• решить проблематику непрерывного образования (что подтверждает необходимость получения образования динамично, в течение всей трудовой деятельности), в том числе без отрыва от исполнения основных должностных обязанностей.
Все это значит, что спустя почти 20 лет можно считать поставленную государством задачу выполненной, а примененную социальную образовательную
технологию — успешно реализуемой и достойной тиражирования.
литература
1. О подготовке управленческих кадров для организаций народного хозяйства Российской Федерации: Указ Президента Российской Федерации от 23 июля 1997 г. № 774.
2. О подготовке управленческих кадров для организаций народного хозяйства Российской Федерации в 2007/08-2017/18 учебных годах: Постановление Правительства Российской Федерации от 24 марта 2007 г. № 177.
3. Материалы из речи генерального секретаря ВКП(б) И. В. Сталина от 4 мая 1935 г. в Кремлевском дворце перед выпускниками военных академий.
4. Быстрянцев С. Б. Методология и теория в социологическом исследовании. СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2010.
5. Овсянников А. А. Система образования в России и образование России // Мир России. 1999. Т. 8. № 3. С. 73-132.
6. Ожегов Ю. Г., Журавлев П. В. Управление персоналом. М., 1997.
7. Russ F. S. Manpower panning system. 1983.
8. http://government.ru/department/151/about/ (дата обращения: 17.11.2015).
9. http://www.pprog.ru/about/ (дата обращения: 17.11.2015).
УДК 316.35
В. Н. Мухортова
Профессиональная идентичность российских врачей: результаты социологического исследования
V. N. Mukhortova. Professional identity of physicians in Russia: the results of sociological research
В статье представлены результаты социологического исследования профессиональной идентичности российских врачей. Профессиональная идентичность представлена одной из важнейших социальных характеристик врачебного сообщества, формируемой общими ценностями и ролевыми ожиданиями. Схожая позитивная идентичность влияет на сплоченность профессиональной группы и ее способность выступать в качестве субъекта социального действия. Приводятся данные по таким
The article presents the results of sociological research of professional identity of Russian physicians. Professional identity presents one of the most important social characteristics of the medical community which is formed by common values and role expectations. Similar positive identity has affected into the cohesion of the professional group and its ability to act as a subject of social action. It is provided such indicators as the position of professional identity in the Ge-
Вероника Николаевна Мухортова — доцент кафедры философии и социальных коммуникаций Санкт-Петербургского государственного университета гражданской авиации. © В. Н. Мухортова, 2015
показателям, как положение профессиональной идентичности в общей системе социальной идентичности, восприятие уровня значимости профессии врача, представления о возможностях личного профессионального развития, мотивы выбора профессии.
Ключевые слова: профессиональная группа; профессиональная идентичность; врачебное сообщество.
Контактные данные: 196210, Санкт-Петербург, ул. Пилотов, д. 38; (812) 704-15-74; veronika_mukhortova@mail.ru.
neral system of social identity, the perception of the level of the medical profession importance, views about the capabilities of a personal professional development, the motives of profession choice.
Keywords: professional group; professional identity; medical community.
Contact details: Pilotov Str. 38, St. Petersburg, Russian Federation, 196210; (812) 704-15-74; veronika_mukhortova@mail.ru; veronika_mu-khortova@mail.ru.
Анализ работ в области социологии профессий и профессиональных групп позволяет сделать вывод о темах, интересующих специалистов в сфере профессиональной идентичности: это, прежде всего, ожидания и предпочтения в профессии, идеальные образы профессии; профессиональные нормы и ценности; модели профессиональной самопрезентации и мотивы выбора профессии. По данным исследований «Граждане России: кем они себя ощущают и в каком обществе хотели бы жить?», проводимых Институтом социологии РАН, профессиональная идентичность занимает лидирующую позицию наряду с территориальной и гражданской и, являясь одной из базисных, отражает связь с первичными общностями [8, с. 29]. Профессиональная идентичность в большинстве случаев играет важную роль в солидарности, единстве коллектива, определяет тип профессиональной культуры и профессионального поведения личности.
Задачи и методы исследования
Объектом данного эмпирического исследования выступили врачи Москвы и Санкт-Петербурга. Для изучения значимых показателей профессиональной идентичности профессия врача является оптимальной и тематически насыщенной, так как, во-первых, наделяется большой социальной значимостью и постоянно является объектом пристального общественного внимания и, во-вторых, обладает признаками и свойствами «классической профессии». К ним относят автономность, ограниченный вход в профессию, развитые этические нормы, связанные с высоким уровнем ответственности, наличие авторитетных профессиональных объединений, сильные позиции профессии на рынке труда, а также идентификационные процессы, активизирующиеся как на индивидуальном, так и на групповом уровнях. Схожая идентификация является одной из важнейших социальных характеристик профессионального врачебного сообщества, формируемых общими ценностями и ролевыми ожиданиями: в конечном счете, она определяет сплоченность профессиональной группы и ее способность выступать в качестве субъекта социального действия.
