ПРОБЛЕМЫ ПОСТРОЕНИЯ АНАЛИТИЧЕСКИХ ГРУППИРОВОК В СТАТИСТИКЕ УРОВНЯ ЖИЗНИ НАСЕЛЕНИЯ
А. С. АБРОСКИН Н. А. АБРОСКИНА
В статье рассматриваются актуальные проблемы построения аналитических группировок домашних хозяйств с использованием альтернативных критериев, характеризующих реальный уровень и динамику уровня жизни населения. Анализируются особенности использования в российской статистике в качестве базовых критериев при измерении уровня жизни и построении соответствующих группировок показателей денежных доходов населения и величины прожиточного минимума. Выявляются недостатки используемого в российской статистике дихотомического подхода, лежащего в основе дифференциации населения по имущественному статусу.
Статья подготовлена в рамках выполнения научно-исследовательской работы государственного задания РАНХиГС.
Ключевые слова: аналитические группировки, денежные доходы, домашние хозяйства, конечное потребление, уровень жизни.
Повышение уровня жизни населения является основной целью социально-экономического развития РФ и приоритетом в системе мер государственной политики, обеспечивающих его устойчивую положительную динамику. Для национальной экономики рост уровня жизни населения - один из основных факторов, стимулирующих ее развитие в условиях расширения спроса на товары и услуги конечного потребления, роста объемов сбережений сектора домашних хозяйств и повышения ее инвестиционного потенциала, снижения нагрузки на систему финансирования социальной сферы и возможностей перераспределения бюджетных ресурсов с учетом приоритетов текущей социально-экономической политики.
При всей актуальности учета показателей уровня жизни и его динамики в стратегических документах и при разработке и реализации текущей социально-экономической политики соответствующий раздел российской официальной статистики в настоящее время остается одним из наиболее проблемных. В методологическом аспекте основной недостаток российской статистики уровня жизни -отсутствие его определения как объекта с иден-
тифицируемыми границами и структурой. Этим объясняется и отсутствие системной основы его измерения, которое ограничивается лишь некоторыми характеристиками, недостаточными для построения соответствующих интегральных оценок. В практическом плане отечественная статистика уровня жизни представляется недостаточно информативной как для обоснования комплекса мер, направленных на его повышение, так и для разработки рекомендаций и предложений по конкретным аспектам реализуемой социально-экономической политики.
В отличие от российской статистики, где в рамках существующей методологии границы и структура данного объекта могут быть идентифицированы только условно в соответствии с системой разрабатываемых показателей, в международной статистике эти характеристики являются более определенными и согласованными на уровне используемой понятийной и терминологической базы.
Ключевыми для методологии измерения уровня жизни населения являются вопросы дифференциации данного объекта от объектов, близких ему по экономическому содержанию и системе используемых оценочных
Аброскин Александр Сергеевич, ведущий научный сотрудник РАНХиГС при Президенте Российской Федерации, д-р экон. наук, доцент (Москва), е-таН: abroskin@ranepa.ru; Аброскина Наталья Александровна, научный сотрудник РАНХиГС при Президенте Российской Фsедерации (Москва), е-таП: abroskina-na@ranepa.ru
показателей. В международной статистике такая дифференциация осуществляется в основном относительно объекта, определяемого как «благосостояние» (well-being) населения, показатели уровня и динамики которого могут разрабатываться параллельно с показателями уровня жизни.
Концепция уровня жизни, используемая в российской статистике, в большей мере соответствует материальному аспекту его измерения, который в международной практике также может определяться различными, но в целом идентичными по содержанию понятиями (level of living, standard of living, objective well-being и др.).
Основой данной системы фактически являются денежные доходы населения, что определяет потенциальные возможности и ограничения в использовании разрабатываемых официальной статистикой показателей для аналитических целей. Денежные доходы населения также являются единственной интегральной характеристикой уровня жизни населения РФ и основным макроэкономическим показателем, разрабатываемым официальной статистикой.
