ПОЛИТИЧЕСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ РОССИИ
В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
POLITICAL IDENTITY OF RUSSIA IN THE MODERN WORLD
23.00.02 Политические институты, процессы и технологии
Political institutions, processes and technologies
DOI: 10.33693/2223-0092-2020-10-4-13-21
Пространственное развитие России: исследовательские оценки и перспективы
О.В. Бахлова' ©, И.Г. Напалковаb ©, И.В. Бахлов: ©
Национальный исследовательский Мордовский государственный университет имени Н.П. Огарёва, г. Саранск, Республика Мордовия, Российская Федерация
a E-mail: olga.bahlova@gmail.com b E-mail: zamisi@yandex.ru c E-mail: bahlov@mail.ru
Аннотация. Задача: предполагаются характеристики главных направлений исследований в области пространственного развития России на современном этапе, ориентированных на определение проблем и возможностей в этой области; соотнесение положений теоретического дискурса и официальных документов Российской Федерации; обоснование путей дальнейшего пространственного развития России. Модель: исследование базируется на комплексном подходе к пониманию российского пространства и пространственного развития страны, с акцентом на сочетании факторов «внутренней геополитики» и внешней среды. Учитываются положения концепций «умножения и делокализации рисков», «вакуума политики идентичности», «уязвимости безопасности» и некоторых других, позволяющих сформировать целостное представление об их сущности и динамике. Выводы: выявлены совпадения и различия в теоретическом дискурсе и официальных документах Российской Федерации, основные тенденции и вероятные перспективы пространственного развития страны. Акцентирована опасность осуществления негативного либо консервативного сценариев ввиду сохраняющихся уязвимостей в различных пространственных полях и сегментах, в политико-управленческой плоскости, а также рисков внешнего происхождения. Показан тренд усложнения пространственной организации и композиции России в сопряжении с диверсификацией векторов соотношения идентичностей. Практическое значение и рамки исследования: полученные результаты могут применяться в области теоретических разработок проблем пространственного развития, политики идентичности, в экспертном сопровождении процесса формирования и реализации политических решений, сферах национальной, интеграционной и внешней политики Российской Федерации. Оригинальность/ ценность. Данная работа предназначена для специалистов, занимающихся изучением проблем совершенствования механизмов политического управления, центрально-региональных и межрегиональных отношений, обеспечения национальной безопасности Российской Федерации.
Ключевые слова: геополитическая ситуация, коммуникации, политическое пространство, пространственное развитие, этно-национальное пространство
Благодарности. Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ, проект «Пространственное развитие России как фактор нациестроительства и формирования национальной идеи» № 18-011-00364 А.
DOI: 10.33693/2223-0092-2020-10-4-13-21
Spatial development of Russia: Study analysis and prospects
O.V. Bakhlovaa ©, I.G. Napalkovab ©, I.V. Bakhlovc ©
National Research Ogarev Mordovia State University, Saransk, Republic of Mordovia, Russian Federation
a E-mail: olga.bahlova@gmail.com b E-mail: zamisi@yandex.ru c E-mail: bahlov@mail.ru
Abstract. Objective: it is supposed to characterize the main directions of research in the field of spatial development of Russia at the present stage, aimed at identifying problems and opportunities in this area; correlating the provisions of theoretical discourse and official documents of the Russian Federation; substantiating the ways of further spatial development of Russia. Model: The study is based on a comprehensive approach to understanding the Russian space and the spatial development of the country, with an emphasis on the combination of factors of "internal geopolitics" and the external environment. The concepts of "multiplication and delocalization of risks", "identity policy vacuum", "security vulnerabilities" and some others are taken into account, which allow us to form a holistic view of their essence and dynamics. Conclusions: there are similarities and differences in the theoretical discourse and official documents of the Russian Federation, the main trends and probable prospects for the spatial development of the country. The danger of negative or conservative scenarios is emphasized due to the remaining vulnerabilities in various spatial fields and segments, in the political and managerial plane, as well as risks of external origin. The article shows the trend of increasing complexity of spatial organization and composition of Russia in conjunction with the diversification of vectors of identity relations. Practical significance and scope of the research: the results obtained can be applied in the field of theoretical development of problems of spatial development, identity policy, in expert support of the process of forming and implementing political decisions, in the areas of national, integration and foreign policy of the Russian Federation. Originality/value. This work is intended for specialists who study the problems of improving political governance mechanisms, Central-regional and interregional relations, and ensuring the national security of the Russian Federation.
Key words: geopolitical situation, communications, political space, spatial development, ethno-national space
Acknowledgements. The study was carried out with the financial support of the Russian Foundation for basic research, the project № 18-011-00364 A.
FOR CITATION: Bakhlova O.V., Napalkova I.G., Bakhlov I.V. Spatial development of Russia: Study analysis and prospects. Sociopolitical Sciences. 2020. Vol. 10. No. 4. Pp. 13-21. (In Russ.) DOI: 10.33693/2223-0092-2020-10-4-13-21
ВВЕДЕНИЕ. ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ
Для России, как самого большого государства мира, располагающегося в двух частях света, сбалансированное пространственное развитие имеет едва ли не экзистенциальный характер. Причем в современных условиях его обеспечение связано с взаимовлиянием внутренних и внешних детерминант.