Целью нашего исследования стал анализ идентичности врачей как представителей единой социально-профессиональной группы. Для определения ключевых характеристик профессиональной идентичности в 2012-2015 гг. был проведен анкетный опрос медицинского персонала «Врач: идентичность, ценности, социальные ожидания» на базе 1-й поликлиники РАМН, отделения терапии клиники кардиологии ВМА им. С. М. Кирова (Санкт-Петербург) и 72-й центральной поликлиники МЧС России (Москва). Общая выборка составила 260 врачей высшей
категории. Результаты опроса были дополнены полуформализованным интервью для уточнения некоторых позиций. Помимо анкетирования, были использованы данные вторичной социологической информации, статистические сводки, данные Росстата, ФОМ, Министерства здравоохранения и социального развития РФ, ВЦИОМ, Института социологии РАН, Центра исследований гражданского общества и некоммерческого сектора НИУ ВШЭ.
Профессиональная идентичность врача: результаты исследования
С учетом общесоциологических требований и критериев к проведению опера-ционализации понятий была предложена соответствующая авторской концепции исследования система основных индикаторов профессиональной идентичности российских врачей. На наш взгляд, профессиональную идентичность врачей, как представителей профессии социономического типа, можно измерить на следующих уровнях:
• ценностном (разделяемое знание профессиональных норм, общие ценности, цели, «идеальный образ» врача);
• статусно-ролевом (престиж и статус профессии, присвоение индивидом специфичных для профессии форм деятельности, стратегии карьеры, нормы отношений с коллегами и пациентами);
• психоэмоциональном (отождествление с профессиональным сообществом на основе положительных либо отрицательных оценок, эмоций, приверженность, эмпатия, степень удовлетворенности работой в коллективе и степень эмоционального выгорания).
Хотелось бы отметить, что именно эмоциональный уровень воспринимается автором как базовый в формировании профессиональной идентичности: разделяемые ценности, нормы, знания и убеждения выступают, на наш взгляд, одним из следствий этого компонента. Ю. Левада заметил по поводу данного феномена, что «непременным условием существования человека в стабильной или, напротив, в бурно изменяющейся социальной обстановке является постоянное поддержание некоего эмоционального баланса» [9, с. 138]. Действительно, исследования врачей, ушедших в другие профессии, к примеру в фармацевтический бизнес, указывают на максимальный уровень эмоционального выгорания и отрицательные оценки ценностной системы врачебной профессии наряду с недовольством по поводу материального обеспечения врачебного труда [3]. В свою очередь, такого рода индикаторы профессиональной идентичности являются самыми сложными для измерения, поскольку относятся к субъективно оцениваемым. В рамках сложившейся традиции для измерения таких показателей была использована обобщенная оценка степени «удовлетворенности своей работой».
В ходе исследования также использовались объективные и измеряемые показатели профессиональной идентичности врача:
• положение профессиональной идентичности в общей системе социальной идентичности;
• престиж профессии врача;
• представления о возможностях личного профессионального развития;
• восприятия уровня значимости профессии врача;
• мотивы выбора профессии.
По данным исследований ВЦИОМ, профессия врача занимает второе место в общем рейтинге профессий на протяжении шести лет, наряду с профессиями, экономически более выгодными: юриста, финансиста и т. д. [6]. В России отме-
чается рост числа врачей с 608,7 тыс. в 2000 г. до 628,5 тыс. человек в 2012-м. Данные Росстата показывают постепенный рост квалификации российских врачей, в первую очередь — врачебного персонала с высшей квалификационной категорией, которой в 1995 г. обладали 11% врачей, а к 2012 г. — 29% российских медиков. В 2000 г. 48% врачей имело квалификационную категорию, в 2005 и 2009 гг. — 54%, а в 2012-м количество медиков, обладающих категорией, незначительно снизилось — до 53% [5].
При этом данные опроса показывают, что по уровню доходности профессия врача оценивается хотя и гораздо пессимистичнее (седьмое место после профессий экономиста, финансиста, юриста, предпринимателя, нефтяника и госслужащего), но все же не соответствует реальному среднему доходу. Это обусловлено, на наш взгляд, компенсирующим фактором придания высокого статуса и престижности профессии. В действительности, относительные и абсолютные изменения в материальном положении социально-профессиональной группы российских врачей за последнее десятилетие носят выраженный негативный характер. Создается ситуация, когда на врачебный труд неизбежно распространяется крайне опасная закономерность, подмеченная российским социологом З. Т. Голенковой: «Утеряна связь между затратами при выполнении работы и оплатой затрат. Не так важно кто, как и сколько работает, главное — в какой отрасли и на какой фирме» [4, с. 24]. Это утверждение можно отнести к ставшему в последнее время заметным разбросу уровня оплаты труда врачей в государственном и частном секторе, рядовых сотрудников и администрации, а также врачей различных специализаций. По нашим данным уровень такого разброса может достигать 300% и более. При неблагоприятном развитии событий это может привести к качественным изменениям в самоидентификации российских врачей, а именно, как справедливо отмечает в своем исследовании О. Н. Мамонова, «к появлению значимой „подъидентификации" — не столько с профессиональной группой в целом, сколько в рамках частной системы здравоохранения и остальной части медицинского сообщества, иными словами — к достижению критического значения „внутри-профессиональной стратификации"» [11, с. 156].
Несмотря на низкие показатели доходов врачей, в рамках того же опроса лучшим профессиональным выбором для детей россияне считают именно медицинскую сферу: 24% опрошенных хотели бы, чтобы их дети работали врачами. Стоит отметить, что данные ВЦИОМ не всегда согласуются с данными других авторитетных исследовательских центров. К примеру, исследование Фонда Общественного Мнения «Ситуация в здравоохранении» за 2010 г. показывает динамику снижения престижа профессии врача в глазах россиян. По данным ФОМ, количество тех, кто считает, что престиж профессии врача растет, снизилось с 31 до 19% [17].