К отмечаемым экспертами недостаткам информационно-аналитической базы измерения уровня жизни населения в РФ, формируемой на основе денежных доходов, относятся:
• наличие в составе показателя доходов ряда компонентов, недостаточная корректность оценок которых признается многими экспертами (доходы в теневом секторе экономики, доходы в сфере неформальной занятости и др.);
• исключение из сферы учета компонентов, относящихся к производству и использованию населением нерыночных товаров и услуг, или использование при их измерении условных оценок;
• исключение из сферы учета имущественных компонентов, влияющих на уровень и качество жизни населения;
• несогласованность с системой макроэкономических показателей, разрабатываемой
в рамках статистики национального счетоводства;
• использование при ее формировании данных, полученных на основе добровольных обследований домашних хозяйств и традиционно характеризуемых относительно низкой степенью надежности и достоверности.
Потенциально эти факторы могут оказывать негативное влияние на сбалансированность и информативность системы разрабатываемых производных показателей, которые в совокупности достаточно сложно интерпретируются и не могут являться основой для принятия стратегических решений. В зоне статистических погрешностей фиксируется и динамика некоторых ключевых характеристик уровня жизни населения РФ, а их официальные оценки не позволяют обеспечить необходимую гарантированность соответствующих аналитических выводов. Например, для анализа не могут являться надежной и информативной основой для выявления реальных тенденций в динамике уровня неравенства населения по доходам разрабатываемые официальной статистикой показатели децильных коэффициентов фондов (в частности, снижение их значений с 15,5 в 2015 г. до 15,4 в 2019 г.), коэффициенты Джини (снижение с 0,412 до 0,411 соответственно) и т.д. [2].
Наиболее очевидны недостатки показателя денежных доходов населения при его использовании в качестве основы группировок населения и разработке структурной статистики уровня жизни. В этом случае единственной информационной базой при дифференциации населения по уровню жизни и обосновании мер социальной поддержки его наиболее уязвимых категорий являются одномерные группировки, которые в российской статистике разрабатываются на основе общих принципов, применяемых к частотным распределениям. Границы таких групп (кван-тильных, децильных и др.), в отличие от аналитических групп, формируемых по однородным признакам, определяются формально
без учета особенностей включаемых в их состав элементов. Как следствие - возникают проблемы обоснования границ выделяемых групп населения по признакам реальной нуждаемости и высокая вероятность недостаточной обоснованности и эффективности мер адресной социальной поддержки его наименее защищенных категорий.
Эти проблемы характерны и для базовой для российской статистики уровня жизни группировки населения РФ по имущественному статусу. В ее основе лежит дихотомический подход, в соответствии с которым к категории малоимущих относится население (домашние хозяйства) с уровнем денежных доходов ниже величины прожиточного минимума. В этом случае кроме проблем корректного измерения денежных доходов дополнительным фактором, оказывающим влияние на качество структурной статистики уровня жизни в РФ, является обоснованность критерия, положенного в основу соответствующей группировки.
В российской статистике значение прожиточного минимума определяется расчетным методом с учетом фактических составов обследуемых домашних хозяйств и величин прожиточного минимума, установленных в субъектах РФ для различных социально-демографических групп населения - трудоспособного населения, пенсионеров и детей. В основе построения величины прожиточного минимума в целом по РФ - стоимостная оценка потребительской корзины. Ее значение определяется на основе стоимости минимального набора продуктов питания, которая учитывается при определении других компонентов потребительской корзины -стоимости непродовольственных товаров и услуг, которая рассчитывается в равных 50-процентных пропорциях от стоимости минимального набора продуктов питания [1].
Особенности и проблемы практического использования подхода к установлению имущественного статуса населения на основе минимальной потребительской корзины в статистике отражены в рекомендациях ряда авто-
ритетных международных организаций. В частности, согласно положениям руководства, разработанного экспертами ООН, устанавливаемые на основе минимальных корзин критерии определяют так называемый «минимальный уровень жизни» (minimum living standards), как правило, являющийся эквивалентом черты бедности. Одновременно в руководстве отмечаются следующие основные методологические проблемы, связанные с использованием потребительской корзины в качестве базового компонента при построении критериев дифференциации населения по уровню жизни:
• ограниченность ее компонентов товарами и услугами, приобретаемыми на коммерческих условиях;
• наличие субъективных факторов при определении состава минимальной потребительской корзины;
• преимущественная ориентация при построении продуктовой части корзины на обеспечение энергетических потребностей индивидов(в среднем 2100 килокалорий в расчете на душу населения в день);
• учет минимальных потребностей условного (с усредненными характеристиками) домашнего хозяйства и исключение из учета факторов, позволяющих дифференцировать домашние хозяйства в соответствии с числом и составом их членов (наличие детей различных возрастных групп, лиц, требующих специального ухода, и т.д.) [7]. Влияние многих (в ряде случаев неформа-
лизуемых) параметров на фактические модели потребления не позволяет использовать в качестве надежной основы группировок населения критерии, разрабатываемые в соответствии с нормативными подходами. Данный тезис в полной мере относится и к величине прожиточного минимума, который в российской статистике уровня жизни является базовым критерием при выделении только двух групп населения - относящегося и не относящегося к категории малоимущих. В этом случае из статистических разработок и сферы ана-
лиза практически полностью исключаются другие группы населения, в том числе характеризуемые повышенными рисками изменения имущественного статуса, но по формальным признакам не относящиеся к социально уязвимым группам.
