Научная статья на тему 'Продовольственная комиссия Военного Совета Ленинградского фронта в 1942 г'

Продовольственная комиссия Военного Совета Ленинградского фронта в 1942 г Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
367
53
Поделиться
Ключевые слова
ПРОДОВОЛЬСТВЕННАЯ КОМИССИЯ / ВОЕННЫЙ СОВЕТ ЛЕНИНГРАДСКОГО ФРОНТА / БЛОКАДА ЛЕНИНГРАДА / 1942 ГОД / THE FOOD COMMISSION / THE MILITARY COUNCIL OF THE LENINGRAD FRONT / THE BLOCKADE OF LENINGRAD / 1942

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Соболев Геннадий Леонтьевич, Ходяков Михаил Викторович

В статье, основанной на архивных материалах, рассматривается история создания и начальный этап деятельности Продовольственной комиссии Военного Совета Ленинградского фронта. На сегодняшний день работа этой Комиссии не получила всестороннего освещения в исторической литературе. Авторы показывают, как в наиболее драматический период блокады Ленинграда зимой 1941/1942 гг. осуществлялось распределение скудных продовольственных запасов в осажденном вражескими войсками городе. В статье приводится персональный состав Продовольственной комиссии, в которую в момент ее создания в январе 1942 г. вошли: второй секретарь горкома партии А. А. Кузнецов, уполномоченный Государственного комитета обороны по продовольственному снабжению войск Ленинградского фронта и населения города Д. В. Павлов, председатель Ленинградского городского совета П. С. Попков и председатель Ленинградского областного совета Н. В. Соловьев. Комиссия получила право рассматривать все вопросы, связанные с увеличением расхода продовольствия как для гражданских и военных организаций в целом, так и для отдельных лиц. При этом Комиссия должна была исходить из лимита, установленного Военным Советом Ленинградского фронта. На протяжении 1942 г. в заседаниях Комиссии принимали участие секретарь Ленинградского горкома по торговле и промышленности П. Г. Лазутин, а также заместитель председателя Ленинградского городского совета и заведующий отделом торговли И. А. Андреенко. По мнению авторов статьи, деятельность Продовольственной комиссии в 1942 г. была направлена на поддержку тех социальных и профессиональных групп населения, от которых зависела судьба осажденного города: рабочих промышленных предприятий, руководителей заводов и фабрик. Одновременно Комиссия оказывала поддержку и узкому слою выдающихся ученых и деятелей культуры.

Похожие темы научных работ по истории и историческим наукам , автор научной работы — Соболев Геннадий Леонтьевич, Ходяков Михаил Викторович,

The Food Commission of Leningrad Front Military Council in 1942 8-21 2 eng Soleim M. N. Soviet Prisoners of War in Norway 1941-1945 - Destiny, Treatment and forgotten Memories

In the article based on archival materials, it is considered the history of creation and the initial phase of functioning of the Food Commission of the Military Council of the Leningrad front. The work of the Commission has not received full coverage in the historical literature up to present day. The authors show how in the most dramatic period of the siege of Leningrad in the winter 1941/1942 the distribution of scarce food supplies in the besieged by enemy troops city was carried out. The article presents the personnel of the Food Commission, which at its inception in January 1942 included: the Second Secretary of the City Party Committee A. A. Kuznetsov; authorized representative of the State Defense Committee on the food supply of the Leningrad front and the city’s population D.V Pavlov, the Chairman of the Leningrad City Council P. S. Popkov, and the Chairman of the Leningrad Regional Council N. V. Solovyov. The Commission received the right to deal with all issues related to the increase in the consumption of food for both civilian and military organizations as a whole, and individuals. At the same time, the Commission was to proceed from the limit set by the Military Council of the Leningrad front. Throughout 1942, the Commission meetings were attended by the Secretary for Trade and Industry of the Leningrad Party Council P. G. Lazutin, as well as Deputy Chairman of the Leningrad City Council and head of the Department of trade I. A. Andreenko. According to the authors, the activity of the Food Commission in 1942 was aimed at supporting the social and professional groups vitally important in the city’s surviving; those whose work had great impact on the fate of the besieged city: industrial workers, managers of plants and factories. At the same time, the Commission gave support to a rather narrow layer of prominent scientists and cultural figures.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Продовольственная комиссия Военного Совета Ленинградского фронта в 1942 г»

Г Л. Соболев, М. В. Ходяков

Продовольственная комиссия Военного Совета Ленинградского фронта в 1942 г.1

Соболев

Ггннадий Леонтьевич,

доктор исторических наук, профессор, заслуженный работник высшей школы РФ, заслуженный деятель науки РФ,

почетный профессор

Санкт-Петербургского

государственного

университета

(Санкт-Петербург,

Россия)

Ходяков

Михаил Викторович,

доктор исторических

наук, профессор,

Санкт-Петербургский

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

государственный

университет

(Санкт-Петербург,

Россия)