Однородность понимания категории «престиж», «статус» в социологии заключается, прежде всего, в признании такого условия престижности, как функциональная значимость социоэкономической группы, профессии. В рамках исследования под статусными характеристиками понимается определенный набор ресурсов, который открывает для индивида ряд возможностей в системе власти, распределения материальных благ и престижа. Авторская позиция по этому вопросу во многом пересекается со взглядами американского социолога Дж. Каунтса, который ввел в научный оборот понятие «social standing»: репутация, положение профессии на ступени социальной иерархии. В концепции Ка-унтса для нас важным является представление о престиже профессии с позиции уважения в обществе, а не интегральных показателей дохода, образования и других социоэкономических индексов [21, p. 100].
Результаты опроса демонстрируют, что врачи отмечают тенденцию снижения статуса и престижа медицинских профессий и изменения в отношении населения к врачам в худшую сторону (рис. 1).
Основной причиной снижения престижа профессии называлось изменение отношения пациентов и администрации к профессии врача: «к нам стали относиться как к обслуживающему персоналу». Стоит отметить, что такое определение вызывало резко негативную реакцию у большинства опрошенных врачей: «услуга, обслуживание» отрицаются как идентифицирующая характеристика врача. По данным авторского интервью, с врачебной идентичностью в большей степени согласуется определение «помощи»: «мы не обслуживаем, мы оказываем медицинскую помощь». Такие противоречия в оценках населения и самих врачей можно обозначить проблемой «противоречивости статуса» [19], отражающей состояние рассогласованности, диссонанса различных, присущих индивиду статусов (дохода, образования, профессии и т. д.).
Стоит отметить, что статусный параметр идентичности оказался косвенно связан с оценкой врачами уровня современной медицинской помощи. Мнения врачей о тенденции состояния медицинской помощи на сегодняшний день распределились следующим образом: большинство респондентов отметили, что уровень оказания медицинской помощи остается на прежнем уровне (56,4%), улучшение отмечают 28,9%, ухудшение — 23,3%. На наш взгляд, ответы, характеризующие качество медицинской помощи как неизменное, можно отнести к пессимистичным оценкам — это предположение подтвердили уточняющие замечания респондентов в анкете. Среди основных причин отсутствия положительной динамики или даже ухудшения качества оказания медицинской помощи были названы:
• несовершенство системы в целом;
• проблема в кадрах, нет квалифицированных специалистов, которые умет пользоваться современными методами диагностики и закупаемым оборудованием;
• снижение качества образования из-за коммерциализации медицинских вузов;
• коррупция в высших (подчеркнуто респондентами. — Прим. авт.) медицинских кругах;
• переизбыток кадров в хорошо оплачиваемых областях (гинекология, дерматология, урология, пластическая хирургия) и недостаток в других;
• низкая заработная плата, не позволяющая требовать от специалистов профессионализма;
• «кумовство» в организациях здравоохранения.
Самооценка престижа профессии врача, %
I I Заметно растет
О Скорее растет, чем снижается
0 Остается на прежнем уровне
1 I Скорее снижается, чем растет
Заметно падает
Рис. 1. распределение ответов на вопрос о престиже профессии врача, %
Оценивая свое положение в профессиональной системе, врачи, стаж которых превышает 20 лет, отмечали значимость советских традиций для текущей деятельности в здравоохранении. Многие позиции отрасли, по их мнению, до сих пор находятся на высоком уровне главным образом за счет накопленного багажа советской системы. По заявлениям большинства респондентов, если не будут приняты системные меры по восстановлению отрасли здравоохранения в целом, дальнейшее ухудшение неизбежно.
Место профессиональной идентичности среди набора других структурных компонентов социальной идентичности (гражданской, региональной, стратификационной и т. д.) в идентификационной матрице выявлялось с помощью вопроса о чувстве принадлежности к представителям различных социальных групп (респонденты могли указать не более трех значимых для них социальных групп). Распределение ответов респондентов свидетельствует, прежде всего, о значительной роли профессиональной общности — в ответах респондентов лидировала профессиональная идентичность (96%). Также опрос выявил достаточно «сильную» для группы с выраженной доминантой гражданскую идентичность (54,5%). Следующие позиции по степени значимости занимают идентичность с регионом (городом) (46,8%) и идентичность с представителями определенного социального слоя (43%). Отметим, что идентичность с представителями интеллигенции получила невысокий показатель в 12,6% (рис. 2). Такой результат можно объяснить тем, что включение в категорию интеллигенции указывает на внутренние характеристики группы: сложность труда, его творческий характер, призвание индивидов, их особую культурную миссию, тогда как современный врач склонен относить себя к группе профессионалов (в русле американской традиции), работников высококвалифицированного труда, пользующихся уважением в обществе, но без притязаний на особые социокультурные функции, характерные для врачей советского периода.