Во внутреннем измерении следует учитывать несколько устоявшихся характеристик, которые обусловлены во многом обширностью территории России и спецификой формы ее политико-территориального устройства: значительное количество разностатусных единиц, определенную группу которых составляют национально-государственные образования, имеющие отдельные суверенные атрибуты (республики в составе Российской Федерации); нормативное исключение органов местного самоуправления из системы государственных органов власти с одновременной их интеграцией в систему публичной власти / публичного управ-
ления и фактической подчиненностью региональным органам власти; межрегиональные диспропорции на фоне константного количественного преобладания дотационных регионов; протяженность границ, соответственно, большое число приграничных регионов, находящихся в особой геополитической среде; встраивание регионов (субъектов Федерации) не только в каркас общегосударственной политико-территориальной организации, но вследствие ряда проведенных преобразований, политически и экономически, - в довольно сложные конструкции с не всегда четко регламентированным статусом (федеральные округа, новые макрорегионы с профильной специализацией?).
Во внешнем измерении к таким детерминантам можно отнести: геополитическую плюрализацию постсоветского пространства; активизацию международных акторов по периметру российских границ, наличие здесь зон/очагов напряженности и конфликтности; переконфигурацию международных регионов в геоэкономической плоскости. В текущей ситуации
Бахлова О.В., Напалкова И.Г., Бахлов И.В. -
следует принимать во внимание воздействие негативных факторов и иного происхождения, например, -распространения пандемий, приводящих к ужесточению режима пересечения границ вплоть до закрытия внутреннего пространства государств. Таким образом, многие глобализационные тренды и следствия замещаются сейчас новыми, порой противоположными, что также сказывается на пространственном развитии. В то же время, пока вряд ли возможно прогнозировать линейную направленность наметившихся процессов и давать однозначные ответы на актуальные вызовы.
В свете названных обстоятельств цель нашего исследования - обозначить спектр вероятных перспектив пространственного развития России. Предполагаются следующие задачи:
1) характеристика главных направлений исследований в области пространственного развития России на современном этапе, ориентированных на определение проблем и возможностей в этой области;
2) соотнесение положений теоретического дискурса и официальных документов Российской Федерации в рассматриваемом ракурсе;
3) обоснование путей дальнейшего пространственного развития России, с акцентом на обозначение уязвимостей и невостребованных пока в должной мере потенциальных ресурсов политического управления.
Решение поставленных задач достигается в первую очередь методами компаративного анализа, применявшегося при сопоставлении пространственных полей в диахронном измерении, неформализованного содержательного анализа текстов - официальных документов в области пространственного развития России и теоретических публикаций по данной проблематике. Отбор и верификация публикаций осуществлялись через функцию расширенного поиска в системе Научной электронной библиотеки (elibrary.ru/). Важнейшие параметры поиска - словосочетание «пространственное развитие России»; тип публикации (статьи в журналах и книги); «искать с учетом морфологии»; годы публикации (2014-2020); сортировка (по релевантности). Хронологически рамки поиска соотносятся с актуализацией проблематики в дискурсивных и управленческих практиках общегосударственного уровня после принятия Федерального закона № 172-ФЗ1. Поисковый запрос по названным параметрам выдал 1728 источников. Дальнейший отбор увязывался со степенью релевантности найденных материалов. Поскольку в объеме одной статьи нельзя их все проанализировать, акцент сделан на новейших (последних трех лет) источниках. В более узком временном диапазоне (совпадающим с периодом подготовки и имплементации Стратегии пространственного развития - 2018-2020 гг.) по запросу найдены 853 публикации. Их обзор базировался на качественном анализе содержания. Разумеется, в данном случае за рамками остаются ценные работы; но стоит подчеркнуть, что многие авторы долго и плодотворно работают в очерченной области и продолжают свои изыскания на современном этапе (Е.М. Бух-
1 О стратегическом планировании в Российской Федерации: Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ (ред. от 18.07.2019). URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_164841/ (дата обращения: 30.07.2020).
вальд, С.Д. Валентей, Н.В. Зубаревич, В.Н. Лексин, П.А. Минакир, В.А. Тишков, А.Н. Швецов и др.).
Применялся сценарный анализ, позволивший конкретизировать перспективы пространственного развития России в их соотнесении с исследовательскими оценками, положениями официальных документов и результатами проведенного коллективом нашего гранта прикладного исследования (с использованием, в частности, методов экспертного опроса и стратегического ситуационного анализа) [Бахлова, Бахлов, 2019; Напалкова, Солдатова, Курочкина, 2019].
ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ДИСКУРС И СТРАТЕГИЯ ПРОСТРАНСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ИССЛЕДОВАНИЙ, ПРОБЛЕМЫ И ТЕНДЕНЦИИ ПРОСТРАНСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ
Дополняя критерии анализа исследовательских подходов, сошлемся на положения Стратегии пространственного развития РФ до 2025 года2, где выделяются, в частности, следующие проблемы: недостаточное количество центров экономического роста для обеспечения ускорения экономического роста; нереализованный потенциал межрегионального и межмуниципального взаимодействия; несбалансированное пространственное развитие крупных городских агломераций и крупнейших городских агломераций и др. Принимались во внимание и различные поля, структурирующие социально-политическое пространство, соответственно, обозначены ключевые направления с фокусировкой на конкретной тематической области и методологии.
Первый блок - теоретико-методологические вопросы организации пространства в целом [Анохин, Кузин, 2019; Полынев, Гришина, 2019]. Данная группа исследований направлена на раскрытие содержательных аспектов понятий «пространство», «пространственное развитие», «периферия», «периферизация», сущности социального, экономического, политического полей с позиций пространственной парадигмы и их отдельных сегментов (подпространств), интерпретацию пространственных концептов, институциональных условий, концептуальных основ и пр. Важно добавить, что подобного рода вопросы анализируются и в разрезе региональных процессов.
Следующий исследовательский блок предполагает концентрацию на выявлении факторов и проблем пространственного развития современной России.