Январь 1942 г. стал для находившихся в блокаде ленинградцев самым тяжелым месяцем. Хлебные запасы Ленинграда на 1 января 1942 г составляли всего 980 т муки, 2,9 т ячменя, 81,5 т соевых бобов, 11 т солода, 427,7 т жмыха, 1,1 т отрубей2. Даже по минимальным нормам это не обеспечивало и двухдневной потребности населения города. Хлебозаводы получали муку буквально «с колес», и перебой в ее доставке грозил полным прекращением выдачи хлеба населению. Чтобы этого не случилось, ленинградскому руководству пришлось фактически больше чем на две недели прекратить подвоз по Ладожской ледовой дороге других продуктов питания. Как отмечалось в январском спецсообщении Управления НКВД по Ленинграду и области, разосланном как в Москву — Л. П. Берии и В. Н. Меркулову, так и ленинградским руководителям — А. А. Жданову, А. А. Кузнецову и М. С. Хозину, «в первой половине января, кроме муки, никакие другие продукты в Ленинград не поступали. Завоз в город продовольствия начался с 16 января в размерах, не обеспечивающих полного отоваривания продовольственных карточек населению»3. Инженер 7-й ГЭС И. Д. Зеленская записала в своем дневнике 9 января 1942 г.: «Голод, самый настоящий, убийственный голод навалился на Ленинград... В магазинах совершенно пусто. Торгуют только булочные, и для очень многих эти 200 гр хлеба и вода — единственное питание»4. В январе 1942 г. смертность в осажденном городе превысила 100 тыс. человек5.

10 января 1942 г. Совет Народных Комиссаров СССР в целях «обеспечения продовольствием населения г. Ленинграда, войск Ленинградского фронта и частей КБФ и создания запаса

© Г. Л. Соболев, 2016; © М. В. Ходянов, 2016

продовольствия в г. Ленинграде» обязал соответствующие наркоматы и ведомства отгрузить в январе за счет выделенных Ленинграду фондов довольно значительное количество продовольствия. Согласно распоряжению, подписанному заместителем председателя Совета Народных Комиссаров СССР А. И. Микояном, блокированный город должен был получить 18 000 т муки, 10 000 т крупы, 6 192 т мяса, 1 100 т животного масла, 1 000 т кокосового масла, 700 т растительного масла, 3 000 т рыбы, 1 800 т сахара, 1 000 т концентратов, 150 т шоколада, 140 т чая, 5 000 т соли и другие продукты питания6.

Самым уязвимым местом в снабжении населения продуктами по-прежнему оставалась доставка продовольствия в осажденный город. И потому его руководители, даже получив гарантии на получение в январе 1942 г. значительного количества продовольствия, были вынуждены принимать жесткие меры по его экономии. 11 января 1942 г с получением распоряжения Совета Народных Комиссаров СССР об отгрузке продовольствия для населения блокированного города и войск Ленинградского фронта, Военный Совет Ленинградского фронта принял постановление о строгом соблюдении установленных лимитов продовольствия7. В первом пункте этого постановления, подписанного командующим войсками Ленинградского фронта М. С. Хозиным и членами Военного Совета А. А. Ждановым, А. А. Кузнецовым и Н. В. Соловьевым, категорически заявлялось, что «решения по расходу продовольствия принимаются только Военным советом фронта». В целях строгой централизации распределения продовольственных ресурсов этим постановлением создавалась Продовольственная комиссия в составе второго секретаря горкома партии А. А. Кузнецова, уполномоченного Государственного комитета обороны по продовольственному снабжению войск Ленинградского фронта и населения города Д. В. Павлова, председателя Ленгорсовета П. С. Попкова и председателя Леноблсовета Н. В. Соловьева. Только эта Комиссия получила право рассматривать все вопросы, связанные с увеличением расхода продовольствия как для гражданских и военных организаций в целом, так и для отдельных лиц. При этом Комиссия должна была исходить из лимита, установленного Военным Советом Ленинградского фронта8.

С 11 января 1942 г. суточный лимит продовольствия был определен по муке — 407 т для населения Ленинграда и пригородных районов области, 132 т — для войск Ленинградского фронта и 21 т — для частей Краснознаменного Балтийского флота; по крупе и макаронам соответственно — 115, 90 и 14 т; по мясу — 80, 45 и 8 т; по жирам — 53, 20 и 4 т; по сахару — 104, 17 и 3 т9. Здесь следует отметить, что из более чем 2 млн человек, проживавших в Ленинграде в январе 1942 г., почти половину составляли дети до 12 лет и так называемые иждивенцы, для которых с начала введения карточной системы были установлены более низкие нормы выдачи продуктов питания10.

К сожалению, вплоть до последнего времени деятельность Продовольственной комиссии Ленинградского фронта была окутана мраком таинственности. Входивший в ее

А. А. Кузнецов П. С. Попков

(Государственный музей (Государственный музей

политической истории России) политической истории России)

состав Д. В. Павлов, только в последнем, шестом по счету издании своей книги «Ленинград в блокаде» упомянул об этой комиссии и привел неизвестные ранее факты ее образования. «Никакой продовольственной комиссии с начала блокады до января 1942 года не было», — писал Д. В. Павлов в 1985 г. — Комиссия, о которой идет речь, была образована в январе 42-го года, причем с ограниченными правами. Создание ее было вызвано тем, что с увеличением завоза продовольствия по зимней дороге через Ладожское озеро в Смоль -ный стала поступать масса писем от предприятий, организаций и отдельных лиц с просьбами об увеличении норм довольствия. В беседе с А. А. Ждановым я высказал пожелание, чтобы просьбы граждан и предприятий об увеличении норм выдачи продуктов поступали в одно место, независимо от того, кому они адресованы, и рассматривались бы небольшой комиссией, наделенной правом решать, кому следует прибавить нормы, но в пределах лимита расходования продовольствия, установленного Военным Советом. Андрей Александрович согласился образовать такую комиссию и предложил мне возглавить ее.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Н. В. Соловьев П. Г. Лазутин

(Государственный музей политической (Государственный музей политической истории России) истории России)

— Это может неправильно быть понято в Москве, ведь на меня возложен контроль за расходом, — ответил я, — а вот членом комиссии, пожалуй, мне следует быть.

