Раздел 4. Совершенствование правоохранительной практики
Научная специальность: 5.1.4
Проблемы правового регулирования осуществления прокурорского надзора за законностью решений в оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел
Дмитрий Александрович Бабичев,
кандидат юридических наук, профессор, заслуженный юрист Луганской Народной Республики, Донецкий государственный университет, Донецк, Россия, Babichev-lavd@inbox.ru
Аннотация. Статья посвящена анализу недостатков, имеющихся в системе правового регулирования прокурорского надзора за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. Констатируется, что несовершенство законодательства оказывает негативное влияние на надзорную деятельность уполномоченных прокуроров, и в конечном итоге снижается инициативность оперативных подразделений органов внутренних дел в решении оперативно-розыскных задач, создаются благоприятные условия для нарушений и злоупотреблений при проведении оперативно-розыскных мероприятий. Особое внимание уделяется проблемам организации прокурорского надзора за законностью решений в оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел в условиях военного положения. Автором статьи сформулированы предложения по внесению изменений в законодательство об оперативно-розыскной деятельности, а также обоснованы возможные пути устранения некоторых организационно-правовых недостатков на межведомственном уровне.
Ключевые слова: прокурорский надзор, оперативно-розыскная деятельность, военное положение, оперативно-розыскное мероприятие, уполномоченный прокурор
Для цитирования: Бабичев Д.А. Проблемы правового регулирования осуществления прокурорского надзора за законностью решений в оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2024. N 1 (67). С. 51-59.
Problems of legal regulation of exercising the prosecutorial supervision
over the legality of the decisions in the operational-search activities of internal affairs bodies
Dmitry A. Babichev,
Candidate of Legal Sciences, Professor, Honored Lawyer of the Lugansk People's Republic, Donetsk State University, Donetsk, Russia, Babichev-lavd@inbox.ru
Abstract. The article is devoted to the analysis of the deficiencies existing in the system of legal regulation of prosecutorial supervision over the enforcement of laws by the bodies conducting operational-search activities. It is stated that the imperfection of legislation negatively effects the supervisory activities of the authorized prosecutors, ultimately resulting in reducing the initiative of operational units of internal affairs bodies in solving operational-search tasks, as well as in creating favorable conditions for violations and abuses when conducting operational-search activities. Particular attention is paid to the problems of organization of prosecutorial supervision over the legality of decisions in the operational-search activities of internal affairs bodies under martial law. Some proposals on amending the legislation on operational-search activities are formulated by the author of the article. The possible ways to eliminate some organizational and legal defects at the interdepartmental level are substantiated.
Keywords: prosecutorial supervision, operational-search activities, martial law, operational-search action, authorized prosecutor
For citation: Babichev DA. Problems of legal regulation of exercising the prosecutorial supervision over the legality of the decisions in the operational-search activities of internal affairs bodies // Legal Science and Law Enforcement Practice. 2024. No. 1 (67). P. 51-59.
© Бабичев Д.А., 2024
Необходимость неукоснительного соблюдения прав и свобод человека в такой сфере, как оперативно-розыскная деятельность (далее - ОРД), подчеркивает потребность в четком правовом регулировании надзорной деятельности прокуратуры за законностью оперативно-розыскных решений, принимаемых оперативными подразделениями органов внутренних дел в целях борьбы с преступностью. Это обусловлено не только сущностью надзора, стремлением к соблюдению законности в ОРД, но и множеством иных факторов, таких как влияние достижений юридической науки, изменения законодательства, регламентирующего надзорную деятельность в указанной сфере, а также показатели эффективности правоприменительной практики.
Коллизии правовых норм, регламентирующих прокурорский надзор за исполнением законов в сфере ОРД, как, впрочем, и нечеткость предписывающих нормативных формулировок, влекут разночтения и сложности в их толковании, а соответственно, отсутствие единообразного применения участниками оперативно-розыскных отношений. Они оказывают преимущественно негативное влияние на условия, правила и порядок надзорной деятельности уполномоченных прокуроров и в конечном итоге, как показывает правоприменительная практика, часто снижают инициативность оперативных подразделений органов внутренних дел в решении оперативно-розыскных задач, создают благоприятную почву для нарушений и злоупотреблений при проведении оперативно-розыскных мероприятий. По официальным данным, Генеральной прокуратурой Российской Федерации в 2022 году выявлено 491 549 нарушений законодательства об ОРД (в 2020 году -486 501, в 2021 году - 494 806)*.