□ Другая
СИ Этническая
□ Религиозная
□ Культурная
СИ Стратификационная ■ Региональная I Гражданская В Профессиональная
0
20
40
60
80
100
120
Примечание: респонденты могли выбрать несколько вариантов ответа. Рис. 2. Распределение ответов респондентов по типам социальной идентичности, %
Если сравнить полученные данные с результатами исследования «Граждане России: кем они себя ощущают и в каком обществе хотели бы жить?», проведенного Институтом социологии РАН в 1998-2007 гг., то показатель профессиональ-
ной идентичности врачей в проведенном опросе выше, чем общероссийский (96 по сравнению с 86,6%) [15, с. 11—12]. Врачи в большей мере осознают свою профессиональную принадлежность, ставя ее выше территориальной, гражданской, классовой и т. д. Подобные результаты были получены автором при тестировании студентов медицинского университета по методике М. Куна и Т. Марк-партленда в 2012 г.: тест «20 высказываний» показал, что профессиональная идентификация занимает ключевую позицию в студенческой группе врачей (в среднем 2-3-е места наряду с гендерной, семейной и территориальной). Качественный анализ полученных самохарактеристик также позволил выявить в «образе Я» объективные, функциональные и эмоциональные составляющие. Под объективными составляющими «образа Я» подразумеваются статусные и ролевые самохарактеристики (кто я), к функциональной составляющей относят самоописание себя как субъекта будущей деятельности, к эмоциональной составляющей относятся описания, связанные с эмоциональным отношением к себе как профессионалу. Тест выявил рост объективной составляющей в образе «профессионального Я» (от 15% на 1-м курсе к 61% на 6-м) и уменьшение эмоциональной составляющей (28% на 1-м, 12% на 6-м). Таким образом, прослеживается интенсивная положительная динамика образа «профессионального Я» у студентов-медиков, характеризующаяся изменениями в эмоциональном отношении к себе как профессионалу, объективных компонентах и самоописании себя как субъекта профессиональной деятельности.
Ценностные ориентации выбора работы многие исследователи называют ключевыми элементами в определении профессиональной идентичности групп [10, с. 523], придерживаясь позиции М. Вебера, связывающего ценность с действием и рассматривающего понятия «ценность» и «блага» как тождественные [2, с. 12]. В ходе опроса на основе выбора респондентами значимых для них условий работы делались заключения о ценности (субъективной значимости) предложенных условий. Список предложенных респондентам трудовых ценностей охватывал основные категории трудовых ценностей — материальные и духовные, «внутренние» и «внешние», инструментальные и терминальные, индивидуальные и социальные, характеризующие трудовые блага и трудовые затраты (табл. 1).
Таблица 1
Выбор трудовых ценностей, %
№ п/п Суждения/ценности, разделяемые врачами Выбор респондентов
1 Хороший заработок 87%
2 Соответствие работы способностям 65%
3 Надежное, стабильное место работы 20%
4 Большой отпуск 25%
5 Интересная работа 54%
6 Перспективы карьерного роста 53%
7 Удобный график работы 64%
8 Возможность инициативы, принятия решений 12%
9 Не слишком напряженная работа 10%
10 Работа, уважаемая в обществе 37%
11 Дружный коллектив 16%
12 Затруднились ответить 1%
Примечание: респонденты могли выбрать несколько вариантов ответа.
Первая группа представлена ценностями материального и профессионально-личностного характера: достойная оплата труда и соответствие работы способностям. Названные позиции связаны как с объективной профессиональной, так и личностной актуализацией. Что же касается ценностей карьерных и статусных достижений, уважения в обществе, то они занимают места в нижней части первой группы. Группа, занявшая второстепенную позицию, описывается ценностными суждениями инструментального характера: удобный график работы, дружный коллектив, большой отпуск. Стоит отметить, что ценность удобного графика в значительной степени связана с возрастом и семейным положением респондентов. Приоритетным это условие считали, в основном, молодые врачи с детьми дошкольного возраста (78%). Что касается общей значимости работы в жизни врачей, то опрос показал зависимость оценок от стажа работы.
Гораздо чаще определяют работу как «вдохновение и стимул», т. е. указывают на творческий, индивидуально-личностный потенциал, врачи, стаж которых менее десяти лет (37%), также для этой группы важны коммуникативные ресурсы, которые может предоставить работа (15%), и статусные ресурсы (16%). Для врачей с большим стажем работы приоритетными оказались семья и дети (34%, однако это не исключает важность данного определения и для первой группы, 20%) и материальные ресурсы (23%). Таким образом, мы видим два типа мотивации, формирующие различные аспекты профессиональной идентичности: внутреннюю, связанную с саморазвитием и творчеством, и внешнюю, ориентированную на отношение врача к работе как к средству существования.
Анализируемые выше данные сопоставимы с оценкой важности профессиональной деятельности. Ответы на вопрос: «Какие аспекты своей профессиональной деятельности вы считаете наиболее важными?» распределились следующим образом. Среди наиболее важных аспектов профессиональной деятельности респонденты называли «интересную работу» (73, 6%) и «достаточное материальное вознаграждение» (68,7%). Врачи со стажем менее 10 лет в большей степени ценят «интеллектуальное развитие» (88,5%), «свободу и независимость» (71%), тогда как врачи со стажем более 10 лет чаще выбирали «стабильность и безопасность». Стоит отметить, что такой аспект, как «возможность приносить людям пользу» (11,1%), не занял ожидаемой лидирующей позиции. Возможно, это связано с изменениями представлений врачей о своей роли и предназначении: если творческая и интеллектуальная составляющая, несомненно, остается в профессиональной идентичности современного врача, то традиционная социономическая, выраженная в стремлении придерживаться гуманистической, самоотверженной позиции в отношении к пациентам, постепенно теряет вес.