— Ну что же, так и сделаем, — заключил беседу А. А. Жданов»11.

Действительно, если судить по опубликованному теперь «Журналу посещений А. А. Жданова», то в первой половине января 1942 г. Д. В. Павлов неоднократно встречался с А. А. Ждановым12. Однако этот же «Журнал.» свидетельствует о том, что 11 января 1942 г у А. А. Жданова встретились все члены только что созданной Продовольственной комиссии13, но что они обсуждали, мы теперь вряд ли узнаем, поскольку Д. В. Павлов в своей книге ничего об этом не сообщил, а другие члены комиссии — А. А. Кузнецов, П. С. Попков, Н. В. Соловьев — были репрессированы и расстреляны по «Ленинградскому делу». Что же касается довольно сдержанной оценки Д. В. Павловым в своей книге роли Продовольственной комиссии в организации распределения продуктов питания в период блокады, то, как нам кажется, здесь сказалась его слабая

осведомленность о деятельности этой Комиссии, поскольку в качестве ее члена он присутствовал только на первом ее заседании: 18 января 1942 г. Д. В. Павлов был отозван в Москву.

Рассекреченные совсем недавно документы Продовольственной комиссии Военного Совета Ленинградского фронта (к сожалению, не все) позволяют более объективно раскрыть ее роль в продовольственной политике Смольного. Они, в частности, показывают, что письма ленинградцев с просьбами об оказании продовольственной помощи, адресованные А. А. Жданову, А. А. Кузнецову, П. С. Попкову и другим руководителям города, стали поступать еще с октября 1941 г. в связи с уменьшением хлебных норм и начавшимся голодом14. Н. А. Ломагин, частично опубликовавший эти письма, справедливо полагает, что они «раскрывают, главным образом, суть недовольства населения существующим продовольственным положением (особенно подростков и иждивенцев), и содержат в целом ряде случаев конкретные предложения по его улучшению»15.

На состоявшемся 15 января 1942 г. первом заседании Продовольственной комиссии Военного Совета Ленинградского фронта, на котором присутствовали А. А. Кузнецов, Д. В. Павлов и П. С. Попков, слушался «разбор заявлений об увеличении продовольственного пайка»16. Первым пунктом своего постановления Комиссия разрешила приравнять по продовольственному снабжению к рабочим оборонных предприятий 250 работников Ленинградской телефонной сети ведущих квалификаций: кабельщиков, канализаторов, установщиков и участковых монтеров17.

Продовольственная комиссия также разрешила Городскому управлению по учету и выдаче продуктовых и промтоварных карточек, которое с лета 1941 г. по поручению Ленинградского горкома ВКП(б) возглавлял И. Г Стожилов18, выдать продовольственные рабочие карточки вместо карточек служащих 50 сотрудникам конструкторского бюро судостроительной промышленности завода им. С. Орджоникидзе; 22 ведущим сотрудникам

А. А. Жданов. Фото: Г. Вайль, 1941 г.

Государственной публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина, среди них была и В. А. Каратыгина, возглавлявшая отдел по собиранию печатных материалов о войне и блокаде, которые составят затем коллекцию печатных материалов «Героическая оборона Ленинграда»; директорам головных институтов Академии сельскохозяйственных наук — Всесоюзного института микробиологии, Всесоюзного института растениеводства и Агропочвенного института19.

Продуктовые рабочие карточки было разрешено выдать 17 артистам театра Музыкальной комедии, 25 артистам хора и 5 концертмейстерам оркестра20. Основанием для такого решения Комиссии послужила докладная записка исполняющего обязанности начальника Управления делами искусства П. И. Рачинского председателю Ленгорсове-та П. С. Попкову. «В настоящий момент положение настолько обострилось, что имеются случаи, когда артисты балета и хора сваливаются почти на глазах у зрителя, что совершенно недопустимо, — сообщал 9 января 1942 г. П. И. Рачинский. — За эти дни по театру Музыкальной комедии умерли около 15 человек и много находится в истощенном состо-

янии»21.

На этом же заседании Продовольственная комиссия поручила заместителю председателя Ленгорсовета и заведующему отделом торговли И. А. Андреенко открыть не позднее 17 января 1942 г. «спецмагазин, из которого отпускать продукты для членов АН СССР и других лиц, могущих быть приравненными по своей значимости к акаде-микам»22. Для прикрепленных к «спецмагазину» лиц, помимо получаемых продовольственных карточек по месту работы, устанавливалась месячная норма выдачи продуктов: 2 кг муки, 2 кг крупы, 2 кг мяса, 1 кг сахара, 0,5 кг жиров23. Увы, на эту существенную добавку к блокадному пайку могли формально претендовать немногие ученые: в январе 1942 г. в блокированном городе оставались всего 5 академиков и 14 членов-корреспондентов АН СССР24.

По специальному распоряжению Продовольственной комиссии, к создаваемому «спецмагазину» были прикреплены 20 ведущих ученых Ленинградского университета во главе с ректором А. А. Вознесенским. Среди них были заслуженные деятели науки Д. И. Дейнека и И. И. Жуков, деканы ведущих факультетов ЛГУ С. С. Кузнецов, С. Э. Фриш, А. С. Броун, В. В. Мавродин, Н. В. Розе, профессора С. И. Ковалев, А. И. Молок, А. В. Неми-лов, Т. П. Кравец, В. М. Чулановский, Б. М. Эйхенбаум, М. Э. Янишевский и др.25 Полученный «спецпаек», по словам Б. М. Эйхенбаума, помог ученым «дотянуть» до эвакуации ЛГУ в Саратов в марте 1942 г.26

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

Отдельным пунктом к «спецконтингенту» были прикреплены 8 членов Всесоюзного географического общества (А. П. и В. П. Семеновы-Тяньшанские, С. В. Калесник, А. И. Андреев и др.), а также ведущий специалист в области онкологии, заслуженный деятель науки, член-корреспондент АН СССР Н. Н. Петров27.

