Научная статья на тему 'Православная миссионерская деятельность среди чуваш Оренбургской епархии (1859-1917 годы)'

Православная миссионерская деятельность среди чуваш Оренбургской епархии (1859-1917 годы) Текст научной статьи по специальности «Религия. Атеизм»

CC BY
168
85
Поделиться
Ключевые слова
МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ / ОРЕНБУРГСКАЯ ЕПАРХИЯ / ЧУВАШИ / ЯЗЫЧЕСТВО / ИСЛАМ / ПРАВОСЛАВИЕ / ПРАВОСЛАВНОЕ МИССИОНЕРСКОЕ ОБЩЕСТВО / МИССИОНЕРСКИЕ ШКОЛЫ / МИССИОНЕРСКИЙ ПРИХОД / НОВОКРЕЩЕНЫЕ ИНОРОДЦЫ

Аннотация научной статьи по религии и атеизму, автор научной работы — Есикова Екатерина Михайловна

Для Оренбургской епархии миссионерская работа с чувашским населением являлась сложным и важным делом. Проблемы христианизации чуваш также привлекали внимание светских властей. Участие в работе с чувашами подготовленных миссионеров, опора на систему Н. И. Ильминского в устройстве миссионерских школ, открытие специальных чувашских приходов дали положительный результат. В 1910-х гг. чуваши считались христианами, устойчивыми в православной вере

Похожие темы научных работ по религии и атеизму , автор научной работы — Есикова Екатерина Михайловна,

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Текст научной работы на тему «Православная миссионерская деятельность среди чуваш Оренбургской епархии (1859-1917 годы)»

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 16 (154). История. Вып. 32. С. 77-82.

ЭТНОКОНФЕССИОНАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ РОССИИ

Е. М. Есикова

ПРАВОСЛАВНАЯ МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ СРЕДИ ЧУВАШ ОРЕНБУРГСКОЙ ЕПАРХИИ (1859-1917 ГОДЫ)

Для Оренбургской епархии миссионерская работа с чувашским населением являлась сложным и важным делом. Проблемы христианизации чуваш также привлекали внимание светских властей. Участие в работе с чувашами подготовленных миссионеров, опора на систему Н. И. Ильминского в устройстве миссионерских школ, открытие специальных чувашских приходов дали положительный результат. В 1910-х гг. чуваши считались христианами, устойчивыми в православной вере

Ключевые слова: миссионерская деятельность, Оренбургская епархия, чуваши, язычество, ислам, православие, Православное миссионерское общество, миссионерские школы, миссионерский приход, новокрещеные инородцы.

Миссионерская деятельность - одна из важнейших сторон христианской церковной жизни. Особенное значение миссия принимает в тех регионах, где имеет место этническое и конфессиональное разнообразие населения. Оренбургская епархия с самого начала относилась именно к таким полиэтничным и поликонфессиональным местам Российской империи.

В статистическом описании Оренбургской губернии по сведениям 1866 г. приводятся данные по этническому составу населения губернии: русские - 507218 чел.; украинцы

- 11979 чел.; белорусы - 85 чел.; башкиры

- 187241 чел.; мещеряки - 10803 чел.; чуваши - 1391 чел.; мордва - 9966 чел.; тептяри (этносословие) - 15071 чел.; татары - 19776 чел.; калмыки - 5999 чел. Всего населения губернии в 1866 г. составляло 769519 чел.1

По вероисповеданиям (сведения на 1898 г.) в Оренбургской епархии (территория Оренбургской губернии, Уральской и Тургайской областей) население распределялось следующим образом: православные и единоверцы (Оренбургская губерния

- 1153058 чел., Уральская область - 85320 чел., Тургайская область - 37168 чел.); раскольники и сектанты (Оренбургская губерния - 48583 чел., Уральская область - 65552 чел., Тургайская область - 124 чел.); католики (Оренбургская губерния - 3473 чел., Уральская область - 33 чел., Тургайская область - 87 чел.); протестанты (Оренбургская губерния - 5405 чел., Уральская область - 2 чел., Тургайская область - 1 чел.); григо-

риане (Уральская область - 36 чел.); иудеи (Оренбургская губерния - 2222 чел., Уральская область - 19 чел., Тургайская область - 57 чел.); мусульмане (Оренбургская губерния -393427 чел., Уральская область - 452814 чел.. Тургайская область - 395116 чел.); язычники (Уральская область - 976 чел.)2.