Опрос в рамках нашего исследования выявил сильную связь врачей с профессиональным сообществом: 68,3% респондентов в полной мере испытывают чувство профессиональной общности с коллегами, и только 18,7% дали умеренно отрицательные ответы. Стоит отметить, что врачи чаще воспринимают коллег как членов единого профессионального сообщества на уровне одного учреждения, чем на уровне города и на уровне страны. Слабая степень консолидации медицинского сообщества на макроуровне обусловлена нерегулярностью контактов между врачами, занятыми в разных учреждениях город а и страны. Также в последнее время наблюдаются рост нагрузки на врача и усиление бюрократизации, не решена проблема с оптимизацией рабочего расписания и условий профессиональной медицинской деятельности, что приводит к увеличению времени, проводимого врачом на рабочем месте для выполнения установленных формальных правил, и уменьшению времени для личной профессиональной социализации.
Что касается общей удовлетворенности работой в коллективе, то это один из важных показателей, характеризующий трудовую деятельность с точки зрения ее социальной эффективности и детерминирующий профессиональную идентичность как позитивную или негативную. Еще раз отметим, что в ходе исследования не раз подтверждалась идея о превалировании идентичности, чувства общности на уровне коллектива (микроуровень) над уровнем врачебного сообщества в целом (макроуровень). Это связано, в том числе, и с важностью благоприятной морально-психологической атмосферы в рабочем коллективе, выступающей фактором формирования позитивной профессиональной идентичности. Большинство респондентов отмечали, что полностью удовлетворены отношениями с коллегами в клинике (81,5%), чуть меньше — непосредственным руководством и администрацией (71,0%) и отношениями в диаде «врач — пациент» (68%). В целом своей работой в коллективе полностью или частично удовлетворены 79,3% опрошенных врачей.
Для выявления интенсивности и содержания связи с профессиональной группой были предложены вопросы по оценке смежных профессиональных сообществ (врачей альтернативной медицины). Не представляет сомнения тот факт, что профессиональная идентичность возникает также и вследствие сравнения индивидом себя с членами другой группы. Следуя теории А. Тэшфела и Дж. Тернера [20], предполагалось, что отношение будет скорее негативное, критическое, так как эта группа противопоставляется «легитимному», «традиционному» медицинскому знанию и претендует на равные права и ресурсы в профессии. Гипотеза полностью подтвердилась: более 80% опрошенных врачей скептически относятся к альтернативной медицине, считая ее «лженаукой», «паразитом на теле медицины», «несоответствующей нормам клиники», «вытягивающей деньги из пациентов», «опасным явлением в медицинской практике». Только 12% респондентов высказались нейтрально, обосновывая свое мнение правом на личный выбор пациентов и положительным опытом коллег.
Следующим индикатором, во многом определяющим интенсивность профессиональной идентичности, является наличие сильной профессиональной организации и оценка отношений в ней. Ранее подчеркивалось, что автономия профессионалов подразумевает их самоосознание как общности: у профессиональной группы с сильной идентичностью должны быть авторитеты, экспертные организации, представляющие интересы профессионалов, пользующиеся доверием, а также выступающие площадкой для дискуссий и воспроизводства значимых норм. В соответствии с классификацией М. Буража [18], были представлены для оценки основные «идеальные типы» профессиональных ассоциаций: научное сообщество, работающее над стандартизацией и распространением знания; представительная ассоциация, ориентированная на взаимодействие с государством; профсоюзная организация, борющаяся за права членов профессиональной группы; а также квалификационная организация, регулирующая сертификацию знаний профессионалов.
В рамках исследования эту группу показателей отражали следующие вопросы: «Состоите ли вы в каких-либо профессиональных ассоциациях, обществах?», «Обсуждаете ли вы различные вопросы, связанные с профессией, в Интернете, например на медицинских форумах?» Участие в профессиональных ассоциациях подтвердили только 15% опрошенных. Среди популярных профессиональных ассоциаций были названы общества как глобального общеорганизационного назначения — Российская медицинская ассоциация, Российское медицинское общество, Национальная медицинская палата, Профсоюз работников здравоохранения РФ, так и локального, узкопрофильного — Ассоциация эндокринологов Санкт-
Петербурга, Российское общество врачей УЗИ, Общество специалистов по функциональной диагностике, Радиологическое общество, Московское общество кардиологов. Необходимо также отметить, что, по данным интервью, медицинские ассоциации не воспринимаются врачебным сообществом как влиятельные: решения, которые принимают такие организации, носят, в основном, рекомендательный характер.
Как предполагалось ранее, именно общие ценности и ролевые представления структурируют и раскрывают внутреннюю природу профессиональной идентичности. С ними связана самооценка профессиональных качеств, которые способствуют карьерному росту и служат важной характеристикой идентификации с профессиональным сообществом. При составлении вопросов по оценке профессиональных качеств мы учитывали операционально-деятельностный аспект, связанный с уровнем компетентности, и личностный, выраженный в социально-психологических характеристиках профессионала (рис. 3).
