УДК 341.13 ББК 67.410.2
© 2018 г. В. Г. Стаценко,
заведующий кафедрой уголовного процесса Первого факультета повышения квалификации (с дислокацией в городе Ростове-на-Дону) Института повышения квалификации Московской академии Следственного комитета Российской Федерации кандидат юридических наук, доцент. E-mail: statsenkovg@mail.ru
ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПРОВЕРКИ СООБЩЕНИЯ О ЯТРОГЕННОМ ПРЕСТУПЛЕНИИ
Статья посвящена исследованию проблемных вопросов правового регулирования изъятия медицинской документации при проверке сообщений о ятрогенных преступлениях. Буквальное толкование нормативно-правовых актов приводит к выводу о том, что следователь не вправе получать сведения, составляющие врачебную тайну, до возбуждения уголовного дела. Автор предлагает внести в действующее законодательство соответствующие изменения.
Ключевые слова: проверка сообщений о преступлениях, ятрогенные преступления, медицинская документация, изъятие.
V. G. Statsenko - Head of the Department of Criminal Procedure of the First Faculty of Advanced Studies
(with a dislocation in the city of Rostov-on-Don) of the Institute for Advanced Studies of Moscow Academy
of the Investigative Committee of the Russian Federation, Candidate of Legal Sciences, Associate Professor.
THE PROBLEM ISSUES OF LEGAL REGULATION OFVERIFICATION OFTHE MESSAGE ABOUT
IATROGENIC CRIME
The article is devoted to the study ofproblematic issues of legal regulation of withdrawal of medical documentation when checking reports of iatrogenic crimes. The literal interpretation of normative legal acts leads to the conclusion that the investigator is not entitled to receive information constituting a medical secret before initiation of a criminal case. The author proposes to amend the current legislation accordingly.
Keywords: verification of reports of crimes, iatrogenic crimes, medical documentation, seizure.
Осложнения диагностики и лечения, а также заболевания, развитие которых обусловлено дефектами оказанной медицинской помощи, названы экспертами Всемирной организации здравоохранения ятрогениями. Иными словами, ятрогения в современном расширительном толковании этого термина понимается как «брак медицинской работы».
Ятрогении влекут летальный исход, увеличивают расходы на лечение, делают людей инвалидами, снижают качество их жизни. Тем самым нарушаются конституционные права граждан на жизнь, охрану здоровья и получение медицинской помощи, необходимой для сохранения жизни и улучшения здоровья.
т» и _______и
В этом заключается огромный социальный вред, наносимый ятрогениями [1, с. 3].
Умышленные или неосторожные общественно опасные деяния медицинских работников, нарушающие основные принципы и условия оказания медицинской помощи, установленные Конституцией РФ и иными законодательными актами России, совершаемые при исполнении своих профессиональных или служебных обязанностей и ставящие
под угрозу здоровье или причиняющие вред жизни, здоровью и иным законным правам и интересам пациента называют ятрогенными преступлениями [2, с. 56].
Существуют различные подходы к определению составов, относящихся к данной категории преступлений, различные основания их классификации. Анкетирование следователей, проходивших повышение квалификации на первом факультете ИПК (с дислокацией в г. Ростове-на-Дону) Московской академии Следственного комитета Российской Федерации показало, что к ятрогенным преступлениям могут быть отнесены: причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 2 ст. 109 УК РФ); причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 2 и 4 ст. 118 УК РФ); заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 4 ст. 1 22 УК РФ);
незаконное проведение искусственного прерывания беременности, если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью (ч. 3 ст. 123 УК РФ); незаконное осуществление медицинской деятельности или фармацевтической деятельности (ст. 235 УК РФ); оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека, либо смерть двух или более лиц (ч. 2 и 3 ст. 238 УК РФ).