Проблемами формирования репрезентативных наборов потребительских корзин, учитывающих особенности моделей потребления различных групп населения, объясняется и ограниченное использование нормативных подходов в современной международной статистике при разработке системы показателей уровня жизни. В качестве их наиболее распространенной альтернативы в международной практике применяется подход, основанный на эмпирических оценках, в соответствии с которым базовым показателем при структуризации являются доходы населения, относительно которых разрабатываются системы коэффициентов, определяющих границы формируемых групп.
Примером использования такого подхода к группировке населения является, в частности, статистика уровня жизни в странах ЕС и США, в которых соответствующие коэффициенты формируют основу для выделения групп населения с различными социальными рисками и рисками изменения имущественного статуса.
Например, в статистике стран ЕС базовым критерием при определении такого статуса домашних хозяйств является «порог риска бедности» (risk-of poverty threshold), установленный для всех стран Союза на уровне 60% от значений национальных медианных располагаемых (с учетом социальных трансфертов) доходов, приведенных к эквивалентным оценкам (national median equivalised disposable income). Дополнительно статистикой ЕС разрабатываются группировки, дифференцирующие население по уровню социальных рисков, с выделением групп с доходами ниже 40-(ARPT40), 50- (ARPT50), 60- (ARPT60) и 70-процентных (ARPT70) пороговых значений. На основе последних в статистике ЕС разрабаты-
ваются также другие характеристики, используемые при анализе уровня и динамики уровня жизни, - средние отклонения доходов населения различных зон рисков от значений национальных критериев (poverty gap), доли и численности населения с постоянными (за период не менее трех предшествующих лет) доходами ниже установленных критериев (persistent risk-of poverty rate) и др. [4].
В статистике США основа соответствующих группировок представляет собой комбинации признаков домашних хозяйств (социальных, демографических, территориальных и др.) с установлением для каждой из выделяемых групп отдельных пороговых критериев. Например, в настоящее время разрабатываемая официальной статистикой (Бюро цензов США) универсальная для всех штатов матрица критериев бедности (matrix of poverty thresholds) насчитывает 48 элементов (более ранний вариант насчитывал 124 элемента). Ее корректировка осуществляется ежегодно с 1978 г. с использованием актуализируемых индексов потребительских цен. Дополнительно в статистике США для идентификации групп населения с повышенными рисками перехода в категорию бедных используются системы эмпирических коэффициентов. Например, к зоне повышенных рисков (near poverty) относятся домашние хозяйства с доходами 100-125% от устанавливаемой для них черты бедности.
Кроме того, в США Департаментом здравоохранения и социальных служб (HHS) на основе соответствующих пороговых значений одновременно разрабатывается и ежегодно актуализируется менее детализированная система пороговых индикаторов (poverty guidelines), определяемая как федеральная черта бедности (Federal Poverty Level — FPL). Цель ее разработки — установление критериев, регламентирующих права участия домашних хозяйств в программах социальной помощи. Данная группа критериев, в отличие от статистических критериев, используемых при дифференциации домашних хозяйств по уровню бедности, в большей степени ориентирована
на выделение групп, претендующих на разного рода федеральные субсидии и материальную помощь, в том числе по программам оказания медицинских и образовательных услуг, обеспечения жильем, продовольственной помощи и др. Дополнительно к установленным критериям может применяться система коэффициентов (125, 150 или 185%), устанавливающих пороговые значения доходов для выделения групп домашних хозяйств, имеющих права участия в специальных социальных программах [10].
