УДК 341
Т.А. Литвин, И.Е. Некрасова
ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ КОНТИНЕНТАЛЬНОГО ШЕЛЬФА В АРКТИКЕ
В статье рассмотрены основные проблемы правового регулирования континентального шельфа в Арктике. Авторами акцентируется внимание на необходимости урегулирования нерешенных вопросов в области делимитации арктического континентального шельфа на основе сотрудничества приарктических государств. Также изучены две противоположные точки зрения в определении международно-правового режима континентального шельфа в Арктике.
Ключевые слова: континентальный шельф, проблемы правового регулирования, Арктика, расширенный континентальный шельф, делимитация континентального шельфа, международное сотрудничество.
Внимание к Арктике в настоящее время стало возрастать из-за начала нефтегазовой деятельности на её шельфе, в особенности в морях Западной Арктики. Общепризнанно, что на шельфе арктических морей сосредоточены огромные запасы углеводородного сырья - 25% от общемировых, из них 15,5 миллиарда тонн нефти и 84,5 триллионов кубометров газа. О своей готовности к разработке арктического шельфа заявили более 20 государств [1, с. 515].
Основными международно-правовыми актами, регулирующими правовой режим континентального шельф в Арктике, являются два универсальных международных договора: Женевская конвенция о континентальном шельфе 1958 г. и Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. (Конвенция 1982 г.). Обе указанные конвенции не содержат существенных различий в части устанавливаемого ими международно-правового режима континентального шельфа, но они по-разному подходят к его определению и не отражают специфику международно-правового регулирования арктических морских пространств.
Насущной проблемой международного права является определение норм и правил, позволяющих прибрежным государствам распространять свои суверенные права на разведку и разработку той части континентального шельфа, которая расположена за пределами 200 морских миль. Данная проблема актуальна и для Арктического региона.
Данная проблема порождена существованием в международном морском праве принципа общего наследия человечества и присвоением данного статуса международному району морского дна. Говорить о наличии права на расширение границ континентального шельфа можно только в том случае, если имеются особые природные характеристики, а именно подводная окраина материка простирается далее 200 морских миль. При этом должна существовать непосредственная геологическая связь между сухопутной территорией прибрежного государства и её подводным продолжением. На самом деле установление связи шельфа с сухопутной территорией на основании ст. 76 Конвенции 1982 г. чрезвычайно сложно, так как в данной статье установлен собственный, особый порядок получении, организации и оценки данных доказательств [2, с. 21].
Органом, обеспечивающим формирование единых стандартов и принципов в сфере установления права на расширение границ континентального шельфа, является Комиссия по границам континентального шельфа (далее - КГКШ), которая выступает от имени всего человечества. Комиссия выносит решение о прохождения внешней границы шельфа, которое может выступать основанием для подтверждения права государства на шельф за пределами 200 морских миль [3, с. 26].
В настоящее время возникает проблема предоставления возможности расширения границ континентального шельфа для стран, не участвующих в Конвенции 1982 г. Обращаясь к указанной Конвенции, мы видим, что ст. 4 Приложения II ясно показывает отсутствие у составителей Конвенции намерения предоставить право обращения в КГКШ третьим государствам, т.е. государствам, не участвующим в Конвенции.
Среди учёных полного единодушия нет. Хотя большинство считает, что государства - неучастники Конвенции 1982 г. не должны иметь доступа к КГКШ, некоторые авторы выступают за предоставление им такого права в целях получения большей определенности относительно фактической делимитации континентального шельфа каждого прибрежного государства и общего наследия человечества.
© Литвин Т.А., Некрасова И.Е., 2017.
ISSN 2223-4047
Вестник магистратуры. 2017. № 2-1(65)
Позиция нашего государства состоит в том, что полностью игнорировать третьи государства невозможно. Третьи государства нельзя исключить из всего человечества, значит, независимо от факта их участия или неучастия в Конвенции 1982 г., им наравне со всеми другими государствами принадлежат права, вытекающие из статуса общего наследия человечества, присвоенного Международному району морского дна.