Основы классической концепции эффективности права были разработаны на рубеже 70-80-х годов прошлого века такими учеными-правоведами,
* Статистические данные об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации за 2020-2022 годы // Генеральная прокуратура Российской Федерации: официальный сайт. URL: https://epp. genproc.gov.ru
как В.Н. Кудрявцев, В.И. Никитинский, И.С. Самощенко, В.В. Глазырин. Согласно их теории «...эффективность юридических предписаний следует рассматривать как соотношение между фактически наступившими результатами их действия и теми целями, ради достижения которых эти предписания были созданы. Следовательно, для того, чтобы судить об эффективности того или иного правопо-ложения, мы должны оценить степень практической реализации поставленной законодателем цели на практике, степень соответствия идеальной нормативной модели и реально полученных результатов» [1, с. 53]. Данная концепция не утратила своей актуальности и в настоящее время.
На основании анализа точек зрения исследователей (Дытченко Г.В., 2020; Иванов П.И., 2021), правоприменительной практики и действующего в Российской Федерации законодательства, а также полученного автором настоящей статьи опыта в работе Научно-консультативного совета Генеральной прокуратуры ЛНР в 2017-2021 годах к актуальным проблемам правового регулирования надзорной деятельности прокуратуры за законностью решений в ОРД органов внутренних дел можно отнести:
- отсутствие законодательной регламентации полномочий прокурора, осуществляющего надзор за исполнением законов органами, осуществляющими ОРД;
- некорректное законодательное определение предмета надзора за исполнением законов в сфере ОРД;
- некорректное законодательное определение пределов надзора за исполнением законов в сфере ОРД;
- отсутствие законодательной регламентации организации осуществления прокурорского надзора за исполнением законов в сфере ОРД.
В целом можно констатировать несоответствие уровня правового регулирования прокурорского надзора в сфере ОРД современным общественно-правовым отношениям, возникающим в связи с осуществлением этой деятельности оперативными подразделениями органов внутренних дел. К сожалению, в правоподготовитель-ной деятельности не всегда используются научные разработки, резолюции научно-
практических конференций и семинаров, в которых представлены своевременные научно обоснованные предложения по изменению соответствующего законодательства. Востребованные на практике научно-исследовательские концепты часто остаются платформой для новых дискуссионных площадок и полемики вокруг наболевших вопросов. Тем самым последовательно увеличивается разрыв между ожидаемыми законодательными преобразованиями и современной юридической наукой, отображающей реальность складывающейся действительности относительно всех участников оперативно-розыскных правоотношений.
В связи с этим следует указать на очевидную несогласованность опорных терминов в нормативных правовых актах, регламентирующих исследуемую область надзора. Например, в ст. 30 Федерального закона от 17 января 1992 г. N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» используется формулировка «надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность»*, а в ст. 21 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»** (далее - Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности») - «прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью». Как справедливо считают В.Ф. Луговик [2, с. 133], В.Н. Омелин [3, с. 100], П.И. Иванов [4, с. 180], М.А. Мирзаев [5, с. 146] и другие ученые, данные термины не являются тождественными, поскольку имеют разное содержание. Статья 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» расширяет предмет прокурорского надзора, так как речь идет не о прокурорском надзоре за исполнением законов
* О прокуратуре Российской Федерации: фе-дер. закон от 17 янв. 1992 г. N 2202-I: ред. от 25 дек. 2023 г. // ВСНД и ВС РФ. 1992. N 8. Ст. 366; Официальный интернет-портал правовой информации. URL: http://pravo.gov.ru
** Об оперативно-розыскной деятельности:
федер. закон от 12 авг. 1995 г. N 144-ФЗ: ред. от 29 дек. 2022 г. // Собр. законодательства Рос. Федерации. 1995. N 33. Ст. 3349; Официальный интернет-портал правовой информации. URL: http://pravo.gov.ru
оперативно-розыскными органами, а о надзоре за ОРД в целом.
На наш взгляд, это противоречит современным требованиям, предъявляемым к оптимизации и усилению прокурорского надзора за законностью решений в ОРД органов внутренних дел, а также принципу определенности правовых норм.