При использовании в качестве основы разрабатываемой системы группировок показателя доходов статистика уровня жизни в экономически развитых странах демонстрирует примеры их большей детализации с применением различных подходов и в этом отношении представляется более информативной как для решения аналитических задач, так и для реализации мер социальной поддержки наиболее проблемных групп населения. В частности, в отличие от российской статистики, где при дифференциации населения по имущественному статусу выделяются только две альтернативные группы, в зарубежной практике соответствующие структурные показатели устанавливаются для выделяемых в составе малоимущего населения групп со статусом бедности, крайней бедности, нищеты и др. и населения с различными уровнями социальных рисков.
Вместе с тем в современной международной статистике доходы, как базовая характеристика уровня и динамики уровня жизни населения, также являются объектом критики, которая, в том числе, относится и к практике использования данного показателя в качестве основы структуризации домашних хозяйств по признакам реальной нуждаемости. Его недостатки наиболее очевидны при сопоставлениях качества статистики уровня жизни, выстраиваемой на его основе, и системы альтернативных показателей. В частности, в ряде международных исследований представлены выводы о том, что более адекватной альтернативой
доходам при измерении уровня и динамики уровня жизни являются показатели потребительских расходов и фактического конечного потребления.
В основе такого подхода - гипотеза «перманентного дохода» (permanent income hypothesis) М. Фридмана (1957), в соответствии с которой текущее конечное потребление домашних хозяйств зависит не только от текущих доходов, но и от их прогнозируемой средне- и долгосрочной динамики. Согласно этой гипотезе объемы фактического потребления домашних хозяйств определяются постоянной (перманентной) частью доходов, ожидаемых к получению из всех источников (трудовая деятельность, услуги капитала, финансовые активы и др.) и отличающихся от доходов, обусловленных влиянием случайных факторов (транзиторная часть доходов).
На экспериментальном уровне справедливость данной гипотезы подтверждается выявленными особенностями показателя доходов, характеризуемого на длительных временных интервалах по сравнению с показателями расходов и фактического конечного потребления существенно большей волатильно-стью, определяемой преимущественно влиянием текущих факторов (краткосрочная безработица, временная нетрудоспособность и др.). Поэтому возможное временное сокращение доходов отдельных индивидов или домашних хозяйств не во всех случаях сопровождается соответствующим снижением уровня потребления или благосостояния. Аналогично, сокращение доходов может быть также обусловлено факторами, связанными с особенностями потребительского поведения различных социально-демографических групп населения, в рамках которых, в соответствии с теорией жизненного цикла (Life Cycle Theory of Consumption) Ф. Модильяни (1960), реализуются различные стратегии потребления и сбережения.
Потребительские расходы и фактическое конечное потребление, по мнению экспертов, представляют собой по сравнению с денеж-
ными доходами и более адекватную характеристику уровня жизни, отражающую фактическое использование домашними хозяйствами располагаемых ресурсов для целей конечного потребления товаров и услуг. Данное мнение подтверждается результатами социологических исследований, согласно которым эти показатели в большей степени по сравнению с доходами ассоциируются с субъективными оценками населением достигнутого уровня благополучия.
Кроме отмеченных недостатков показателя доходов в качестве дополнительного аргумента в пользу более широкого практического применения показателей, характеризующих уровень и динамику конечного потребления, при построении аналитических группировок экспертами отмечается и относительно большая корректность соответствующей первичной статистики. Этот феномен, в частности, объясняется традиционно более низкой степенью надежности и достоверности сведений о доходах, получаемых, как правило, в ходе
наблюдений, организуемых на принципах добровольного участия домашних хозяйств в соответствующих опросах. Как результат -фиксируемые в статистике многих стран достаточно существенные расхождения между показателями денежных доходов и характеристиками конечного потребления.
Из существующих оценок следует, что такие расхождения особенно характерны для населения, относящегося в разрабатываемых официальной статистикой распределениях к наименее доходным группам. Например, в США и Великобритании наиболее масштабные занижения данных о доходах в этих группах фиксируются по компонентам, характеризующим выплаты разного рода социальных пособий. Кроме того, существенные ошибки измерений в низкодоходных группах домашних хозяйств объясняются экспертами наличием у их членов, как правило, нескольких источников доходов, корректный учет которых также относится к одному из проблемных аспектов официальной статистики [3].