В этнической палитре Оренбургской епархии чуваши занимали лишь 0,18 % от всего населения губернии (на 1866 г.) и расселены были в трех уездах губернии (в Оренбургском - 805 чуваш, в Орском - 574, в Верхнеуральском - 12). Для миссионерской деятельности работа с чувашским населением была непростой задачей и привлекала внимание как церковных, так и светских властей.

До христианизации чуваш религией этого этноса было язычество с некоторой долей исламизации. По наблюдениям миссионеров, опубликованных в «Оренбургских епархиальных ведомостях» за 1890 г., чуваши, как мусульмане, празднуют каждую пятницу. От язычества у чуваш оставалась вера в бога Ириха (по В. М. Черемшанскому, ирихи - домашние идолы у чуваш3), которого они боялись прогневать даже словом, чтобы он не наслал на них какую-либо болезнь. Главными языческими праздниками чуваш были Семик и Синзи. Семик отмечали после последней пятницы перед православной Троицей. Тогда чуваши устраивали большой пир для прославления Ириха. Следующий наиболее почитаемый праздник после Семика - Синзи

- отдохновение земли, который продолжался по времени от завершения пашни до покоса.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

По поверьям чуваш, земля в это время спит, и ее нельзя потревожить никакой работой, вплоть до прополки сорняков на огороде, так как считалось, что наносится оскорбление богу Ириху. Нарушение этого обычая наказывается побоями на мирской сходке, при этом чуваши входили в такую ярость, что были способны убить человека. По окончания Синзи Ириху приносилась кровавая жертва

- закалывали купленную общиной скотину (барана, жеребенка или быка - смотря по достатку). Жертвенное мясо съедалось, а кости бросали собакам. Жертва сопровождалась просьбами к Ириху об урожае и благодарением за рост травы и лесов. Жертвоприношение совершалось в керемете - священной роще или саде, выросшем без содействия человека и посвященном Ириху. Много языческой обрядности сохранилось в праздновании свадеб чуваш. За невесту уплачивали калым или ее просто выкрадывали (часто с согласия родителей невесты). Повенчаться в церкви чуваши обычно не спешили4. По описанию В. М. Черемшанского, главным божеством у чуваш был Сюлде Тор, творец вселенной, а также они верили в домового ( хирлан-тор), водяного (шивран-тор), лешего (вурман-тор), полевого (хирран-тор)5.

Активная христианизация народов Поволжья, Приуралья и Зауралья, в том числе и чуваш, началась в 1731 г. с образованием Комиссии (с 1740 - Конторы) новокрещенских дел. Во главе ее стоял архиерей Казанской епархии, а сама Контора охватывала своей деятельностью Казанскую, Нижегородскую и Астраханскую епархии. В 1734 г. были открыты 4 школы миссионерской направленности для вотяков, мордвы и чуваш6. Контора практиковала массовые крещения, расселение новокрещенных в отдельных от соплеменников-нехристиан деревнях с наделением их землей, строительство храмов для обратившихся в христианство, также существовали налоговые льготы для ново-крещенных. Исламское духовенство, в свою очередь, организовало собственную миссию среди язычников. Святейший Синод в 1750 г. получил информацию об обращении в ислам 200 чуваш в 1743-1746 гг., а также о принятии ислама чувашками при браках с татарами. В 1764 г. во время политики веротерпимости Екатерины II Контора новокрещенских дел была упразднена, деятельность миссий почти полностью прекратилась7. Эта полити-