Профессиональные качества врача, выбор респондентов, %
35 30 25 20 15 10 5
32,2
29,4
8,1
3,2
1,2
15,6
6,4
1,5 2
0,5
////////////А А
''///Л'/'/'///'''
& /
/
г/«
Рис. 3. выбор респондентами значимых профессиональных качеств, %
По данным исследования, на первое место выходят личностные качества, характеризующие профессионализм и социальную компетентность, необходимые в повседневной врачебной деятельности, а именно: «способность к постоянному обучению» (29,4%), «ответственность, добросовестность» (32,2%), «выдержанный характер, стрессоустойчивость» (15,6%). Немаловажны, по мнению респондентов, и деловые качества, которые способствуют профессиональному (карьерному) росту: «инициативность, стремление реализоваться в профессии» (3,2%), «самостоятельность» (6,4%), «высокие интеллектуальные способности» (8,1%). Примечательно, что в качестве своего варианта ответов врачами были указаны позиции: «умение поддерживать отношения в коллективе», «умение руководить
средним медицинским персоналом, медсестрами», «сохранять субординацию». На наш взгляд, отмеченные позиции указывают на важность профессиональной социализации и кооперации в работе врача. Данные интервью, в свою очередь, показали, что такие критерии, как возраст и пол, по мнению врачей, не являются значимыми для карьерного продвижения, в отличие от образования, выбранной специализации, статуса вуза и места постдипломного образования. Таким образом, мы снова наблюдаем проблему несоответствия позиций группы по стратификационным шкалам престижа и вознаграждения. В этом, как указывалось ранее, мы видим формирование «подыдентификаций» внутри врачебного сообщества, что приводит к появлению критического значения «внутрипрофес-сиональной стратификации» [11, с. 156].
Профессионально-ценностные характеристики врача как одни из показателей идентичности отражаются в причинах выбора профессии. В самой сфере профессиональной мотивации важнейшую роль играет положительное отношение к выбору профессии, поскольку этот мотив связан с конечными целями обучения [14, с. 67]. Собственно профессионализация, как и формирование профессиональной идентичности, начинается с момента выбора профессии. Вопрос о профессионализации в сфере медицины рассматривается в непосредственной взаимосвязи двух институтов профессиональной социализации — собственно медицины и системы образования.
Мотивация как ведущий фактор регуляции профессиональной идентичности личности, ее поведения и деятельности представляет исключительный интерес для исследователя. Прежде чем перейти к обсуждению конкретных фактов и закономерностей, выявленных нами при исследовании студентов медицинского университета, необходимо дать определение основному понятию. В современной социологии и социальной психологии при сходности общего подхода к пониманию мотива существуют значительные расхождения в некоторых деталях и конкретике этого понятия. Чаще всего под мотивом понимают осознаваемую причину, лежащую в основе выбора действий и поступков личности [1, с. 260]. При этом подчеркивается, что в качестве мотива выступает не сама потребность, а предмет потребности. Сформулируем простое рабочее определение: итак, под мотивом мы понимаем внутреннее побуждение личности к тому или иному виду активности (деятельность, общение, поведение), связанное с удовлетворением той или иной потребности.
Прежде всего, при исследовании группы студентов-медиков нас интересовали причины прихода молодых людей в эту профессию, мотивы, которые руководили ими при поступлении в медицинский вуз. По преимуществу ответы лежали в области собственной биографии, и основным мотивом можно назвать семейную преемственность, так называемый феномен наследуемого статуса. Справедливо утверждение, что профессия врача часто переходит из поколения в поколение, врачебные династии — явление распространенное и одобряемое в медицинском сообществе. Большинство наших респондентов в ходе интервью говорили, что решили стать врачами, потому что их родители (один из родителей), а зачастую и родители родителей работают или работали в медицинской сфере (22%). Даже предполагаемая дальнейшая специализация выбирается часто по этому принципу:
«Мой отец — первоклассный хирург, и я, это уже решено, буду специализироваться в хирургии» (1-й курс).
«У меня родители врачи, с детства дома слышала все эти разговоры, анатомический атлас, как букварь, так что как закончила девять клас-
сов — сразу в училище (медицинское. — Авт.), даже до института не дотерпела» (2-й курс).
«Нет, назло родителям на искусствоведческий какой-нибудь поступать не хотела, даже мысли такой в голову не приходило... Легче выбрать профессию, когда у тебя есть поддержка...» (5-й курс).
Отметим, что подобные ответы типичны. В семьях, где родители так или иначе связаны с медициной, много книг по данной профессии и часто ведутся разговоры на врачебные темы. Подобная ситуация наблюдается, к примеру, в семьях учителей, где также силен феномен «наследуемого статуса». Можно предположить, что особенное значение это явление имеет для представителей профессий так называемого социономического типа, где главным объектом труда является человек (врачи, педагоги, менеджеры и т. д.). Однако есть основания полагать, что феномен «наследуемого статуса», как и в целом формирование мотивации к поступлению в медицинский университет, не является осознанным выбором в семьях врачей. Данные авторского исследования показывают, что только 13,5% респондентов хотели бы, чтобы их дети стали врачами и продолжали семейную традицию.
Мотивация к врачебной профессиональной деятельности, таким образом, складывается во многих случаях уже при первичной социализации. Принято считать, что первичная социализация связана с формированием обобщенного образа действительности. Исходя из этого, можно предположить, что «образ врача» (не просто как набор определенных профессиональных навыков и умений, но и как совокупность личностных, поведенческих, ценностных характеристик), созданный и существующий в медицинской семье, передается следующему поколению. Согласно нашим наблюдениям, студенты из врачебных семей чувствуют себя гораздо увереннее в университете.