В данном ключе, во-первых, можно выделить исследования особенностей экономического развития [Демьяненко, 2018; Овчинников, Кетова, Дружинин, 2019]. Наиболее востребованными темами выступают: содержание понятия «экономическое пространство», специфика его концептуализации и сегментации;
2 Стратегия пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года: утв. распоряжением Правительства Рос. Федерации от 13.02.2019 № 207-р (ред. от 31.08.2019). URL: http://Www.consultant.ru/cons/cgi/online. cgi?req=doc&base=LAW&n=332771&fld=134&dst=100008,0&r nd=0.5392464446538636#0572551461031678 (дата обращения: 30.07.2020).
структуризация экономического пространства региона; влияние на морфологию экономического пространства региона архитектоники каркаса его экономической системы; оптимизация экономического пространства через особые экономические зоны; межрегиональное социально-экономическое и технологическое неравенство; поляризованный и диверсифицированный пространственный рост и др. Примечательно их рассмотрение во взаимосвязи с ситуацией в области федеративных отношений и местного самоуправления [Бухвальд, Валентей, Одинцова, 2020].
Во-вторых, пространственного развития городских агломераций [Павлов, 2018; Швецов, 2018]. Здесь актуализируются вопросы несбалансированного пространственного развития городских агломераций, развития малых городов России в условиях государственных и глобальных вызовов; перспективные направления пространственной организации города, организация управления городскими агломерациями и их стратегическое проектирование. Одна из констант рассуждений: разрыв между городами-центрами и городами периферийного значения приводит к дальнейшей стагнации депрессивных российских регионов.
В-третьих, политического пространства России [Деткина, 2018; Кучинов, 2018]. Исследователи отмечают, что современное политическое пространство - многомерное, многоуровневое образование, характеризующееся глобальностью, открытостью и неустойчивостью. Российское политическое пространство понимается как часть глобального пространства, поэтому признается сильное давление на него внешних факторов. Среди внутренних факторов выделяются полиэтничность и поликонфессиональность, могущие усиливать уровень конфликтогенности. Преобразование политического пространства рассматривается через призму изменений в коммуникативном пространстве - информатизации, виртуализации повседневности и трансформации публичности [Зорина, 2018]. Представляются значимыми анализ пространственных характеристик пространства политической коммуникации, определение его элементов и динамики. Собственно информационное пространство, специфика информационных процессов тоже находится в фокусе исследовательского внимания [Кефели, Мальмберг, 2019]. Солидаризируемся с мнением, что информационное пространство, являясь объективно существующим феноменом современного общества, выполняет ряд конструктивных и деструктивных функций и оказывает непосредственное влияние на национальную безопасность. Весьма насущный вывод - при планировании и организации внутриполитической и внешнеполитической управленческой деятельности для защиты информационного суверенитета государства необходимо учитывать «информационный потенциал государства».
В-четвертых, специфики этнонационального пространства России, его проблемных зон, нациестрои-тельства как способа формирования конструктивных межэтнических отношений [Максимова, 2018; Бахлова, Бахлов, 2019; Напалкова, Солдатова, Курочкина, 2019; Fabrykant, Magun, 2019]. Справедливо отмечается, что национальное пространство, будучи одним из измере-
ний социального пространства, транслирует сущность и характер взаимоотношений этносов внутри государства, процессы, события, конфликты в межнациональной сфере, репрезентирует степень сформированности соционации, ее социокультурную зрелость и т.д. В данной плоскости также выявляются различные трансформации, в рамках которых социально-политическое пространство разграничивается по этническому принципу. Подчеркивается, что при общем тренде снижения межэтнической напряженности нельзя переоценивать улучшение межэтнических отношений.
В-пятых, проблем управления пространственным развитием [Мирошников, 2018; Курушина, 2019]. Авторами указывается на возрастание роли государственного регулирования пространственного развития вследствие роста межрегиональной дифференциации и одновременно - на сложности определения его эффективности, результативности управляющих воздействий государства; на необходимость использования стратегического планирования на основе системного подхода, а также исторически сложившейся парадигмы управления, базирующейся на планировании, мотивации, организации и контроле. Акцентирован социальный подход по сферам деятельности групп стейкхолдеров, включая органы власти, гражданское и бизнес-сообщество. Следует отметить интерес к механизмам и инструментам государственной политики в области пространственного развития [Швецов, 2018; Рождественская, 2020].
В-шестых, территорий, отличающихся от остальной части страны в силу их уникального статуса [Лаженцев, 2018; Шуплецов, Латышева, 2019]. Ключевые сюжеты -оптимизация процессов освоения территорий Севера и Арктики России, законодательно-правовое закрепление градостроительного освоения территорий с охранным статусом; повышение привлекательности районов Забайкалья; обеспечение необходимых условий в северных районах Сибири и Дальнего Востока для привлечения большего количества населения и др.
В-седьмых, геополитической стабильности России в условиях конфронтации и санкционной политики [Вендина, 2019; Проблемы экономической безопасности..., 2019]. Авторами признаются увеличение рисков и угроз внутреннего и внешнего происхождения, которые следует элиминировать с целью сохранения государственной целостности РФ и обеспечения прочности ее позиций в мире; необходимость совершенствования межведомственного взаимодействия при реализации государственной политики РФ в области безопасности. Актуализируется представление о пространственном контуре Западного порубежья России с особой типологической структурой.
Еще один блок работ - приоритеты пространственного развития [Лексин, 2018; Бухвальд, 2019; Кузнецова, 2019]. Их авторы справедливо полагают, что система приоритетов - чрезвычайно значимый инструментарий планирования стратегического характера. Исходя из современной парадигмы пространственного развития, они настаивают на построении ее модели с учетом вовлечения в народнохозяйственный оборот новых территорий; ориентиры - развитие регионов или групп регионов, обладающих специфическими признаками и особой важностью для страны и обеспечения
Бахлова О.В., Напалкова И.Г., Бахлов И.В. -
безопасности. Согласимся с тем, что Стратегия пространственного развития отличается концептуальными преимуществами по сравнению с ранее принятыми в РФ документами, однако не решает ключевые проблемы и не адаптирована полностью к современным реалиям [Зубаревич, 2019: 135-136]. Другой заслуживающий пристального внимания вывод - о важности государственной политики, направленной на синхронизацию центробежных и центростремительных эффектов [Минакир, 2019: 977].