Конституционный Суд Российской Федерации (далее - Конституционный Суд РФ) неоднократно уделял внимание вопросу правовой определенности в российском праве. В частности, им отмечается, что «...неточность, неясность и неопределенность закона порождает возможность неоднозначного истолкования и, следовательно, произвольного применения его норм. А отсюда вытекает обращенное к законодателю требование определенности, ясности и недвусмысленности правовых норм и их согласованности в системе действующего правового регулирования»***. Применительно к теме настоящей статьи позиция Конституционного Суда РФ заключается в стремлении к такому уровню правовой регламентации прокурорского надзора в сфере ОРД, который исключал бы вероятность двусмысленного толкования нормативных предписаний, предусматривал их логическую корреляцию, способствовал эффективной реализации функционального назначения указанного надзора в правоприменительной практике.
В подтверждение следует привести обоснованные выводы Е.Л. Никитина и Г.В. Дытченко, раскрывающих содержание формулировки «надзор за исполнением закона». По их мнению, «речь идет о побуждении оперативно-розыскных органов к активным действиям средствами прокурорского надзора, когда под воздействием со стороны органов прокуратуры оперативно-розыскные органы изменяют интенсивность и качество своей работы и достигают определенных результатов»
*** По делу о проверке конституционности положения части первой статьи 188 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки М.А. Асламазян: постановление Конституционного Суда РФ от 27 мая 2008 г. N 8-П. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
[6, с. 203]. Данный подход представляется соответствующим современным реалиям, духу и природе прокурорского надзора за законностью решений в ОРД.
Решение вышеобозначенной проблемы видится во внесении изменений в название ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» путем замены формулировки «прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью» на формулировку «прокурорский надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность». Таким образом, очевидная коллизия будет устранена.
Дальнейший анализ указанной статьи приводит к выводу о необходимости совершенствования положений ч. 1, согласно которым прокурорский надзор за исполнением Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» осуществляют Генеральный прокурор Российской Федерации и уполномоченные им прокуроры. Следует согласиться с А.Ю. Винокуровым в том, что «это положение имеет важное значение, поскольку закрепляет за руководителем всей системы прокуратуры обязанность определить среди широкого круга должностных лиц, объединяемых ст. 54 Закона о прокуратуре в общую должностную категорию "прокурор", именно тех, кто вправе реализовы-вать полномочия по надзору за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность» [7, с. 387].
В то же время вне правового регулирования остаются руководители системы прокуратуры, которые фактически определяют от имени Генерального прокурора Российской Федерации уполномоченных прокуроров. Согласно предписаниям приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации, р-егламентирующего организацию прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении ОРД, к таковым относятся: во-первых, заместитель Генерального прокурора Российской Федерации - Главный военный прокурор, заместители Генерального прокурора Российской Федерации в федеральных округах; во-вторых, прокуроры субъектов Российской Федерации, приравненные к ним военные прокуроры и
прокуроры иных специализированных прокуратур*.
Данное обстоятельство требует внесения изменений в ч. 1 ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и изложения ее в следующей редакции: «Прокурорский надзор за исполнением настоящего Федерального закона осуществляют Генеральный прокурор Российской Федерации и иные прокуроры, наделенные соответствующими полномочиями в установленном Генеральным прокурором Российской Федерации порядке».
Следующая проблема, которой важно уделить внимание, является логическим продолжением идеи расширения пределов надзора и соответствующих полномочий прокуроров. Речь идет о необходимости совершенствования правовой регламентации баланса ответственности между уполномоченными прокурорами и оперативными сотрудниками органов внутренних дел, вовлеченными в сферу оперативно-розыскных правоотношений.
Согласно чч. 3 и 4 ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» «генеральный прокурор Российской Федерации и уполномоченные им прокуроры обеспечивают защиту сведений, содержащихся в представленных документах и материалах. Неисполнение законных требований прокурора, вытекающих из его полномочий по надзору за оперативно-розыскной деятельностью, влечет за собой установленную законом ответственность».
В приведенных нормативных предписаниях отсутствует указание на юридическую ответственность уполномоченных прокуроров за разглашение сведений, содержащихся в представленных оперативными подразделениями органов внутренних дел документах и материалах, либо
* См.: Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности (вместе с «Инструкцией об организации делопроизводства в органах прокуратуры по документам органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность»): приказ Генпрокуратуры России от 15 февр. 2011 г. N 33: ред. от 20 нояб. 2018 г. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
необеспечение их защиты. Такой подход, на наш взгляд, является неоправданным и противоречивым.