Говоря о причинах поступления в медицинский университет, студенты указывали на потребность в признании (22,5%), включающую в себя как желания и стремления, связанные с понятием «достижение» (рост личностной значимости, уверенности, самоуважения), так и достижения уважения других (завоевания статуса, признания, престижа). Приведем примеры из интервью:
«Мне просто хотелось получить хорошую профессию, а врач... ну, это что-то особенное. Никто не скажет, что это не нужно, что это — пустое дело, когда я говорю, что будущий врач...» (5-й курс).
«Это престижная и стабильная работа, на Западе-то уж точно» (3-й курс).
Опрашивая студентов старших курсов, мы обнаружили, что только 28% студентов основной причиной поступления и учебы в институте называют собственно интерес к медицине. В большинстве случаев в интервью студенты говорили о желании узнать новое, приобрести уникальные навыки, стать профессионалом в классическом понимании этого слова.
Общее распределение мотивов выбора профессии студентами и практикующими врачами, участвовавшими в исследовании, представленное в табл. 2, дает основание предполагать, что с вхождением в профессию и обретением трудовой деятельности меняются изначальные представления о причинах выбора профессии. Если в ответах студентов сильна позиция внешних факторов: «семейная традиция» (22%), «влияние родителей, знакомых» (10,8%), «престиж профессии» (22,5%), то в ответах врачей начинают преобладать внутренние факторы: «интерес к медицине» (36,5%), «призвание к врачебной деятельности» (29,4%).
Таблица 2
распределение ответов на вопрос: «Что повлияло на ваш выбор профессии?»
мотивы выбора профессии Студенты медицинского вуза,% Практикующие врачи,%
Интерес к медицине 28 36,5
Социальная значимость и престиж врачебной деятельности 22,5 11,3
Семейная традиция 22 8
Призвание, наличие способностей к врачебной деятельности 10 29,4
Влияние родителей, знакомых, друзей 10,8 5,4
Стечение обстоятельств 5,6 6,4
Другое 1,1 3
Для более точной оценки полученных данных необходимо панельное исследование, что, к сожалению, было невозможно в период проведения авторского опроса. Тем не менее, мы делаем предположение о значимом влиянии процесса принятия профессиональной роли на полученный результат. На наш взгляд, следует выделить степень идентификации врача с профессией: частично или полно выраженная идентификация себя как врача. По данным других исследований, осознание профессиональной роли осуществляется у большинства врачей от трех (38%) до пяти лет (26,7%), у шестой части — в первый год работы (10,1%) [13, с. 110]. Таким образом, можно предположить, что для более полной идентификации себя как «врача» требуется некоторое время пребывания в профессии.
Представленные оценки свидетельствуют о высокой степени осознанности своего призвания к врачебной деятельности, что является выражением идентификации с профессией.
Эта тенденция подтверждается и тем, что 77,4% респондентов отметили, что причиной смены работы стала бы для них профессиональная невостребованность. В большей степени этот выбор характерен для групп в возрасте до 30 лет (72,7%) и старше 40 лет (68,6%); менее выражен — в группах среднего возраста (от 31 до 40 лет — 23,0%).
В заключение отметим, что особенность современной ситуации заключается в постоянно актуализирующемся процессе профессионализации, охватившем практически все сферы трудовой деятельности. Одним из результатов этого процесса стало представление о профессии как универсальном социальном институте, где принадлежность к профессиональной группе является для индивида средством социальной идентификации. Профессиональная идентичность в таком случае играет важную роль в солидарности, единстве коллектива, определяет тип профессиональной культуры и профессионального поведения личности. Механизм присвоения профессиональной идентичности также вполне определен: считая себя представителем данной профессиональной группы, человек осваивает ее нормы, ценности и традиции, которые становятся регулятором его поведения в моменты актуализации профессиональной деятельности [12, с. 54]. На макроуровне наличие устойчивой профессиональной идентичности рассматривается как показатель развитых экономических и политических отношений в стране.
Данные положения определяют значимые аспекты исследования идентичности профессиональной группы российских врачей. Профессиональная идентичность данной профессиональной группы может быть представлена в виде разделенного опыта и понимания, общего видения проблем и путей их решения. Эта
идентичность постоянно воспроизводится посредством общей образовательной базы и профессиональной подготовки, схожих ситуаций во врачебной практике, участием в профессиональных ассоциациях и сообществах, в которых врачи развивают и распространяют свою профессиональную культуру.
Литература
1. Бордовская Н. В., Реан А. А., Розум С. И. Психология и педагогика. СПб.: Питер, 2000. 314 с.
2. Вебер М. Избранные произведения: пер. с нем. / сост., общ. ред. и послесл. Ю. Н. Давыдова / предисл. П. П. Гайденко. М.: Прогресс, 1990. 808 с.
3. Водопьянова Н. Е., Старченкова Е. С. Синдром выгорания: диагностика и профилактика. СПб.: Питер, 2005. 336 с.
4. Голенкова З. Т., Игитханян Е. Д. Самоидентификация личности в социально-структурных процессах // Вестник РУДН. Сер. «Социология». 2002. № 1. С. 20-26.
5. Данные ежегодного отчета Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Ресурсы и деятельность учреждений здравоохранения» (2011-2012) [Электронный ресурс]. URL: http://old.rosminzdrav.ru/docs/mzsr/stat/46 (дата обращения: 07.11.2015).