В качестве завершающего блока выделим исследования, посвященные анализу перспектив пространственного развития России, определяемых посредством стратегических и прогнозных методик, нацеленных на снижение актуальных рисков [Руднева, Соколов, 2018; Кузнецов, Межевич, Шамахов, 2019]. Главные аспекты - возможности использования эффекта агломерирования для решения задач регионального развития, особенности процессов трансформации внутрирегиональной системы расселения в ряде регионов РФ, оценка состояния демографической безопасности регионов страны.
Главными тенденциями пространственного развития России в теоретическом дискурсе выступают пе-риферизация, провинциализация значительной части территории РФ (регионов, малых и средних городов) параллельно с мегаполизацией крупнейших и крупных городских агломераций; неравномерность пространственного развития страны; повышение уязвимости внутреннего пространства перед внешними вызовами и угрозами; дальнейшая структуризация, сегментация пространства, допускающие пересечение и взаимопроникновение полей; актуализация информационного и коммуникативного пространств; дифференциация политического пространства, его виртуализация; укрепление государственно-гражданских начал в эт-нопространстве России с одновременным сохранением проблемных зон. Это лишь некоторые тенденции, признаваемые наиболее выраженными. Как видно, они в большинстве своем имеют либо негативный подтекст, либо свидетельствуют об общем повышении сложности организации внутреннего и внешнего пространств и факторов, на них влияющих.
Сопоставление значительного числа исследовательских оценок в данной плоскости с видением авторов Стратегии пространственного развития говорит о большей оптимистичности восприятия ситуации именно в официальном документе, которое порой даже излишне «благостно». Так, в Стратегии среди выделяемых тенденций положительного плана называются стабилизация численности населения в большинстве субъектов Российской Федерации, сокращение межрегиональных социально-экономических диспропорций (одновременно в качестве одной из проблем фиксируется высокий уровень межрегионального социально-экономического неравенства). Недостаточно в документе, на наш взгляд, проявляется осознание геополитических рисков и вызовов. Если сравнивать положения Стратегии с другими официальными документами Российской Федерации, где таковые формулируются, можно увидеть серьезные различия в характеристике глобальной ситуации и в степени внимания к внешнему измерению. В частности, в Стратегии
национальной безопасности Российской Федерации3 утверждается, что процесс формирования новой полицентричной модели мироустройства сопровождается ростом глобальной и региональной нестабильности; говорится об углублении разрыва между уровнями благосостояния стран, борьбе за ресурсы, доступ к рынкам сбыта, контроль над транспортными артериями и т.п. В Стратегии пространственного развития предусматривается интеграция в систему мирохозяйственных связей, по крайней мере, позиционируется по сути своей глобалистский подход с вектором на активное вовлечение России в них. Однако соответствующие опасности и уязвимости в данной плоскости мало учитываются, в том числе проявления и последствия санкционной политики и «торговых войн».
В то же время одним из направлений пространственного развития России видится обеспечение национальной безопасности Российской Федерации за счет социально-экономического развития геостратегических территорий Российской Федерации. Таковые обозначены в Приложении № 4 к документу. Предусматривается комплекс мероприятий по их социально-экономическому развитию, включая приграничное сотрудничество с сопредельными странами4. Однако градация геостратегических территорий могла бы быть более развернутой и дифференцированной. Кроме того, из содержания анализируемого документа не следует, будут ли установлены какие-либо координационные взаимосвязи между федеральными округами и макрорегионами, создаваемыми на основании Приложения № 2. Неясно также будущее совмещения различных уровней территориальной идентичности после их образования.
ПЕРСПЕКТИВЫ И ПУТИ ПРОСТРАНСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ РОССИИ
В целом Стратегия пространственного развития -документ, предполагающий по большей степени акцент на социально-экономической стороне проблемы. Само понятие «пространственное развитие» трактуется в нем как «совершенствование системы расселения и территориальной организации экономики, в том числе за счет проведения эффективной государственной политики регионального развития». Вместе с тем даже это определение побуждает обратить большее внимание в данной связи на потенциал и механизмы политико-правового плана. Основываясь на результатах наших предшествующих исследований, прежде
3 Стратегия национальной безопасности Российской Федерации: утв. Указом Президента Российской Федерации от 31.12.2015 № 683. URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/ online.cgi?req=doc&base=LAW&n=191669&fld=134&dst=10000 00001,0&rnd=0.006397237978736925#03953070668743863 (дата обращения: 30.07.2020).
4 План реализации Стратегии пространственного развития Российской Федерации на период до 2025 года: утв. Распоряжением Правительства Российской Федерации от 27.12.2019 № 3227-р. URL: https://www.economy.gov.ru/mate-rial/file/108d64418eca19f746e96fa20a7b6eb7/ (дата обращения: 30.07.2020).
всего стратегического ситуационного анализа5 [Напалкова, Солдатова, Курочкина, 2019], а также авторитетные мнения специалистов, чьи работы были нами проанализированы, сформулируем некоторые допущения относительно некоторых перспектив пространственного развития России с геополитической точки зрения. В теоретико-методологическом плане будем руководствоваться установками концепций «умножения и делокализации рисков» (У. Бек), «Острова России» (В.Л. Цымбурский), «вакуума политики идентичности» (Б.В. Межуев), «уязвимости безопасности» (К. Робертс), концепции деятельностной консолидации общества (В.Ш. Сургуладзе).