Повышенное внимание к вопросу расследования ятрогенных преступлений связано с тем, что число преступлений, обусловленных небрежным исполнением медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей, в ряде регионов продолжает расти. Следственные органы обязаны немедленно реагировать на сигналы о врачебной халатности, качественно и в короткие сроки расследовать такие уголовные дела, а также в полном объеме информировать органы здравоохранения и общественность о причинах и условиях совершения ятрогенных преступлений в целях их исключения из медицинской практики [3].
Отечественная модель уголовного судопроизводства предусматривает в качестве обязательной стадии уголовного судопроизводства стадию возбуждения уголовного дела, для инициирования которой необходимо наличие хотя бы одного из поводов, предусмотренных ч. 1 ст. 140 УПК РФ [4, с. 36]. Поводом для проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ, а при наличии оснований и возбуждения уголовного дела, может выступать любой из указанных в ч. 1 ст. 1 40 УПК РФ источников информации о ятрогенном преступлении. Следственная практика показывает, что чаще всего поводом являются заявления граждан, здоровью которых причинен вред, или родственников умерших, которые утверждают, что такие последствия наступили вследствие неправильного лечения. При этом не имеет процессуального значения, является заявителем пострадавший или его родственник, содержится ли в заявлении просьба о привлечении виновного лица к уголовной ответственности или нет. В случае получения сообщения о ятрогенном преступлении из иных источников следователь составляет рапорт в соответствии со ст. 143 УПК РФ,
в котором должны содержаться сведения, указывающие на признаки преступления.
Проверка сообщения о любом совершенном или готовящемся преступлении по смыслу законодателя имеет целью разрешение вопроса о наличии или отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела.
Последовательность предусмотренных ст. 144 УПК РФ проверочных действий обусловливается конкретной ситуацией, складывающейся при доследственной проверке сообщения о ятрогенном преступлении, характером и объемом информации о совершенном деянии, особенностями источника сведений о проверяемом событии.
Проведение проверки сообщения о совершении преступления в отношении медицинского работника имеет ряд особенностей и сопряжено с некоторыми сложностями, которые возникают в ходе установления факта ненадлежащего оказания медицинской помощи и причинно-следственной связи между непрофессиональным исполнением медицинским работником своих обязанностей и наступившими последствиями.
Для объективной оценки правомерности деятельности медицинского работника на первоначальном этапе доследственной проверки возникает необходимость оперативного изъятия медицинской документации, с помощью которой в дальнейшем специалистами в ходе судебной экспертизы или исследований могут быть оценены действия участников врачебного процесса и качество оказанной ими медицинской помощи, сделаны выводы о взаимосвязи действий по оказанию медицинской помощи с их последствиями. Получение медицинской документации должно быть произведено как можно быстрее, так как нельзя исключать возможность фальсификации сведений, содержащихся в них, и их умышленной утраты [5, с. 16]. Способом сокрытия преступления может выступать также утаивание информации и ее носителей. Под утаиванием понимается оставление следователя в неведении относительно определенных обстоятельств, значимых для расследования, которое может иметь как пассивную (умолчание, отказ от показаний) или активную (сокрытие документов, оборудования и иных носителей информации) форму [6, с. 65].
Кроме того, изучение медицинской документации позволяет следователю правильно
определить алгоритм проверочных действий, круг участников, в первую очередь медицинских работников.
Поскольку в законодательстве отсутствует однозначное понимание термина «медицинская документация», следует придерживаться мнения о том, что к медицинским документам относятся все заполняемые в медицинских организациях документы, отражающие состояние здоровья пациента, результаты обследования и лечения больного, порядок оказания медицинской помощи (например, история болезни, данные клинических, рентгенологических, УЗИ- и ЭКГ-обследований, компьютерно-томографических, лабораторных и других исследований) [7, с. 130].
Правовая неурегулированность изъятия медицинской документации при проверке сообщений о преступлениях, в том числе и рассматриваемой категории, порождает проблемы в правоприменительной практике.
