Научная статья на тему 'Разум и вера в творении духовности культуры'

Разум и вера в творении духовности культуры Текст научной статьи по специальности «Философия»

76
23
Поделиться
Ключевые слова
САКРАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ / ХРИСТИАНСТВО / ИСЛАМ / КРИЗИС РЕЛИГИОЗНОСТИ / ДУХОВНОСТЬ КУЛЬТУРЫ / ДУХОВНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА

Аннотация научной статьи по философии, автор научной работы — Кудашов Вячеслав Иванович

В статье осмысливается проблема православия, религиозности вообще, упадка нравственности в современной России, высказывается мысль о глубочайшей и трудноразрешимой задаче поиска смысла духовности человеческой жизни и культуры в теряющей свои гуманистические основания глобальной цивилизации.

REASON AND FAITH IN CREATION OF SPIRITUALITY OF CULTURE

The article analyzes the problem of Orthodoxy and religiosity in general and decline of morality in modern Russia. It describes the idea about an inmost and difficult problem of searching for the sense of spirituality of human life and culture in the global civilization losing its humanistic foundations.

Текст научной работы на тему «Разум и вера в творении духовности культуры»

РАЗУМ И ВЕРА

В ТВОРЕНИИ ДУХОВНОСТИ КУЛЬТУРЫ

ОТОЗВАН A/RETRACTED 08.06.2018. REASON AND FAITH IN CREATION OF SPIRITUALITY

OF CULTURE

В.И. Кудашов V.I. Kudashov

Проблема, затронутая О.А. Карловой, касается не только конкретных событий в секуляризированной Европе, о «закате» и «вырождении» которой неустанно твердят сами европейцы, и не только проблем с православием и упадком нравственности в современной России - она касается глубочайшей и трудноразрешимой задачи смысла духовности человеческой жизни и культуры в теряющей свои гуманистические основания глобальной цивилизации.

Можно вполне согласиться с автором, что в последнее время «сакральными ценностями становятся личные смыслы - а потому, кроме индивида, его желаний и ничем не ограниченной свободы не существует ничего святого». Именно это лежит в основе «нового гуманизма», привлекательного для огромного большинства «массового человека», поскольку это снимает непосильное для многих бремя постоянного духовного усилия и осознания необходимости «со-работничества» человека и Бога.

Действительно, индивидуализм сейчас становится синонимом гуманизма, и эта трансформация изменяет место и роль религии всовре-менном мире. Духовное единство подменяется формальным объединением, удерживающимся до поры внешними по отношению к духовно-

The issue raised by O.A. Karlova is referred not only to the specific events in secularized Europe whose "eclipse" and "degeneration" are constantly repeated by Europeans, and not only to the problems with the Orthodox Church and the decline in morality in modern Russia. Besides, it touches the deepest and a very complex task of a spiritual sense of human life and culture in global civilization losing its humanistic foundation.

We may well agree with the author that recently "personal meanings have turned into sacred values - that is why there is nothing more sacred than an individual, their desires and unrestricted freedom". That idea lies at the heart of "new humanism" that is attractive to the vast majority of "general man" because it removes a burden of constant spiritual effort and realization of the need of "cooperation" between man and God which is overwhelming for many people.

indeed, individualism is currently becoming synonymous to humanism, and this transformation changes the position and role of religion in the modern world. Spiritual unity is replaced by a formal union, hold by the state power that is external to the spiritual world

Сакральные ценности, христианство, ислам, кризис религиозности, духовность культуры, духовность человека.

В статье осмысливается проблема православия, религиозности вообще, упадка нравственности в современной России, высказывается мысль о глубочайшей и трудноразрешимой задаче поиска смысла духовности человеческой жизни и культуры в теряющей свои гуманистические основания глобальной цивилизации.

Sacred values, Christianity, Islam, crisis of religiousness, spirituality of culture, spirituality of a personality.

