УДК 343.3/.7
Ч.Р. Каримова
ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ НЕЗАКОННОЙ ОХОТЫ ILLEGAL HUNTING QUALIFICATION: CHALLENGES
Б статье дана уголовно-правовая характеристика такого экологического преступления, как незаконная охота, выделены его основные и квалифицирующие признаки. Рассмотрены особенности разграничения уголовной и административной ответственности за незаконную охоту и проблемы, возникающие при выборе вида ответственности. Поскольку при квалификации незаконной охоты, совершенной в соучастии, возникает множество спорных вопросов, в статье уделено внимание наиболее типичным ситуациям, встречающимся в правоприменительной практике.
Ключевые слова: незаконная охота, экологические преступления, уголовная ответственность, административная ответственность, соучастие
Для цитирования: Каримова Ч.Р. Проблемы квалификации незаконной охоты // Ученые записки Казанского юридического института МВД России. 2020. Т. 5. № 2(10). С. 144 - 149.
144 144
/и the article the characteristics of such environmental crimes as illegal hunting, highlighting the primary and qualifying features. The features of differentiation of criminal and administrative responsibility for illegal hunting and the challenges that arise when choosing the type of responsibility are considered. Since the qualification of illegal hunting committed in complicity raises many controversial issues. The article focuses on the most typical situations encountered in law enforcement practice.
Keywords: illegal hunting, environmental crimes, criminal responsibility, administrative responsibility, complicity
For citation: Karimova C.R. Illegal Hunting Qualification: Challenges // Scientific Notes of the Kazan Law Institute of MIA of Russia. 2020. V. 5. No 2(10). Pp. 144 - 149.
На современном этапе одной из важных проблем в уголовной практике является привлечение к ответственности лиц, совершивших экологические преступления. Незаконная охота является одним из наиболее часто встречающихся преступлений. Ежегодно совершается достаточно большое количество преступлений экологической направленности, которые имеют пагубные последствия для страны. Рассматриваемая группа преступлений отличается высокой латентностью, возникают сложности, связанные с их квалификацией.
Так, при квалификации незаконной охоты возникают вопросы, касающиеся разграничения уголовной и административной ответственности, применения квалифицирующих признаков, привлечения к ответственности за преступления, совершенные в соучастии. Для решения существующих проблем квалификации незаконной охоты необходимо проведение анализа правовых норм, практических материалов и мнений ученых, занимающихся изучением уголовной ответственности за незаконную охоту.
Незаконной охоте посвящена ст. 258 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ)1. Уголовное законодательство не содержит понятия незаконной охоты, поэтому следует обратиться к определению, данному Верховным Судом РФ в п. 8 постановления Пленума от 18 октября 2012 г. № 21, где под незаконной охотой понимается совокупность конкретных противоправных действий по поиску, выслеживанию, преследованию охотничьих ресурсов, их добыче, первичной переработке и транспортировке2.
В соответствии с ч. 1 ст. 258 УК РФ основными признаками незаконной охоты, на основании которых возможно привлечение к уголовной ответственности, относятся следующие: действия, при которых был причинен крупный ущерб; при противоправных действиях применялись механические транспортные средства или 145 воздушные суда, взрывчатые вещества, газы или иные способы массового уничтожения птиц и зверей; преступление совершалось по отношению к птицам и зверям, охота на которых полностью запрещена; местом преступления являлось особо охраняемая природная территория либо зона экологического бедствия или чрезвычайной экологической ситуации.
Данные признаки позволяют отграничить преступления, ответственность за которые предусмотрена в ст. 258 УК РФ, от правонарушений, указанных в ст. 8.37
Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее -КоАП РФ)3.
Сложность разграничения незаконной охоты как административного правонарушения и уголовно наказуемого деяния заключается в том, что не всегда удается определить грань между ними, которая является достаточно размытой [3, с. 97]. Так, на практике возникают проблемы при квалификации по п. «а» ч. 1 ст. 258 УК РФ с причинением крупного ущерба. Согласно данным судебной практики, за схожие преступления устанавливается как уголовная, так и административная ответственность.
Так, по одному из дел районный суд Челябинской области принял решение о привлечении к уголовной ответственности по п. «а» ч. 1 ст. 258 УК РФ за то, что гражданин отстрелял одну косулю. В обоснование крупного ущерба данно- 145 го противоправного деяния было отмечено, что для данной местности косули являются малораспространенным видом животных4. В то же время другим районным судом Челябинской области за незаконный отстрел двух косулей гражданин был привлечен лишь к административной ответственности5.