Правом истребовать документы при проверке сообщения о любом преступлении наделены уполномоченные органы и должностные лица, указанные в ч. 1 ст. 1 44 УПК РФ, в том числе следователи Следственного комитета Российской Федерации, к компетенции которых относится рассмотрение значительной части сообщений о ятрогенных преступлениях.
В соответствии с положениями ч. 2, 3 ст. 7 Федерального закона «О Следственном комитете Российской Федерации» сотрудник Следственного комитета при осуществлении процессуальных полномочий, возложенных на него уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, вправе требовать от руководителей и других должностных лиц органов, предприятий, учреждений и организаций предоставления необходимых документов, материалов, статистических и иных сведений, выделения специалистов для выяснения возникших в ходе проверки сообщения о преступлении и проведения предварительного расследования; при этом требования (запросы, поручения) сотрудника Следственного комитета, предъявленные (направленные, данные) при проверке сообщения о преступлении, проведении предварительного расследования или осуществлении других полномочий, обязательны для исполнения всеми вышеуказанными лицами незамедлительно или в указанный (в запросе, поручении) срок [8].
Вместе с тем законодательство в сфере здравоохранения сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе и иные, полученные при его медицинском обследовании и лечении, относит к охраняемой законом врачебной тайне [9]. Врачебную тайну составляют также сведения о факте обращения гражданина за психиатрической помощью, состоянии его психического здоровья и диагнозе психического расстройства и иные сведения, полученные при оказании ему психиатрической помощи [10]. Разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны в ходе исполнения трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, допускается в случаях, предусмотренных законом.
Так, согласно положениям п. 7 ч. 2 ст. 29 УПК РФ и ч. 3 ст. 183 УПК РФ медицинские документы, содержащие сведения, составляющие охраняемую законом врачебную тайну, могут быть изъяты на основании судебного решения путем производства следственного действия - выемки. Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (п. 3 ч. 4 ст. 13) определяет, что предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, допускается по запросу органов дознания и следствия в связи с проведением расследования.
Соответственно, представляются уязвимыми нормы, устанавливающие изъятие предметов и документов до возбуждения уголовного дела. Вполне обоснованно в новой редакции ч. 1 ст. 144 УПК РФ закреплено право следователя «истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном настоящим Кодексом». Отсутствие правовой процедуры реализации этих прав и правил документального оформления порождает неоднозначное толкование и применение по собственному усмотрению способов проверки сообщения о преступлении, а следовательно, и противоречивую правоприменительную практику, споры о соблюдении порядка их применения, заявления ходатайств о признании доказательств недопустимыми [11, с. 135]. Как известно, к таковым относятся, в соответствии со ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона. Верховный Суд Российской Федерации
разъясняет, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении был нарушен «...установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлены в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами» [12].
Полагаем, не подлежит обсуждению то, что изъятие медицинских документов при проверке сообщения о ятрогенном преступлении может быть осуществлено только в рамках процессуальных действий. Однако законодатель не определяет, каких именно. Как известно, самостоятельного процессуального действия «изъятие» УПК РФ не предусматривает [13, с. 148]. «Указанная в ч. 1 ст. 144 УПК РФ ссылка "в порядке, установленном настоящим Кодексом" не дает правовых оснований для изъятия предметов и документов в рамках следственных действий, производство которых до возбуждения уголовного дела не предусмотрено УПК РФ (в том числе путем производства выемки (ст. 183)» [14, с. 86].
Буквальное толкование нормативно-правовых актов, регулирующих порядок проверки сообщения о преступлении и изъятие медицинской документации, приводит к выводу о том, что следователь не вправе получать сведения, составляющие врачебную тайну, в ходе доследственной проверки сообщения о преступлении.
Исключением являются отдельные сведения, составляющие врачебную тайну (например, факт обращения гражданина за медицинской, в том числе психиатрической, помощью, нахождение на медицинском учете), которые могут быть представлены медицинской организацией без судебного решения по запросу следователя или дознавателя в связи с проведением проверки сообщения о преступлении в порядке, установленном ст. 144
Литература
1. Пристансков В. Д. Теоретические и методологические проблемы расследования ятрогенных преступлений: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2000.