Особое внимание следует уделить проблеме делимитации континентального шельфа между государствами. Данная проблема ещё далека от окончательного разрешения, поскольку существующие соглашения между арктическими государствами устанавливают соответствующие линии разграничения, как правило, только в пределах 200 мильной прибрежной полосы, при этом не регулируются или регулируются лишь на временной основе вопросы делимитации арктического шельфа между Россией, США и Канадой в восточной части Северного Ледовитого Океана (далее - СЛО ). Ещё сложнее, как с правовой, так и с организационной точек зрения, выглядит перспектива территориального размежевания центральной области СЛО, поскольку в данном случае возникает необходимость решения вопроса о делимитации шельфа государств не только со смежными, но и с противолежащими побережьями. Она усугубляется проблемой отсутствия достаточного количества общепризнанных научных данных, способных пролить свет на происхождение и природу подводных хребтов и возвышенностей Северного ледовитого океана [4, с. 4].
По мнению многих учёных, единственный путь разграничения арктического шельфа с соседними государствами - обращение в КГКШ в соответствии со ст. 76 Конвенции 1982 г. [5, с. 228].
Проблема делимитации континентального шельфа СЛО может получить свое полноценное и окончательное решение на основе переговоров арктических государств с учётом интересов всех сторон и при неукоснительном соблюдении норм современного международного права.
В настоящее время определение линии разграничения морских пространств и континентального шельфа приарктических государств со смежными территориями получило полноценное юридическое оформление только в отношении северной части Атлантического океана и Баренцева моря и нашло своё закрепление в датско-норвежском договоре 2006 г. и двух российско-норвежских двусторонних соглашениях 2007и 2010 гг. [6 , с. 3].
С юридической точки зрения нельзя считать окончательно решенным вопрос о российско-американской линии разграничения морских пространств в СЛО, несмотря на то, что она получила свое юридическое закрепление в Договоре между США и СССР о морской границе от 1 июня 1990 г. Конгресс США ратифицировал это соглашение 16 сентября 1991 г., а Россия не сделала этого до сих пор, прежде всего, в связи с неоднозначными оценками его экономических последствий для рыболовства в Беринговом море. Несмотря на все территориальные потери, которые СССР понёс в Беринговом море по Договору 1990 г., в соответствии с этим же документом он приобрел значительный участок континентального шельфа в Чукотском море, который в противном случае отошёл бы к США при проведении делимитации на основании метода равноотстояния [7 , с. 10].
Снижение опасности возникновения конфликта и усиление защиты интересов России в Арктике во многом зависит от четкого уяснения международно-правового режима Арктического морского региона. В определении международно-правового режима континентального шельфа в Арктике существуют две противоположные точки зрения.
Согласно первой точки зрения, Конвенция 1982 г. выступает в качестве основы этого режима. Однако в процессе развития международно-правового режима арктических пространств приходится уделять внимание и обычно-правовым нормам, поскольку одно из приарктических государств - Соединенные Штаты - не является участником Конвенции 1982 г. Регулирование правового режима континентального шельфа Арктики на основе норм Конвенции 1982 г. имеет несколько недостатков. В тактическом плане данный подход нацелен на замену уникального, исторически обусловленного правового положения высокоширотного арктического континентального шельфа на узкую правовую основу - лишь ту, которая определена только в ст. 76 Конвенции 1982 г. - о границе между континентальным шельфом прибрежного государства и международным районом морского дна - «общим наследием человечества». Ратификация Россией Конвенции 1982 г. привела к отказу от традиционного регионального подхода к оценке статуса Арктики (подход Российской империи, Советского Союза) [8, с. 15].
Согласно второй точки зрения, стержень особого правового режима составляет не универсальный, а региональный, двусторонний и национально-законодательный уровни правотворчества самих прибрежных арктических государств. Этот правовой режим на современном уровне подтвержден в Илулиссатской декларации названных пяти арктических прибрежных государств в 2008 г.