Протокол № 1 заседания Продовольственной комиссии Военного Совета Ленинградского фронта был подписан присутствовавшими на нем А. А. Кузнецовым, П. С. Попковым и Д. В. Павловым. Однако последний в своей книге не сказал ни слова об этом заседании, сочинил трогательную легенду о том, как А. А. Жданов, узнав о том, что «многие ученые, особенно преклонного возраста, не выдерживали голода», оказывается, «немедленно потребовал список ученых, рассмотрел его и направил в городской отдел торговли с указанием выделять ученым дополнительно к пайку продукты с таким расчетом, чтобы они могли сохранить здоровье. Продуктов для этой цели потребовалось немного, но жизнь ученых была сохранена»28.

В условиях острейшего голода и огромной смертности весть о получении «академического пайка» через «спецмагазин» группой ведущих ученых быстро распространилась в научной среде, и в Смольный усилился поток писем с просьбами об оказании продовольственной помощи29. Несмотря на ограниченные ресурсы продовольствия, Военный Совет Ленинградского фронта был вынужден реагировать на эти отчаянные мольбы, и заседавшая 2 февраля 1942 г. его Продовольственная комиссия в составе Н. В. Соловьева, П. С. Попкова, П. Г Лазутина, И. А. Андреенко, рассмотрев представленные учреждениями науки, культуры и искусства списки на оказание продовольственной помощи, прикрепила своим решением к сцецмагазину «Ленгастроном» 440 работников науки, культуры и искусства30. Конечно, это была только небольшая часть остро нуждавшихся в продовольственной помощи, но ограниченная установленным лимитом Продовольственная комиссия была вынуждена отказывать в многочисленных просьбах. Так, на этом же февральском заседании было отказано Ботаническому институту АН СССР в просьбе об отпуске отрубей, жмыхов, муки и овса31. Показательно также, что первый пункт постановления Продовольственной комиссии от 2 февраля 1942 г. гласил: «В просьбе начальника Леноблгорлита т. Артамонова в выдаче карточек по группе рабочих цензорам Леноблгор-лита отказать»32. В то же время, вернувшиеся с фронта инвалиды войны по продовольственному снабжению были приравнены Комиссией к рабочим33.

С улучшением организации завоза продуктов питания по Ладожскому озеру и созданием запасов продовольствия в осажденном Ленинграде, а также резким сокращением его численности в результате массовой эвакуации весной - летом 1942 г., Продовольственная комиссия Военного Совета Ленинградского фронта переставала быть чрезвычайным органом. Теперь именно на ее заседаниях рассматривались все многочисленные обращения и просьбы руководителей самых различных военных и гражданских организаций о выдаче дополнительно продуктовых рабочих карточек; о разрешении Отделу торговли исполкома Ленгорсовета отпускать предприятиям обеды без погашения талонов из продовольственных карточек; определяла, кому и сколько выдать обеденных карточек среди руководящих работников действующих промышленных

предприятий; распределяла по организациям и учреждениям поступавшие со всех концов страны в Ленинград подарки. Постановлением Продовольственной комиссии от 10 июня 1942 г., например, поступившие в централизованном порядке подарки были распределены следующим образом: масло животное: учителям начальных и средних школ — 750 кг, сотрудникам Государственной публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина — 75 кг, рабочим завода «Ленинская искра» — 135 кг; колбаса: рабочим Кировского завода — 183 кг; фрукты: детским учреждениям — 1 718 кг; яйца: детям из детских домов — 29,5 тыс. штук, детям из домов малютки — 5,5 тыс. штук, учащимся ремесленных училищ — 37 тыс. штук34.

Принимая положительное или отрицательное решение по просьбе того или иного руководителя или начальствующего лица, Продовольственная комиссия, работавшая с лета 1942 г. в составе А. А. Кузнецова, Н. В. Соловьева, П. С. Попкова, П. Г. Лазутина, руководствовалась отведенным ей Военным Советом лимитом продовольствия, исходила из принципа целесообразности, учитывая оборонное значение предприятия или учреждения, от имени которого обращались в Комиссию его руководители, и никогда не мотивировала свое отрицательное решение. Так, на своем заседании 17 июля 1942 г. Комиссия отказала заместителю наркома боеприпасов в просьбе о выдаче продуктовых рабочих карточек начальникам и сотрудникам секретных шифровальных отделов двух номерных (оборонных) заводов35. Зато она разрешила выдать продуктовые рабочие карточки 28 бойцам пожарно-сторожевой охраны Ленинградского дворца пионеров. Была также удовлетворена просьба руководства Ленгорздравотдела о выдаче продуктовых рабочих карточек 25 лаборантам Центральной эпидемиологической лаборатории36.

С осени 1942 г. специальные талоны на льготное питание стали получать работники производственных мастерских и лабораторий Военно-механического института, Института точной механики и оптики, Государственного оптического института, Горного института, Политехнического института, выполнявшие оборонные задания37.