По справедливому замечанию С.И. Захарцева и Н.О. Кирюшкиной, «.не все уполномоченные прокуроры хорошо знают тонкости механизма осуществления оперативно-розыскной работы» [8, с. 144]. Аналогичную точку зрения высказывает В.Ф. Луговик: «Нельзя закрывать глаза на то, что в настоящее время взаимоотношения прокуроров с оперативными подразделениями полиции далеко не всегда лежат в правовой плоскости. Причин этому много. И одной из них является отсутствие эффективных правовых механизмов противодействия незаконным действиям прокурора» [9, с. 45]. На малоопытность прокурорских работников указывают также А.А. Майдыков и А.О. Шикунов: «.в силу отсутствия в прокуратуре обучения по направлению ОРД прокурор в данной сфере не обладает достаточной компетенцией» [10, с. 58].
В контексте рассматриваемой проблемы представляет интерес позиция Н.С. Железняка, который, осуществляя критический анализ положений ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», отмечает, что «любая продекларированная обязанность должна сочетаться с ответственностью за ее неисполнение» [11, с. 65]. Развивая точку зрения Н.С. Железняка, считаем необходимым законодательное закрепление юридической ответственности для уполномоченных прокуроров. В связи с этим целесообразно внести изменения в ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», объединив чч. 3 и 4 и изложив ч. 3 в следующей редакции: «Прокуроры, указанные в части первой настоящей статьи, обеспечивают защиту сведений, содержащихся в представленных документах и материалах. Разглашение этих сведений прокурорами либо необеспечение их защиты, равно как и неисполнение законных требований прокурора, вытекающих из его полномочий по надзору за оперативно-розыскной деятельностью, влечет за собой установленную законом ответственность».
Необходимо обозначить еще одну, новую проблему правового регулирова-
ния прокурорского надзора за исполнением законов в ОРД органов внутренних дел, которая нуждается в научном осмыслении, так как имеет прямое отношение к предмету исследования. Она связана с началом проведения специальной военной операции (далее - СВО) на территории Донбасса в феврале 2022 года, а также с введением на указанной территории особого правового режима - военного положения. Речь идет о недейственности законодательной регламентации организации исследуемой нами надзорной деятельности в условиях военного положения на освобожденных территориях.
Так, после вхождения в сентябре 2022 года Луганской Народной Республики (ЛНР) в состав Российской Федерации органы прокуратуры, как и иные правоохранительные структуры ЛНР, продолжили деятельность в новой правовой реальности, которая существенно отличалась от сложившихся за 8 лет правил осуществления оперативно-розыскного производства, контрольно-надзорной деятельности в данной сфере. Режим военного положения в ЛНР был введен с 20 октября 2022 г. Указом Президента Российской Федерации от 19 октября 2022 г. N 756 «О введении военного положения на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской и Херсонской областей»*.
Личный опыт работы автора статьи в одном из территориальных органов МВД по Луганской Народной Республике с марта 2022 по февраль 2023 года позволил выявить ряд закономерностей, характерных для организации прокурорского надзора за законностью решений в ОРД органов внутренних дел в условиях военного положения.
С одной стороны, система правового регулирования прокурорского надзора в сфере ОРД, как, впрочем, и самой ОРД, по основополагающим категориям является сложившейся и устойчивой, что подтверждается нормативным закреплением опорных концептуальных положений. В Законе Луганской Народной Республики от 24 апреля 2015 г. N 17-11 «О военном
* Официальный интернет-портал правовой информации. 11К1_: http://pravo.gov.ru
положении»* и в Федеральном конституционном законе от 30 января 2002 г. N 1-ФКЗ «О военном положении»** (далее - Федеральный конституционный закон «О военном положении») закреплены схожие дефинитивные нормы, раскрывающие базовый терминологический инструментарий, а также ряд разъяснительных предписаний. Например, согласно п. 1 ст. 1 Федерального конституционного закона «О военном положении» военное положение понимается как «особый правовой режим, вводимый на территории Российской Федерации или в отдельных ее местностях в соответствии с Конституцией Российской Федерации Президентом Российской Федерации в случае агрессии против Российской Федерации или непосредственной угрозы агрессии». В соответствии с п. 3 ст. 16 Федерального конституционного закона «О военном положении» деятельность органов прокуратуры на территории, на которой введено военное положение, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.