2. Хлапов А. Л. и др. Профессиональные преступления медицинских работников // Материалы Всероссийской научно-практической конфе-
УПК РФ, либо расследованием уголовного дела [9].
Между тем, лишь располагая всей необходимой медицинской документацией, включая ту, которая составляет врачебную тайну, следователь, как правило, имеет возможность использовать весь арсенал предусмотренных законом проверочных мероприятий и принять обоснованное решение о возбуждении уголовного дела или об отказе в возбуждении.
Разрешение вопроса о наличии или отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела, а значит, о необходимости проведения предварительного расследования, предполагает наделение органа дознания или следователя полномочиями по собиранию и проверке необходимых для решения этой задачи сведений, в том числе составляющих врачебную тайну, в частности, если это требуется для назначения и проведения судебных экспертиз, касающихся состояния здоровья тех или иных участников процесса [15].
Для того чтобы устранить нередко возникающие ситуации, связанные с отказом медицинских учреждений представлять сведения, составляющие врачебную тайну, органам расследования по запросам, направляемым ими до возбуждения уголовного дела, видится необходимым внести соответствующие изменения в законодательство в сфере здравоохранения и УПК РФ: предусмотреть возможность изъятия следователем (дознавателем) при проверке сообщения о преступлении необходимой медицинской документации по судебному решению путем производства выемки либо по запросу.
Таким образом, изъятие медицинской документации при проверке сообщений о ятро-генных преступлениях требует правовой регламентации, что, безусловно, будет способствовать обеспечению своевременной, законной и обоснованной деятельности органов предварительного расследования.
Bibliography
1. Pristanskov V. D. Theoretical and methodological problems in the investigation of iatrogenic crime : abstract of dis. ... PhD in law. St. Petersburg, 2000.
2. Hlapov A. L., etc. Professional offences of medical workers: materials of All-Russian scientific-practical conference / under the editorship
ренции / под ред. Ю. Д. Сергеева, С. В. Ерофеева. Иваново; Владимир, 2008.
3. Бастрыкин А. И. Выступление на совещании 4 октября 2017 года в Следственном комитете Российской Федерации по вопросам расследования ятрогенных преступлений. URL: http:// sledcom.ru/press/events/item/1170974/ (дата обращения: 08.02.2018).
4. Варданян А. В. Сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, как повод для возбуждения уголовного дела: исторические и современные проблемы его реализации // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. 2017. № 3 (82).
5. Багмета А. М., Черкасова Л. И. Тактика и методика расследования причинения смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей. М., 2013.
6. Айвазова О. В., Варданян Г. А. Криминалистическое учение о способе преступления как теоретико-методологическая основа для формирования классификации способов совершения преступлений в сфере производства и оборота фальсифицированных лекарственных средств // Философия права. 2015. № 1 (68).
7. Иванова В. Г. Теория и практика расследования преступлений, совершенных медицинскими работниками в процессе профессиональной деятельности: монография. М., 2017.
8. Федеральный закон от 28 декабря 2010 года № 403-Ф3 «О Следственном комитете Российской Федерации» (с изм. и доп.) // Российская газета. 2010. 30 декабря.
9. Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (с изм. и доп.). URL: http:// www.pravo.gov.ru.
10. Закон РФ от 2 июля 1992 года № 3185-I «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (с изм. и доп.) // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 33. Ст. 1913.
11. Стаценко В. Г. Проблемы правовой регламентации истребования документов и предметов, их изъятия при проверке сообщения о преступлении // Уголовное производство: процессуальная теория и криминалистическая практика материалы V Междуна-
of Yu. D. Sergeyev, S. V. Erofeeva. Ivanovo; Vladimir, 2008.
3. Bastrykin A. I. Speech at the meeting on October 4, 2017 in the Investigative Committee of the Russian Federation on the investigation of iatrogenic crimes. URL: http:// sledcom.ru/press/events/item/ 1170974/ (date of the address: 08.02.2018).