The article analyzes the problem of Orthodoxy and religiosity in general and decline of morality in modern Russia. It describes the idea about an inmost and difficult problem of searching for the sense of spirituality of human life and culture in the global civilization losing its humanistic foundations.

s

X

H

и

W PQ

ОТОЗВАНАЖЕТКАСТЕО

му миру силами государства. Эта подмена может выполнять свои функции, пока этим удовлетворено пресловутое «большинство», но в периоды кризисов люди ищут спасения в лазейках глобальности, при этом рушатся основы человеческого единения.

Очень серьезное влияние на создание современного качества глобальной цивилизации оказало стремительное и мощное развитие средств массовой информации, заложивших основы новой традиции синхронности событийных рядов. Эти синхронизации мирового коммуникативного пространства сделали возможными молодежную, сексуальную и феминистскую революции, а также активизировали и популяризировали малоизвестную ранее деятельность меньшинств. Все это происходит на фоне появления «новых масс» и стремительного набора «новых знаний» до предела пресыщенности ими, обесценивания и релятивизации старых знаний. Эта ситуация служит подоплекой современного кризиса традиционных религий и особенностей новых форм актуализации извечной религиозной потребности.

Многие традиционные религии пока не могут в полной мере приспособиться к изменившейся пастве в задающих тон мировому развитию западных обществах. Эти общества сильно диверсифицированы по своим жизненным стилям, ценностям и толерантны на исторически завоеванных демократических основаниях. Традиционные мировые религии основаны на идеях господства и подчинения, их универсализм в большей степени гегемонистского характера, нивелирующий различия в одно гомогенное содержание. В библейской религии, как отмечал еще Карл Ясперс, заложено притязание на исключительность, которое выступает во всех ее ответвлениях.

В свое время это работало на объединение человечества, его глобализацию «железом и кровью» или «крестом и верой». Однако современный мир унифицируется уже на основе только синхронизаций экономических интересов и взаимной терпимости, все остальное отдано разнообразию. Западное христианство пытается, часто не безуспешно, приспособиться к новой человеческой среде, выказывая свою «толерантную сто-

08.06.2018.

for some time. This substitution can perform its functions as long as it satisfies a notorious "majority", but in the times of crisis people look for salvation in the loopholes of globality, in this case the foundations of human unity break down.

A very serious impact on the creation of modern quality of the global civilization was made by rapid and powerful development of the mass media, which laid the foundations of a new tradition of event lines, synchronicity. These synchronizations of the global communication space contributed to youth, sexual and feminist revolutions. Besides, they promoted and popularized previously little-known activity of minorities. All this is happening against the background of emergence of "new masses" and rapid acquirement of "new knowledge" until the limit of satiety is reached and depreciation and relativisation of old knowledge occur. This situation is the underlying reason for the current crisis of traditional religions and peculiarities of some new forms of updating perennial religious needs.

Many traditional religions are still not able to become fully adapted to the changing flock in Western societies defining the tone of the global development. These societies are highly diversified in their lifestyle and values; they are tolerant due to historically won democratic foundations. Traditional world religions are based on the ideas of domination and subordination, their universalism possesses a hegemonic character, leveling the differences in one homogeneous content. As Karl Jaspers noted, biblical religion proclaims its exclusivity, which appears in all its ramifications.

in olden times it worked to unite mankind and promote its globalization via "blood and iron" or "cross and faith". However, the modern world is unified on the base of synchronizations of only economic interests and mutual tolerance, other points are diverse. Western Christianity tries to adapt to the new human environment, showing their "tolerant side". Sometimes they succeed in it. The activity of Pope John Paul ii was a good example. Overall, however, Christianity and islam can

ронух^-примером'ч'ему -"была ^деятель ского папы Иоанна Павла II. Однако в целом христианству, а тем более исламу это удается пока не очень, поскольку эти конфессии являются глубоко консервативными и традиционалистскими по своей природе.

