Научная статья на тему 'Проблемы сохранения археологического наследия России: от советской археологии до сегодняшнего дня'

Проблемы сохранения археологического наследия России: от советской археологии до сегодняшнего дня Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки»

CC BY
225
47
Поделиться
Ключевые слова
АРХЕОЛОГИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ РОССИИ / СОВЕТСКАЯ АРХЕОЛОГИЯ

Текст научной работы на тему «Проблемы сохранения археологического наследия России: от советской археологии до сегодняшнего дня»

К.В. Завалин ПРОБЛЕМЫ СОХРАНЕНИЯ АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО НАСЛЕДИЯ РОССИИ: ОТ СОВЕТСКОЙ АРХЕОЛОГИИ ДО СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ.

1. Россия

Наблюдаемая в России картина в сфере охраны археологического наследия далеко не утешительна. По неполным данным еще 1996 г. в результате антропогенного воздействия уничтожено более 1130 археологических памятников.

В России археологические работы на строительстве ведутся более 70 лет. В 1927 г. археологи начали изучать памятники в зоне затопления Днепрогэса. В 1929 г. была организована первая ново-строечная экспедиция ГАИМК-Вол-го-Донецкая под руководством А.А. Миллера. В 1934 г. было принято постановление ВЦИК и СНК СССР, согласно которому при строительстве должны выделяться средства на раскопки уничтожаемых археологических памятников. Это позволило организовать археологические работы при возведении нескольких электростанций, канала Волго-Дон, а так же при сооружении Московского метрополитена. После второй Мировой Войны археологические охранные работы продолжились при создании электростанций на Волге, Енисее, Каме,

© Завалин К.В., 2003

сельскохозяйственных систем на юге России [Работы археологов РСФСР на новостройках в 19271932гг, 1932, с. 37].

2. Советская археология до перестройки (1950-1980 г.)

Сведения об археологии этого периода, если судить по свидетельствам ученых-современников, иногда несколько туманны, в силу того, что слишком велик соблазн “впасть в ностальгическое любование” тем ушедшим временем. Многие из ученых того времени были действительно счастливы: вхождение в науку, первые раскопки и открытия, первые публикации, первые книги. О положении науки на западе сведений было мало — многие не знали языков, а те, кто знал, не спешили этими знаниями делиться по известным причинам [Шер, 1999, с. 210].

Советская археология была сосредоточена в учреждениях трех типов

1) Институты АН ССР и АН союзных республик (фактически это была единая система);

2) Крупные музеи;

3) Кафедры старых университетов.

В библиографическом указателе “Советская археологическая литература” за 1958-1962 гг. приведено 8178 публикаций, принадлежащих примерно 950 авторам книг и статей. Таким образом, в отмеченные годы действующих “чистых” археологов в СССР было примерно 600-650 человек, что совсем не много для такой огромной страны, даже если сократить ее площадь до половины или одной трети за счет гор, морей и других “нежилых” территорий. Когда в конце 1950-х или в

начале 1960 годов П.Н. Третьяков вернулся из командировки в Чехословакию, он сообщил, что там на единицу площади приходится в десятки раз больше археологов, чем у нас. Однако эти вопросы оставались где-то на заднем плане и не вызывали какого-то недовольства существующим положением [Шер, 1999, с. 210].

Не вызывало особого неудовлетворения и бюджетное финансирование в целом весьма скромное, но сравнивать было не с чем, а специфика науки такова, что гнаться за кубометрами не приходилось. Отдельные ученые добивались приличного финансирования для своих экспедиций (Хорезм, Новгород, Пен-джикент), но таких было буквально единицы.

Постановление СНК 1934 года об особом финансировании археологических работ в зонах строительства особенно интенсивно заработало в связи с “великими планами преобразования природы”. Ученых радовала возможность масштабных исследований на новостройках, отпускавших невиданные по тем временам деньги на эти цели. Когда, например, на Байкальскую экспедицию 1959 г. было отпущено 1,2 млн. рублей (в дохрущевских деньгах), эта сумма казалась столь гигантской, что для комплектования экспедиции устроили мобилизацию и почти принудительно направляли туда “античников”, “среднеази-атов”, “неолитчиков” и других специалистов. Никто не допускал и тени сомнения в целесообразности “великих строек коммунизма”. За эти годы (1950-1980) советская археология достигла без преувеличения больших успехов. Были возоб-

новлены или начаты масштабные стационарные раскопки. Это было время выдающихся полевых открытий, в том числе и в Прикамье. В те же годы началось активное использование в археологии естественнонаучных методов: абсолютная датировка по радиоуглероду, геофизические методы поиска и изучения памятников, аэрофоторазведка и аэрофотосъемка, первые успешные попытки использования математических методов и ЭВМ.

