Научная статья на тему 'Преподавание элементов патофизиологии в Императорском Московском университете в 1804-1836 гг.'

Преподавание элементов патофизиологии в Императорском Московском университете в 1804-1836 гг. Текст научной статьи по специальности «Медицина и здравоохранение»

CC BY
49
11
Поделиться

Аннотация научной статьи по медицине и здравоохранению, автор научной работы — Батаев Х. М.

В предлагаемой статье изложена история преподавания теоретической медицины и патологии в стенах Императорского Московского университета, становление и история развития и преподавания элементов патологической физиологии в рамках указанных дисциплин в период до 1836 года.

Teaching of Elements of Pathophysiology at the Imperial Moscow University in 1804-18361

From 1804 till 1836 pathology generals was taught at the Moscow University at the chair of pathology, therapy and clinic. During this period separate elements of pathophysiology formed the orderly system of conceptions upon essence and causes of illness, appropriateness of development of pathological processes. The close connection with the clinic caused the beginnings of anthropopathology, directed toward a sick man, and the forming of scientific principles of clinical thinking.

Текст научной работы на тему «Преподавание элементов патофизиологии в Императорском Московском университете в 1804-1836 гг.»

ПРЕПОДАВАНИЕ ЭЛЕМЕНТОВ ПАТОФИЗИОЛОГИИ В ИМПЕРАТОРСКОМ МОСКОВСКОМ УНИВЕРСИТЕТЕ В 1804-1836 ГГ.

Х.М. БАТАЕВ

Кафедра патофизиологии Московской медицинской академии им. И.М. Сеченова.

Научно-исследовательский центр ММА им. И.М. Сеченова Москва, 119435. Малая Трубецкая, 8.

В предлагаемой статье изложена история преподавания теоретической медицины и патологии в стенах Императорского Московского университета, становление и история развития и преподавания элементов патологической физиологии в рамках указанных дисциплин в период до 1836 года.

Первые элементы патофизиологии обнаруживаются в курсе теоретической медицины, который читался в Московском университете с 1765 по 1804 г.. Профессор, преподававший этот курс, рассчитанный на три года, преподавал последовательно физиологию, гигиену, патологию и общую терапию. Таким образом, патология занимала центральное место между дисциплинами, посвященными здоровью человека, и общей терапией. Патологией называлась наука о сущности, причинах, припадках и признаках болезней человека. В нее входили четыре раздела: нозология, этиология, симптоматология и патологическая семиотика.

Первые профессора, преподававшие патологию с 1766 по 1777 гг., С.Г. Зыбелин и его ученик И.А. Сибирский, объясняли сущность и причины патологических явлений исключительно с позиций физики (механики, гидравлики и гидростатики) и химии, а также учения У. Гарвея о кровообращении.

С 1777 по 1804 гг. профессора Й.И. Вечь, М.И. Скиадан и Ф.И. Барсук-Моисеев, опираясь на физиологические труды А. Галлера, дополнили физико-химическое направление лекций по патологии физиологическим, учитывающим феномен чувствительности и значение нервной системы в патологических явлениях. Патологию они преподавали как физиологию больного организма.

По университетскому уставу 1804 г. была образована кафедра патологии, терапии и клиники. Первым ее преподавателем стал Сергей Александрович Немиров. Выбор его кандидатуры был обусловлен тем, что он отлично зарекомендовал себя как воспитанник Московского университета, прошедший солидную подготовку под руководством С.Г. Зыбелина, Ф.Г. Политковского, М.И. Скиадана и Ф.И. Барсука-Моисеева, и 17 марта 1804 г. блестяще защитил диссертацию на степень доктора медицины, посвященную физиологии и патологии желудка, под названием “Dissertatio inauguralis. Medica sistens physiologiam et pathologiam Ventriculi”. После защиты диссертации C.M. Немиров был назначен адъюнктом кафедры и вскоре утвержден экстраординарным профессором патологии и терапии. Академическую дисциплину, которая получила название “общей патологии”, С.А. Немиров преподавал вплоть до 1810 г. по собственному учебнику “Primae lineae pathologiae generalis”, изданному в Москве в 1806 г. Ни в библиотеках, ни в архивах этот учебник обнаружить не удалось. Однако косвенные данные позволяют судить об общей направленности преподавания С.М. Немировым общей патологии. В своей диссертации он рассматривает пищеварение как химико-органический процесс, подчеркивая его отличие от простых химических реакций и используя теорию ферментации. Дпя объяснения законов пищеварения в норме и при различных формах патологии он широко пользуется данными физиологии и клиники, показывая зависимость состояния желудка от патологических процессов, происходящих в различных частях человеческого тела.