Почти на каждом заседании Продовольственная комиссия рассматривала десятки мотивированных просьб руководителей оборонных предприятий о предоставлении льготного или дополнительного питания своим рабочим. Директор завода режущих инструментов Новиков и уполномоченный минно-торпедного Управления Военно-Морского флота капитан 2-го ранга Козловский, ходатайствуя о получении дополнительного питания рабочими и инженерно-техническими работниками, занятыми на выполнении минно-тральной программы, поясняли, что эта работа «сопряжена с потерей большого количества физических сил и энергии, пополнить которые за счет нормированного городского продовольственного пайка невозможно, и у людей, занятых на производстве, падают силы и они выбывают с производства»38. Как правило, Комиссия удовлетворяла такие

просьбы. Так, она разрешила отделу торговли исполкома Ленгорсовета отпускать с сентября 1942 г. 100 обедов без погашения талонов из продовольственных карточек рабочим завода им. Козицкого, и по 150 обедов — рабочим заводов № 209 и № 327 39 В октябре 1942 г. Продовольственная комиссия разрешила Управлению по учету и выдаче продовольственных карточек выдать 250 продуктовых рабочих карточек уборщицам действующих школ Городского отдела народного образования40.

Тем не менее, установленный лимит на выдачу рабочих карточек, талонов на льготное и дополнительное питание вынуждал Комиссию отказывать в таких просьбах не только музеям, библиотекам и архивам, но также лаборантам и санитаркам медицинских учреждений, работникам районных отделений и участковых бюро Управления по учету и выдаче продовольственных карточек, работникам районных отделений записи актов гражданского состояния райисполкомов41.

В условиях ограниченности продовольственных ресурсов, как отмечалось выше, снабжение населения продовольствием базировалось на первоочередном обеспечении продуктами питания тех категорий населения, от которых зависела судьба блокированного города. Одной из таких наиболее важных групп были руководящие работники заводов, фабрик и приравненных к ним оборонных организаций и учреждений. С ростом числа действующих промышленных предприятий увеличивалась и численность, и влияние этой группы. Постановлением Продовольственной комиссии от 3 ноября 1942 г. было разрешено выдать руководящим работникам промышленности города-фронта особые «столовые карточки»42. Выполняя постановление Совета Народных Комиссаров СССР «О порядке снабжения продовольственными и промышленными товарами рабочих промышленных предприятий» от 18 октября и приказ Наркомторга от 24 октября 1942 г.43, городские власти выделили в каждом районе Ленинграда по одному магазину, где передовикам производства отпускали по ордерам товары первой необходимости. Двадцать тысяч рабочих, перевыполнявших нормы выработки, по решению Продовольственной комиссии получали в заводских столовых дополнительное питание, что стимулировало к более высокой производительности и других рабочих44.

Несмотря на улучшение продовольственного положения города-фронта к осени 1942 г. (его запасы по основным продуктам питания превышали июльские резервы в 2 - 3 раза45), приближение второй блокадной зимы не могло не вызвать беспокойства значительной части ленинградцев, переживших страшную зиму 1941-1942 гг. Это беспокойство было связано в первую очередь с опасениями, как бы с наступлением новой зимы не началось опять снижение норм выдачи продуктов питания. Неслучайно председатель Продовольственной комиссии Военного Совета Ленинградского фронта А. А. Кузнецов, выступая 16 ноября 1942 г. на заседании бюро горкома партии, считал необходимым специально остановиться на вопросе о продовольственном снабжении населения Ленин-

града. «По нормам выдачи мы идем выше, чем другие города, — говорил он. — Выше идем по жирам, крупе и сахару. По хлебу идем ниже. Я уже не говорю о том, что мы отовариваем карточки регулярно, нормально.» Вместе с тем А. А. Кузнецов не скрывал, что «завозить продукты в Ленинград очень трудно. Трудно не потому, что их нет (все наши заявки своевременно удовлетворяются), а трудность связана с транспортом, потому что на одной железнодорожной нитке висит снабжение трех фронтов боеприпасами, вооружением, составами с пополнением и плюс полное снабжение такого города, каким является Ленинград; к тому же трудность усугубляется перевозом через Ладогу, когда противник все время эту важнейшую коммуникацию держит под непрерывным воздушным воздей-ствием»46.

Тем не менее, на 1 ноября 1942 г. на складах Ленинграда имелось 49 045 т муки, 1 719 т зерна, 13 901 т крупы и макарон, 1 592 т мяса и мясопродуктов, 3 505 т рыбы, 2 104 т животного масла, 1 691 т сахара47.

Созданная в критический период блокады Продовольственная комиссия Военного Совета Ленинградского фронта стала главным инструментом всей продовольственной политики Смольного, ориентированной в первую очередь на поддержку тех социальных и профессиональных групп населения, от которых зависела судьба осажденного города. Соглашаясь в целом с высказанным в литературе мнением, что «Продовольственная комиссия проводила очень консервативную линию, отказывая в удовлетворении подавляющего большинства просьб о дополнительном питании»48, все же следует иметь в виду, что в 1942 г. Комиссии приходилось действовать в условиях ограниченных продовольственных ресурсов и в пределах установленного Военным Советом Ленинградского фронта лимита продуктов питания. Разумеется, объективно оценить роль Продовольственной комиссии в продовольственной диктатуре Смольного можно только в результате изучения всего комплекса материалов этой комиссии, включая еще не рассекреченные документы.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

1 Статья подготовлена при финансовой поддержке РГНФ. Проект № 14-01-00406.

2 Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов / Под ред. Н. Л. Волковского. М.; СПб., 2005. С. 668-669.

3 Ломагин Н. А. В тисках голода. Блокада Ленинграда в документах германских спецслужб, НКВД и письмах ленинградцев. Изд. 2-е. СПб., 2014. С. 218.