Структура расходов на конечное потребление малоимущих домашних хозяйств Великобритании (данные за 2016 г.), в % к итогу
100
80
60
40
20
Малоимущие по доходам
Не относящиеся к категории малоимущих
Малоимущие по расходам на конечное потребление
■ Продукты питания и напитки И Одежда и обувь
■ Предметы интерьера и домашнего обихода □ Расходы на транспорт
■ Рекреационные услуги, услуги отелей и ресторанов □ Расходы на электроэнергию, газ и другие виды топлива □ Прочие виды расходов
Источник: [9].
Использование в качестве основы измерений уровня жизни и дифференциации населения по имущественному статусу альтернативных критериев во многих случаях приводит к противоречивым оценкам и проблемам их корректной интерпретации, что подтверждается, в том числе, статистикой экономически развитых стран. Наглядным примером такой противоречивости являются структурные показатели потребления в группах малоимущего населения Великобритании, сформированных по различным основаниям. (См. рисунок.)
Сравнительный анализ структуры расходов на конечное потребление в группах малоимущих домашних хозяйств, выделяемых по уровню доходов и расходов на потребление, в целом подтверждает гипотезу о наличии существенных различий между реализуемыми моделями потребления, которые не могут быть объяснены с позиций потребительских приоритетов, присущих населению с соответствующим имущественным статусом. При этом наиболее противоречивые оценки фиксировались для малоимущей группы населения, идентифицируемой по уровню доходов (income poverty), для которой характерна структура расходов на конечное потребление, близкая к структуре расходов населения, не относящегося к категории малоимущих. В частности, в расходах данной группы отмечалась относительно высокая доля расходов на рекреационные услуги, услуги отелей и ресторанов, транспорт и предметы интерьера и домашнего обихода, которые в статистике не относятся к товарам и услугам первой необходимости.
В этом отношении более адекватной для малоимущих групп населения структурой расходов представляется структура, фиксируемая для группы малоимущих по расходам на конечное потребление (expenditurepoverty). В отличие от других выделяемых групп для данной группы характерна относительно высокая доля расходов на продукты питания, электроэнергию, газ и другие виды топлива и более низкая - на рекреационные услуги, услуги отелей и рестора-
нов, транспорт, предметы интерьера и домашнего обихода, одежду и обувь [9].
Большая надежность и информативность показателей конечного потребления по сравнению с показателем доходов при измерении уровня жизни признается и на уровне авторитетных международных организаций. В частности, такие выводы содержатся в Руководстве по статистике бедности, разработанном экспертами Статистической комиссии ООН, в котором отмечаются преимущества подходов, основанных на учете депривационных (ограничительных) характеристик потребления, отражающих реальные потребительские возможности домашних хозяйств. Их использование при анализе позволяет реализовать другие, в большей степени соответствующие материальной основе принципы дифференциации населения по уровню жизни по сравнению с показателями доходов. Включение таких группировок в информационно-аналитическую базу системы социального обеспечения также дает возможность конкретизировать меры социальной поддержки наиболее социально уязвимых групп населения с учетом более детализированных характеристик нуждаемости. В этом случае их адресность может обеспечиваться не только мерами финансовой поддержки, но и материальной помощью в виде целевых трансфертов (товаров, услуг) в натуральной форме [5].
Предпочтительность использования показателей конечного потребления в качестве оценки динамики уровня жизни населения на долговременных временных интервалах по сравнению с показателем денежных доходов признается и экспертами Всемирного банка. При этом,по их мнению,выявление реальных депривационных признаков домашних хозяйств при измерении уровня жизни не должно ограничиваться только традиционными материальными компонентами (ограничения в потреблении рыночных товаров, услуг, ассоциируемых с принятыми стандартами уровня жизни), а целесообразно распространять их и на характеристики, определяющие дополни-
тельные потребительские возможности домашних хозяйств. Такие возможности связываются с материальными имущественными активами, которые при необходимости позволяют домашним хозяйствам производить аналоги некоторых рыночных товаров и услуг для собственного конечного потребления.
При депривационном подходе к измерению уровня жизни населения и построению группировок, дифференцирующих домашние хозяйства по их ключевым характеристикам (в депривационной оценке - признак имущественной обеспеченности), соответствующие группы активов предлагается учитывать в качестве дополнительных компонентов потребления на основе измерения экономических выгод от их использования. Для трансформации оценок активов, определяемых в статистике их стоимостью как запасов капитала, в качестве компонента фактического потребления экспертами предлагается использовать подход, основанный на концепции измерения услуг капитала.