В течение ближайших 1-2 лет более вероятен консервативный сценарий, который может перерасти в негативный. Названные выше детерминанты внутреннего и внешнего происхождения провоцируют, в частности, дополнительные меры изоляционистского характера, что может ухудшить условия трансграничного и межрегионального взаимодействия с участием субъектов РФ и сократить их ресурсы для обеспечения внутрирегиональных проектов. Наиболее уязвимым выглядит пограничье (приграничье). В геополитическом плане существует вероятность уменьшения экспансии международных акторов вследствие испытываемых ими экономических и иных трудностей. С другой стороны, на фоне дестабилизации глобальной и региональной ситуации можно ожидать и попытки организации новых «цветных революций». Социально-демографические факторы в таких ограничительных рамках вряд ли могут рассматриваться как движущая сила поступательного развития. Во внутриполитической плоскости дополнительную настороженность могут создавать торможение конституционной реформы, отсутствие должных средств на осуществление / завершение инфраструктурных проектов и национальных проектов в целом, что в официальном дискурсе позиционируется как один из ключевых драйверов развития. Управленческие механизмы должны корректироваться с учетом стимулирования контактов между регионами внутри страны и поддержки муниципалитетов. Собственно, этот путь намечается и в Стратегии пространственного развития.
На период до 2024/25 гг. в целом можно ожидать более положительную динамику в разных сферах за счет преодоления рецессии, пандемии и некоторых других вызовов. Восстановление экономической активности предположительно будет способствовать продвижению относительно новых форм кооперационного или интеграционного характера (например, приграничных кластеров), реанимации межрегиональных ассоциаций экономического взаимодействия, что позволит устранить перекосы в коммуникативном пространстве Федерации. На федеральном уровне при благоприятном развитии ситуации ввиду приближающихся избирательных кампаний власть способна выступить инициатором новых социальных мер, хотя, на наш
5 Бахлов И.В., Бахлова О.В. Государственная политика Российской Федерации в сферах межнациональных и федеративных отношений: стратегический ситуационный анализ // Гуманитарные и политико-правовые исследования. 2019. № 4 (7). URL: http:// svijoumal.m/wp-content/uploads/2019/12/Бахлов-Бахлова-ста-тья.pdf (дата обращения: 30.07.2020).
взгляд, здесь не стоит ожидать «прорывных решений»; согласиться на серьезные корректировки механизмов бюджетного федерализма в пользу регионов, усилить субсидирование «реципиентов». В геополитическом ракурсе можно надеяться на стимулирование интеграционных проектов с участием России, в рамках которых будут разработаны и внедрены механизмы содействия регионам и иным значимым агентам интеграционных процессов. Хотя складывающаяся ситуация в отношениях даже между ближайшими партнерами по интеграционному взаимодействию, например, Россией и Белоруссией, не располагает к оптимистичным ожиданиям. Негативным фактором длительного действия остается украинский кризис и вовлечение в него внешних сил, стремящихся к дальнейшей плюрализации региона традиционных российских интересов.
На период до 2030 г.: совокупность внутренних и внешних рисков побуждает скорее к негативному или консервативному сценариям. В оптимистическом спектре идеальные образы включают превращение регионов в «точки роста» на пространстве России и более широко - пространстве Содружества Независимых Государств, а также переход к модели инновационного развития. В реальности более оправданным выглядит вариант частичной модификации сложившихся практик и механизмов путем расширения грантов местным сообществам, обмена опытом по горизонтали и вертикали между управляющими субъектами, экспертными структурами и научно-образовательными учреждениями, усиление координации действий субъектов Федерации по реализации пространственного потенциала развития. Геополитически благоприятный фон пространственного развития могут поддерживать смягчение международной напряженности, создание прочных стратегических коалиций с участием России, создание «общих пространств» с Европейским Союзом (ЕС), внедрение подлинной наднациональности в Евразийском экономическом Союзе (ЕАЭС) и Союзном государстве Беларуси и России, реализация значимых для России международных инфраструктурных проектов. Однако указанные выше уязвимости вряд ли располагают к этому. В том числе представляется крайне маловероятной «интеграция интеграций» (ЕАЭС+ЕС). Скорее вероятны коммуникации по принципу ad hoc и «геополитические размены».
ВЫВОДЫ
Как в теоретическом дискурсе, так и в официальных документах Российской Федерации отражается много-слойность представлений о текущей и будущей ситуации в области пространственного развития, ее векторах, «внутренней геополитике» и специфике внешней среды. В работах исследователей оценки более смещены в негативный спектр, в Стратегии пространственного развития на период до 2025 г. - в позитивный. Собственно, это обусловлено ее предназначением, хотя опасность инерционного сценария осознается и фиксируется в документе. Положительными моментами можно признать понимание специфики разных частей страны, причем с учетом не только особенностей ведения хозяйственной деятельности, но и существенного значения для обеспечения территориальной
Бахлова О.В., Напалкова И.Г., Бахлов И.В. -
целостности и безопасности РФ. Это также находит свое отражение не только на теоретическом уровне, но и в политико-управленческих решениях и документах стратегического планирования. В целом речь преимущественно идет о внедрении дифференцированного подхода. Однако чрезмерная артикуляция дифференциации может привести к размыванию представлений о целостности российского пространства и стать основой для новых очагов регионального сепаратизма. Впрочем, ее недооценка также потенциально усиливает отчуждение депрессивных, эксклавных, приграничных и иных территорий, элиты и население которых могут считать себя обделенными вниманием со стороны федерального центра. В свою очередь, дифференциация неизбежно сказывается на соотношении политических идентичностей.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Совокупность внутри- и внешнеполитических обстоятельств обусловливает усредненность ожиданий по реализации намеченных целевых ориентиров
ЛИТЕРАТУРА
1. Анохин А.А., Кузин В.Ю. Подходы к выделению периферии и периферизация в пространстве современной России // Известия Русского географического общества. 2019. Т. 151. № 1. С. 3-16.