4 «Я не сдамся до последнего..»: записки из блокадного Ленинграда / Отв. ред. В. М. Ковальчук. СПб., 2010. С. 65.

5 Черепенина Н. Ю. Голод и смерть в блокированном городе // Жизнь и смерть в блокированном Ленинграде. Историко-медицинский аспект. СПб., 2001. С. 38.

6 Ленинград в осаде: Сб. документов о героической обороне Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. 1941-1944 / Отв. ред. А. Р. Дзенискевич. СПб., 1995. С. 219-220. — Поступление в Ленинград дополнитель -ного продовольствия позволило к концу 1942 г. создать при районных трестах столовых в специально выделенных для этого помещениях неприкосновенный запас продовольствия. См.: Центральный государственный архив Санкт-Петербурга (далее — ЦГА СПб). Ф. Р-5375 (Трест столовых Фрунзенского района). Оп. 2. Д. 1-3; Ф. Р-5379 (Трест столовых Смольнинского района). Оп. 2. Д. 1, 3; Ф. Р-5920 (Трест столовых Дзержинского района). Оп. 2. Д. 1-3; Ф. Р-5996 (Трест столовых Куйбышевского района). Оп. 2. Д. 1-3; Ф. Р-6220 (Трест столовых Приморского района). Оп. 1. Д. 4, и др.

7 Ленинград в осаде. С. 221-222.

8 Там же. С. 221.

9

Там же.

10 Там же. С. 192, 350. — Первые правила выдачи продовольственных и промтоварных карточек были утверждены постановлением исполкома Ленгорсовета 26 июля 1941 г и предусматривали разбивку «контингента населения на 4 группы»: рабочие и ИТР, служащие, иждивенцы, дети до 12 лет (ЦГА СПб. Ф. 7384. Оп. 18. Д. 1422. Л. 95-99). Инструкции по выдаче карточек неоднократно менялись, и были направлены на ужесточение контроля за выдачей и уточнением контингентов, пользующихся рабочей карточкой. Так, 27 февраля 1942 г Ленгорисполком своим решением предписал выдать на март рабочие продовольственные карточки парикмахерам, работавшим в системе отдела местной промышлености и управления коммунального обслуживания. 29 мая 1942 г. сменивший И. Г Стожилова на посту начальника управления по учету и выдаче продовольственных карточек С. А. Трифонов обратился к П. Г Лазутину и И. А. Андриенко с просьбой «...дать указание о выдаче парикмахерам продовольственных карточек по группе рабочих и в дальнейшем без ограничения срока действия распоряжения определенным месяцем или об отмене этой выдачи» (Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга (далее — ЦГАИПД СПб). Ф. 24. Оп. 2 в. Д. 6187. Л. 3). 20 июля 1942 г нарком торговли СССР А. Любимов утвердил «Краткий справочник по отнесению населения к группам по снабжению при выдаче продовольственных и промтоварных карточек», который уже спустя 3 дня был подписан в печать и опубликован тиражом 75 тыс. экземпляров (ЦГАИПД СПб. Ф. 24. Оп. 2 в. Д. 6187. Л. 111-117).

11 Павлов Д. В. Ленинград в блокаде. Изд. 6-е, испр. и доп. Л., 1985. С. 91-92.

12 См.: Журнал посещений А. А. Жданова. 1941-1944 гг. / Отв. ред. К. А. Болдовский. СПб., 2014. С. 93-99.

13 Там же. С. 97.

14 См.: Письма ленинградцев в Продовольственную комиссию Военного Совета Ленинградского фронта, октябрь 1941-1942 гг. // Ломагин Н. А. В тисках голода. С. 289-358.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

15 Там же. С. 19. — Одновременно заметим, что жалобы и заявления ленинградцев блокадных лет сохранились также в фонде Главного управления торговли Ленгорисполкома. Заместитель председателя Лен-горсовета и заведующий отделом торговли И. А. Андреенко на поступавшие письма от уполномоченного ЛГУ, из Эрмитажа, от заводов «Красный маяк», «Русский дизель», треста «Похоронное дело» и др. организаций, как правило, накладывал следующую резолюцию: «Удовлетворить просьбу не представляется возможным» (см.: ЦГА СПб. Ф. Р-7082. Оп. 2. Д. 150, 194, 197, 198 и др.).

16 ЦГАИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 20. Д. 16. Л. 1-3.

17 Там же. Л. 1.

18 Там же. Ф. 1728. Оп. 1. Д. 661587. Л. 9.

19 Там же. Ф. 4000. Оп. 20. Д. 16. Л. 2.

20 Там же.

21 Там же. Л. 15.

22 Там же. Л. 2.

23 Там же.

24 Там же. Д. 17. Л. 106.

25 Там же. Д. 16. Л. 2.

26 Ленинградский университет в Великой Отечественной. Очерки / Отв. ред. Ю. Д. Марголис. Л., 1990.

С. 259.

27 ЦГАИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 20. Д. 16. Л. 3.

28 Павлов Д. В. Ленинград в блокаде (1941 год). М., 1958. С. 116.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

29 Письма ленинградцев в Продовольственную комиссию Военного Совета Ленинградского фронта, октябрь 1941-1942 гг. // Ломагин Н. А. В тисках голода. С. 301-329.

30 ЦГАИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 20. Д. 39. Л. 55.

31 Там же. Л. 2.

32 Там же. Л. 1.

33 Там же. Л. 7.