Учет данного компонента, по мнению экспертов, дает возможность разрабатывать оценки, более приближенные к реальным характеристикам уровня жизни, отражающим, в том числе, потребительский потенциал домашних хозяйств. В связи с этим наличие имущественных активов, например качественного жилья, транспортных средств, товаров длительного пользования и др., позволяет домашним хозяйствам при относительно низких доходах частично компенсировать депривационные ограничения в потреблении соответствующих рыночных товаров и услуг [8].
Ограничения в потреблении, определяемые уровнем доходов домашних хозяйств, также частично могут компенсироваться при использовании финансовых активов, представляющих собой запасы накопленного капитала, наличие которого позволяет сохранять уровень доходов на относительно стабильном уровне.
Совокупность этих факторов, учитываемых при измерении уровня жизни населения, пред-
ставляет собой одно из наиболее актуальных и перспективных направлений международных исследований, результаты которых из-за необходимости корректировки, а в некоторых случаях (услуги домашних хозяйств) и ревизии существующей статистической методологии, а также отсутствия соответствующей информационной базы в настоящее время представлены только отдельными теоретическими разработками. Косвенно эти факторы могут быть приняты во внимание при использовании в качестве основы измерения уровня жизни показателя фактических потребительских расходов домашних хозяйств, объем и структура которых будут зависеть не только от уровня доходов, но и от наличия тех или иных имущественных активов. Разрабатываемые с учетом этих факторов группировки домашних хозяйств могут представлять собой, помимо прочего, более адекватную основу для дифференциации населения по определяющим его характеристикам.
В международной статистике примером таких разработок служат группировки, отражающие различия в структуре потребительских расходов домашних хозяйств в зависимости от уровня доходов. В аналитическом плане наличие подобных группировок дает возможность выявлять особенности реализуемых групповых моделей потребления, а также закономерности межгрупповых изменений в структуре расходов на конечное потребление. Кроме того, при традиционно более корректной статистике потребления по сравнению со статистикой доходов анализ соответствующих комбинированных данных позволяет устанавливать степень согласованности разрабатываемых структурных показателей и на этой основе оценивать степень надежности данных о фактическом уровне и распределении доходов.
Эти концепции реализованы в ряде зарубежных исследований, предметной областью которых являются вопросы формирования моделей потребления домашних хозяйств по мере их перехода к различным доходным груп-
пам. Динамика трансформации моделей потребления в теории ассоциируется с эффектом роста доходов домашних хозяйств, сопровождаемым расширением объемов потребления, ограниченного для отдельных видов товаров и услуг определенным уровнем насыщения, и эффектом замещения (substitution effects), связанным с выбором структуры модели потребления в зависимости от динамики цен на отдельные потребительские товары и услуги. В совокупности влияние этих факторов объясняет наличие эмпирически выявленной закономерности, согласно которой по мере роста благосостояния в структуре потребления домашних хозяйств наблюдается постепенный переход от потребления товаров и услуг первой необходимости к товарам и услугам, относящимся к предметам роскоши. В высокодоходных группах дальнейший рост доходов, опережающий динамику цен, приводит к формированию модели потребления, ориентированной на долгосрочное потребление предметов роскоши.
Примеры построения таких группировок и их использования для аналитических целей в зарубежной статистике представлены, в частности, в исследовании взаимосвязей доходов и структуры потребительских расходов домашних хозяйств, основанных на данных статистики США за 1984-2012 гг. [6]. В исследовании в качестве учитываемых видов расходов
домашних хозяйств на потребление были выделены 23 позиции, которые охватывали почти 95% стоимости среднестатистического набора рыночных товаров и услуг, относящегося к анализируемому периоду. Также в исследовании на основе эмпирических оценок в составе потребительских моделей были выделены три группы товаров и услуг, классифицируемых как товары и услуги первой необходимости (necessity) (11 позиций), фиксированного спроса (indeterminate) (3 позиции) и предметы роскоши (luxury) (9 позиций).