Подобная противоречивость судебной практики была обусловлена отсутствием четких критериев определения крупного ущерба. Частично вопрос об определе-
1Уголовный кодекс Российской Федерации: принят Гос. Думой Федер. Собр. Рос. Федерации 24 мая 1996 г.: одобр. Советом Федерации Федер. Собр. Рос. Федерации 5 июня 1996 г.: ввод. Федер. законом Рос. Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 (ред. от 31.07.2020) // Собрание законодательства Рос. Федерации. 1996. № 25, ст. 2954.
2 О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 № 21 (ред. от 30.11.2017) // Российская газета. 2012. 31 окт. (№ 251).
3 Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях: принят Гос. Думой Федер. Собр. Рос. Федерации 20 дек. 2001 г.: одобр. Советом Федерации Федер. Собр. Рос. Федерации 26 дек. 2001 г.: ввод. Федер. законом Рос. Федерации от 30 дек. 2001 г. № 195-ФЗ (ред. от 31.07.2020; с изм. и доп., вступ. в силу с 11.08.2020) // Собрание законодательства Рос. Федерации. - 2002. - № 1 (ч. 1), ст. 1.
"Приговор Кусинского районного суда (Челябинская область) от 5 июня 2017 г. по делу № 1-93/2017 // Судебные решения. Кусинский районный суд. URL: http:/sudact.ru>Суды общей юрисдикци-№...-kusinskii-raionnyi-s (дата обращения: 13.10.2020).
5Приговор Варненского районного суда (Челябинская область) от 13 дек. 2017 г. по делу по делу № 1-30/2017 // Судебные решения - Варненский районный суд. URL: http://sudact.ru>Суды общей юрисдик-ции>...vamenskii-raюnnyi- (дата обращения: 13.10.2020).
нии ущерба при незаконной охоте был решен в постановлении Правительства РФ от 10 июня 2019 года № 7501. Порог крупного и особо крупного ущерба устанавливается примечанием к ст. 258 УК РФ УК РФ, где указано, что крупным ущербом признается ущерб, превышающий сорок тысяч рублей, особо крупным - сто двадцать тысяч рублей.
Например, незаконная добыча одного лося (такса составит 80 000 руб. за одну особь) будет являться крупным ущербом и будет квалифицироваться по ч. 1 ст. 258 УК РФ, а незаконная добыча двух лосей (такса составит 160 000 руб. за две особи) будет являться особо крупным ущербом и будет квалифицироваться по ч. 2 ст. 258 УК РФ.
Таксы рассчитаны для всех охотничьих ресурсов, являющихся объектами промысла, за исключением волка, шакала, 146 лисицы и енотовидной собаки, поскольку данные хищные животные являются разносчиками вируса бешенства и других опасных болезней животных, а также наносят значительный вред сельскому и охотничьему хозяйству и нуждаются в регулировании их численности на территории Российской Федерации.
При этом надо понимать, что ущерб по данному постановлению определяется только для квалификации преступления при возбуждении уголовного дела за незаконную охоту, а размер вреда (сумма, которую правонарушитель должен будет возместить государству), причиненного охотничьим ресурсам в результате незаконной охоты, остается прежним.
В то же время нерешенным остается такой вопрос разграничения административной и уголовной ответственности, как экологическая ценность незаконно добытой особи определенного вида, а также ее значимость для конкретной территории обитания. При отсутствии четких критериев оценки по данному вопросу возникает необходимость обращаться за помощью
1Об утверждении такс и методики исчисления кр 258 УК РФ: постановление Правительства РФ от 1 правовой информации. URL: http://www.pravo.gov.ru
к соответствующим экспертам, которые также испытывают трудности по указанным причинам [3, с. 97]. Для решения данного вопроса необходимо отразить в подзаконном правовом акте соответствующие критерии.
Как было сказано ранее, норма ст. 258 УК РФ в части 2 предусматривает квалифицирующие признаки незаконной охоты. Устанавливается различная уголовная ответственность при наличии указанных квалифицирующих признаков - от штрафа до лишения свободы - это говорит о том, что назначение уголовного наказания отдано на усмотрение судебных органов.