6. Исследование ВЦИОМ: Рейтинг престижных и доходных профессий среди россиян в 2012 г. [Электронный ресурс] // Центр гуманитарных технологий. URL: http://gtmarket. ru/news/2012/10/01/5014 (дата обращения: 10.11.2015).
7. Клоктунова Н. А. Корреляции престижности профессии врача и конкретных врачебных специальностей: социологический анализ // Актуальные вопросы современной науки: экономика, управление проектами, психология, право, педагогика, социология, медицина, философия: сборник научных статей по итогам Международной научно-практической конференции (29-30 марта 2013 г., Санкт-Петербург). СПб.: КультИн-формПресс, 2013. С. 100-102.
8. Козырева П. М. Современная конфигурация идентификаций и роль доверия в ее формировании // Социологические исследования. 2008. № 8. С. 29-39.
9. Левада Ю. А. Сочинения. Проблема человека / сост. Т. В. Левада. М.: Издатель Карпов Е. В., 2011. 506 с.
10. Магун В. С., Монусова Г. А. Иерархии трудовых ценностей в европейских странах // XIV Апрельская Международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества: сборник материалов в 4 кн. Кн. 3 / отв. ред. Е. Г. Ясин. М.: Изд. дом НИУ ВШЭ, 2014. С. 516-526.
11. Мамонова О. Н. Профессиональная самоидентификация как фактор социального управления: дис. — канд. социол. наук. М., 2002. 182 с.
12. Микляева А. В., Румянцева П. В. Социальная идентичность личности: содержание, структура, механизмы формирования: монография. СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2008. 118 с.
13. Поздеева Е. Г. Социологический портрет врача: постановка проблемы и методы исследования: дис. — канд. социол. наук. СПб.: СПбГУ, 1994. 143 с.
14. Реан А. А., Коломинский Я. Л. Социальная педагогическая психология. СПб.: Питер, 1999. 416 с.
15. Российская идентичность в социологическом, измерении: аналитический доклад. Ч. 3 (Историческое самосознание и национальный, менталитет россиян. Социокультурные аспекты европейской: идентичности россиян). Рабочая группа Института социологии РАН // Политические исследования. 2008. № 3. С. 9-28.
16. Сакс М. Границы англо-американской социологии профессий: критика неортодоксальности современного неовеберианского подхода // Социальная динамика и трансформация профессиональных групп в современном обществе / под. ред. В. Л. Мансурова. М.: Изд-во Института социологии РАН, 2007. С. 53-81.
17. Ситуация в здравоохранении // База данных ФОМ [Электронный ресурс]. URL: http:// bd.fom.ru/report/cat/beruf/doc/d100710 (дата обращения: 17.10.2015).
18. Burrage M. [et al.]. Actor-based Framework for the Study of the Professions // Professions in Theory and History / Ed. by M. Burrage R. Torstendahl. L.: Sage, 1990.
19. Lenski G. E. Status Cristalliozation: A Non-Vertical Dimension of Social Status // American Sociological Review. 1954. Vol. 19.
20. Tajfel H., Turner J. C. The social identity theory of intergroup behavior // Worchel S., Austin W. G. (eds.) Social psychology of intergroup relations. Chicago, 1986. P. 7-24.
21. Zhou X. The institutional logic of occupational prestige ranking: Reconceptualization and reanalyses // American journal of sociology. 2005. Vol. 111. P. 90-140.
УДК 332.13:630*3
В. А. Тихоненко
Социально-экономические аспекты территориального размещения лесозаготовительных предприятий в республике Карелии
V. A. Tikhonenko. Social and economic aspects of territorial distribution of logging enterprises in the Republic of Karelia
Лесозаготовительная промышленность является одной из важнейших отраслей как национальной экономики в целом, так и многих субъектов Российской Федерации, в том числе Республики Карелии. В настоящее время лесозаготовительная промышленность находится на этапе развития, когда точно требуется определить ее будущее. Остро стоят вопросы формы собственности на лесные ресурсы, с которыми связаны проблемы платы за пользование ими; механизация технологии заготовки; минимизация сезонной зависимости процесса производства; осуществления комплексного использования древесины; проведения лесозаготовительных и лесохозяй-ственных работ.
Ключевые слова: вывозка древесины; акционерные общества; частный капитал; лесопользование; воспроизводство.
Контактные данные: 185000, Республика Карелия, г. Петрозаводск, ул. Правды, д. 1; (814-2) 57-74-13; rabeckja1@yandex.ru.
Logging industry is one of the most important industries of national economy of many territorial entities of the Russian Federation, including the Republic of Karelia. The future development of logging industry is to be determined at present. Among the problems of at present can be determined such as: forms of ownership of forest resources and pay for their using, mechanization of logging technology, minimization of seasonal dependence of the production process, integrated timber utilization, carrying out forest harvesting operations.
Keywords: hauling wood; joint stock company; private equity; forest management; reproduction.
Contact details: Pravdy Str. 1, Petrozavodsk, Republic of Karelia, 185000; (814-2) 57-7413; rabeckja1@yandex.ru.
Республику Карелию по праву называют лесной республикой. Удобное территориальное расположение, наличие железных дорог и водных магистралей, значительные ресурсы древесины с преобладанием таких ценных промышленных
Виктор Александрович Тихоненко — старший преподаватель кафедры бухгалтерского учета, анализа хозяйственной деятельности и аудита Петрозаводского государственного университета.
© В.А. Тихоненко, 2015