ка, продиктованная государственными соображениями мирного включения инородцев в Российскую империю, была продолжена и в XIX в., способствуя поиску новых способов миссионерской работы Русской православной церкви. В XIX в. миссионерство находилось в руках епархиальных архиереев. В первой четверти XIX столетия епархиальному начальству стало очевидно почти полное отпадение новокрещенных от православия. Во главу угла организации миссионерской деятельности были поставлены обучение и наставление новокрещенных в православной вере, постоянная работа с ними на приходах8. Это отразилось и на христианизации чуваш. В начале XIX в. были выполнены переводы сокращенных катехизисов на язык чуваш, черемис и татар. Заботами Казанского архиепископа Филарета Амфитеатрова миссия среди чуваш была поставлена на высокий уровень, миссионеры знали чувашский язык, использовали в работе хорошие переводы богослужебных книг и молитвословов. Во время предстоятельства Филарета были крещены 4348 чувашей. После перевода архиепископа Филарета в другую епархию в 1836 г. миссионерское дело среди инородцев Поволжья и Приуралья снова пошло на спад. План Филарета Амфитеатрова по дальнейшим переводам богослужебных книг и преподаванию инородческих языков духовенству (причем чувашский язык вместе с татарским и черемисским был поставлен на первую очередь) не был осуществлен9.

В Оренбургской епархии в 1831 г. по предложению епископа Аркадия при духовной семинарии началось изучение чувашского и татарского языков, а также встал вопрос об организации формальной миссии среди чуваш-язычников. При этом генерал-губернатор П. П. Сухтелен намечал в 1834 г. учредить миссионерский монастырь в Челябинске. В 1838 г. указом Святейшего Синода миссию среди чуваш было решено не учреждать, а поручить дело их обращения в православие приходским священникам. Только в конце 1853 г. по указу императора Николая I была учреждена в Оренбургской епархии противоязыческая миссия в составе 15 приходских священников-миссионеров, которая уже в мае 1854 г. из-за политических обстоятельств прекратила свою деятельность10.

В 1859 г. Оренбургская епархия была разделена на собственно Оренбургскую и

Уфимскую из-за ее территориальной обширности, а также в целях усилить миссионерскую работу в новых образованиях11. Конфессиональное состояние чуваш в это время - на 1859 г. - охарактеризовал В. М. Черемшанский: «Чуваши представляют собой племя, которое по обычаям и нравам отделяется резкою чертою от прочих поселян Оренбургской губернии. Они сохраняют свое наречие, имеют свои поверья, придерживаются идолопоклоннических праздников и относительно религии считаются слабыми христианами <.. .> О религии они вовсе не имеют никакого понятия и церковные обряды исполняют машинально и то только там, где в деревнях их устроены церкви и пастыри имеют за ними непосредственное наблюдение.»12

С 1856 по 1870-е гг. проходила миссионерская работа с группой чуваш-язычников по поводу их прошения о переходе в ислам. Деятельность была инициирована правлением Оренбургского казачьего войска, обратившимся в Оренбургскую консисторию в июле 1856 г. с письмом о том, что 21 семейство чуваш-язычников Ново-Орской станицы обратилось к ним с прошением о переводе их в магометантскую веру, что по закону было невозможно, так как из язычества разрешено было переходить только в православие. В письме подробно излагался ход дальнейших событий. Генерал-губернатор В. А. Перовский из-за недостатка земли переселяет этих чуваш-язычников по 1-3 семействам в другие станицы с преимущественно русским населением, где имеется приходская церковь. Выбирали такие станицы, которые отстоят далеко друг от друга и находятся вдали от мусульман. Приходскому священнику было поручено кротко и миролюбиво увещевать прибывших чуваш о принятии православия и докладывать о ситуации войсковому правлению Оренбургского казачьего войска через каждые полгода. Семейства были распределены по станицам: в Михайловскую - 2 семьи (приходской священник В. Агров); в отряд Арси - 2 семьи (приходской священник Н. Евфорицкий); в Таналыцкую - 2 семьи (приходской священник Павловский); в Степную - 2 семьи (приходской священник В. Агров); в Губернскую - 1 семья (приходской священник Павловский); в Кизильскую - 2 семьи (приходской священник И. Агишов); в Наследницкую - 3 семьи (приходской священник Павловский); в Магнитную - 1 семья

(приходской священник И. Соколинский); в Николаевскую - 3 семьи (приходской священник В. Агров); в Кацбах - 3 семьи (приходской священник А. Соколов).

Со временем священники сменяли друг друга, в работе привлекались новые - Д. Озерицкий, Д. Мухин, И. Покрывалов, Д. Лукин. Всего переселенных язычников-чуваш было 78 мужчин и 96 женщин13.