Думается, что по степени общественной опасности указанные квалифицирующие признаки не совпадают. Необходимо отметить, что для многих составов преступлений характерно выделение совершения деяния организованной группой в 146 качестве особо квалифицирующего признака, что вполне закономерно ввиду его достаточно большой общественной опасности. Однако в ст. 258 УК РФ наблюдается иной законодательный подход, что свидетельствует о необходимости выделения совершения незаконной охоты организованной группой в ч. 3 ст. 258 УК РФ в качестве особо квалифицированного состава.
Также возникают трудности при правовой оценке действия соучастников незаконной охоты. Для незаконной охоты, совершенной в соучастии, характерна повышенная общественная опасность, которая раскрывается в связи с эффективной деятельностью соучастников. Это проявляется при возможности организации облавной охоты, при минимальных рисках обнаружения противоправных действий за счет соучастников, обладающих служебными, должностными полномочиями, при охвате большей части территории, а также в случае успешного сочетания опыта и технических возмож-
пного и особого крупного ущерба для целей статьи .07.2019 № 750 // Официальный интернет-портал (дата обращения: 13.10.2020).
ностей отдельных участников (использование различного вида оружия и техники) [2, с. 70].
Сложности обусловлены, прежде всего, своеобразием форм совершения охоты, разнообразием фактических ролей всех лиц, участвующих в совершении данного преступления. Вместе с тем решение данных проблем полностью базируется на доктринальном учении о соучастии в преступлении и точном понимании обязательных признаков преступления, предусмотренного ст. 258 УК РФ.
Несмотря на то, что незаконная охота, совершенная в соучастии, объективно обладает повышенной степенью общественной опасности, анализ приговоров по делам данной категории свидетельствует, что, к сожалению, этот факт не существенно повышает размер назначаемого наказания [1, с. 25].
147 Анализ уголовных дел указывает на то, что органы дознания, как правило, не уделяют должного внимания фактической организованности, сплоченности лиц, совершающих данное преступление. Как правило, такие группы имеют постоянный состав, в них четко распределены роли, выработаны стандарты поведения, установлена четкая иерархия. Члены таких групп часто имеют иные, помимо необходимых непосредственно для участия в охоте, связи - рабочие, дружеские и т.д. Все это позволяет сделать вывод, что организованная группа - гораздо более типичная форма соучастия для незаконной охоты, чем группа лиц по предварительному сговору.
Для правовой оценки соучастников необходим учет особенностей общественно опасного деяния, которые, как говорилось ранее, указаны в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 21. Для незаконной охоты свойственно распределение ролей среди исполнителей, когда каждый из них выполняет одно из указанных действий. В частности, загонная охота предполагает наличие загонщиков, осуществляющих поиск, выслеживание
и преследование диких птиц и зверей, а также стрелков, которые совершают непосредственно добычу.
И те и другие совершают одно и то же преступление, в связи с этим содеянное стрелками даже до производства ими выстрелов образует состав оконченной охоты ввиду того, что они действуют совместно с загонщиками. Кроме того, как правило, выстрел производит один стрелок, тогда как остальные участники незаконной охоты признаются виновными наряду с ним [1, с. 26].
Вместе с тем охота, объективно не объединяющая усилия разных лиц, соучастия не образует. В частности, распределение секторов ведения огня при утиной охоте или выбор различных участков леса для охоты «с подхода» на копытных зверей разными охотниками (если не оговаривается дальнейшее разделение добытых животных) образует два и более 147 преступления, каждое из которых совершено самостоятельно.
Квалифицируя незаконную охоту, совершенную в соучастии, следует устанавливать единство умысла каждого из лиц. Нередко охота признается незаконной в результате правовой оценки лишь одного из соучастников, тогда как остальные действуют в соответствии с установленными правилами.
Квалификация незаконной охоты, совершенной с причинением крупного и особо крупного ущерба группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, включает в себя учет осознания этого факта всеми соучастниками, а также объективное участие каждого из них в достижении преступного результата. В связи с этим содеянное лицом, добывшим дикое животное, но не знавшим о том, что другие участники охоты также уже добыли дичь в количестве, указанном в разрешительной лицензии, не образует ни соучастия, ни незаконной охоты вообще [1, с. 26].