4. Vardanyan A. V. Message about the perfect or preparing crime, received of other sources, as a reason for initiating a criminal case: historical and contemporary problems of its implementation // Bulletin of Eastern-Siberian Institute of the Ministry of internal Affairs of Russia. 2017. № 3 (82).
5. Tactics and methods of investigation of causing death by negligence due to improper performance by medical workers of their professional responsibilities / A. M. Bagmet, L. I. Cherkasova. Moscow, 2013.
6. Aivazova O. V., Vardanyan A. G. Criminalis-tic doctrine about the way of crime as a theoretical and methodological basis for the formation of the classification of methods of committing crimes in the sphere of production and turnover of counterfeit medicines // Philosophy of law. 2015. № 1 (68).
7. Ivanova V. G. Theory and practice of investigation of crimes committed by medical workers in the process of professional activity: monograph. Moscow, 2017.
8. The Federal law of December 28, 2010 № 403-FZ «About Investigative Committee of the Russian Federation» (with changes and additional) // Russian newspaper. 2010. December 30.
9. The Federal law of November 21, 2011 № 323-FZ «About bases of protection of health of citizens in the Russian Federation» (with changes and additional). URL: http:// www.pravo.gov.ru.
10. The law of the Russian Federation from July 2, 1992 № 3185-I №About the psychiatric help and guarantees of citizens 'rights in its provision» (with changes and additional) // Bulletin of Congress of people's deputies of the Russian Federation and the Supreme Council of the Russian Federation. 1992. № 33. Art. 1913.
11. Statsenko V. G. Problems of legal regulation of discovery of documents and items they will be confiscated when checking a crime report // Proceedings: Criminal proceedings: procedural theory and forensic practice materials V International scientific-practical conference. From 27 to 29 April 2017. Simferopol, 2017.
12. Resolution of Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation of October 31, 1995 (in edition of 16.04.2013 № 9) «On some issues of application by courts of the Constitution of the Rus-
родной научно-практической конференции. 27-29 апреля 2017 года. Симферополь, 2017.
12. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года (ред. от 16.04.2013 № 9) «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» // СПС «КонсультантПлюс».
13. Стаценко В. Г. Новые средства проверки сообщения о преступлении: проблемы применения и пути их решения // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения: сборник научно-практических трудов. М., 2014. Вып. 3.
14. Информационное письмо заместителя Председателя Следственного комитета Российской Федерации Пискарева В. И. от 30.12.2014 № 211-51098-14 // Сборник информационно-методических документов СК России. М., 2015.
15. Определение Конституционного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 2300-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Копылова Владимира Владимировича на нарушение его конституционных прав положениями статьи 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 7 Федерального закона "О Следственном комитете Российской Федерации" и статьи 13 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"». URL: http:// www.ksrf.ru (дата обращения: 08.02.2018).
sian Federation in the implementation ofjustice» // ATP «ConsultantPlus».
13. Statsenko V. G. New means of check of the message on a crime: problems of application and ways of their solution // Investigation of crimes: problems and ways of their solution: the collection of scientific and practical works. Moscow, 2014. Issue 3.
14. Information letter of the Deputy Chairman of the Investigative Committee of the Russian Federation V. Piskarev from 30.12.2014 № 211-51098-14 // Collection of information and methodological documents of the Russian Federation. Moscow, 2015.
15. The constitutional Court of the Russian Federation of September 29, 2015 № 2300-0 «About refusal in acceptance to consideration of the complaint of citizen Kopylov Vladimir Vladimirovich on infringement of its constitutional rights by the provisions of article 144 of the Criminal procedure code of the Russian Federation, article 7 of the Federal law «On Investigative Committee of the Russian Federation» and article 13 of the Federal law «About bases of health protection of citizens in Russian Federation». URL: http://www.ksrf.ru (date of the ad-dres: 08.02.2018).