28 марта 1857 г. благочинный протоиерей Василий Соколов сделал доклад Оренбургской духовной консистории о результатах миссионерской работы среди язычников-чуваш. Собеседования с ними священники провели, но обращения в христианство не произошло. Проблема заключалась в том, что священники не знали чувашского языка и беседовали через переводчиков, так как мужчины-чуваши немного знали русский язык, а женщины совершенно им не владели14. К 1861 г. выявилась еще одна причина неуспеха миссионерской работы среди этих чувашских семейств. По рапортам священников стало известно, что чуваши считают себя и своих предков не язычниками, а мусульманами. Епископ Оренбургский Антоний запросил у войскового правления Оренбургского казачьего войска провести разыскание о том, как присягали эти чуваши - как мусульмане или как язычники -и совершал ли Орский мулла у них требы15. В ответе на запрос епископа поступила информация, что 7 чуваш присягали как магометане, а некоторые из чуваш взяли себе исламские имена и женились на мусульманках в Новоорске, но указной мулла Орска никаких треб у этих чуваш не исполнял. В этом же ответе войсковое правление высказало просьбу епископу о применении специальных миссионерских методов воздействия на чуваш в обращении их в православие15. 15 сентября 1861 г. состоялось заседание в Оренбургской духовной консистории по обращению упорствующих чуваш в православие. Решением собрания было то, что 5 лет миссионерской работы - слишком малый срок для изменения религиозных воззрений, и следует продолжить работу с чувашами, определив для этого, помимо приходских священников, специальных миссионеров, знающих татарский язык. Основным методом работы было названо кроткое и миролюбивое собеседование на понятном для чуваш языке16.

Рапорты священников на протяжении 1870-х гг. говорят о том, что переселенные

чуваши «.с русскими не имеют общения и до крайности грубы и дерзки в собеседованиях со священниками»17. В 1879 г. констатировали, что язычники-чуваши считают себя магометанами, и «.трудно ожидать, чтобы христианская проповедь возымела на чуваш влияние в скором времени»18. В 1866 г. информацию о количестве идолопоклонниках в губернии, их этнической принадлежности, расселении, хозяйстве и миссионерской работе с ними по обращению в православие запрашивал Оренбургский генерал-губернатор Крыжановский. В ответ на запрос начальник Оренбургской губернии описал историю с 21 семьей чуваш-язычников, которые считали себя мусульманами. Работа с ними приходских священников была охарактеризована как неуспешная, а также сказано, что специальных миссионерских мер епархиальным начальством не принималось и школы для образования чувашских детей не учреждены19.

Иная ситуация складывалась там, где чуваши не перешли в мусульманство и где работали миссионерские школы для детей-чуваш по системе Н. И. Ильминского, в которых основы православия, церковное пение и молитвы усваивались на родном для учащихся языке. В 1870-х гг. благодаря стараниям учителя В. Васильева, воспитанника Казанской инородческой школы, в деревни Уралка Оренбургского уезда в школе была налажена миссионерская работа с чувашскими детьми. Ребята обучались церковному пению, молитвам и Евангелию на чувашском языке. Данная работа привлекала внимание взрослых, которые охотно собирались слушать детское пение молитв на родном языке. Совместно совершали по-чувашски богослужения - утреню, часы и вечерню. В школу к Васильеву стали добровольно приходить обучаться девочки. Васильев воспитал двух продолжателей своего дела: один стал учителем в чувашской деревне Кривле-Илюшкиной, отстоящей от Уралки на 12 верст, а другой - в чувашской деревне Новоселково20.

Миссионерская работа с чувашским населением епархии активизировалась с образованием Оренбургского Комитета Православного Миссионерского Общества. В 1876 г. в епархиальном управлении возникли опасения относительно устойчивости чувашского населения в православной вере21. В этом же году Комитетом были открыты три миссионерских школы для детей в чувашских поселках, уда-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ленных от приходских храмов. Это школы в поселке Бердяш Орского уезда, где к 1885 г. обучалось 20 мальчиков; в деревне Кривле-Илюшкиной Оренбургского уезда, которую посещали в это же время 30 мальчиков, и в деревне Ново-Амескиной Оренбургского уезда, где обучалось на 1885 г. 13 мальчиков22.