Несмотря на общие прохладные отношения высокого партийно-государственного начальства к древности вообще и к археологии в частности, археологов тогда отмечали самыми престижными научными премиями того времени — Сталинскими (позднее государственными) и Ленинскими. Важен тот факт, что власть признавала научную ценность археологических исследований и видела в них нечто большее, чем только идеологическое обеспечение своей политики.

Уже в начале 1960-х годов большой размах работ на новостройках порождает у многих ученых сомнения в необходимости столь жестких темпов строительства.

Подход властей к археологическим работам на новостройках в целом был верно охарактеризован А.А. Формозовым: “На новостройках не археологи диктовали сроки строительства, а строители задавали неприемлемый для ученых темп... Новостроечные экспедиции 19701980 гг. выезжали в поле в апреле, когда земля еще была покрыта снегом, а возвращались в октябре, когда снова ложился снег. Материала добывалось так много, что его негде было хранить, некому рестав-

рировать и обрабатывать.” (Формозов А.А.). Но не факт, что именно строители задавали темп. Здесь скорее причастны партийно-хозяйственные власти, которые должны были к тому или иному юбилею и уже обязательно к 31 декабрю отрапортовать о своих новых “достижениях”. Строители уже подкупали орденами и премиями [Шер, 1999, с. 213].

Ущерб, нанесенный стране, исчисляется многими десятками миллиардов рублей (в ценах 1960-х годов) и еще продолжает наноситься. Потери археологии только от затопления долины Верхнего Енисея, уникального археологического музея под открытым небом, вряд ли удастся подсчитать хотя бы приблизительно. В Пр икамье такая же ситуация сложилась с Камским водохранилищем: уничтожено множество памятников, множество разрушается по сей день в результате ежегодных подтоплений, а водохранилище оказалось экономически невыгодным и не окупает само себя. Потеряны целые эпохи [Шер, 1999, с. 213].

В итоге за этот период времени с одной стороны Советская археология достигла очень высокого уровня своего развития во всех направлениях и в некоторых опережала даже мировой уровень, например методы математической обработки, классификация, абсолютное датирование развивалось в России одновременно с Западом и самостоятельно.

В аспекте же работ по охране археологического наследия, характерной чертой этих работ было то, что экспедиции специально организовывались в каждом конкретном

случае и нередко благодаря настойчивости отдельных археологов (в Прикамье это были Талицкий, Бадер, Оборин и другие ученые, которые в кратчайшие сроки исследовали и описали сотни археологических памятников, подверженных в последствии затоплению). Системы охранных работ еще не было.

Лишь в 1970-х годах, после принятия закона “Об охране и использовании памятников истории и культуры” спасительные археологические работы приняли массовый характер. Появились постоянно действующие новостроечные экспедиции. В институте археологии с 1972 года начал существовать Отдел охранных раскопок. Можно с уверенностью сказать, что подавляющее большинство археологического материала за это время, было получено при проведении охранных раскопок.

4. 1980-е гг. Перестройка

Восьмидесятые годы, как и предшествующее время, являют собой период расцвета археологических работ на новостройках. В стране ежегодно действовало около сотни новостроечных экспедиций, по их результатам поводились общероссийские конференции, печатались многочисленные труды. Привлечение средств из строительства способствовало возникновению при университетах и лицеях коллективов археологов, специализирующихся на охранных работах. Начался процесс формирования специалистов в области управления сохранением археологического наследия.

Это было противоречивое время. Сначала археологи видели в охранных работах лишь новый ис-

точник финансирования своих научных исследований. Но постепенно пришло понимание — что главное — физическое сохранение археологических памятников. Поэтому со второй половины восьмидесятых годов главное внимание стало уделяться работе с проектными институтами с целью уменьшить зону строительства, чтобы памятники оказались за его пределами, изменить трассу будущих дорог, чтобы обойти поселение. Логично, что среди полевых археологических исследований на первый план вышли разведочные работы. Отсюда проистекала необходимость сотрудничества с организациями, определяющими методические основы строительного проектирования, с ведомствами, формирующими конкретные направления развития отраслей и отдельных регионов [Смирнов, 1999, с. 46].

5. Последнее десятилетие XX века

В последнее десятилетие объем работ на новостройках резко сократился. Это объясняется как общим кризисом в стране, так и принципиальными изменениями экономической и правовой системы государства. Сокращение целенаправленной археологической деятельности разворачивалось одновременно с резким увеличением числа разрушаемых памятников. Помимо “традиционных” причин в этот период значительную роль играли новые тогда факторы. Среди них — резкая интенсификация использования земли, неконтролируемое государством частное и коммерческое строительство, активное освоение земель в связи с миграционными процес-

сами. И главное началась массовая приватизация земель, началась без выделения земель историкокультурного назначения [Смирнов, 1999, с. 47].

Эти процессы шли на фоне ослабления структуры власти в центре на местах, что влечет безнаказанность за порчу и уничтожение археологических памятников. В это время и создаются благоприятные условия для деятельности профессиональных грабителей археологических памятников. В результате, внутри страны возник “черный” рынок археологических находок во многом ориентированный на зарубежье.