С другой стороны, очевидно, что п. 3 ст. 16 Федерального конституционного закона «О военном положении», определяющий правовое регулирование надзорной деятельности органов прокуратуры в условиях военного положения, не предусматривает особенностей этого правового режима, имеет отсылочно-бланкетный характер. Кроме того, положения относительно военного времени отсутствуют и на ведомственном уровне регламентации прокурорского надзора.
Анализ вышеуказанной ситуации показывает, что в условиях имеющихся пробелов в праве правоприменитель оказался не готов к условиям военного времени, к пониманию специфики принятия оперативно-розыскных решений и осуществления надзора за их законностью в обстановке особого правового режима. Следствием
* О военном положении: закон Луганской Народной Республики от 24 апр. 2015 г. N 17-II: ред. от 24 февр. 2022 г. // Народный Совет Луганской Народной Республики: официальный сайт. URL: https://www.nslnr.su
** О военном положении: федер. конституционный закон от 30 янв. 2002 г. N 1-ФКЗ: ред. от 2 нояб. 2023 г. // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2023. N 5. Ст. 375.
этого являются нарушения установленных законодательством правил и условий проведения ОРД, причем без должного внимания уполномоченных прокуроров.
Наиболее существенными нарушениями и злоупотреблениями в ОРД являются следующие: не заводятся дела оперативного учета; не проводятся ОРМ; отсутствует работа по подбору негласных источников оперативной информации; происходит уклонение от регистрации поступающих заявлений о преступной деятельности лиц либо регистрация поступающей информации осуществляется с изменением контекста и др.
Закономерно возникает вопрос о факторах, которые оказывали влияние на режим законности в ОРД органов внутренних дел на освобожденных территориях Донбасса в условиях военного положения в 2022 году. Опираясь на личный практический опыт, предлагаем такие факторы условно разделить на объективные и субъективные.
К факторам объективного характера относится:
- отсутствие условий для осуществления секретного делопроизводства, хранения и ведения дел оперативного учета с соблюдением установленных требований по защите государственной тайны;
- длительность процедуры оформления допуска к государственной тайне для вновь принятых сотрудников оперативных подразделений ОВД;
- удаленность некоторых территориальных органов МВД по Луганской Народной Республике от Управления уголовного розыска МВД по Луганской Народной Республике (в том числе более чем на 200 км);
- дефицит кадров - недостаточное для полноценного выполнения задач ОРД количество оперативных работников;
- систематическое привлечение оперативных работников к выполнению задач, не свойственных ОРД (охрана мостов, путепроводов, железнодорожных путей; дежурство на контрольно-пропускных пунктах на въезде в населенные пункты и выезде из них; участие в фильтрационных мероприятиях и др.).
К факторам субъективного характера относится:
- недостаточная квалификация некоторых оперативных сотрудников ОВД, откомандированных в территориальные органы МВД по Луганской Народной Республике;
- отсутствие оперативно-поисковой работы по набору новых источников оперативной информации и др.
К существенным факторам, оказывающим влияние на исполнение законов оперативными подразделениями органов внутренних дел, состояние законности в сфере ОРД на освобожденных территориях в условиях военного положения, также следует отнести:
- ограниченное количество уполномоченных прокуроров в Генеральной прокуратуре Луганской Народной Республики и Генеральной прокуратуре Донецкой Народной Республики, часть которых в 2022 году была направлена на освобожденные территории для выполнения функций в сводных подразделениях по охране важных объектов;
- значительное количество уполномоченных прокуроров, которые являются молодыми специалистами и недостаточно компетентны в вопросах правовой регламентации ОРД, а также осуществления надзорной деятельности в этой сфере;
- проблему оформления допуска к государственной тайне принятым в органы прокуратуры ЛНР и ДНР сотрудникам из числа бывших работников прокуратуры Украины, которые изъявили желание продолжать службу в ЛНР и ДНР.