Учителем в Бердяшской школе состоял Михаил Волков, окончивший курс в Уралкинской инородческой школе, человек, по отзывам современников, трудолюбивый и искренно преданный миссионерскому делу. По свидетельству инспектора народных училищ Уральского района, ученики этой школы умели хорошо читать, писать и говорить по-русски, отвечали на вопросы по Закону Божию. Михаил Волков привлекал детей в православные праздники к участию в богослужениях и умел развить в них религиозное чувство и сознательное отношение к предметам веры. При школе имелась библиоте-

23

ка религиозно-нравственной литературы23. Один из лучших воспитанников Бердяшской школы - Павел Петров - был отправлен на обучение в Симбирское центральное чувашское училище на средства Епархиального Комитета Миссионерского Общества24. В Кривле-Илюшкинской школе учительствовал Сергеев, выпускник Симбирской центральной чувашской учительской школы, человек религиозный, простой в обращении с детьми, знаток церковного пения. По свидетельству инспектора народных училищ Оренбургского района Раменского, детей-чувашей младшего отделения обучали чтению и Закону Божию по-чувашски, а среднее и старшее отделения осваивали русский язык. До постройки храма в деревне школа служила местом проведения богослужений. Все ученики были обучены церковному пению. Законоучителем по школе являлся священник Кривле-Илюшкинского прихода Фома Аксинский. Он, как и учитель Сергеев, тоже был чуваш по националь-ности25. Впоследствии в Кривле-Илюшках была открыта и женская школа, где обучались на 1904 г. 8 чувашек и 6 русских26. В Ново-Амескинской школе учителем состоял Григорий Ильгачев, по происхождению тоже чуваш, выпускник Казанской учительской семинарии, человек энергичный, преданный своему делу и детям. Младшее отделение школы обучалось на чувашском языке, а в среднем и старшем вводился и русский язык. Ученики были обучены церковному

пению на чувашском языке и только некоторым песнопениям литургии - на русском. Взаимоотношения в школе охарактеризованы инспектором Раменским как добрые и миролюбивые, а общество, по его описанию, относилось к школе и учителю с большим доверием. Периодически священник из Кривле-Илюшкинского прихода совершал богослужения в Ново-Амескинской школе27.

В деле утверждения в православной вере чуваш, проживающих в деревнях Кривле-Илюшкиной и Ново-Амескиной, на помощь Епархиальному Комитету Миссионерского Общества пришло с 1887 г. Оренбургское Михаило-Архангельское Братство. Братство оказало содействие в устройстве в деревне Кривле-Илюшкиной церкви с содержанием при ней причта. Священником при церкви стал вышеназванный Фома Аксинский, а псаломщиком - означенный школьный учитель Сергеев. Церковь охватывает своей деятельностью население Кривле-Илюшкиной и Ново-Амескиной деревень. Епархиальный Комитет Миссионерского Общества был уверен, что такая постановка миссионерского дела в этих селениях окажет влияние на формирование православного мировоззрения у проживающих в них чуваш28.

Образовательная миссионерская деятельность с привлечением сотрудников, знающих чувашский язык, а часто и выходцев из чуваш, дала положительный результат. В 1885 г. в архиерейском отчете по епархии чуваши уже охарактеризованы как относительно устойчивые в православии по сравнению с другими крещеными инородцами29.

В 1901 г. при Богодуховском мужском монастыре в 5 верстах от Оренбурга был открыт Богодуховскиймиссионерскийстан.Егоцелью было поднятие религиозно-нрав-ственного уровня крещеных инородцев Оренбургской губернии, прежде всего нагайбаков и чуваш, и обращение в православие татар и башкир губернии. С 1904 г. при стане стала действовать миссионерская двухклассная школа. В первый год работы школы в ней обучался 41 ученик, в том числе из чуваш - 8 детей. Заведующим и законоучителем состоял заведующий станом священник Иоанн Спиридонов, старшим учителем - диакон Алексей Сотников, выпускник Казанской учительской семинарии30.