6. Проблемы защиты археологического наследия — день сегодняшний.

Угроза сохранности наследия диктуются действием трех факторов (см. схему 1) [Гусев, Загоруль-ко, 1997, с. 240 ]:

1. естественное уничтожение;

2. уничтожение в результате хозяйственной деятельности;

3. целенаправленные грабительские раскопки памятников.

Субъектами хозяйственной деятельности выступают: государственные предприятия, акционерные общества и частные предприятия, физические лица. Грабительские раскопки осуществляются как в некоммерческих целях любителя-ми-краеведами, не имеющими квалификации, так и в коммерческих целях лицами, осуществляющими незаконный промысел в целях наживы, передающими экспонаты перекупщикам, выполняющими в свою очередь заказ частных коллек-

ционеров.

Опасной тенденцией следует считать расширение масштабов противозаконных действий и дерзкое поведение представителей незаконных группировок по раскопкам древностей и их сбыту.

Основные изменения в сфере охраны археологического наследия произошедшее в 1985-1991 годах.

1) Резкое сокращение финансирования на проведения полевых работ;

2) Нежелание государственных предприятий, акционерных обществ и частных структур нести расходы на охранные работы;

3) Ослабление контроля центра и рост полномочий регионов, нередко претендующих на свое исключительное право на археологическое наследие и землеотвод.

Необходимо отметить парадигму между такими категориями как Всемирное археологическое наследие и региональное или этническое наследие. Необходимо четко уяснить, что ни регион, ни этническая группа не могут претендовать на археологическое наследие, не имея квалифицированных специалистов.

4) Возросло национальное самосознание и появление попыток использовать археологическое наследие в качестве доказательства своей национальной исключительности;

5) Уменьшение числа подготовительных кадров (в настоящее время имеется около двух тысяч профессиональных археологов, при сокращении числа экспедиций), а значит, и возможности получения полевой практики для нового поколения археологов;

6) Физический износ и мо-

ральное старение оборудования, невозможность в большинстве случаев применение новых высокоэффективных технологий для выявления и фиксации памятников.

Все эти процессы развивались на фоне появления института частной собственности. В результате отсутствия государственной политики в области археологического наследия и адекватной условиям правовой базы сложилась кризисная ситуация, которая в результате ослабления контроля над сохранением памятников археологии, в некоторых регионах перешла на сегодняшний день в катастрофическое состояние. Нельзя не отметить также и то, что честь территорий России находятся вне контроля Министерства культуры — среди них, прежде всего, земли Минобороны, МВД, Минатома и другие. До сих пор нет реальной проработки проектов заповедников и парков, создаваемых под эгидой Минприроды и совершенно не учитывающих специфику археологического наследия.

Невостребованность обществом археологического наследия России и археологической науки имеет как объективные, так и субъективные причины, а корни такого положения произрастают в политическое и экономическое устройство страны.

Огромный ущерб сохранению археологического наследия и археологической науке был нанесен в результате:

1) бессистемных раскопок на крупных и особо ценных памятниках

2) неравномерности в обследовании регионов и изучении культур и эпох

3) низкого методического уровня значительной части проводимых работ

4) отсутствия материальнотехнической базы во многих регионах и учреждениях для обработки и хранения коллекций

5) местничества, достигшего своего апогея в 90-е годы

6) отсутствия квалифицированных кадров археологов в отдельных регионах полностью и недостаточного количества археологов в целом по России

7) небольшого количества специалистов в области археологического наследия и отсутствия системы подготовки кадров в этой сфере

Эти проблемы существовали 10 лет назад, еще до формирования современного законодательства, остались они и сейчас. Поскольку остались те же проблемы со специалистами археологами на местах, то, следовательно, страдает система контроля и управления археологическим наследием России.

Специфика археологического

наследия состоит в том, что недвижимые и движимые памятники являются не только физическими объектами, но и, прежде всего, хранилищами информации о материальной и духовной культуре и среде обитания человека.

Каждый памятник археологии представляет собой архив информации о культурах, народах, конкретных событиях и отдельных людях. Утрата памятника археологии носит не только материальный характер, но нравственный, информационный. В этом состоит основное своеобразие земель, на которых расположены археологические памятники. Совершенно определенно, что все вопросы регулирования в области землевладения и землепользования должны решаться в соответствии с основными положениями земельного права. В настоящее время в условиях введения института частного землевладения необходимо учесть мировой опыт охраны наследия при формировании рынка земель.

Схема основных разрушающих факторов (схема 1)

коммерческие некоммерческие акционерные деятельность госпредприятие

(осуществляемые (осуществляемые общества и отдельных

лицами с целью неподготовленны частные граждан

промысла и продажи ми любителями- предприятия

артефактов в целях краеведами)

наживы)

Частные коллекции

Перекупщики

Схема 1. Разрушающие факторы