2. Бахлова О.В., Бахлов И.В. Государственная политика наци-естроительства в России: содержание, институты и механизмы // Регионология. Regionology. 2019. Т. 27. № 3 (108). С. 413-435.
3. Бухвальд Е.М. Приоритеты Стратегии пространственного развития: возможности и ограничители // Региональная экономика. Юг России. 2019. Т. 7. № 3. С. 4-13.
4. Бухвальд Е.М., Валентей С.Д., Одинцова А.В. Экономические проблемы федерализма, региональной политики и местного самоуправления // Вестник Института экономики Российской академии наук. 2020. № 1. С. 51-76.
5. Вендина О. Жить в пограничье: интерпретация проблем пограничной безопасности жителями приграничных городов России // Laboratorium: Журнал социальных исследований. 2019. № 11 (2). С. 39-69.
6. Демьяненко А.Н. Регион и экономическое пространство // Регионалистика. 2018. Т. 5. № 3. С. 5-12.
7. Деткина В.О. Теория политического пространства в российских диссертационных исследованиях 2001-2016 г. // Политическая наука. 2018. № 2. С. 297-306.
8. Зорина Е.Г. Особенности постреальности и их влияние на политическое пространство // Вестник Московского университета. Сер. 12: Политические науки. 2018. № 4. С. 91-98.
9. Зубаревич Н.В. Стратегия пространственного развития: приоритеты и инструменты // Вопросы экономики. 2019. № 1. С. 135-145.
10. Кефели И.Ф., Мальмберг С.А. Информационный потенциал государства как основа информационного суверенитета // Управленческое консультирование. 2019. № 1. С. 29-39.
11. Кузнецов С.В., Межевич Н.М., Шамахов В.А. Стратегия пространственного развития Российской Федерации и перспективы развития приморских агломераций // Управленческое консультирование. 2019. № 6. С. 10-18.
12. Кузнецова О.В. Проблема выбора приоритетов пространственного развития // Вопросы экономики. 2019. № 1. С. 146-157.
13. Курушина Е.В. Управление пространственным развитием на основе межрегиональной экономической интеграции. Тюмень: ТИУ, 2019. 176 с.
в пространственном измерении России. Сохраняющиеся уязвимости наблюдаются и в области политико-управленческих подходов, и непосредственно в системе и практике управления, где региональный и особенно местный уровни чрезмерно зависимы от центра. В анализируемой Стратегии предполагается учет этнокультурного фактора, однако закрепляемые в ней механизмы не акцентируют возможности, например, «этнотерриторий».
В текущей ситуации полагаем оправданными: отказ от опоры в качестве «точек роста» исключительно на мегаполисы или «регионы-доноры»; преобразование федеральных округов в уровень территориального управления, разработку концепции «укрупнения» регионов с учетом этнического фактора, урегулирование проблемы интерпретации макрорегионов в едином общесистемном ключе; активизацию комплексных научных исследований, профессиональной и общественной экспертизы, расширение взаимодействия исследовательских центров, органов государственной власти и управления, деловых кругов, общественных объединений, в том числе национально-культурных автономий.
REFERENCES
1. Anokhin A.A., Kuzin V.Yu. Approaches to the allocation of periphery and peripheralization in the spatial development of modern Russia. Proceedings of the Russian Geographical Society. 2019. Vol. 151. No. 1. Pp. 3-16. DOI: https://doi. org/10.31857/S0869-607115113-16 (In Russ.)
2. Bakhlova O.V., Bakhlov I.V. State policy of nation-building in Russia: content, institutions and mechanisms. Russian Journal of Regional Studies. 2019. Vol. 27. No. 3. Pp. 413-435. DOI: https://doi.org/10.15507/2413-1407.107.027.201903.413-435 (In Russ.)
3. Buhvald E.M. Priorities of the spatial development Strategy: opportunities and constraints. Regional Economy. South of Russia. 2019. Vol. 7. No. 3. Pp. 4-13. DOI: https://doi. org/10.15688/re.volsu.2019.3.1 (In Russ.)
4. Buhvald E.M., Valentey S.D., Odintsova A.V. Economic problems of federalism, regional policy and local self-government. Bulletin of Institute of Economics of the Russian Academy of Sciences. 2020. No. 1. Pp. 51-76. DOI: https://doi. org/10.24411/2073-6487-2020-10003 (In Russ.)
5. Vendina O. Living in the Borderlands: interpretation of border security problems by residents of Russian border cities. Laboratorium: Journal of Social Study. 2019. Vol. 11. No. 2. Pp. 39-69. DOI: https://doi.org/10.25285/2078-1938-2019-11-2-30-69 (In Russ.)
6. Demyanenko A.N. Region and economic space. Regionalistics.
2018. Vol. 5. No. 3. Pp. 5-12. DOI: https://doi.org/10.14530/ reg.2018.3.5 (In Russ.)
7. Detkina V.O. Theory of political space in Russian dissertation research (2001-2016). Political science. 2018. No. 2. Pp. 297-306. Available from: https://www.elibrary.ru/item. asp?id=35359394 (accessed 30.07.2020). (In Russ.)
8. Zorina E.G. Features of Post-reality and their Influence on the Political Space. Bulletin of Moscow University. Ser. 12: Political Science. 2018. No. 4. Pp. 91-98. Available from: https://elibrary.ru/ item.asp?id=37741154 (accessed 30.07.2020). (In Russ.)