Живые, пророческие и мессианские религии, каковыми были при своем рождении христианство и ислам, давно сменили свою темпоральную ориентацию с настоящего и будущего на старчество жизни в прошлом. Основатели этих великих религий, в отличие от восточных традиций, абсолютизировали уникальную прецедентность, исключительный характер боговоплощения, по существу, монополизировав его, справедливо опасаясь последующих конкурентов. К тому же консерватизм и исключительность хорошо гармонировали с реалиями традиционных обществ и поддерживали их иерархическую стабильность. Современные глобальные кризисы, «чудеса» науки и технологии, сосуществование множества отличных друг от друга ценностных сред, требуют внятного объяснения, указующего и ободряющего совета, которых массы зачастую не могут получить от священнослужителей, отстающих от осмысления многих современных животрепещущих проблем.

Еще одна причина кризиса религиозности - это ее дифференциация. То, что в свое время произошло с философией, когда многое, чем она занималась, было разделено порожденными ею же науками, специальными дисциплинами, случилось в прошлом веке и с традиционными религиями. Это явление в отношении обретения психоанализом почти религиозных черт описал в 50-х годах прошлого столетия Клод Леви-Строс. К психоанализу во многом отходит психотерапевтическая функция религии: духовника замещает персональный психоаналитик. Целительские функции религии в отношении общего физического и душевного здоровья, образа жизни переходят многочисленным объединениям и центрам восточной и западной народной медицины, приобретающим псевдорелигиозные черты.

Кроме указанных причин, можно выделить еще одну, более глубокую и обширную, затрагивающую не только религию как часть культуры,

not boast of many results in this area, because these religions are deeply conservative and traditionalistic by nature.

Living, prophetic and messianic religions, such as Christianity and islam which were like that at their birth, changed their temporal orientation from the present and the future to the spiritual eldership in the past long ago. Fairly being apprehensive about future competitors, the founders of these great religions, in contrast to the Eastern traditions, absolutized a unique precedentity, an exceptional nature of the incarnation of God, having monopolized it in fact. Moreover, conservatism and exceptionality harmonized well with the realities of traditional societies and supported their hierarchical stability. The current global crises, the "miracles" of science and technology, the coexistence of multiple distinct value environments, require a clear explanation, directing and reassuring advice, which most of people are often unable to get from churchmen whose mind is mostly behind current crucial issues.

Another reason for the crisis of religion is its differentiation. The same problem that once happened to philosophy, when much what it dealt with was divided by sciences and special disciplines originated by it, happened to traditional religions in the last century. This phenomenon concerning psychoanalysis getting almost religious traits was described by Claude Levi-Strauss in the 50-ies of the last century. The psychotherapeutic function of religion started emerging in psychoanalysis: a ghostly father was replaced by a personal psychoanalyst. Healing functions of religion with regard to overall physical and mental health and lifestyle moved to numerous associations and centers of eastern and western traditional medicine acquiring pseudo features.

in addition to these reasons, it is possible to mark a deeper and more extensive one which affects not only religion as a part of culture but culture itself: the idiosyncrasy which is resistant to the concept of cultural universals, understood as limiting orientations to practical and spiritual life, have evolved in the last

вилась стойкая идиосинкразия к самому понятию культурных универсалий, понимаемых как предельные ориентации практической и духовной жизни. Причин тому множество, главная из них -усталость от так называемых «больших наррати-вов», которые, по мнению нынешних постмодернистских «властителей дум», как раз и стали причиной глубочайшего разочарования в истории, в высших смыслах, в глубинной зависимости индивидуальных судеб от действия этих универсалий. Именно на такое толкование истории и культуры, когда жизнь человека есть то, что определено общим смыслом существования и развития человечества, проживающего общую судьбу, освященную высоким предназначением, переложена ответственность за разочарования и скептицизм, ставшие результатом величайших катастроф XX века и сказывающиеся в своих последствиях до сих пор.

На смену «большим нарративам» приходят «малые», то есть истолкование событий и смыслов, которыми наполнена жизнь, в терминах частных интересов, среди которых проблемы метафизического и религиозного характера отступают на задний план перед актуальностью текущих моментов. Это торжество частного над общим, в пределе приводящее к атомизации общества, распадающегося на множество духовно разомкнутых, связанных только условиями совместного, более или менее комфортного, существования индивидов, и означает то, что О.А. Карлова называет «эгоцентрическая религиозность» или «ЭГО-культура, в которой сакральным центром является ничем не ограниченное Я».