Кроме того, известно, что С.А. Немиров использовал в преподавании труды профессора Эрфуртского университета А.Ф. Геккера (A.F. Hecker, 1763-1811) - автора первого руководства по патологической физиологии “Grundriß der Physiologia pathologica”, опубликованного в Галле в 1791 г. К патологическим явлениям он подходил, как и его

предшественники по кафедре с позиций физики, химии и физиологии, ориентируясь на запросы клинической медицины.

С 1809 по 1831 гг. ординарным профессором кафедры патологии, терапии и клиники был один из основоположников отечественной клинической медицины и военной гигиены Матвей Яковлевич Мудров (1776-1831). Первое время после преждевременной смерти С.А. Немирова в 1810 г. М.Я. Мудров преподавал не только терапию, но и патологию. Он много сделал для становления патологической анатомии еще до организации соответствующей кафедры и оказал соответствующее влияние на преподавание общей патологии. Настаивая на необходимости объяснения болезней “из поврежденного строения” органов и тканей, М.Я. Мудров ориентировал студентов и на изучение патологических процессов, протекающих в организме заболевшего человека, “отверзая двери к таинствам физиологии болезней”.

На процесс преобразования общей патологии в “физиологию болезней” существенное влияние оказал ординарный профессор кафедры анатомии, физиологии и судебной медицины (1813-1819) и кафедры физиологии, судебной медицины и медицинской полиции (1819-1835) Московского университета Е.О. Мухин. Одним из его последователей был В.П. Ризенко (1784-1827), защитивший в 1811 г. диссертацию “О нормальном и ненормальном положении матки у человека при передвижении; [рассуждение], основанное на принципах теории возбудимости”. В ней явственно обнаруживается влияние учения Е.О. Мухина о стимулах (возбуждениях), действующих на живое человеческое тело. В 1813 г. В.П. Ризенко был избран экстраординарным профессором на кафедру М.Я. Мудрова и до 1815 г. преподавал общую патологию по руководству, изданному С.А. Немировым.

С 1815 по 1830 гг. лекции по общей патологии читал экстраординарный профессор В.И. Ромодановский по учебнику А. Ипея “Adolphi Ipey primae lineae Pathologiae generalis”, переизданному Московским университетом в 1821 г. Знаменательно, что этот учебник был переведен с немецкого на латинский язык Е.О. Мухиным. Переводчик, хорошо знавший патологию и читавший в 1800-1803 гг. курс патологии и терапии в Московской медико-хирургической академии, сопроводил перевод объяснениями, примечаниями и дополнениями, почерпнутыми из руководств по патологии Г.В. Консбруха, А.Ф. Геккера, И. Гауба и И. Франка, чем значительно усилил его патофизиологическую направленность.

В 1831-1835 гг. ординарным профессором кафедры патологии, терапии и клиники был ближайший ученик Е.О. Мухина выдающийся врач-философ Иустин Евдокимович Дядьковский (1784-1841), который до этого с 1826 г. читал курс общей патологии в Московской медицинской академии. Лекции по общей патологии в Московском университете в 1831-1836 гг. читал его ученик и последователь, адъюнкт кафедры Козьма Васильевич Лебедев (1799-1884). В ряде своих работ—“О средствах к скорейшему усовершенствованию медицины в России”(1829), “Краткое начертание общей антропопато-логии”(1832), первом оригинальном русском руководстве “Общая антропопатоло-гия”(1835), “О горячках. Краткое учение”(1831), “О жизни”(1834), и др. — К.В. Лебедев дал развернутое изложение философских, общебиологических и общепатологических взглядов И.Е. Дядьковского.

Статью “О средствах к скорейшему усовершенствованию медицины в Рос-сии”(1829) К.В. Лебедев посвятил вопросам теории познания и ее применению в медицине. Он выступил против крайностей эмпиризма и рационализма, за разумное сочетание двух методических подходов к изучению явлений. К.В. Лебедев указывал на благотворность сочетания клинического, экспериментально-физиологического и патологоанатомического методов исследования и видел в их применении основные способы усовершенствования медицины. Приводя ряд примеров, свидетельствующих об обязательности знания врачом природы и локализации болезни или уклонения какого-либо органа от нормального состояния, К.В. Лебедев еще в первой трети XIX в. указал на важное значение для прогресса медицины ее клинико-патологоанатомического направления.

