Уголовный процесс
УДК 343 ББК 67
DOI 10.24411/2073-3313-2020-10543
ПРОБЛЕМЫ ПРИНЦИПА СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ
Иса Даудович МАЛЬЦАГОВ, заведующий кафедрой уголовного процесса и криминалистики Чеченского государственного университета, кандидат юридических наук, доцент E-mail: isa.maltsagov@mail.ru
Мансур Хусаинович САИДОВ, аспирант кафедры «Уголовный процесс и криминалистика» Чеченского государственного университета
Оксана Хасанбиевна ШТЫМОВА, аспирант кафедры «Уголовный процесс и криминалистика» Чеченского государственного университета
Научная специальность: 12.00.09 — уголовный процесс
Аннотация. В статье рассматриваются проблемы принципа состязательности в уголовном процессе. Социально-политические изменения в нашей стране и реформа правовой системы сказались на принципе состязательности сторон и их равноправии. Объяснить этот факт можно тесной связью судебной реформы с данными положениями. На сегодняшний день идет активное обсуждение процессуалистами значения главных начал судопроизводства Российской Федерации.
В статье рассматривается принцип состязательности сторон в уголовно-процессуальном законодательстве, закрепленном в статье 15 УПК РФ, который достаточно важен при осуществлении уголовного производства. Наука уголовного процесса сталкивается с проблемой соотнесения его с разными правовыми категориями. Состязательность рассматривается как форма уголовного судопроизводства, а также представляет собой законодательно закрепленный принцип. Раскрыты свойства понятия «состязательность», проанализирован спорный вопрос науки уголовного процесса о соотношении принципа состязательности с установлением истины в уголовном процессе. Дан анализ фактических обстоятельств дела, а также оценена роль приговора суда для состязательного процесса.
Ключевые слова: уголовное судопроизводство, принципы уголовного судопроизводства, уголовный процесс, состязательность, равноправие сторон.
Annotation. The article deals with the problems of the adversarial principle in criminal proceedings. Socio-political changes in our country and the reform of the legal system affected the principle of competition of the parties and their equality. This fact can be explained by the close connection of the judicial reform with these provisions. To date, there is an active discussion by the proceduralists of the meaning of the main principles of legal proceedings in the Russian Federation.
The article talks about the principle of adversarial nature of the parties in the criminal procedural legislation, enshrined in article 15 of the Code of criminal procedure of the Russian Federation, which is of considerable importance in the implementation of criminal proceedings. The science of criminal procedure is faced with the problem of correlating it with different legal categories. Competitiveness is considered as a form of criminal proceedings, and is also a legislatively enshrined principle. The properties of the concept of «adversariality» are revealed, the controversial issue of the science of criminal procedure about the correlation of the principle of adversariality with the establishment of truth in the criminal process is analyzed. The analysis of the factual circumstances of the case is given, as well as the role of the court verdict for the adversarial process is assessed.
Keywords: criminal proceedings, principles of criminal proceedings, criminal procedure, adversarial nature, equality of the parties.
ЗАКОН И ПРАВО • 11-2020
Преобразования, происходящие в нашей стране, неизбежно отражаются на отечественной правовой системе и процессе обеспечения реализации прав личности и гражданина. Это порождает коренные преобразования в правовых конструкциях построения правоохранительных и судебных органов современной России. Меняется не только понимание места государства и его аппарата в жизни человека и гражданина, но и подходы к выстраиванию такого аппарата, его содержания, вида и т.п.
Термин «состязательность» определяется как такой судебный процесс, в котором обе стороны имеют активные права при исключительных полномочиях суда [1]. По сути, в данном смысле состязательность сводится к равноправию сторон.
Среди определенной категории ученых распространено мнение о том, что под принципом состязательности принято понимать такое состояние судопроизводства, которое обеспечивает два основных элемента во время его осуществления: четкое распределение полномочий между сторонами и процессуальное равенство сторон при рассмотрении дела, которое они реализуют перед независимым и непредвзятым судом.
Что касается элементного состава принципа состязательности, то он включает следующие процессуально-закрепленные составляющие:
1) наличие стороны обвинения и стороны защиты;
2) наличие закрепленных процессуальных средств деятельности стороны обвинения и стороны защиты;
3) наличие и четкое обособление функций государственного обвинения, защиты и судебного рассмотрения и наличие суда [5].
Значение состязательности в судопроизводстве определяется многими учеными как лучшее средство установления материальной истины. С такой позицией можно согласиться, ведь теоретически соревновательная деятельность участников процесса приводит к активному поиску доказательств, максимально приближает к установлению обстоятельств, которые существовали в действительности [3].
Понятно, что ключевое соревнование происходит между стороной обвинения и стороной защиты с учетом предоставления доказательств и, как следствие, по поводу поддержки или опровержения обвинения. Учитывая, что сторона обвинения представляет государство, а она в системе смешанного права естественно была наделена большинством возможностей сделать это, в максимальной реализации указанного принци-
па преимущественно заинтересована сторона защиты, ведь именно она, как правило, страдает от декларативности такого принципа и неполной реализации последнего.
Современный УПК РФ попытался изменить такое положение вещей и это, безусловно, верный и реформационный шаг отечественного законодателя. Но, анализируя его отдельные положения, можем констатировать, что не совсем удачный.
Так, важнейшим аспектом в процессе опровержения обвинения является процесс сбора доказательств. Однако, анализируя существующие отдельные ключевые положения действующего УПК РФ, регламентирующие этот процесс, можем сказать, что о состязательности, к сожалению, речь не идет.