По сути, это то, что в свое время было названо Н.А. Бердяевым «усыханием» культуры в цивилизацию, а Освальдом Шпенглером было признано симптомом «смерти культуры». Отличие от этих идей вековой давности в том, что сегодня можно говорить о глобализации этого процесса, когда речь идет не об очередной смене одних культур другими, более сильными и молодыми, а об общечеловеческом процессе, ведущем к так называемой «посткультурной» действительности. Большинство современных размышлений об этой действительности выглядят как суд о неизвестном будущем с позиции не вполне осмыс-

deta&e's.MherV are-many reasons for that. The main one among them is the tiredness of so-called "grand narratives". According to today,s postmodern "thinkers" they caused a deep disappointment in history in the highest sense and deep dependence of individual fates on the actions of these universals. This interpretation of history and culture, when a person,s life is what is defined by the common sense of the existence and development of mankind, living a common destiny, consecrated by the high purpose, is believed to be responsible for disappointment and scepticism, which became the result of the greatest catastrophes of the XXth century and emerged in their consequences so far.

"Small narratives" come to replace "grand" ones which means that the interpretation of events and meanings, which our life is full of in terms of private interests including the problems of metaphysical and religious nature recede into the background giving up to the urgency of current moments. This triumph of the private over the common, ultimately leading to the atomization of society, which decays into many spiritually open, connected only by the conditions of joint, more or less comfortable existence of individuals, means what O.A. Karlova calls "egocentric religion" or "ego culture where the sacred center is Ego not limited by anything".

in fact, it is what once was called "drying up" of culture down to civilization by N.A. Berdyaev. Oswald Spengler considered it to be a symptom of "the death of culture". The peculiar feature of the ideas of centuries-ago time is that today we can speak about this process,s globalization when it is not about one more situation where some cultures replace others, which are stronger and younger, but when it is about a universal process leading to so-called "postcultural" reality. The majority of modern ideas about this reality look like the judgement about unknown future from the point of view of not fully understood past. There is a naive belief appeared in them that the future brings new opportunities for eliminating problems along with itself, against which the mankind

о^о Тррошлого^в^^выделяет^^аив^я^^ QriviouSry^Q not

ленного прошлого? "В"них ~выде уверенность в том, что будущее несет с собой новые возможности устранения проблем, против которых у человечества ранее не было достаточных возможностей и средств, а теперь они появляются и нужно только разумно ими распорядиться.

Но мир меняется слишком сильно и очень быстро. Определенно можно сказать только то, что если у гуманизма вообще есть какое-то будущее, за него еще предстоит побороться. Роль религии в том, чтобы участвовать в этой борьбе на стороне трудной и пока малопопулярной идеи «поиска Бога с целью отыскать человека». Жить в культуре - значит действиями разрешать внутренние антиномии духа. Культура стоит не на плечах титанов, ее держат посильные каждодневные труды обыкновенных людей, способных различать «свет во тьме»; труды, благодаря которым зло, не уничтожаясь полностью, все же отступает от огражденного этими усилиями добра.

Конкретность индивидуального действия, осмысленная верой, становится условием всеобщего культуротворческого процесса. В русской религиозной философии очень глубоко осмыслено превозмогание скорбного чувства богооставлен-ности мира и человека. Например, для Л.С. Франка гуманизм заключен в том, что Бог дает человеку силу веры, преобразующуюся усилием духа в силу противостояния злу, тем самым указывая единственную возможную духовную перспективу. Бог выступает как абсолютная система координат, само существование которой дает возможность выбора правильного пути. Но пойдет ли человек в правильном направлении, зависит от него самого.

Это следует понимать не как перекладывание бремени свободы на плечи каждого отдельного человека, поскольку такое бремя, как уже показала история, невыносимо. Конечно, Франк прав, что состояние культуры определяется каждодневными деяниями отдельных людей, а не каким-то неведомым нам напряжением «мирового духа», по Гегелю. Но верно и обратное: направление действий разумного и верующего человека зависит от того, какой высоты способны достичь в культуре универсалии разума и веры, как им удастся объединиться в своем творении

have sufficient opportunities and resources, and now they appear and it is important to be wise to use them in a reasonable way.