9. Zubarevich N.V. Spatial development Strategy: Priorities and instruments. Economic Issue. 2019. No. 1. Pp. 135-145. DOI: https://doi.org/10.32609/0042-8736-2019-1-135-145 (In Russ.)
10. Kefeli I.F., Malmberg S.A. State in information capacity as information sovereignty basics. Administrative Consultation.
2019. No. 1. Pp. 29-39. DOI: https://doi.org/10.22394/1726-1139-2019-1-29-39 (In Russ.)
11. Kuznetsov S.V., Mezhevich N.M., Shamakhov V.A. Strategy of spatial development of the Russian Federation and prospect
14. Кучинов А.М. Формирование политического пространства в условиях квазиполитики // Политическая наука. 2018. № 2. С. 116-235.
15. Лаженцев В.Н. Социально-экономическое пространство и территориальное развитие Севера и Арктики России // Экономика региона. 2018. Т. 14. № 2. С. 353-365
16. Лексин В.Н. Стратегия пространственного развития страны: дискуссия о приоритетах // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник / отв. ред. В.И. Герасимов. Вып. 13. Ч. 2. М.: ИНИОН РАН, 2018. С. 114-118.
17. Максимова О.Н. Этническая идентичность как демаркация социально-политического пространства // Современное общество и власть. 2018. № 3 (17). С. 46-57.
18. Минакир П.А. Российское экономическое пространство: стратегические тупики // Экономика региона. 2019. Т. 15. № 4. С. 967-980.
19. Мирошников С.Н. Пространственное развитие как основа системного подхода государственного управления территориями // Социум и власть. 2018. № 4 (72). С. 61-67.
20. Напалкова И.Г., Солдатова А.С., Курочкина К.В. Специфика развития этнонационального пространства современной России как фактор нациестроительства: стратегический ситуационный анализ // Регионология. Regionology. 2019. Т. 27. № 4. С. 734-755.
21. ОвчинниковВ.Н.,КетоваН.П., Дружинин А.Г. Развитие рынков и структуризация экономического пространства региона // Terra Economicus. 2019. № 17 (2). С. 77-95.
22. Павлов Ю.В. Совершенствование правового регулирования развития городских агломераций // Ars Administrandi (Искусство управления). 2018. Т. 10. № 3. С. 466-488.
23. Полынев А.О., Гришина И.В. Методические подходы к построению типологии регионов для разработки стратегии пространственного развития России // Региональная экономика. Юг России. 2019. Т. 7. № 1. С. 29-41.
24. Проблемы экономической безопасности регионов западного порубежья России / под ред. Г.М. Федорова. Калининград: БФУ имени И. Канта, 2019. 267 с.
25. Рождественская И.А. Механизмы реализации Стратегии пространственного развития России: возможности и риски // Самоуправление. 2020. Т. 2. № 1 (118). С. 348-351.
26. Руднева О.С., Соколов А.А. Прогноз пространственного развития территорий на основе анализа демографической безопасности регионов степной зоны // Вестник Челябинского государственного университета. 2018. Т. 63. № 12 (422). С. 81-87.
27. Швецов А.Н. Инструменты политики поляризованного пространственного развития // Федерализм. 2018. № 1 (89). С. 82-103.
28. Швецов А.Н. Управление городскими агломерациями: организационно-правовые варианты // Регионалистика. 2018. Т. 5. № 1. С. 19-30.
29. Шуплецов А.Ф., Латышева М.А. Механизм эффективного освоения территорий Забайкальского края // Известия Байкальского государственного университета. 2019. Т. 29. № 2. С. 332-341.
30. Fabrykant M., Magun V. Dynamics of national pride attitudes in post-soviet Russia, 1996-2015. Nationalities Papers. 2019. Vol. 47. Issue 1. Рр. 20-37.
of seaside agglomerations. Administrative Consultation. 2019. No. 6. Pp. 10-18. DOI: https://doi.org/10.22394/1726-1139-2019-6-10-18 (In Russ.)
12. Kuznetsova O.V. Trade-offs of spatial development priorities choice. Economic Issue. 2019. No. 1. Pp. 146-157. DOI: https:// doi.org/10.32609/0042-8736-2019-1-146-157 (In Russ.)
13. Kurushina E.V. Management of spatial development on the basis of interregional economic integration. Tyumen, 2019.
14. Kuchinov A.M. Political space formation under quasi-politics conditions. Political Science. 2018. No. 2. Pp. 116-235. Available from: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=35359384 (accessed 30.07.2020). (In Russ.)
15. Lazhencev V.N. Socio-economic space and territorial development of the North and Arctic of Russia. Economy of Region. 2018. Vol. 14. No. 2. Pp. 353-365. DOI: https://doi. org/10.17059/2018-2-2 (In Russ.)
16. Leksin V.N. Spatial development strategy of the country: discussion on priorities. Russia: trends and prospects of development. Yearbook. V.I. Gerasimov (ed.). Issue 13. Part 2. Moscow,
2018. Pp. 114-118. (In Russ.)
17. Maksimova O.N. Ethnic identity as a demarcation of the sociopolitical space. Contemporary Society and Government. 2018. No. 3. Pp. 46-57. Available from: https://www.elibrary.ru/item. asp?id=36511880 (accessed 30.07.2020). (In Russ.)
18. Minakir P.A. Russian economic space: Strategic impasses. Economy of Region. 2019. Vol. 15. No. 4. Pp. 967-980. DOI: https://doi.org/10.17059/2019-4-1 (In Russ.)