Большое значение имеет при квалификации данного преступления фактиче-
ское участие. Показательным примером выступает приговор Искитимского районного суда, в соответствии с которым граждане были оправданы ввиду отсутствия состава преступления. Обоснованность подобного судебного решения заключалась ввиду невозможности установления, кто конкретно из подсудимых и какие именно действия совершил, что исключило возможность правовой оценки содеянного ими совместно1.
Особого внимания при правовой оценке незаконной охоты, совершенной в соучастии, требует эксцесс исполнителя. Например, отдельным соучастникам может быть не известно о наличии у одного из членов группы намерения применить запрещенные средства и орудия охоты. В этих случаях незаконную охоту образуют исключительно действия данного исполнителя. Вместе с тем согласие (в 148 том числе и молчаливое) на совершение этих действий образует состав рассма-
триваемого преступления. В этом случае содеянное квалифицируется по соответствующему пункту ч. 1 ст. 258 УК РФ как совершенное группой лиц без предварительного сговора [1, с. 26].
Таким образом, проведенный анализ проблемных вопросов квалификации незаконной охоты свидетельствует, что требуют решения такие вопросы, как установка критериев оценки экологической ценности незаконно добытой особи определенного вида, а также ее значимости для конкретного места обитания; закрепление в качестве особо квалифицированного признака совершение незаконной охоты организованной группой. Анализ сложностей квалификации незаконной охоты, совершенной в соучастии, позволил выявить основные проблемы в данной области, которые требуют разъяснений Верховного Суда РФ во избежание ошибок при квалификации подобных пре- 148 ступлений.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Забавко РА. Незаконная охота, совершенная в соучастии // Особенности квалификации экологических преступлений: сб. материалов межвуз. кругл. стола, посвящ. 300-летию рос. Иркутск: Изд-во Восточно-Сибирского ин-та МВД РФ, 2018. С. 25 - 28.
2. Кащеева Е.А., Вестов Ф.А. Вопросы квалификации незаконной охоты, совершенной в соучастии // Правовые институты и методы охраны окружающей среды в России, странах СНГ и Европейского союза: законодательство и экологическая: материалы V Международ. науч.-практ. конф. Саратов: Саратовский источник, 2018. С. 70 - 72.
3. Редникова Т. В. Вопросы разграничения уголовной и административной ответственности за незаконную охоту // Союз криминалистов и криминологов. 2018. № 2. С. 97 - 100.
REFERENCES
1. Zabavko R.A. Nezakonnaya ohota, sovershennaya v souchastii // Osobennosti kvalifikacii ekologicheskih prestuplenij: sb. materialov mezhvuz. krugl. stola, posvyashch. 300-letiyu ros. Irkutsk: Izd-vo Vostochno-Sibirskogo in-ta MVD RF, 2018. S. 25 - 28.
2. Kashcheeva E.A., Vestov F.A. Voprosy kvalifikacii nezakonnoj ohoty, sovershennoj v souchastii // Pravovye instituty i metody ohrany okruzhayushchej sredy v Rossii, stranah SNG i Evropejskogo soyuza: zakonodatel'stvo i ekologicheskaya: materialy V Mezhdunarod. nauch.-prakt. konf. Saratov: Saratovskij istochnik, 2018. S. 70 - 72.
3. Rednikova T.V. Voprosy razgranicheniya ugolovnoj i administrativnoj otvetstvennosti za nezakonnuyu ohotu // Soyuz kriminalistov i kriminologov. 2018. № 2. S. 97 - 100.
1Приговор Искитимского районного суда (Новосибирская область) от 4 июня 2019 г. по делу № 1-19/2019. URL: http://sudact.ru/regular/doc/uHv4yPJjuHr1/ (дата обращения: 13.10.2020).
Сведения об авторе:
Каримова Чулпан Рафисовна, адъюнкт, инспектор отделения планирования и контроля качества учебного процесса и практики учебного отдела Казанского юридического института МВД России
email: Chulpan.94_94@mail.ru © Каримова Ч.Р,2020 About the author:
Karimova Chulpan R., Postgraduate, Inspector of Planning and Quality Control of Educational Process and Practice of the Training Department of the Kazan Law Institute of MIA of Russia email: Chulpan.94_94@mail.ru
Статья получена: 14.10.2020. Статья принята к публикации: 02.11.2020. Статья опубликована онлайн: 16.11.2020.
Против размещения полнотекстовой версии статьи в открытом доступе в сети Интернет не возражаю.
149
149