При классификации учитывался характер динамики расходов на потребление отдельных видов товаров и услуг по мере перехода от наиболее низких к более высоким доходным квантильным группам домашних хозяйств. К первой и третьей товарным группам были отнесены товары и услуги, доля расходов на которые в суммарных потребительских расходах домашних хозяйств соответственно снижалась или увеличивалась в зависимости от динамики доходов, ко второй - товары и услуги, потребительский спрос на которые не зависел от динамики доходов. (См. таблицу.)
Применение такого подхода позволило установить ряд важных для анализа уровня жизни населения США закономерностей, отражающих общую структурную динамику потребления и изменения моделей потребления домашних хозяйств при последовательном
Группировка товаров и услуг по потребительским характеристикам*
Группы товаров и услуг Виды товаров и услуг
Товары и услуги первой Продукты для домашнего питания. Аренда жилья. Услуги ЖКХ. Медицинские услуги, необходимости Услуги в сфере образования. Персональные услуги. Табачные изделия. Моторное
топливо. Товары и услуги для ухода за домом Товары и услуги Алкогольные напитки. Книги и другие печатные издания. Одежда и обувь
фиксированного спроса
Предметы роскоши Услуги системы общественного питания. Услуги по проживанию в собственном жилье.
Предметы домашнего обихода, бытовая техника. Приобретение транспортных средств. Добровольные взносы в фонды общественных и благотворительных организаций. Организация отдыха и культурные мероприятия. Услуги по ведению домашних хозяйств. Личное страхование и взносы в пенсионные фонды. Другие расходы на содержание транспортных средств. Транспортные услуги. Содержание второго жилья
* - Приведены в формулировках, используемых Бюро статистики труда США и отличных от перечня товаров и услуг, используемого в Классификаторе индивидуального потребления домашних хозяйств по целям (КИПЦ-дх). Источник: составлено авторами на основе классификации, представленной в источнике [6].
переходе их от менее к более доходным кван-тильным группам. В частности, в исследовании [6] для анализируемого периода была выявлена общая для всех домашних хозяйств тенденция снижения расходов на товары и услуги первой необходимости примерно с 46% в 1984 г. до 37% в 2012 г. Одновременно было выявлено характерное для всех выделенных квантильных доходных групп увеличение в суммарных расходах доли расходов на предметы роскоши, которая за анализируемый период выросла с 51 до 56%.
Кроме того, было установлено, что в структуре потребительских расходов имеются существенные межгрупповые различия, связанные со снижением доли расходов на товары и услуги первой необходимости по мере перехода к более доходным группам, которое (снижение) сопровождалось различной интенсивностью трансформации таких расходов в расходы на предметы роскоши. При этом, как показали результаты анализа, относительно инвариантными по динамике структуры расходов на предметы роскоши являлись наименее и наиболее доходные квантильные группы домашних хозяйств. Наибольшую турбулентность по динамике структуры расходов демонстрировали группы со средними доходами, в которых доля потребления товаров и услуг первой необходимости за анализируемый период снизилась на 12 п.п., а потребление предметов роскоши - выросло более чем на 6 п.п. [6].
Построенные на основе данного подхода комбинированные группировки, интегрирующие доходные и расширенные (прежде всего за счет включения в состав потребительских расходов условно исчисляемых жилищных услуг собственников жилья) характеристики фактического конечного потребления домашних хозяйств, кроме выявления общих закономерностей трансформации потребительских моделей в зависимости от уровня дохо-
дов домашних хозяйств, позволяют решать и другие актуальные задачи, связанные с измерениями уровня жизни. К таким задачам, в частности, относится формирование более объективной основы для дифференциации населения по определяющим его характеристикам, учитывающим, в том числе, влияние имущественных факторов на расходы домашних хозяйств и их фактическое конечное потребление.
Для российской практики установленные взаимосвязи между уровнем доходов и структурой потребительских расходов также могут играть роль критерия при уточнении границ групп, дифференцирующих домашние хозяйства по уровню жизни и традиционно выделяемых на основе показателя уровня доходов. Признаваемая экспертами большая надежность потребительской статистики по сравнению со статистикой доходов дает возможность использовать структурные показатели фактического потребления также в качестве более адекватной оценки располагаемых ресурсов домашних хозяйств.