19. Miroshnikov S.N. Spatial development as the basis of system approach of state territorial management. Society and Power. 2018. No. 4. Pp. 61-67. Available from: https://elibrary.ru/ item.asp?id=36367643 (accessed 30.07.2020). (In Russ.)
20. Napalkova I.G., Soldatova A.S., Kurochkina K.V. Specifics of the Development of the Ethno-National Space of Modern Russia as a Factor in Nation Building: A Strategic Situational Analysis. Russian Journal of Regional Studies. 2019. Vol. 27. No. 4. Pp. 734-755. DOI: https://doi.org/10.15507/2413-1407.109.027.201904.734-755 (In Russ.)
21. Ovchinnikov V.N., Ketova N.P. Structural change in regional economy and local markets development. Terra Economicus.
2019. No. 17. Pp. 77-95. DOI: https://doi.org/10.23683/2073-6606-2019-17-2-77-95 (In Russ.)
22. Pavlov Yu.V. Improvement of Legal Regulation of Urban Agglomerations Development. Ars Administrandi. 2018. Vol. 10. No. 3. Pp. 466-488. DOI: https://doi.org/10.17072/2218-9173-2018-3-466-488 (In Russ.)
23. Polynev A.O., Grishina I.V. Methodological Approaches to Regions' Typology for Working out the Strategy of Russia's Spatial Development. Regional Economy. South of Russia. 2019. Vol. 7. No. 1. Pp. 29-41. DOI: https://doi.org/10.15688/re.vol-su.2019.1.3 (In Russ.)
24. Problems of economic security of the regions of the Western border of Russia. G.M. Fedorov (ed.). Kaliningrad, 2019.
25. Rozhdestvenskaya I.A. Implementation mechanisms for the Strategy of spatial development: opportunities and risks. Samoupravlenie. 2020. Vol. 2. No. 1. Pp. 348-351. Available from: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=42590581 (accessed: 30.07.2020). (In Russ.)
26. Rudneva O.S., Sokolov A.A. [The forecast of spatial development of territories on the basis of the analysis of demographic security of regions of the steppe zone. Bulletin of Chelyabinsk State University. 2018. Vol. 63. No. 12. Pp. 81-87. DOI: https:// doi.org/10.24411/1994-2796-2018-11209 (In Russ.)
27. Shvetsov A.N. The instruments of polarized spatial development policy. Federalism. 2018. No. 1. Pp. 82-103. Available from: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=32819274 (data accessed: 30.07.2020). (In Russ.)
28. Shvetsov A.N. Managing urban agglomerations: organizational and legal variations. Regionalistics. 2018. Vol. 5. No. 1. Pp. 1930. DOI: https://doi.org/10.14530/reg.2018.1.19 (In Russ.)
29. Shupletsov A.F., Latysheva M.A. Mechanism of effective development of territories of Zabaikalsky Kray. Bulletin of Baikal State University. 2019. Vol. 29. No. 2. Pp. 332-341. DOI: https:// doi.org/10.17150/2500-2759.2019.29(2) (In Russ.)
30. Fabrykant M., Magun V. Dynamics of national pride attitudes in post-soviet Russia, 1996-2015. Nationalities Papers. 2019. Vol. 47. Issue 1. Pp. 20-37.
Бахлова О.В., Напалкова И.Г., Бахлов И.В. -
Статья проверена программой Антиплагиат. Оригинальность - 89,33%
Статья поступила в редакцию 31.07.2020, принята к публикации 26.08.2020 The article was received on 31.07.2020, accepted for publication 26.08.2020
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
Бахлова Ольга Владимировна, доктор политических наук, доцент; профессор кафедры всеобщей истории, политологии и регионоведения Национального исследовательского Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарёва. Саранск, Республика Мордовия, Российская Федерация. ORCID: http://orcid. org/0000-0002-3849-8321. Researcher ID: W-2198-2019. E-mail: olga.bahlova@gmail.com
Напалкова Ирина Геннадьевна, кандидат исторических наук, доцент; доцент кафедры всеобщей истории, политологии и регионоведения Национального исследовательского Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарёва. Саранск, Республика Мордовия, Российская Федерация. ORCID: http://orcid/ org/0000-0003-3896-16004. Researcher ID: AAB-9845-2019. E-mail: zamisi@yandex.ru
Бахлов Игорь Владимирович, доктор политических наук, доцент; заведующий кафедрой всеобщей истории, политологии и регионоведения Национального исследовательского Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарёва. Саранск, Республика Мордовия, Российская Федерация. ORCID: http://orcid. org/0000-0001-6886-5762. Researcher ID: T-4657-2019. E-mail: bahlov@mail.ru
ABOUT THE AUTHORS
Olga V. Bakhlova, Dr. Sci. (Polit.), Associate Professor; professor at the Department of General History, Political Science and Area Studies of the National Research Ogarev Mordovia State University. Saransk, Republic of Mordovia, Russian Federation. ORCID: http://orcid.org/0000-0002-3849-8321. Researcher ID: W-2198-2019. E-mail: olga. bahlova@gmail.com
Irina G. Napalkova, Cand. Sci. (Hist.), Associate Professor; associate professor at the Department of General History, Political Science and Area Studies of the National Research Ogarev Mordovia State University. Saransk, Republic of Mordovia, Russian Federation. ORCID: http://orcid/ org/0000-0003-3896-16004. Researcher ID: AAB-9845-2019. E-mail: zamisi@yandex.ru
Igor V. Bakhlov, Dr. Sci. (Polit.), Associate Professor; Head at the Department of General History, Political Science and Area Studies of the National Research Ogarev Mordovia State University. Saransk, Republic of Mordovia, Russian Federation. ORCID: http://orcid.org/0000-0001-6886-5762. Researcher ID: T-4657-2019. E-mail: bahlov@mail.ru