But the world is rapidly and greatly changing. it is possible only to say definitely that even if humanity has any future, this future will have to be fought for. The role of religion is to take part in this fight on the side of a difficult and far less popular idea of "seeking God in order to find man". Living in culture means resolving internal antinomies of spirit by actions. Culture does not stand on the shoulders of giants, it is kept by everyday feasible work of ordinary people who are able to distinguish "light in the darkness"; these are the works due to which the evil steps back from the good, defended by these efforts, even without being completely destroyed.

The specificity of an individual action, comprehended via faith, becomes the condition of a universal cultural and creative process. in Russian religious philosophy the fact of overcoming the feeling of being left by God experienced by man and the world around him is deeply comprehended. For example, as L.S. Frank believes, the idea of humanism lies in the fact that God gives man the power of faith, converted by the force of spirit into the power to resist the evil, thus indicating the only possible spiritual perspective. God appears as the absolute coordinate system, the existence of which allows choosing the right path. But the choice of man to go in the right direction depends on his own decision.

This should be understood not as shifting the burden of freedom onto an individual, since such a burden, as history has shown, is intolerable. of course, Frank is right stating that culture is determined by everyday acts of individuals, but not by some unknown intension of "the world spirit" according to Hegel. But the opposite idea is true as well: a course of actions of a reasonable and faithful man depends on how high the universals of reason and faith can be in culture, how they will be able to join in their creation of culture. Therefore, we should not step back from these universals down to

туры. (оОЭТ1МАинель/яККат1вВтьС0СтГхЁхО о private

куль

универсалий к частным интересам гиперактивных меньшинств и саморазрушительному культу эгоцентризма.

Религия, искусство, философия и наука - это разные ветви единого древа культуры, растущие из единого корня. Этим общим корнем является миф, у которого есть своя логика, по Я. Э. Голосов-керу, и своя диалектика, по А.Ф. Лосеву. Ведь человек начинается тогда, когда он с несуществующим начинает действовать, как с существующим, то есть начинается с мифа. Человеческое познание родилось, когда человек начал сталкивать предметы и природные стихии друг с другом, возник язык жестов, рисунков, символов и слов, смысл которых продиктован смыслом их реалий. Возникло виртуальное пространство культуры, возник язык как «дом человеческого бытия», по Мартину Хайдеггеру. Поскольку каждая система понятий противоречива, наука рождает новые понятия, рождающие новые противоречия.

Сегодня виден предел применимости понятий не только бесконечности, вечности, пространства, времени, но и материи. Рождение новых понятий сопровождается глубоким смысловым преображением картины мира. Если же богословы, в свою очередь, не вдохнут новую жизнь в старые религиозные мифы, они не смогут ответить адекватно на вызовы истории, требующей новых ответов на старые вопросы. Иными словами, духовность культуры и духовность человека взаимно определимы и нельзя вывести одно из другого как следствие из причины.

iVate of hyperactive minorities and

destructive cult of self-centeredness.

Religion, art, philosophy and science are different branches of a single tree of culture, growing from a single root. This common root is the myth that has its own logic according to Ya.E. Golosovker and its dialectics according to A.F. Losev. After all, man begins when he starts to deal with the nonexistent as if it were the existent, that means he begins with the myth. Human knowledge was born when man began to push objects and natural powers with each other; it caused the appearance of the body language, pictures, symbols and words, whose meaning is dictated by the sense of their reality. The virtual space of culture emerged, as well as, according to Martin Heidegger, the language as "home of human being" did. As each system of concepts is contradictory, science creates new concepts, creating new contradictions.

Today the limit of the applicability of such concepts as the concepts of infinity, eternity, space, time and matter is obvious. The birth of new concepts is accompanied by a deep semantic transformation of the worldview. if theologians, in turn, do not give a new life to old religious myths, they will not be able to respond adequately to the challenges of history requiring new answers to old questions. in other words, the spirituality of culture and spirituality of man are mutually definable and can not be deduced from one another as a result from a cause.