллизии трансформировались в соответствии с фантазией самих авторов, возникали новые сюжеты, новые персонажи.

Примечания

1. Аджиев А.М. Ивы над водой. - Махачкала, 1959. 2. Аткай. Белый голубь. - М., 1975. 3. Витка В. Счастье быть человеком // Детская литература. - М., 1980, №6. 4. Кожинов В. Стихи и поэзия. - М., 1980. 5. Литература Дагестана и жизнь. - Махачкала, 1975.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.