34 Там же. Ф. 24. Оп. 2 в. Д. 6199. Л. 14-16.

35 Там же. Л. 10.

36 Там же. Д. 5914. Л. 32.

37 Там же. Ф. 4000. Оп. 20. Д. 39. Л. 55. — Более подробно характеристика «контингента питающихся», или «прикрепленных», за 1942 г. отражена в документах, отложившихся в фондах трестов столовых районов Ленинграда: ЦГА СПб. Ф. Р-5375. Оп. 2. Д. 3; Ф. Р-5798. Оп. 1. Д. 8, 9, 10; Ф. Р-5920. Оп. 2. Д. 1; Ф. Р-5996. Оп. 2. Д. 3, и др.

38 ЦГАИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 20. Д. 5914. Л. 32.

39 Там же. Д. 6199. Л. 20.

40 Там же. Л. 32.

41 Там же. Л. 21, 23, 27.

42 Там же. Л. 37. — Известно также, что 7 октября 1942 г. директора трестов столовых всех районов Ленинграда получили «совершенно секретный» приказ № 728/сс за подписью начальника Главного управления ленинградских столовых, ресторанов и кафе (Ленглавресторана) А. И. Фельдмана. В нем говорилось о необходимости улучшения питания руководящих работников промышленных предприятий. Данное решение было принято в соответствии с постановлением Военного Совета Ленинградского фронта от 1 октября 1942 г. и ЛГК ВКП(б) от 6 октября 1942 г. (ЦГА СПб. Ф. Р-5920. Оп. 2. Д. 3. Л. 214-215). На 1 декабря 1942 г. руководящим работникам промышленности было выдано 5138 «обеденных карточек», а представителям творческой интеллигенции только 1497: работникам науки и техники — 531, деятелям искусства — 527, членам Союза советских писателей — 94, членам Союза советских художников — 88, членам Союза советских композиторов — 17, членам Союза советских архитекторов — 112 и т. д. (ЦГАИПД СПб. Ф. 24. Оп. 2 в. Д. 5935. Л. 91 об.).

43 Сборник важнейших приказов и инструкций по вопросам карточной системы и нормированного снаб -жения. 2-е изд., испр. и доп. М., 1944. С. 141.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

44 ЦГАИПД СПб. Ф. 4000. Оп. 20. Д. 6171. Л. 29. — В соответствии с постановлением Военного Совета Лен-фронта от 18 октября 1942 г., директорам трестов столовых по районам города был разослан «план закладки неприкосновенного запаса продовольствия для снабжения населения и войск внутренней обороны города Ленинграда». План дислокации запасов для гражданского населения должен был согласовываться с первыми секретарями райкомов, председателями райисполкомов и начальниками продовольственного снабжения

секторов обороны Ленинграда. План завоза продовольствия для закладки в «НЗ» был реализован к 5 ноября 1942 г. Продовольствие для «НЗ» размещалось в кладовых столовых, как открытого, так и закрытого типа, в помещениях, обеспечивающих сохранность продуктов от порчи. Расходование продовольствия, заложенного в «НЗ», на другие цели «категорически запрещалось» (ЦГА СПб. Ф. Р-5920. Оп. 2. Д. 3. Л. 228). Подробнее об этом — в материалах треста столовых: ЦГА СПб. Ф. Р-5375 (Трест столовых Фрунзенского района). Оп. 2. Д. 1-3; Ф. Р-5379 (Трест столовых Смольнинского района). Оп. 2. Д. 1, 3; Ф. Р-5920 (Трест столовых Дзержинского района). Оп. 2. Д. 1-3; Ф. Р-5996 (Трест столовых Куйбышевского района). Оп. 2. Д. 1-3; Ф. Р-6220 (Трест столовых Приморского района). Оп. 1. Д. 4, и др.

45 Карасев А. В. Ленинградцы в годы блокады. 1941-1943. М., 1959. С. 258.

46 Цит. по: Блокада Ленинграда / Авт.-сост. В. М. Давид. М., 2014. С. 505.

47 Карасев А. В. Ленинградцы в годы блокады. С. 258. — См. также: Гаврилова О. А. «Блокадные банкеты»: к истории нормированного снабжения Ленинграда в 1942 г. // Труды исторического факультета СПбГУ. Вып. 21. СПб., 2015. С. 415-420.

48 Ломагин Н. А. В тисках голода. С. 21.

УДК 9Д(Д7).084.8

Соболев Г Л., Ходяков М. В. Продовольственная комиссия Военного Совета Ленинградского фронта в 1942 г. // Новейшая история России. 2016. № 1 (15). С. 8 - 21.

АННОТАЦИЯ: В статье, основанной на архивных материалах, рассматривается история создания и начальный этап деятельности Продовольственной комиссии Военного Совета Ленинградского фронта. На сегодняшний день работа этой Комиссии не получила всестороннего освещения в исторической литературе. Авторы показывают, как в наиболее драматический период блокады Ленинграда зимой 1941/1942 гг. осуществлялось распределение скудных продовольственных запасов в осажденном вражескими войсками городе. В статье приводится персональный состав Продовольственной комиссии, в которую в момент ее создания в январе 1942 г. вошли: второй секретарь горкома партии А. А. Кузнецов, уполномоченный Государственного комитета обороны по продовольственному снабжению войск Ленинградского фронта и населения города Д. В. Павлов, председатель Ленинградского городского совета П. С. Попков и председатель Ленинградского областного совета Н. В. Соловьев. Комиссия получила право рассматривать все вопросы, связанные с увеличением расхода продовольствия как для гражданских и военных организаций в целом, так и для отдельных лиц. При этом Комиссия должна была исходить из лимита, установленного Военным Советом Ленинградского фронта. На протяжении 1942 г в заседаниях Комиссии принимали участие секретарь Ленинградского горкома по торговле и промышленности П. Г. Лазутин, а также заместитель председателя Ленинградского городского совета и заведующий отделом торговли И. А. Андреенко. По мнению авторов статьи, деятельность Продовольственной комиссии в 1942 г. была направлена на поддержку тех социальных и профессиональных групп населения, от которых зависела судьба осажденного города: рабочих промышленных предприятий, руководителей заводов и фабрик. Одновременно Комиссия оказывала поддержку и узкому слою выдающихся ученых и деятелей культуры.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: Продовольственная комиссия, Военный Совет Ленинградского фронта, блокада Ленинграда, 1942 год.