Многолетняя миссионерская работа в Оренбургской епархии с чувашским населением, участие в работе выпускников

Казанских учительских школы и семинарии, Симбирской центральной чувашской учительской школы, опора на систему Н. И. Ильминского по устройству миссионерских школ с изучением основ православной веры на родном языке, открытие специальных чувашских приходов дали положительный результат. На протяжении 1910-х гг. в архиерейских отчетах по епархии чуваши характеризуются как устойчивые в православии, все более и более укрепляющиеся в вере инородцы, которые «.постепенно оставляют свои прежние языческие верования и обычаи и доверчивее относятся к православному священнику. Чуваши охотно начинают посещать храм Божий, исполнять обряды православной церкви <.> они также с охотой отдают своих детей (мальчиков и девочек) в школу для обучения их грамоте и христианской вере»31.

Огромное значение в успешности православного миссионерства среди чуваш имело их первоначальное религиозное мировоззрение - языческое или мусульманское. Многолетнее дело по обращению в православие чуваш, желающих перейти в ислам, показало, насколько труднее было священникам работать с чувашами-мусульманами. Данный прецедент со стремлением чуваш к переходу в ислам нельзя назвать массовым, так как в описаниях миссионерской работы в проблемных инородческих приходах чувашские с 1900-х гг. не называются32, а в 1910-х гг. не раз отмечалось, что все чуваши - христиане. Так считал Оренбургский епископ Феодосий, пребывавший на Оренбургской кафедре с 1912 по 1914 г.33 Такое впечатление от этого народа сложилось и у Преосвященного Мефодия в первый год его служения на Оренбургской епископской кафедре (возглавлял Оренбургскую епархию с 1914 по 1920 г.)34. Характеристика чуваш в архиерейских отчетах 1910-х гг. подводит определенных итог православной миссионерской деятельности в Оренбургской епархии во второй половине XIX - начале ХХ в.

Примечания

1 Список населенных мест Оренбургской губернии по сведениям 1866 года. СПб., 1871. С. LXXXI.

2 Чернавский, Н. М. Оренбургская епархия в прошлом и настоящем. Вып. 1. Оренбург, 1900. С.321-322.

3 Там же. С. 175.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4 Из религиозной жизни чувашей Оренбургской губернии // Оренбург, епархиал. ведомости. 1890. № 18. Ч. н. С. 519-523. 5Черемшанский, В.М. Описание Оренбургской губернии в хозяйственно-статистическом, этнографическом и промышленном отношениях. Уфа, 1859. С. 175.

6 Смолич, И. К. История Русской Церкви. Ч. 2. М., 1997. С. 214.

7 Там же. С. 216-220.

8 Там же. С. 227-230.

9 Там же. С. 233.

10 Чернавский, Н. М. Указ. соч. С. 343-344.

11 Там же. С. 329-330.

12 Черемшанский, В. М. Указ. соч. С. 174175.

13 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10626. Л. 1-4.

14 Там же. Л. 6.

15 Там же. Л. 49-50.

16 Там же. Л. 56.

17 Там же. Л. 99.

18 Там же. Л. 214.

19 ГАОО. Ф. 6. Оп. 18. Д. 560. Л. 1-2.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

20 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 19555. Л. 31.

21 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10560. Л. 68.

22 Там же. Л. 68.

23 Отчет Оренбургского Епархиального Комитета Православного Миссионерского

Общества за 1888 год // Оренбург, епархиал. ведомости. 1889. № 16. Ч. о. С. 197-198.

24 Там же. С. 203-204.

25 Там же. С. 198-199.

26 Отчет о деятельности Оренбургского епархиального комитета Православного миссионерского общества за 1904 год. Оренбург, 1905. С. 30.

27 Отчет Оренбургского Епархиального Комитета Православного Миссионерского Общества за 1888 год // Оренбург, епархиал. ведомости. 1889. № 16. Ч. о. С. 199-200.

28 Там же. С. 200.

29 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10560. Л. 68.

30 Отчет о деятельности Оренбургского епархиального комитета Православного миссионерского общества за 1904 год. Оренбург, 1905. С. 27-28.

31 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10577. Л. 78. Также:

ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10579. Л. 46-47; ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10580. Л. 50 об.; ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10578. Л. 73 об.-80.

32 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10576. Л. 43 об.-45

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

об., 64-66.

33 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10579. Л. 46 об.

34 ГАОО. Ф. 173. Оп. 5. Д. 10580. Л. 26 об.