Наличие двух правовых основ для регулирования правового режима континентального шельфа в Арктике, приводит к проблеме его разграничения. По мнению авторов, решение данной проблемы целе-
сообразно осуществлять путём заключения региональных актов между прибрежными государствами. Такой подход при определении внешнего предела континентального шельфа в Арктике получил широкое распространение и одобрение среди российских ученных. Так, известные отечественные исследователи утверждают, например, что «в правовом положении Арктики главенствующую роль играет договорно-правовая и законодательная практика самих арктических государств; при этом универсальные международные договоры применяются ими, прежде всего, с учетом содержащихся в них отсылок на региональные договоренности и в контексте международного обычного права». В российской правовой доктрине даже существует мнение, что «Арктика не была предметом рассмотрения III Конференции ООН по морскому праву, а её правовой режим, основу которого составляет национальное законодательство приарктических государств, сложился тогда, когда о Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. даже речи не было» [9, с. 18].
Обоснованность решения проблемы разграничения арктического континентального шельфа на основе сотрудничества приарктических государств объясняется тем, что у государств определенного географического района, объединенных исторической, экономической, культурной общностью, имеются свои специфические интересы, которые легче всего обеспечить на основе сотрудничества государств данного района. При этом должное внимание должно уделяться исторической ретроспективе вопроса определения правового статуса дна СЛО [10, с. 12].
На пути решения проблемы определении границ арктического континентального шельфа России в настоящее время приоритетом выступает взаимодействие с соседними арктическими государствами, а также согласование с ними тех принципов, методов и критериев, на основе которых будет предварительно разграничен между ними высокоширотный арктический континентальный шельф.
Библиографический список
1. Лукин Ю.Ф. Арктическое похолодание на фоне возврата к инструментам «холодной войны» // Вестник МГТУ. 2014. Том 17. № 3. С. 515-522.
2.Колодкин А.Л., Шинкарецкая Г.Г. О континентальном шельфе России в Арктике // Государство и право. 2009. № 10. С. 21-27.
3.Шинкарецкая Г.Г. Комиссия по границам континентального шельфа и урегулирование разногласий в Арктике // Международное право и международная организация. 2010. № 2. С. 26-31.
4.Жудро И.С. Международно-правовой режим дна Северного Ледовитого океана. Проблемы разграничения // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2015. № 4. С. 4-19.
5.Титушкин В.Ю. К вопросу о внешних границах континентального шельфа Российской Федерации в Арктике. Международное морское право. Статья памяти А. Л. Колодкина. М.: Статут, 2014. С. 228.
6.Повал Л.М. Российско-норвержские соглашения о разделе арктических пространств // Арктика и Север. 2012. № 6. С. 3-26.
7.Гаврилов В.В.Правовые проблемы определения границ континентального шельфа в Арктике // Евразийский юридический журнал. 2016. № 7(98). С. 10-19.
8.Вылегжанин А.Н Правовое положение Арктического региона в документах // Арктический регион: Проблемы международного сотрудничества: Хрестоматия в 3 томах / под общ. ред. И. С. Иванова. М.: Аспект Пресс, 2013. С. 15-16.
9.Копылов М Н. Копылов С.М. Перспективы эколого-правового статуса Арктики // Евразийский юридический журнал. 2015. № 11 (90). С. 18.
10. Васильев А.В. Международное сотрудничество в Арктике и подходы России // Арктические ведомости. 2012. № 1. С. 12- 16.
ЛИТВИН ТАТЬЯНА АЛЕКСАНДРОВНА - доцент кафедры «Морское право», Государственный морской университет имени адмирала Ф.Ф. Ушакова, Россия.
НЕКРАСОВА ИРИНА ЕВЛАМПИЕВНА - курсант, Государственный морской университет имени адмирала Ф.Ф. Ушакова, Россия.