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ: Соболев Г. Л. — доктор исторических наук, профессор, житель блокадного Ленинграда, заслуженный работник высшей школы РФ, заслуженный деятель науки РФ, почетный профессор Санкт-Петербургского государственного университета (Санкт-Петербург, Россия); g.sobolev@spbu.ru | Ходяков М. В. — доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой Новейшей истории России, Санкт-Петербургский государственный университет (Санкт-Петербург, Россия); m.khodyakov@spbu.ru

rR. Co6onee, M. B. Xodnme. npogobo^bctbehhaa komi/iccua..

21

Sobolev G. L., Khodjakov M. V. The Food Commission of Leningrad Front Military Council in 1942

ABSTRACT: In the article based on archival materials, it is considered the history of creation and the initial phase of functioning of the Food Commission of the Military Council of the Leningrad front. The work of the Commission has not received full coverage in the historical literature up to present day. The authors show how in the most dramatic period of the siege of Leningrad in the winter 1941/1942 the distribution of scarce food supplies in the besieged by enemy troops city was carried out. The article presents the personnel of the Food Commission, which at its inception in January 1942 included: the Second Secretary of the City Party Committee A. A. Kuznetsov; authorized representative of the State Defense Committee on the food supply of the Leningrad front and the city's population D.V Pavlov, the Chairman of the Leningrad City Council P. S. Popkov, and the Chairman of the Leningrad Regional Council N. V. Solovyov. The Commission received the right to deal with all issues related to the increase in the consumption of food for both civilian and military organizations as a whole, and individuals. At the same time, the Commission was to proceed from the limit set by the Military Council of the Leningrad front. Throughout 1942, the Commission meetings were attended by the Secretary for Trade and Industry of the Leningrad Party Council P. G. Lazutin, as well as Deputy Chairman of the Leningrad City Council and head of the Department of trade I. A. Andreenko. According to the authors, the activity of the Food Commission in 1942 was aimed at supporting the social and professional groups vitally important in the city's surviving; those whose work had great impact on the fate of the besieged city: industrial workers, managers of plants and factories. At the same time, the Commission gave support to a rather narrow layer of prominent scientists and cultural figures.

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.

KEYWORDS: The Food Commission, the Military Council of the Leningrad front, the blockade of Leningrad, 1942.

AUTHORS: SobolevG. L. — Doctor of History, Professor, Honored high school educationalist of Russian Federation, Honored science worker of Russian Federation, Honorary Professor of Saint-Petersburg State University (St. Petersburg, Russia); g.sobolev@spbu.ru KhodjakovM. V. — Doctor of History, Professor, Head of the Modern history of Russia Department, St. Petersburg State University (St. Petersburg, Russia); m.khodyakov@spbu.ru

REFERENCES:

1 Blokada Leningrada v dokumentax rassekrechennyx arxivov, Ed. N. L. Volkovskiy (Moscow - St. Petersburg, 2005).

2 Lomagin N. A. V tiskax goloda. Blokada Leningrada v dokumentax germanskix specsluzhb, NKVD i pis'max leningradcev,, 2nd ed. (St. Petersburg, 2014).

3 «Ya ne sdamsya do poslednego...»:zapiskiizblokadnogo Leningrada, Ed. V. M. Kovalchuk (St. Petersburg, 2010).

4 Cherepenina N. Yu. 'Golod i smert' v blokirovannom gorode' in Zhizn ismert' vblokirovannom Leningrade. Istoriko-medi-cinskij aspekt (St. Petersburg, 2001).

5 Leningrad v osade: Sb. dokumentov o geroicheskoj oborone Leningrada v gody Velikoj Otechestvennoj vojny. 1941-1944, Ed. A. R. Dzeniskevich (St. Petersburg, 1995).

6 Pavlov D. V. Leningradv blockade, 6th ed. (Leningrad, 1985).

7 Zhurnalposeshhenij A. A. Zhdanova. 1941-1944 gg., Ed. K. A. Boldovskiy (St. Petersburg, 2014).

8 Leningradskij universitet v Velikoj Otechestvennoj. Ocherki, Ed. Yu. D. Margolis (Leningrad, 1990).

9 Pavlov D. V. Leningrad v blokade (1941 god) (Moscow, 1958).

10 Karasev A. V. Leningradcy v gody blokady. 1941-1943 (Moscow, 1959).

11 Blokada Leningrada, Comp. V. M. David (Moscow, 2014).

12 Gavrilova O. A. '«Blokadnye bankety»: k istorii normirovannogo snabzhenija Leningrada v 1942 g.' in Trudy istoricheskogo fakul'teta SPbGU, Iss. 21 (St. Petersburg, 2015).

Не можете найти то что вам нужно? Попробуйте наш сервис подбора литературы.