Законодатель позволяет стороне защиты получать от участников уголовного судопроизводства и других лиц, с их согласия, только объяснения, которые, однако, не являются источником доказательств. Кроме того, такое право является условным, ведь зависит от воли опрашиваемых лиц, и, в отличие от аналогичного права со стороны обвинения, ничем не гарантируется [4]. И если для дачи показаний свидетель не явился к следователю, то может быть применен привод. Но сторона защиты лишена возможности подавать такое ходатайство. Как вывод, право стороны защиты на допрос свидетеля ничем не обеспечено.
Хочется упомянуть и о возможности, а, по сути, о праве стороны защиты ходатайствовать перед стороной обвинения о проведении следственных действий, однако обязанность удовлетворять такое ходатайство законодательно, к сожалению, не подкреплена, что в который раз делает провозглашенный принцип состязательности декларацией. Например, в случае истребования определенных вещей или информации несравненно выше шансы получить необходимое у стороны обвинения, чем у стороны защиты. Ведь в случае отказа сторона обвинения может воспользоваться своим исключительным правом проводить такие следственные действия, как обыск и выемка, и изымать вещи, уже не используя институт истребования, а затем уже и не нуждаясь в согласии владельца запрашиваемого [2].
Относительно следующего «инновационного» права стороны защиты получать информацию от любых органов государственной власти, местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций и физических лиц отметим, что такие требования защитника в соответствующие
ЗАКОН И ПРАВО • 11-2020
органы и к физическим лицам не являются обязательными к исполнению, а потому последние могут игнорировать запросы о предоставлении вещей, копий документов, сведений, как, кстати, довольно часто и происходит на практике.
Основой такого положения вещей является то, что понятного и действенного наказания, которое бы гарантировало выполнение указанного права, опять же не существует.
К тому же защитник имеет право получить на свой запрос только копии документов, что автоматически исключает возможность получения им выводов экспертов, выводов ревизий, актов проверок, поскольку объектами исследования тех же экспертиз, ревизий могут быть только оригинальные вещи и документы и т.д. [14, с. 5].
Несмотря на то что в процессе предварительного расследования сторона защиты оказалась значительно ограничена в своих правовых возможностях, в этом вопросе вполне оправдано ожидание того, что соответствующие компенсаторные возможности будут предусмотрены для стороны защиты на стадии судебного рассмотрения дела. Но и здесь дела не на много лучше.
Статья 327 УПК РФ предусматривает, что уже во время подготовительного судебного заседания стороны уголовного производства предоставляют суду документы, другие материалы, имеющие значение для этого уголовного производства. Суд рассматривает эти материалы в приложении к уголовному делу как материалы уголовного производства. Отсюда следует, что на момент передачи уголовного дела в суд сторона защиты уже должна собрать все доказательства и предоставить их суду во время подготовительного заседания. При этом возможности собирать доказательства стороной защиты самостоятельно и подавать их в суд не предусмотрено.
В процессе судебного рассмотрения материалов уголовного производства сторона защиты, как и сторона обвинения, вправе только заявлять в суд ходатайства, касающиеся дальнейшего собирания доказательств, причем с четко определенными вопросами: об истребовании определенных вещей или документов; о временном доступе к вещам и документам; о проведении следственных действий; о назначении экспертизы. Для удовлетворения ходатайства судом установлены условия. В частности, при рассмотрении ходатайства о временном доступе к вещам и документам, как и о проведении следственных действий, суд выясняет и учитывает причины, по которым соответствующие процессуальные дей-
ствия не были совершены во время предварительного расследования.
Экспертизу суд также может назначить при условии, что ему предоставлено несколько выводов экспертов, которые противоречат друг другу, а допрос экспертов не позволил устранить выявленные противоречия, и если в ходе судебного разбирательства возникла необходимость в осуществлении длительного наблюдения и исследования личности. Таким образом, предусмотренная процедура сбора доказательств на стадии судебного рассмотрения дела совершенно не уравновешивает полномочия стороны защиты [1].
В итоге можно констатировать, что, учитывая существующие права стороны защиты и возможность их реализации в ходе уголовного производства, сегодня, на наш взгляд, реализация принципа состязательности является лишь общей декларацией. По-прежнему сторона обвинения играет ведущую роль и имеет беспрекословно больше прав и процессуальных возможностей реализовывать свою позицию. Сторона защиты имеет определенный круг остаточно широких прав, но не имеет ни разумных механизмов их реализации, ни реальных правовых гарантий, что в конечном счете лишает права обвиняемого на качественную и полноценную защиту, как это предусмотрено требованиями ведущих международных стандартов по реализации принципа состязательности.
Библиографический список
1. Егорова А.И. Оптимизация уголовного процесса в Российской Федерации путем упрощения: проблемы и перспективы // Сб. матер. IV Междунар. науч. конф. Казань, 2016. С. 157-178.
2. Колбаев P.O. О равенстве прав участников уголовного процесса // Законность. 2013. № 10. С. 6-8.
3. Трофимов Д.В. Состязательность как системообразующий принцип доказывания в уголовном процессе // Вестник науки. 2018. Т. 1. № 9 (9). С. 231.
4. Шестакова Т.П. Состязательность и равноправие сторон как принцип уголовного судопроизводства // Молодой ученый. 2018. № 8. С. 99-101.
5. Шумилова Л.Ф. Принципы состязательности и объективной истины как фундаментальные начала правоприменительной практики // Журнал рос. права, 2015. № 11. С. 52.
ЗАКОН И ПРАВО • 11-2020