Прослеживая эволюционное развитие животного мира в восходящем порядке и применяя при этом сравнительный метод исследования живых существ, К.В. Лебедев приходил к выводу, что чем больше обнаруживается нервных нитей, узлов и нервных соединений или сплетений, тем многосложнее и совершеннее становятся их движения. Основное качество живого животного тела—раздражительность; в том случае, когда она присуща нервной системе, ее называют чувствительностью. Акт раздражительности есть, по мнению К. Лебедева, химико-электрический процесс. Движения вызываются внешними влияниями и лишь с образованием мозга обнаруживаются произвольные движения. Раскрыть суть и понять механизмы функционирования мышечной системы и других систем организма в условиях нормы и патологии “не иначе возможно, как через непосредственное исследование сих процессов в самом акте их совершения. Здесь-то открывается вся важность и совершенная необходимость в опытах и наблюдениях, производимых при разнообразном рассечении различных частей тела живых животных. Сии опыты и наблюдения ведут во внутренее святилище жизни, где она, как причина жизненных в теле действий, представляется в тончайшей, светлой одежде и парящей быстроте —в животном электричестве, которое есть необходимое условие всех в живом теле движений” [с. 523]. В качестве дополнительного аргумента для доказательства этого принципиально важного положения К.В. Лебедев использовал экспериментальнофизиологические данные, почерпнутые им из учебника И. Прохаски “Физиология”, изданного в С.-Петербурге в переводе на русский язык в 1822 г., автор которого также утверждал, что “жизнь животного тела есть самостоятельное движение животного вещества”.

Указанные выше принципы легли в основу руководств, написанных К.В. Лебедевым “Краткое начертание общей антропопатологии”(1832) и “Общая антропопатоло-гия”(1835), в которых изложил свои взгляды на общую патологию. К.В. Лебедев констатировал, что во всех русских университетах и Медико-хирургической академии общая патология преподавалась до него по руководствам иностранных авторов и что он не последовал ни одному из предшествовавших патологов. Основополагающими для общей патологии К.В. Лебедев считал идеи и учение своего учителя И.Е. Дядьковского, в частности, его беседы и рукописи, о сущности жизни и здоровья, о философских основах медицины. “Особенно же считаю себя одолженным вполне и навсегда г-ну проф. И.Е. Дядьковскому. Рукопись его лекций по общей патологии, его клинические и терапевтические изустные уроки, и его домашние беседы, которыми много лет уже я пользуюсь, служили и служат мне верными руководителями на избранном мною поприще” [с. IV].

В “Общей антропопатологии” К.В. Лебедев вслед за И.Е. Дядьковским делил все патологические учения на три категории: 1. физические, 2. метафизические и 3. смешанные. Физическими он называл те учения, в которых все явления больного организма объясняются чисто физическими законами, подверженными наблюдениям при помощи органов чувств и оправдываемыми разумом; метафизическими —те, которые для объяснения патологических явлений принимают причины, не подлежащие чувствам, но представляемые одним только рассудком. Таким образом, в переводе на современный философский язык К.В. Лебедев четко различал две крупные категории медицинских и общепатологических учений: материалистическое и идеалистическое. По менее значительным, но вместе с тем существенным параметрам он выделял десять групп учений: 1. гуморально-спиритуальное, 2. спиритуальное, 3. механическое, 4. гуморальное, 5. солидарное, 6. химическое Парацельса, 7. возбудительное Броуна, 8.динамическое Бруссе, 9. физико-динамическое Рейля, Гуфеланда, 10. физическое. Проведя сопоставительный анализ этих учений, К.В. Лебедев заключал, что изучение патологии должно быть чисто физическое, основанное на опытных познаниях материи.

Учение И.Е. Дядьковского, по К.В. Лебедеву, покоится на следующих основных принципах и понятиях: жизнь есть движение животного вещества. Где нет движения, там нет и жизни. Смерть, как противоположность жизни, есть покой. Из этого представления о жизни и смерти вытекает и понятие здоровья: “Здоровье или здоровая жизнь

животного организма состоит в обнаруживании всех действий, им совершаемых, сопровождаемом ощущением внутреннего благосостояния'и видимым спокойствием, —обнаруживании, зависящем от нормального состава и организации животного вещества” [с. 19]. Отсюда и болезнь—это изменение физических, химических и динамических свойств веществ, составляющих животный организм, сопровождаемое более или менее неприятным ощущением. “Болезнь или больная жизнь животного организма состоит, по мнению К.В. Лебедева, в обнаруживании его действий, сопровождаемом ощущением внутреннего неблагосостояния, выражаемого печальною или беспокойною наружностью, зависящего от ненормального состояния животного вещества. Короче: болезнь есть изменение живого животного вещества, сопровождаемое ощущением более или менее неприятным, и обнаруживаемое болезненными явлениями более или менее явственными”^. 22]. Отсюда и разделение болезней должно быть основано: 1. на разностях повреждений животного вещества; 2. на разном проявлении их в пространстве и времени.