Выход из сложившейся ситуации видится в повышении эффективности правового регулирования прокурорского надзора за исполнением законов в сфере ОРД, а именно в принятии межведомственного приказа Генерального прокурора Российской Федерации, МВД России, ФСБ России, ФСИН России, Минобороны России, СВР России, ФТС России, Следственного комитета Российской Федерации «Об усилении прокурорского надзора и ведомственного контроля за законностью оперативно-розыскной деятельности в условиях военного положения».
В данном приказе, учитывая специфику правового режима военного положения, необходимо:
- установить цель и задачи межведомственного взаимодействия;
- определить ответственных лиц из числа руководящего состава ведомств -участников, их права и обязанности;
- закрепить основания для осуществления надзорной деятельности и предмет надзора;
- обозначить меры ведомственного контроля за законностью и эффективностью принимаемых в ОРД решений;
- определить правила и порядок обмена между ведомствами информацией, имеющей значение для принятия оперативно-розыскных решений и проверки их законности уполномоченными прокурорами;
- обозначить и детализировать особенности применения такой утвердившейся в правоприменительной практике формы прокурорского надзора, как выявление нарушений закона при осуществлении ОРД, а также причин и условий, им способствующих;
- предусмотреть оперативность в устранении нарушений закона при осуществлении ОРД, указать меры прокурорского реагирования;
- подчеркнуть важность предупреждения нарушений закона при осуществлении ОРД, указать меры превентивного характера; предусмотреть меры, обеспечивающие защиту от разглашения сведений, содержащихся в материалах оперативно-розыскного характера (например, изучение дел оперативного учета в специальных помещениях МВД по Луганской Народной Республике);
- ввести особую систему отчетности по выявленным нарушениям и злоупотреблениям в сфере ОРД с дальнейшим обобщением и анализом соответствующих сведений;
- предусмотреть обязательность уведомления ведомств-участников о результатах анализа состояния работы по надзору за законностью ОРД (в том числе о типичных нарушениях и ошибках), принимаемых в этой сфере решений, а также об эффективности принятых уполномоченными прокурорами мер реагирования на нарушения законодательства Российской Федерации.
В завершение представляется целесообразным привести позицию Президента Российской Федерации В.В. Путина: «Наши задачи носят долгосрочный харак-
тер. Но работать на стратегические цели необходимо уже сегодня... И абсолютно недопустимо отступать от намеченных рубежей. Да, эти задачи сложны. Но снижать планку конкретных ориентиров, размывать их - нельзя. Мы обязаны двигаться только вперед, постоянно набирая темп этого движения»*.
В данном контексте в целях решения вышеизложенных проблем правового регулирования надзорной деятельности прокуратуры за законностью решений в ОРД органов внутренних дел предлагаем внести изменения в действующую редакцию ст. 21 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»:
1. Название статьи «Прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью» изложить в следующей редакции: «Прокурорский надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность».
2. Часть 1 изложить в следующей редакции: «Прокурорский надзор за исполнением настоящего Федерального закона
* Послание Президента Российской Федерации от 20 февр. 2019 г. б/н // Президент России: официальный сайт. URL: http://www. kremlin.ru
осуществляют Генеральный прокурор Российской Федерации и иные прокуроры, наделенные соответствующими полномочиями в установленном Генеральным прокурором Российской Федерации порядке».
3. Части 3 и 4 объединить и изложить в следующей редакции: «Прокуроры, указанные в части первой настоящей статьи, обеспечивают защиту сведений, содержащихся в представленных документах и материалах. Разглашение этих сведений прокурорами либо необеспечение их защиты, равно как и неисполнение законных требований прокурора, вытекающих из его полномочий по надзору за оперативно-розыскной деятельностью, влечет за собой установленную законом ответственность».
Кроме этого, необходимо вынести на обсуждение ученых и практиков вопрос о разработке межведомственного приказа Генерального прокурора Российской Федерации, МВД России, ФСБ России, ФСИН России, Минобороны России, СВР России, ФТС России, Следственного комитета Российской Федерации «Об усилении прокурорского надзора и ведомственного контроля за законностью оперативно-розыскной деятельности в условиях военного положения».
Список источников
1. Эффективность правовых норм / [В.Н. Кудрявцев, В.И. Никитинский, И.С. Самощенко, В.В. Глазырин]. Москва: Юрид. лит., 1980. 280 с.