Кроме того, наличие таких данных позволяет конкретизировать меры социальной поддержки отдельных групп населения, которые не должны основываться на учитываемых в настоящее время в основном формальных признаках (низкие доходы, наличие детей и др.), а должны по возможности учитывать и другие определяющие фактический уровень жизни компоненты. Последнее относится в первую очередь к компоненту потребления жилищных услуг, который в статистике уровня жизни населения экономически развитых стран, в отличие от российской статистики, является объектом специального учета при построении соответствующих структурных группировок. Такой подход позволяет уточнить и само понятие малоимущего населения и обеспечить большую детализацию его наиболее проблемных групп. ■
Литература
1. Постановление Правительства РФ от 29 января 2013 г. № 56 «Об утверждении Правил исчисления величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения Российской Федерации». URL: www://docs.cntd.ru/document/902394932
2. Уровень жизни. Население. Официальная статистика / Федеральная служба государственной статистики. - М.: Росстат, 2020. URL: www://rosstat.gov.ru/folder/13397
3. Brewer M., Etheridge B., O'Dea C. Why are Households that Report the Lowest Incomes So Well-off? // The Economic Journal. 2017. Vol. 127. Issue 605. Pp. 24-49.
4. EU statistics on income and living conditions (EU-SILC) methodology — monetary poverty / Eurostat, 2020.
5. Handbook on Poverty Statistics: Concepts, Methods and Policy Use / UNSD, 2005. Р. 302.
6. LaVaughn M. Henry. Income Inequality and Income-Class Consumption Patterns. Economic Commentary, 2014.
7. Minimum Expenditure Baskets. Interim guidance note / UN WFP VAM, 2018.
8. Ngo D., Christiaensen L. The Performance of a Consumption Augmented Asset Index in Ranking Households an Identifying the Poor / WBG, 2018. Pp. 5-7.
9. Stoyanova S., Tonkin R. An Expenditure - based Approach to Poverty in the UK / IARIW, 2018.
10. What Are Poverty Threshold аnd Poverty Guidelines? / IRP (Institute for Research on Poverty), 2020.
References
1. Resolution of the RF Government dated 29 January 2013 No. 56 «On Adoption of Regulations for Calculation of Subsistence Minimum and for Main Socio-demographic Groups of Population of the Russian Federation». URL: www://docs.cntd.ru/document/902394932
2. Standard of living. Population. Official statistics / Federal Service of State Statistics. - Moscow: Rosstat, 2020. URL: www://rosstat.gov.ru/folder/13397
3. Brewer M., Etheridge B., O'Dea C. Why are Households that Report the Lowest Incomes So Well-off? // The Economic Journal. 2017. Vol. 127. Issue 605. Pp. 24-49.
4. EU statistics on income and living conditions (EU-SILC) methodology - monetary poverty / Eurostat, 2020.
5. Handbook on Poverty Statistics: Concepts, Methods and Policy Use / UNSD, 2005. P. 302.
6. LaVaughn M. Henry. Income Inequality and Income-Class Consumption Patterns. Economic Commentary, 2014.
7. Minimum Expenditure Baskets. Interim guidance note / UN WFP VAM, 2018.
8. Ngo D., Christiaensen L. The Performance of a Consumption Augmented Asset Index in Ranking Households an Identifying the Poor / WBG, 2018. Pp. 5-7.
9. Stoyanova S., Tonkin R. An Expenditure - based Approach to Poverty in the UK / IARIW, 2018.
10. What Are Poverty Threshold аnd Poverty Guidelines? / IRP (Institute for Research on Poverty), 2020.
Problems of Analytical Groups Construction in Population's Standard of Living Statistics
Alexander S. Abroskin — Leading Researcher of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Doctor of Economic Sciences, Associate Professor (Moscow, Russia). E-mail: abroskin@ranepa.ru
Natalia A. Abroskina — Researcher of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration (Moscow, Russia). E-mail: abroskina-na@ranepa.ru
The article analyzes urgent issues related to computing analytical groups of households with the use of alternative criteria, which demonstrate real level and dynamics of the living standard. Authors analyze features of indicators of cash incomes and the value of the living standard in Russian statistics as basic criteria for estimating the living standard and computing corresponding groups. Weaknesses in the dichotomous approach used in Russia statistics are revealed that lie in the basis of differentiation of the population along the property status.
The article was prepared within the research project of the state order by RANEPA. Key words, analytical groups, monetary income, households, final consumption, standards of living.