Общие законы происхождения и развития болезней заключаются, по мнению К.В.Лебедева, в свойстве живого организма изменяться и приходить в болезненное состояние в зависимости от внутренних и внешних болезнетворных условий. Важнейшая закономерность —это привычка, т.е. такая измененная деятельность организма, вследствие которой или все тело, или только части его делаются к одним влияниям более, а к другим менее чувствительными. Следующую закономерность, о которой пишет К.В.Лебедев, основанную на привычке, если говорить современным языком, мы бы назвали пусковым эффектом, выработкой автоматизма и следовыми реакциями: “Когда органы живого животного тела сначала от какого-либо внешнего на них влияния получают направление к известным движениям, которые потом сами собою возобновляются, хотя внешние влияния, первоначально их произведшие, более уже не действуют, или без всякого внешнего влияния, собственным часто повторяемым движением, сначала по воле совершаемом, но впоследствии уже невольным образом”[с. 113]. Чем чаще они совершаются, тем больше утверждается в органах наклонность к их повторению и тем глубже они укореняются, ибо “привычка —вторая натура”.

Законом, играющим большую роль в патологии, является закон сочувствия, выражающийся трояким образом:

по отношению органов:

1) назначенных природой для одной и той же цели, но занимающих в организме разные, друг от друга отдаленные места (без прямого сообщения через нервы, как, например, грудь и матка);

2) по тесному внутреннему друг к другу соотношению ( печень, селезенка); с повреждением одного органа обнаруживаются болезненные явления в другом;

3) имеющие явную связь через нервы.

Кроме того, это закон осуществляется

а) по продолжению тканей (воспалительные явления в желудке легко распространяются на кишечник);

б) по прикосновению одной ткани к другой (воспаление надкостницы переходит на кость);

в) по совершенно одинаковой организации и материальному составу.

Особенно существенны, по мнению К.В. Лебедева, связи, осуществляемые посредством головного мозга, оказывающего большое влияние на кровеносную и другие системы человеческого тела. Но это влияние взаимное, т.к. “душевные возмущения отражаются в известных органах, производя в них болезненную перемену, и наоборот, повреждение известных органов производит то, а не другое состояние души"[с. 327]. Действие человеческих эмоций очень наглядно. Так, например, радость, как правило, действует благотворно, но бывают и исключения из этого правила: сильная внезапная радость производит судорожное сжатие в предсердии, смертельную бледность в лице, останавливает кровообращение и дыхание, и повергает в состояние кажущейся, нередко и дей-

ствительной смерти. Так умер Диагор, когда узнал, что трое его сыновей стали победителями на Олимпийских играх. Гнев всегда причиняет вред здоровью и раздражающим образом сказывается на печени. Страх или боязнь, зависть, ненависть равно как и печаль, ослабляют все органические процессы. Внезапный страх сопровождается замиранием сердца, побледнением кожи, появлением озноба и дрожи, доходящей до судорог, поносом (“медвежья болезнь”) и т.п. Таким образом, вряд ли можно сомневаться, что задолго до появления психосоматики мы обнаруживаем в руководстве К.В. Лебедева “Общая патология”(1835) ее элементы, но не в идеалистической, а в материалистической трактовке.

Итак, за время существования кафедры патологии, терапии и клиники в Московском университете с 1804 по 1836 гг. отдельные элементы патофизиологии сложились в стройную систему представлений о сущности и причинах болезни, о закономерностях развития патологических процессов. Тесная связь с клиникой обусловила возникновение антропопатологии, ориентированной на больного человека и формирование научных основ клинического мышления.

TEACHING OF ELEMENTS OF PATHOPHYSIOLOGY AT THE IMPERIAL MOSCOW UNIVERSITY IN 1804-1836

Kh.M. BATAEV

Chair of Pathophysiology of the Moscow I.M. Sechenov Medical Academy.

Moscow 119435 Malaja Trubetskaja, 8.

From 1804 till 1836 pathology generals was taught at the Moscow University at the chair of pathology, therapy and clinic. During this period separate elements of pathophysiology formed the orderly system of conceptions upon essence and causes of illness, appropriateness of development of pathological processes. The close connection with the clinic caused the beginnings of anthropopathology, directed toward a sick man, and the forming of scientific principles of clinical thinking.