2. Луговик В.Ф. Прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью: тотальный контроль или надзор за исполнением законов // Вестник Сибирского юридического института МВД России. 2009. N 3. С. 129-135.
3. Омелин В.Н. Некоторые аспекты прокурорского надзора за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность // Пенитенциарное право: юридическая теория и правоприменительная практика. 2020. N 4. С. 100-103.
4. Иванов П.И. Некоторые проблемы, связанные с прокурорским надзором за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности, и пути их решения // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2021. N 3. С. 178-187.
5. Мирзаев М.А. Проблемные вопросы надзора органов прокуратуры за соблюдением законов в оперативно-розыскной деятельности // Юридический вестник Дагестанского государственного университета. 2022. N 4. С. 145-148.
6. Никитин Е.Л., Дытченко Г.В. Сущность и назначение прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2015. N 1. С. 200-206.
7. Винокуров А.Ю. Избранные статьи: в 3 т. Т. 1. Москва, 2017. 503 с.
8. Захарцев С.И., Кирюшкина Н.О. Основы организации прокурорского надзора за оперативно-розыскной деятельностью // Юридическая наука: история и современность. 2015. N 8. С. 137-148.
9. Луговик В.Ф. Прокурор не всегда прав: судебная практика об ответственности сотрудников оперативных подразделений полиции за невыполнение требований прокурора // Научный вестник Омской академии МВД России. 2020. N 2. С. 43-48.
10. Майдыков А.А., Шикунов А.О. Значимые проблемы прокурорского надзора за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, на современном этапе развития общества в Российской Федерации // Вестник Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА). 2019. N 8. С. 53-66.
11. Железняк Н.С. К вопросу о необходимости корректировки положений закона, регламентирующих прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью // Вестник Сибирского юридического института МВД России. 2018. N 4 (33). С. 62-67.
References
1. Kudryavtsev V.N., Nikitinsky V.I., Samoshchenko I.S., Glazyrin V.V. The effectiveness of legal norms. Moscow, Yuridicheskaya literatura Publ., 1980. 280 p. (In Russ.).
2. Lugovik V.F. Prosecutorial supervision of operational investigative activities: total control or supervision of the execution of laws. Bulletin of the Siberian Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2009, no. 3, pp. 129-135. (In Russ.).
3. Omelin V.N. Some aspects of prosecutorial supervision of the execution of laws by bodies carrying out operational investigative activities. Penitentiary law: legal theory and law enforcement practice, 2020, no. 4, pp. 100103. (In Russ.).
4. Ivanov P.I. Some problems related to the prosecutor's supervision of the execution of laws in operational investigative activities, and ways to solve them. Bulletin of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2021, no. 3, pp. 178-187. (In Russ.).
5. Mirzaev M.A. Problematic issues of supervision of the prosecutor's office over compliance with laws in operational investigative activities. Legal Bulletin of Dagestan State University, 2022, no. 4, pp. 145-148. (In Russ.).
6. Nikitin E.L., Dytchenko G.V. The essence and purpose of prosecutorial supervision over the execution of laws in operational investigative activities. Bulletin of the Saratov State Law Academy, 2015, no. 1, pp. 200-206. (In Russ.).
7. Vinokurov A.Yu. Selected articles. In 3 volumes. Volume 1. Moscow, 2017. 503 p. (In Russ.).
8. Zakhartsev S.I., Kiryushkina N.O. Fundamentals of the organization of prosecutorial supervision of operational investigative activities. Legal science: history and modernity, 2015, no. 8, pp. 137-148. (In Russ.).
9. Lugovik V.F. The prosecutor is not always right: judicial practice on the responsibility of employees of operational police units for non-compliance with the prosecutor's requirements. Scientific Bulletin of the Omsk Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2020, no. 2, pp. 43-48. (In Russ.).
10. Maydykov A.A., Shikunov A.O. Significant problems of prosecutorial supervision over the execution of laws by bodies engaged in operational investigative activities at the present stage of development of society in the Russian Federation. Bulletin of the O.E. Kutafin University (MGUA), 2019, no. 8, pp. 53-66. (In Russ.).
11. Zheleznyak N.S. On the need to adjust the provisions of the law regulating the prosecutor's supervision of operational investigative activities. Bulletin of the Siberian Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2018, no. 4 (33), pp. 62-67. (In Russ.).